ОПРЕДЕЛЕНИЕ
20 апреля 2026 года г. Бийск, Алтайский край
Судья Бийского городского суда Алтайского края Матрохина Елена Александровна, рассмотрев частную жалобу индивидуального предпринимателя Калыгина Сергея Олеговича на определение мирового судьи судебного участка № 6 г. Бийска Алтайского края от 22 января 2026 года об отказе в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве по гражданскому делу № 2-2626/2021 по заявлению ПАО «Сбербанк» в лице филиала – Сибирский банк ПАО Сбербанк о вынесении судебного приказа на взыскание с должника Рузина Павла Юрьевича задолженности по кредитному договору № 138123 от 07 ноября 2018 года,
УСТАНОВИЛ:
Индивидуальный предприниматель Калыгин С.О. (далее - ИП Калыгин С.О.) обратился к мировому судье судебного участка № 6 г. Бийска Алтайского края с заявлением о процессуальном правопреемстве по гражданскому делу № 2-2626/2021 по заявлению ПАО «Сбербанк» в лице филиала – Сибирский банк ПАО Сбербанк о вынесении судебного приказа на взыскание с должника Рузина П.Ю. задолженности по кредитному договору № 138123 от 07 ноября 2018 года.
Определением мирового судьи судебного участка № 6 г. Бийска Алтайского края от 22 января 2026 года ИП Калыгину С.О. отказано в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве.
Не согласившись с данным определением, ИП Калыгин С.О. подал на него частную жалобу с просьбой об отмене определения мирового судьи судебного участка № 6 г. Бийска Алтайского края от 22 января 2026 года.
В обоснование требования податель жалобы ИП Калыгин С.О. указывает на то, что договор уступки прав (требований) № 19/11/25-12 от 19.11.2025 заключен на стадии исполнения судебного акта – на стадии исполнительного производства, то есть когда задолженность, возникшая у заемщика в связи с неисполнением им обязательств по договору займа, была взыскана в пользу кредитора в судебном порядке. Следовательно, на заемщике в силу закона лежит обязанность по исполнению вступившего в законную силу судебного акта о взыскании с него задолженности по договору займа, объем данных обязательств с переходом права требования к новому взыскателю сохраняется. В связи с этим личность кредитора для заемщика в рассматриваемых правоотношениях значения не имеет, равно как, не может быть существенной личность взыскателя, поскольку на стадии исполнительного производства исключается оказание банковских услуг, подлежащих лицензированию.
Действие ФЗ № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» распространяются на правоотношения сторон, возникшие до стадии принудительного исполнения судебных актов. На стадии принудительного исполнения судебных актов действуют нормы ФЗ № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», где личность взыскателя не имеет существенного значения для должника.
Выводы суда об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявления о процессуальном правопреемстве основаны на неверном толковании норм материального и процессуального права.
В соответствии с ч. 3 ст. 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) частная жалоба рассмотрена судьей апелляционной инстанции единолично, без извещения участвующих в деле лиц, без проведения судебного заседания.
Изучив материалы дела, доводы частной жалобы, суд апелляционной инстанции оснований к отмене оспариваемого судебного постановления по доводам частной жалобы не усматривает.
Из материалов дела установлено, что 22 января 2026 года мировым судьей судебного участка № 6 г. Бийска Алтайского края по делу № 2-2626/2021 вынесен судебный приказ о взыскании с должника Рузина П.Ю. в пользу ПАО «Сбербанк» в лице филиала – Сибирский банк ПАО Сбербанк суммы задолженности по кредитному договору № 138123 от 07.11.2018 по состоянию на 21.09.2021 в размере 127 216, 34 руб., а также судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 1 872, 16 руб.
Определением мирового судьи судебного участка № 6 г. Бийска Алтайского края от 29 февраля 2024 года произведена замена взыскателя ПАО «Сбербанк» в лице филиала – Сибирский банк ПАО Сбербанк на его правопреемника НАО ПКО «Первое клиентское бюро» по гражданскому делу № 2-2626/2021 по заявлению ПАО «Сбербанк» в лице филиала – Сибирский банк ПАО Сбербанк о вынесении судебного приказа на взыскание с должника Рузина П.Ю. задолженности по кредитному договору.
29 июля 2025 года между НАО ПКО «Первое клиентское бюро» и ООО ПКО «НБК» заключен договор уступки прав требования (цессии) № 2/08, по которому требования по кредитному договору № 138123 от 07 ноября 2018 года перешли к ООО ПКО «НБК».
19 ноября 2025 года между ООО ПКО «НБК» и ИП Калыгиным С.О. заключен договор уступки права (требования ) № 19/11/25-12, по которому требования по кредитному договору № 138123 от 07 ноября 2018 года перешли к ИП Калыгину С.О.
Отказывая в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве, мировой судья исходил из того, что в материалах дела отсутствуют доказательства тому, что должник Рузин П.Ю. после возникновения просрочки по договору займа письменно выразил свое согласие на передачу права требования задолженности по договору займа ИП Калыгину С.О.
Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами мирового судьи, поскольку они основаны на исследованных судом доказательствах, которым дана аргументированная правовая оценка, при этом мотивы, по которым мировой судья пришел к указанным выводам, исчерпывающим образом изложены в судебном постановлении и являются обоснованными.
Частью 1 статьи 44 ГПК РФ предусмотрено, что в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.
В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.
Статьей 388 ГК РФ предусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.
Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.
Соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.
Из разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", следует, что при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 названного Кодекса необходимо исходить из существа обязательства. Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника.
Уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку.
Как разъяснено в пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.
Согласно ч. 1 ст. 12 ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (в редакции, действующей с 28.01.2019) кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) только юридическому лицу, осуществляющему профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическому лицу, осуществляющему деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированному финансовому обществу или физическому лицу, указанному в письменном согласии заемщика, полученном кредитором после возникновения у заемщика просроченной задолженности по договору потребительского кредита (займа), если запрет на осуществление уступки не предусмотрен федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами.
В соответствии с пунктом 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.
В силу пункта 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
Как верно установлено мировым судьей и следует из материалов дела, на момент заключения договора уступки права (требования) от 19 ноября 2025 года № 19/11/25-12 между ООО ПКО «НБК» и ИП Калыгиным С.О. Федеральным законом от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", с учетом части 1 статьи 3 Федерального закона от 27 декабря 2018 г. N 554-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О потребительском кредите (займе)" и Федеральный закон "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях", был установлен законодательный запрет на уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) лицам, не осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическому лицу, не осуществляющему деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированному финансовому обществу или физическому лицу, указанному в письменном согласии заемщика.
Учитывая, что ИП Калыгин С.О не внесен в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, письменного согласия заемщика, полученного кредитором после возникновения у заемщика просроченной задолженности, материалы дела не содержат, на основании разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что произведенная уступка требования (цессии) по договору займа нарушает законодательный запрет, является ничтожной и не порождает прав требования по указанному кредитному обязательству.
Таким образом, правовая позиция мирового судьи, изложенная в оспариваемом определении, является правильной, поскольку она основана на нормах права, регулирующих спорные правоотношения, учитывает характер этих правоотношений, а также конкретные обстоятельства дела.
Доводы частной жалобы об отсутствии оснований для отказа в правопреемстве направлены на переоценку выводов суда, при этом нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, не подтверждают.
В связи с изложенным, оснований для отмены определения мирового судьи и удовлетворения частной жалобы не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 333, 334 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции
ОПРЕДЕЛИЛ:
Определение мирового судьи судебного участка № 6 г. Бийска Алтайского края от 22 января 2026 года об отказе в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве по гражданскому делу № 2-2626/2021 по заявлению ПАО «Сбербанк» в лице филиала – Сибирский банк ПАО Сбербанк о вынесении судебного приказа на взыскание с должника Рузина Павла Юрьевича задолженности по кредитному договору № 138123 от 07 ноября 2018 года, оставить без изменения, частную жалобу индивидуального предпринимателя Калыгина Сергея Олеговича - без удовлетворения.
Определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного определения, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.
Судья Е.А. Матрохина