ОПРЕДЕЛЕНИЕ
об отказе в процессуальном правопреемстве с. Тасеево 28 сентября 2026 года
Тасеевский районный суд Красноярского края в составе:
председательствующего судьи Заречной В.В., при секретаре Копыловой А.А., с участием заинтересованного лица Солдатенко А.Л., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация Компания ТРАСТ» о процессуальном правопреемстве,
УСТАНОВИЛ:
Общество с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация Компания ТРАСТ» (далее – ООО «ПКО Компания ТРАСТ») обратилось в Тасеевский районный суд Красноярского края с заявлением о процессуальном правопреемстве. Свои требования мотивировало тем, что в производстве судебного пристава-исполнителя ОСП по Тасеевскому району Красноярского края находилось исполнительное производство № 821/15/24025-ИП, возбужденное 06 марта 2015 года на основании исполнительного листа выданного Тасеевским районным судом Красноярского края на основании решения Тасеевского районного суда Красноярского края от 02 июня 2014 года по гражданскому делу № 2-103/2014 о взыскании задолженности по кредитному договору в отношении должника ФИО1 Исполнительное производство окончено 03 марта 2025 года в связи с невозможностью его исполнения. Должник ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ года. Просит по гражданскому делу № 2-103/2014 произвести замену должника ФИО3 на универсального правопреемника.
Определением Тасеевского районного суда Красноярского края от 28 июля 2026 года в качестве заинтересованных лиц привлечены: ПАО «Сбербанк», администрация Дзержинско-Тасеевского муниципального округа Красноярского края, Российская Федерация в лице Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва, Солдатенко А.Л., Солдатенко В.Л.
В судебном заседании заинтересованное лицо Солдатенко А.Л. с заявленными требованиями не согласен. По существу пояснил, что после смерти отца какое-либо имущество он не принимал, с заявлением о принятии наследства не обращался.
В судебное заседание представитель заявителя ООО «ПКО Компания ТРАСТ», надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения заявления, не явился, согласно ходатайства представителя заявителя по доверенности Оленевой Н.А., она просит рассмотреть заявление в отсутствие представителя заявителя.
В судебное заседание заинтересованное лицо Солдатенко В.Л., представители заинтересованных лиц: ПАО «Сбербанк», администрации Дзержинско-Тасеевского муниципального округа Красноярского края, Российской Федерации в лице Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения заявления, не явились, о причине не явки не уведомили, о рассмотрении дела в своё отсутствие не просили.
Учитывая данные обстоятельства, а также то, что не явка лиц, участвующих в деле, не является препятствием к разрешению вопроса о процессуальном правопреемстве, суд полагает возможным рассмотреть заявление без их участия.
Выслушав явившегося участника, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам:
Тасеевским районным судом Красноярского края 02 июня 2014 года вынесено решение, которым решено расторгнуть, заключенный между ОАО «Сбербанк России» в лице Канского отделения № 279 ОАО «Сбербанк России» и ФИО4, кредитный договор от 04 декабря 2012 года № <данные изъяты>; взыскать с ФИО5 в пользу ОАО «Сбербанк России» в лице Канского отделения Головного отделения по Красноярскому краю Восточно-Сибирского банка сумму кредитного долга в размере 194258 рублей 90 копеек, в том числе: задолженность по основному долгу 173996 рублей 55 копеек; проценты за пользование кредитом 4323 рубля 53 копейки; неустойка 15938 рублей 82 копейки; сумму уплаченной государственной пошлины в размере 5085 рублей 18 копеек.
Решение Тасеевского районного суда Красноярского края в апелляционном порядке не обжаловалось и вступило в законную силу 03 июля 2014 года.
04 июля 2014 года Тасеевским районным судом Красноярского края был выдан исполнительный лист по гражданскому делу № 2-103/2014 о взыскании с ФИО6 в пользу ОАО «Сбербанк России» в лице Канского отделения Головного отделения по Красноярскому краю Восточно-Сибирского банка сумму кредитного долга в размере 194258 рублей 90 копеек, в том числе: задолженность по основному долгу 173996 рублей 55 копеек; проценты за пользование кредитом 4323 рубля 53 копейки; неустойка 15938 рублей 82 копейки; сумму уплаченной государственной пошлины в размере 5085 рублей 18 копеек; о расторжении кредитного договора от 04 декабря 2012 года № <данные изъяты>, заключенного между ОАО «Сбербанк России» в лице Канского отделения № 279 ОАО «Сбербанк России» и ФИО7
Постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП по Тасеевскому району Красноярского края от 06 марта 2015 года о возбуждении исполнительного производства установлено, что выданный Тасеевским районным судом исполнительный лист соответствует требованиям, предъявляемым к исполнительным документам и было возбуждено исполнительное производство № 821/15/24025-ИП, должником по которому является ФИО8 о взыскании с него сумм долга по кредитному договору.
Определением Тасеевского районного суда Красноярского края от 24 октября 2018 года произведено процессуальное правопреемство по решению Тасеевского районного суда Красноярского края от 02 июня 2014 года по гражданскому делу № 2-103/2014 (24RS0051-01-2014-000085-98) о взыскании с ФИО9 в пользу ПАО «Сбербанк России» задолженности по кредитному договору, и взыскатель ПАО «Сбербанк России» заменен на его на правопреемника - ООО «Компания Траст» (в настоящее время ООО «ПКО Компания Траст»).
03 марта 2025 года судебным приставом-исполнителем ОСП по Тасеевскому району ГУФССП России по Красноярскому краю вынесено постановление об окончании исполнительного производства № 821/15/24025-ИП на основании п. 3 ч. 1 ст. 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве» от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ.
Рассматривая заявленные требования в части процессуального правопреемства суд приходит к выводу:
В соответствии с ч. 1 ст. 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником.
Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.
Все действия, совершенные до вступления правопреемника в процесс, обязательны для него в той мере, в какой они были бы обязательны для лица, которое правопреемник заменил (ч. 2 ст. 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Указанные требования закона закрепляют основания и порядок процессуального правопреемства, направлены на установление дополнительных процессуальных гарантий для лиц, участвующих в деле.
Аналогичные положения приведены в ч. 1 ст. 52 Федерального закона от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении от 16 ноября 2018 года № 43-П, правопреемство как институт гражданского процессуального права неразрывно связано с правопреемством как институтом гражданского права, поскольку необходимость привести процессуальное положение лиц, участвующих в деле, в соответствии с их юридическим интересом обусловливается изменениями в материально-правовых отношениях, то есть переход субъективного права или обязанности в гражданском правоотношении, по поводу которого производится судебное разбирательство, к другому лицу служит основанием для гражданского процессуального правопреемства.
К числу таких оснований федеральный законодатель, как это следует из ст. 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относит как юридические факты, связанные с выбытием участвующего в деле лица из процесса в результате прекращения его процессуальной правоспособности, когда речь идет об универсальном правопреемстве (смерть гражданина, бывшего стороной либо третьим лицом, - п. 2 ст. 17 Гражданского кодекса Российской Федерации; реорганизация юридического лица - ст. 57, 58 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и юридические факты, связанные с выбытием участвующего в деле лица из конкретного материального правоотношения (спорного или установленного судом), то есть ситуации сингулярного правопреемства (перевод долга, уступка требования и другие случаи перемены лиц в обязательстве).
Из материалов дела следует, что должник, - ФИО10, <данные изъяты> года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ года <данные изъяты>
Согласно реестру наследственных дел, наследственное дело в отношении наследственного имущества ФИО11, <данные изъяты>, умершего ДД.ММ.ГГГГ года, - не заводилось.
В соответствии с ч. 1 ст. 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации, наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.
Из записи акта о рождении от 10 февраля 1983 года № № следует, что Солдатенко А.Л. родился <данные изъяты> и в качестве его родителей указаны: мать – ФИО22 отец – ФИО12
Из записи акта о рождении от 20 декабря 1985 года № № следует, что Солдатенко В.Л. родился <данные изъяты> в качестве его родителей указаны: мать – ФИО24 отец – ФИО13
Исходя из исследованных в судебном заседании доказательств, суд приходит к выводу, что заинтересованные лица, - Солдатенко А.И. и Солдатенко В.И. приходясь сыновьями умершему ФИО14, являются наследниками первой очереди после смерти своего отца, но с заявлением к нотариусу о принятии наследства по закону не обращались.
Кроме того, Солдатенко А.Л. с 20 июня 2013 года по 18 мая 2014 года был зарегистрирован по месту пребывания по адресу: <данные изъяты>; с 24 сентября 2016 года по 04 февраля 2020 года был зарегистрирован по месту жительства по адресу: <данные изъяты>; с 04 февраля 2020 года по настоящее время зарегистрирован по месту жительства по адресу: <данные изъяты>, а Солдатенко В.Л. с 27 октября 2011 года по 04 октября 2024 года был зарегистрирован по месту жительства по адресу: <данные изъяты>, с 04 октября 2024 года по настоящее время зарегистрирован по адресу: <данные изъяты>, то есть в жилых помещениях, в которых не проживал до дня смерти их отец ФИО15, после смерти которого, личные вещи умершего фактически не перешли по праву наследования наследникам – Солдатенко А.Л. и Солдатенко В.Л.
Таким образом, в судебном заседании установлено, что заинтересованные лица, - Солдатенко А.Л. и Солдатенко В.Л. не приняли наследство после смерти отца ФИО16 как юридически, так и фактически, следовательно, отказались от наследства, оставшегося после смерти ФИО17
При этом, в судебном заседании установлено, что каких-либо иных граждан – наследников после смерти ФИО18, которые могли бы фактически принять наследство, в процессе рассмотрения настоящего заявления не установлено. Доказательств обратного в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сторонами не представлено.
Согласно п. 1 ст. 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным.
В силу п. 2 ст. 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации выморочное имущество, за исключением перечисленного в данном пункте, переходит в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации.
В соответствии со ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
Пунктом 1 ст. 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.
Согласно информации, представленной <данные изъяты>», на имя ФИО19 на момент смерти ДД.ММ.ГГГГ года зарегистрированы: <данные изъяты>.
Иного имущества, которое бы вошло в наследственную массу, в процессе рассмотрения настоящего заявления, с учетом ответов на запросы суда, предоставленные: <данные изъяты> не установлено. Доказательств обратного в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заявителем не представлено.
Согласно ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1).
Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2).
Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу, что само по себе наличие сведений о регистрации автомобилей за ФИО20 является недостаточным для включения их в состав наследственного имущества и признания выморочным, поскольку регистрация транспортного средства носит учетный характер и не является безусловным доказательством фактического существования имущества в собственности заемщика.
Кроме того, для принятия государством выморочного имущества с последующей ответственностью по долгам наследодателя, указанное имущество должно существовать в наличии, а не декларативно перейти в связи с отсутствием наследников в собственность государства.
Также следует отметить, что в данном случае именно на заявителе лежит бремя доказывания фактического существования транспортных средств, чего им сделано не было, в то время как сам по себе факт регистрации за умершим автомобилей не означает наличие права собственности на них у наследодателя.
Таким образом, факт реального наличия спорных автомобилей в собственности заемщика на момент его смерти судом не установлен, в связи с чем Российская Федерация в лице уполномоченного органа не имела возможность вступить во владение наследственным имуществом.
В данном случае с учетом приведенных выше норм материального права судом установлено отсутствие, как транспортных средств, так и иного имущества в собственности ФИО21 на момент его смерти.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что оснований для процессуальной замены не имеется, следовательно, отсутствуют основания для удовлетворения заявления ООО «ПКО Компания ТРАСТ».
На основании изложенного и руководствуясь ст. 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ОПРЕДЕЛИЛ:
В удовлетворении заявления общества с ограниченно ответственностью «Профессиональная коллекторская организация Компания ТРАСТ» о процессуальном правопреемстве - отказать в полном объеме.
На определение может быть подана частная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение пятнадцати дней со дня его вынесения через Тасеевский районный суд Красноярского края.
Председательствующий В.В. Заречная