РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
10 февраля 2026 года город Норильск Красноярского края
Норильский городской суд Красноярского края в составе:
председательствующего судьи Крючкова С.В., при секретаре судебного заседания Стиба Ю.А., с участием ст. помощника прокурора г. Норильска Савченко Н.К., истца ТЮА, истца БСВ, представителя ответчика Мартиросян А.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ТЮА и БСВ к обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Невский каскад» о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания увольнения и даты увольнения, взыскании денежных средств, среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Истцы ТЮА и БСВ обратились с иском к ООО «Группа компаний «Невский каскад» о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания увольнения и даты увольнения, взыскании денежных средств, среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
Требования мотивированы тем, что истцы осуществляли трудовую деятельность в ООО «Группа компаний «Невский каскад»: ТЮА - в должности инженера 1-ой категории ПТО на основании трудового договора от 10.03.2025, БСВ - в должности заместителя генерального директора по безопасности на основании трудового договора от 01.07.2025. Приказом генерального директора ООО «Группа компаний «Невский каскад» от 01.09.2025 ТЮА был переведен на должность исполнительного директора. 17.11.2025 между ТЮА и генеральным директором ООО «Группа компаний «Невский каскад» ЧЮА произошёл конфликт на фоне нежелания выплачивать задолженность по заработной плате, который перерос в физическое воздействие на ТЮА со стороны генерального директора. 21.11.2025 между ТЮА и ООО «Группа компаний «Невский каскад» в лице генерального директора было согласовано и подписано соглашение о расторжение трудового договора по соглашению сторон. По соглашению в день увольнения 21.11.2025 работодатель обязался произвести работнику выплату в общем размере 870 000 руб. Соглашением установлено, что в случае, если сумма не поступает 21.11.2025 или поступает не в полном объеме, работник остается трудоустроенным в компании. Работодатель не исполнил условия соглашения и не перечислил ТЮА выплату в размере 870 000 руб. В середине ноября 2025 г. между БСВ и генеральным директором возникли рабочие разногласия. 18.11.2025 генеральный директор предложил БСВ уволиться по собственному желанию, несмотря на срок заключённого трудового договора в 1 год. 20.11.2025 БСВ было написано заявление об увольнении по собственному желанию с 30.11.2025. Генеральный директор сообщил БСВ, что оплатит оставшиеся дни, на работу выходить не нужно. Вместе с тем, генеральный директор не ответил БСВ, в каком размере будет произведена выплата и в какой срок. 24.11.2025 БСВ отозвал своё заявление об увольнении по собственному желанию. 24.11.2025 БСВ передал генеральному директору заявление об увольнении по соглашению сторон с 30.11.2025 с приложенным соглашением о расторжении трудового договора с выплатой задолженности. Генеральный директор отказался подписывать данное соглашение о расторжении трудового договора и сказал БСВ уходить по собственному желанию. На вопрос БСВ, сколько он получит при увольнении по собственному желанию, генеральный директор ответа не дал. 25.11.2025 в 8:40 ТЮА, не смог зайти в здание на свое рабочее место из-за закрытой с улицы входной двери, но через некоторое время удалось зайти в офис через гаражные ворота. ТЮА увидел, что на его рабочем месте и на рабочем месте БСВ отсутствуют компьютеры, мониторы и принтеры. БСВ, зайдя на сервис видеонаблюдения, увидел и скачал видеозапись о том, что 24.11.2025 главный инженер АСР и водитель МВР вынесли компьютеры с рабочих мест истцов. 25.11.2025 ТЮА и БСВ пытались дозвониться генеральному директору, но на телефонный звонок он не отвечал и далее не перезвонил. ТЮА в отделении полиции по адресу: г. Норильск, Ленинский проспект д.12, дал пояснение о том, что генеральный директор оказывал давление на него и на БСВ с целью их увольнения, и поэтому закрыл 25.11.2025 им доступ к рабочим местам. 25.11.2025 ТЮА, направил уведомление по существу вышеизложенного генеральному директору по электронной почте и заказное письмо почтой России в адрес ООО «Группа компаний Невский каскад» о том, что генеральный директор задержал ему выплату заработной платы на срок более 15-ти дней и сообщил, что на работу выходить не будет. В период с 26.11.2025 по 02.12.2025 БСВ несколько раз проверял наличие факта закрытых дверей в офис работодателя в утренние часы. В начале рабочего дня 01.12.2025 БСВ приехал в офис за трудовой книжкой, входные двери с утра были закрыты. Затем с трудом смог зайти, во время общения с генеральным директором отказался второй раз подписать приказ об увольнении по собственному желанию, так как не получил ответа по сумме расчёта выплаты задолженности. В ответ получил угрозу от генерального директора, что будет уволен за прогулы. 04.12.2025 ООО «Группа компаний Невский каскад» было направлено ТЮА заказное письмо и 09.12.2025 ТЮА получено данное заказное письмо, в котором было уведомление ответчика о явке в офис в 05.12.2025 в 15:00. На электронный адрес БСВ 05.12.2025 поступило письмо от работодателя с просьбой явиться 05.12.2025 в 15:00 в офис для объяснения по факту отсутствия на рабочем месте. БСВ прибыл в офис 05.12.2025 и дал пояснения. Позднее истцы были уведомлены об увольнении за прогулы. С данным увольнением истцы не согласны, считают увольнение незаконным, поскольку работодатель умышленно заблокировал истцам доступ в офис и к рабочим местам, так как намеренно вынес 24.11.2025 компьютеры и мониторы из их кабинетов. Тем самым работодатель отнял возможность осуществлять трудовую деятельность. Отсутствие ТЮА на рабочем месте также было связано с тем, что работодатель задержал выплату заработной платы на срок более 15 дней. Выплату заработной платы работодатель в лице генерального директора ЧЮА осуществлял неофициально на регулярной основе и в форме выдачи наличных денежных средств и переводе с личной карты секретаря генерального директора ЛИН Причиненный истцам моральный вред со стороны работодателя оценивается в размере 100 000 руб. каждому.
С учетом изменения исковых требований от 10.02.2026 истцы просят признать незаконным увольнение ТЮА 25.11.2025 на основании по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, изменить формулировку основания увольнения ТЮА на п.1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по соглашению сторон, изменить дату увольнения на 15.01.2026, взыскать с ООО «Группа компаний Невский Каскад» в пользу ТЮА денежные средства по соглашению о расторжении трудового договора от 21.11.2025 в размере 870 000 руб., денежные средства в виде компенсации за просрочку выплаты в размере 1/150 ставки рефинансирования в день по день вынесения решения судом, заработную плату за время вынужденного прогула с 25.11.2025 по день решения суда, компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.; признать незаконным увольнение БСВ 24.11.2025 на основании пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за прогул, изменить формулировку основания увольнения БСВ на увольнение по собственному желанию, изменить дату увольнения на 10.02.2026, взыскать с ООО «Группа компаний Невский Каскад» в пользу БСВ денежные средства в размере 935 000 руб., зарплату за время вынужденного прогула за период с 25.11.2025 по день вынесения решения судом, арендную плату в размере 40 000 руб. за декабрь 2025г. за арендуемую квартиру, компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. (т.1 л.д. 3-6, т. 2 л.д. 128).
В ходе подготовки дела к рассмотрению представителем ООО «Группа компаний Невский Каскад» Мартиросян А.Д., действующей на основании доверенности от 29.03.2023 № 1, поданы письменные возражения, согласно которым просит в иске отказать. В период действия трудового договора работник ТЮА неоднократно нарушал трудовую дисциплину и ненадлежащим образом исполнял свои трудовые обязанности, в связи с чем ООО «ГК «Невский каскад» было вынуждено привлечь работника к дисциплинарной ответственности и расторгнуть трудовой договор. Соглашение о расторжение трудового договора между ООО «ГК «Невский каскад» и ТЮА не подлежит исполнению. Данное соглашение было подписано сторонами, однако позже стороны обнаружили правовые пороки в тексте данного соглашения, не позволяющие исполнить его надлежащим образом. Ввиду невозможности исполнения соглашения конклюдентными действиями стороны подтвердили отказ от его исполнения, работник продолжил исполнять свои трудовые функции, а работодатель этому не препятствовал, ввиду чего требование ТЮА о выплате ему выходного пособия и иных сумм, предусмотренных соглашением, является необоснованным и не подлежащим удовлетворению. Доказательств уважительности причин отсутствия истец не предоставил. 25.11.2025 ТЮА прибыл на работу к 8:40, т.е. с опозданием на 40 минут, в связи с чем не смог попасть в здание. 25.11.2025 работодатель ограничил доступ ТЮА к корпоративной документации, хранящейся на сервере, но не ограничивал работника в возможности осуществления трудовой функции за своим рабочим местом и при выезде на объекты для выполнения поручений. Работодатель не препятствовал и не изымал с рабочего места ТЮА необходимые для работы материалы, документацию, технические средства. С рабочего места ТЮА был временно убран лишь моноблок ввиду его повреждения самим работником и необходимости его замены/починки. Перед уборкой моноблока с рабочего места, работодателем было указано, что ТЮА может временно занять иное рабочее место в случае необходимости осуществления трудовой деятельности с использованием технических средств. Трудовые обязанности ТЮА не предполагают постоянного нахождения в офисном здании, работодатель также не ограничивал ТЮА в выполнении основных должностных обязанностей. ТЮА полностью прекратил взаимодействие с заказчиками и не выезжал на объекты для проведения работ. У ТЮА не было оснований для приостановки трудовой деятельности в связи с нарушением работодателем сроков выплаты заработной платы. Суммы заработной платы, выплаченные ТЮА в соответствии с реестрами, соответствуют согласованному сторонами дополнительным соглашением размеру выплат. Работнику в соответствии со статьей 193 ТК РФ было предложено представить письменные объяснения своего отсутствия. ТЮА в письменных объяснениях не привел объективных причин отсутствия, позволяющих сделать вывод о правомерности действий работника, ввиду чего приказ об увольнении работника приведен в исполнение. ТЮА небрежно относился к имуществу работодателя и агрессивно вел себя на рабочем месте. 17.11.2025 в ходе беседы с генеральным директором ЧЮА Туник А.Ю. начал оскорблять и агрессивно вести себя по отношению к генеральному директору, после просьбы покинуть кабинет ТЮА устроил погром кабинета и «ломал все, что попадалось под руку», повредил стену, приставку к столу, а также сломал деревянную подставку для документов. Требование о восстановлении БСВ на работе необоснованно. Вопреки утверждениям истца, работодатель не блокировал ему доступ к рабочему месту. Доступ в здание офиса был возможен в течение всего рабочего дня. БСВ в исковом заявлении указывает на то, что 25.11.2025 сам принял решение не выходить на работу в связи с конфликтом с генеральным директором, о планируемом отсутствии на рабочем месте БСВ работодателя не уведомил, документов, подтверждающих наличие объективных причин отсутствия, не предоставил. Фактов посещения офиса БСВ в указанный период не зафиксировано, в связи с чем выводы БСВ о невозможности осуществления трудовых функций в связи с закрытыми дверьми и отсутствием на рабочем месте техники не могут быть приняты судом в качестве надлежащего доказательства невозможности или препятствования со стороны работодателя выполнению трудовых функций БСВ В связи с тем, что работодателем работнику в полном объеме перечислена заработная плата, у БСВ не было оснований для приостановки работы. В соответствии с приведенными расчетами размера заработной платы и документами, подтверждающими перевод денежных средств на счет истца, свидетельствующими об отсутствии задолженности по выплате заработной платы и иных платежей в отношении БСВ, не усматривается оснований для оплаты запрашиваемых сумм. Требование БСВ о взыскании выходного пособия в размере 600 000 руб. не имеет под собой правовых оснований, поскольку его увольнение было произведено по иным основаниям. Предложенный БСВ проект соглашения от 24.11.2025 не был подписан работодателем, следовательно, увольнение по соглашению сторон не состоялось. Фактическим и законным основанием прекращения трудового договора является прогул, который не влечет обязанности по выплате выходного пособия. Работодатель не обязан компенсировать оплату аренды жилья БСВ за декабрь 2025 года в связи с увольнением последнего 30.11.2025. Компенсация транспортировки личных вещей сторонами не согласовывалась. Прекращение трудового договора 30.11.2025 влечет за собой прекращение всех сопутствующих имущественных обязательств работодателя, за исключением прямо предусмотренных законодательством выплат при увольнении (окончательный расчет, компенсация за отпуск). Следовательно, требование о компенсации расходов, понесенных работником уже после увольнения (в декабре 2025 года), является юридически некорректным, так как работник ссылается на период, когда трудовые правоотношения между сторонами уже были прекращены (т.1 л.д.64-66, 83-85, 120-123).
В судебном заседании истцы ТЮА и БСВ требования с учетом изменений поддержали по изложенным основаниям, пояснив, что в период работы ООО «ГК «Невский каскад» выплачивало заработную плату двумя способами – официальная «белая» зарплата согласно условиям договора путем перечисления от предприятия на карту, а также неофициальная «черная», которую генеральный директор ЧЮА. выдавал наличными средствами, а также переводами с личной карты своего секретаря ЛИН Оба истца занимали руководящие должности, подчиняясь генеральному директору. У ТЮА возник конфликт с ЧЮА по поводу задолженности по заработной плате, который 17.11.2025 привел к физическому воздействию ЧЮА на ТЮА После чего ТЮА и ЧЮА 21.11.2025 заключили соглашение об увольнении по соглашению сторон, оговорив суммы, подлежащие выплате истцу. Однако данное соглашение ЧЮА не стал исполнять. У БСВ также возник рабочий конфликт с ЧЮА, после которого ЧЮА стал заставлять истца подать заявление об увольнении по собственному желанию. 20.11.2025 БСВ подал заявление об увольнении по собственному желанию 30.11.2025, однако затем отказался от него 24.11.2025, предложив ЧЮА увольнение по соглашению сторон. ЧЮА отказался подписывать данное соглашение и сообщил БСВ, чтобы тот уходил по собственному желанию, оставшиеся дни обещал оплатить и сказал не выходить на работу, не мешать работать. После этих конфликтов проход истов на рабочие места был затруднен, 24.11.2025 с рабочих мест истцов были вынесены компьютеры. Истцы звонили генеральному директору ЧЮА, тот на звонки не отвечал. Истцы дозвонились главному инженеру АСР, который сообщил, чтобы истцы не приезжали на работу, поскольку генеральный директор сказал, что если истцы приедут, то их не рассчитают. На контакт с истцами генеральный директор не выходил. Уведомление ООО «ГК «Невский каскад» о даче объяснений относительно прогулов по электронной почте БСВ получил 04.12.2025 или 05.12.2025 и сразу явился в офис, где его ознакомили с приказом об увольнении. ТЮА по электронной почте такое уведомление не получал, получил его лишь заказным письмом 09.12.2025 уже после даты увольнения.
Представитель ООО «Группа компаний Невский Каскад» Мартиросян А.Д. в судебном заседании иск не признала по основаниям, указанным в письменных возражений, суду пояснив, что полагает процедуру увольнения законной, факты конфликтов между ЧЮА и истцами признает, однако полагает, что данные конфликты не свидетельствуют о незаконности увольнения истцов. Подписанное ЧЮА от имени ответчика соглашение об увольнении ТЮА не было исполнено со стороны ответчика, поскольку ЧЮА пришел к выводу, что оно не обосновано. Задолженности по заработной плате перед истцами не было. Дата увольнения ТЮА 25.11.2025 указана ошибочно, так как должна была стоять дата увольнения 24.11.2025. Уборка с рабочих мест истцов компьютеров не свидетельствует о невозможности исполнять свои обязанности, иного рабочего места истцам после 24.11.2025 не было определено. Подтверждает, что ЧЮА переводил БСВ денежные средства за аренду истцом квартиры, однако полагает, что такая компенсация выплачивалась ЧЮА от своего имени, а не от имени ООО «Группа компаний Невский Каскад».
Свидетель КАВ суду пояснил, что является бывшим сотрудником ООО «Группа компаний «Невский каскад», где работал с апреля 2025 года по декабрь 2025 года, уволен по собственному желанию. 25.11.2025 в 07:00 свидетелю поступил звонок от главного инженера, что входная дверь закрыта по причине обледенения, так как было потепление, и сказал, чтобы все на работу проходили через вторые ворота по стуку, там сидел подсобный рабочий, который открывал ворота. Это продолжалось дней 10. Свидетель слышал про конфликтную ситуацию между ТЮА и ЧЮА, по этому поводу был вызов полиции. Свидетель работал в ООО «Группа компаний «Невский каскад» инженером ПТО, устраивался дважды, в первый раз заработная плата по договору была 54 000 руб., а также дополнительно свидетель получал 42 000 руб. При втором трудоустройстве свидетель работал ведущим специалистом ПТО, заработная плата по договору была 58 000 руб., а остальная часть премиальная выплачивалась наличными денежными средствам либо переводом на карту. Генеральный директор однажды переводил свидетелю премиальные на карту. Наличные денежные средства выдавал исполняющий директор. Когда ТЮА стал исполняющим директором, от него переводов свидетелю не поступало. Свидетель слышал на работе, что генеральный директор запретил пускать истцов на работу, потом было принято решение, чтобы все ходили через вторые ворота. Свидетель услышал об этом 25.11.2025, когда пришел на работу, об этом были в курсе все. Половина зарплаты выплачивалась на карту, вторая половина выплачивалась наличными средствами.
Свидетель НАИ пояснил, что является руководителем проекта в ООО «Группа компаний «Невский каскад». В данную фирму свидетель устроился в начале октября 2025 года на место ТЮА, все проекты на тот момент были «завалены» в плане строительно-монтажных работ, закрытия выполнения, освоения денег, освоения подрядных договоров. За период октябрь-ноябрь 2025 года коэффициент участия ТЮА был минимальным. 17.11.2025 в присутствии свидетеля между ТЮА и генеральным директором ЧЮА имел место конфликт, где ТЮА начал нецензурно выражаться в адрес генерального директора, после непродолжительной беседы генеральный директор попросил ТЮА покинуть кабинет, на что ТЮА начал еще сильнее выражаться нецензурной речью в адрес генерального директора. Генеральный директор попытался выпроводить ТЮА из кабинета. Когда генеральный директор вывел ТЮА в коридор, ТЮА схватил генерального директора за золотую цепочку на шее двумя руками и начал тянуть за цепь. Без кадровых документов ТЮА перевели на нижестоящую должность, на свидетеля были возложены все обязанности ТЮА Генеральный директор планировал уволить ТЮА в связи с ненадлежащим исполнением трудовых обязанностей. У ТЮА было агрессивное поведение. С БСВ свидетель не функционировал, полагает, что причиной увольнения послужил инцидент, который произошел в кабинете генерального директора, когда БСВ нанес телесные повреждения начальнику участка. Центральные двери были закрыты по причине замерзания двери, все заходили через ворота гаража, потом через неделю или больше замок отремонтировали и все начали заходить через центральную дверь. Заработная плата у свидетеля 52 000 руб. Свидетель получает свою зарплату и премию по итогам работы. Ледяева и генеральный директор не переводили свидетелю денежные средства.
Согласно заключению ст. помощника прокурора Савченко Н.К. заявленные истцами требования о признании увольнения незаконными, изменении формулировки основания и даты увольнения подлежат удовлетворению, поскольку ответчиком нарушена процедура увольнения и порядок привлечения истцов к дисциплинарной ответственности, работодателем созданы для истцов препятствия по доступу к рабочему месту, действиями работодателя были нарушены трудовые права истцов.
Выслушав стороны, заключение прокурора, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства, аудио и видеозаписи, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью первой статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.
В силу подпункта «а» пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).
Судом установлено, что ТЮА осуществлял трудовую деятельность в ООО «Группа компаний «Невский каскад» в должности инженера 1-ой категории ПТО на основании срочного трудового договора от 10.03.2025 № 2/2025, заключенного на один год, и приказа о трудоустройстве от 10.03.2025 № 5 (т.1 л.д. 124-126).
Приказом генерального директора ООО «Группа компаний «Невский каскад» от 01.09.2025 № 20 ТЮА был переведен с должности инженера 1-ой категории ПТО на должность исполнительного директора на полную ставку (т.1 л.д. 128, 129).
Приказом генерального директора ООО «Группа компаний «Невский каскад» от 05.12.2025 № 29 за отсутствие ТЮА на рабочем месте с 25.11.2025 по 02.12.2025 трудовой договор с ним прекращен, и работник уволен 25.11.2025 на основании подпункта «а» пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ (т.1 л.д. 166).
С указанным приказом ТЮА под роспись не ознакомлен, 08.12.2025 ООО «Группа компаний Невский каскад» посредством Почты России направило ТЮА заказное письмо на адрес его постоянной регистрации с копией данного приказа, которое получено ТЮА 11.12.2025 (т.1 л.д. 30).
БСВ осуществлял трудовую деятельность в ООО «Группа компаний «Невский каскад» в должности заместителя генерального директора по безопасности на основании трудового договора от 01.07.2025 № 4/2025, заключенного на один год, и приказа о трудоустройстве от 01.07.2025 № 14 (т.1 л.д. 86-88).
Приказом генерального директора ООО «Группа компаний «Невский каскад» от 05.12.2025 № 28 за отсутствие БСВ на рабочем месте с 25.11.2025 по 02.12.2025 трудовой договор с ним прекращен и работник уволен 24.11.2025 на основании подпункта «а» пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ.
С указанным приказом БСВ ознакомлен 08.12.2025, выразил свое несогласие (т.1 л.д. 111).
Изучив представленные доказательства, суд находит произведенное ООО «Группа компаний «Невский каскад» увольнение истцов ТЮА и БСВ незаконным, учитывая следующее.
Согласно п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников.
В силу части первой статьи 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.
Согласно части второй статьи 193 ТК РФ непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.
В силу части третьей статьи 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.
Пояснениями сторон и материалами дела подтверждено, что оба истца занимали руководящие должности в ООО «Группа компаний «Невский каскад», непосредственно подчиняясь генеральному директору ООО «Группа компаний «Невский каскад» ЧЮА
Из пояснений истцов, объективно подтвержденных письменными доказательствами, исследованными аудио и видеозаписями (т.2 л.д. 91), следует, что в период, непосредственно предшествующий увольнению истцов, межу каждым из истцов и генеральным директором ЧЮА произошли конфликтные ситуации.
Так, 17.11.2025 между ТЮА и генеральным директором ЧЮА произошёл конфликт, в ходе которого ТЮА обвинил ЧЮА в невыплате оговоренной заработной платы, конфликт перерос в физическое воздействие на ТЮА со стороны ЧЮА, что подтверждено видеозаписью, на которой изображено, как ЧЮА физически выталкивает ТЮА из своего служебного кабинета (т.2 л.д. 91).
Далее 21.11.2025 между ТЮА и ООО «Группа компаний «Невский каскад» в лице генерального директора ЧЮА было согласовано и подписано соглашение о расторжение трудового договора от 10.03.2025 № 2/2025 по соглашению сторон (т.1 л.д. 13).
Согласно п. 3 Соглашения в день увольнения 21.11.2025 Работодатель обязуется произвести Работнику выплату в размере 470 000 руб., которая включает в себя задолженность по заработной плате перед ТЮА за сентябрь-ноябрь 2025г. в размере 320 000 руб. и компенсацию за дни неиспользованного отпуска на день увольнения в размере 150 000 руб.
В соответствии с п. 4 Соглашения Работодатель обязуется выплатить Работнику в день увольнения 21.11.2025 выходное пособие в связи с расторжением трудового договора в размере 400 000 руб.
П. 6 Соглашения установлено, что в случае, если две суммы по п.п. 3 и 4 не поступают 21.11.2025 или поступают не в полном объеме, Работник согласно ТК РФ остается трудоустроенным в компании.
ООО «Группа компаний «Невский каскад» не исполнило условия Соглашения и не перечислило ТЮА на реквизиты банковского расчётного счёта оговоренные суммы, приказ о расторжении трудового договора по соглашению сторон не издавался.
Как следует из пояснений представителя ООО «Группа компаний «Невский каскад», несмотря на подписание генеральным директором ЧЮА указанного соглашения от 21.11.2025, в дальнейшем ЧЮА принял решение не исполнять данное соглашение, поскольку пришел к выводу, что оно навязано истцом и не обосновано.
Как следует из пояснений сторон, в середине ноября 2025 года между БСВ и генеральным директором ЧЮА возник конфликт, обусловленный тем, что на одном из рабочих совещаний БСВ причинил физический вред начальнику участка, в этой связи 18.11.2025 ЧЮА предложил БСВ уволиться по собственному желанию.
20.11.2025 БСВ было написано заявление об увольнении по собственному желанию с 30.11.2025 (т. 1 л.д. 38).
Генеральным директором ЧЮА был подписан приказ от 20.11.2025 № 29 о прекращении трудового договора с БСВ на основании пункта 3 части первой статьи 77 ТК РФ (т. 1 л.д. 42).
24.11.2025 БСВ отозвал своё заявление об увольнении по собственному желанию, на приказе от 20.11.2025 изложил свои возражения по поводу увольнения по собственному желанию (т. 1 л.д. 40).
Ответчиком не представлены документы, подтверждающие аннулирование приказа от 20.11.2025 № 29 о прекращении трудового договора с БСВ на основании пункта 3 части первой статьи 77 ТК РФ.
24.11.2025 БСВ передал генеральному директору ЧЮА заявление об увольнении по соглашению сторон с 30.11.2025 с приложенным соглашением о расторжении трудового договора с выплатой задолженности по заработной плате в размере 130 000 руб. за ноябрь 2025г., компенсации за неиспользованный отпуск в размере 140 000 руб., компенсации за перевозку личных вещей (из Норильска в Красноярск) в размере 25 000 руб., а также компенсация за аренду служебной квартиры за декабрь 2025 года в размере 40 000 руб., а также выходного пособия в размере 600 000 руб. (т. 1 л.д. 41).
ЧЮА отказался подписывать данное соглашение о расторжении трудового договора и сообщил БСВ, чтобы тот увольнялся по собственному желанию, на работу более не выходил, не мешал работать и не создавал нервную обстановку в коллективе, обещал оплатить оставшиеся дни.
ЧЮА при этом не ответил БСВ, в каком размере будет произведена выплата и в какой срок.
Данные обстоятельства объективно подтверждаются представленной истцом аудиозаписью (т.2 л.д. 91) и не оспаривались ответчиком.
25.11.2025 08:40 ТЮА не смог зайти в здание на свое рабочее место (<адрес>), из-за закрытой с улицы входной двери, но через некоторое время ему удалось зайти в офис через гаражные ворота, при этом ТЮА увидел, что на его рабочем месте и на рабочем месте БСВ отсутствуют компьютеры, мониторы и принтеры. После увиденного, ТЮА позвонил БСВ и сообщил о вышеизложенном а также о том, что со слов главного инженера АСР и секретаря генерального директора ЛИН «база» (двухэтажное здание, где истцы работали, расположенное по адресу <адрес>) теперь закрыта. БСВ дистанционно перепроверил данный факт, зайдя на сервис видеонаблюдения, увидел и скачал видеозапись о том, что 24.11.2025 главный инженер АСР и водитель МВР вынесли компьютеры с рабочих мест истцов.
Указанные обстоятельства объективно подтверждаются представленной истцом видеозаписью (т.2 л.д. 91), показаниями свидетеля КАВ и не оспаривались ответчиком.
Из пояснений истцов следует и не оспаривается ответчиком, что с 25.11.2025 генеральный директор ЧЮА на телефонные звонки истцов не отвечал, не перезванивал.
БСВ удалось связаться по телефону с главным инженером ООО «Группа компаний «Невский каскад» АСР и спросить насчет доступа к рабочему месту, что истец получил ответ, чтобы БСВ ни в коем случае не приезжал в офисе, так как генеральный директор сказал, что если он приедет, то его не рассчитают (т.2 л.д. 33-37).
ТЮА прибыл в отдел полиции и дал пояснение о том, что генеральный директор ЧЮА оказывал давление на него и на БСВ с целью их увольнения и поэтому закрыл им доступ к рабочим местам.
25.11.2025 ТЮА, направил уведомление генеральному директору ЧЮА по электронной почте, а также отправил заказное письмо Почтой России на адрес ООО «Группа компаний Невский каскад» о том, что генеральный директор задержал ему выплату заработной платы на срок более 15-ти дней и сообщил, что на работу выходить не будет (т. 1 л.д. 14, 18).
В период с 26.11.2025 по 02.12.2025 БСВ несколько раз проверял наличие факта закрытых дверей в офис Работодателя в утренние часы.
Данные обстоятельства подтверждены пояснениями истцов и не опровергнуты ответчиком.
В начале рабочего дня 01.11.2025 БСВ приехал в офис за трудовой книжкой, входные двери с утра были закрыты. Через 15-20 мин БСВ смог зайти, но с трудом. БСВ во время общения с генеральным директором, отказался второй раз подписать приказ об увольнении по собственному желанию, так как не получил ответа по сумме расчёта выплаты задолженности. В ответ получил угрозу от ЧЮА, что будет уволен за прогулы, что объективно подтверждается аудиозаписью, представленной истцом (т.2 л.д. 91).
Согласно материалам дела 03.12.2025 в адрес ТЮА и БСВ генеральным директором ООО «Группа Компаний «Невский каскад» ЧЮА составлены письма с предложением явиться 05.12.2025 в 15:00 в офис для дачи объяснений по факту отсутствия на рабочем месте истцов с 25.11.2025 по 02.12.2025, данные письма с приложением актов об отсутствии истцов на рабочем месте направлены главным инженером ООО «Группа компаний Невский каскад» АСР посредством Почты России заказными письмами по месту жительства истцов направлены фактически 04.12.2025 (т. 1 л.д. 97, 151, 152).
Истец ТЮА получил указанное письмо только 09.12.2025, то есть уже после даты увольнения, из его пояснений следует, что на электронную почту уведомление работодателя не получал, объяснение по указанной причине до даты увольнения представить не мог.
Данные обстоятельства ответчиком не опровергнуты.
Истец БСВ указанное письмо работодателя по почте не получил, однако ознакомился с ним 04.12.2025 или 05.12.2025, прибыл к работодателю, где узнал, что принято решение о его увольнении за прогулы.
Указанное свидетельствует о существенном нарушении работодателем процедуры увольнения обоих истцов, поскольку истцам не было представлено объективной возможности представить объяснения, требование представить объяснение направлено ответчиком только 04.12.2025, до даты увольнения ТЮА в данным требованием не был ознакомлен, БСВ ознакомился только 05.12.2025, а решение об увольнении истцов на 05.12.2025 уже было фактически принято работодателем без учета их возможных пояснений, то есть ответчиком только была создана видимость соблюдения процедуры увольнения.
Суд при этом учитывает, что после имевших место конфликтов с истцами усматривается явное намерение ответчика в лице генерального директора ЧЮА уволить истцов по любому основанию без соблюдения предусмотренных гарантий, о чем свидетельствует последовательное поведение генерального директора ЧЮА: отказ в выплате денежных компенсаций в связи с досрочным расторжением договоров (отказ исполнить подписанное соглашение об увольнении с ТЮА и уклонение от выплаты денежной компенсации БСВ при подаче последним заявления об увольнении по собственному желанию), выдача распоряжения о фактической ликвидации рабочих мест истцов (вынос компьютерной техники с рабочих мест 24.11.2025) и блокировании с 25.11.2025 свободного прохода истцов к рабочим местам, отказ с 25.11.2025 от общения с истцами, несмотря на то, что истцы непосредственно подчиняются только генеральному директору, направление уведомлений о даче объяснений за один день до издания приказов об увольнении, искусственно ускоренное принятие решения об увольнении за нарушение трудовой дисциплины при создании видимости соблюдения процедуры увольнения.
Из положений трудовых договоров с истцами следует (п. 2.1 Раздела 2 Условия труда), что рабочие места истцов расположены по адресу: <адрес>, второй этаж; на рабочем месте установлен стол с компьютерной техникой (моноблок, монитор, МФУ, периферия).
Таким образом, начиная с 25.11.2025 и по день увольнения истцов, ответчик фактически не обеспечил рабочими местами истцов, вывозом с рабочих мест компьютерной техники истец фактически лишил истцов объективной возможности трудиться, иных рабочих мест для выполнения трудовой функции не определил.
Также судом учитывается, что согласно приказу об увольнении БСВ уволен 24.11.2025 за прогулы, совершенные период с 25.11.2025 по 02.12.2025, в том числе 01.12.2025, вместе с тем согласно пояснениям БСВ, не опровергнутым ответчиком, 01.12.2025 БСВ находился в рабочее время в офисе и беседовал с ЧЮА относительно своего увольнения, где ему было сказано о том, что он будет уволен за прогулы.
Согласно приказу об увольнении ТЮА уволен 25.11.2025 за прогулы, совершенные период с 25.11.2025 по 02.12.2025, то есть в приказе датой увольнения указана дата первого дня прогула, а не последнего дня работы, при этом в приказе в обоснование увольнения указан прогул 25.11.2025. Вместе с тем, 25.11.2025 ТЮА в утреннее время находился в офисе, однако этот день ему поставлен как прогул и вменен в обоснование приказа об увольнении.
Кроме указанного заслуживают внимания доводы истцов о наличии между ними и ЧЮА споров относительно долгов по заработной плате, исходя из выплаты большей части оплаты труда неофициально наличными и переводами на карту от ЧЮА и работника ЛИН
Указанные доводы объективно подтверждены пояснениями обоих истцов, показаниями свидетеля КАВ, сведениями о переводах на карту БСВ (т.2 л.д. 38-45, 50-58), скриншотами объявлении на платформе «HH» при трудоустройстве БСВ и переписки между БСВ и ЧЮА (т. 2 л.д. 27, 28, 46-49).
При этом суд учитывает, что согласно представленному ответчиком штатному расписанию на 2025 год установлены одинаковые оклады в размере 22 988,46 руб. как по должностям истцов, так и по должностям главного инженера, инженера 1-ой категории, водителя автомобиля, ведущего инженера ПТО, хотя очевидно, что оклады не должны быть одинаковыми, исходя из разного уровня квалификации и функциональных обязанностей работников на данных должностях (т.2 л.д. 119).
Указанное штатное расписание вызывает у суда обоснованные сомнения в достоверности представленных суду сведений о фактическом размере оплаты труда истцов, подтверждает доводы истцов о наличии в деятельности ответчика скрытых неофициальных форм оплаты их труда.
Представитель ответчика указанные обстоятельства не опроверг, не представил в ходе рассмотрения дела объективно достоверные сведения относительно данного обстоятельства, которые бы привели суд к другому выводу.
Свидетель НАИ пояснил, что помимо зарплаты по договору получает также премию, вместе с тем, положение о премировании суду ответчиком не представлено, как и сведений о начисляемых премиальных выплат.
Кроме того, судом ответчику было предложено представить в суд в качестве свидетелей АСР и ЛИН, однако ответчик уклонился от их вызова в суд, сославшись на занятость данных лиц.
Как указано выше, до увольнения истцов ЧЮА не исполнил договоренности с истцами относительно выплаты им оговоренных компенсаций.
Указанное свидетельствует, что фактической причиной увольнения истцов явилось принятое ЧЮА решение уволить истцов за дисциплинарный проступок после того, как возник конфликт между ЧЮА и подчиненными ему напрямую истцами относительно выплаты денежной компенсации при досрочном увольнении по соглашению сторон.
Согласно части второй статьи 3 ТК РФ никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.
В силу части четвертой статьи 3 ТК РФ лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда.
При указанных обстоятельствах суд усматривает допущенное со стороны работодателя злоупотребление в отношении истцов при их увольнении за совершение дисциплинарного проступка, дискриминационный подход, основанный на наличии личных неприязненных отношениях руководителя предприятия с истцами.
С учетом изложенного суду считает необходимым признать незаконным увольнение ТЮА с должности исполнительного директора в соответствии с приказом ООО «Группа компаний «Невский каскад» от 05.12.2025 № 29, а также признать незаконным увольнение БСВ с должности заместителя генерального директора по безопасности в соответствии с приказом ООО «Группа компаний «Невский каскад» от 05.12.2025 № 28.
В силу части первой статьи 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.
Согласно части второй статьи 394 ТТК РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.
На основании части четвертой статьи 394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.
В силу части седьмой статьи 394 ТК РФ, если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя.
Принимая во внимание заявления истцов от 10.02.2026 об изменении формулировки основания увольнения и даты увольнения (т.2 л.д. 128), а также принимая во внимание, что истец ТЮА с 16.01.2026 трудоустроен к другому работодателю (т.2 л.д. 64-66), суд считает необходимым изменить формулировку основания увольнения ТЮА на увольнение по собственному желанию по пункту 3 части первой статьи 77 ТК РФ и изменить дату его увольнения на 15.01.2026, а также изменить формулировку основания увольнения БСВ на увольнение по собственному желанию по пункту 3 части первой статьи 77 ТК РФ и изменить дату его увольнения на 10.02.2026.
При этом суд полагает невозможным изменить формулировку основания увольнения ТЮА на увольнение по соглашению сторон, поскольку из доводов, как истца, так и ответчика следует, что соглашение от 21.11.2025 сторонами не было исполнено, сам истец указывает, что увольнение не состоялось, и он продолжил работу, приказ об увольнении истца по данному основанию не издавался, требования истца в этой связи не соответствуют положениям статьи 394 ТК РФ и фактическим обстоятельствам дела.
При рассмотрении требований истцов о взыскании денежных средств как задолженности по заработной плате суд расчеты производит по представленным ответчиком сведений о размере начислений, поскольку данные расчеты основаны на положениях трудовых договоров с истцами, справок 2-НДФЛ о размере доходов истцов, расчетных листков (т. 1 112,113, 167, 168).
Суд при этом не может принять во внимание расчеты истцов, поскольку они основаны на доводах о выплате им части заработной платы неофициально, по так называемой «черной» схеме, минуя бухгалтерское начисление.
При этом суд исходит из того, что документально подтвержденных сведений, позволяющих произвести обоснованный расчет, суду не представлено, истцы при заключении трудовых договоров согласились на выплату официальной заработной платы в размерах, установленных данными трудовыми договорами, согласились с выплатой части вознаграждения наличными средствами и выплатами от физических лиц, минуя требования бухгалтерского учета, а данные суммы истцы не указывали в качестве дохода, подлежащего налогообложению, е уплачивали с них страховые взносы.
Принимая также во внимание, что от исполнения соглашения от 21.11.2025 с ТЮА ответчик отказался и указанные в нем суммы документами не подтверждены, задолженность перед БСВ также не подтверждается документами, суд не находит оснований для удовлетворения требований истцов о взыскании с ООО «Группа компаний Невский Каскад» в пользу ТЮА денежных средств по соглашению о расторжении трудового договора от 21.11.2025 в размере 870 000 руб., денежных средств в виде компенсации за просрочку выплаты в размере 1/150 ставки рефинансирования в день по день вынесения решения судом и взыскании в пользу БСВ денежных средств в размере 935 000 руб.
Вместе с тем, суд находит основания для взыскания с ООО «Группа компаний Невский Каскад» в пользу БСВ арендную плату в размере 40 000 руб. за декабрь 2025г. за арендуемую квартиру, поскольку при рассмотрении дела установлено, что при трудоустройстве работодатель обязался компенсировать БСВ данную арендную плату, до увольнения генеральный директор ЧЮА регулярно ежемесячно переводил БСВ указанную сумму (т. 2 л.д. 56, 57), за декабрь 2025 г. БСВ оплатил 29.11.2025 аренду квартиры из своих средств (т.2 л.д. 56), дата увольнения работника изменена на 10.02.2026, что дает основания суду взыскать с ответчика указанную сумму.
Доводы представителя ответчика о том, что данную сумму ЧЮА ранее компенсировал истцу от своего имени и такой обязанности у предприятия нет, суд отклоняет, поскольку в данном случае они не соответствуют обстоятельствам дела, из которых следует, что соглашение о данной компенсации предшествовало трудоустройству БСВ и было фактической частью трудового договора, исполняемой ответчиком в период трудовых отношений.
Сам по себе факт перечисления истцу данной компенсации ЧЮА при указанных обстоятельствах не свидетельствует об обратном.
Поскольку соглашение о компенсации расходов истца БСВ на перевозку личных вещей из г. Норильска в г. Красноярск между сторонами трудового договора не состоялось, положениями трудового договора и ТК РФ такой обязанности у работодателя для данного спора не усматривается, основания для взыскания данных расходов в размере 25 000 руб. с ответчика в пользу БСВ не имеется.
Из материалов дела и расчета ответчика следует, что среднедневной заработок истца ТЮА составил 3 772,73 руб. (592 318,47 руб. / 157 р.дн.), среднедневной заработок истца БСВ составил 2 686,29 руб. руб. (239 080 руб. / 89 р.дн.).
В связи с изложенным суд считает необходимым взыскать с ООО «Группа компаний «Невский каскад» средний заработок за время вынужденного прогула: в пользу ТЮА - за период с 26.11.2025 по 15.01.2026 в размере 109 409,17 рублей (3 772,73 руб. * 29 р.дн.), в пользу БСВ - за период с 25.11.2025 по 10.02.2026 в размере 128 941,92 рублей (2 686,29 руб. * 48 р.дн.).
В соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.
Учитывая, что ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).
В соответствии со статьей 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
При определении размера возмещения морального вреда суд исходит из обстоятельств дела и фактического нарушения прав истца, учитывает данные о его личности, в связи с чем суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу каждого истца компенсацию морального вреда в размере по 30 000 рублей, полагая данную сумму разумной и справедливой.
Согласно части 1 статьи 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
В силу пункта 10 части 1 статьи 9 ГПК РФ по искам, состоящим из нескольких самостоятельных требований, цена иска определяется, исходя из каждого требования в отдельности.
При таких обстоятельствах суд считает необходимым взыскать с ООО «Группа компаний «Невский каскад» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 21 150 рублей: (109 409,17 руб. – 100 000 руб.) * 3 % + 4 000 руб. + (128 941,92 руб. – 100 000 руб.) * 3 % + 4 000 руб. (по требованиям имущественного характера каждого истца) + 3 000 руб. * 4 (по требованиям неимущественного характера каждого истца - восстановление на работе и компенсация морального вреда).
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Удовлетворить частично исковые требования ТЮА и БСВ к обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Невский каскад» о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания увольнения и даты увольнения, взыскании денежных средств, среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
Признать незаконным увольнение ТЮА с должности исполнительного директора в соответствии с приказом ООО «Группа компаний «Невский каскад» от 05.12.2025 № 29 на основании подпункта «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Изменить формулировку основания увольнения ТЮА с должности исполнительного директора ООО «Группа компаний «Невский каскад» на увольнение по собственному желанию по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации и изменить дату его увольнения на 15.01.2026.
Взыскать с ООО «Группа компаний «Невский каскад» (ИНН/ОГРН 7810402448/1137847470210) в пользу ТЮА (<данные изъяты>) средний заработок за время вынужденного прогула за период с 26.11.2025 по 15.01.2026 в размере 109 409 рублей 17 копеек, компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей 00 копеек.
Признать незаконным увольнение БСВ с должности заместителя генерального директора по безопасности в соответствии с приказом ООО «Группа компаний «Невский каскад» от 05.12.2025 № 28 на основании подпункта «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Изменить формулировку основания увольнения БСВ с должности заместителя генерального директора по безопасности ООО «Группа компаний «Невский каскад» на увольнение по собственному желанию по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации и изменить дату его увольнения на 10.02.2026.
Взыскать с ООО «Группа компаний «Невский каскад» (ИНН/ОГРН 7810402448/1137847470210) в пользу БСВ (<данные изъяты>) средний заработок за время вынужденного прогула за период с 25.11.2025 по 10.02.2026 в размере 128 941 рубль 92 копейки, компенсацию платы за жилое помещение в размере 40 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей 00 копеек.
Отказать в удовлетворении остальной части иска ТЮА и БСВ к обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Невский каскад».
Взыскать с ООО «Группа компаний «Невский каскад» (ИНН/ОГРН 7810402448/1137847470210) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 21 150 рублей 00 копеек.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий С.В. Крючков
Мотивированное решение составлено 19.02.2026