АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
04 марта 2026 года г. Шарыпово
Шарыповский районный суд Красноярского края в составе:
председательствующего судьи Евдокимовой Н.А., при секретаре судебного заседания Бархатовой Н.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании частную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на определение мирового судьи судебного участка № 131 в Шарыповском районе Красноярского края от ДД.ММ.ГГГГ, о процессуальном правопреемстве по гражданскому делу № по заявлению АО «Россельхозбанк» о вынесении судебного приказа о взыскании с ФИО2 задолженности по кредитному договору и судебных расходов,
Установил:
Определением мирового судьи судебного участка № 131 в Шарыповском районе Красноярского края от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении заявления индивидуального предпринимателя ФИО1 о процессуальном правопреемстве по делу № по заявлению АО «Россельхозбанк» о вынесении судебного приказа о взыскании с ФИО2 задолженности по кредитному договору и судебных расходов, отказано.
Не согласившись с вышеуказанным определением мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ, индивидуальный предприниматель ФИО1 подал на него частную жалобу, в которой просил определение от ДД.ММ.ГГГГ отменить, вынести по делу новое решение, которым произвести замену стороны взыскателя (л.д. 91-93).
Жалоба мотивирована тем, что ИП ФИО1 является надлежащим кредитором по кредитному договору. Действующее законодательство не содержит норм, запрещающих Банку уступить права требования по кредитному договору организации, не являющейся кредитной и не имеющей лицензии на занятие банковской деятельностью. При рассмотрении заявления мировым судьей неверно применены положения ст.12 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ. Кроме того, заявителем указано на то, что при принятии заявления о процессуальном правопреемстве в адрес ИП ФИО1 мировым судьей не было направлено определение о принятии заявления к производству, в котором мировой судья мог предложить заявителю предоставить дополнительные доказательства в обоснование своих требований, а заинтересованным лицам возражения относительно заявленных требований, в связи с чем, мировым судьей нарушено право заявителя на предоставление дополнительных доказательств, что противоречит самим целям судопроизводства. Так же заявитель указывает на то, что в отношении должников, которые включены в реестр уступаемых прав по договору уступки, как и спорный должник – ФИО5, в настоящее время удовлетворены заявления о процессуальном правопреемстве.
В соответствии с ч. 3 ст. 333 ГПК РФ частная жалоба рассмотрена без извещения лиц, участвующих в деле.
В силу ч. 3 ст. 327.1 ГПК РФ вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью четвертой статьи 330 настоящего Кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции.
Проверив законность и обоснованность определения мирового судьи, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 44 ГПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.
Согласно ст. 52 Федерального закона от 02.10.2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» в случае выбытия одной из сторон исполнительного производства (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) судебный пристав-исполнитель на основании судебного акта, акта другого органа или должностного лица производит замену этой стороны исполнительного производства ее правопреемником. Для правопреемника все действия, совершенные до его вступления в исполнительное производство, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для стороны исполнительного производства, которую правопреемник заменил.
Таким образом, процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с материальным правопреемством, к которому относятся: смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования и перевод долга, переход прав и обязанностей на основании закона на любой стадии гражданского судопроизводства.
В соответствии с п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.
В силу ст. 334 ГПК РФ суд апелляционной инстанции, рассмотрев частную жалобу, представление прокурора, вправе: 1) оставить определение суда первой инстанции без изменения, жалобу, представление прокурора без удовлетворения; 2) отменить определение суда полностью или в части и разрешить вопрос по существу.
Как следует из представленного материала, ДД.ММ.ГГГГ между АО «Россельхозбанк» и ФИО2 был заключен кредитный договор № (л.д. 12-15).
Пунктом 13 указанного кредитного договора сторонами определено, что Заемщик дает свое согласие на уступку Кредитором прав требований, возникающих из договора, юридическому лицу, осуществляющему профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, и (или) юридическому лицу, осуществляющему деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, и (или) специализированному финансовому обществу, а также предоставляет Кредитору право (поручает) передавать новому кредитору документы и информацию в отношении договора и прав требований по нему, включая сведения, относящиеся к банковской тайне, в объеме, необходимом для исполнения Кредитором обязанности по предоставлению новому кредитору документов и сведений, удостоверяющих права требования и имеющих значение для их осуществления, в соответствии со ст. 385 ГК РФ.
ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей судебного участка № 131 в Шарыповском районе Красноярского края вынесен судебный приказ по делу № о взыскании с ФИО2 в пользу АО «Россельхозбанк» задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 72628,51 руб. (просроченный основной долг – 67958,51 руб., проценты за пользование кредитом – 4670 руб.), а также возврат государственной пошлины в размере 1189 руб., а всего 73817,51 руб. (л.д. 42).
ДД.ММ.ГГГГ в адрес взыскателя АО «Россельхозбанк» направлен вступивший в законную силу судебный приказ, который был получен банком ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 45, 46).
Согласно сведениям ОСП по г.Шарыпово и Шарыповскому району (л.д. 70-72) на основании судебного приказа № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении должника ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ возбуждено исполнительное производство №-ИП о взыскании в пользу АО «Россельхозбанк» задолженности по кредитному договору в размере 73817,51 руб. По исполнительному производству удержано и перечислено взыскателю - АО «Россельхозбанк» задолженность в сумме 21220,76 руб. Остаток задолженности по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет 52596,75 руб.
ДД.ММ.ГГГГ между АО «Россельхозбанк» (Кредитор) и ООО ПКО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» (Новый кредитор) заключен договор уступки прав (требований) №, по условиям которого Кредитор уступил Новому кредитору права требования по кредитным договорам, заключенным Кредитором с Заемщиками (л.д. 52-55).
Как следует из представленного заявителем реестра уступаемых прав к Договору уступки прав (требований) № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между АО «Россельхозбанк» и ООО ПКО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр», последнему перешло и право требования задолженности по кредитному договору с ФИО2 № от ДД.ММ.ГГГГ, в общей сумме 52596,75 руб. (л.д. 53 оборотная сторона).
ДД.ММ.ГГГГ между ООО ПКО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» и индивидуальным предпринимателем ФИО1 заключен договор уступки прав требования (цессии) №, по условиям которого к ИП ФИО1 перешли права требования по обязательствам, указанным в Приложении № к договору (л.д. 56-57).
Как следует из представленного заявителем акта приема-передачи к Договору уступки прав требования (цессии) № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО ПКО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» и индивидуальным предпринимателем ФИО1, последнему перешло и право требования задолженности по кредитному договору с ФИО2 № от ДД.ММ.ГГГГ, в общей сумме 52596,75 руб. (л.д. 56 оборотная сторона).
При этом, из выписки из ЕГРИП следует, что ФИО1 является индивидуальным предпринимателем, основным видом деятельности которого является деятельность в области права (л.д. 58).
Разрешая по существу заявление взыскателя о процессуальном правопреемстве в рамках исполнительного производства, мировой судья, руководствуясь положения статьи 12 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», исходил из того, что заявитель не внесен в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основанного вида деятельности, в то время, как вышеприведенным Федеральным законом право осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) физическим лицам, в том числе индивидуальным предпринимателям, не предусмотрено. Письменное согласие заемщика на передачу долга от кредитора заявителю не представлено.
Суд апелляционной инстанции при рассмотрении жалобы полагает обоснованными указанные выводы мирового судьи, оснований не согласиться с приведенными выводами не усматривается, поскольку они в полной мере соответствуют нормам процессуального права, а также соответствуют фактическим обстоятельствам дела.
Статьей 388 ГК РФ предусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.
Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.
Соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.
Из разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», следует, что при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 названного Кодекса необходимо исходить из существа обязательства. Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника.
Уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку.
Как разъяснено в пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.
В соответствии с ч.1 ст. 12 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее - Закон о потребительском кредите), действующей на дату заключения договора уступки прав требований (цессии) № 008 от 07.07.2025, кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) только юридическому лицу, осуществляющему профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическому лицу, осуществляющему деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированному финансовому обществу или физическому лицу, указанному в письменном согласии заемщика, полученном кредитором после возникновения у заемщика просроченной задолженности по договору потребительского кредита (займа), если запрет на осуществление уступки не предусмотрен федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном данным Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами.
Юридические и физические лица не вправе требовать исполнения заемщиком обязательств по договору потребительского кредита (займа) в случае, если на момент его заключения первоначальный кредитор не являлся юридическим лицом, осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, а на момент уступки прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) новый кредитор не являлся юридическим лицом, осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическим лицом, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированным финансовым обществом или физическим лицом, указанным в письменном согласии заемщика, предусмотренном частью 1 статьи 12 настоящего Федерального закона (часть 5 статьи 13 Закона о потребительском кредите).
В соответствии с п. 1 ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.
В силу п. 4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
Как верно установлено мировым судьей и следует из материалов дела, на момент заключения кредитного договора (ДД.ММ.ГГГГ), а также договора уступки прав требований (цессии) № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО ПКО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» и индивидуальным предпринимателем ФИО1 Федеральным законом от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», с учетом ч.1 ст.3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 554-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О потребительском кредите (займе)» и Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях», был установлен законодательный запрет на уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) лицам, не осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическому лицу, не осуществляющему деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированному финансовому обществу или физическому лицу, указанному в письменном согласии заемщика.
Мировой судья, учитывая, что индивидуальный предприниматель ФИО1 не внесен в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, письменного согласия заемщика, полученного кредитором после возникновения у заемщика просроченной задолженности, материалы дела не содержат, на основании разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» пришел к правильному выводу, что произведенная уступка требования (цессии) по кредитному договору нарушает законодательный запрет, является ничтожной и не порождает прав требования по указанному кредитному обязательству.
Доводы жалобы о том, что кредитный договор не содержит запрета кредитора уступать третьим лицам свои права требования к заемщику, в данном случае не имеют правового значения, поскольку противоречат установленному законодательному запрету на уступку прав физическому лицу, без письменного согласия заемщика, после возникновения задолженности.
Ссылка заявителя на то, что положения ст. 12 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» неверно применены мировым судьей, основана на неверном толковании норм права и не влечет отмены оспариваемого определения.
Довод жалобы о том, что в адрес заявителя копия определения мирового судьи о принятии заявления о процессуальном правопреемстве не была направлена, в связи с чем, нарушено право заявителя на предоставление дополнительных доказательств, несостоятелен, поскольку в материалах дела имеется извещение о времени и месте проведения судебного заседания (ДД.ММ.ГГГГ на 09 час. 20 мин.), в котором сторонам, в том числе ИП ФИО1 разъяснены положения ст.ст. 56, 57 150 ГПК РФ, которое было получено заявителем ДД.ММ.ГГГГ (номер почтового отправления № (л.д. 68, 75), в связи с чем, ИП ФИО1 не был лишен права, к ДД.ММ.ГГГГ представить дополнительные доказательства по делу.
Приведенная в жалобе заявителем ссылка на судебную практику не может быть принята во внимание, поскольку обстоятельства дела по каждому спору устанавливаются судом самостоятельно, а выводы по иным делам преюдициального или прецедентного значения для рассмотрения настоящего дела не имеют. Судебная практика не является формой права, и высказанная в ней позиция по конкретному делу не является обязательной для применения при разрешении внешне тождественных дел.
В целом частная жалоба не содержит правовых доводов, опровергающих правильность выводов мирового судьи, которые могли бы служить основанием для отмены обжалуемого определения.
Принимая во внимание, что при рассмотрении дела не допущено нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения мирового судьи судебного участка № 131 в Шарыповском районе Красноярского края от ДД.ММ.ГГГГ.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 334 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции
Определил:
Определение мирового судьи судебного участка № 131 в Шарыповском районе Красноярского края от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, а частную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 - без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия, но может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через мирового судью судебного участка № 131 в Шарыповском районе Красноярского края в кассационном порядке в течение 3 месяцев со дня вступления в законную силу.
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 11 марта 2026 года.
Судья Н.А. Евдокимова