РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
28 мая 2026 года г. Железногорск
Красноярского края
Железногорский городской суд Красноярского края в составе:
председательствующего судьи – Бацунина Е.Г.
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Боровиковой Н.В.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Мироненко Евгения Дмитриевича к АО «КрасЭКо» о признании частично недействительным акта разграничения балансовой принадлежности, возложении обязанности, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Мироненко Е.Д. обратился в суд с иском к АО «КрасЭКо», в котором просит: признать частично недействительным Акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности №-№ от ДД.ММ.ГГГГ в части установления границы балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности на опоре № и возложения на истца обязанности по содержанию участка электросетей от данной опоры до домовладения истца; обязать ответчика принять на баланс опоры №№, № и соответствующего участка кабельной линии; обязать ответчика в течение 10 дней с момента вступления решения в законную силу составить и подписать с истцом новый акт разграничения, соответствующий закону и договору, с установлением точки присоединения не далее 15 метров от границы его земельного участка; обязать ответчика незамедлительно провести технические работы по устранению крена опор №, № и провисания (перехлеста) кабелей между опорами №, №, №; взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.; взыскать с ответчика в пользу истца расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. и почтовые расходы в размере 307 руб. 50 коп.
Требования мотивированы тем, что истец является собственником жилого дома по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>А. В 2017 году для технологического присоединения к электрическим сетям участка ИЖС между истцом и АО «КрасЭКо» был заключен договор №-№ от ДД.ММ.ГГГГ. Администрация города выдала истцу участок ИЖС, при этом до ближайшей опоры ЛЭП № расстояние составляло более 100 м. Ответчик истцу пояснил, что для подключения его участка ИЖС, необходимо установить три дополнительных опоры ЛЭП №№, №, срок выполнения - не менее шести месяцев. При этом истцу было неофициально предложено произвести оплату наличными средствами для ускорения процесса. Истец согласился и произвел внедоговорную оплату. В результате опоры №№, № были оперативно установлены. По итогам работ ответчиком составлен Акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, который устанавливает точку присоединения и границу ответственности истца на опоре №, расположенной в 100 метрах от границы моего участка. Истец полагает, что ответчик, злоупотребляя своим положением, принуждает его нести расходы по содержанию и эксплуатации объектов электросетевого хозяйства, которые по закону должны находиться на ее балансе, в связи с чем истец обратился с настоящим иском в суд.
Истец Мироненко Е.Д. в судебном заседании поддержал заявленные требования, пояснил, что ответчиком нарушено правило присоединения, опоры находятся в общем использовании, также отсутствует возможность снимать показания прибора, из–за сломанного дисплея, ответчик игнорирует ситуацию в переплетении электропроводов.
Представитель ответчика Покровская В.М., действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, указала, что в рамках выполнения мероприятия по технологическому присоединению сетевая организация не выполняло работы по строительству опор №, №, №, указанные мероприятия по договору были возложены на заявителя. Так, в соответствии с пунктом 11.3 Технических условий №-№ заявитель обязан самостоятельно выполнить подключение от точки присоединения (опора №) до вводно-распределительного устройства (ВРУ 0,4 кВ), расположенного по адресу: <адрес>. Указанные опоры и кабельная линия были возведены заявителем в рамках исполнения Технических условий №-№, в связи, с чем находятся в его собственности и ведении. Кроме того, заявленные истцом требования являются необоснованными вследствие пропуска установленного законом срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, Левченко О.В. в судебном заседании поддержала заявленные истцом требования.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, Администрации ЗАТО г. Железногорск Богачева Е.В. (по доверенности) в судебное заседание не явилась, направила в суд заявление о рассмотрение дела в их отсутствие.
Выслушав участников процесса, изучив доводы иска, огласив и исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 56, ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд рассматривает дело по имеющимся в деле доказательствам.
В силу ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Судом установлено и следует из материалов дела, что Мироненко Е.Д., является собственником жилого дома по адресу: <адрес>, <адрес>
ДД.ММ.ГГГГ между истцом и АО «КрасЭКо» заключен договор №-№ об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, по условиям которого сетевая организация принимает на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя, а именно земельного участка для индивидуального жилищного строительства, расположенного по адресу: <адрес>, максимальная мощность 15 кВт, категория надежности 3, класс напряжения 0,4 кВ.
Согласно п. 7,8 технических условий для присоединения к электрическим сетям от ДД.ММ.ГГГГ (приложение к Договору точка присоединения определена: опора № ВЛИ 0,4 кВ ч 16802 2 РУ 0,4кВ ТП 168. Основной источник питания: Ш34006, ТП-61, Ш ПП-2, ВЛ-6 кВ, ТП-168 6/0,4 кВ (320 кВА), ВЛИ 0,4 кВ ч 16802, опора №.
Согласно п.5 договора срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения настоящего договора.
ДД.ММ.ГГГГ между Мироненко Е.Д. и АО «КрасЭКо» были составлены: акт №-№ об осуществлении технологического присоединения, акт о выполнении технических условий №-№, акты разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности №-№.
Акты разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности №-№, однолинейная схема, которые являются результатом завершения процедуры технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителя к объектам электросетевого хозяйства сетевой организации, соответствуют фактическому технологическому присоединению и фактической балансовой принадлежности сетей.
Согласно акта разграничения балансовой принадлежности №-№ от ДД.ММ.ГГГГ на границе балансовой принадлежности у сторон находятся следующие технологически соединенные элементы электрической сети: у сетевой организации – РУ-6/0,4 кВ; силовой трансформатор ТП-168, ВЛИ-0,4кВ, ч 16802, в т.ч. опора №; КЛ-0,4 кВ от оп. № СИП-4 (4х16) L=3 м до счетчика БИМ 3220; счетчик БИМ 3220; у заявителя – КЛ-0,4 кВ от счетчика БИМ 3220, установленного на опоре № ВЛИ ч 16802 (по опорам №, 35/2, 35/3); СИП-4 (4х16) L=100м до авт. Выключателя ВА 47-63, Iном=25А, установленного на опоре №; опоры №, 35/2, 35/3; внутренние сети электроснабжения 0,4кВ.
Согласно акта разграничения эксплуатационной ответственности сторон №-№ от ДД.ММ.ГГГГ у сторон в эксплуатационной ответственности находятся следующие технологически соединенные элементы электрической сети: у сетевой организации – РУ-6/0,4 кВ; силовой трансформатор ТП-168, ВЛИ-0,4кВ, ч 16802, в т.ч. опора №; КЛ-0,4 кВ от оп. № СИП-4 (4х16) L=3 м до счетчика БИМ 3220; счетчик БИМ 3220; у заявителя – КЛ-0,4 кВ от счетчика БИМ 3220, установленного на опоре № ВЛИ ч 16802 (по опорам №, 35/2, 35/3); СИП-4 (4х16) L=100м до авт. Выключателя ВА 47-63, Iном=25А, установленного на опоре №; опоры №, 35/2, 35/3; внутренние сети электроснабжения 0,4кВ.
Из материалов дела, следует, что при подписании Договора и определении точки присоединения замечаний со стороны истца не было, что также не отрицал истец в судебном заседании.
Согласно ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ), сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.
Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю. В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Согласно п. 1 ст. 539 ГК РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.
На основании ст. 545 ГК РФ абонент может передавать энергию, принятую им от энергоснабжающей организации через присоединенную сеть, другому лицу (субабоненту) только с согласия энергоснабжающей организации.
В соответствии с п. 6 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 года № 861, собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к энергетическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату.
Согласно п. 2 ст. 539 ГК РФ договор энергоснабжения заключается с абонентом при наличии у него отвечающего установленным техническим требованиям энергопринимающего устройства, присоединенного к сетям энергоснабжающей организации, и другого необходимого оборудования, а также при обеспечении учета потребления энергии.
По смыслу ст. 539 ГК РФ обязательным условием заключения договора энергоснабжения является наличие надлежащего технологического присоединения энергопринимающих устройств к объектам электросетевого хозяйства сетевой организации. Порядок технологического присоединения регламентирован Правилами технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации.
В соответствии с частью 1 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 года № 35-ФЗ "Об электроэнергетике" технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам (далее также - технологическое присоединение), осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер.
Под однократностью понимается разовое осуществление процедуры технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, а также построенных линий электропередачи, в объеме максимальной мощности таких энергопринимающих устройств, указанной в документах, подтверждающих технологическое присоединение, в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.
Согласно п. 2 ст. 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
Требуя признания сделки недействительной, истец должен был доказать свое право на иск и сослаться на обосновывающие его требования обстоятельства, чего сделано не было.
Целью судебной защиты нарушенных прав является восстановление нарушенного или оспариваемого права. Избранный стороной способ защиты нарушенного права должен соответствовать такому праву и быть направлен на его восстановление.
Таким образом, лицо, заявляющее иск о признании сделки недействительной, должно доказать наличие своего материально-правового интереса в удовлетворении иска, указав, какие его права или охраняемые законом интересы нарушены или оспариваются лицами, к которым предъявлен иск, а также каким образом эти права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.
В своих доводах истец не указал, какие именно его права и законные интересы нарушены спорным актом, а также каким образом эти права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.
Исходя из смысла указанных норм права, под любым заинтересованным лицом, имеющим право на предъявление в суд требования о признании сделки недействительной, следует понимать лицо, чьи права и законные интересы нарушены вследствие совершения недействительной сделки. Только такое лицо может предъявлять в суд иск о признании сделки недействительной. Одно лишь наличие формальных оснований для признания сделки недействительной не должно вести к признанию ее судом недействительной, если лицо, предъявившее в суд соответствующее требование, не доказало, в чем состоит нарушение его прав и законных интересов.
В силу ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения.
Из материалов дела усматривается, что сетевая организация эксплуатирует объекты электросетевого хозяйства на территории г. Железногорска на основании концессионного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ.
В рамках выполнения мероприятия по технологическому присоединению сетевая организация не выполняло работы по строительству опор №, №, №, указанные мероприятия по Договору были возложены на заявителя.
Так, в соответствии с пунктом 11.3 Технических условий №-№ заявитель обязан самостоятельно выполнить подключение от точки присоединения (опора №) до вводно-распределительного устройства (ВРУ 0,4 кВ), расположенного по адресу: <адрес>
Кроме того, согласно гарантийного письма от ДД.ММ.ГГГГ, истец обязался выполнить работы по технологическому присоединению земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, ЗАТО Железногорск, <адрес>А, от точки присоединения до границы участка своими силами и за счет собственных средств.
Таким образом, материалами дела подтверждается факт того, что опоры №, № и кабельная линия были возведены заявителем в рамках исполнения Технических условий №-№, в связи, с чем находятся в его ведении и владении.
Более того, согласно письма от ДД.ММ.ГГГГ, истец разрешил совместный подвес ЛЭП-0,4 кВт от опоры № Л2 ТП-168 по принадлежащим истцу опорам №, № до земельного участка кадастровый №, находящийся по адресу: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Почтовый адрес ориентира: <адрес>, ЗАТО Железногорск, <адрес>, принадлежащим Левченко О.В.
Акт разграничения балансовой принадлежности, составленный ответчиком и истцом определяет их зоны ответственности и устанавливает схему энергоснабжения, а также величину максимальной мощности. То есть, данный документ содержит признаки совершенной сделки, поскольку определяет права и обязанности лиц, составивших его, а также наделяет правом требования соблюдения его условий.
Учитывая вышеизложенное, а также то обстоятельство, что истец принял на себя обязательство по установке опор №, № и прокладке кабеля от опоры № до энергопринимающего устройства, расположенного на принадлежащим истцу жилом доме и выполнил данные обязательства, что подтверждается актом о выполнении технических условий от ДД.ММ.ГГГГ и не отрицалось истцом в судебном заседании, при этом какие-либо замечания при подписании актов и договора о технологическом присоединении истцом не заявлялись, в связи с чем суд не находит оснований для признания частично недействительным акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности №-ЖТП от ДД.ММ.ГГГГ в части установления границы балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности на опоре № и возложения на истца обязанности по содержанию участка электросетей от данной опоры до домовладения истца.
Доводы истца о том, что опоры №, 35/2, 35/3 истцу на праве собственности не принадлежат, а следовательно истец не может нести бремя по содержанию данных опор, не принимаются судом, поскольку не свидетельствуют о том, что оспариваемый акт является недействительным.
Представленные в материалы дела фотографии размещения на опорах официальных табличек ответчика, не могут быть приняты судом во внимание в качестве доказательств, свидетельствующих о принадлежности опор №, 35/2, 35/3 ответчику, поскольку материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих факт возведения ответчиком указанных опор.
Доводы истца о нарушении ответчиком Правил технологического присоединения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 года № 861 (в редакции действующей на момент заключения договора), в части расстояния от точки присоединения, которое не может превышать 25 метров, в связи с чем акт разграничения балансовой принадлежности является недействительным, не принимаются судом.
Так, согласно пункту 25.1 Правил (действующих на момент заключения договора) в технических условиях для заявителей, предусмотренных пунктами 12.1 и 14 Правил, должны быть указаны: точки присоединения, которые не могут располагаться далее 25 метров от границы участка, на котором располагаются (будут располагаться) присоединяемые объекты заявителя (подпункт "а"); распределение обязанностей между сторонами по исполнению технических условий: в пределах границ участка, на котором расположены энергопринимающие устройства заявителя, - для заявителя; до границы участка, на котором расположены энергопринимающие устройства заявителя, включая урегулирование отношений с иными лицами, - для сетевой организации.
Положения абзаца 2 пункта 19 Правил запрещают навязывать заявителю услуги и обязательства, не предусмотренные указанными Правилами.
Учитывая, что при заключении договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям №-№ от ДД.ММ.ГГГГ истец выразил желание осуществить за свой счет установку опор №, № а также произвести подключение от точки присоединения до вводно-распределительного устройства (ВРУ-0,4 кВ) изолированным проводом (кабелем) 0,4 кВ (п.11.3 технических условий), то следовательно ответчиком не допущено нарушений технологического присоединения.
Разрешая требования истца об обязании ответчика принять на баланс опоры №№, № и соответствующего участка кабельной линии, обязании ответчика незамедлительно провести технические работы по устранению крена опор №, № и провисания (перехлеста) кабелей между опорами №, №, №, то суд не находит оснований для их удовлетворения, поскольку материалы дела не содержат сведений о том, что указанные опоры были возведены ответчиком, либо были переданы ответчику на основании каких-либо документов.
Наоборот, материалы дела содержат достоверные доказательств, подтверждающие факт того, что опоры №, № были возведены за счет истца в рамках исполнения условий технологического присоединения.
Рассматривая заявленное ответчиком ходатайство о применении срока исковой давности, суд приходит к следующему.
В соответствии с п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Пунктом 1 ст.181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
В силу п.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между Мироненко Е.Д. и АО «КрасЭКо» были составлены: акт №-№ об осуществлении технологического присоединения, акт о выполнении технических условий №-№, акты разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности №-№.
Таким образом, истец узнал о нарушении своего права, когда подписал вышеуказанные акты, т.е. ДД.ММ.ГГГГ.
Принимая во внимание, что истец обратился в суд с настоящем иском только в январе 2026 года, т.е. уже с пропуском срока исковой давности, суд приходит к выводу о том, что истцом был пропущен трехлетний срок для обращения с исковым заявлением в суд.
Доводы истца о том, что правоотношения между сторонами носят длящийся характер, отклоняются судом, поскольку истцом не учтено, что правоотношения сторон по Договору технологического присоединения к электросетям завершились надлежащим исполнением обязательства (п. 1 ст. 408 ГК РФ) в момент подписания ДД.ММ.ГГГГ актов разграничения балансовой принадлежности и разграничения эксплуатационной ответственности, а следовательно срок исковой давности начал течь с ДД.ММ.ГГГГ.
При таких обстоятельствах, поскольку срок исковой давности по требованию о признании частично недействительным акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности №-№ от ДД.ММ.ГГГГ в части установления границы балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности на опоре № и возложения на истца обязанности по содержанию участка электросетей от данной опоры до домовладения истца, ходатайства о его восстановлении не заявлялось, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.
Поскольку судом не установлено оснований для удовлетворения требований истца л признании частично недействительным акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, то следовательно требования истца об обязании ответчика принять на баланс опоры №№, № и соответствующего участка кабельной линии, об обязании ответчика в течение 10 дней с момента вступления решения в законную силу составить и подписать с истцом новый акт разграничения, соответствующий закону и договору, с установлением точки присоединения не далее 15 метров от границы его земельного участка, об обязании ответчика незамедлительно провести технические работы по устранению крена опор №, № и провисания (перехлеста) кабелей между опорами №, №, №, взыскании с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. и почтовые расходы в размере 307 руб. 50 коп., не подлежат удовлетворению.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Мироненко Евгения Дмитриевича к АО «КрасЭКо» о признании частично недействительным акта разграничения балансовой принадлежности, возложении обязанности, компенсации морального вреда – отказать в полном объеме.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Железногорский городской суд Красноярского края в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.
Председательствующий Е.Г. Бацунин
Мотивированное решение суда изготовлено 02 июня 2026 года