РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
27 мая 2026 года г. Красноярск
Октябрьский районный суд г. Красноярска в составе председательствующего судьи Андриишиной М.В.
при секретаре судебного заседания Богдановой Н.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Дудко А8 к МСЧ-24 ФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Дудко Д.В. обратился в суд с иском к МСЧ-24 ФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России о компенсации морального вреда.
Требования мотивированы тем, что при обследовании МСЧ-24 ФСИН России по Красноярскому краю установлен ошибочный диагноз Z что причинило истцу нравственные страдания, стресс ухудшил состояние здоровья.
Просил взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.
В судебном заседании истец Дудко Д.В. настаивал на удовлетворении заявленных требований. Пояснил, что узнал о диагнозе Z при поступлении в ИК-5, по его просьбе ему выдана выписки из истории болезни, в которой кроме его заболеваний значится Z Выяснение обстоятельств, сдача анализов заняли около 6 месяцев, в этот период истец испытал нравственные страдания, связанные с установлением серьезного неизлечимого диагноза. Данный стресс ухудшил состояние его здоровья.
Представитель МСЧ-24 ФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России, ГУФСИН России по Красноярскому краю Давидюк Ю.С. и третье лицо Спирин Ю.А. возражали против удовлетворения требований, пояснили, что в медицинской карте для экономии времени поставлен штамп «Z где Z вычеркнут вручную.
Выслушав стороны, исследовав материалы дела, заключение прокурора Овчинникова М.П., полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.
Согласно статье 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Частью 1 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ) установлено, что каждый имеет право на медицинскую помощь.
Согласно части 1 статьи 26 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.
Органы государственной власти и органы местного самоуправления, должностные лица организаций несут ответственность за обеспечение реализации гарантий и соблюдение прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации (статья 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).
В соответствии с частью 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.
Пунктом 33 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденным Приказом Минюста России от 28 декабря 2017 года № 285 определено, что медицинская помощь в амбулаторных условиях осужденным оказывается в соответствии с режимом работы медицинской части (здравпункта) по предварительной записи. В учреждении уголовно-исполнительной системы (далее - УИС) журнал предварительной записи на прием (осмотр) медицинским работником ведет начальник отряда, который перед началом приема (осмотра) передает его в медицинскую часть (здравпункт). Медицинский работник оказывает медицинскую помощь всем осужденным, записавшимся в журнале предварительной записи на прием (осмотр) медицинским работником, с учетом сроков ожидания медицинской помощи, предусмотренных Программой. После приема (осмотра) журнал предварительной записи на прием (осмотр) медицинским работником возвращается начальнику отряда. Медицинская помощь в неотложной или экстренной форме оказывается без предварительной записи. В случае необходимости оказания медицинской помощи в экстренной или неотложной форме осужденный может обратиться к любому сотруднику учреждения УИС, который обязан принять меры для организации оказания ему медицинской помощи.
Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В пунктах 25 - 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Согласно пункту 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда (например, на Российскую Федерацию, субъект Российской Федерации, муниципальное образование - за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как разъяснено в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», на основании части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.
В пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»). Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Исходя из положений, изложенных в п. 61 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», настоящее дело о взыскании компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью, возникшего в связи с нарушением условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассмотрено в порядке гражданского судопроизводства.
Судом установлено, что Дудко Д.В. в феврале 2025 года обследован врачами автопоезда МСЧ-24 ФСИН России по Красноярскому краю.
Из медицинской карты Дудко Д.В. следует, что на приеме врачом Спириным Ю.А. выставлены диагнозы путем внесения в карту сведений в виде наборного штампа следующего содержания: «Z».
Из справки о состоянии здоровья Дудко Д.В. без номера и даты, подписанной начальником Филиала «Медицинская часть 21» Федерального казенного учреждения «Медико-санитарной части №24 Федеральной службы исполнения наказаний» следует, что Дудко Д.В. содержится в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю и находится под наблюдением медицинских работников с диагнозами: Z.
14 октября 2025 года у Дудко Д.В. взят анализ на Z из отчета по результатам анализа ПЦР вирус Z не выявлен.
На вопросы суда третье лицо Спирин Ю.А. пояснил, что анализы, подтверждающие у Дудко Д.В. вирус Z при обследовании в феврале 2025 года не исследовались. Из литературных данных следует, что от 30 до 90 процентов лиц, зараженных ВИЧ-инфекцией страдают Z Дудко Д.В. не был выставлен диагноз Z под вопросом для дальнейшего обследования.
Суд пришел к выводу об обоснованности заявленного иска, исходя из того, что у Дудко Д.В. вирус Z не обнаружен, установление ошибочного диагноза в феврале 2025 года при обследовании врачами автопоезда МСЧ-24 ФСИН России по Красноярскому краю нашло свое подтверждение в материалах дела - данные обстоятельства следуют из справки о состоянии здоровья Дудко Д.В. и амбулаторной медицинской карты, довод об исключении гепатита С путем зачеркивания из содержания штампа суд полагает необоснованным, дату внесения этих изменений установить не представляется возможным. Кроме того, МСЧ-24 ФСИН России по Красноярскому краю не принято всех необходимых и возможных мер для своевременного и квалифицированного обследования пациента по указанным им жалобам на отсутствие вируса Z, анализ проведен спустя более чем 7 месяцев.
В этой связи, учитывая фактические обстоятельства дела, несвоевременность исключения неверного диагноза, а также характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, испытываемой им от осознания заболевания хроническим заболеванием, вызванным вирусом Z, в том числе молодой возраст, требования разумности и справедливости, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ФСИН России за счет средств федерального бюджета в пользу истца денежной компенсации морального вреда в размере 10 000 руб.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Дудко А9 к ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить.
Взыскать с ФСИН России за счет средств федерального бюджета в пользу Дудко А10 компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.
В остальной части требований, отказать.
Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья М.В. Андриишина
Мотивированное решение изготовлено 3 июня 2026 года.