РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
<адрес> 30 июля 2026 года
Кировский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Беккер Т.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО7, при участии в деле старшего помощника прокурора ФИО8, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к бюджетному учреждению здравоохранения <адрес> «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи №» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 (далее – ФИО1, истец) обратился в суд с исковым заявлением к бюджетному учреждению здравоохранения <адрес> «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи №» о компенсации морального вреда, в обоснование указав, что его мама - ФИО2 проходила лечение в БУЗОО «ГК БСМП №» 9 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «Атеросклероз нижних конечностей». ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умерла. Считает, что смерть матери наступила в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи. ДД.ММ.ГГГГ у его мамы сильно заболела левая нога, и он вызвал на дом участкового терапевта, так как из-за боли самостоятельно мама передвигаться не могла. После осмотра участковый терапевт сказала срочно вызывать скорую помощь. Истец в присутствии участкового терапевта сразу же позвонил в скорую помощь (14:26) и передал телефон участковому терапевту, которая объяснила, что скорая нужна срочно, так как у пациента подозрение на тромбофлебит нижних конечностей. Не дождавшись скорой помощи, истец самостоятельно доставил мать в БУЗОО «ГК БСМП №». Когда они приехали в БУЗОО «ГК БСМП №», маму истца осмотрели, она сдала анализы, ей сделали сканирование сосудов левой и правой ноги, рентгеновские снимки, и оставили в больнице. Истцу сказали, что у мамы тромбофлебит или атеросклероз нижних конечностей (левой ноги) и ей нужна срочная операция - ампутация левой ноги. ФИО2 - инвалид 3-й группы (по слуху). Она практически не слышит, я предупредил об этом врачей в приемном отделении ДД.ММ.ГГГГ. На следующий день (ДД.ММ.ГГГГ) истцу позвонил врач и сказал, что ногу ампутировали и пациент лежит в реанимации в крайне тяжелом состоянии. ДД.ММ.ГГГГ утром истцу сообщили, что состояние тяжелое и мама остается в реанимационном отделении. Но когда он позвонил ДД.ММ.ГГГГ, врач сказал, что ее уже перевели из реанимационного отделения в хирургическое отделение. ДД.ММ.ГГГГ в 10:20 истцу позвонил врач и сказал, что ФИО2 умерла. Полагает, что совокупность нарушений, которые имели место при оказании медицинской помощи в их взаимосвязи стали причиной или способствовали смерти мамы.
На основании изложенного, просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей.
Определением Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АО «АльфаСтрахование-ОМС», ФИО13
Определением Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5
Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал, просил удовлетворить.
Представитель ответчика ФИО9, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований.
Третье лицо ФИО13 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще (ШПИ 80409221766966), конверт возвращен в суд в связи с истекшим сроком хранения ДД.ММ.ГГГГ, причины неявки суду неизвестны.
Третье лицо АО «АльфаСтрахование-ОМС» в судебное заседание представителя не направило, извещено надлежаще (ШПИ 80409122409610),извещение о дате судебного заседания получено ДД.ММ.ГГГГ, причины неявки суду неизвестны.
Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще (ШПИ 80409022460926), конверт возвращен в суд в связи с истекшим сроком хранения ДД.ММ.ГГГГ, причины неявки суду неизвестны.
Изучив материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, заключение помощника прокурора ФИО8, полагавшую требования подлежащими частичному удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, суд приходит к следующему.
В части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это, состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
В силу ст. 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
В п. 21 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это, совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Частью 2 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ).
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.
Согласно пунктам 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности ст. 1100 ГК РФ.
Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации).
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда (п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 указанного Постановления, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.
При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).
Пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Из разъяснений, содержащихся в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Согласно ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Из представленных в материалы дела доказательств следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была доставлена в приемное отделение БУЗОО «ГК БСМП №».
В приемном отделении БУЗОО «ГК БСМП №» ФИО2 была осмотрена терапевтом, хирургом, сосудистым хирургом. После проведённого обследования на основании жалоб, анамнеза, лабораторных и инструментальных данных установлен диагноз: «Атеросклероз. Окклюзия левой подвздошной артерии, правой бедренной артерии. Атеротромбоз левой бедренной артерии с формированием гангрены левой нижней конечности. ИБС. Атеросклеротическая болезнь сердца. Постоянная форма фибрилляции предсердий. ПБЛНГП. Гипертоническая болезнь III ст., риск 4. Гипергликемия неуточненная. ХБП С4 (СКФ по CKD-EPI 22,0 мл/мин/1.73м2). ХСН 1 ФВ 43,6. ФК 3. Дисциркуляторная энцефалопатия 2 степени. Атеросклероз БЦА. МКБ по анамнезу. Вторично сморщенная левая почка. Стентирование левой почки».
Для дальнейшего лечения и предоперационной подготовки ФИО2 была госпитализирована в хирургическое отделение. При поступлении на ФИО2 была заведена медицинская карта стационарного больного № АСУ 1382765. В информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство ФИО2 дала согласие на предоставление информации о своём диагнозе, степени тяжести и характере заболевания своим родственникам без указания ФИО.
ДД.ММ.ГГГГ в 20:30 часов ФИО2 была осмотрена сосудистым хирургом ОКБ ФИО10, даны рекомендации: реконструктивные операции на нижних конечностях не показаны, ампутация левого бедра на уровне в/3 или с/3 по жизненным показаниям.
ДД.ММ.ГГГГ в 21:00 часов осмотрена реаниматологом, рекомендовано после предоперационной подготовки хирургическое лечение. Проводилась инфузионная терапия, анальгетики.
ДД.ММ.ГГГГ в 22:00 часов после осмотра 1 дежурного хирурга ФИО11 состояние ФИО2 оставалось средней степени тяжести, сознание ясное. ФИО2 было предложено оперативное лечение в объеме ампутации левой нижней конечности на уровне верхней трети бедра, ФИО2 собственноручно подписала информированное добровольное согласие на оперативное вмешательство и проведение анестезиологического обеспечения медицинского вмешательства.
ДД.ММ.ГГГГ с 01:00 часов до 02:00 часов ФИО2 была выполнена операция - ампутация левой нижней конечности на уровне верхней трети бедра. Для дальнейшего лечения ФИО2 переведена в отделение гнойносептической реанимации за хирургическим отделением. В послеоперационном периоде состояние оставалось тяжелым, гемодинамика нестабильная с инотропной поддержкой, искусственная вентиляция легких.
ДД.ММ.ГГГГ гемодинамика стабилизировалась, проводилась комплексная инфузионная, антибактериальная, симптоматическая терапия.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в состоянии средней тяжести переведена в ПИТ хирургического отделения.
ДД.ММ.ГГГГ в 08:00 часов было диагностировано ухудшение состояния ФИО2: сознание на уровне сопора, снижение АД до 90/70 чм.рт.ст., в связи с чем была переведена в отделение реанимации, где была также осмотрена неврологом и кардиологом. Несмотря на проведение интенсивной терапии у ФИО2 произошла остановка сердечной деятельности, реанимационные мероприятия в полном объеме в течение 30 минут без эффекта, ДД.ММ.ГГГГ в 10:28 часов констатирована биологическая смерть.
ФИО2 направлена на патолого-анатомическое вскрытие с заключительным диагнозом: основанное заболевание: атеросклероз сосудов нижних конечностей. Окклюзия правой и левой подвздошных и бедренных артерий. Тромбоз левой бедренной артерии. ИБС. Атеросклеротическая болезнь сердца. Постоянная форма фибрилляции предсердий. ПБЛНПГ.
Фоновое заболевание: Гипертоническая болезнь 3 риск 4 (целевое АД 130-139/70-79 мм.рт.ст.) ХБП С4 (СКФ 24 мл/мин/1,73 м2).
Осложнение основного заболевания: Гангрена левой стопы, голени. ДД.ММ.ГГГГ операция: Ампутация левой нижней конечности на уровне средней трети бедра. Двухсторонний гидроторакс. ХСН 1 с неуточненной фракцией выброса ЛЖ. ФК требует уточнения. Синдром водно-электролитных нарушений. Сепсис. СПОН. Острая сердечно-сосудистая недостаточность.
Сопутствующие заболевания: Энцефалопатия смешанного генеза, зубкомпенсация. Атеросклероз БЦА. Остеохондроз позвоночника. МКБ ремиссия. Анемия легкой степени тяжести.
Сын ФИО2 ФИО1 от проведения патолого-анатомического вскрытия отказался, написал заявление об отмене проведения патолого-анатомического вскрытия по религиозным соображениям.
ФИО1 обратился АО «АльфаСтрахование- ОМС» о рассмотрении вопроса качества оказанной медицинской помощи ФИО2
По результатам мультидисциплинарной внеплановой ЭКМП экспертами подготовлено заключение №Э от ДД.ММ.ГГГГ, выявлены дефекты: При поступлении до операции не выполнена эхокардиография (ЭХО-КГ); При поступлении до операции нет консультации врача-кардиолога.
Нарушены требования: ст. 37 Закона № - ФЗ; Российских клинических рекомендаций по лечению пациентов с критической ишемией нижних конечностей, 2023 года; Клинических рекомендаций» Хроническая ишемия нижних конечностей с клиникой перемежающейся хромоты (ПХ)», 2024 года.
В части проведения оперативного вмешательства и нахождения пациентки в палате интенсивной терапии и послеоперационного периода дефектов оказания медицинской помощи не выявлено.
В медицинской документации имеется согласие на оперативное вмешательство в объёме ампутации левой нижней конечности до верхней трети бедра, в котором указано наименование операции, имеются подписи врача и пациентки.
Перевод пациентки из отделения анестезиологии и реанимации (далее - АРО) в профильное отделение осуществлён в соответствии с п. 18 Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология», так как на момент перевода у больной отсутствовали нарушения витальных функций, требующие их замещения в условиях анестезиолого-реанимационного отделения. Согласно медицинской документации, перевод пациентки осуществлён в палату интенсивной терапии хирургического отделения.
Принимая в качестве доказательства указанное экспертное заключение, суд учитывает, что заключение составлено экспертами, имеющими соответствующее образование, в связи с этим у суда отсутствуют основания сомневаться в обоснованности и объективности представленного экспертного заключения.
Допрошенный к качестве свидетеля ФИО3, предупрежденный об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суду пояснил, что работает врачом в БУЗОО «ГК БСМП №» в 09:50 ДД.ММ.ГГГГ его экстренно вызвали в реанимационное отделение к ФИО2 Давление у последней было 60/40, она находилась на ИВЛ. Делали реанимационные мероприятия, но спасти пациента не удалось. Лекарства - оторвастатин это стандарт лечение, омипрозол тоже, получал пациент лекарства через зонд.
Допрошенный к качестве свидетеля ФИО4, предупрежденный об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суду пояснил, что работает в БУЗОО «ГК БСМП №», реанимационные действия в отношении ФИО2 начаты в 9 ч. 58 мин., неверно указано время – это недостаток заполнения медицинской документации. Препарат вводили 7 раз поминутно, что фиксируется в листе назначения. ФИО2 были введены профол и рокуроний, так как пациент поступила в критическом состоянии. Искусственное дыхание производится разными способности через специальное устройство. В 08:45 часов была введена в искусственную кому.
Допрошенный к качестве свидетеля ФИО5 предупрежденный об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суду пояснил, что работает в БУЗОО «ГК БСМП №», пошел на осмотр ФИО2 в 09:14 часов, время указал с ошибкой, на телефоне было указано время другого часового пояса, Красноярска. Вызвал к ФИО2 реаниматолог экстренно.
Кроме того, письменные ответы на вопросы истца предоставил ФИО12, пояснив, что при поступлении пациентки в 8-45 состояние было тяжелое, имелся синдром критических состояний в виде дыхательной недостаточности. Адреналин при поступлении не вводился. Лекарственное средство пропофол вводился для индукции перед интубацией трахеи, рокуроний с целью миоплегии для обеспечения интубации трахеи. Оценка назначений кардиолога не входит в компетенции врача анестезиолога – реаниматолога. Кардиогенного шока в диагнозе нет. Введение лекарств возможно через назогастральный зонд. Лекарственное средство адреналин вводился пациентке при выполнении сердечно-легочной реанимации, первое введение в 9.58, далее каждые 3-5 минут.
Резюмируя изложенное, суд приходит к выводу, что врачами БУЗОО «ГК БСМП №» медицинская помощь ФИО2 оказана ненадлежащего качества, что выразилось в следующем: при поступлении до операции не выполнена эхокардиография (ЭХО-КГ); при поступлении до операции нет консультации врача-кардиолога.
Иных недостатков оказания медицинской помощи в материалах дела не имеется, суд не может согласиться с перечисленными недостатками оказания медицинской помощи, указанными истцом в письменных дополнениях, поскольку ни суд, ни истец не являются специалистами в области медицины, судебная экспертиза по делу не назначалась, не проводилась.
Несмотря на то, что на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
В материалах дела имеется досудебная экспертиза, результаты которой медицинская организация не оспаривает, с теми недостатками, которые установлены страховой компанией ответчик согласен. Ввиду изложенного, полагает, что дополнительно нести расходы за проведение судебной экспертизы, поскольку является бюджетным учреждением, нецелесообразно.
В свою очередь, именно истец ссылается на то, что возможно, по его мнению, были и иные недостатки оказания медицинской помощи, которые привели к неблагоприятному исходу, однако истец отказался от оплаты судебной экспертизы, не обосновав свое финансовое сложное, тяжелое положение.
Между тем, суд определил, поскольку экспертиза страховой компании выявила недостатки оказания медицинской помощи, вина ответчика в данном случае имеет место быть, ответчик не освобождается от ответственности, возлагать на БУЗОО ГК БСМП №, в отсутствие их согласия, расходы на проведение судебной экспертизы, будет нецелесообразно, равно, как и проводить экспертизу за счет средств бюджета. Суд однозначно дает оценку тому, что установленные дефекты оказания медицинской помощи в совокупности повлекли за собой в дальнейшем неправильное лечение, вследствие чего ФИО2 умерла. Данный факт не освобождает ответчика от компенсации морального вреда за некачественно оказанную медицинскую помощь.
В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
В силу установленного правового регулирования определение суммы, подлежащей взысканию в качестве компенсации морального вреда, принадлежит суду, который, учитывая обстоятельства дела, характер причиненных физических и нравственных страданий и другие заслуживающие внимания обстоятельства в каждом конкретном случае, принимает решение о возможности взыскания конкретной денежной суммы с учетом принципа разумности и справедливости (пункт 2 статьи 151, пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ, пункт 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Таким образом, с учетом всех обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что в результате смерти ФИО2, нарушено принадлежащее истцу нематериальное благо - семейные отношения, связанные с потерей близкого человека - матери, с глубоким потрясением, огромным невосполнимым горем, нарушающим психическое благополучие на родственные и семейные связи.
В ходе судебного разбирательства установлено, что умершая ФИО2 состояла в тесном родстве и близком общении с сыном.
Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, а взыскивается с учетом конкретных обстоятельств дела с целью смягчения эмоционально-психологического состояния ФИО1, денежная компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания.
Ответчик не доказал, что ненадлежащим образом оказанная медпомощь не повлияла на дальнейшее лечение пациента, длительность его лечения, и что отсутствует вина больницы в причинении морального вреда, в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи. Недостоверная оценка состояния здоровья пациента из-за ненадлежащего оказания медпомощи (непроведение всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий и др.), причиняет страдания самому пациенту. Пациент был лишен возможности своевременно получить верный диагноз, следовательно правильное и быстрое лечение.
При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с БУЗОО «ГК БСПМ №» в пользу истца, суд принимает во внимание, характер и объем дефектов оказания медицинской помощи, степень вины причинителя вреда, не имевшего умысла на его причинение, принимавшего меры по оказанию медицинской помощи пациенту, обстоятельства того, что заболевание истца появилось не вследствие оказания медицинской помощи ФИО2, а также круг лиц, имеющих право на обращение в суд с аналогичным требованием (родной брат истца).
Исходя из установленных обстоятельств, требований разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика БУЗОО «ГК БСМП №» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 80 000 рублей, исходя из степени вины медицинского учреждения, установленных заключением страховой компании недостатков оказания медицинской помощи, полагая данную сумму соответствующей степени перенесенных истцом нравственных страданий.
По правилам ст. 103 ГПК РФ с ответчика бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи №» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 3 000 рублей.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи №» (ИНН №) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 80 000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.
В остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Т.А. Беккер
Мотивированное решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.