РЕШЕНИЕ
Именем российской Федерации
08 апреля 2026 года г. Барнаул
Железнодорожный районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Бирюковой М.М., при секретаре Мокрушенко Ю.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Гончарова С.А. к Рогачевой Т.В. о признании строения самовольной постройкой, возложении обязанности снести самовольную постройку, по встречному иску Рогачевой Т.В. к Гончарову С.А., администрации Железнодорожного района г. Барнаула, ООО «Барнаульский водоканал», Демидовой А.С., Демидову А.Ю., Крылову М.М., Приль О.К., Селиной Е.Н. о сохранении жилого дома в перепланированном, переустроенном и реконструированном состоянии, признании права, возложении обязанности, установил:
Истец Гончаров С.А. обратился в суд с иском к Рогачевой Т.В., просит признать самовольной постройкой одноэтажный с подвалом пристрой к жилому дому лит. А1 общей площадью 57,2 кв.м (в том числе площадь подвала 25,4 кв.м, площадь первого этажа 31,8 кв.м), расположенный на земельном участке площадью 551 кв.м, с кадастровым номером № по <адрес>; обязать ответчика за свой счет снести данную самовольную постройку, убрать строительный мусор и привести земельный участок с кадастровым номером №, на котором она возведена, в пригодное для дальнейшего использования состояние в течение 30 дней со дня вступления решения суда в законную силу; предоставить истцу право, в случае неисполнения решения суда в установленный срок, за свой счет снести данную самовольную постройку и привести указанный земельный участок в пригодное для дальнейшего использования состояние путем освобождения от объектов демонтажа со взысканием с ответчика необходимых расходов; взыскать с Рогачевой Т.В. в пользу Гончарова С.А. сумму понесенных издержек, связанных с рассмотрением дела, в размере 5 000 руб., сумму уплаченной государственной пошлины.
В обоснование первоначального иска указано, что жилой дом, площадью 57,7 кв.м, с кадастровым номером №, и земельный участок, площадью 551 кв.м, с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>, находятся в долевой собственности истца и ответчика (по ? доле у каждого).
В силу закона владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия в порядке, устанавливаемом судом. Без согласия истца ответчик возвела пристрой к жилому дому лит. А1. Разрешения на строительство и, соответственно, на ввод строения в эксплуатацию ответчику не выдавались.
Также спорный пристрой расположен непосредственно на внутриквартальной сети водопровода, расстояние от здания до сети водопровода должно быть не менее 5 метров, что подтверждается письмом «Росводоканала», наличие спорного пристроя лит. А1, ставит под угрозу существование основного строения жилого дома лит.А, долевыми собственниками которого являются истец и ответчик. В связи с чем, указанный пристрой лит. А1 является самовольной постройкой и подлежит сносу.
Рогачева Т.В. обратилась со встречным исковым заявлением к Гончарову С.А., администрации Железнодорожного района г. Барнаула, ООО «Барнаульский водоканал», в котором с учетом уточнения просит сохранить жилой дом по адресу: <адрес> в перепланированном, переустроенном и реконструированном состоянии; возложить на Рогачеву Т.В. обязанность возвести противопожарные стены между соседними домами по адресам: <адрес> и <адрес> в соответствии с СП 2.13130.2020 «Системы противопожарной защиты» в течение 6 месяцев с момента вступления решения суда в законную силу; произвести выноску сети водопровода из-под пятна застройки в соответствии с проектом, разработанным специализированной организацией в течение 8 месяцев с момента вступления решения в законную силу; признать за Рогачевой Т.В. право собственности на 955/1252 долей жилого дома по <адрес> в <адрес>.
В обоснование встречного иска указано, что Рогачева Т.В. является собственником 1/2 доли в жилом доме по адресу: <адрес>, на основании договора купли-продажи от 02 июля 1999 г.
После приобретения доли, Рогачевой Т.В. с целью повышения удобства и комфортности проживания была произведена перепланировка и переоборудование жилого дома, которые решением Железнодорожного районного суда г. Барнаула по делу №2-1482/2005 узаконены.
В последующем, в связи с рождением детей с целью улучшения жилищно-бытовых условий, Рогачевой Т.В. за счет собственных средств было произведено увеличение площади жилых помещений и подвала, возведение пристроя литер А1.
Данные изменения Рогачева Т.В. осуществляла по согласованию с Гончаровым Г.А., который являлся собственником второй половины доли жилого дома до 2015 года.
После смерти Гончарова Г.А. - Гончаров С.А. реализовал свои наследственные права и вступил во владение второй половиной дома.
С 2015 года каких-либо конструктивных изменений в спорный объект недвижимости Рогачева Т.В. не вносила, а потому не должна была получать у Гончарова С.А. согласия не реконструкцию.
Кроме того, из фактических обстоятельств дела следует, что спорный жилой дом состоит из двух изолированных частей, каждая из которых имеет обособленный выход на придомовую территорию. Дом предназначен для обеспечения жизнедеятельности двух разных семей, как в бытовом, так и в техническом плане. На земельном участке также возведен забор, определяющий условные границы участков каждого из собственников.
Произведенные Рогачевой Т.В. изменения в принадлежащей ей 1/2 доли жилого дома не нарушают прав и не несут угрозы жизни и здоровью Гончарова С.А. или третьих лиц.
Само по себе отсутствие разрешительной и правоустанавливающей документации на произведенные изменения не свидетельствует о нарушении прав Гончарова С.А. или третьих лиц.
Произведенные изменения 1/2 части жилого дома, принадлежащего Рогачевой Т.В. также соответствуют строительно-техническим, санитарным и противопожарным нормам и правилам.
Поскольку в настоящее время 1/2 части жилой дом по адресу <адрес> представляет собой объект недвижимости, отличающийся от того, на который ранее было зарегистрировано право собственности, то право собственности на самовольно перепланированную и переустроенную часть жилого дома может быть признанно судом.
В этой связи, Рогачева Т.В. обратилась в суд с настоящим встречным исковым заявлением.
В судебном заседании Гончаров С.А. свои исковые требования поддержал, просил в удовлетворении встречного иска отказать.
Рогачева Т.В. не признала первоначальный иск, настаивала на удовлетворении встречного иска, указав на то, что на момент реконструкции не знала о пролегании водопроводной трубы на ее земельном участке, так как на ее топоплане такой отметки не было. Кроме этого, выяснилось, что часть планового дома, построенная Гончаровыми, расположена на указанном водопроводе, доказательств того, что это несет угрозу, Гончаров С.А. не представил.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены в установленном законом порядке, о причинах своей неявки суду не сообщили.
Ранее ответчик по встречному иску Селина Е.Н. – собственник домовладения по <адрес> в судебном заседании 06 августа 2024 года возражала против удовлетворения требований Рогачевой Т.В., ссылаясь на то, что возведенный пристрой нарушает ее права, так как при таком устройстве крыши на мансарде осадки попадают к ней на земельный участок, где расположены уличные душ и туалет.
С учетом положений, предусмотренных ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, мнения лиц, участвующих в деле, суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав предоставленные суду письменные доказательства, оценив фактические данные в совокупности, суд приходит к следующему.
Согласно части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека не должно нарушать права и свободы других лиц. Владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами осуществляются их собственниками свободно, если это не нарушает прав и законных интересов иных лиц (статья 36 Конституции Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 2 статьи 40 Земельного кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 263 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник земельного участка имеет право возводить здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 244 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).
Пунктами 1, 2 статьи 247 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом. Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.
В соответствие со статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
Согласно пункту 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Согласно пункту 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.
Как следует из пункта 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", при рассмотрении споров, связанных с самовольной постройкой, суд должен установить, допущены ли при ее возведении существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, создает ли такая постройка угрозу жизни и здоровью граждан. С этой целью суд при отсутствии необходимых заключений компетентных органов или при наличии сомнения в их достоверности вправе назначить экспертизу по правилам процессуального законодательства. Отсутствие разрешения на строительство само по себе не может служить основанием для отказа в иске о признании права собственности на самовольную постройку.
В пункте 28 постановления N 10/22 разъяснено, что положения статьи 222 ГК РФ распространяются на самовольную реконструкцию недвижимого имущества, в результате которой возник новый объект.
Статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена необходимость соблюдения соразмерности избранного способа защиты нарушенному праву.
Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.12.2023 N 44 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке", по общему правилу, наличие допущенного при возведении (создании) постройки нарушения градостроительных и строительных норм и правил является основанием для признания постройки самовольной. При определении последствий такого нарушения суду следует оценить его существенность. В частности, нарушение при возведении объекта нормативно установленных предельного количества этажей или предельной высоты (например, возведение объекта индивидуального жилищного строительства, превышающего по числу этажей допустимые параметры, установленные пунктом 39 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации), строительных норм и правил, повлиявшее или способное повлиять на безопасность объекта и его конструкций, является существенным.
Совокупный анализ указанных выше норм права показывает, что по общему правилу в случае нахождения земельного участка в общей долевой собственности возведение на нем каких-либо строений возможно при согласии на это всех сособственников этого участка. При отсутствии такого согласия один или несколько сособственников земельного участка могут требовать сноса (демонтажа) соответствующего строения, если его возведение другим сособственником нарушает не только установленный порядок пользования общим земельным участком, но и права и законные интересы других сособственников либо создает угрозу жизни и здоровью граждан.
Вместе с тем, само по себе возведение спорной постройки ответчиком без согласия всех участников общей долевой собственности на земельный участок не может являться безусловным основанием для ее сноса.
Таким образом, суду при рассмотрении требования о сносе самовольной постройки следует дать оценку тому, насколько выбранный истцом способ защиты соответствует допущенному ответчиком нарушению.
Разъяснения о том, что необходимость сноса самовольной постройки обусловливается не только несоблюдением требований о получении разрешения на строительство, но и обстоятельствами, которые могли бы препятствовать использованию такой постройки вследствие ее несоответствия требованиям безопасности и возможности нарушения прав третьих лиц, содержатся и в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 декабря 2023 года N 44 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке".
Из приведенных выше норм закона и разъяснений по их применению следует, что необходимость сноса самовольной постройки связывается законом не только с соблюдением требований о получении разрешения на ее строительство, но и с установлением обстоятельств, которые могли бы препятствовать использованию такой постройки ввиду ее несоответствия требованиям безопасности и возможности нарушения прав третьих лиц.
Поскольку устранение последствий нарушения должно соответствовать самому нарушению и не приводить к причинению несоразмерных убытков, то снос объекта самовольного строительства, исходя из принципа пропорциональности, является крайней мерой, а отсутствие разрешения на строительство как единственное основание для сноса не может бесспорно свидетельствовать о невозможности сохранения постройки.
Вводя правовое регулирование самовольной постройки, законодатель закрепил в пункте 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации три признака самовольной постройки, а именно: постройка должна быть возведена либо на земельном участке, не отведенном для этих целей в установленном законом порядке, либо без получения необходимых разрешений, либо с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил (причем для определения ее таковой достаточно наличия хотя бы одного из этих признаков), и установил в пункте 2 той же статьи последствия, то есть санкцию за данное правонарушение в виде отказа признания права собственности за застройщиком и сноса самовольной постройки осуществившим ее лицом либо за его счет.
В Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 ноября 2022 г., указано, что снос объекта самовольного строительства является крайней мерой гражданско-правовой ответственности. С учетом конкретных обстоятельств дела допущенное при возведении строения нарушение градостроительных и строительных норм и правил, не создающее угрозу жизни и здоровью граждан и не нарушающее права и интересы третьих лиц, может быть признано судом незначительным и не препятствующим возможности сохранения самовольной постройки (пункт 7).
Для определения последствий возведения самовольной постройки юридически значимым обстоятельством является установление факта неустранимости допущенных при ее возведении нарушений либо возможности приведения постройки в соответствие с установленными требованиями (пункт 8).
Понятие реконструкции объектов капитального строительства (за исключением линейных объектов) дано в пункте 14 статьи 1 ГрК РФ как изменение параметров объекта капитального строительства, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), в том числе надстройка, перестройка, расширение объекта капитального строительства, а также замена и (или) восстановление несущих строительных конструкций объекта капитального строительства, за исключением замены отдельных элементов таких конструкций на аналогичные или иные улучшающие показатели таких конструкций элементы и (или) восстановления указанных элементов.
По данному делу установлено, что Гончаров С.А. является собственником ? доли жилого дома по адресу: <адрес>, площадью 57,7 кв.м. на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 03 февраля 2016 года. Рогачева Т.С. является собственником ? доли указанного жилого дома на основании договора купли-продажи от 02 июля 1999 года.
Также Гончаров С.А. с 06 июля 2015 года и Рогачева Т.В. с 14 ноября 2005 года являются собственниками по ? доли земельного участка площадью 483 кв.м. по указанному адресу.
Решением Железнодорожного районного суда г. Барнаула от 19 июля 2005 года жилой дом по <адрес> сохранен в перепланированном и переоборудованном состоянии, зафиксированном в выписке из технического паспорта домовладения от 03 мая 2005 года.
Согласно свидетельствам о государственной регистрации права собственности на земельный участок по <адрес> от 14 ноября 2005 года право собственности Рогачевой Т.В. и Гончарова Г.А. (наследодатель) на земельный участок возникло на основании постановления администрации г. Барнаула от 14 сентября 2005 года № 2726 и договора о безвозмездной передаче земельного участка в собственность от 27 октября 2005 года № 9265.
Из ретроспективно предоставленных копий технических паспортов следует, что конфигурация жилого дома (литер А) не изменялась. Самовольный пристрой литер а3 по техническому паспорту от 03.06.1999 года перестроен в жилой пристрой литер А1 с подвалом, что отражено в техническом паспорте по состоянию на 14 октября 2015 года. В таком же состоянии указанный объект находится на момент рассмотрения данного дела, что не оспаривалось сторонами в судебном процессе. Согласно техническому паспорту домовладения от 14 октября 2015 года имеется отметка о том, что на возведение строений литер А, А1 документов не предъявлено.
Из пояснений истца и ответчика в судебном заседании следует, что фактически между собственниками домовладения сложился порядок пользования домом и земельным участком, у каждого из собственников имеется отдельный вход в своих помещения, помещения истца и ответчика отделены друг от друга капитальной стеной. Также сложился порядок пользования земельным участком.
Таким образом, на момент оформления наследственных прав Гончаровым С.А. 03 февраля 2016 года пристрой литер А1 с подвалом и подвал под литером А уже были возведены Рогачевой Т.В.
Согласно информации, предоставленной по запросу Гончарова С.А. ООО «Барнаульский водоканал», индивидуальный жилой дом по адресу: <адрес> расположен непосредственно на внутриквартальной сети водопровода Д150мм, что является нарушением требований СП 42.13330.2016. Свод правил. Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89* (расстояние от здания до сети водопровода должно быть не менее 5 м).
Согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы № 2998/6-2-23, 2999/6-2-23 от 06 июня 2024 года в части жилого дома, находящегося в фактическом пользовании Рогачевой Т.В. по <адрес> в <адрес> выполнены работы по перепланировке, переустройству и реконструкции: демонтировано крыльцо размером 3,00х1,48 м; демонтированы сени (литер а); демонтированы сени подвала (литер а3); демонтирована мойка в помещении №3 (литер А), демонтированы унитаз, ванная и дымоход в помещении № 5(литер А); демонтированы перегородки между помещениями №3,4,5 (литер А); демонтированы перегородки между помещениями №1,2 (литер А); в помещении №1 (литер А) заделан оконный проем (на месте оконного проема выполнен камин); в помещении № 2 (литер А) заделан оконный проем (на месте оконного проема выполнен дверной проем в помещение № 8 (литер А1); заделан дверной проем из помещения № 2 в помещение № 3 (литер А); в помещении № 3 (литер А) заделан оконный проем; демонтирована отопительная печь в подвале (литер А); установлен отопительный котел в подвале (литер А); выполнен подвал (литер А 1); выполнен пристрой (литер А 1); выполнены сени (литер а1); выполнена перегородка между помещениями № 6 и № 7 (литер А); в помещении № 6 (литер А) установлена мойка; в помещении № 7 (литер А) установлены унитаз, душевая кабина и раковина; демонтирована стена между помещением № 7 (литер А) и помещением № 10 (литер А1); в помещении № 10 (литер А1) установлен газовый котел и вентиляционная вытяжка.
Проведенные перепланировка, переустройство, реконструкция в данной части домостроения соответствует строительным нормам и правилам.
При этом выявлены нарушения градостроительных, пожарно-технических и санитарных норм и правил, а именно:
-расстояние от наружной стены пристроя (литер А1) до границы соседнего земельного участка, расположенного по адресу: <адрес> составляет от 0,53 до 0,85 м, что не соответствует п. 5.3.4 СП 30-102-99 «Планировка и застройка территории малоэтажного жилищного строительства»;
- согласно схеме внутриквартальной сети водопровода установлено, что пятно застройки жилого дома, расположенного по <адрес> заходит на систему водопровода, что не соответствует п. 12.35 СП 42.13330.2016 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89*»;
- расстояние от пристроя (литер А1) до пристроя жилого дома по <адрес> составляет 1,86 м, что не соответствует таблице 1СП 4.13130.2013 «Системы противопожарной защиты. Ограничения распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям»;
- расстояние от выгреба до пристроя (литер А1) менее 10 м, что не соответствует п. 19 СанПиН 2.1.3684-21;
- наполнение выгреба на уровне земли не соответствует п. 22 СанПиН 2.1.3884-21.
Выявленные нарушения градостроительных и пожарно-технических норм являются значительными и представляют угрозу жизни и здоровью имущественным интересам сторон, третьих лиц при возникновении аварийной ситуации (порыв трубы водопровода, пожар).
Нарушения санитарных норм являются малозначительными и не представляют угрозу жизни и здоровью, имущественным интересам сторон и третьих лиц.
Выявленные нарушения возможно устранить следующими способами: возвести противопожарные стены между соседними домами по адресам: <адрес> и <адрес> в соответствии с СП 2.13130.2020 «Системы противопожарной защиты. Обеспечение огнестойкости объектов защиты.
Выполнить выноску сети водопровода из-под пятна застройки в соответствии с Проектом, разработанным специализированной организацией.
Откачать содержимое выгреба.
Устроить выгреб на расстоянии не менее 10 м от жилого дома в соответствии с п. 19 СанПиН 2.1.3684-21.
Поскольку эксперт при производстве указанной экспертизы достоверно при помощи измерительных приборов и визуально не убедился в залегании спорного водопровода под застройкой, а также описывал в заключении пластиковую трубу, не относящуюся к ООО «Барнаульский водоканал», указывая, что труба залегает под пятном застройки, что охватывает не только границы домостроения, но и радиус земельного участка в размере 5 метров от стен дома, при этом в деле имеются противоречивые доказательства относительно нанесения сети водопровода на контрольную съемку земельного участка в разные периоды времени, судом назначена повторная судебная экспертиза по вопросам об установлении места нахождения сети водопровода.
Из выводов повторной судебной строительно-технической экспертизы следует, что на земельном участке по адресу: <адрес> отраженный на топоплане участок водопровода имеется. В связи с тем, что непосредственный доступ к объекту исследования не обеспечен, определить его соответствие описанию (чуг. 150 «ориент») не представляется возможным. Участок водопровода от колодца вблизи земельного участка по <адрес> проходит через данный земельный участок и проходит под подвалом (литер А1), под стеной подвала (литер А), а следовательно проходит и под пристроем (литер А1) и под стеной жилого дома (литер А), нормативный отступ вышеуказанных строений от выявленной по факту сети водопровода составляет 5 метров.
В соответствии с частью 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 данного кодекса.
В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.
Оценивая экспертное заключение по правилам статей 59, 60 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что оно отвечает требованиям достоверности, поскольку соответствует требованиям Федерального закона Российской Федерации N 79-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Так, экспертное исследование проведено квалифицированным экспертом, обладающим специальными познаниями, длительным стажем работы в экспертной деятельности, выводы эксперта в заключении изложены полно, мотивированы и научно обоснованы, а сам эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.
Учитывая выявленные экспертом нарушения, допущенные Рогачевой Т.В. при реконструкции домовладения, а также способы устранения указанных нарушений без сноса самовольной постройки, суд полагает, что для применения исключительной меры ответственности в виде сноса нет оснований.
Спорный пристрой литер А1 возведен Рогачевой Т.В. до 2015 года при прежнем сособственнике Гончарове Г.А., который требований о сносе указанного объекта не заявлял, при этом Гончаров С.А. является правопреемником умершего Гончарова Г.А. и свои права на долю в жилом доме оформил в 2016 году, на земельный участок в 2015 году, при этом из пояснений сторон в процессе следует, что между истцом и ответчиком сложился порядок пользования земельным участком, существует ограждение, суд приходит к выводу, что доказательств того, что реконструированное здание ответчика Рогачевой Т.В. нарушает права истца настолько, что единственно возможным способом восстановления нарушенного права является его снос, представляющий крайнюю меру гражданско-правовой ответственности, не имеется.
Так, судом установлено, что сеть водопровода проходит не только под пристроем, но и под стеной подвала и жилого дома, который ранее являлся плановым, на момент узаконения жилого дома в 2005 году сведений о залегании сети водопровода в уполномоченных органах по контролю за границами земельных участков отсутствовали, что подтверждается контрольной съемкой земельного участка от 11 августа 2005 года, на которой сеть водопровода под домовладением истца и ответчика не нанесена.
Основанием заявленных требований Гончарова С.А. о сносе пристроя послужил тот факт, что в случае аварийной ситуации на указанном водопроводе, проходящим под частью домовладения Рогачевой Т.В., принадлежащему ему имуществу будет причинен ущерб. Однако истец не представил доказательств того, что при наличии указанной сети водопровода также и под плановой частью дома, возведение пристроя существенно изменило нагрузку или иным образом ухудшило состояние сети водопровода при его залегании на глубине более трех метров ниже уровня земли. Требований о сносе жилого дома истец не заявляет.
Таким образом, оснований для сноса одноэтажного с подвалом пристроя к жилому дому литер А1 по <адрес> не имеется.
Разрешая встречные требования Рогачевой Т.В. об узаконении реконструированного жилого дома, суд учитывает изложенные выше выводы строительно-технической экспертизы о нарушении возведением постройки пожарно-технических требований и санитарно-эпидемиологических норм, установление экспертом возможности сохранения постройки без ее сноса, ссылку эксперта на варианты устранения негативных последствий выявленных нарушений, в связи с чем, приходит к выводу, что в случае устранения Рогачевой Т.В. нарушений прав смежных собственников домовладений на земельных участках по адресам: <адрес>. <адрес> путем возведения противопожарных стен между жилым домом по адресу: <адрес> и жилыми домами по адресу: <адрес>, 176 самовольно реконструированный жилой дом подлежит сохранению. Для исполнения данной возложенной судом на Рогачеву Т.В. обязанности необходимо на основании ч. 2 ст. 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установить срок – 6 месяцев с момента вступления в законную силу решения суда. Против установления данного срока стороны не возражали.
Кроме этого, суд приходит к выводу, что нарушения санитарных норм и правил в части расположения и наполнения выгреба не являются существенными нарушениями, нарушают права самой Рогачевой Т.В., с учетом сложившегося порядка пользования земельным участком и, следовательно, устранения не требует.
Также суд считает, что нет оснований возлагать на Рогачеву Т.В. обязанность по выведению из-под пятна застройки сети водопровода, поскольку данная сеть не принадлежит истцу и ответчику, собственник данной сети или лицо, ее обслуживающее с соответствующими требованиями не обращались.
Таким образом, обстоятельств, связанных с невозможностью сохранения спорного строения в существующем виде, а также наличие препятствий использованию такой постройки вследствие ее несоответствия требованиям безопасности и возможности нарушения прав третьих лиц, на основании совокупности представленных в материалы дела доказательств, не установлено.
При оценке значительности допущенных при возведении строения нарушений судом также приняты во внимание положения статьи 10 ГК РФ о недопустимости действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, или злоупотребление правом в других формах, а также их соразмерность избранному способу защиты гражданских прав.
С учетом конкретных обстоятельств дела, допущенные при возведении пристроя к жилому дому нарушения градостроительных, пожарно-технических, санитарных норм и правил, которые являются устранимыми, признаются судом незначительными, не создающими угрозу жизни и здоровью граждан и не нарушающими права и интересы третьих лиц, в связи с чем, суд приходит к выводу о возможности признания права собственности на жилой дом по Путейской, 174 после его реконструкции.
Согласно заключению специалиста ООО «ПрофОценка» по результатам проведенного исследования специалистом установлены доли собственников в праве общей долевой собственности на жилой дом по <адрес> после увеличения его площади (до 125,2 кв.м.) в результате реконструкции: площадь помещений, принадлежащих и используемых собственником Гончаровым С.А. составляет 297/1252 долей в жилом доме или 29,7 кв.м.; площадь помещений, принадлежащих и используемых Рогачевой Т.В. – 955/1252 долей или 95,5 кв.м.
Данное заключение ответчиком Гончаровым С.А., иными лицами, участвующими в деле не оспаривалось, поэтому принимается судом в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства, соответствующего техническому паспорту на домостроение.
Таким образом, суд полагает, что последствием сохранения жилого дома в перепланированном, переустроенном, реконструированном состоянии будет также являться изменение размера долей его собственников в связи с увеличением жилой и общей площади дома.
Права собственности Гончарова С.А., Рогачевой Т.В. за каждым на ? долю домовладения, зарегистрированные в ЕГРН ранее, подлежат прекращению.
С учетом изложенного, исковые требования Гончарова С.А. удовлетворению не подлежат в полном объеме, встречный иск Рогачевой Т.В. подлежит частичному удовлетворению.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
Исковое заявление Гончарова <адрес> к Рогачевой <адрес> о признании строения самовольной постройкой, возложении обязанности снести самовольную постройку оставить без удовлетворения в полном объеме.
Встречный иск Рогачевой <адрес> удовлетворить частично.
Сохранить жилой дом по адресу: <адрес> в перепланированном, переустроенном, реконструированном состоянии.
Признать за Рогачевой <адрес> (паспорт №) право собственности на 955/1252 долей в праве собственности на жилой дом по адресу: <адрес>
Признать за Гончаровым С.А. (паспорт №) право собственности на 297/1252 долей в праве собственности на жилой дом по адресу: <адрес>.
Возложить на Рогачеву Т.В. (паспорт №) обязанность возвести противопожарные стены между жилым домом по адресу: <адрес>, <адрес> и жилыми домами по адресу: <адрес> в соответствии с СП 2.13130.2020 «Системы противопожарной защиты. Обеспечение огнестойкости объектов защиты» в течение 6 месяцев с момента вступления в законную силу решения суда.
В удовлетворении остальной части исковых требований Рогачевой Т.В. отказать.
Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в судебную коллегию по гражданским делам Алтайского краевого суда в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения путем принесения апелляционной жалобы в Железнодорожный районный суд г. Барнаула.
Судья М.М. Бирюкова
Мотивированное решение составлено 22 апреля 2026 года.