РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 мая 2026 года село Майя
Мегино-Кангаласский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Саввиной В. Ю., при секретаре судебного заседания Сергеевой В. Ф., с участием представителя истца по доверенности Кычкина П. П. с использованием видеоконференц-связи, ответчика Попова Ф. Г., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению
Акционерного общества «Нефтяная компания «Туймаада-нефть» к Попову Ф.Г. о взыскании убытков установил:
Акционерное общество «Нефтяная компания «Туймаада-нефть» (далее – АО «НК Туймаада-нефть», Истец) обратилось в суд с исковым заявлением к Попову Ф. Г. (далее – Ответчик) о взыскании убытков, в обоснование указав, что 28 октября 2024 года между истцом и ответчиком было заключено соглашение, по условиям которого Попов Ф. Г. принял на себя обязательство возместить истцу ущерб, причиненный недостачей товарно-материальных ценностей в размере 790 988, 70 рублей. С учетом частичного погашения, размер задолженности составляет 730 000 рублей. До настоящего времени обязанность по погашению задолженности ответчиком не исполнена.
Представитель истца по доверенности Кычкин П. П., участвующий в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи, требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении.
Ответчик Попов Ф. Г. в судебном заседании исковые требования не признал, просит отказать в удовлетворении требования в полном объеме, пояснив, что соглашение о возмещении ущерба им было подписано под давлением, требовали возмещения по 50 000 рублей в месяц, угрожали увольнением, что для меня было невозможно, так как он является единственным кормильцем семьи, где трое малолетних детей, а супруга не работает в связи с нахождением в отпуске по уходу за ребенком. Работодатель не обеспечил безопасные условия труда, так как отсутствовала автоматическая система сброса давления, в одну смену с ним допустили неопытного работника, в то время работали через сутки, что вызвала хроническую усталость. 26 сентября 2025 года он действовал в состоянии крайней необходимости, если не его действия, то ущерб был бы больше. В момент аварии его не было, а второй работник ФИО по неопытности действовала неправильно, не проверила: закрыты ли краны. По договору коллективной материальной ответственности все члены бригады должны нести одинаковую ответственность, но ему возложили возместить большую сумму, чем ФИО. Считает, что служебная проверка проведена с нарушениями, так как объяснение с него было получено наутро после аварии, когда он находился в стрессовом состоянии, он не был подготовлен для дачи объяснения, ему не разъяснили его права и право не свидетельствовать против самого себя. Также считает, что истцом пропущен срок исковой давности, так как истец обратился в суд после истечения одного года со дня обнаружения причиненного ущерба. При удовлетворении иска просит снизить сумму взыскания.
Выслушав сторон, изучив материалы дела, суд установил следующее.
Нормы, регламентирующие материальную ответственность сторон трудового договора, содержатся в разделе XI Трудового кодекса Российской Федерации (статьи 232 - 250).
Частью четвертой статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.
Из правового регулирования порядка возмещения работником ущерба, причиненного работодателю, следует, что обязанность работника возместить причиненный работодателю ущерб, в том числе в случае заключения соглашения о добровольном возмещении материального ущерба, возникает в связи с трудовыми отношениями между ними.
Согласно части 1 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.
Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть 3 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации).
Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.
Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.
В соответствии со статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
Положения статьи 241 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливают пределы такой материальной ответственности в размере среднего месячного заработка работника, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами; таким случаем является полная материальная ответственность, то есть обязанность работника возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере, которая может быть возложена на работника только в случаях установленных законом, а именно, в случаях, предусмотренных статьей 243 Трудового кодекса Российской Федерации.
Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).
Исчерпывающий перечень оснований для возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба установлен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации, который предусматривает полную материальную ответственность работника в случаях: 1) когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; 2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; 3) умышленного причинения ущерба; 4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; 5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; 6) причинения ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом; 7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами; 8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.
В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" даны разъяснения о том, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.
Из приведенных норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба. Бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.
В силу статьи 245 Трудового кодекса Российской Федерации при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность.
Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).
По договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. Для освобождения от материальной ответственности член коллектива (бригады) должен доказать отсутствие своей вины.
В силу части 1 статьи 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.
Согласно части 2 статьи 247 ТК РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.
Как усматривается из материалов дела, на основании приказа генерального директора АО НК «Туймаада-нефть» от 25 января 2024 года Попов Ф. Г. принят на работу на должность товарного оператора участка слива-налива.
При принятии на работу, Попов Ф. Г. под роспись был ознакомлен с должностной инструкцией товарного оператора и с договором о материальной ответственности.
В соответствии с должностной инструкцией оператора товарного участка слива-налива Нижне-Бестяхской нефтебазы в обязанности оператора товарного участка входит, в том числе, контроль состояния тупиковых участков и застойных зон технологических линий (трубопроводов) п. 2.3.6.); проверка правильности собранной технологической схемы приема/отпуска, перекачки на предмет готовности к проведению приема, перекачки и отпуска товарных продуктов (п. 2.4.3.); ведение установленной документации по подготовке сооружений к приему, размещению, хранению, перекачке т отпуску товарных продуктов (2.4.78.); контроль исправности технологического оборудования при приеме/отпуске, перекачке товарного продукта (2.5.3.); контроль наполнения резервуаров, танка судна, емкостей, цистерн при прием/отпуске товарного продукта с целью недопущения перелива/недолива, разлива, смешения и сверхнормативных потерь (2.5.5.); проверка открытия/закрытия задвижек (запорной арматуры) на резервуарах, танка судна, емкостях, цистернах, трубопроводах при приеме/отпуске, перекачке товарного продукта (2.5.9.); проверка закрытия запорной арматуры, резервуаров, емкостей, цистерн после приема/отпуска, перекачки товарного продукта ( 2.5.20.); ведение установленной документации по приему, размещению, хранению, перекачке и отпуску товарных продуктов (2.5.31.).
В соответствии с разделом 4 должностной инструкции, оператор товарный несет ответственность: за ненадлежащее исполнение или неисполнение своих должностных обязанностей, предусмотренных настоящей должностной инструкцией, в пределах, определенных действующим трудовым законодательством Российской Федерации; за нарушения, совершенные в процессе осуществления своей деятельности, в соответствии с действующим гражданским, административным и уголовным законодательством Российской Федерации; за причинение материального ущерба – в пределах, определенных действующим трудовым и гражданским законодательством российской Федерации и заключенным трудовым договором.
01 ноября 2023 года между АО НК «Туймаада-нефть» и членами коллектива участка слива-налива в лице начальника ФИО1 заключен договор о полной коллективной материальной ответственности, по условиям которого коллектив принимает на себя полную коллективную материальную ответственность за необеспечение сохранности товарно-материальных ценностей, вверенного ему для проведения операций по приему, хранению, транспортированию и отпуску нефтепродуктов.
Как усматривается из материалов дела, 27 сентября 2024 года комиссия в составе: начальника УСН ФИО1, в присутствии товарных операторов Попова Ф. Г., ФИО, проверили факт смешения Аи-95 в количестве 41,169 т, ГКС – 256,466 т. При смешении получено ГКС в количестве 297,636 т, о чем составлен Акт № 86 от 27 сентября 2024 года.
Составлен расчет суммы убытков от смешения АИ-95 и ГКС в РГС № 51 на Нижне-Бестяхской нефтебазе 26 сентября 2024 года, согласно которому сумма ущерба составляет 2 259 967,73 рублей.
Из объяснительной Попова Ф. Г. от 27 сентября 2024 года следует, что 26 сентября 2024 года он открыл задвижку на резервуар РГС № 51, вечером приехали на залив автобензина АИ-95, он не сказал товарному оператору ФИО, что открыл задвижку, вследствие чего, она открыла задвижку РВС № 48. В результате РГС 51 наполнился, перетекло 55.275 м3 автобензина АИ-95. Он с машинистами ФИО2 и ФИО3 перекачали в РВС № 47 с РВС № 51 автобензин АИ-95.
В суде установлено, что 26.09.2025 в момент приезда бензовоза на залив бензином АИ-95 ответчик Попов Ф. Г. на рабочем месте отсутствовал, так как отъехал по семейным делам около 18 часов и отсутствовал минут 40. На рабочем месте присутствовала ФИО - товарный оператор, отработавшая к этому времени три месяца в указанной должности.
Из пояснительного письма начальника УСН ФИО1 от 27 сентября 2024 года следует, что 26 сентября 2024 года в 18:00 был отпуск бензина АИ-95 с РВС № 48 по четвертому трубопроводу товарным оператором ФИО, утром того же дня, товарный оператор Попов Ф. Г. открыл задвижку для сброса избыточного давления четвертого трубопровода РГС № 51. Товарный оператор Попов Ф. Г. не уведомил ФИО о том, что четвертый трубопровод открыт на РГС № 51, вследствие чего, при отпуске с РВС № 48 на наливную эстакаду № 4, четвертый трубопровод параллельно был открыт на РГС № 51. В результате с РВС № 48 перетекло в РГС № 51 бензина АИ-95 в количестве 55,275 м3. После чего, товарный оператор Попов Ф. Г. совместно с машинистами перекачали с РГС № 51 в РВС № 47 (ГКС). Свои действия Попов Ф. Г. не согласовал и не оповестил ни начальника, ни других товарных операторов.
Указанные фактические обстоятельства ответчиком не оспариваются.
По результатам служебного расследования обстоятельств и причин смешения нефтепродуктов, произошедшего 26 сентября 2024 года в Нижнебестяхской нефтебазе, составлен Акт от 02 октября 2024 года, согласно которому установлено, что старшим смены – товарным оператором нефтебазы Поповым Ф. Г. утром была открыта задвижка № Б4/1 с технологического трубопровода № 4 на буферный резервуар РГС № 51 и коренная задвижка РГС № 51. Мотивом открытия задвижек послужила необходимость сброса избыточного давления технологического трубопровода № 4. На момент открытия задвижек Поповым Ф. Г. все задвижки по технологической линии № 4 до насосной были открыты. Товарный оператор Попов Ф. Г. не зафиксировал свои действия в журнале распоряжений и не оповестил других операторов об открытых задвижках. Около 17 час. отлучился с рабочего места и территории нефтебазы. В 17 час. 30 мин. подъехал бензовоз для залива автобензина АИ-95, оператор ФИО открыла коренную задвижку РВС № 48 с АИ-95 для залива с эстакады по технологическому трубопроводу № 4. Около 20:00 час. был замечен перелив топлива с РГС № 51. По единоличному распоряжению Попова Ф. Г. без лабораторных исследований и вопроса восстановления качества, машинистами ФИО2, ФИО3 было перекачено смешанное топливо. В результате данных действий по замерам всего с РВС № 48 перетекло в РГС № 51 и перелилось в обвалование, которое далее перекачено в РВС № 47 с ГКС всего 41169 кг АИ-95. Комиссия пришла к выводу, что со стороны старшего смены – товарного оператора Попова Ф. Г. допущено халатное отношение к трудовым обязанностям, неисполнение должностных инструкций (пп. 2.3.15) и требований, утвержденных производственной инструкцией по части оформления действий в Журнале распоряжений по перекачке, приему и отпуску нефтепродуктов, где должны фиксироваться все действия операторов, из-за халатного отношения к трудовым обязанностям, не были извещены другие товарные операторы. Кроме того, Попов Ф. Г. принял решение о перекачке смешанного топлива без лабораторных исследований качества.
Приказом генерального директора АО «НК «Туймаада-нефть» № 462 от 22 октября 2024 года утверждены результаты инвентаризации, согласно которым сумма ущерба от смешения нефтепродуктов отражена в размере 2 259 967,73 рублей, 50 % ущерба в размере 1 129 983,86 рублей решено удержать с заработной платы товарных операторов в следующем отношении: с Попова Ф. Г. 70 %, что составляет 790 988,70 рублей, с ФИО 30% - 338 995,16 рублей.
28 октября 2024 года между АО «НК «Туймаада-нефть» и Поповым Ф. Г. заключено соглашение о возмещении ущерба, по условиям которого Попов Ф. Г. обязался добровольно возместить АО «НК «Туймаада-нефть» ущерб в размере 790 988,70 рублей.
На основании приказа генерального директора АО «НК «Туймаада-нефть» № 23-y от 11 марта 2025 года Попов Ф. Г. уволен на основании п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.
Обстоятельств, свидетельствующих о нарушении работодателем порядка проведения инвентаризации товарно-материальных ценностей и оформления ее результатов, что могло бы повлиять на достоверность учета товарно-материальных ценностей, судом не установлено.
Согласно условиям договора о полной коллективной материальной ответственности от 01 ноября 2023 года основанием для привлечения членов коллектива к материальной ответственности является прямой действительный материальный ущерб, непосредственно причиненный коллективом работодателю (пункт 5.1. договора). Подлежащий возмещению ущерб, причиненный коллективом работодателю, распределяется между работающими членами коллектива на момент обнаружения ущерба (пункт 5.5.).
Судом установлено, что в результате ненадлежащего исполнения ответчиком Поповым Ф. Г. трудовых обязанностей истцу причинен прямой действительный ущерб на сумму 790 988,70 рублей.
В ходе рассмотрения спора ответчиком заявлено о применении последствий применения срока исковой давности, установленного частью 4 статьи 392 Трудового кодекса РФ.
Работодатель имеет право обратиться в суд с требованием о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба (ч. 4 ст. 392 ТК РФ).
Как указано в пункте 3 "Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 05.12.2018), начало течения срока на обращение работодателя в суд с иском о взыскании задолженности по соглашению о добровольном возмещении ущерба, заключенному с работником, право работодателя на обращение в суд с иском к работнику возникает в такой ситуации не с момента первоначального обнаружения им ущерба, а с момента нарушения права работодателя на возмещение ущерба на основании заключенного с работником соглашения о добровольном возмещении им ущерба.
Таким образом, при наличии заключенного между работником и работодателем соглашения о добровольном возмещении работником ущерба с рассрочкой платежа годичный срок для обращения работодателя в суд исчисляется с момента, когда работник должен был возместить ущерб (внести очередной платеж), но не сделал этого.
С учетом условий соглашения о возмещении ущерба от 28 октября 2024 года и платежных документов о внесении Поповым Ф. Г. денежных сумм в счет исполнения соглашения, о нарушении своего права истец узнал 30 апреля 2026 года, когда ответчик не внес очередной платеж. С этого момента работодатель узнал о нарушении своего права на возмещение ущерба и обратился в суд с иском о взыскании невыплаченных сумм в возмещение ущерба 26 марта 2026 года, то есть, в срок, установленный ч. 4 ст. 392 ТК РФ.
Согласно ст. 250 Трудового кодекса Российской Федерации орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не производится, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.
Как разъяснено в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что работник обязан возместить причиненный ущерб, суд в соответствии с ч. 1 ст. 250 Трудового кодекса Российской Федерации может с учетом степени и формы вины, материального положения работника, а также других конкретных обстоятельств снизить размер сумм, подлежащих взысканию, но не вправе полностью освободить работника от такой обязанности. При этом следует иметь в виду, что в соответствии с ч. 2 ст. 250 Трудового кодекса Российской Федерации снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не может быть произведено, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях. Снижение размера ущерба допустимо в случаях как полной, так и ограниченной материальной ответственности. Оценивая материальное положение работника, следует принимать во внимание его имущественное положение (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейное положение (количество членов семьи, наличие иждивенцев, удержания по исполнительным документам) и т.п.
Из приведенных норм права и разъяснений порядка их применения следует, что размер ущерба, подлежащий взысканию с работника, может быть снижен судом с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств.
Судом установлено, что ответчик Попов Ф. Г. состоит в зарегистрированном браке, имеет на иждивении троих малолетних детей, в настоящее время работает в МАУ ДО «Центр детского (юношеского) технического творчества», размер средней заработной платы составляет 49 528.29 рублей, имеет три кредитных обязательства.
С учетом материального положения ответчика суд приходит к выводу об уменьшении размера ущерба и взыскании с ответчика Попова Ф. Г. в пользу истца убытков в размере 400 000 рублей.
Таким образом, исковое заявление подлежит удовлетворению частично.
Остальные доводы ответчика Попова Ф. Г. опровергаются предоставленными истцом и изученными в ходе судебного разбирательства материалами.
Истцом уплачена государственная пошлина в сумме 19 600 рублей, что подтверждается платежным поручением № 2030 от 13 марта 2026 года, которая подлежит взысканию в пользу истца полностью в соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
Исковое заявление Акционерного общества «Нефтяная компания «Туймаада-нефть» к Попову Ф.Г. о взыскании убытков - удовлетворить частично.
Взыскать с Попова Ф.Г. в пользу Акционерного общества «Нефтяная компания «Туймаада-нефть» убытки в размере 400 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 19 600 рублей, всего 419 600 (четыреста девятнадцать тысяч шестьсот) рублей 00 копеек.
В остальной части иска отказать в удовлетворении.
Идентификатор истца Акционерного общества «Нефтяная компания «Туймаада-нефть»: ОГРН 1041402041724, ИНН 1435149745.
Идентификатор ответчика Попова Ф.Г.: ИНН №.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Саха (Якутия) в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Мегино-Кангаласский районный суд Республики Саха (Якутия).
Мотивированное решение составлено 28 мая 2026 года.
Судья . В. Ю. Саввина
.