РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
14 сентября 2026 года г.Красноярск
Центральный районный суд г.Красноярска в составе:
председательствующего судьи Шамова Г.А., при секретаре Куделиной Н.А., с участием представителей истца ФИО6, ФИО4, ответчика ФИО2, его представителя ФИО7, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в <адрес> районный суд <адрес> с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 496 787 рублей, судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 29 968 рублей, ссылаясь на то, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с его счёта, открытого в <данные изъяты> на счёт ответчика, открытый в <данные изъяты> (в настоящее время — <данные изъяты>»), привязанный к абонентскому номеру +<данные изъяты>, были ошибочно перечислены денежные средства на общую сумму 1 496 787 рублей шестнадцатью платежами. Каких-либо договорных либо иных правоотношений, во исполнение которых были переведены указанные суммы, между сторонами не имелось. ДД.ММ.ГГГГ истец направил в адрес ответчика требование о возврате неосновательно полученного обогащения, которое оставлено без удовлетворения. Поскольку ответчик без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрёл за счёт истца денежные средства, истец просил взыскать их в качестве неосновательного обогащения.
В судебном заседании представители истца ФИО6, ФИО4, действующие на основании доверенности, заявленные требования поддержали в полном объёме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, письменных пояснениях и выступлениях в прениях. Пояснили, что между сторонами фактически сложились доверительные отношения, ремонт планировалось осуществлять в двух жилых домах, расположенных на одном земельном участке. Оплата по договору подряда № от ДД.ММ.ГГГГ производилась исключительно наличными денежными средствами, что подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам №, выданными ФИО2 и находящимися у ФИО1 Спорные безналичные переводы производились по устным просьбам ответчика сверх указанных сумм, в счёт предстоящих работ по второму дому, с возможным последующим зачётом, однако договор подряда на второй дом заключён не был, работы не выполнялись, в связи с чем перечисленные денежные средства подлежат возврату как неосновательное обогащение. Представленные ответчиком приходные кассовые ордера не соответствуют требованиям, предъявляемым к первичным учётным документам, содержат расхождения с выданными истцу квитанциями по суммам, реквизитам счетов и размерам бланков, в связи с чем не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств. Почтовые отправления, на которые ссылается ответчик, не могут подтверждать направление в адрес истца документов по договору поставки, поскольку один и тот же кассовый чек использовался ответчиком в другом гражданском деле, а вес и количество листов вложений не соответствуют описи.
Ответчик ФИО2 возражал против удовлетворения исковых требований. Представитель ответчика ФИО7, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования не признала, просила отказать в их удовлетворении в полном объёме. Пояснила, что между сторонами существовали длительные договорные отношения: ДД.ММ.ГГГГ заключён договор подряда № на выполнение строительных работ в жилом доме по адресу: <адрес>, а ДД.ММ.ГГГГ — договор поставки строительных материалов №. Порядок расчётов (частично наличными, частично безналичными переводами на карту, привязанную к телефону индивидуального предпринимателя) был согласован сторонами и обусловлен производственной необходимостью. Каждая передача денежных средств сопровождалась выдачей ответчиком первичных учётных документов: приходных кассовых ордеров, товарных накладных, актов сдачи-приёмки работ, дополнительных соглашений и счетов. Спорные безналичные переводы были включены в общую сумму оплаты по указанным договорам. Работы по договору подряда выполнены, материалы поставлены. Вступившим в законную силу решением Советского <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и апелляционным определением <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ установлен факт наличия между сторонами договорных отношений и факт оплаты по актам № в общей сумме 3 554 857,15 рублей. Истец, перечисляя денежные средства на счёт ответчика, действовал добровольно, осознанно, в отсутствие какой-либо ошибки, в счёт исполнения договорных обязательств, в связи с чем неосновательное обогащение на стороне ответчика отсутствует.
Выслушав объяснения представителей сторон, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счёт другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретённое или сбережённое имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьёй 1109 настоящего Кодекса.
Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 ГК РФ).
Исходя из содержания указанных правовых норм, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трёх условий: имеет место приобретение или сбережение имущества, то есть увеличение стоимости собственного имущества приобретателя, присоединение к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; приобретение или сбережение произведено за счёт другого лица, что означает, что имущество потерпевшего уменьшается вследствие выбытия из его состава некоторой части или неполучения доходов, на которые это лицо правомерно могло рассчитывать; отсутствие правовых оснований, а именно приобретение или сбережение имущества одним лицом за счёт другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, то есть происходит неосновательно.
Недоказанность хотя бы одного из перечисленных обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании неосновательного обогащения.
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № (2019), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика — обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.
При этом в силу подпункта 4 статьи 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
Как разъяснено в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства о неосновательном обогащении», если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего (либо с целью благотворительности), то указанные обстоятельства исключают возврат имущества в качестве неосновательного обогащения.
Судом установлено и из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО2 (подрядчик) и ФИО1 (заказчик) заключён договор подряда на выполнение строительных работ №, по условиям которого подрядчик обязался в установленный договором срок выполнить по заданию заказчика строительные работы в жилом доме, принадлежащем заказчику на праве собственности и расположенном по адресу: <адрес>, а заказчик — принять результат работ и оплатить его. Цена договора согласно расчётно-сметной калькуляции составила 2 039 582,74 рубля.
В ходе исполнения договора между сторонами заключены дополнительные соглашения №6, увеличившие объём, стоимость и сроки выполнения работ.
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (покупатель) и ИП ФИО2 (поставщик) заключён договор поставки строительных материалов №, по условиям которого поставщик обязался поставить покупателю строительные материалы, а покупатель — принять и оплатить их. Количество, ассортимент, цена и сроки оплаты согласовывались сторонами в счетах, являющихся неотъемлемой частью договора.
Указанные обстоятельства сторонами не оспаривались, подтверждены материалами дела и вступившим в законную силу решением <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №. Определением судебной коллегии по гражданским делам <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ указанное решение изменено в части размеров присуждённых с ФИО1 в пользу ФИО2 сумм по оплате работ, судебных расходов, государственной пошлины. В остальной части решение оставлено без изменения.
Согласно части 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении» (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ), согласно части 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение. Такое положение существует до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти факты, не будет отменён в порядке, установленном законом.
При этом преюдициальность имеет свои объективные и субъективные пределы. По общему правилу объективные пределы преюдициальности касаются обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному делу. Субъективные пределы — это наличие одних и тех же лиц, участвующих в деле, или их правопреемников в первоначальном и последующем процессах. Преюдициальным является обстоятельство, имеющее значение для правильного рассмотрения дела, установленное судом и изложенное во вступившем в законную силу судебном акте по ранее рассмотренному делу между теми же сторонами, а не обстоятельство, которое должно быть установлено. При этом следует иметь в виду, что обстоятельства, хотя и отражённые в судебном акте, могут не иметь преюдициального значения, если они не исследовались, не оценивались, не входили в предмет доказывания.
Решением <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, с учётом апелляционного определения <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что истец (ИП ФИО2) выполнил, а ответчик (ФИО1) принял и произвёл оплату этапов выполненных работ в соответствии с актами приёмки-сдачи №№–8 без замечаний к качеству и срокам общей стоимостью 3 554 857,15 рублей. Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что стоимость работ, выполненных без недостатков по акту №, составляет 1 069 287,48 рублей, которые и были взысканы с ФИО1 в пользу ИП ФИО2
Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами между теми же сторонами установлены факт заключения договора подряда № от ДД.ММ.ГГГГ, факт выполнения ИП ФИО2 работ по актам №№–8 и факт их оплаты ФИО1 в общей сумме 3 554 857,15 рублей, а также факт наличия задолженности ФИО1 по акту № в размере 1 069 287,48 рублей.
Указанные обстоятельства в силу части 2 статьи 61 ГПК РФ являются обязательными для суда и не подлежат доказыванию вновь.
Судом установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 со своего счёта, открытого в <данные изъяты>), перечислил на счёт ФИО2, открытый в <данные изъяты>»), привязанный к абонентскому номеру <данные изъяты>, денежные средства шестнадцатью платежами на общую сумму 1 496 787 рублей, а именно: ДД.ММ.ГГГГ — 62 120 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 39 133 рубля; ДД.ММ.ГГГГ — 24 045 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 59 500 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 150 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 150 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 48 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 49 917 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 150 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 150 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 146 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 15 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 108 659 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 50 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 150 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ — 144 413 рублей.
Факт перечисления денежных средств в указанном размере и их получения ответчиком сторонами не оспаривался, подтверждён справкой <данные изъяты>), выпиской по счёту истца, а также объяснениями представителей сторон.
Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ссылался на то, что какие-либо договорные либо иные правоотношения, во исполнение которых были переведены указанные суммы, между сторонами отсутствовали, а потому ответчик неосновательно обогатился за его счёт.
Возражая против заявленных требований, ответчик ссылался на то, что спорные безналичные переводы производились в рамках действующих между сторонами договоров подряда и поставки, в счёт оплаты выполненных работ и поставленных материалов. Спорные платежи были включены в приходные кассовые ордера, выданные ответчиком истцу.
Оценивая доводы сторон и представленные доказательства, суд приходит к следующему.
В силу пункта 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.
Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своём интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
В соответствии с пунктом 3 статьи 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка).
Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключённым, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключённым (пункт 3 статьи 432 ГК РФ).
Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривалось, что между ФИО1 и ИП ФИО2 сложились длительные договорные отношения, основанные на договоре подряда № от ДД.ММ.ГГГГ и договоре поставки строительных материалов № от ДД.ММ.ГГГГ. Указанные договоры подписаны сторонами, их условия сторонами не оспаривались, факт выполнения работ и поставки материалов подтверждён актами приёмки-сдачи работ, товарными накладными и вступившими в законную силу судебными актами по делу №.
Судом установлено, что спорные безналичные переводы осуществлялись истцом в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть в период действия указанных договоров, что сторонами не оспаривалось.
Согласно пункту 4.1 договора подряда работы (этапы работ) оплачиваются заказчиком подрядчику по факту выполнения работ (или части работ разделов расчётно-сметной калькуляции) приложения № к договору на основании выставленных актов проделанных работ от подрядчика. В случае согласования сторон возможна выплата аванса подрядчику в размере договорной суммы.
В силу пункта 4.3 договора подряда в качестве документа, подтверждающего получение денежных средств подрядчиком, является сам акт приёмки-сдачи работ.
Согласно пункту 4.2 договора поставки оплата товара (партии товара) производится покупателем денежными средствами в российских рублях путём перечисления денежных сумм на расчётный счёт поставщика не позднее срока, указанного в счёте на поставляемый товар (партию товаров), или переводом на банковскую карту поставщика на тех же условиях.
Таким образом, условиями договоров сторонами была предусмотрена возможность оплаты как наличными денежными средствами, так и безналичным переводом, в том числе на банковскую карту.
Судом установлено, что истец, перечисляя денежные средства на счёт ответчика, действовал добровольно и намеренно, без какого-либо принуждения, по заведомо известным ему реквизитам, в отсутствие какой-либо ошибки. Данное обстоятельство подтверждается систематичностью платежей (шестнадцать переводов в течение шести месяцев), их значительным размером, а также объяснениями самого истца, изложенными в письменных пояснениях и выступлениях в прениях, в которых он указывал, что перечислял денежные средства «по устным просьбам ответчика», «доверял ему», «предполагал, что отношения сторон будут продлены в ДД.ММ.ГГГГ с возможным зачётом перечисленных денежных средств в счёт оплаты работ по договору подряда».
Указанные объяснения истца, данные им в письменной форме и приобщённые к материалам дела, в силу статьи 68 ГПК РФ являются доказательствами по делу и подтверждают, что истец осознанно и целенаправленно перечислял денежные средства ответчику в счёт исполнения существующих между сторонами договорных обязательств.
Довод истца о том, что спорные безналичные переводы производились сверх сумм, указанных в актах приёмки-сдачи работ и квитанциях к приходным кассовым ордерам, судом исследован и подлежит отклонению по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, истцом в обоснование оплаты по договору подряда представлены квитанции к приходным кассовым ордерам №№–8 на общую сумму 3 554 857,15 рублей, что соответствует общей стоимости работ, указанной в актах приёмки-сдачи №№–8.
Вместе с тем, ответчиком в обоснование получения денежных средств по договору подряда представлены приходные кассовые ордера №№–8, содержащие ссылки на те же акты и счета, что и квитанции, представленные истцом. При этом суд обращает внимание на то, что представленные сторонами документы имеют расхождения по размерам бланков, оттискам печатей, а также по суммам и реквизитам счетов в отдельных позициях.
Оценивая указанные расхождения, суд исходит из следующего.
В соответствии с частью 1 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Согласно части 3 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
В силу части 4 статьи 67 ГПК РФ результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.
Согласно пункту 5 Указания Банка России от ДД.ММ.ГГГГ №-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощённом порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» приходный кассовый ордер является первичным учётным документом, подтверждающим внесение в кассу наличных денежных средств. Квитанция к приходному кассовому ордеру, выдаваемая вносителю денежных средств, является документом, подтверждающим факт внесения наличных денежных средств.
Судом установлено, что квитанции к приходным кассовым ордерам, представленные истцом, не оспорены в установленном порядке, не признаны недействительными, содержат все необходимые реквизиты, а потому являются надлежащими доказательствами внесения истцом наличных денежных средств в кассу ответчика.
Вместе с тем, наличие у ответчика приходных кассовых ордеров, содержащих расхождения с квитанциями, само по себе не свидетельствует о том, что спорные безналичные переводы были включены в указанные приходные кассовые ордера, и не опровергает факта существования между сторонами договорных отношений и факта перечисления истцом денежных средств в счёт исполнения этих отношений.
Как разъяснено в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении» (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ), заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.
В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Истец, заявляя о том, что спорные безналичные переводы производились сверх сумм, указанных в актах и квитанциях, доказательств того, что данные переводы не были включены в общую сумму оплаты по договорам, суду не представил. Напротив, из материалов дела и объяснений сторон следует, что общая сумма оплаты по договору подряда составила 3 554 857,15 рублей, что соответствует общей стоимости работ по актам №№–8. При этом общая сумма всех перечислений истца, включая спорные безналичные переводы, составляет 3 554 857,15 рублей (по договору подряда) + 1 496 787 рублей (спорные безналичные переводы) = 5 051 644,15 рублей, что превышает стоимость работ по договору подряда и стоимость материалов по договору поставки.
Указанное обстоятельство, по мнению суда, свидетельствует о том, что между сторонами сложился смешанный порядок расчётов, при котором часть платежей производилась наличными денежными средствами с выдачей квитанций к приходным кассовым ордерам, а часть — безналичными переводами на банковскую карту ответчика, что не противоречит условиям договоров и не свидетельствует о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № (2019), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, если из представленных доказательств усматривается, что основаниями платежа являлись конкретные правоотношения, то бремя доказывания того, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства были перечислены ошибочно, либо в излишней сумме, в силу указанных норм возлагается на истца.
Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ20-24-К7, согласно которому существенное значение для правильного разрешения спора имеет установление обстоятельств фактического оказания услуг. Основанием для удержания денег является не само по себе наличие идеально оформленного договора, а факт выполнения работ по нему.
В настоящем деле судом установлено, что между сторонами существовали договорные отношения, в рамках которых истец перечислял ответчику денежные средства. Указанные обстоятельства подтверждены вступившими в законную силу судебными актами по делу №.
При таких обстоятельствах бремя доказывания того, что спорные безналичные переводы не являлись исполнением обязательств по указанным договорам, а были перечислены ошибочно либо в излишней сумме, возлагается на истца. Однако истцом таких доказательств суду не представлено.
Довод истца о том, что ссылка ответчика на Определение Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ20-24-К7 неприменима к настоящему спору, поскольку указанное определение вынесено по делу об оказании услуг, а не по договору поставки, судом исследован и подлежит отклонению. Ссылка на указанное Определение приведена в настоящем решении в контексте общих подходов к оценке фактического исполнения обязательств, согласно которым основанием для удержания денежных средств является не само по себе наличие идеально оформленного договора, а факт исполнения обязательства по нему. Применительно к договору подряда № от ДД.ММ.ГГГГ факт выполнения ИП ФИО2 работ по актам приёмки-сдачи №№–8 установлен вступившими в законную силу судебными актами по делу № и в силу части 2 статьи 61 ГПК РФ не подлежит доказыванию вновь. Применительно к договору поставки № от ДД.ММ.ГГГГ суд, как указано выше, исследовал доводы сторон в полном объёме, не связывая себя выводами по указанному Определению. Само по себе различие в отраслевой принадлежности правоотношений, рассмотренных Верховным Судом Российской Федерации в рамках дела №-КГ20-24-К7, не исключает применения изложенного в нём общего подхода к оценке фактического исполнения обязательств, поскольку указанный подход является универсальным и применим как к подрядным, так и к иным обязательствам, включая обязательства из договора поставки. Ссылка истца на указанное Определение в обоснование довода о недоказанности поставки товара по товарным накладным №№–11 не опровергает вывода суда о том, что спорные безналичные переводы осуществлялись истцом в период действия договоров подряда и поставки и в счёт исполнения обязательств по ним, поскольку факт существования договорных отношений и факт перечисления денежных средств в счёт их исполнения подтверждены материалами дела и вступившими в законную силу судебными актами.
Довод истца о том, что спорные безналичные переводы производились в счёт предстоящих работ по второму дому, договор подряда на который заключён не был, судом исследован и подлежит отклонению, поскольку доказательств наличия между сторонами соглашения о выполнении работ на втором доме и о перечислении спорных сумм в счёт этих работ истцом не представлено. Напротив, из объяснений самого истца следует, что перечисление денежных средств производилось «по устным просьбам ответчика», что не позволяет определённо установить, в счёт какого именно обязательства перечислялись денежные средства.
Суд также учитывает, что доводы истца о необоснованном включении ответчиком в товарные накладные №№–11 стоимости инструментов (шпателей, перчаток, дисков, коронок и иного инвентаря), о нецелесообразности приобретения клея для плитки в указанном ответчиком объёме, о неоказании отдельных транспортных услуг выходят за пределы заявленного по настоящему делу предмета иска. Истцом заявлено требование о взыскании неосновательного обогащения в виде денежных средств, перечисленных на счёт ответчика безналичным путём в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Вопросы обоснованности отдельных позиций товарных накладных и счетов, а также полноты оказания транспортных услуг относятся к исполнению сторонами договора поставки и договора на оказание транспортных услуг и в рамках настоящего дела не разрешаются. В силу части 3 статьи 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. При наличии соответствующих претензий истец не лишён права обратиться в суд с самостоятельным иском в установленном законом порядке.
Доводы истца о том, что приобретение ответчиком клея для плитки в объёме, указанном в товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, превышало потребности выполнения работ по монтажу декоративного камня, основаны на данных о технических характеристиках клея, размещённых в сети Интернет, и на предположениях истца о средней толщине клеевого слоя. Указанные сведения не отвечают требованиям допустимости доказательств (статья 60 ГПК РФ), поскольку выводы о необходимом расходе строительного материала требуют специальных познаний и могут быть подтверждены только заключением специалиста или эксперта. Ходатайство о назначении по делу судебной строительно-технической экспертизы истцом не заявлялось, заключение специалиста в материалы дела не представлено. При таких обстоятельствах указанные доводы истца не могут быть положены в основу решения суда.
Суд также учитывает, что истец, являясь генеральным директором ООО «<данные изъяты>» (что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ, приобщённой к материалам дела), то есть лицом, осуществляющим функции единоличного исполнительного органа коммерческой организации, при перечислении значительных денежных сумм (шестнадцать платежей на общую сумму 1 496 787 рублей) без указания назначения платежа и без оформления соответствующего соглашения, должен был действовать с той степенью заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота. Перечисляя денежные средства без указания назначения платежа и без оформления соответствующего соглашения, истец принял на себя риск связанных с этим неблагоприятных последствий.
В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В соответствии с пунктом 2 статьи 10 ГК РФ в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учётом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Судом установлено, что между сторонами существовали длительные договорные отношения, в рамках которых истец добровольно и намеренно перечислял ответчику денежные средства. При этом истец не мог не знать, что перечисленные им денежные средства поступают на счёт ответчика в счёт исполнения обязательств по договорам, поскольку сам инициировал эти перечисления, неоднократно производил их в течение длительного периода времени и не предпринимал мер к возврату денежных средств вплоть ДД.ММ.ГГГГ.
Указанное поведение истца, по мнению суда, свидетельствует о том, что он осознавал наличие между сторонами договорных отношений и перечислял денежные средства в счёт исполнения этих отношений. Попытка истца после вынесения судебных актов по делу № квалифицировать эти же перечисления как неосновательное обогащение свидетельствует о злоупотреблении правом (статья 10 ГК РФ) и направлена на получение двойной выгоды — как результата выполненных работ, так и возврата уплаченных за них денежных средств.
Доводы истца о подложности приходных кассовых ордеров, представленных ответчиком, судом исследованы и подлежат отклонению по следующим основаниям.
В соответствии со статьёй 186 ГПК РФ в случае заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, суд может для проверки этого заявления назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении» (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ), само по себе заявление стороны о подложности документов в силу статьи 186 ГПК РФ не влечёт автоматического исключения такого доказательства из числа доказательств, собранных по делу, поскольку именно на сторонах лежит обязанность доказать наличие фиктивности конкретного доказательства.
Судом установлено, что истец, заявляя о подложности приходных кассовых ордеров, представленных ответчиком, не заявил ходатайство о назначении судебной экспертизы, не представил заключение специалиста о подложности, не представил иных объективных доказательств, свидетельствующих о фиктивности этих документов. Доводы истца основаны исключительно на визуальных наблюдениях (разные размеры бланков, несовпадение половин оттиска печати, отсутствие подписей), которые сами по себе не свидетельствуют о подложности документов.
При таких обстоятельствах суд не находит оснований для признания представленных ответчиком приходных кассовых ордеров подложными и исключения их из числа доказательств по делу.
Вместе с тем, суд учитывает, что наличие расхождений в первичных учётных документах ответчика само по себе не свидетельствует о неосновательном обогащении на стороне ответчика, поскольку не опровергает факта существования между сторонами договорных отношений и факта перечисления истцом денежных средств в счёт исполнения этих отношений.
Довод истца о том, что ответчиком не представлены доказательства направления в адрес истца документов по договору поставки, судом исследован и подлежит отклонению по следующим основаниям.
Истцом в обоснование указанного довода представлены копия кассового чека от ДД.ММ.ГГГГ (РПО №) и копия описи вложения, которые, по мнению истца, не соответствуют требованиям, предъявляемым к почтовым отправлениям, а также использовались ответчиком в другом гражданском деле.
Вместе с тем, указанные обстоятельства не имеют правового значения для разрешения настоящего спора, поскольку предметом настоящего спора является взыскание неосновательного обогащения, а не исполнение обязательств по договору поставки. Кроме того, как установлено судом, факт существования между сторонами договорных отношений и факт перечисления истцом денежных средств в счёт исполнения этих отношений подтверждены вступившими в законную силу судебными актами по делу №.
Довод истца о том, что договор поставки не был предметом рассмотрения в деле №, а потому преюдиция на него не распространяется, судом исследован и подлежит отклонению по следующим основаниям.
Действительно, как следует из судебных актов по делу №, предметом рассмотрения <адрес> районного суда <адрес> и <адрес>вого суда являлся договор подряда № от ДД.ММ.ГГГГ. Договор поставки № от ДД.ММ.ГГГГ предметом рассмотрения по указанному делу не являлся.
Вместе с тем, указанное обстоятельство не влечёт удовлетворения заявленных требований, поскольку судом в настоящем деле установлено, что между сторонами существовали договорные отношения, основанные как на договоре подряда, так и на договоре поставки, факт заключения которого сторонами не оспаривался. Спорные безналичные переводы осуществлялись истцом в период действия обоих договоров и в счёт исполнения обязательств по ним.
Кроме того, суд учитывает, что истцом не представлено доказательств того, что спорные безналичные переводы не были связаны ни с договором подряда, ни с договором поставки, ни с иными обязательствами между сторонами. Напротив, из материалов дела следует, что между сторонами сложился смешанный порядок расчётов, при котором часть платежей производилась наличными денежными средствами, а часть — безналичными переводами на банковскую карту ответчика.
Суд также обращает внимание на то, что истец, заявляя о том, что договор поставки не был предметом рассмотрения в деле №, не представил доказательств того, что по договору поставки им были произведены какие-либо иные платежи, помимо спорных безналичных переводов. При этом общая сумма наличных платежей, подтверждённых квитанциями к приходным кассовым ордерам, представленным истцом, составляет 4 204 172,78 рублей, что соответствует общей сумме выставленных ответчиком счетов. Факт передачи товара по товарным накладным подтверждён на сумму 4 034 416,04 рублей. Указанное свидетельствует о том, что между сторонами сложились устойчивые договорные отношения, в рамках которых производились как наличные, так и безналичные расчёты.
Доводы истца о том, что часть товарных накладных не подписана истцом, а потому товар не был передан, судом исследованы и подлежат отклонению по следующим основаниям.
В соответствии с пунктом 1 статьи 458 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент вручения товара покупателю или указанному им лицу.
Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.
Судом установлено, что часть товарных накладных (№№–11) не подписана истцом. Вместе с тем, указанное обстоятельство не свидетельствует о том, что спорные безналичные переводы являются неосновательным обогащением, поскольку судом установлено, что между сторонами существовали длительные договорные отношения, в рамках которых производились как наличные, так и безналичные расчёты. Кроме того, истцом не представлено доказательств того, что товар по указанным накладным не был им получен.
Суд также учитывает, что в силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).
Оценивая поведение истца в совокупности, суд приходит к выводу о том, что истец, перечисляя денежные средства ответчику в период действия договоров подряда и поставки, действовал добровольно и намеренно, осознавая наличие между сторонами договорных отношений, в отсутствие какой-либо ошибки. Указанное поведение истца не соответствует стандарту добросовестного участника гражданского оборота, поскольку истец, перечисляя значительные денежные суммы без указания назначения платежа и без оформления соответствующего соглашения, принял на себя риск связанных с этим неблагоприятных последствий, а впоследствии попытался использовать указанное обстоятельство для получения двойной выгоды.
Согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Судом установлено, что истец не доказал недобросовестности ответчика, а также того, что ответчик при приобретении денежных средств действовал с намерением причинить вред истцу или иным образом злоупотребил правом.
В силу пункта 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
Согласно пункту 1 статьи 11 ГК РФ защита нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляется судом в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством.
Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», избираемый способ защиты (статья 12 ГК РФ) должен соответствовать характеру нарушения права и в случае удовлетворения требований истца — привести к восстановлению нарушенного или оспариваемого права.
Судом установлено, что истец, заявляя требование о взыскании неосновательного обогащения, фактически пытается пересмотреть результаты исполнения договоров подряда и поставки, что не соответствует характеру нарушенного права. При наличии между сторонами договорных отношений защита нарушенных прав должна осуществляться в рамках договорных обязательств, а не посредством предъявления иска о взыскании неосновательного обогащения.
Согласно пункту 3 статьи 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причинённого жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счётной ошибки.
В силу подпункта 4 статьи 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
Судом установлено, что истец, перечисляя спорные денежные средства, знал о наличии между сторонами договорных отношений и перечислял денежные средства в счёт исполнения этих отношений. Указанное обстоятельство подтверждается объяснениями самого истца, изложенными в письменных пояснениях и выступлениях в прениях, в которых он указывал, что «перечислял денежные средства по устным просьбам ответчика», «предполагал, что отношения сторон будут продлены в 2025 году с возможным зачётом перечисленных денежных средств в счёт оплаты работ по договору подряда».
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что спорные денежные средства не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, поскольку были предоставлены истцом во исполнение существующего обязательства, о наличии которого истцу было достоверно известно.
Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что истцом не доказано наличие на стороне ответчика неосновательного обогащения, поскольку между сторонами существовали договорные отношения, в рамках которых истец добровольно и намеренно перечислял ответчику денежные средства в счёт исполнения этих отношений.
В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно части 1 статьи 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.
В соответствии с частью 1 статьи 68 ГПК РФ объяснения сторон и третьих лиц об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами.
Судом установлено, что истец не представил суду доказательств, с достоверностью подтверждающих наличие на стороне ответчика неосновательного обогащения. Представленные истцом доказательства (справка Банка ВТБ (ПАО), выписка по счёту) подтверждают лишь факт перечисления денежных средств, но не подтверждают отсутствие правовых оснований для их получения ответчиком.
В силу пункта 2 статьи 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.
Согласно пункту 3 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Судом исследованы все представленные сторонами доказательства, оценка которым дана в настоящем решении. Доказательств, с достоверностью подтверждающих наличие на стороне ответчика неосновательного обогащения, суду не представлено.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194–199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 496 787 рублей, судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 29 968 рублей – оставить без удовлетворения.
Меры по обеспечению иска, принятые определением Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в виде наложения ареста на денежные средства, находящиеся или поступающие на счета в кредитных организациях, принадлежащие ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, №, в пределах цены иска - 1 496 787 рублей, - отменить, сохранив их действие до вступления настоящего решения в законную силу.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в <адрес>вой суд через Центральный районный суд <адрес> в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Председательствующий подпись Г.А. Шамов
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.
Копия верна
Судья Г.А. Шамов