РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
08 июня 2026 года город Обь Новосибирской области
Обской городской суд Новосибирской области в составе:
Председательствующего судьи Хомяковой И.В., при секретаре судебного заседания Кордюковой И.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО3 к государственному автономному стационарному учреждению социального обслуживания <данные изъяты>
УСТАНОВИЛ:
Истцы ФИО2, ФИО3 обратилась в суд с иском к государственному автономному стационарному учреждению социального обслуживания <данные изъяты>, просили взыскать в пользу каждого из них о компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей и судебные расходы.
В обоснование исковых требований указали, что их брат – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 2018 года проживал в <данные изъяты>, поскольку страдал психическим заболеванием. С 2018 года истцы ежемесячно посещали брата, привозили ему вещи, продукты питания, общались.
В октябре 2025 года истец ФИО2 в очередной раз пришел увидеть брата, однако сотрудник учреждения сообщил ему, что брат умер и даже уже похоронен, предложил прийти в рабочие часы для получения более подробной информации.
ДД.ММ.ГГГГ истцы посетили <данные изъяты>, где выяснили, что их брат ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ в медицинском учреждении <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ он был захоронен на кладбище как «безродный». На вопросы, по каким причинам им не сообщили о смерти брата, ответить не смогли.
Указывают, что, как близкие родственники, они имели законное право осуществить захоронение брата самостоятельно, с учетом его пожеланий, а брат высказывал ранее пожелания быть захороненным на кладбище в <адрес>, рядом с родителями. Ответчику достоверно было известно о наличии у подопечного ФИО1 близких родственников, поскольку они регулярно его посещали. В учреждении существует пропускной режим посещения, и каждый раз данные истцов записывались в журнал посещений, с обязательным указанием родственных отношений. В личном деле брата есть контактные данные истцов, поскольку это требуется в обязательном порядке. В <данные изъяты> находился паспорт брата ФИО1, в нем имеется регистрация по месту жительства: <адрес>; по этому адресу проживают родственники, которым также можно было сообщить о смерти брата.
В результате халатных действий ответчика к своим обязанностям по уведомлению родственников подопечного о смерти, истцы были лишены возможности самостоятельно осуществить захоронение брата с учетом его пожеланий, организовать ему достойное погребение, выбрать место захоронения, попрощаться. Ответчик захоронил ФИО1 как «безродного», отказался предоставить истцам какие-либо документы, подтверждающие смерть ФИО1, скрывал место захоронения. Свидетельство о смерти истцы получили самостоятельно, затем занимались самостоятельным розыском места захоронения. Сейчас истцы вынуждены ждать год, чтобы получить разрешение на эксгумацию и перезахоронить брата на том кладбище, где захоронены все родственники, как того желал брат.
От указанных действий ответчика истцы испытывают моральные и нравственные страдания, у истцов ФИО2 и ФИО3 ухудшилось состояние здоровья на этой почве.
Моральный вред каждый из истцов оценивает в 500 000 рублей, просят взыскать указанную сумму в пользу каждого из них.
В судебном заседании ФИО2 исковые требования поддержал, дополнительно пояснил, что сотрудники <данные изъяты> своевременно не известили их с сестрой о смерти брата, родственники передали им конверт с уведомлением о смерти брата, на котором имеется штамп об отправке в <адрес> НСО ДД.ММ.ГГГГ и штамп о получении ДД.ММ.ГГГГ.
Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие. Ранее в судебном заседании исковые требования поддержала.
Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что в медицинской карте ФИО1 в графе «Сведения о родственниках (опекуне)» указана ФИО11, тел. №, поэтому ДД.ММ.ГГГГ фельдшером ФИО6 был осуществлен звонок на абонентский № со стационарного номера учреждения №, но абонент был недоступен. Позже стало известно, что ФИО12 умерла два года назад. Иных контактов в личном деле и медкарте не было. Действуя в рамках алгоритма, ДД.ММ.ГГГГ старшей медсестрой ФИО7 по почте России на адрес последней регистрации ФИО1: <адрес>, было направлено письмо с сообщением о смерти ФИО13 Кроме того, ФИО1 поступил в <данные изъяты> будучи дееспособным, но не изъявлял желания в устной или письменной форме о месте погребения, лицах, кому он доверяет его захоронить. После признания ФИО1 недееспособным, истцы не обращались в учреждение с такими заявлениями, не оставляли своих контактов. <данные изъяты> неизвестно, почему захоронение ФИО1 было организовано <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, в нарушение сроков бесплатного нахождения умершего в морге, установленных Федеральным законом от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».
3-е лицо – представитель <данные изъяты> в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть в его отсутствие.
Суд, выслушав истца, представителя ответчика, свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему.
В соответствии с п.1 статьи 3 Федерального закона от 28.12.2013 № 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации социальное обслуживание граждан (далее – социальное обслуживание) – деятельность по предоставлению социальных услуг гражданам.
В соответствии с пунктами 2, 11 части 1 статьи 12 указанного Федерального закона поставщики социальных услуг обязаны : предоставлять социальные услуги получателям социальных услуг в соответствии с индивидуальными программами и условиями договоров, заключенных с получателями социальных услуг или их законными представителями, на основании требований настоящего Федерального закона; обеспечивать получателям социальных услуг возможность свободного посещения их законными представителями, адвокатами, нотариусами, представителями общественных и (или) иных организаций, священнослужителями, а также родственниками и другими лицами в дневное и вечернее время.
Согласно пункту 1 части 2 статьи 12 Федерального закона № 442-ФЗ поставщики социальных услуг при оказании социальных услуг не вправе ограничивать права, свободы и законные интересы получателей социальных услуг.
В силу части 1 статьи 11 указанного Федерального закона поставщики социальных услуг имеют право запрашивать соответствующие органы государственной власти, а также органы местного самоуправления и получать от указанных органов информацию, необходимую для организации социального обслуживания.
Приказом Министерства труда и социального развития Новосибирской области от 31.10.2014 № 1288 утвержден Порядок предоставления социальных услуг поставщиками социальных услуг в Новосибирской области.
В соответствии с п.9.1 Приказа № 1288 организация посещения лица, находящегося на социальном обслуживании в стационарной форме в психоневрологическом интернате (психоневрологическом отделении), осуществляется в соответствии с требованиями.
В соответствии с Приказом Минтруда России от 06 мая 2024 года № 247н утверждены общие требования к организации посещения лица, находящегося в стационарной организации социального обслуживания, предназначенной для лиц, страдающих психическими расстройствами.
Федеральным законом от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» гарантируется погребение умершего с учетом волеизъявления, выраженного лицом при жизни, и пожелания родственников.
В соответствии с частью 3 статьи 5 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» в случае отсутствия волеизъявления умершего право на разрешение действий, указанных в пункте 1 настоящей статьи, имеют супруг, близкие родственники (дети, родители, усыновленные, усыновители, родные братья и родные сестры, внуки, дедушка, бабушка), иные родственники либо законный представитель умершего, а при отсутствии таковых иные лица, взявшие на себя обязанность осуществить погребение умершего.
В соответствии с пунктом 1 статьи 12 указанного Федерального закона при отсутствии родственников либо законного представителя умершего или при невозможности осуществить ими погребение, а также при отсутствии иных лиц, взявших на себя обязанность осуществить погребение, погребение умершего на дому, на улице или в ином месте после установления органами внутренних дел его личности осуществляется специализированной службой по вопросам похоронного дела в течение трех суток с момента установления причины смерти, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации.
С целью защиты волеизъявления граждан на достойное отношение к его телу после смерти государство в соответствии с пунктом 2 статьи 8 Федерального закона гарантирует предоставление возможности бесплатного нахождения тела умершего в морге до четырнадцати дней для поиска родственником или законного представителя.
При этом федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, а также иные юридические лица обязаны оказывать содействие в поиске родственников либо законного представителя, в исполнении волеизъявления граждан, а также иные, необходимые для таких случаев услуги.
На основании решения Обского городского суда Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан недееспособным.
На основании постановления администрации <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 помещен под надзор в <данные изъяты>
На основании решения администрации <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан гражданином, нуждающимся в социальном обслуживании.
ДД.ММ.ГГГГ между учреждением и администрацией <адрес> заключен договор о предоставлении социальных услуг в стационарной форме №. ФИО1 разработана индивидуальная программа предоставления социальных услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, которая является приложением к договору.
Пунктом 3.1 Договора предусмотрено, что по результатам оказания социальных услуг исполнитель оформляет и передает для подписания заказчику акт приемки социальных услуг, предоставленных в соответствии с индивидуальной программой. Акты приемки социальных услуг составляются ежемесячно за весь период действия договора.
Согласно информации учреждения сотрудники <данные изъяты> фиксируют фамилии посетителей и посещаемых граждан в журнале посещений и передают информацию о прибывшем посетителе дежурному медицинскому персоналу учреждения, при этом сотрудниками учреждения иной учет посещения не ведется, в материалах дела данные о посещаемых лицах (близких родственниках) не отражаются. Только согласно журналу регистрации посетителей, который ведет <данные изъяты>, с мая 20245 года истец ФИО2 посещал брата ФИО1 4 раза: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ). Вместе с тем, похороны ФИО1 организованы учреждением как лица, у которого отсутствовали родственники, чем нарушены гарантируемые государством права на погребение тела умершего. Учреждение не обеспечило межведомственное взаимодействие с иными органами, в том числе, местного самоуправления, ЗАГС, ОМВД, а лишь ограничилось направлением простого письма по прежнему месту жительства о факте смерти, которое на момент захоронения не могло быть доставлено. Таким образом, учреждением не предприняты все попытки найти родственников умершего.
Из пояснений истцов ФИО2, ФИО3 следует, что каких-либо звонков или сообщений о смерти брата от администрации <данные изъяты> им не поступало, хотя в паспорте и личном деле умершего ФИО1 имелись сведения о месте его жительства.
Из пояснений представителя ответчика следует, что они не предпринимали мер к розыску родственников ФИО1, ограничившись направлением простого письма по прежнему месту жительства о факте смерти, которое на момент захоронения не могло быть доставлено.
Суд не может принять во внимание доводы представителя ответчика о надлежащем исполнении обязанности по розыску родственников умершего, поскольку данный факт представленными доказательствами не подтвержден.
Свидетель ФИО7, работавшая в <данные изъяты>, пояснила, что знала ФИО1; он умер ДД.ММ.ГГГГ, поскольку родственников найти не удалось, ДД.ММ.ГГГГ направили простое (не заказное) письмо по почте для уведомления родственников. Не смогла объяснить, почему на конверте с уведомлением о смерти ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ стоит штамп о сдаче письма в почтовое отделение не ДД.ММ.ГГГГ, как указывает она и представитель ответчика, а ДД.ММ.ГГГГ, и штамп о получении его почтовым отделением ДД.ММ.ГГГГ.
Аналогичные пояснения дала свидетель ФИО8, работающая в <данные изъяты> кастеляншей.
Объяснения представителя ответчика, показания свидетелей ФИО7, ФИО8,, пояснивших, что учреждение направило простое письмо по адресу прежнего места жительства умершего ДД.ММ.ГГГГ, опровергаются наличием конверта с уведомлением о смерти ФИО1 со штампом «19.12.2025», отсутствие запросов в орган местного самоуправления, ЗАГС, ОМВД о наличии у умершего ФИО1 родственников, напротив, подтверждают пояснения истцов о том, что администрацией <данные изъяты> не были предприняты меры к розыску и надлежащему уведомлению родственников ФИО1 о его смерти, следствием чего явилось его погребение в отсутствие близких родственников без их уведомления, без учета их мнения о месте захоронения умершего.
В соответствии со ст.2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что право человека быть погребенным после смерти согласно его волеизъявлению, с соблюдением обычаев и традиций, религиозных и культовых обрядов вытекает из Конституции Российской Федерации, ее статей 21, 22, 28 и 29, гарантирующих охрану достоинства личности, право на свободу и личную неприкосновенность, свободу совести и вероисповедания, свободу мысли и слова, мнений и убеждений; каждый человек имеет право на уважение окружающих, достоинство личности подлежит защите в качестве общего условия осуществления всех иных прав и свобод, независимо от фактического социального положения человека и предопределяет недопустимость произвольного вмешательства в сферу автономии личности (Постановления от 28 ноября 2007 года № 8-П, от 14 июля 2011 года № 16-П, от 16 июня 2015 года № 15-П, Определение от 26 ноября 2018 года № 3101-О и др.).
Достоинство личности, кроме того, обеспечивается и правом на неприкосновенность частной жизни (часть 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации»), признание которого на конституционном уровне предполагает, что отношения, возникающие в сфере частной жизни, не могут быть подвергнуты интенсивному правовому регулированию и необоснованному вмешательству любых субъектов, которым сам гражданин доступ к указанной сфере не предоставил. Право на неприкосновенность частной жизни означает и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера. Конституционный Суд Российской Федерации ранее отмечал, что в понятие «частная жизнь» включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если она носит непротивоправный характер (Определение от 09 июня 2005 № 248-О).
Из содержания статьи 23 Конституции Российской Федерации вытекает и обязанность законодателя обеспечить уважительное отношение со стороны любых третьих лиц к волеизъявлению лица по вопросам, касающимся его личной жизни, гарантируя его учет в том числе после смерти данного лица.
Эти же конституционные нормы, исходя из того, что неотъемлемым элементом частной жизни являются родственные и семейные отношения, на что обратил внимание Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 16 июня 2015 года № 15-П, предполагают необходимость уважительного отношения и создания условий для возможно полного учета мнения ближайших родственников умершего лица по тем вопросам посмертных отношений, по которым мнение самого умершего осталось невыявленным.
Производным от названных конституционных прав является право человека на достойное отношение к его телу после смерти, которое применительно к отдельным видам правоотношений конкретизируется, в частности, в ст. 5 Федерального закона от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».
В силу п.п.1, 3 ст.5 Федерального закона от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» волеизъявление лица о достойном отношении к его телу после смерти – пожелание, выраженное в устной форме в присутствии свидетелей или в письменной форме: о согласии или несогласии быть подвергнутым патолого-анатомическому вскрытию; о согласии или несогласии на изъятие органов и (или) тканей из его тела; быть погребенным на том или ином месте, по тем или иным обычаям или традициям, рядом с теми или иными ранее умершими; быть подвергнутым кремации; о доверии исполнить свое волеизъявление тому или иному лицу.
В случае отсутствия волеизъявления умершего право на разрешение действий, указанных в пункте 1 настоящей статьи, имеют супруг, близкие родственники (дети, родители, усыновленные, усыновители, родные братья и родные сестры, внуки, дедушка, бабушка), иные родственники либо законный представитель умершего, а при отсутствии таковых – иные лица, взявшие на себя обязанность осуществить погребение умершего.
Таким образом, волеизъявление лица о достойном отношении к его телу после смерти, в том числе волеизъявление быть погребенным на том или ином месте, по тем или иным обычаям или традициям, рядом с теми или иными ранее умершими – это пожелание умершего, выраженное в устной форме в присутствии свидетелей или в письменной форме, исполнение которого гарантировано государством. В случае отсутствия волеизъявления, такое пожелание выражают, в том числе близкие родственники.
Доказательств, свидетельствующих о письменном или устном пожелании как самого ФИО1, так и его близких родственников (родных брата и сестры) о захоронении его именно в месте погребения стороной ответчика не представлено.
При отсутствии доказательств обратного, суд приходит к выводу о том, что вина в причинении истцам морального вреда заключается в том, что ответчиком не было сообщено истцам о беспомощном состоянии ФИО1, доставлении его в больницу и его смерти; сотрудниками <данные изъяты> не были приняты меры к установлению и извещению близких родственников умершего лица, что в совокупности привело к захоронению ФИО1 без извещения родственников, в их отсутствие, и без учета мнения о месте погребения, чем нарушены права истцов, предусмотренные статьями 21, 22, 23, 28 и 29 Конституции Российской Федерации, а также Федеральным законом от 12 января 1996 гола № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».
Соответственно, между установленным судом неправомерным бездействием сотрудников <данные изъяты> и наступившими последствиями в виде захоронения ФИО1 как безродного, имеется причинно-следственная связь, а потому имеются основания для удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда.
Прокуратурой города Оби Новосибирской области проведена проверка соблюдения федерального законодательства в <данные изъяты> в ходе которой выявлены нарушения законодательства и указано на необходимость их устранения в течение месяца. Проверкой установлено, что допущенные нарушения в части не извещения родственников о смерти брата, захоронение его как «безродного» свидетельствуют о ненадлежащем исполнении должностными лицами <данные изъяты> трудовых обязанностей.
В соответствии с п.1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и места жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные, заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии с п.1.ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
На основании п.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как указали истцы в обоснование суммы компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей каждому из них, в результате виновного бездействия сотрудников <данные изъяты> неисполнения гарантий на достойное захоронение тела их умершего близкого родственника, их брат был захоронен как невостребованный родственниками при наличии живых родственников, готовых взять на себя все обязанности по надлежащему захоронению тела. Они испытали нравственные страдания от сознания того, что тело их брата было погребено без надлежащего уважения; захоронение произведено без учета мнения близких родственников о месте погребения. Истцам не показали место погребения, и они были вынуждены сами разыскивать могилу брата. Истцы пояснили, что будут получать разрешение на процедуру эксгумации тела, чтобы захоронить тело ФИО1 в соответствии с его волей – на кладбище в <адрес>, рядом с родителями.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает вышеизложенные обстоятельства, требования разумности и справедливости, тяжесть причиненных истцам страданий (нарушение гарантий на достойное захоронение тела близкого родственника, выбор места захоронения, присутствие родственников при захоронении) и обстоятельствами их причинения (виновное бездействие сотрудников <данные изъяты>), а также с учетом возражений ответчика, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истцов по 100 000 рублей каждому, не находя оснований для компенсации морального вреда в большем размере.
В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из госпошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
Истцом ФИО2 уплачено 5000 рублей за составление искового заявления, 3000 рублей – расходы по госпошлине за рассмотрение дела в суде.
Указанные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца ФИО2
Истцом ФИО3 уплачена госпошлина в размере 3000 рублей за рассмотрение дела в суде.
Расходы по госпошлине должны быть взысканы с ответчика в пользу истца ФИО3
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194, 198 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2, ФИО3 к государственному автономному стационарному учреждению социального обслуживания <данные изъяты> о компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с государственного автономного стационарного учреждения социального обслуживания <данные изъяты> в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 100000 (Сто тысяч) рублей, судебные расходы в размере 5000 (Пять тысяч) рублей за составление искового заявления и расходы по госпошлине в размере 3000 (Три тысячи) рублей.
Взыскать с государственного автономного стационарного учреждения социального обслуживания <данные изъяты> в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100000 (Сто тысяч) рублей и расходы по госпошлине в размере 3000 (Три тысячи) рублей.
В остальной части исковых требований ФИО2, ФИО3 к государственному автономному стационарному учреждению социального обслуживания <данные изъяты> о компенсации морального вреда отказать.
Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение принято 24 июня 2026 года.
Судья Хомякова И.В.