РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации р.п. Таврическое 29 апреля 2026 года
Таврический районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Новопашиной Н.Н., при секретаре судебного заседания ФИО3, с участием прокурора пом. прокурора, истца ИСТЕЦ, представителя истца ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ИСТЦА, представителя ответчика АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ОТВЕТЧИКА, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ИСТЕЦ к АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» о возмещении компенсации морального вреда, взыскании расходов на лечение,
УСТАНОВИЛ:
ИСТЕЦ обратилась в суд с исковым заявлением к АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» о возмещении морального вреда, взыскании расходов на лечение, указав в обоснование требований, что ДД.ММ.ГГГГ истцом и ответчиком был заключен трудовой договор №, по условиям которого она была принята на должность официанта. ДД.ММ.ГГГГ она находилась на рабочем месте и получила производственную травму, а именно обожгла левую ногу в области ступни. За медицинской помощью она обратилась только ДД.ММ.ГГГГ в БУЗОО «Таврическая ЦРБ» с жалобой на выраженные боли в области стопы, почернение дистальных отделов левой стопы, наличие раневых поверхностей в этой области. Установлен диагноз: инфицированный термический ожог левой стопы, гнойно-некротическая флегмона левой стопы. ДД.ММ.ГГГГ проведена операция – ампутация левой стопы по Шарпу с сохранением 1 пальца. При поступлении в БУЗОО «Таврическая ЦРБ» она была опрошена медицинскими работниками о случившемся. Она рассказала, что обожглась кипятком на рабочем месте, после чего её спросили оформлять данную травму как производственную или как бытовую. Поскольку она хотела сохранить хорошие отношения в коллективе и с начальством, она сказала, чтобы травму оформили как бытовую. О последствиях выбора в тот момент она не знала. В момент произошедшего на рабочем месте рядом находились другие работники. Расследование по факту несчастного случая работодателем не было проведено. Также в связи с полученной травмой ей были понесены расходы на лечение, которые подтверждаются квитанциями, представленными в материалы дела, в размере <данные изъяты>. Просит признать полученную истцом ИСТЕЦ ДД.ММ.ГГГГ производственной травмой, в результате которой ей причинен вред здоровью. Взыскать в пользу истца ИСТЕЦ с ответчика АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>., а также расходов на лечение в размере <данные изъяты>
Впоследствии истец ИСТЕЦ в лице представителя ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ИСТЦА в ходе рассмотрения дела уточнила заявленные исковые требования, указав, что в настоящее время продолжает лечение и понесла дополнительные траты на сумму <данные изъяты>. Просить признать полученную ИСТЕЦ ДД.ММ.ГГГГ производственной травмой, в результате которой ей причинен вред здоровью. Взыскать с ответчика АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» в пользу ИСТЕЦ денежные средства в счет компенсации морального вреда и в сумме <данные изъяты>. в качестве расходов на лечение.
Истец ИСТЕЦ в судебном заедании исковые требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить, суду показала, что трудоустроена в АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» официантом. ДД.ММ.ГГГГ в 6 час 30 мин. она прибыли на работу, в 06 час. 45 мин. она пришла на кухню, чтобы забрать питание для первого завтрака и раздать его проживающим, после чего в 08 час. 15 мин. она пошла на кухню за кашей и чаем для второго завтрака. Она взяла ведро с чайником, из этого чайника у неё полился кипяток, так как чайник был полный, через верх и весь кипяток (чай) полился ей на ногу. В этот момент присутствовали 3 повара и официант, которые видели, что она обожгла ногу. Она была обута в мокасины, кипяток из чайника пролился на ступню. После этого она пришла в корпус и стала раздавать чай и завтрак проживающим. ДД.ММ.ГГГГ она не вызывала скорую помощь, и 2 недели после получения травмы ходила на работу. В связи с наличием заболевания сахарного диабета с 2003 г. она не чувствует боли, но она хромала, так как ей неудобно было ходить, на ноге были волдыри. У неё на работе всегда есть бинты и мазь, в связи с чем она перевязала ногу и дальше продолжила работать, не сообщала работодателю о травме, так как боялась увольнения. В БУЗОО «Таврическая ЦРБ» она обратилась ДД.ММ.ГГГГ, пояснив, что ожог получила на работе, но просила оформить получение травмы в быту. По результатам осмотра врачом хирургом её положили в стационар, где ДД.ММ.ГГГГ сделали операцию. В последующем ДД.ММ.ГГГГ ей была сделана повторная операция. Она обращалась с заявлением Государственную инспекцию труда <адрес>, получала уведомление о необходимости дать объяснения, но в учреждение не явилась. Заявленный размер компенсации морального вреда обосновывает невозможностью работать на прежнем месте.
Впоследствии истец ИСТЕЦ суду пояснила, когда она взяла чайник, её окликнули, поэтому она обернулась, затем услышала шум воды, и когда опустила голову, то увидела, как полился кипяток на левую ногу, но она не почувствовала этого. Она знала, что вода в чайнике горячая, потому что должна быть определенной температуры. Мокрый носок она на кухне не снимала, а сняла в корпусе. Она увидела, что нога была красная, с волдырями, в связи с чем обработала перекисью и перебинтовала.
Представитель истца ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ИСТЦА, действующий на основании доверенности, в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования в полном объеме, указал, что обстоятельства исковых требований подтверждены. Допрошенный в качестве свидетеля врач-хирург подтвердил, что данные последствия у ИСТЕЦ возможны при получении ожога, при наличии заболевания сахарного диабета, который мог осложнить процесс выздоровления, не исключил, что кипяток был именно пролит, а не имело место быть погружение ноги в воду. Не обращение истца к руководству связано с характером работы. Просил отнестись критически к показаниям свидетелей Свидетель №9, Свидетель №5, так как они являются работниками учреждения. При этом показания свидетеля Свидетель №1 являются достоверными, поскольку указанное лицо проходит в учреждении альтернативную военную службу.
Представитель ответчика АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ОТВЕТЧИКА, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, представила письменные возражения, согласно которых указала, что возражают против заявленных требований в полном объеме по следующим основаниям. По факту случившегося от ИСТЕЦ никаких заявлений, жалоб, а также иной информации о произошедшем с ней несчастном случае в указанный период не сообщала. ДД.ММ.ГГГГ из Государственной инспекции труда в <адрес> поступил телефонный звонок, из которого стало известно о том, что в инспекцию от истца поступила жалоба. В рамках указанного, ДД.ММ.ГГГГ в адрес ИСТЕЦ учреждением было направлено письмо о необходимости представить пояснения по факту случившегося. Истец в учреждение не явилась, каких-либо пояснений по факту случившегося не представила. ДД.ММ.ГГГГ из Государственной инспекции труда в <адрес> поступил запрос о необходимости представления документов. В рамках указанного запроса службой охраны труда был проведен опрос сотрудников, работавших с истцом в одной смене, которые указали, что каких-либо жалоб ИСТЕЦ ни в день предполагаемой травмы, не позднее об ожоге стопы никому не сообщала, были опрошены сотрудники корпусов на предмет розлива блюд, которые пояснили, что указанных фактов зафиксировано не было. ИСТЕЦ указывает на ожог стопы, который она получила ДД.ММ.ГГГГ, при этом, каким образом это случилось, в иске не поясняет. По мнению учреждения, чтобы получить ожог именно стопы, нужно опустить её в кипяток, чего сделать при выполнении трудовых обязанностей невозможно. Согласно имеющейся в учреждении нормативной документации, разработанной на основании существующих норм по питанию, температурный режим готовых блюд не позволяет в случае их пролития, получить серьезный ожог. Сотрудники учреждения перемещаются в обуви, на каждом этаже дежурит медицинский персонал, который мог оказать первую помощь в случае получения ИСТЕЦ ожога. Обращает внимание, что ИСТЕЦ имеет инвалидность в связи с заболеванием сахарным диабетом. Ампутация могла быть связана, в том числе с имеющейся болезнью. Указанная информация была доведена до сведения Государственной инспекции труда в <адрес>. По результатам проверки инспекцией было принято решение о квалификации несчастного случая как не связанного с производством, в связи с чем данный несчастный случай учету и регистрации в АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» не подлежит.
Дополнительно в судебном заседании представитель ответчика в АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ОТВЕТЧИКА показала, что травма, полученная истцом, не связана с производством. Учитывая последствия ожога, полагает, что указанные события не могли быть не замечены в учреждении, при этом в учреждении имеется медицинский персонал, к которому могла обратиться истец. Кроме того, пояснила, что каких-либо конфликтных отношений между ИСТЕЦ и руководством учреждения нет. При проведении проверки Государственной инспекцией труда в <адрес> производился опрос сотрудников, на которых ссылается истец. Указанные сотрудники не подтвердили, что истец получила ожог на рабочем месте. О полученном ИСТЕЦ ожоге учреждение узнало в мае 2025 г., когда она обратилась с Государственную инспекцию труда в <адрес>. Кроме того, в медицинское учреждение истец обратилась через 2 недели после получения травмы. Указала, что второй завтрак, где указан чай, был позже времени, чем на это указывает истец. Требования истца о взыскании расходов на лечение не подлежат удовлетворению, так как не подтверждены медицинской документацией. Просила отказать в удовлетворении требований в полном объеме.
Выслушав участников судебного разбирательства, выслушав мнение, участвующего прокурора, полагавшего, что отсутствуют основания для удовлетворения требований, изучив материалы дела, оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к следующему.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).
Согласно ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.
В соответствии со ст. 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации).
Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
В числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, согласно ст. 2 Трудового кодекса РФ, - равенство прав и возможностей работников, установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей, осуществление государственного контроля (надзора) за их соблюдением, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту, обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
В силу ч. 1 ст. 3 Трудового кодекса РФ (запрещение дискриминации в сфере труда) каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.
В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе РФ введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.
В силу положений абз. 4 и 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз. 4, 15 и 16 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса РФ).
Согласно абз. 2 ч. 1 ст. 210 Трудового кодекса РФ обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.
Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
В соответствии с абз. 2 ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.
Работодатель обязан создать безопасные условия труда, исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (ст. 214 Трудового кодекса РФ).
Согласно абз. 2 и 13 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом РФ, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.
Частью 1 статьи 227 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 Трудового кодекса РФ подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
В соответствии с ч. 3 ст. 227 Трудового кодекса РФ расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в частности:
- в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;
- при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем (его представителем), либо на личном транспортном средстве в случае использования личного транспортного средства в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) или по соглашению сторон трудового договора;
- при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком.
При несчастных случаях, указанных в ст. 227 Трудового кодекса РФ, работодатель (его представитель) обязан в числе прочего немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию; немедленно проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего; принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации (абз. 1, 2, 5 и 6 ст. 228 Трудового кодекса РФ).
Как разъяснено в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 г. №2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в силу положений ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и ст. 227 Трудового кодекса РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать юридически значимые обстоятельства, в частности, имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством, исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в ч. 6 ст. 229.2 Трудового кодекса РФ.
Аналогичные положения установлены п. 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Минтруда России от 24 октября 2002 г. №73.
В соответствии с ч. 6 ст. 209 Трудового кодекса РФ рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.
Судом установлено, что ИСТЕЦ на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ трудоустроена в АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» официантом, что подтверждается записью трудовой книжки, приказом о приеме на работу.
Согласно трудового договору официант выполняет следующие должностные обязанности: организовывает свою работу в соответствии с едиными методическими рекомендациями; знает и строго соблюдает все требования санитарно-противоэпидемического и лечебно-охранительного режимов; своевременно проходит медосмотр – 1 раз в месяц; своевременно получает и доставляет пищу из пищеблока в отделение в соответствии с графиком её подачи, пища должна быть горячей и находиться в соответствующей маркировке посуде. Официант при исполнении своих должностных обязанностей строго соблюдает: правила транспортировки готовой продукции; технологию кормления проживающих, в первую очередь осуществляется кормление лежачих больных; правила личной гигиены, работать чистой санитарной одежде, менять ее по мере загрязнения; нормы выдачи готовой продукции, используя для раздачи специальную одежду с маркировкой «Для раздачи пищи» и т.д.Пунктом 1.3 трудового договора предусмотрено, что работник осуществляет работу в структурном подразделении работодателя - Отделение милосердия (корпус №).
Согласно п. 1.9 трудового договора установлены следующие условия труда на рабочем месте (СОУТ от ДД.ММ.ГГГГ, карта №); класс условий труда 2.0 (допустимые условия труда).
В силу положений п. 2.1.2 трудового договора работник имеет право на обеспечение безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда.
Согласно п. 3.2.2 трудового договора работодатель обязан обеспечить безопасность и условия труда работника, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.
ИСТЕЦ согласно трудовому договору установлен следующий режим работы: два дня через два по 12 часов, выходные дни по скользящему графику, начало работы в 7 час. 00 мин до 19 час. 30 мин., время обеденного перерыва с 14 час. 30 мин. до 15 час. 00 мин.
При приеме на работу ИСТЕЦ ознакомлена, в том числе, с Правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором.
Согласно п. 8.1 Методических рекомендаций по организации питания в АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов», утвержденных приказом от ДД.ММ.ГГГГ №, при раздаче питания в столовой должен соблюдаться температурный режим, выдаваемой пищи: первые блюда – не ниже 75 С, вторые блюда – не ниже 65 С, гарниры – не ниже 65 С, холодные блюда и напитки – от 7 С до 14 С.
В материалы дела представлен журнал регистрации инструктажей по охране труда на рабочем месте (отделение Милосердия, корпус №), согласно которому со ИСТЕЦ ДД.ММ.ГГГГ проводились периодические инструктажи на рабочем месте.
Также ИСТЕЦ была ознакомлена с Инструкцией по охране труда для официанта службы по организации питания (отделений милосердия).
Согласно протоколу № ДД.ММ.ГГГГ была проведена проверка знаний требований охраны труда по программе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ при воздействии вредных и (или) опасных производственных факторов, источников опасности, идентифицированных в рамках специальной оценки условий труда и оценки профессиональных рисков, в объеме 16 часов.
Согласно графику работы на ноябрь 2024 <адрес> милосердия № (корпус №) ИСТЕЦ ДД.ММ.ГГГГ находилась на рабочем месте в соответствии с установленным трудовым договором режимом дня.
Из искового заявления и пояснений истца следует, что ДД.ММ.ГГГГ на кухне АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» она получила ожог левой ноги в области ступни путем пролива чая из чайника.
В ходе рассмотрения дела судом были опрошены свидетели Свидетель №1, Свидетель № 2, Свидетель №4, Свидетель №7, Свидетель №9, Свидетель №5
Свидетель Свидетель №1 суду показал, что он работает официантом в АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов». ДД.ММ.ГГГГ он пришел на работу к 08 час. 30 мин. ИСТЕЦ находилась на рабочем месте. При этом она хромала, пояснила, что получила ожог ноги. К нему с просьбой вызвать скорую помощь она не обращалась. В течение дня он со ИСТЕЦ продолжали работать, при нем она рану не осматривала и не перебинтовывала. Показания, которые им были даны при проведении проверки Государственной инспекцией труда, подтверждает.
Допрошенный в качестве свидетеля Свидетель № 2, являющийся врачом-хирургом БУЗОО «Таврическая ЦРБ», в судебном заседании показал, что термический ожог левой стопы и гнойно-некротическая флегмона это следствие инфицированного термического ожога. При этом нет определенного времени для того, чтобы установить, что воспалительный процесс связан с ожогом. Любой раневой дефект при наличии у человека сахарного диабета предполагает увеличение сроков реабилитации. Заживление раны более длительное в результате нарушения процессов, которые связаны с регенерацией ткани. У ИСТЕЦ была операция по удалению части стопы. Истец на приеме пояснила, что получила ожог на рабочем месте, самостоятельно не лечилась и за помощью в медицинское учреждение не обращалась. При производственной травме устанавливается легкая или тяжелая степень вреда здоровью. ИСТЕЦ была установлена легкая степень вреда здоровья, при этом полученная травма относится к среднему вреду здоровья. Истец с указанной травмой могла находиться на рабочем месте, так как у людей разный болевой порог.
Свидетель Свидетель №4 суду показала, что она работает официантом в учреждении на первом этаже. ДД.ММ.ГГГГ она заступила на смену в 08 час. 15 мин. Она поднялась на второй этаж, где увидела ИСТЕЦ, которая сидела и плакала, пояснила, что обожглась, но она не стала её расспрашивать об обстоятельствах, посоветовала обратиться за помощью.
Специалист по охране труда Свидетель №7, допрошенная в качестве свидетеля, суду показала, что о получении травмы ИСТЕЦ она узнала в связи с полученным запросом Государственной инспекции труда о расследовании сокрытого несчастного случая. ИСТЕЦ на телефонные звонки не отвечала, письма от учреждения игнорировала, в связи с чем выяснить обстоятельства получения травмы непосредственно у работника не представилось возможным. В ходе проведения проверки были опрошены сотрудники, которые работали со ИСТЕЦ в смене. Никто из опрошенных сотрудников не дал информации о том, что видел, как это случилось, оказал первую помощь или помог убрать последствия произошедшего. Медицинская сестра пояснила, что ИСТЕЦ за медицинской помощью в указанный день не обращалась. При приеме на работу со ИСТЕЦ был проведен вводный инструктаж, на рабочем месте инструктаж по охране труда. В структурном подразделении каждый сотрудник расписывается в журнале инструктажей и изучает инструкцию. Истцу была предложена дежурная специальная одежда, от которой она отказалась.
Свидетель Свидетель №9 суду показала, что она работает поваром в учреждении. Официанты приходят на кухню и получают еду, при этом кто-то из поваров в момент выдачи еды присутствует. Она не видела, чтобы ИСТЕЦ обожглась чаем из чайника. При этом она просила её, что то подтвердить, но она не стала с ней разговаривать.
Свидетель №5 (изготовитель полуфабрикатов), допрошенная в качестве свидетеля, суду показала, что ИСТЕЦ работает в учреждении официантом, а она в цехе, в связи с чем в варочном цехе появляется периодически. Она не видела, при каких обстоятельствах ИСТЕЦ получила травму. Пояснила, что чайники 4-х литровые, но она не наливает их полными.
Также судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ Государственной инспекцией труда в <адрес> вынесено решение о проведении расследования сокрытого несчастного случая № в АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» на основании информации БУЗОО «Таврическая ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ИСТЕЦ, находясь на рабочем месте, получила травму, а именно обожгла левую ногу в области ступни.
ДД.ММ.ГГГГ директором АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» в адрес ИСТЕЦ было направлено письмо, согласно которому работодатель просил дать объяснение по обстоятельствам несчастного случая, представить дополнительные документы.
В ходе проверки в рамках расследования несчастного случая были проведены опросы очевидцев заведующей отделения (корпус №) ФИО8, официанта отделения милосердия (корпус №) Свидетель №1, официанта отделения милосердия (корпус №) ФИО9, повара службы по организации питания ФИО10, повара службы по организации питания Свидетель №9, медицинской сестры отделения милосердия (корпус №) ФИО11
Согласно имеющейся информации БУЗОО «Таврическая ЦРБ» в соответствии с приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве» у пациентки ИСТЕЦ установлены повреждения легкой степени тяжести. В БУЗОО «Таврическая ЦРБ» не представляется возможным установить дату получения травмы при производстве и возможные её осложнения.
В материалы дела представлено медицинское заключение, выданное АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов», о том, что пострадавшая ИСТЕЦ поступила в БУЗОО «Таврическая ЦРБ» с диагнозом инфицированный термический ожог левой стопы, гнойно-некротическая флегмона левой стопы.
Согласно заключению государственного инспектора труда № данный несчастный случай следует квалифицировать как несчастный случай, не связанный с производством, так как пострадавшая получила не на территории работодателя, при исполнении трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя). Жалоб на плохое самочувствие в рабочее время от ИСТЕЦ не поступало. ИСТЕЦ полностью отработала рабочую смену, свидетелей, описываемых ИСТЕЦ, событий нет. На основании вышеизложенного, данный несчастный случай учету и регистрации в АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» не подлежит и актом формы Н-1 не оформляется.
Из материалов дела и пояснений истца, судом установлено, что ИСТЕЦ заключение государственного инспектора труда не обжаловалось в установленном законом порядке.
В процессе рассмотрения дела установлено, что истец работает в период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, что не оспаривалось истцом и его представителем в процессе рассмотрения дела и подтверждается сведениями о начислении ей заработной платы за данный период времени, выпиской из табеля учета рабочего времени.
Впервые истцу оформлен листок нетрудоспособности ДД.ММ.ГГГГ, который в последующем неоднократно продлевался, в настоящее время является открытым.
Согласно информации, представленной БУЗОО «Таврическая ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ, ИСТЕЦ была на приеме врача-хирурга поликлиники БУЗОО «Таврическая ЦРБ» с диагнозом: инфицированные ожоги 1-5 пальцев левой стопы, по хирургическим показаниям была направлена на стационарное лечение в хирургическое отделение больницы. Находилась на стационарном лечении в БУЗОО «Таврическая ЦРБ» в хирургическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: основной диагноз: инфицированный термический ожог левой стопы, гнойно-некротическая флегмона левой стопы, синдром системной воспалительной реакции; фоновые заболевания: сахарный диабет 1 типа, ИЦУГ менее 7,5 %, диабетическая периферическая ангиопатия, полинейропатия, нефропатия, энцефалопатия 2 ст., ретинопатия; сопутствующие заболевания: артериальная гипертензия 2 риск 4, не контролируемая, хроническая анемия средней степени, смешанного генеза.
Из обращения к врачу-хирургу поликлиники БУЗОО «Таврическая ЦРБ» следует, что ИСТЕЦ указывала на дискомфорт, боль, изменение кожи в области 1-5 пальцев левой стопы, считает себя больной в течение 14 суток, обстоятельства повреждения кожного покрова объясняет воздействием кипятка, самостоятельно не лечилась, в связи с отсутствием положительной динамики обратилась в БУЗОО «Таврическая ЦРБ».
Согласно выписке из истории болезни № ИСТЕЦ поступила в неотложном порядке с жалобами на выраженные боли в области правой стопы, почернение дистальных отделов правой стопы, наличие раневых поверхностей в этой части, длительное время страдает сахарным диабетом. За 2 недели до обращения – ожог кипятком области правой стопы, перевязывалась самостоятельно. Основной диагноз: инфицированный термический ожог левой стопы, гнойно-некротическая флегмона левой стопы ССВР. Назначено лечение, ДД.ММ.ГГГГ ампутация левой стопы по Шарпу с сохранением одного пальца. Выписана на амбулаторное долечивание, больничный лист открытый.
Оценивая представленные доказательства, с учетом положений ст. 56, 68 Гражданского процессуального кодекса РФ суд приходит к выводу о том, что доводы истца о том, что она получила травму при исполнении трудовых обязанностей, не нашли своего подтверждения в процессе рассмотрения дела.
Из показаний свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4 следует, что указанные сотрудники не видели обстоятельства получения травмы ИСТЕЦ на рабочем месте, о получении травмы им известно со слов самого истца. Пояснения свидетеля Свидетель №1 о том, что ИСТЕЦ хромала в указанный день, в связи с чем он оказывал ей помощь в работе, с достоверностью не подтверждают получение ожога истцом ДД.ММ.ГГГГ при исполнении трудовых обязанностей.
Ссылка истца о наличии конфликтных отношений, не освобождало ИСТЕЦ от обязанности незамедлительно сообщить работодателю о полученной травме, явиться в учреждение для дачи пояснений по обстоятельствам получения травмы, представить необходимые документы.
Довод истца о наличии очевидцев Свидетель №9, Свидетель №5 при получении ей травмы на рабочем месте опровергается показаниями указанных лиц, допрошенных как в судебном заседании, так и при опросе при проведении расследования несчастного случая в учреждении, а также графиком работы службы организации питания за ноябрь 2024 г., гигиеническим журналом, журналом расчетов по заработной плате, табеля учета рабочего времени, согласно которым указанные работники ДД.ММ.ГГГГ не работали. При этом, ИСТЕЦ в судебном заседании пояснила, что ожог получила именно ДД.ММ.ГГГГ
Из пояснений истца ИСТЕЦ следует, что ожог стопы на рабочем месте ей получен ДД.ММ.ГГГГ в 8 час. 15 мин. путем пролива чая из чайника.
Согласно журналу бракеражной (ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ) АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» дата и час изготовления блюд ДД.ММ.ГГГГ указан первый завтрак 8 час. 20 мин. кофейный напиток с цикорием, кофейный напиток б/с (с Цикорием), время снятия бракеража – 8 час. 25 мин.; второй завтрак – 10 час. 45 мин, указано молоко, чай с сахаром (10 гр.), чай б/сахара, температура внутри продукта 96 С, время снятия с бракеража – 10 час. 50 мин., что подтверждается подписями повара и членами бракеражной комиссии.
Из представленного порционника питания проживающих в АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» на ДД.ММ.ГГГГ Отделение милосердия корпус № с учетом количества лиц и расхода порции чая (0,200 мл), довод истца о том, что чайник был полный, судом отклоняется, как не нашедший подтверждение в ходе рассмотрения дела.
Ни работодателем, ни судом, с учетом вышеперечисленных доказательств, не установлено связи между осуществлением истцом трудовых обязанностей и полученным ожогом, что привело к ампутации левой стопы.
Истцу в судебных заседаниях разъяснена обязанность по доказыванию, право заявить ходатайство о производстве судебной экспертизы, представить дополнительные доказательства в обоснование требований, от заявления ходатайства о производстве судебной экспертизы истец отказалась, в связи с чем суд рассматривает заявленные требования по имеющимся в материалах дела доказательствах.
Доказательства того, что работодателем не были обеспечены работнику безопасные условия труда, не представлены. С учетом сведений, предоставленных медицинским учреждением по месту жительства истца, суд приходит к выводу о недоказанности причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и имеющимися последствиями в виде ампутации пальцев левой стопы.
Таким образом, требование ИСТЕЦ о признании травмы производственной удовлетворению не подлежит.
Также истцом предъявлено требование о взыскании с ответчика АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» компенсации морального вреда в размере 5 000 000 руб.
В соответствии с ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса РФ) и ст. 151 Гражданского кодекса РФ.
В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч. 8 ст. 216.1 Трудового кодекса РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 Трудового кодекса РФ).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.
Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
В соответствии с ч. 4 ст. 3 и ч. 9 ст. 394 Трудового кодекса РФ суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда (п. 63 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ»).
В рассматриваемом случае повода для удовлетворения требования о компенсации морального вреда в пользу истца суд не находит, так как со стороны работодателя не было действий (бездействия), посягающих на здоровье и иные нематериальные блага ИСТЕЦ
Несчастный случай на производстве при исполнении истцом своих трудовых функций подтверждения не нашел, иных нарушений прав истца со стороны работодателя и иных лиц не установлено. Доказательства того, что истцу не были обеспечены условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, не добыты.
В подтверждение своих требований о взыскании с ответчика материального ущерба, понесенного ИСТЕЦ, в связи с необходимостью приобретения лекарственных препаратов, истцом указано, что в связи с полученной на производстве травмы, с 2024 г. по настоящее время приобретала медицинские препараты, что подтверждается чеками на общую сумму <данные изъяты>.
Таким образом, в удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда и расходов на лечение надлежит отказать.
С учетом положений ст. 393 Трудового кодекса РФ, ч. 2, 4 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взысканию с него не подлежит.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении уточненных исковых требований ИСТЕЦ к АСУСО «Таврический дом-интернат для престарелых и инвалидов» о возмещении компенсации морального вреда, взыскании расходов на лечение отказать.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Омский областной суд путем принесения в канцелярию Таврического районного суда Омской области в месячный срок с момента изготовления полного текста решения.
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.
Судья Н.Н. Новопашина