РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
27 мая 2026 года г. Барнаул
Железнодорожный районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Бирюковой М.М., при секретаре Мокрушенко Ю.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Рябоконь ФИО12 к Монтовой ФИО13 о защите чести, достоинства и деловой репутации, установил:
Рябоконь Т.А. обратилась в суд с иском к Монтовой <данные изъяты> А.А. о защите чести, достоинства и деловой репутации.
В обоснование заявленных требований истец указывает, что является дипломированным специалистом в области ветеринарии, оказывает ветеринарные услуги в клинике «<данные изъяты>, в нежилом помещении, принадлежащем ей на праве собственности по <адрес> в <адрес>; состоит на налоговом учете в качестве самозанятого – налогоплательщика налога на профессиональный доход.
Ответчик Монтова ФИО15) Анастасия Александровна является владельцем телеграм канала <данные изъяты>
В январе 2026 года в указанном телеграмм канале появилась негативная информация о клинике <данные изъяты>. В соответствии с информацией по вине врача клиники – Рябоконь Т.А. погибла домашняя кошка, в связи с неправильным лечением. При этом ответчик допустила оскорбительные выражения в адрес истца: «Эта…Нечто…Не должно лечить животных!», «Мне ответили…Эти уроды», «Лгуны. Товарищи. Это просто ужас», «Твари», «Уроды», «Хамское отношение».
Кроме этого ответчиком была размещена негативная информация, не соответствующая действительности, на Флампе 2Гис по адресу: <адрес>
На указанной странице ответчик обвинила истца в гибели животного, неправильном лечении, опасным рекомендациям: «Вы не только не помогли – усугубили состояние ложным лечением, опасным рекомендациям по питанию и игнорированием тревожных признаков.
Также ответчик в своем публичном телеграмм канале, у которого 101 подписчик, призывала людей писать негативные отзывы о ветеринарной клинике Артемида и об истце, размещая заведомо ложную информацию: «…Я прошу вашей помощи убить рейтинг <данные изъяты>». Подписчики в переписке подтверждали о размещении ими негативных отзывов о клинике истца и о ней, как о враче на интернет-ресурсах, несмотря на то, что доказательств того, что у них есть животные, которых истец лечила, отсутствуют.
В связи с чем, истец считает, что распространенные сведения носят порочащий характер для деловой репутации истца, поскольку статья создает негативный образ истца в глазах жителей г. Барнаула, Алтайского края и других регионов. Имеющиеся и потенциальные клиенты истца введены в заблуждение относительно добросовестности осуществления истцом деятельности. Истца обвиняют в совершении профессиональных проступков, в недобросовестности, алчности, грубости при оказании услуг. Указанные распространенные сведения не соответствуют действительности, поскольку ответчик никогда не была клиентом ветеринарной клиники «Артемида», ветеринарных услуг не получала. Истцу известно, что кошка погибла в другой клинике, находясь на стационарном лечении 2 дня.
Истец считает, что распространением сведений, не соответствующих действительности, ей причинен моральный вред.
В связи с изложенным истец просит обязать ответчика в течение 10 дней с момента вступления в законную силу решения суда опровергнуть информацию, распространенную в телеграмм-канале <данные изъяты> на интернет ресурсе с адресом: <адрес> компенсировать моральный вред в размере 500 000 рублей.
В судебном заседании истец Рябоконь Т.А. исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, и пояснила, что в клинике <данные изъяты> она одна оказывает ветеринарные услуги, являясь самозанятой, поэтому все оскорбительные высказывания, а также недостоверная информация, написанные в телеграм канале ответчика, истец идентифицирует со своей личностью. Ее клиенты сообщили ей о данных публикациях.
Ответчик Монтова А.А., ее представитель Монтов В.Ю. возражали против удовлетворения исковых требований, указав, что высказывания обезличены, не имеют отношения к конкретному лицу Рябоконь Т.А. После публикации ответчик написала опровержение, извившись за высказывания, поскольку в момент публикации находилась в состоянии беременности и испытывала сильные эмоции после смерти домашнего животного, которое на лечение возила в клинику «<данные изъяты> свекровь ответчика. О неправильном лечении животного истцом ответчику стало со слов ветеринарного врача другой клиники, где находилась кошка после лечения в «<данные изъяты>
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав предоставленные суду письменные доказательства, суд приходит к следующему.
Часть 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации декларирует, что каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.
Достоинство личности, честь и доброе имя, деловая репутация, являясь нематериальными благами, защищаются, согласно статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
В соответствии со статьями 151, 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.
В преамбуле к постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", его пунктах 1, 2, 5 разъяснено, что предусмотренное статьями 23 и 46 Конституции Российской Федерации право каждого на защиту своей чести и доброго имени, а также установленное статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации право каждого на судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации от распространенных не соответствующих действительности порочащих сведений является необходимым ограничением свободы слова и массовой информации для случаев злоупотребления этими правами.
В силу статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Принимая во внимание эти конституционные положения, суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными, гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23, 29, 33 Конституции Российской Федерации), с другой.
Иски по делам данной категории вправе предъявить граждане и юридические лица, которые считают, что о них распространены не соответствующие действительности порочащие сведения.
В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 3 от 24 февраля 2005 г. "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" установлено, что по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.
Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.
Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса РФ сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации).
Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.
Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.
При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.
Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пунктах 50, 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что право на компенсацию морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, на основании статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации возникает в случае распространения о гражданине любых таких сведений, в том числе сведений о его частной жизни. Истец по делу о компенсации морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений, а ответчик - соответствие действительности распространенных сведений.
Компенсация морального вреда может быть взыскана судом также в случаях распространения о гражданине сведений, как соответствующих, так и не соответствующих действительности, которые не являются порочащими его честь, достоинство, деловую репутацию, но распространение этих сведений повлекло нарушение иных принадлежащих гражданину личных неимущественных прав или нематериальных благ (например, сведений, относящихся к личной или семейной тайне). Обязанность компенсирован, моральный вред, причиненный распространением такой информации, может быть возложена на ответчика в силу статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
При рассмотрении дел по спорам о компенсации морального вреда, причиненного в связи с распространением о гражданине сведений, порочащих его честь, достоинство, деловую репутацию, или иных сведений, распространение которых может причинить моральный вред, судам надлежит обеспечивать баланс между такими гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами, как право граждан на защиту чести, достоинства, деловой репутации, свобода мысли, слова, массовой информации, право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23, 29, 33 Конституции Российской Федерации).
Установив, что истцом заявлено требование о компенсации морального, вреда, причиненного распространением оценочных суждений, мнений, убеждений, суд может удовлетворить его, если суждения, мнения, убеждения ответчика были высказаны в оскорбительной форме, унижающей честь и достоинство истца.
С учетом положений статьи 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (пункт 9 постановления Пленума от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц").
При рассмотрении дел о защите чести и достоинства одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению, является характер распространенной информации, то есть установление того, является ли эта информация утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением.
Исходя из смысла статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации сведение - утверждение о факте, которое можно проверить на предмет соответствия его действительности.
В противоположность этому во мнении выражается соответствие оцениваемого факта не действительности, не объективным фактам, а субъективным понятиям (критериям) и представлениям отдельного человека, выражающего мнение. Оценка не констатирует факт, а выражает отношение лица к тому или иному явлению или отдельной личности. Поэтому к оценкам неприменимы характеристики истинности - ложности. По общему правилу предположительные высказывания не опровергаются по суду, поскольку не констатируют факты. Суждение (мнение, высказывание) представляет собой умственный акт, носящий оценочный характер, выражающий отношение лица к содержанию высказанной мысли, отдельной личности и сопряженный с психологическими состояниями сомнения, убежденности или веры.При этом оценочное суждение может носить критический характер и само по себе не свидетельствует о распространении ответчиком порочащих сведений в смысле статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации; высказывания, носящие оценочный характер (критическое мнение, в том числе, отрицательная оценка), предположения, выводы, выражения мнения не могут быть признаны недостоверной (не соответствующей действительности) и порочащей информацией.
Президиум Верховного Суда в пункте 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного 16 марта 2016 г., указал, что при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо учитывать, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, если только они не носят оскорбительный характер.
Судом установлено, что Рябоконь Т.А. с 12 мая 2010 года зарегистрирована Управлением ветеринарии Алтайского края в качестве специалиста в области ветеринарии, занимающегося предпринимательской деятельностью на территории Алтайского края. Рябоконь Т.А.
14 мая 2021 года зарегистрирована в МИФНС № 14 по Алтайскому краю в качестве налогоплательщика налога на профессиональный доход.
Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 12 июля 2016 года нежилое помещение по адресу: <адрес>, <адрес> принадлежит на праве собственности Рябоконь Т.А.
Согласно выписке из амбулаторной карты животного от 14 января 2026 года на прием в <данные изъяты> обращалась Монтова С.А. (свекровь ответчика) с жалобами на плохое самочувствие кошки по кличке Соня, 11 лет, животному выставлен диагноз, назначена и проведена инфузионная терапия, даны рекомендации по лечению кошки дома.
Чеком от 14 января 2026 года подтверждается факт оплаты услуг в пользу Рябоконь Т.А. в размере 1 900 рублей.
16 января 2026 года животное умерло в клинике <адрес>
В период времени с 00.09 часов 17 января 2026 года по 22.09 часов 26 января 2026 года в мессенджере «Телеграм», на своем канале под ником «<адрес> Монтова А.А. ФИО16 публично высказывала оскорбления в адрес Рябоконь Т.А.
Монтова А.А. факт написания поста на своем канале не оспаривала. Данные обстоятельства установлены постановлением об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 27 марта 2026 года, а также пояснениями ответчика в судебном заседании.
В соответствии с п. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 186 настоящего Кодекса, или не установлено существенное нарушение порядка совершения нотариального действия.
Стороной истца предоставлен протокол осмотра письменного доказательства - аккаунта в мессенджере «Телеграм» от 03 февраля 2026 года, удостоверенный нотариусом Сусловой М.А., из которого следует, что 17 января 2026 года в 00.09 часов, 16.51 часов на канале «<данные изъяты>» размещен пост, в котором указано на то, что в клинике «Артемида» кошку ответчика неправильно лечили, в клинике работают не профессионалы, а авантюристы, лже-ветеринары.
19 января 2026 года в 17.29 часов, продолжая рассказ об «<данные изъяты> ответчик разместила пост: «Продолжение трагедии. Женщина из <данные изъяты> звонила сегодня моей свекрови и поливала грязью и обещала написать на весь Барнаул, что это мы довели нашу соню до этого. Эта…Нечто… Не должно лечить животных! Я прошу вашей помощи убить рейтинг <данные изъяты>, пожалуйста. Я в шоке. Ваше мнение? Соню не вернешь. Но такое говорить убитым горем людям…Так цинично. Она хвасталась, что достала Соню с того света»
19 января 17.53 часов ответчик разместила пост: «Еще вспомнила. Мне будет развернутый ответ от <данные изъяты>. Про анорексию у кошки. Чего не было. Это заболевание требует биохимические исследования. Как ответит это нечто. Я вам скину. Чтобы вы увидели как выглядят оборотни».
21 января 2026 года в 14.47 часов ответчик разместила пост: «Все кто поддерживает и не остается в стороне от бессовестности этой организации <данные изъяты> Большое спасибо. Клиника помимо хамского отношения к нам, стремится забыть эту историю и удаляет ваши отзывы и оценки. Для них это «рядовой» случай. Я видела много лайков под отзывом. Но их стало меньше. Боятся, что к ним не пойдут платить за услуги.»
26 января 2026 года ответчик разместила следующие посты:
20.03 часов «Мне ответили…Эти уроды»
20.06 часов «Лгуны. Товарищи. Это просто ужас».
20.07 часов «Такие твари. Моя свекровь была не против «писанины». Я считаю свою позицию честной в отличие от них. Я просто убедилась в их мерзотности… И купили отзыв про «почечную недостаточность у песика». Я напишу в Рособрнадзор. И я верю в то, что им будет только хуже. И чтобы эта клиника пошла ко дну.»
Производя анализ указанных выше текстов, суд приходит к выводу, что высказывания ответчика содержат в себе утверждения о фактах и событиях, указывающих на совершение женщиной-врачом клиники <данные изъяты> профессиональных проступков, ее недобросовестность, грубость при оказании услуг, а также в неправильном лечении животного ответчика. При этом указание на такие факты подлежит проверке на действительность. Суд не признает данные высказывания оценочными суждениями ответчика, поскольку речь идет о фактах.
Доказательств того, что истец действительно допускает нарушения в осуществлении услуг по лечению животных, неправильно лечила кошку ответчика, а также о том, что истец не профессионал в области ветеринарии, Монтовой А.А. не предоставлено, при этом обязанность доказать действительность фактов, о которых распространена негативная информация лежит на ответчике.
Оценивая указанные негативные высказывания Монтовой А.А. на предмет их достоверности, суд приходит к выводу о том, что они являются порочащими и недостоверными, поскольку содержат в себе негативные утверждения о нарушении истцом правил оказания ветеринарных услуг, причинении вреда животному, недобросовестности при осуществлении деятельности, которые умаляют честь, достоинство и деловую репутацию истца, тогда как достоверность указанной информации не подтверждена ответчиком в ходе рассмотрения гражданского дела.
Доводы стороны ответчика о том, что данные высказывания не относились к истцу Рябоконь Т.А., и являются обезличенными, судом оцениваются критически, поскольку предоставленными доказательствами установлено, что именно ветеринарный врач Рябоконь Т.А. оказывает ветеринарные услуги в клинике под наименованием «Артемида» по указанному выше адресу, иных работников в клинике нет, и именно в данную клинику обращались по поводу лечения кошки ответчика, что подтверждается записями в амбулаторной карте и чеками об оплате услуг. Указанные обстоятельства позволяют идентифицировать конкретное лицо, которое оказывало ветеринарные услуги, в отношении которого ответчиком допускались публичные высказывания, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию, этим лицом является истец Рябоконь Т.А.
Доводы ответчика о том, что указанная выше информация в постах в сети Интернет была размещена ею со слов свекрови, и ответчик лишь использовала констатацию рассказанных ей фактов, суд признает необоснованными, поскольку достоверность изложенной в посте информации не подтверждена ответчиком в ходе рассмотрения, при этом доказательств того, что свекровь ответчика распространяла какую-либо информацию суду также не предоставлено.
Суд приходит к выводу, что изложенные ответчиком в отзыве на Фламп 2ГИС сведения для истца имеют неблагоприятные последствия, поскольку платформа 2ГИС является местом, где истец находит потенциальных клиентов для своего заработка в качестве самозанятого специалиста в области ветеринарных услуг, размещая там рекламу своих услуг, что указывает на то, что деловой репутации истца также причинен урон.
Кроме этого, в указанных выше сообщениях и постах ответчика, размещенных в сети Интернет, содержатся также оскорбительные выражения в адрес Рябоконь Т.А. («Эта… Нечто», «Эти уроды». «Лгуны», «такие твари», «Я просто убедилась в их мерзотности».
Объективная сторона оскорбления заключается в действиях, которые унижают честь и достоинство определенного лица в неприличной форме (циничной, противоречащей установленным правилам поведения, требованиям общечеловеческой морали).
Оскорбление представляет собой выраженную в неприличной форме отрицательную оценку личности, имеющую обобщенный характер и унижающую его честь и достоинство, независимо от того, каким способом выражено оскорбление: непосредственно истцу, либо неопределенному кругу лиц, что согласуется с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3.
Оскорбительность слов признается, если они унижают честь и достоинство личности, противоречат установленным нравственным нормам общепринятым правилам поведения в обществе, манере обращения между людьми в целом, правилам морали.
Так, согласно Толковому словарю под редакцией С.И. Ожегова, с учетом контекста и смысла размещенной ответчиком информации:
- слово «Нечто» – является неопределенным местоимением, некий предмет, явление, что-то, употреблено по отношению к человеку;
- слово «Тварь» употреблено в значении недостойный, подлый человек;
- слово «Уроды» употреблено в контексте как человек с какими-нибудь дурными, отрицательными свойствами;
- слово «Лгуны» - означает человека, который говорит неправду, постоянно привык обманывать или вводить кого-либо в заблуждение;
-слово «Мерзотность» в словаре С.И. Ожегова отсутствует, однако имеется однокоренное слово «Мерзость», которое подразумевает свойство или качество чего-либо отвратительного, гадкого, неприятного на вид, вкус, ощупь, подлый поступок или отвратительные грязные слова.
Указанные слова в контексте размещенной ответчиком информации в сети Интернет суд признает выражением отрицательной оценки истца Рябоконь Т.А., ее деятельности, поведения. Поэтому суд приходит к выводу, что указанные высказывания являются оскорбительными и унижают честь, достоинство и деловую репутацию Рябоконь Т.А., а поэтому нарушенное право подлежит защите.
Доводы ответчика о нахождении ее в момент совершения указанных действий в состоянии беременности судом во внимание не принимается, поскольку правового значения не имеет.
Разрешая вопрос о компенсации морального вреда, суд приходит к выводу, что распространение ответчиком порочащих Рябоконь Т.А. и не соответствующих действительности сведений, оскорбительных высказываний, унижающих честь, достоинство и деловую репутацию истца фактически нашло свое подтверждение, с учетом характера и содержания этих сведений, потенциального воздействия на значительный круг читателей (102 подписчика на канале ответчика <данные изъяты>», наличие отзывов на посты, объема причиненных истцу при этом нравственных страданий, принимая во внимание личность истца, ее профессиональную деятельность в условиях конкуренции на рынке аналогичных ветеринарных услуг, исходя из требований разумности и справедливости, а также того обстоятельства, что подлежащая взысканию сумма компенсации морального вреда должна быть соразмерна причиненному вреду, суд полагает подлежащим компенсации моральный вред в размере 20 000 рублей.
Суд считает не доказанным факт причинения физических страданий истцу, указывавшей на то, что связи с данными публикациями ее здоровье ухудшилось. Надлежащих и допустимых доказательств, указывающих на причинно-следственную связь между обращением истца в учреждения здравоохранения и размещение спорных публикаций ответчиком, Рябоконь Т.А. не представлено. В выписках из амбулаторной карты не указана причина заболевания истца.
Учитывая, что распространенная информация признана судом не соответствующей действительности, также судом применяется способ восстановления права истца в виде возложения на ответчика обязанности по опровержению распространенной ею информации об истце тем же способом, что и происходило распространение, а именно: в течение 10 дней с момента вступления в законную силу решения суда опровергнуть информацию, распространенную: в Телеграм-канале «<данные изъяты>» от 17 января 2026 года в 00.09 часов, 16.51 часов; 19 января 2026 года в 17.29 часов, 17.53 часов, 19.27 часов; 21 января 2026 года в 14.42 часов; 26 января 2026 года в 20.03 часов, 20.07 часов; на интернет ресурсе с адресом: <адрес>
Доводы ответчика о том, что после данных событий ответчик разместила в своем Телеграм канале пост, в котором указывала на причины подобных резких высказываний, суд считает ненадлежащим опровержением, поскольку факты, распространенные ответчиком в отношении истца, признанные судом недостоверными, в действительности не опровергнуты в данном сообщении.
Доводы ответчика о подсудности дела Арбитражному суду в связи с тем, что истец осуществляет защиту деловой репутации в сфере предпринимательской деятельности, судом отклоняются, поскольку соответствующее ходатайство стороной ответчика не заявлено.
Арбитражные суды в соответствии со статьей 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривают дела о защите деловой репутации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают дела о защите деловой репутации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", пунктом 5 части 1 статьи 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлена специальная подведомственность арбитражным судам дел о защите деловой репутации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. При этом согласно части 2 названной статьи указанные дела рассматриваются арбитражными судами независимо от того, являются ли участниками правоотношений, из которых возникли спор или требование, юридические лица, индивидуальные предприниматели или иные организации и граждане. Исходя из этого, дела о защите деловой репутации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности не подведомственны судам общей юрисдикции.
Если сторонами спора о защите деловой репутации будут юридические лица или индивидуальные предприниматели в иной сфере, не относящиеся к предпринимательской и иной экономической деятельности, то такой спор подведомственен суду общей юрисдикции.
Таким образом, необходимым условием для рассмотрения арбитражным судом исковых требований о защите деловой репутации является экономический характер спора, возникший в связи с непосредственным осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.
Учитывая, что оспариваемые сведения не связаны с защитой прав в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности, указывали на противоправную деятельность и недобросовестное поведение истца в сфере оказания ветеринарных услуг, спор подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции.
С учетом изложенного, исковые требования подлежат частичному удовлетворению.
В силу положений, предусмотренных ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на производство осмотра на месте; другие признанные судом необходимыми расходы.
На основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
На основании ст. 103 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате» в порядке обеспечения доказательств нотариус производит осмотр письменных и вещественных доказательств.
Истцом к делу предоставлен протокол осмотра письменного доказательства от 03 февраля 2026 года, удостоверенный нотариусом.
Суд признал указанное доказательство относимым, поскольку в нем зафиксированы факты, имеющие отношение к рассматриваемому спору; на момент обращения к нотариусу существовали реальные основания полагать, что представление доказательств в будущем станет невозможным и затруднительным (публикация в Интернете, которую могут удалить), при этом сам документ оформлен до обращения истца в суд.
Согласно предоставленной истцом квитанции ею были оплачены услуги нотариуса по производству осмотра вещественного доказательства в размере 22 700 рублей. Также истец оплатила при подаче иска государственную пошлину в размере 3 000 рублей.
С учетом изложенного, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей, расходы по оплате услуг нотариуса по составлению протокола осмотра письменного доказательства в размере 22 700 рублей. Принцип пропорциональности в данном случае не применяется, поскольку частично удовлетворен иск, содержащий неимущественные требования.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд решил:
Исковое заявление Рябоконь ФИО18 удовлетворить частично.
Обязать Монтову ФИО19 (№) в течение 10 дней с момента вступления в законную силу решения суда опровергнуть информацию, распространенную:
- в телеграм-канале «<данные изъяты>» от 17 января 2026 года в 00.09 часов, 16.51 часов; 19 января 2026 года в 17.29 часов, 17.53 часов, 19.27 часов; 21 января 2026 года в 14.42 часов; 26 января 2026 года в 20.03 часов, 20.07 часов;
- на интернет ресурсе с адресом: <адрес>.
Взыскать с Монтовой ФИО20 (№) в пользу Рябоконь ФИО21 (№) компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей, расходы на нотариальное удостоверение обеспечения доказательства в размере 22 700 рублей.
Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в судебную коллегию по гражданским делам <адрес>вого суда в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Железнодорожный районный суд <адрес>.
Судья М.М. Бирюкова
Мотивированное решение составлено 10 июня 2026 года.