АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
11 февраля 2026 г. с. Родино
Родинский районный суд Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Ожогиной Г.В., при секретаре Крючковой Д.В., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Лениградской области на решение мирового судьи судебного участка Родинского района от 7 октября 2025 года по гражданскому делу по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Лениградской области к Головину Александру Константиновичу о взыскании незаконно полученных денежных средств
УСТАНОВИЛ:
Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Лениградской области обратилось с иском к Головину Александру Константиновичу о взыскании незаконно полученных денежных средств, в котором указало, что Головин А.К. являлся получателем пенсии по случаю потери кормильца. Решением от 11.05.2022 Головину А.К. назначена страховая пенсия по случаю потери кормильца. Согласно сведениям, полученным из ФГБОУ ВПО «Санкт-Петербургский государственный экономический университет Головин А.К. отчислен из учебного заведения с 19.05.2023. Головин А.К. не сообщил в пенсионный орган об отчислении из учебного заведения - обстоятельстве, влекущем прекращение выплаты пенсии в нарушение ч. 5 ст. 26 ФЗ от 28.12.2023 № 40 ФЗ «О страховых пенсиях». За период с 01.06.2023 по 31.07.2023 ответчику были неосновательно начислены денежные средства в сумме 14 306 рублей 66 копеек (7 153, 33*2). Данная сумма была начислена после утраты статуса обучающегося по очной форме, поэтому является неосновательно приобретенным имуществом. Денежные средства, излишне перечисленные пенсионеру после утраты права на получение пенсии, должны быть перечислены в бюджет, данную сумму просит взыскать истец с ответчика.
Решением мирового судьи судебного участка Родинского района Алтайского края от 7 октября 2025 года исковые требования оставлены без удовлетворения.
Не согласившись с указанным решением, истец ОСФР по Санкт-Петербургу и Лениградской области в апелляционной жалобе просит решение суда отменить, взыскать с Головина Александра Константиновича в пользу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Лениградской области незаконно полученные денежные средства в размере 14306 рублей 66 копеек, считает, что решение принято с нарушением норм материального права ссылаясь на то, что при подаче заявления Головин А.К. уведомлен об обязанности сообщить обо всех обстоятельствах, влияющих на выплату пенсии, о чем свидетельствует п.5 заявления о назначении пенсии по СПК от 24 марта 2022 года. Полагает, что вывод суда о недопустимости возврата денежных сумм связанных с получением пенсии по потере кормильца не основан на нормах законодательства. При этом податель жалобы указывает на то, что Головин А.К. скрыл факт отчисления из учебного заведения и продолжал получать денежные средства за период с 1 июня 2023 года по 31 июля 2023 года в сумме 14 306 рублей 66 копеек. По мнению истца указанную сумму следует признать не основательно приобретенным Головиным А.К. имуществом, поскольку пенсия по СПК была начислена ему после утраты статуса обучающегося по очной форме.
Лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещены надлежаще, об уважительности причин неявки суд не уведомили, что в силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием рассмотрения гражданского дела в отсутствие этих лиц.
Проверив материалы дела, законность и обоснованность принятого решения в пределах доводов апелляционной жалобы согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для ее удовлетворения.
Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что Головин А.К. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлся получателем страховой пенсии по случаю потери кормильца на основании статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении».
На основании заявления о назначении пенсии от 24.03.2022 поданного Головиным А.К., назначена пенсия по случаю потери кормильца.
Решением от 11.05.2022 ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Головину А.К., назначена страховая пенсия по случаю потери кормильца с 01.09.2021 по 23.03.2026.
Согласно справке учебного заведения от 24.03.2022 № 4013 Головин А.К. являлся студентом 1 курса ФГБОУ ВПО «Санкт-Петербургский государственный экономический университет» в период с 01.09.2021 по 30.06.2025.
На основании распоряжения от 22.03.2023 Головину А.К. произведена индексация пенсии, которая с 01.04.2023 по 30.06.2025 составила 7 153 рубля 33 копейки.
Согласно сведений об учащихся, Головин А.К. отчислен на основании приказа № 1974-СК п. от 07.06.2023 с 19.05.2023.
Решением от 11.07.2023 прекращена выплата пенсии Головину А.К.
Протоколом от 05.07.2024 о выявлении излишне выплаченных сумм установлен факт излишне выплаченной суммы в 14 306 рублей 66 копеек за период с 01.06.2023 по 31.07.2023.
Согласно писем Головину А.К., он извещался истцом о выявлении факта излишне выплаченной суммы пенсии с требованием погасить переплату пенсии в сумме 14 306 рублей 66 копеек.
Согласно истории выплат, Головину А.К. за период с 01.06.2023 по 31.07.2024 установлена переплата 14 306 рублей 66 копеек.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области к Головину А.К. требований о взыскании излишне выплаченной пенсии по случаю потери кормильца, суд первой инстанции, применяя к спорным отношениям положения Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» (далее – ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации»), Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – ФЗ «О страховых пенсиях»), статьями 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из того, что при принятии у Головина А.К. документов для назначения социальной пенсии по случаю потери кормильца, в частности, заявления о назначении пенсии, специалисты учреждения не разъяснили ему о необходимости безотлагательно извещать территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты пенсии, а именно о прекращении обучения по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания такого обучения до достижения Головиным К.А. возраста 23 лет, а имеющееся в заявлении ответчика о назначении пенсии обязательство содержит лишь формальное указание на обязанность сообщить пенсионному органу об обстоятельствах, влияющих на изменение размера пенсии, а также об иных обстоятельствах, влекущих прекращение выплаты без конкретизации того, что таким обстоятельством является прекращение обучения; истцом не представлены бесспорные доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости, подтверждающие, что выплата спорной денежной суммы осуществлена в результате недобросовестного поведения ответчика, как и доказательства, подтверждающие совершение ответчиком каких-либо неправомерных действий, направленных на введение пенсионного органа в заблуждение с целью получения указанной выплаты со стороны ответчика.
Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на верном применении норм материального права и соответствуют установленным по делу обстоятельствам и, в связи с этим, не находит оснований для изменения решения суда по следующим основаниям.
Основания и порядок выплаты социальной пенсии предусмотрены ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации».
Подпунктом 8 пункта 1 статьи 4 ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» предусмотрено, что нетрудоспособные граждане имеют право на пенсию по государственному пенсионному обеспечению.
Пенсия по случаю потери кормильца является одним из видов пенсий по государственному пенсионному обеспечению (подпункт 4 пункта 1 статьи 5 ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации»).
На основании подпункта 3 пункта 1 статьи 11 ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» право на социальную пенсию в соответствии с настоящим Федеральным законом имеют постоянно проживающие в Российской Федерации дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери.
В силу статьи 13 ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы ФЗ «О страховых пенсиях», регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновленным, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены настоящим Федеральным законом.
Согласно части 1 статьи 10 ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пунктах 2 и 2.1 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца.
По смыслу пункта 1 части 2 статьи 10 ФЗ «О страховых пенсиях» нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются, в том числе дети, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет.
Пунктом 3 части 1 статьи 25 ФЗ «О страховых пенсиях» определено, что прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) – с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.
В соответствии с частью 5 статьи 26 ФЗ «О страховых пенсиях» пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.
Из частей 1 и 2 статьи 28 ФЗ «О страховых пенсиях» следует, что физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии, виновные лица возмещают Фонду пенсионного и социального страхования Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (пункт 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из изложенного следует, что неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которое лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.
По смыслу положений пункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату в качестве такового денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия и тому подобное, то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Вместе с тем закон устанавливает и исключения из этого правила, а именно излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.
При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26.02.2018 №10-П, содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (часть 3 статьи 17); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.
Таким образом, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться и за пределами гражданско-правовой сферы, в частности в рамках правоотношений, связанных с получением социальной пенсии по случаю потери кормильца.
Исходя из подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права и изложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, с гражданина, которому назначена мера социальной поддержки в виде пенсии по случаю потери кормильца, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности в действиях такого гражданина. При этом бремя доказывания недобросовестности со стороны гражданина при получении им денежных сумм лежит на органе пенсионного обеспечения, принявшем решение об их возврате (удержании).
Отказывая в удовлетворении заявленных ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области требований о взыскании с Головина А.К. незаконно полученных сумм социальной пенсии по случаю потери кормильца в период с 1 июня 2023 года по 31 октября 2023, суд первой инстанции, исследовав и оценив доводы и возражения сторон, определив обстоятельства, имеющие значение для дела, исследовав и оценив представленные в дело доказательства, руководствуясь приведенными выше нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, пришел к обоснованному выводу о том, что в действиях Головина А.К. признаков недобросовестности не имеется.
Довод апелляционной жалобы о том, что ответчик в установленный срок не сообщил о своем отчислении из учебного заведения, не известил пенсионный орган о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение осуществления выплаты пенсии по случаю потери кормильца, поэтому обязан возместить причиненный ущерб, подлежит отклонению, как основанный на ошибочном толковании норм материального права.
В соответствии с Положением о Пенсионном фонде Российской Федерации, утвержденным Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 №2122-1 (действовавшим на дату возникновения спорных правоотношений), на истца возложена функция контроля за правильным и рациональным расходованием его средств, формируемых, в том числе за счет ассигнований из республиканского бюджета Российской Федерации на предоставление льгот в части пенсий, пособий и компенсаций гражданам, пострадавшим от чернобыльской катастрофы. Истец должен был узнать о возможной утрате ответчиком права на получение ежемесячной денежной выплаты, в том числе с использованием единой системы межведомственного электронного взаимодействия, обеспечивающей информационное взаимодействие при предоставлении государственных и муниципальных услуг и исполнении государственных и муниципальных функций. Между тем, доказательств контроля над расходованием средств, вверенных Пенсионному Фонду Российской Федерации, в спорный период истец не представил.
Доводы истца о том, что ответчику разъяснялась обязанность сообщать об основаниях прекращения выплаты пенсии, не могут повлечь удовлетворение апелляционной жалобы, поскольку, как верно указано судом первой инстанции, разъяснение содержит общие положения, само по себе о недобросовестности действий ответчика не свидетельствует.
В заявлении-бланке, оформленном Головиным А.К., имеется ссылка о предупреждении заявителя о необходимости извещения территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств; о выезде за пределы Российской Федерации.
Вместе с тем, суд, отказывая в удовлетворении иска, правильно исходил из того, что Головину А.К. не были разъяснены условия получения пенсии по потери кормильца, ответственность за не информирование органов пенсионного обеспечения об изменении этих условий.
В материалах пенсионного дела имеется лишь общая информация со ссылками на нормы закона, без указания на необходимость сообщать в пенсионный орган о существенных фактах, в частности о факте отчисления из учебного заведения.
При указанных обстоятельствах, вывод суда первой инстанции о том, что в действиях ответчика отсутствуют признаки недобросовестности, является правильным.
Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения суда, судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела не допущено.
С учетом изложенного, судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам, правильно применены нормы материального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.
Доводы апелляционной жалобы по существу направлены на переоценку выводов суда о фактических обстоятельствах дела и имеющихся в деле доказательств, они не опровергают выводов суда первой инстанции, и поэтому не могут служить основанием для отмены постановленного по делу решения.
Руководствуясь ст.ст. 328-329 ГПК РФ, суд
ОПРЕДЕЛИЛ:
Решение мирового судьи судебного участка Родинского района от 7 октября 2025 года по гражданскому делу по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Лениградской области к Головину Александру Константиновичу о взыскании незаконно полученных денежных средств оставить без изменения, апелляционную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Лениградской области – без удовлетворения.
Настоящее определение вступает в законную силу со дня его принятия.
Председательствующий Г.В.Ожогина