АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
Именем Российской Федерации
07 апреля 2026 года г. Норильск
Судья Норильского городского суда Красноярского края Кузьменкова Н.В., при секретаре Гришановой Е.А., с участием:
частного обвинителя (потерпевшего) Д.Д.В., суждённой Д.А.Н. (путём использования систем видео-конференц-связи), защитников – адвоката Демьяненко А.А., защитника Абдуллаева Р.С. (по доверенности), рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № (№) по апелляционной жалобе осуждённой Д.А.Н. и дополнениям к ней на приговор мирового судьи судебного участка № 109 в Центральном районе г. Норильска Красноярского края Топорковой Т.В. от 25 ноября 2025 года,
УСТАНОВИЛ:
Приговором мирового судьи судебного участка № 109 в Центральном районе г. Норильска от 25 ноября 2025 года Д.А.Н. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, и ей назначено наказание в виде штрафа в размере 8 000 (восемь тысяч) рублей. На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ и п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ Д.А.Н. освобождена от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.
Как установлено судом первой инстанции и подтверждено материалами дела, 23 апреля 2020 года около 01 часа 30 минут Д.А.Н., находясь в <адрес>, в ходе конфликта с супругом Д.Д.В. умышленно схватила зубами его указательный палец правой руки, сжала зубы и резко дёрнула головой, причинив Д.Д.В. физическую боль и телесные повреждения в виде двух укушенных ран средней фаланги 2-го пальца правой кисти, которые вызвали кратковременное расстройство здоровья продолжительностью до 21 дня и квалифицируются как лёгкий вред здоровью.
Не согласившись с приговором, осуждённая Д.А.Н. подала апелляционную жалобу и дополнения к ней, в которых просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор за отсутствием в её деянии состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ).
В судебном заседании защитником Абдуллаевым Р.С. заявлено ходатайство о приобщении дополнений к апелляционной жалобе, направленных в суд через систему ГАС «Правосудие» 27.02.2026, однако не принятых ввиду отсутствия усиленной квалифицированной электронной подписи. Установлено, что данные дополнения не содержат новых требований об ухудшении положения осуждённой, а лишь развивают и конкретизируют доводы, изложенные в первоначальной жалобе.
Суд апелляционной инстанции вправе принять такие дополнения, если это не нарушает право другой стороны на защиту. Поскольку частный обвинитель имел возможность ознакомиться с дополнениями в ходе судебного заседания и высказать по ним свою позицию, суд, руководствуясь принципом состязательности и обеспечения права осуждённой на защиту, определил приобщить дополнения к материалам дела и рассмотреть их по существу.
В обоснование жалобы и дополнений сторона защиты приводит следующие доводы выводы суда о виновности Д.А.Н. основаны на предположениях, причинно-следственная связь между событиями 23.04.2020 и рубцами, зафиксированными спустя два года, не доказана; заключение эксперта № от 29.04.2022 содержит вывод «не противоречит», что носит вероятностный характер, заключение эксперта № и дополнительное заключение № от 19.11.2025 являются недопустимыми доказательствами: дополнительная экспертиза проведена по одному документу (предыдущему заключению), а не по всем материалам дела, что нарушает п. 6 Порядка проведения судебно-медицинской экспертизы (Приказ Минздрава РФ № 491н от 25.09.2023). В заключениях отсутствует обоснование вывода о кратковременном расстройстве здоровья, нет медицинских документов (листка нетрудоспособности), подтверждающих временную нетрудоспособность потерпевшего, сам потерпевший за медицинской помощью не обращался, в объяснении от 05.05.2020 указал, что «сильной физической боли не испытывал». Суд необоснованно критически отнёсся к показаниям малолетнего свидетеля Д.Е.Д., сославшись на диагностическое заключение 2021 года, не учитывая изменения в развитии ребёнка и не назначив актуальной психологической экспертизы; показания ребёнка подтверждают версию осуждённой о том, что она защищала дочь от противоправных действий отца. Судом не установлена форма вины Д.А.Н., не дана оценка доводам о необходимой обороне, поскольку потерпевший Д.Д.В. находился в состоянии алкогольного опьянения, инициировал конфликт, применял физическое воздействие (толкал осуждённую), что подтверждено рапортом полицейского и показаниями. Судом нарушен принцип презумпции невиновности, предусмотренный ст. 14 УПК РФ, ст. 49 Конституции РФ, поскольку неустранимые сомнения в виновности не были истолкованы в пользу подсудимой. В материалах дела отсутствуют доказательства кратковременной утраты трудоспособности потерпевшим, он в день событий собственноручно подписывал объяснения, на боль не жаловался, за медицинской помощью не обращался, что исключает состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ.
В возражениях на апелляционную жалобу частный обвинитель Д.Д.В. просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, указывая, что вина Д.А.Н. полностью доказана совокупностью исследованных доказательств: показаниями потерпевшего, свидетелей Ц.Л.В. и Н.О.Д., фотоснимком повреждённого пальца, заключениями судебно-медицинских экспертиз № и №. Заключение дополнительной экспертизы № от 19.11.2025 было назначено в связи с изменением нормативной базы (Приказ Минздрава РФ № 172н от 08.04.2025) и проведено с соблюдением требований закона, хронологическая опечатка («23.04.2022») является технической ошибкой, не влияющей на существо выводов, и была устранена путём допроса эксперта. Показания малолетнего свидетеля Д.Е.Д. оценены судом критически обоснованно, поскольку они противоречат иным доказательствам, даны спустя длительное время после событий, а ребёнок находится под влиянием матери, что подтверждено психологическими заключениями. Доводы о необходимой обороне не нашли подтверждения, поскольку объективных данных, свидетельствующих о реальной угрозе для жизни или здоровья Д.А.Н. или её ребёнка, в материалах дела не имеется, потерпевший отрицал применение насилия к ребёнку, сотрудники полиции фактов насилия не зафиксировали. Апеллянт не приводит новых доводов, которые не были бы предметом рассмотрения в суде первой инстанции, а её действия и действия защитников расценивает как злоупотребление правом и затягивание процесса.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам законность, обоснованность и справедливость приговора суда первой инстанции. При этом суд апелляционной инстанции не связан доводами апелляционной жалобы и проверяет производство по уголовному делу в полном объёме.
В силу ст. 389.13 УПК РФ суд апелляционной инстанции вправе исследовать доказательства с соблюдением требований главы 37 УПК РФ. Согласно ст. 389.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются: несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенные нарушения уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона и несправедливость приговора.
Суд апелляционной инстанции находит, что приговор мирового судьи соответствует требованиям уголовно – процессуального закона, он является законным, обоснованным и справедливым, постановлен на основании совокупности исследованных доказательств, которым дана надлежащая оценка в соответствии со ст. 17, 87, 88 УПК РФ.
Доводы защитника о том, что заключение судебно-медицинской экспертизы № от 29.04.2022 является недопустимым доказательством, поскольку эксперт указал на «давность образования рубцов (не менее 3–6 месяцев) не противоречит давности событий, происходивших 23.04.2020», что, по мнению стороны защиты, носит вероятностный характер, были предметом тщательной проверки суда первой инстанции.
Суд апелляционной инстанции отмечает, что формулировка «не противоречит» в заключении эксперта не свидетельствует о предположительности вывода. Эксперт, обладая специальными познаниями, пришёл к категоричному выводу о том, что рубцы могли образоваться в указанный период, включающий дату события 23.04.2020. Данный вывод был сделан на основании объективных медицинских критериев, и суд первой инстанции обоснованно принял его в качестве доказательства наряду с другими.
Дополнительная экспертиза была назначена мировым судьей в связи с изменением нормативной базы – вступлением в силу Приказа Минздрава России от 08.04.2025 № 172н, который установил новые правила определения степени тяжести вреда здоровью. Перед экспертом не ставилась задача заново исследовать все обстоятельства дела; требовалось лишь дать оценку уже имеющимся данным (заключению № 622, фотоматериалам, медицинским документам) на соответствие новым критериям. Эксперту был предоставлен доступ ко всем материалам дела, что подтверждается самим текстом заключения, где перечислены исследованные объекты.
Ссылка защитника на п. 6 Порядка проведения судебно-медицинской экспертизы (утв. Приказом Минздрава РФ № 491н от 25.09.2023) несостоятельна, поскольку указанный пункт регулирует общие требования к объектам экспертизы, но не запрещает проведение экспертизы на основе ранее составленного экспертного документа, если это необходимо для ответа на поставленные судом вопросы.Кроме того, судом первой инстанции был допрошен эксперт, который подтвердил, что его выводы основаны на совокупности материалов, а техническая опечатка в дате («23.04.2022») не влияет на существо заключения и была им исправлена. Ходатайств о назначении повторной или дополнительной экспертизы стороной защиты в суде первой инстанции не заявлялось.
Вопреки доводам жалобы, оба экспертных заключения отвечают требованиям относимости, допустимости и достоверности, предусмотренным ст. 88 УПК РФ. Суд первой инстанции обоснованно признал их надлежащими доказательствами.
Доводы защитника об отсутствии в материалах дела листка нетрудоспособности, справки или амбулаторной карты, подтверждающих временную нетрудоспособность потерпевшего, не свидетельствуют о недоказанности квалифицирующего признака «кратковременное расстройство здоровья».
В соответствии с п. 5.3.1 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (утв. Приказом Минздрава РФ № 172н от 08.04.2025), действующего с 01.09.2025, кратковременное расстройство здоровья – это временное нарушение функций органов и (или) систем продолжительностью до трёх недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно). Факт временной нетрудоспособности может быть установлен на основании объективных медицинских данных о характере повреждений, без обязательного представления листка нетрудоспособности, если из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что имевшиеся повреждения влекут за собой расстройство здоровья на срок свыше 7 дней. В данном случае эксперт пришёл к выводу о том, что укушенная рана пальца повлекла кратковременное расстройство здоровья продолжительностью до 21 дня, что соответствует медицинским критериям лёгкого вреда здоровью.
Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что отсутствие у потерпевшего листка нетрудоспособности может быть обусловлено различными причинами, в том числе характером его работы. Сам по себе факт отсутствия больничного листа не исключает возможности установления квалифицирующего признака на основании заключения судебно-медицинской экспертизы, проведённой в установленном порядке. Кроме того, фраза потерпевшего «сильной физической боли не испытывал» не означает отсутствие боли вообще и не опровергает факт причинения телесных повреждений.
Доводы стороны защиты о том, что потерпевший Д.Д.В. находился в состоянии алкогольного опьянения, инициировал конфликт, толкал осуждённую, что, по мнению защитника, свидетельствует об отсутствии в действиях Д.А.Н. состава преступления, были проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты.
Из материалов дела следует, что Д.А.Н. в ходе конфликта умышленно причинила потерпевшему телесные повреждения в виде укушенной раны пальца, повлекшей лёгкий вред здоровью. Действия Д.А.Н. не были вызваны необходимостью защиты от общественно опасного посягательства, поскольку потерпевший, по собственному признанию, лишь толкнул её, что само по себе не создавало угрозы для её жизни или здоровья. При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что в действиях Д.А.Н. отсутствуют признаки необходимой обороны (ст. 37 УК РФ) либо её превышения.
Вопрос о форме вины Д.А.Н. разрешён судом первой инстанции: установлено, что она действовала умышленно, поскольку осознанно причинила потерпевшему телесное повреждение в виде укуса.
Выводы мирового судьи о виновности Д.А.Н. в умышленном причинении лёгкого вреда здоровью Д.Д.В. соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, и подтверждаются совокупностью исследованных доказательств, которым дана надлежащая оценка.
Так, из показаний потерпевшего Д.Д.В. следует, что 23.04.2020 около 01 часа 30 минут Д.А.Н. в ходе конфликта укусила его за указательный палец правой руки, причинив сильную боль. Сразу после этого он обработал рану и забинтовал палец, что зафиксировано прибывшими сотрудниками полиции. Показания потерпевшего последовательны, согласуются с рапортом полицейского Ц.Л.В. от 23.04.2020, из которого следует, что по прибытии на место происшествия Д.Д.В. сообщил об укусе супругой и продемонстрировал забинтованный палец, на котором имелись следы укуса. Свидетель Ц.Л.В. в суде подтвердил данные обстоятельства. Свидетель Н.О.Д. также подтвердил факт выезда по сообщению о семейном конфликте.
Фотоснимок, сделанный Д.Д.В. 23.04.2020 в 04 часа 26 минут, объективно зафиксировал наличие повреждения на средней фаланге указательного пальца правой руки в виде раны с покраснением окружающих тканей. Вопреки доводам жалобы, на снимке отчетливо видна не только гиперемия, но и нарушение целостности кожного покрова. Осуждённая в суде не отрицала, что на снимке изображён палец потерпевшего и что фотографирование происходило в её присутствии.
Оценка показаний малолетнего свидетеля Д.Е.Д. произведена мировым судьей в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ. Суд обоснованно указал на наличие длительного конфликта между родителями, что могло повлиять на объективность показаний ребёнка, особенно с учётом его возраста на момент событий (4 года) и времени допроса (спустя более 5 лет). Ссылка на диагностическое заключение по гражданскому делу №, согласно которому усматривалось влияние матери на формирование отношения ребёнка к отцу, является дополнительным аргументом, но не единственным основанием для критической оценки. Кроме того, показания ребёнка противоречат показаниям самой осуждённой в части обстоятельств укуса: осуждённая утверждала, что укусила за большой палец, а потерпевший настаивает на указательном, что совпадает с объективными данными (фото, экспертиза). При таких обстоятельствах мировой судья правомерно отнёсся к показаниям несовершеннолетней критически.
Довод защитника о том, что суд первой инстанции нарушил принцип презумпции невиновности, является необоснованным. Презумпция невиновности не была нарушена, поскольку вина Д.А.Н. в совершении инкриминируемого преступления была доказана в ходе судебного разбирательства совокупностью допустимых и достоверных доказательств, которым суд дал надлежащую оценку. Неустранимых сомнений в виновности подсудимой, которые в силу ст. 14 УПК РФ толковались бы в её пользу, судом не установлено, и стороной защиты таких сомнений не приведено.
Доводы осуждённой о том, что она защищала ребёнка от насилия со стороны отца, проверялись судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты. Объективных данных, свидетельствующих о реальной угрозе для жизни или здоровья ребёнка либо самой Д.А.Н., в материалах дела не имеется. Потерпевший Д.Д.В. отрицал применение насилия к ребёнку. Свидетели-полицейские, прибывшие по вызову самой осуждённой, не зафиксировали никаких телесных повреждений у неё или у ребёнка, не установили фактов насилия. Осуждённая не сообщала им о том, что муж душил дочь, ограничившись указанием на «семейный скандал». При таких обстоятельствах оснований для вывода о наличии необходимой обороны или крайней необходимости не имеется.
Суд апелляционной инстанции также учитывает, что ходатайств о назначении повторной или дополнительной экспертизы стороной защиты в суде первой инстанции не заявлялось, эксперт был допрошен и ответил на все вопросы участников процесса.
При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что приговор мирового судьи судебного участка № 109 в Центральном районе г. Норильска от 25 ноября 2025 года в отношении Д.А.Н. является законным, обоснованным и справедливым.
Суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку каждому доказательству, правильно применил уголовный и уголовно-процессуальный закон. Вина Д.А.Н. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, установлена и подтверждена совокупностью исследованных доказательств.
Доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней не содержат оснований для отмены или изменения приговора, предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ, и направлены на переоценку доказательств, которая не входит в полномочия суда апелляционной инстанции при отсутствии нарушений закона судом первой инстанции.
Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не допущено. Наказание назначено с учётом характера и степени общественной опасности преступления, данных о личности, наличия смягчающего обстоятельства (наличие малолетнего ребёнка). Освобождение от наказания в связи с истечением срока давности соответствует закону.
При таких обстоятельствах апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
Приговор мирового судьи судебного участка № 109 в Центральном районе г. Норильска Красноярского края от 25 ноября 2025 года в отношении Д.А.Н. оставить без изменения, апелляционную жалобу осуждённой Д.А.Н. – без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение одного года со дня его вынесения. В случае пропуска срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подаётся непосредственно в суд кассационной инстанции.
Осуждённая вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.
Судья Н.В. Кузьменкова