РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
01 июня 2026 года г. Бийск, Алтайский край
Бийский городской суд Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Константиновой Ю.А., при секретаре Сафронове А.С., с участием помощника прокурора г. Бийска Алтайского края Климанова В.В., истца ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО5 обратился в суд с иском к ФИО2, в котором просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 150 000,00 руб.
В обоснование заявленного требования указывает, что на основании вступившего в законную силу приговора Бийского городского суда от 15 января 2026 года по делу № ответчик ФИО2 признана виновной в совершении в отношении истца преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 259 УК РФ (мошенничество с причинением значительного ущерба гражданину). Наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев назначено условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев. В связи с истечением срока давности уголовного преследования ответчик освобождена от отбывания наказания, однако факт совершения преступления и ее вина установлены вступившим в законную силу приговором суда.
Возврат похищенных 45 000 руб. в 2022 году не освобождает ответчика от обязанности компенсировать причиненный моральный вред, поскольку в соответствии с частью 2 статьи 1099 ГК РФ компенсация морального вреда, причиненного преступлением, осуществляется независимо от возмещения имущественного ущерба и независимо от факта отбытия наказания.
Нравственные и физические страдания истца, носящие длительный и глубокий характер, установлены следующими обстоятельствами, установленными вступившим в законную силу приговором суда:
Ответчик использовала сложившиеся доверительные отношения для хищения денежных средств, целенаправленно сообщив ложные сведения о ДТП с участием своей матери (л.д. 5-6, 67-74 приговора). При этом сведениями ОГИБДД факт данного ДТП не подтверждается (л.д. 113). Такое сознательное использование доверия в корыстных целях причинило истцу глубокую психологическую травму, связанную с предательством и утратой чувства личной безопасности в отношениях.
На момент совершения преступления среднемесячный доход истца не превышал 10 000 рублей (л.д. 5, 74 приговора). Похищенная сумма в 45 000 рублей в 4,5 раза превышала ежемесячный доход истца, что делало её потерю критической. В результате хищения истец был вынужден длительное время находиться на обеспечении престарелой матери, что привело к устойчивому ухудшению уровня жизни и чувству социальной незащищённости. Данная ситуация вызвала стойкое чувство стыда, социальной несостоятельности и глубокого стресса.
В судебном заседании по уголовному делу ответчик указала, что занимает должность заместителя директора, её супруг, участник СВО, получает высокий доход, в семье имеется автомобиль с регистратором и система видеонаблюдения в доме. Указанные обстоятельства свидетельствуют о достаточном материальном положении ответчика, что позволяет суду взыскать заявленную сумму компенсации морального вреда в полном объёме без нарушения принципа разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).
В результате противоправных действий ответчика истец испытал глубокое чувство личного предательства и утраты базового доверия к людям; постоянное состояние стресса, тревожности и морального подавления на протяжении шести лет; устойчивое недоверие к женщинам в личных отношениях, вызванное предательством ответчика, что привело к отказу от создания семьи и рождения детей – жизненных ценностей, которые истец планировал реализовать до совершения преступления; унизительное чувство стыда и неполноценности из-за утраты финансовой самостоятельности и вынужденной зависимости; моральное истощение и чувство беспомощности, вызванные необходимостью много лет бороться за элементарную справедливость; синусовую брадикардию (ЧСС 56 уд/мин) подтвержденную электрограммой от ДД.ММ.ГГГГ; умеренный уровень тревожности и значительное совокупное отклонение по восьмицветовому тесту Люшера от ДД.ММ.ГГГГ; критически пониженный уровень незрелых гранулоцитов зафиксированный в гематологическом анализе от ДД.ММ.ГГГГ; максимальные показатель тревожности и депрессии, отмеченные в направлении к психиатру от ДД.ММ.ГГГГ; назначение курса медикаментозного лечения, подтвержденное рецептом формы № от ДД.ММ.ГГГГ, с указанием препаратов: хлорпротиксен – нейролептик для коррекции тревожных расстройств, эсциталопрам – антидепрессант для лечения депрессивных состояний.
Для оценки общего состояния здоровья истцом были проведены медицинские обследования в КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Бийск» в феврале 2026 года: электрокардиография (13.02.2026), общий анализ крови (19.02.2026), биохимический анализ крови (19.02.2026), исследование тиреоидных гормонов (24.02.2026), психологическое тестирование (восьмицветовой тест Люшера, 26.02.2026), направление к психиатру с назначением медикаментозного лечения (24.02.2026).
Необходимость обращения за медицинской помощью, проведения комплексного обследования и назначения курса лечения психотропными препаратами подтверждает реальное воздействие стресса на здоровье истца и глубину перенесённых страданий. Указанные страдания носят самостоятельный характер и не были прекращены или смягчены возвратом имущественного ущерба в 2022 году.
Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по обстоятельствам, изложенным в заявлении. В заседаниях указывал на то, что испытывал многолетнее состояние тревоги, бессонницы, постоянное ожидание неблагоприятных исходов, чувство несправедливости и беспомощности, появилось устойчивое недоверие к женщинам в личной сфере, что фактически привело к отказу от создания семьи и рождения детей. На вопросы участвующего в деле прокурора ответил, что страдает от бессонницы, тремора рук, тревожности, психотропные вещества начал принимать в феврале 2026 года, доход до передачи ответчику денег составлял 10 000 руб. На вопросы суда в судебном заседании 20 апреля 2026 года пояснил, что начал обращаться к врачам в 2026 году, до этого лечился своими силами, в настоящий момент проходит лечение в домашних условиях и ходит к психиатру на прием, принимает лекарственные средства.
Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о месте и времени его проведения извещена в установленном законом порядке.
С учетом требований ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть заявление при сложившейся явке.
Выслушав пояснения истца, заключение участвующего в деле прокурора, полагавшего требования истца подлежащими удовлетворению, изучив материалы дела, материалы дела № 1-80/2026 в отношении ФИО2 (ФИО7) ФИО2, суд приходит к следующим выводам:
Вступившим в законную силу приговором Бийского городского суда Алтайского края от 15.01.2025 по делу № ответчик ФИО2 (ФИО8) ФИО9 была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 159 УК РФ, ей было назначено наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев.
На основании ст.73 УК РФ наказание, назначенное ФИО2(ФИО10 в виде лишения свободы, считать условным, с испытательным сроком 1 год 6 месяцев.
Приговором Бийского городского суда Алтайского края от 15.01.2025 по делу № 1-80/2026 в отношении ФИО2 (ФИО11 установлены следующие обстоятельства:
В период времени с 00 часов 00 минут 01 августа 2019 года до 15 часов 00 минут 09 августа 2019 года, ФИО2ФИО12. находилась в неустановленном следствием месте на территории г. Бийска Алтайского края, где у нее возник преступный умысел, направленный на хищение денежных средств в сумме 45 000 рублей путем обмана и злоупотребления доверием, принадлежащих ФИО1
В указанный период времени года, ФИО2(ФИО13 с целью реализации своего преступного умысла, из корыстных побуждений, преследуя в качестве цели необоснованное обогащение и наживу, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба и желая их наступления, находясь в неустановленном следствием месте на территории г. Бийска Алтайского края, позвонила ранее знакомому ФИО1 и под выдуманным предлогом сообщила последнему недостоверные сведения о совершении с участием ее матери дорожно-транспортного происшествия и с целью оплаты услуг юриста ей нужно выплатить 45 000 рублей последнему. После чего, ФИО2(ФИО14. попросила ФИО1 предоставить ей в качестве займа денежные средства в сумме 45 000 рублей, заверив его о возвращении долга не позднее 15 октября 2019 года, при этом в действительности возвращать их не планировала, намеривалась впоследствии распорядиться по своему усмотрению, тем самым похитить их.
В результате чего ФИО1 введенный в заблуждение и доверяя ФИО2 (ФИО15. убежденный в ее честности и правомерности ее действий, не подозревая о ее преступных намерениях, согласился предоставить последней в качестве займа денежные средства в сумме 45 000 рублей, таким образом ФИО2ФИО16. и ФИО1 договорились о займе денежных средств в сумме 45 000 рублей.
09 августа 2019 года в период времени с 12 часов 00 минут до 15 часов 00 минут ФИО1 находясь в своей квартире по адресу <адрес>, продолжая доверять ФИО2 (ФИО18. передал последней денежные средства в сумме 45 000 рублей, а ФИО2(ФИО19. приняла указанные денежные средства, продолжая заверять ФИО1 о возращении займа в указанный срок, при этом не намеревалась исполнять свои долговые обязательства. Таким образом, ФИО2(ФИО20. получила реальную возможность пользоваться и распоряжаться указанными денежными средствами по собственному усмотрению.
Впоследствии ФИО2(ФИО21 свои обязательства по возращению займа в сумме 45 000 рублей перед ФИО1, не исполнила, тем самым путем обмана и злоупотребления доверием похитила денежные средства, принадлежащие ФИО1 и распорядилась ими по собственному усмотрению.
Из материалов дела следует, что истец ФИО1 обратился за медицинско помощью в феврале 2026 года. Состоит на консультативном наблюдении у врача психиатра с 25.02.2026 г. С <данные изъяты>). Проходил обследование в КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Бийск» в феврале 2026 года. Из пояснений ФИО1 следует, что до 2026 года за медицинской помощью истец не обращался, проходил лечение дома.
Оценивая обстоятельства дела, имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств причинения истцу действиями ответчика ФИО2 физических и нравственных страданий, поскольку обращения истца в медицинские учреждения в 2026 году не может служить доказательством нарушения личных неимущественных прав истца в результате совершенного ФИО2 преступления, носящего имущественный характер. Доказательств наличия связи между преступлением, совершенным ответчиком и нравственными и физическими страданиями истца материалы дела не содержат.
Как следует из пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).
В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).
Пунктом 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.
Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п. 18).
Преступление, предусмотренное частью 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, совершенное ФИО2 относится к категории преступлений, направленных против собственности, то есть имущественных прав, что влечет невозможность взыскания денежной компенсации морального вреда.
В силу статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, нематериальные блага: жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, праве на имя, право автора, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Таким образом, законодатель установил ответственность в виде компенсации морального вреда, лишь за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе - статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Однако ни гражданское, ни иное законодательство не содержат указаний на возможность компенсации морального вреда, причиненного преступлением против собственности (мошенничеством).
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 2 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», исходя из положений ч. 1 ст. 44 Уголовно-процессуального РФ и ст. ст. 151, 1099 Гражданского кодекса РФ в их взаимосвязи гражданский иск о компенсации морального вреда подлежит рассмотрению судом и в случаях, когда в результате преступления, посягающего на чужое имущество или другие материальные блага, вред причиняется также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам (например, при разбое, краже с незаконным проникновением в жилище, мошенничестве, совершенном с использованием персональных данных лица без его согласия).
Из материалов уголовного дела усматривается, что ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, то есть в совершении преступления против собственности, где объектом преступления является исключительно собственность потерпевшего и не затрагивается такой объект преступного посягательства как его личность, в связи с чем в соответствии с требованиями закона на осужденного не может быть возложена обязанность денежной компенсации морального вреда.
Обращаясь в суд с настоящим иском о взыскании с осужденного компенсации морального вреда в сумме 150 000 руб., истец ФИО1 не указывает, каким личным неимущественным правам истца, либо принадлежащим ФИО1 нематериальным благам был причинен ущерб в результате совершенного ФИО2 преступления.
Между тем, само по себе наступление значительного имущественного ущерба в результате преступления, предусмотренного частью 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, основанием для компенсации морального вреда не является.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для возложения ФИО2 ответственности по возмещению морального вреда.
Поскольку не представлено доказательств причинения вреда личным неимущественным правам истца и другим нематериальным благам, суд приходит выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 (паспорт №) о взыскании с ФИО2 (паспорт №) компенсации морального вреда в размере 150 000 руб., отказать в полном объеме.
Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Судья Константинова Ю.А.