РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
23 сентября 2026 года г. Омск
Октябрьский районный суд г. Омска в составе председательствующего судьи Кучуковой Д.А., при секретаре судебного заседания Алесенко С.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению <данные изъяты> к ООО КДЦ «Ультрамед» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа, расходов на оплату услуг представителя,
УСТАНОВИЛ:
<данные изъяты> обратилась в суд с иском к КДЦ «Ультрамед» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа, расходов на оплату услуг представителя, указав в обоснование, что 24.04.2026 истец обратилась в КДЦ «Ультрамед», для проведения исследования УЗИ первого триместра беременности, стоимость исследования составила 1 600 руб. После проведения исследования в заключении врач указал на неразвивающуюся беременность и высказался в адрес истца: «примите мои соболезнования»., посоветовав обратится в клинику, для соответствующей процедуры, так как плод умер. В достоверности результатов УЗИ врач не сомневался, исследование проходило не более 5-ти минут. В коридоре истца ожидал супруг, который был удивлен быстро, проведенному обследованию и в ужасе от диагноза. Дополнительные методы диагностики истцу не предлагались. Выжидательная тактика с динамическим наблюдением так же не предлагались, в том числе лабораторные тесты, анализ крови на ХГЧ.
25.04.2026 после поставленного врачом КДЦ «Ультрамед» диагноз состояние истца ухудшилось. После чего по средствам вызова бригады скорой медицинской помощи она была госпитализирована в БУЗОО «ГК БСМП №1» с диагнозом: <данные изъяты>
В БУЗОО «ГК БСМП №1» истцу было назначено лечение, находилась на лечении в стационаре в период с 25.04.2026 по 30.04.2026, после чего был открыт амбулаторный листок временной нетрудоспособности в период с 30.04.2026 по 12.05.2026. К работе истец приступила 13.05.2026.
После чего на электронный адрес КДЦ «Ультрамед» истцом была направлена претензия о некачественной медицинской услуге. В рамках ответа на претензию клиника предложила вернуть истцу стоимость исследования в размере 1 600 руб., а так же выплатить компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.
04.06.2026 не согласившись с предложенным размером компенсации морального вреда, в адрес КДЦ «Ультрамед» направлена досудебная претензия о возврате истцу стоимости исследования в размере 1 600 руб. и выплате компенсации морального вреда в размере 150 000 руб.
В ответ на досудебную претензию КДЦ «Ультрамед» указало, что услуга была оказана качественно, врач, проводивший УЗИ отказывается от своих слов.
24.06.2026 КДЦ «Ультрамед» на реквизиты истца была возвращена сумма исследования в размере 1 600 руб. и сумма компенсации морального вреда в размере 10 000 руб.
Ненадлежащие диагностика находятся в прямой причинно-следственной связи с ухудшением состояния здоровья истца. Таким образом, уплаченная сумма компенсации морального вреда не соответствует глубине пережитых страданий и не компенсирует в полной мере физические и нравственные страдания, которые пришлось перенести истцу.
Поскольку сам факт добровольной выплаты не лишает истца права на дополнительное взыскание, просила взыскать с КДЦ «Ультрамед» компенсацию морального вреда в размере 140 000 руб., штраф в размере 70 000 руб., а так же расходы на оплату услуг представителя в размере 18 000 руб.
В ходе производства по делу 29.07.2026 протокольно к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен <данные изъяты> истца).
Истец <данные изъяты> в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить. Дополнительно пояснил, что
Представитель истца <данные изъяты> (по доверенности) в судебном заседании заявленные <данные изъяты> исковые требования поддержала, по основаниям, изложенным в иске, просила их удовлетворить.
Представитель КДЦ «Ультрамед» <данные изъяты> (по доверенности) в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражал по доводам, изложенным в письменных возражений на иск, просил отказать в удовлетворении требований истца. В ходе судебного разбирательства указывал на несостоятельность довода истца относительно не качественного оказания медицинской помощи на очень малом сроке беременности.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, <данные изъяты> в судебном заседании полагал исковые требования обоснованными, подлежащими удовлетворению. Дополнительно пояснил, что является супругом Шевченко В.Д. Когда супруга вышла из кабинета УЗИ была в подвешенном эмоциональном состоянии, по приезду домой была вызвана бригада скорой медицинской помощи. Врач УЗИ сказали, что ребенок умер, посоветовал обратится в отделение гинекологии на удаление эмбриона.
В судебном заседании в качестве свидетеля была допрошена <данные изъяты>., которая суду показала, что 24 апреля 2026 года помнит, как к ней на прием приходила истец. Пациентка обратилась на УЗИ для того, чтобы убедиться как протекает её беременность, указала дату последний месячных, не было претензий. На момент беременности срок должен быть 8 недель. На момент осмотра были указаны жалобы на боли в животе. Акушерский срок устанавливается на основании даты начало последних месячных. Срок должен был соответствовать 7-8 недель. На 7-8 недель плодное яйцо должно быть определенного диаметра, на момент осмотра указанных ультразвуковых признаков не было, плодное яйцо не соответствовало 7-8 неделям, максимум 4. Эмбрион не визуализировался. С 6 недель он визуализируется, отсутствовал желточный мешок и не визуализировался эмбрион, то есть, было пустое плодное яйцо.
Гинекологически анамнез был в порядке. Дату последних своих месячных помнит точно, и что нет гинекологических заболеваний. Плодное яйцо было деформировано, жалобы были на боли в животе, не визуализировалось сердцебиение эмбриона. Было сделано заключение: не развивающая беременность, по стандартам УЗИ на момент осмотра. Сначала было разъяснено пациенту куда обратиться, в протоколе это указано. Стационар был назван по адресу: ул. 22 Партсъезда, этот стационар занимается ведением беременности, о прерывании беременности решают уже врач-гинеколог.
В качестве специалиста была допрошена <данные изъяты>., которая суду показала, что 24 апреля 2026 года было дано заключение о неразвивающейся беременности. Если пациентка назвала неверную дату, могла развиваться беременность, плодное яйцо на срок 3-4 беременности, эмбрион по ультразвуковым признакам появляется гораздо позже, если менструальный цикл будет не регулярным, то опираемся на размеры плодного яйца или эмбриона, наличие сердцебиения. Клинические рекомендации 7-10 дней повторного УЗИ. УЗИ не является основным, ХГЧ нужно сдать. Протокол УЗИ КДЦ «Ультрамед» изучала. Плодное яйцо должно быть не менее 20-24 мм, чтобы его было видно, при диаметре плодного яйца 8,5 мм, эмбрион невозможно определить. Есть плодное яйцо, но нет эмбриона, то врач может засомневаться в наличии беременности. УЗИ от 24 апреля 2026только подтверждает локализацию беременности, есть желточный мешок, визуализируется эмбрион. Если эмбрион визуализируется, то должно быть сердцебиение. УЗИ от 27 апреля 2026 года, могло быть и с погрешностью аппарата связано, разные исследования двух разных врачей. Заключение не равно диагноз, это ультразвуковое заключение, а не клинический диагноз, клинический диагноз ставится на основании совокупности данных, это лишь повод обследовать пациентку. Врач ультразвуковой диагностики делает описательную часть и пишет заключение, не дает клинического диагноза это просто ультразвуковое заключение, а клинический диагноз дает только лечащий врач.
Свидетель <данные изъяты> суду показала, что у них наблюдается пациентка <данные изъяты> с 18.05.2026, была поставлена на учёт по беременности. В момент постановки на учет было УЗИ из диагностического центра, срок беременности 8 недель, и выписка из БУЗОО «ГКБСМП №1» от 16.05.2026 о том, что она находилась на лечении с диагнозом: «угрожающий выкидыш». УЗИ диагностики из КДЦ «Ультрамед» не предоставляла. Диагноз неразвивающейся беременности, что ей ставили, не знала. На данный момент диагноз: хронический цистит, гестационный сахарный диабет. Не назначалось лечение. На момент постановки на учет по беременности уже была вылечена угроза выкидыша. Каждая вторая пациентка приходит с малым сроком с угрозой выкидыша по разным причинам. Текущее состояние беременности не соответствует сроку беременности первому дню последней менструации от 04.03.2026. Не ставим срок беременности по первому дню последней менструации. Ставим срок беременности в совокупности УЗИ, последний день менструации, осмотр, ХГЧ нет, оно диагностирует только наличие беременности. По состоянию на 24 апреля 2026 года срок беременности 5 недель и два дня. УЗИ не точный метод, это оператор зависимый метод. Если срок более 6 недель от даты последнего дня менструации и не видно эмбриона, то можно заподозрить не развивающую беременность, если месячные были регулярные.
Выслушав пояснения участников процесса, заслушав показания свидетелей и специалиста, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что заявленные требования подлежат частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.
Часть 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации относит к числу конституционно защищаемых ценностей право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ, является право гражданина на возмещение вреда (морального, имущественного), причиненного жизни или здоровью при оказании медицинских услуг.
Медицинская помощь, в том числе и высокотехнологичная, сопряжена с использованием медицинских методик и технологий для достижения необходимого клинического эффекта для пациента и основана на базисной цели медицины - снижение причиняемого или вероятного вреда здоровью.
Целью получения медицинской услуги на основании медицинских показаний является восстановление здоровья, соответственно, фактический результат оказания медицинской помощи не должен приводить к возникновению у пациента неблагоприятных болезненных состояний, находящихся в прямой причинно-следственной связи с медицинским вмешательством.
Оценка качества оказанных медицинских услуг производится на основе анализа последствий оказания медицинских услуг для здоровья пациента, в том числе в аспекте наличия (отсутствия) вреда здоровью вследствие проведенных манипуляций.
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации". Данным Законом определено (ст. 2), что под лечением понимается комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациента, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни (п. 8); пункт 3 статьи 2 ФЗ - медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; качеством медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21).
Согласно ст. 37 данного Закона, медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи. Порядки оказания медицинской помощи и стандарты медицинской помощи утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
В силу ст. 73 данного Закона, медицинские работники и фармацевтические работники осуществляют свою деятельность в соответствии с законодательством Российской Федерации, руководствуясь принципами медицинской этики и деонтологии. Медицинские работники обязаны оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями.
По смыслу указанной нормы закона, врач, оказывающий медицинские услуги пациентам, обязан не только правильно провести лечение, но и принять меры для минимизации наступления неблагоприятных последствий.
В соответствии со ст. 98 Закона, медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья; причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Судом установлено, что обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, в обоснование заявленных требований <данные изъяты> указывает, что КДЦ «Ультрамед» ей была оказана ненадлежащим образом медицинская помощь. 24.04.2026 истец обратилась в КДЦ «Ультрамед», для проведения исследования УЗИ первого триместра беременности, стоимость исследования составила 1 600 руб. <данные изъяты>
Истец полагает, что некачественная диагностика проведения исследования УЗИ КДЦ «Ультрамед» находятся в прямой причинно-следственной связи с ухудшением состояния здоровья истца.
По запросу суда представлены оригиналы медицинских документов в отношении истца <данные изъяты>.
КДЦ «Ультрамед» представлен протокол <данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Выражая несогласие с требованиями истца, ответчик ссылался на недоказанность причинения истцу морального вреда, полагал, что в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии вины учреждения, противоправности действий (бездействия) медицинских работников КДЦ «Ультрамед», а также причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика в рамках оказания медицинской помощи пациентке и наступившими последствиями. В данной связи сторона ответчика настаивала на отсутствии правовых оснований для компенсации морального вреда.
Давая оценку завяленным требованиям, пояснениям сторон в обоснование своих доводов и возражений, а также фактическим обстоятельствам дела, суд руководствуется следующим.
Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Деликтная ответственность по общему правилу наступает лишь за виновное причинение вреда. Отступления от принципа вины, т.е. случаи, когда ответственность возлагается независимо от вины причинителя, допускаются только законом (ст. 1079 Гражданского кодекса РФ).
Таким образом, если наличие вреда и его размер доказываются потерпевшим, то вина причинителя предполагается, т.е. отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. В любом случае, был ли вред причинен умышленно или по неосторожности, причинитель обязан его возместить.
В соответствии с определением Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года N 581-О-О положения пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, устанавливающие в рамках общих оснований ответственность за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагающие на последнего бремя доказывания своей невиновности, направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым - на реализацию интересов потерпевшего, в силу чего, как само по себе, так и в системной связи с другими положениями главы 59 Гражданского кодекса РФ не может рассматриваться как нарушающее конституционные права граждан.
Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ право на жизнь и здоровье, принадлежащие гражданину от рождения, является его личным неимущественным правом, а жизнь и здоровье - нематериальными благами, которые защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.
Как разъяснено в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
В то же время, как указано в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
Применительно к указанным выше требованиям закона и разъяснениям Верховного Суда РФ, а также с учетом предмета и основания иска, процессуальной позиции ответных сторон по настоящему спору, юридическое значение имеет факт оказания ответчикм медицинской помощи пациенту надлежащего качества, факт установления верного диагноза, наличия либо отсутствия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) медицинских учреждений по оказанию медицинской помощи Шевченко В.Д. и физическими или нравственными страданиями потерпевшего.
На основании ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Доказательственная деятельность в первую очередь связана с поведением участников процесса, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст. 56, 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ).
Разрешая заявленные истцом требования, суд учитывает, что бремя доказывания качества оказанной медицинской помощи пациенту лежит на ответчике.
В соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Разрешая с учетом изложенных обстоятельств заявленное Шевченко В.Д. требование о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает, что данное требование основано на обстоятельствах диагностики ненадлежащего качества, послуживших, по мнению истца, причиной ухудшения состояния.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Исходя из установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств, степень допущенного ответчиком ООО КДЦ «Ультрамед» нарушения, суд считает необходимым взыскать с данного ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, учитывая досудебно уплаченную сумму в размере 10 000 руб., поскольку хотя действия врача ответчика и не находятся в прямой причинно-следственной связи с ухудшением состояния здоровья истца, вместе с тем, сам ответчик признал частично допущенные нарушения, осуществив 24.06.2026 КДЦ «Ультрамед» возврат на реквизиты истца сумму исследования в размере 1 600 руб. и сумму компенсации морального вреда в размере 10 000 руб.
При определении данного размера компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела, степень вины ответчика, характер выявленного дефекта ведения медицинской документации, характер и степень понесенных истцом нравственных страданий.
руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
РЕШИЛ:
Исковое заявление Шевченко Виктории Дмитриевны удовлетворить частично.
Взыскать с ООО КДЦ «Ультрамед» (ИНН/КПП 5504128136/550401001, ОКПО 80977987, ОГРН 1075504005323) в пользу Шевченко Виктории Дмитриевны (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда 30 000 руб., расходы на оплату услуг представителя 18 000 руб.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Омска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Судья Д.А. Кучукова
Мотивированное решение изготовлено 07 октября 2026 года.