РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
23 июня 2026 года г. Норильск
Норильский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Боднарчука О.М., при секретаре судебного заседания Закутской Л.В., с участием прокурора Савченко Н.К., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО9 о взыскании материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда, утраченного заработка, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО12 обратился в суд с иском к ФИО10. и ФИО11 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, утраченного заработка и судебных расходов, мотивируя требования тем, что 04.06.2025 в 00 час. 15 мин. на автодороге Норильск - Алыкель (8 км + 990 м) произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Kia Rio», государственный регистрационный знак №, под управлением истца ФИО13 оглы, и автомобиля «Nissan Presage», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО15 принадлежащего на праве собственности ответчику ФИО16 Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО17 который, управляя автомобилем «Nissan Presage», в нарушение пунктов 9.1, 10.1 Правил дорожного движения, совершая манёвр обгона, не убедился в безопасности манёвра, выехал на полосу встречного движения и допустил столкновение с автомобилем истца. В результате дорожно-транспортного происшествия истцу причинён тяжкий вред здоровью, а также значительно поврежден принадлежащий ему автомобиль, что подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела от 24.06.2025, материалами предварительного расследования, в том числе протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 04.06.2025 и схемой дорожно-транспортного происшествия, а также заключением судебно-медицинской экспертизы № 487 от 23.04.2026, проведённой в рамках уголовного дела №. В рамках Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» истец получил страховую выплату в размере 400 000 руб. за повреждённый автомобиль и 500 000 руб. в счёт компенсации утраченного заработка от АО «АльфаСтрахование», являющегося страховщиком гражданской ответственности владельца транспортного средства «Nissan Presage». Согласно экспертному заключению ЭУ «НЭксТ» № 79/25 от 11.12.2025, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учёта износа превысила его рыночную стоимость, в связи с чем наступила полная гибель транспортного средства. Рыночная стоимость автомобиля на момент дорожно-транспортного происшествия составила 1 199 050 руб., стоимость годных остатков - 74 600 руб. Истец просит взыскать солидарно с ответчиков материальный ущерб в размере 725 000 руб., утраченный заработок в размере 555 562,24 руб. за вычетом полученной страховой выплаты в размере 500 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., расходы на досудебную оценку в размере 45 000 руб. и расходы на оплату юридических услуг в размере 100 000 руб.
В судебное заседание истец ФИО33 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещён надлежащим образом. В судебном заседании его представитель исковые требования поддержал в полном объёме, пояснив, что в результате дорожно-транспортного происшествия истцу причинён тяжкий вред здоровью, до настоящего времени он испытывает постоянные боли, передвигается с трудом, в связи с последствиями полученных травм переведён на лёгкий труд. Истец перенёс несколько операций, длительное время находился на стационарном и амбулаторном лечении и до настоящего времени полностью не восстановился, нуждается в высокотехнологичной медицинской помощи.
Ответчики ФИО34. и ФИО35 в судебном заседании размер материального ущерба не оспаривали, ходатайств о назначении судебной экспертизы не заявили, при этом право заявлять такие ходатайства судом им разъяснялось в судебном заседании и в ходе подготовки дела к судебному разбирательству. Полагали размер требований о компенсации морального вреда завышенным.
Ответчик ФИО36. также пояснил, что является собственником транспортного средства, которое передал ответчику ФИО37 При этом ФИО38 не имел водительского удостоверения и проходил обучение вождению. По утверждению ответчика, в день дорожно-транспортного происшествия ФИО39 пришёл с другом ФИО40., имевшим водительское удостоверение, и попросил автомобиль, заявив, что именно этот друг будет управлять транспортным средством, в связи с чем ответчик ФИО41. передал автомобиль. Доверенность на управление транспортным средством не оформлялась, в полис ОСАГО ФИО43 включён не был. При этом он является бывшим супругом сестры ФИО42., между ними сохранились доверительные соседские отношения.
Ответчик ФИО45 подтвердил изложенные ответчиком ФИО44. обстоятельства, указав, что действительно управлял автомобилем в момент дорожно-транспортного происшествия, не имея водительского удостоверения, поскольку проходил обучение вождению. Он также пояснил, что собственник ФИО47. знал об отсутствии у него права управления, однако передал автомобиль, полагаясь на то, что управлять транспортным средством будет его друг ФИО46 погибший в данном ДТП. Свою вину в дорожно-транспортном происшествии ФИО49С. не оспаривал.
Третьи лица - АО «АльфаСтрахование», САО «Ресо-Гарантия» в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.
В соответствии со статьёй 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со статьёй 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Согласно статье 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе использование транспортных средств, обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании, в частности на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности.
Из приведённой правовой нормы следует, что ответственность за вред, причинённый источником повышенной опасности, несёт его владелец, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке. Бремя доказывания передачи права владения иному лицу как основания освобождения от гражданско-правовой ответственности возлагается на собственника транспортного средства в силу статьи 56 ГПК РФ.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях, например по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности.
При этом законное владение должно быть оформлено в установленном порядке, а отсутствие доверенности само по себе не исключает признания лица владельцем, если фактическое владение осуществляется на законных основаниях, однако передача управления лицу, заведомо не имеющему права управления, не может быть признана законной передачей владения.
Как установлено судом, 04.06.2025 в 00 час. 15 мин. на автодороге Норильск - Алыкель (8 км + 990 м) произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Kia Rio», государственный регистрационный знак н602ск124, под управлением собственника - истца ФИО50, и автомобиля «Nissan Presage», государственный регистрационный знак в765уе124, под управлением ФИО52 принадлежащего на праве собственности ответчику ФИО51
В результате дорожно-транспортного происшествия истцу причинён тяжкий вред здоровью, а также значительно поврежден принадлежащий ему автомобиль.
Судом установлено и подтверждено материалами дела, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ФИО53 управлявшего автомобилем «Nissan Presage», государственный регистрационный знак №. ФИО54., управляя указанным автомобилем, в нарушение пунктов 9.1, 10.1 Правил дорожного движения, совершая манёвр обгона, не убедился в безопасности манёвра, выехал на полосу встречного движения и допустил столкновение с автомобилем истца.
Данное обстоятельство не оспаривалось сторонами и подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела от 24.06.2025, схемой дорожно-транспортного происшествия, объяснениями участников и иными материалами дела.
Собственником указанного автомобиля на момент дорожно-транспортного происшествия являлся ФИО55 что подтверждается карточкой учёта транспортного средства, регистрационными документами, полисом страхования и не оспаривалось сторонами.
В соответствии со статьёй 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.
Вместе с тем, как следует из объяснений ФИО56. и ФИО57., данных в судебном заседании, ФИО58., являясь собственником транспортного средства, передал его ФИО59 при отсутствии у последнего действующего водительского удостоверения, то есть без законного права управления транспортным средством.
Данное обстоятельство подтверждается материалами дела и сторнами не оспаривается.
Доверенность на право управления не выдавалась, ФИО60 не был включён в полис ОСАГО, что сторонами не оспаривалось и подтверждается копией полиса ОСАГО, в котором в числе лиц, допущенных к управлению, указан только ФИО61
Доказательств того, что ФИО62. управлял автомобилем на ином законном основании, суду не представлено.
Оценивая доводы ответчика ФИО63. о том, что он передал автомобиль для управления иному лицу, имеющему водительское удостоверение, суд находит их необоснованными и не подтверждёнными какими-либо допустимыми доказательствами.
Данным ответчиком не представлено письменных соглашений, свидетельских показаний или иных объективных сведений о наличии договорённости с конкретным лицом об управлении им автомобилем.
Напротив, из объяснений сторон следует, что ключи и документы на автомобиль были переданы непосредственно ФИО64 который в момент дорожно-транспортного происшествия и управлял автомобилем.
Таким образом, суд приходит к выводу фактически транспортное средство было передано ФИО65 именно он являлся его водителем.
Кроме того, суд учитывает, что между ФИО66. и ФИО67. имелись доверительные отношения, поскольку последний является братом бывший жены ФИО69 и его соседом, что подтверждает добровольность и осознанность передачи автомобиля именно ФИО68., а не иному незнакомому лицу.
При этом ФИО70. не мог не знать об отсутствии у ФИО71. водительского удостоверения, исходя из характера их взаимоотношений и выдвинутой ими версии передачи ТС.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1079 ГК РФ владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причинённый этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.
Факт передачи собственником транспортного средства другому лицу права управления им, в том числе с передачей ключей, подтверждает лишь волеизъявление собственника на передачу данного имущества в пользование и не свидетельствует о передаче права владения имуществом в установленном законом порядке, поскольку такое использование не лишает собственника имущества права владения им, а, следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником повышенной опасности.
Бремя доказывания перехода титула владения в данном случае лежит на собственнике транспортного средства.
При разрешении спора ответчиком ФИО72 не представлено доказательств того, что источник повышенной опасности выбыл из ее обладания в результате противоправных действий других лиц или был передан иному лицу в установленном законом порядке.
Следовательно, оснований для освобождения ФИО73 от ответственности по пункту 2 статьи 1079 ГК РФ не имеется.
Таким образом, суд приходит к выводу, что на момент дорожно-транспортного происшествия законным владельцем источника повышенной опасности - автомобиля «Nissan Presage» - продолжал оставаться его собственник ФИО74 который не передал право владения в установленном законом порядке, а лишь допустил к управлению лицо, не имеющее права управления и законных оснований для допуска к управлению транспортным средством.
Следовательно, именно ФИО75. должен нести гражданско-правовую ответственность за вред, причинённый истцу.
При этом судом также установлено, что ФИО76. является индивидуальным предпринимателем, осуществляющим деятельность, связанную с арендой и использованием транспортных средств, в связи с чем он в силу характера своей деятельности должен быть осведомлён о порядке передачи права управления, законных основаниях пользования и владения транспортными средствами, а также о повышенных рисках, связанных с эксплуатацией источников повышенной опасности, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, согласно которой имеет ИНН 781602753162, зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 05.04.2017 за ГРН №, дополнительными видами деятельности является 49.41 «Деятельность автомобильного грузового транспорта» и 49.42 «Предоставление услуг по перевозкам» (запись внесена 05.04.2017 за ГРН 31724680003), а также объяснениями самого ответчика.
В силу приведённых выше положений статьи 1079 ГК РФ ответственность перед потерпевшим за вред, причинённый источником повышенной опасности, несёт его законный владелец ФИО77, а не непосредственный водитель, не являющийся таким владельцем, в связи с чем исковые требования, предъявленные к ФИО78., удовлетворению не подлежат.
Разрешая требования о взыскании материального ущерба, суд принимает за основу представленной истцом экспертное заключение ЭУ «НЭксТ» № 79/25 от 11.12.2025 как отвечающее критериям относимости и допустимости доказательств. Указанное заключение составлено компетентным специалистом, обладающим необходимым образованием и стажем экспертной работы, содержит подробное описание проведённого исследования, ссылки на нормативные акты и применённые методики. Оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется. Сторонами данное заключение не оспорено, ходатайств о назначении судебной экспертизы не заявлено, хотя такое право сторонам судом разъяснялось.
Согласно заключению, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учёта износа на дату исследования составила 1 611 400 руб., что значительно превышает его рыночную стоимость, определённую в размере 1 199 050 руб., что свидетельствует о наступлении полной гибели транспортного средства. Стоимость годных остатков определена в размере 74 600 руб.
В рамках Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» истец получил страховую выплату в размере 400 000 руб. за повреждённый автомобиль и 500 000 руб. в счёт компенсации утраченного заработка от АО «АльфаСтрахование», являющегося страховщиком гражданской ответственности владельца транспортного средства «Nissan Presage».
Таким образом, размер материального ущерба, причинённого истцу, определяется как разница между рыночной стоимостью автомобиля и стоимостью годных остатков за вычетом страховой выплаты, полученной в рамках обязательного страхования гражданской ответственности: 1 199 050 руб. – 74 600 руб. - 400 000 руб. = 724 450 руб.
Суд считает необходимым взыскать с ответчика ФИО79 в пользу истца материальный ущерб в размере 724 450 руб.
В удовлетворении остальной части требования о взыскании материального ущерба (в размере 550 руб.) надлежит отказать, что соответствует требованиям статей 15, 1064, 1079 ГК РФ.
Разрешая требования о взыскании утраченного заработка, суд руководствуется положениями статей 1085, 1086 ГК РФ.
В соответствии со статьёй 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определённо мог иметь, а также дополнительно понесённые расходы.
Согласно пункту 2 статьи 1085 ГК РФ при определении утраченного заработка пенсии, пособия и иные подобные выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда, не принимаются во внимание и не влекут уменьшения размера возмещения вреда.
Между тем данное правило применяется к тем выплатам, которые не являются компенсацией утраченного заработка; в отношении пособия по временной нетрудоспособности, которое по своей правовой природе является страховым обеспечением, замещающим утраченный заработок, применяется иной правовой подход.
В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 6 Федерального закона от 16.07.1999 № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» субъектами обязательного социального страхования являются страхователи (работодатели), страховщики, застрахованные лица, а также иные органы, организации и граждане, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования.
Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 7 указанного Федерального закона одним из видов социальных страховых рисков является утрата застрахованным лицом заработка или иного дохода в связи с наступлением страхового случая, к которым, в частности, относится травма (пункт 1.1 статьи 7).
Одним из видов страхового обеспечения является пособие по временной нетрудоспособности (подпункт 5 пункта 2 статьи 8 указанного Федерального закона).
В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 1.3 Федерального закона от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» страховым случаем по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности признаётся временная нетрудоспособность застрахованного лица вследствие заболевания или травмы.
Пособие по временной нетрудоспособности при утрате трудоспособности вследствие заболевания или травмы выплачивается застрахованному лицу за весь период временной нетрудоспособности до дня восстановления трудоспособности в соответствии с частью 1 статьи 6 указанного Федерального закона.
Таким образом, по своей правовой природе пособие по временной нетрудоспособности является компенсацией утраченного заработка застрахованному лицу, выплата которого производится за счёт средств обязательного социального страхования.
Следовательно, при определении размера утраченного заработка подлежат учёту выплаты, произведённые истцу территориальным органом Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, которые не относятся к не подлежащим зачёту выплатам, указанным в статье 1085 ГК РФ, то есть к пенсиям и иным социальным пособиям, не связанным с замещением утраченного заработка.
Вместе с тем Федеральным законом от 29.12.2006 № 255-ФЗ не ограничено право застрахованных работников на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по указанному страхованию, в связи с чем суд обязан определить размер утраченного заработка, который истец имел либо определённо мог иметь за период временной нетрудоспособности, с учётом полученного пособия, поскольку потерпевшему должны быть восполнены те потери в его заработке, которые объективно им понесены в связи с невозможностью осуществления им, как прежде, трудовой деятельности в результате противоправных действий причинителя вреда, что согласуется с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 05.06.2012 № 13-П.
В подпункте «а» пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 разъяснено, что под утраченным потерпевшим заработком (доходом) следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым договорам до причинения вреда, при этом в счёт возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшим как до, так и после причинения вреда, а также заработок, получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.
Между тем данное разъяснение не исключает необходимости учёта пособия по временной нетрудоспособности, являющегося страховым возмещением, а не социальной выплатой, имеющим целевое назначение - замещение утраченного заработка на период нетрудоспособности.
С учётом полученного пособия и подлежащего взысканию судом возмещения утраченный потерпевшим заработок должен быть компенсирован полностью, но не более его фактического размера.
Из материалов дела следует, что истец в период с 24.06.2025 по 23.01.2026 являлся временно нетрудоспособным в связи с полученными травмами, что подтверждается листками нетрудоспособности № 910299303884 (с 24.06.2025 по 26.06.2025 - 3 дня), № 910301559363 (с 27.06.2025 по 10.07.2025 - 14 дней), № 910302562824 (с 11.07.2025 по 28.07.2025 - 18 дней), № 910304174847 (с 29.07.2025 по 25.08.2025 - 28 дней), № 910308496933 (с 26.08.2025 по 23.09.2025 - 29 дней), № 910318755095 (с 30.10.2025 по 18.11.2025 - 20 дней), № 910321164787 (с 19.11.2025 по 05.12.2025 - 17 дней), № 910324045997 (с 06.12.2025 по 18.12.2025 - 13 дней), № 910326074979 (с 19.12.2025 по 30.12.2025 - 12 дней), № 910328628910 (с 31.12.2025 по 23.01.2026 - 24 дня), общей продолжительностью 178 календарных дней. При этом в лечении имелся перерыв с 24.09.2025 по 29.10.2025, что подтверждается отсутствием листков нетрудоспособности за указанный период.
Согласно справке-расчёту работодателя, ПАО «ГМК «Норильский никель», среднемесячный заработок истца за двенадцать месяцев, предшествовавших повреждению здоровья (июнь 2024 года - май 2025 года), составил 169 431,02 руб.
В соответствии с пунктом 3 статьи 1086 ГК РФ среднемесячный заработок делится на 30 дней для определения среднедневного заработка, поскольку расчёт производится за календарные дни нетрудоспособности. Среднедневной заработок составляет 169 431,02 : 30 = 5 647,70 руб.
Утраченный заработок за фактические дни нетрудоспособности, подтверждённые листками нетрудоспособности, составляет 5 647,70 руб. ? 178 = 1 005 290,60 руб.
Согласно документам работодателя за тот же период истцу выплачено пособие по временной нетрудоспособности: за счёт средств работодателя (за первые три дня) в размере 20 824,50 руб. и за счёт средств Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, начиная с четвёртого дня, в общей сумме 596 969 руб., а всего 617 793,50 руб.
Кроме того, АО «АльфаСтрахование» произвело страховую выплату в счёт возмещения вреда здоровью (утраченного заработка) в размере 500 000 руб. Таким образом, общая сумма компенсационных выплат, полученных истцом, составила 1 117 793,50 руб., что превышает размер его фактического утраченного заработка (1 005 290,60 руб.).
Следовательно, право истца на возмещение утраченного заработка за спорный период полностью восстановлено за счёт выплаченного пособия по временной нетрудоспособности и страхового возмещения, а дополнительное взыскание с ответчика денежных средств в счёт утраченного заработка привело бы к неосновательному обогащению истца, в связи с чем суд отказывает истцу в удовлетворении требований о взыскании утраченного заработка в полном объёме.
Разрешая требования о компенсации морального вреда, суд руководствуется статьями 151, 1100, 1101 ГК РФ и разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», согласно которым при определении размера компенсации морального вреда суд должен учитывать характер причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, оцениваемых с учётом фактических обстоятельств дела, индивидуальных особенностей потерпевшего, включая возраст, состояние здоровья, род занятий, а также степень вины причинителя вреда, требования разумности и справедливости. Компенсация морального вреда должна быть соразмерной последствиям нарушения и не должна приводить к неосновательному обогащению потерпевшего.
В соответствии со статьёй 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинён жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
В данном случае вред здоровью истца причинён именно источником повышенной опасности - автомобилем, которым управлял ФИО80 и который принадлежал ФИО81, в связи с чем ответственность за компенсацию морального вреда возлагается на владельца источника повышенной опасности ФИО1 независимо от его вины, однако размер компенсации определяется судом с учётом степени его вины и иных заслуживающих внимания обстоятельств.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и степень причинённых истцу физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности потерпевшего, требования разумности и справедливости, а также форму вины ответчика ФИО82 выразившуюся в неосторожной передаче автомобиля лицу, заведомо не имеющему права управления.
Из материалов дела следует, что в результате дорожно-транспортного происшествия истцу ФИО83 оглы причинён тяжкий вред здоровью, что подтверждено заключением судебно-медицинской экспертизы № 487 от 23.04.2026, проведённой в рамках уголовного дела № экспертом Норильского городского отделения КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы».
Согласно выводам указанной экспертизы, у истца при осмотре бригадой скорой медицинской помощи 24.06.2025 в 00 час. 35 мин. и при поступлении в КГБУЗ «Норильская межрайонная больница № 1» 24.06.2025 в 01 час 36 мин. были отмечены телесные повреждения, входящие в комплекс сочетанной закрытой тупой травмы таза и нижних конечностей, а именно: в области таза – оскольчато-фрагментарный нестабильный перелом костей таза слева в заднем и переднем полукольце с нарушением непрерывности тазового кольца с разрушением дна и крыши вертлужной впадины (перелом тела подвздошной кости), переходящий в вертикальный перелом седалищной кости, с выраженным смещением отломков; задне-верхний вывих головки левой бедренной кости, подтверждённые объективными данными томографического обследования и в ходе оперативного лечения; в области нижних конечностей – ушибленные раны передних поверхностей правого и левого коленного сустава (по одной); отрывной перелом верхушки головки малоберцовой кости слева, подтверждённый объективными данными рентгенологического обследования.
Экспертом установлено, что вышеуказанные повреждения возникли в быстрой последовательности друг за другом, незадолго (от нескольких минут до нескольких десятков минут) до момента осмотра бригадой скорой медицинской помощи, при этом характер и локализация повреждений свидетельствует о механизме их образования в результате деформации изгиба и сдвига в момент внецентральной осевой ударной нагрузки на левую приведённую и согнутую в тазобедренном суставе бедренную кость, в том числе, возможно, при обстоятельствах и в срок, указанных в постановлении – то есть в ночное время 24.06.2025 в условиях дорожно-транспортного происшествия при резком сильном ударе коленными суставами с продолжающейся осевой нагрузкой на левую бедренную кость о выступающие части салона транспортного средства в момент его столкновения с другим движущимся объектом.
Согласно выводам эксперта, нестабильный оскольчато-фрагментарный перелом костей таза слева в переднем и заднем полукольце с нарушением целостности тазового кольца по своему характеру является опасным для жизни, что соответствует квалифицирующему признаку тяжкого вреда здоровью.
Кроме того, смещение отломков костей таза привело к сдавлению седалищного нерва слева с его частичной атрофией и развитием посттравматической нейропатии с сенсомоторными нарушениями, а именно нарушением функции седалищного нерва в виде резко выраженного ограничения движений в левом голеностопном суставе, атрофии мышц левой голени, снижения их силы, и резкого расстройства чувствительности, что, в том числе, подтверждено данными объективного обследования (электронейромиографией), и что, в свою очередь, согласно подпункту «г» пункта 8 Таблицы процентов стойкой утраты трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин вызывает значительную стойкую утрату общей трудоспособности в размере 40 %, т.е. не менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30 %).
Таким образом, экспертом сделан окончательный вывод о том, что вышеуказанные повреждения, входящие в комплекс сочетанной закрытой тупой травмы таза и нижних конечностей, в совокупности согласно пунктам 5.1.1.20 и 5.1.11 Приказа Министерства здравоохранения РФ № 172-н от 08.04.2025, квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.
Из медицинских документов также следует, что истец находился на стационарном лечении с 24.06.2025 по 20.08.2025 (в КГБУЗ «Норильская межрайонная больница № 1» и КГБУЗ «Краевая клиническая больница № 1» г. Красноярска), в том числе перенёс оперативные вмешательства: 24.06.2025 – диагностическую лапароскопию, вправление вывиха сустава, хирургическую обработку ран, наложение наружных фиксирующих устройств с использованием компрессионно-дистракционного аппарата внешней фиксации; 04.07.2025 – открытую прямую репозицию, остеосинтез перелома левой вертлужной впадины тазовыми пластинами, остеосинтез перелома лонной кости слева стержнем. После выписки из стационара истец проходил длительное амбулаторное лечение и реабилитацию у травматолога и невролога, в том числе в условиях дневного стационара и отделения медицинской реабилитации, вплоть до 23.01.2026, что подтверждается листками нетрудоспособности общей продолжительностью 178 дней (более 8 месяцев).
Согласно записям в амбулаторной карте, у истца до настоящего времени сохраняются стойкие неврологические последствия: ограничение движений в левом голеностопном суставе, атрофия мышц левой голени, стойкое нарушение чувствительности по наружной поверхности левой голени и тыла левой стопы (гипестезия), выраженное ограничение тыльного сгибания левой стопы и пальцев («петушиная походка»), невозможность постановки левой стопы на пятку, что подтверждено также данными электронейромиографии от 17.01.2026, согласно которой выявлено выраженное нарушение проведения возбуждения по левому седалищному нерву (при максимальной возможной силе тока М-ответ во всех точках стимуляции малоберцового и большеберцового нервов не получен, F-волна не вызывается, сенсорный ответ с левого икроножного нерва не получен).
Истец до настоящего времени продолжает испытывать постоянные боли жгучего характера в левой ноге, ограничен в передвижении, вынужден использовать опорную трость при ходьбе, не может вести привычный образ жизни, заниматься спортом, полноценно отдыхать, в связи с чем работодателем переведён на лёгкий труд.
Кроме того, согласно выводам заключения № 487 от 23.04.2026, истец нуждается в проведении высокотехнологичной медицинской помощи, подготовлены документы для оформления квоты в федеральные центры на территории РФ, что свидетельствует о длительном и стойком характере последствий полученной травмы.
Из объяснений представителя истца следует, что до настоящего времени он полностью не восстановился, испытывает физические страдания, связанные с ограничением подвижности и болевым синдромом, а также нравственные страдания, вызванные утратой возможности вести полноценный образ жизни, трудиться в прежнем объёме и необходимостью длительного лечения и реабилитации. В момент дорожно-транспортного происшествия истец испытал сильный страх за свою жизнь и здоровье, что подтверждается материалами уголовного дела.
Суд также принимает во внимание, что ответчик ФИО84, являясь собственником источника повышенной опасности, грубо нарушил правила безопасности, передав автомобиль лицу, заведомо не имеющему права управления, и не обеспечив надлежащий контроль за его использованием, что свидетельствует о его небрежности и пренебрежительном отношении к безопасности других участников дорожного движения и усиливает степень его ответственности за причинённый вред. Мер к заглаживанию вреда данное лицо также не приняло.
Учитывая совокупность указанных обстоятельств, принимая во внимание принципы разумности и справедливости, соразмерность компенсации последствиям причинённого вреда, а также материальное положение ответчика ФИО85. как собственника транспортного средства, имеющего доход, несовершеннолетних иждивенцев на содержании, суд считает необходимым взыскать с ответчика ФИО86 в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.
Указанная сумма, по мнению суда, является разумной и справедливой, отвечает требованиям баланса интересов сторон, не влечёт нарушения имущественного положения данного ответчика и вместе с тем является адекватным способом сглаживания перенесённых истцом глубоких физических и нравственных страданий, связанных с тяжёлой травмой, длительным лечением и стойкими последствиями для здоровья. В удовлетворении остальной части требований о компенсации морального вреда в размере 500 000 руб. надлежит отказать.
Судебные расходы подлежат распределению по правилам статей 98, 100 ГПК РФ.
Истцом по делу понесены расходы на оплату досудебной оценки ущерба в размере 45 000 руб., что подтверждается договором и квитанцией об оплате.
Указанные расходы являлись необходимыми для определения цены иска и обоснования размера ущерба и были непосредственно связаны с требованием о взыскании материального ущерба.
Поскольку исковые требования о взыскании материального ущерба удовлетворены частично (724 450 руб. из заявленных 725 000 руб., что составляет 99,92 % от заявленной суммы), расходы на оплату досудебной оценки подлежат взысканию пропорционально удовлетворённой части имущественных требований, что составляет 44 965,86 руб. (45 000 ? 724 450 / 725 000). В удовлетворении остальной части требования о возмещении расходов на оплату досудебной оценки (в размере 34,14 руб.) надлежит отказать.
Истцом также заявлены расходы на оплату юридических услуг в размере 100 000 руб., что квитанцией об оплате.
В соответствии со статьёй 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Учитывая сложность дела, объём оказанной представителем помощи, включающий составление искового заявления, подготовку процессуальных документов, консультирование доверителя, участие в судебном заседании, время, необходимое для подготовки к делу, а также сложившуюся в регионе стоимость аналогичных юридических услуг с учётом минимальных ставок адвокатов Красноярского края, утверждённых решением Совета Адвокатской палаты Красноярского края от 20.12.2025, и то обстоятельство, что представитель истца является адвокатом, суд находит расходы на оплату услуг представителя в сумме 100 000 руб. явно завышенными и не отвечающими критерию разумности, в связи с чем считает необходимым взыскать с ответчика ФИО87 в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 35 000 руб., из которых 20 000 руб. - за консультирование, составление искового заявления и подготовку процессуальных документов, 15 000 руб. - за участие в судебном заседании.
Суд не находит оснований для пропорционального распределения указанных расходов, поскольку требование о компенсации морального вреда, в связи с которым в значительной части оказывалась юридическая помощь, является неимущественным, а по данной категории требований принцип пропорционального распределения судебных расходов не применяется в силу пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».
Истец в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.36 НК РФ освобождён от уплаты государственной пошлины, поскольку заявленные требования связаны с возмещением вреда здоровью.
В соответствии с пунктом 8 статьи 333.20 НК РФ и статьёй 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец освобождён, взыскивается с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, в доход местного бюджета пропорционально удовлетворённой части исковых требований.
Размер государственной пошлины по требованию имущественного характера о взыскании материального ущерба при цене иска 724 450 руб. составляет 19 489 руб.
По требованию неимущественного характера о компенсации морального вреда государственная пошлина для физических лиц составляет 3 000 руб.
Таким образом общая сумма государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика ФИО88 в доход местного бюджета, составляет 22 489 руб.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО89 удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО90 (паспорт №) в пользу ФИО91 (паспорт серии №) материальный ущерб в сумме 724 450 руб., компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., расходы по оплате досудебной оценки в сумме 44 965,86 руб., а также расходы на оплату юридических услуг в размере 35 000 руб.
В удовлетворении исковых требований ФИО92 о взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда в большем размере, а также заявленных исковых требований к ФИО93 - отказать.
Взыскать с ФИО94 (паспорт №) в доход местного бюджета муниципального образования г. Норильска государственную пошлину в размере 22 489 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий О.М. Боднарчук
Мотивированное решение суда изготовлено 13.07.2026.