РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Первомайский районный суд г. Омска в составе председательствующего судьи Еленской Ю.А. при секретаре судебного заседании Долгой А.С., с участием в организации и подготовке судебного процесса помощника судьи Барановой К.А., с участием в деле помощника прокурора Советского административного округа г. Омска Тарасевича О.С., рассмотрев в открытом судебном заседании 11 июня 2026 года в городе Омске гражданское дело по исковому заявлению Гулова Е. А. к обществу с ограниченной ответственностью «Политрейд» о восстановлении на работе, взыскании компенсации за вынужденный прогул, компенсации морального вреда, установил:
Гулов Е.А. обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Политрейд» (сокращенное наименование – ООО «Политрейд») о восстановлении на работе, взыскании компенсации за вынужденный прогул, компенсации морального вреда, указав в обоснование на то, что между ООО «Политрейд» и Гуловым Е.А. был заключен трудовой договор № б/н от 03.02.2025, согласно которому Гулов Е.А. был принят на должность заведующим складом. В соответствии с п. 2.1 указанного договора срок его действия определен с 03.02.2025 до 31.12.2025.
На основании приказа № от 19.06.2026 Гулову Е.А. предоставлен отпуск по уходу за ребенком до достижения им 1,5 лет.
Истец полагает, что его увольнение является незаконным, поскольку работодатель проигнорировал уведомление истца.
В частности, приказ об увольнении по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ был издан ответчиком 30.12.2025, однако 15.12.2025 он отозвал свое заявление об увольнении, направив работодателю соответствующее уведомление по электронной почте info@politradeomsk.ru, указанной в трудовом договоре, а также подтвердил намерение продолжить работу в ходе телефонного разговора с сотрудником отдела кадров 24.12.2025 и 29.12.2025.
Кроме того, пунктом 9.2 трудового договора предусмотрено, что по истечении срока срочного трудового договора он прекращается. Это правило не распространяется на случаи, когда трудовые отношения фактически продолжаются и не одна из сторон за два месяца до окончания срока действия договора письменно не уведомила сторону о прекращении трудового договора. В этом случае трудовой договор продлевается автоматически на один год на прежних условиях.
Как указывает истец, за два месяца до истечения срока договора ответчик не направил ему письменного уведомления о предстоящем увольнении, что противоречит п. 9.2 договора.
На основании изложенного, истец просил суд восстановить его на должности заведующего складом с 30.12.2025, обязать ООО «Политрейд» согласно п. 9.1, 9.2 трудового договора заключить с Гуловым Е.А. дополнительное соглашение о продлении трудового договора № б/н от 03.02.2025 на 01.01.2026 по 31.12.2026, взыскать с ООО «Политрейд» заработную плату, исходя из средней дневной ставки 4 259,83 за время вынужденного прогула в период с 31.12.2025 по день восстановления на работе, компенсацию за потерю социальных гарантии выплат с 01.01.2026 по 06.09.2026 в размере 161 327,04 рублей, компенсацию морального вреда в размере трех среднемесячных оплат в сумме 381 255,46 рублей,
В последующем Гулов Е.А. требования искового заявления уточнил в судебном заседании 11.06.2026, просил восстановить его на должности заведующего складом с 30.12.2025; признать трудовой договор № б/н от 03.02.2025 продленным на неопределенный срок (бессрочным) и обязать ответчика внести соответствующие изменения в трудовой договор № б/н от 03.02.2025; взыскать с ответчика в пользу истца заработную плату, исходя из средней дневной ставки 2333,30 рублей + 13%, которые подлежат уплате налоговым агентом ООО «Политрейд», компенсацию морального вреда в размере 70 000 рублей.
Определением суда от 11.06.2026, оформленным протоколом судебного заседания, истцу разъяснено право на обращение с самостоятельными требованиями в суд о взыскании компенсации за потерю социальных гарантии выплат с 01.01.2026 по 06.09.2026 в размере 161 327,04 рублей, с предоставлением суду доказательств и обоснования конкретных социальных гарантий.
В судебном заседании истец Гулов Е.А. требования уточненного искового заявления поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, заявив о преждевременности заявленных требований о взыскании компенсации за потерю социальных гарантии выплат с 01.01.2026 по 06.09.2026 в размере 161 327,04 рублей
Представитель ответчика ООО «Политрейд» Любимов С.А., действующий на основании доверенности, требования иска не признал, полагая, что истец был уволен на основании его заявления законно. Пояснил, что трудовой договор с Гуловым Е.А. был расторгнут по инициативе работника. Не оспаривал факт получения по электронной почте заявления Гулова Е.А. об отзыве заявления о увольнении, однако полагал, что данный способ извещения работодателя не может считаться надлежащим, поскольку заявление должно быть оформлено на бумажном носителе с личной подписью работника. Кроме того, срок действия трудового договора истек 31.12.2025 и трудовые правоотношения с истцом были бы прекращены по истечении срока действия трудового договора. Срок действия трудового договора обусловлен единственным контрактом ответчика с контрагентом, в отсутствие заданий от которого исключает экономическую деятельность ООО «Политрейд».
В судебном заседании представитель ответчика по доверенности Шевченко О.А. пояснила, что работником кадрового отдела ответчика. Письмо по электронной почте от Гулова Е.А. получала она и ответила ему также по электронной почте, которая я была известна работодателю. В настоящее время в компании работают только руководитель и кадровый отдел, бухгалтерия, остальные работники уволены.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора – Государственная трудовая инспекция по Омской области, ГУФССП по Омской области надлежащим образом извещались о дате и месте судебного разбирательства, в суд не явились, о причине неявки суду не сообщили.
Выслушав истца, представителей ответчика, исследовав материалы дела, выслушав заключение старшего помощника прокурора САО города Омска Тарасевича О.С., полагавшего заявленные требования подлежащими удовлетворению, оценив представленные доказательства в их совокупности, пришел к следующему.
Согласно ст. 37 Конституции РФ, каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.
В соответствии со ст.15 ТК РФ, к трудовым отношениям относятся отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом (ст. 16 ТК РФ).
В судебном заседании установлено, что 03.02.2025 между ООО «Политрейд» (работодатель) и Гуловым Е.А. (работник) был заключен трудовой договор. Согласно условиям данного договора Гулов Е.А. был принят на должность заведующий складом, на период с 03.02.2025 по 31.12.2025 (л.д. 61-62).
Приказом директора ООО «Политрейд» № от 03.02.2025 Гулов Е.А. принят на работу с 03.02.2025 в структурное подразделение ПТО, на должность заведующий складом, с тарифной ставкой (окладом) 35 000 рублей, надбавкой 1,150, с испытаем на срок 3 месяца (л.д. 60).
Приказом директора ООО «Политрейд» № от 19.06.2025 Гулову Е.А. предоставлен отпуск по уходу за ребенком на 475 календарных дней, с 19.06.2025 по 06.10.2026 (л.д. 77).
Гулов Е.А. подал заявление в ООО «Политрейд» о его увольнении по собственному желанию с 30.12.2025 (л.д. 84).
В судебном заседании стороны пояснили. что заявление об увольнении истец оформил примерно в июле-августе 2025 года.
15.12.2025 Гулов Е.А. подал заявление об отзыве поданного ранее заявления об увольнении по собственному желанию с 30.12.2025, посредством направления его на электронную почту <данные изъяты> (л.д. 7).
ДД.ММ.ГГГГ ООО «Политрейд» направило в адрес электронной почты Гулова Е.А. сообщение и предупреждение от 15.12.2025 о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия 31.12.2025 (л.д. 7, 80).
На основании приказа директора ООО «Политрейд» № от 30.12.2025 прекращен трудовой договор с Гуловым Е.А., и он уволен с 30.12.2025 по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ (по инициативе работника).
Ссылаясь на то обстоятельство, что истец был уволен незаконно, поскольку отозвал заявление об увольнении по собственному желанию, а работодателем нарушен установленный договором порядок прекращения срочного трудового договора, Гулов Е.А. обратился в суд с названным иском.
В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.
Пунктом 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части 1 статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.
В подпункте «а» пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, который предусматривает возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. За работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении. Работник не может быть лишен права отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию и в случае, если работник и работодатель договорились о расторжении трудового договора по инициативе работника до истечения установленного срока предупреждения. При этом работник вправе отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию до истечения календарного дня, определенного сторонами как окончание трудового отношения. Такое толкование закона приведено в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 13 июля 2020 года N 39-КГ20-3-К1.
Следовательно, по данному делу юридически значимыми и подлежащими установлению являются с такие обстоятельства как наличие добровольного волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию; наличие либо отсутствие со стороны работодателя давления при написании заявления об увольнении по собственному желанию, принуждения работника к увольнению; достижение между сторонами соглашения о расторжении трудового договора до истечения срока предупреждения об увольнении.
Из положений статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, а также пункта 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 следует, что работник может быть восстановлен на работе только в случае, если увольнение его было произведено без законного основания и (или) с нарушением установленного порядка.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Из материалов дела следует, основанием для издания приказа об увольнении Гулова Е.А. послужило его заявление, в котором он просит уволить его с 30.12.2025.
Таким образом, право отозвать свое заявление сохранялось у Гулова Е.А. вплоть до окончания календарного дня 30.12.2025.
Воспользовавшись своим правом, Гулов Е.А. направил ДД.ММ.ГГГГ на электронную почту работодателя № заявление об отзыве своего заявления об увольнении, которое было доставлено указанному адресату, что подтверждается скриншотами электронной почты, и подтвердил ответчик.
Стороной ответчика не оспаривается получение указанного заявления, однако сторона ответчика полагает, что способ извещения работодателя об отзыве заявления об увольнении по электронной почте не может считаться надлежащим.
Указанные доводы ответчика суд считает несостоятельными, поскольку трудовым законодательством не предусмотрен определенный способ подачи заявления об отзыве заявления об увольнении, работник имеет право отозвать свое заявление любым доступным для него способом.
Исходя из установленных обстоятельств, суд полагает заявленные требования истца о восстановлении его на работе обоснованными и подлежащими удовлетворению, поскольку волеизъявление на увольнение у истца не имелось.
Кроме того, доводы ответчика о прекращении трудового договора в любом случае, поскольку 31.12.2025 истек срок его действия, суд считает несостоятельным.
Положениями статей 58, 59 Трудового кодекса Российской Федерации закреплены правила заключения срочных трудовых договоров.
Согласно части первой статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые договоры могут заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.
Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения (часть вторая статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).
Если в трудовом договоре не оговорен срок его действия, то договор считается заключенным на неопределенный срок (часть третья статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).
Трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок (часть пятая статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).
Запрещается заключение срочных трудовых договоров в целях уклонения от предоставления прав и гарантий, предусмотренных для работников, с которыми заключается трудовой договор на неопределенный срок (часть шестая статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).
В статье 59 Трудового кодекса Российской Федерации приведены основания для заключения срочного трудового договора.
В части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации закреплен перечень случаев (обстоятельств), при наличии которых трудовой договор заключается на определенный срок в силу характера предстоящей работы или условий ее выполнения.
Так, согласно абзацу шестому части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор заключается для проведения работ, выходящих за рамки обычной деятельности работодателя (реконструкция, монтажные, пусконаладочные и другие работы), а также работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением производства или объема оказываемых услуг.
Частью второй статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации определен перечень случаев, при наличии которых по соглашению сторон допускается заключение срочного трудового договора.
В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, а также в других случаях, установленных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть вторая статьи 58, часть первая статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации). Если судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора будет установлено, что он заключен работником вынужденно, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.
Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П "По делу о проверке конституционности абзаца восьмого части 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Сысоева И.А." (далее - постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П), законодательное ограничение случаев применения срочных трудовых договоров фактически направлено на предоставление работнику как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении защиты от произвольного определения работодателем срока действия трудового договора, что не только отвечает целям и задачам трудового законодательства, социальное предназначение которого заключается в преимущественной защите интересов работника, включая его конституционно значимый интерес в стабильной занятости, но и согласуется с вытекающим из Конституции Российской Федерации (статья 17, часть 3) требованием соблюдения баланса конституционных прав и свобод работника и работодателя (абзац шестой пункта 3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П).
Действуя в качестве самостоятельного хозяйствующего субъекта и участника гражданского оборота, к сфере ответственности которого относится заключение гражданско-правовых договоров и их пролонгация, выбор контрагентов и их замена и т.п., работодатель самостоятельно несет и все риски, сопутствующие осуществляемому им виду экономической деятельности. Так, вступая в договорные отношения с иными участниками гражданского оборота, именно он несет риски, связанные с исполнением им самим и его контрагентами своих договорных обязательств, сокращением общего объема заказов, расторжением соответствующих договоров и т.<адрес> же, выполняя за гарантированное законом вознаграждение (заработную плату) лишь определенную трудовым договором трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, не является субъектом осуществляемой работодателем экономической деятельности, а потому не может и не должен нести каких бы то ни было сопутствующих ей рисков и не обязан разделять с работодателем бремя такого рода рисков. В противном случае искажалось бы само существо трудовых отношений и нарушался бы баланс конституционных прав и свобод работника и работодателя (абзац второй пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П).
Если в качестве работодателя выступает организация, уставная деятельность которой предполагает оказание каких-либо услуг третьим лицам, то предметом трудовых договоров, заключаемых с работниками, привлекаемыми для исполнения обязательств работодателя перед заказчиками услуг, является выполнение работы по обусловленной характером соответствующих услуг трудовой функции. При этом надлежащее исполнение таким работодателем обязанности по предоставлению своим работникам работы, предусмотренной заключенными с ними трудовыми договорами, предполагает в числе прочего своевременное заключение им с иными участниками гражданского оборота договоров возмездного оказания услуг (абзац второй пункта 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П).
Ограниченный срок действия гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг, заключенных работодателем с заказчиками соответствующих услуг, при продолжении осуществления им уставной деятельности сам по себе не предопределяет срочного характера работы, подлежащей выполнению работниками, обеспечивающими исполнение обязательств работодателя по таким гражданско-правовым договорам, не свидетельствует о невозможности установления трудовых отношений на неопределенный срок, а значит, и не может служить достаточным основанием для заключения срочных трудовых договоров с работниками, трудовая функция которых связана с исполнением соответствующих договорных обязательств, и их последующего увольнения в связи с истечением срока указанных трудовых договоров (абзац четвертый пункта 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П).
Иное обессмысливало бы законодательное ограничение случаев заключения срочных трудовых договоров, приводило бы к недопустимому игнорированию лежащего в основе трудовых правоотношений конституционно значимого интереса работника в стабильной занятости и при отсутствии обстоятельств, объективно препятствующих продолжению осуществления им работы по обусловленной заключенным с ним трудовым договором трудовой функции, влекло бы за собой необоснованное прекращение трудовых отношений и увольнение работника в упрощенном порядке без предоставления ему гарантий и компенсаций, направленных на смягчение негативных последствий, наступающих для гражданина в результате потери работы, а значит - и выходящее за рамки конституционно допустимых ограничений прав и свобод ущемление конституционного права каждого на свободное распоряжение своими способностями к труду, выбор рода деятельности и профессии (статья 37, часть 1; статья 55, часть 3 Конституции Российской Федерации) (абзац пятый пункта 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П).
Кроме того, увязывание срока заключенного с работником трудового договора со сроком действия заключенного работодателем с третьим лицом гражданско-правового договора возмездного оказания услуг фактически приводило бы к тому, что занятость работника ставилась бы в зависимость исключительно от результата согласованного волеизъявления работодателя и заказчика соответствующих услуг в отношении самого факта заключения между ними договора возмездного оказания услуг, срока его действия и пролонгации на новый срок. Тем самым работник был бы вынужден разделить с работодателем риски, сопутствующие осуществляемой работодателем экономической деятельности в сфере соответствующих услуг (в том числе связанные с колебанием спроса на эти услуги), что приводило бы к искажению существа трудовых отношений и нарушению баланса конституционных прав и свобод работника и работодателя (абзац шестой пункта 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П).
Из приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что Трудовой кодекс Российской Федерации, предусмотрев возможность заключения срочных трудовых договоров, существенно ограничил их применение. Законодательное ограничение случаев применения срочных трудовых договоров направлено на предоставление работнику как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении защиты от произвольного определения работодателем срока действия трудового договора, что отвечает целям и задачам трудового законодательства - защите интересов работников, обеспечению их стабильной занятости.
Если судом при разрешении спора будет установлено, что отсутствовали основания для заключения с работником срочного трудового договора, то к такому договору применяются правила о договоре, заключенном на неопределенный срок. Об отсутствии оснований для заключения срочного трудового договора может свидетельствовать факт многократности заключения с работником срочных трудовых договоров на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции, а также факт неоднократной пролонгации заключенного с работником трудового договора.
Одним из случаев заключения трудового договора на определенный срок в связи с характером предстоящей работы и условий ее выполнения является заключение трудового договора для проведения работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением объема производства или оказываемых услуг (абзац шестой части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации). Заключение срочного трудового договора по названному основанию будет правомерным только тогда, когда работы, связанные с расширением производства или объема оказываемых услуг, объективно носят временный характер, исключающий возможность продолжения трудовых отношений между сторонами данного договора после проведения названных работ.
Вместе с тем, если работодателем по такому срочному трудовому договору является организация, уставная деятельность которой предполагает оказание каких-либо услуг третьим лицам в рамках заключаемых организацией-работодателем с третьими лицами (заказчиками) гражданско-правовых договоров с определенным сроком действия, то ограниченный срок действия таких гражданско-правовых договоров сам по себе не предопределяет срочного характера работы, выполняемой работниками в порядке обеспечения исполнения обязательств работодателя по гражданско-правовым договорам, и не может служить достаточным правовым основанием для заключения с работниками срочных трудовых договоров и их последующего увольнения в связи с истечением срока указанных трудовых договоров.
Поскольку из представленных в материалы дела договора между ООО «Газпромнефть-СМ» и ООО «Политрейд» от 26.06.2024, трудового договора, заключенного с истцом, а также единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Политрейд» не усматривается выполнение работы по обусловленной характером соответствующих услуг трудовой функции. А ответчик продолжает экономическую деятельность в соответствии со своей деятельностью, оснований для заключения трудового договора на срочной основе у ответчика не было, следовательно, не было и оснований направлять уведомление о прекращении срока действия трудового договора что согласуется с правовой позицией толкования законодательства, приведенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 21.08.2023 N 78-КГ23-19-К3.
В соответствии с ч. 1 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.
В силу ч. 2 данной статьи орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.
Поскольку увольнение Гулова Е.А. является незаконным, исходя из положений части 1 и части 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, суд полагает необходимым отменить приказ № 31 от 30.12.2025, восстановить истца на работе в прежней должности и взыскать в его пользу средний заработок за все время вынужденного прогула.
В силу ст.234 ТК РФ, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного увольнения работника; задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, внесения в трудовую книжку неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.
В соответствии с частью 1 статьи 129 ТК РФ, заработная плата (оплата труда работника) - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).
Статьей 135 ТК РФ предусмотрено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
В пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № разъяснено, что средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ.
В связи с тем, что в ходе судебного разбирательства нашло свое подтверждение требование истца о признании его увольнения незаконным, в пользу Гулова Е.А. подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула за период с 31.12.2025 по 11.06.2026 в размере 457 012,7 рублей, из расчета среднего заработка за один день – 4352,5 рублей 122 дня вынужденного прогула.
Согласно ст. 396 ГК РФ решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника, о восстановлении на прежней работе работника, незаконно переведенного на другую работу, подлежит немедленному исполнению.
В соответствие со ст.211 ГПК РФ решение суда о выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев подлежит немедленному исполнению.
В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 (ред. от 24.11.2015) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Учитывая, что увольнение истца является неправомерным, суд на основании ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о том, что действиями ответчика истцу причинен моральный вред.
При определении размера компенсации суд учитывает характер нарушения работодателем трудовых прав работника, степень и объем нравственных страданий истца, фактические обстоятельства дела и индивидуальные особенности истца, отсутствие тяжких необратимых последствий для него, степень вины работодателя, требования разумности и справедливости, полагает необходимым определить компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.
Учитывая, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины по основаниям подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, то с ответчика в доход местного бюджета согласно статье 103 Гражданского процессуального кодекса РФ подлежит взысканию государственная пошлина в размере 16 925 рублей.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования Гулова Е. А. к обществу с ограниченной ответственностью «Политрейд» о восстановлении на работе, взыскании компенсации за вынужденный прогул, компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Признать незаконным приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении трудового договора со Гуловым Е. А., изданный обществом с ограниченной ответственностью «Политрейд».
Восстановить Гулова Е. А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с ДД.ММ.ГГГГ в прежней должности заведующего складом обществом с ограниченной ответственностью «Политрейд».
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Политрейд» (ИНН №) в пользу Гулова Е. А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) средний заработок за все время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 457012,7 рублей, компенсацию морального вреда – 10000 рублей.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Политрейд» (ИНН № в доход бюджета <адрес> государственную пошлину в размере 16925 рублей.
Решение суда в части восстановления на работе и взыскании заработной платы за три месяца в размере 228093,25 рублей подлежит немедленному исполнению.
Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Первомайский районный суд <адрес> в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Ю.А. Еленская
Мотивированное решение изготовлено 26 июня 2026 года.