РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
29 июня 2026 года г. Норильск
Норильский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Боднарчука О.М., при секретаре судебного заседания Закутской Л.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО9, действующей за себя и в интересах несовершеннолетнего ФИО10, к Управлению жилищного фонда администрации города Норильска о взыскании возмещения за жилое помещение и судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО11 действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО12., обратилась в суд с названным исковым заявлением, в котором просит возмещение за жилое помещение - <адрес>, общей площадью 66,9 кв. м, расположенную по адресу: <адрес>, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 65 230 руб. и расходы оценке в размере 30 000 руб. В обоснование заявленных требований истец указала, что она и несовершеннолетний ФИО13 являются собственниками по 1/2 доле каждый в праве общей долевой собственности на <адрес>, расположенную на 9-м этаже в подъезде № (секция №, корпус 2) МКД № по <адрес> в г. Норильске. Распоряжением Администрации г. Норильска от 16.09.2025 № 4233 подъезд № 4 МКД № 47 признан аварийным и подлежащим сносу, а затем демонтирован. Полагая свои права нарушенными ввиду уничтожения ее имущества, истцы обратились в суд с настоящим иском.
Представитель истцов ФИО14 в судебном заседании поддержала исковые требования в полном объёме, настаивая на том, что муниципальное образование не вправе лишать граждан единственного жилья без предоставления предварительного и равноценного возмещения.
Представитель ответчика Управления жилищного фонда Администрации города Норильска и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Администрации города Норильска ФИО15. в судебном заседании в удовлетворении иска возражал, указывая, что МКД в целом аварийным не признавался, земельный участок под ним не изымался, раздел его не производился, в связи с чем основания для применения ст. 32 ЖК РФ отсутствуют; утрата жилья произошла вследствие непреодолимой силы (угрозы ЧС), а истцы вправе лишь на меры социальной поддержки в форме договора мены, от заключения которого они отказались.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления городского хозяйства Администрации г. Норильска ФИО16 - позицию ответчика поддержали в полном объёме, указав, что демонтаж подъезда № 4 производился исключительно в рамках ликвидации угрозы ЧС на основании Федерального закона от 21.12.1994 № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера», а не в порядке изъятия имущества для муниципальных нужд.
Иные участвующие в деле лица в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.
Суд полагает возможным рассмотреть дело при объявленной явке по правилам ст. 167 ГПК РФ.
Выслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований по следующим основаниям.
По общему правилу, предусмотренному в статье 32 ЖК РФ, жилое помещение может быть изъято у собственника путем выкупа в связи с изъятием соответствующего земельного участка для государственных или муниципальных нужд.
Процедура изъятия включает в себя: принятие уполномоченным органом решения об изъятии жилого помещения (ч. 2 ст. 32 ЖК РФ), уведомление собственника жилого помещения о принятом решении об изъятии земельного участка, направление ему проекта соглашения об изъятии недвижимости для государственных или муниципальных нужд (ч. 4 ст. 32 ЖК РФ).
Кроме того, в соответствии с п. 10 ст. 32 ЖК РФ признание многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции является основанием предъявления органом, принявшим решение о признании такого дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, к собственникам помещений в указанном доме требования о его сносе или реконструкции в разумный срок.
В случае, если данные собственники в установленный срок не осуществили снос или реконструкцию указанного дома, земельный участок, на котором расположен дом, подлежит изъятию для муниципальных нужд, и, соответственно, подлежит изъятию каждое жилое помещение в указанном доме, в порядке, указанном выше.
Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО17 и несовершеннолетний ФИО18 являлись собственниками по 1/2 доле каждый в праве общей долевой собственности на <адрес> на основании договора купли-продажи от 30.09.2015, квартира являлась единственным жилым помещением истцов.
Постановлением Главы города Норильска № 48 от 08.08.2025 на территории подъезда № 4 МКД № 47 объявлена угроза возникновения чрезвычайной ситуации в связи с возможностью внезапного обрушения несущих конструкций подъезда № 4 в указанном МКД, где располагалась квартира истцов, начальнику Управления жилищного фонда поручено организовать мероприятия по освобождению собственниками занимаемых помещений.
Решениями Комиссии по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций и обеспечению пожарной безопасности от 07.08.2025 № 12 и от 15.08.2025 № 13 зафиксирована угроза обрушения подъезда № 4 и необходимость принятия мер по его демонтажу.
Заключением межведомственной комиссии № 40-МВК/3 от 29.09.2025 установлено, что многоквартирный дом <адрес> состоит из двух секций - трехподъездной (стр. № 720-1) и одноподъездной (стр. № 720-2). Каждая секция имеет свой фундамент по деформационному шву (свайный фундамент и балки ростверка), собственное обозначение осей. Строительство каждой секции велось в разное время.
Согласно заключению, непосредственной причиной таяния грунтов основания и последующего недопустимого крена секции № 2 стало систематическое нарушение температурного режима подполья.
Техническое состояние «нулевого» цикла здания находилось на особом контроле уполномоченных органов Администрации города Норильска с 1990 года в связи с деградацией грунтов основания. Секция 2 (одноподъездная, 4-й подъезд) отнесена к аварийному (опасному) состоянию с рекомендацией о расселении и последующем демонтаже.
Распоряжением Администрации города Норильска № 4233 от 16.09.2025 жилые помещения подъезда № 4 (секции № 2) признаны непригодными для проживания, подъезд № 4 - аварийным и подлежащим сносу; собственникам помещений в подъезде № 4 предписано осуществить снос в срок до 01.12.2025; Управлению городского хозяйства поручено направить собственникам требование о сносе.
Во исполнение указанного распоряжения Администрацией г. Норильска собственникам помещений подъезда № 4 было направлено требование о сносе подъезда в установленный срок.
Суд отмечает, что после направления собственникам требования о сносе аварийного объекта и неисполнения указанного требования дальнейшее бездействие органа местного самоуправления относительно реализации предусмотренных частью 10 статьи 32 ЖК РФ последствий не допускается.
Собственники не обладают фактической возможностью самостоятельно осуществить демонтаж многоквартирного дома либо его части, а потому обязанность по завершению процедуры прекращения существования объекта и урегулированию имущественных последствий возлагается на публичное образование. Если администрация признала дом аварийным, предъявила требование о сносе, но не реализует предусмотренный ч. 10 ст. 32 ЖК РФ механизм, отсутствие денег, программ переселения и бюджетного финансирования не влияет на право собственника на выкупную цену.
Отсутствие предусмотренных муниципальной программой мероприятий, отсутствие финансирования либо непринятие органом местного самоуправления необходимых решений не могут ухудшать положение собственника и освобождать публичное образование от обязанности обеспечить равноценное возмещение.
Решением КЧС от 03.12.2025 № 17, ввиду неисполнения собственниками требования о сносе, МКУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства» поручено осуществить демонтаж 4-го подъезда МКД № 47.
В результате исполнения указанного решения произведён полный демонтаж секции № 2, что подтверждается актом о сносе и материалами технического осмотра. После выполнения работ по демонтажу подъезда № 4 спорное жилое помещение фактически прекратило существование как объект недвижимости, возможность его эксплуатации, восстановления либо использования по назначению отсутствует.
Суд учитывает, что подъезд № 4 демонтирован не вследствие уже произошедшей чрезвычайной ситуации, а вследствие угрозы ее возникновения. Спорное имущество не признано утраченным в результате чрезвычайной ситуации в смысле Федерального закона от 21.12.1994 № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера».
Механизм выплаты за утраченное жилье по указанному Федеральному закону к истцам не применялся и объективно не мог быть применен.
Спор возник не из факта чрезвычайной ситуации, а из факта демонтажа объекта по решению муниципалитета.
Муниципальная потребность в рассматриваемом случае выражалась в необходимости устранения аварийной секции, создававшей угрозу жизни и здоровью граждан. Именно в интересах муниципального образования был произведен демонтаж подъезда № 4, что свидетельствует о наличии публичного интереса, аналогичного тому, который законодатель связывает с применением части 10 статьи 32 ЖК РФ.
Непосредственной причиной прекращения существования квартиры явилось не аварийное состояние как таковое, а последующий демонтаж секции, произведённый по решению органов местного самоуправления.
Истцам в соответствии с п. 3.51 Положения о переселении граждан из непригодных жилых помещений муниципального жилищного фонда муниципального образования город Норильск и обеспечении жилищных прав собственников жилых помещений, расположенных в многоквартирных домах, признанных в установленном порядке аварийными и подлежащими сносу или реконструкции, утвержденным решением Норильского городского Совета депутатов от 03.04.2012 № 2/4-21, предлагался договор мены жилых помещений, от заключения которого истцы отказались.
После обращения истцов с требованием о выплате возмещения администрацией было отказано со ссылкой на отсутствие предусмотренных законом оснований для применения ст. 32 ЖК РФ.
На дату рассмотрения дела квартира № 141 физически уничтожена: объект недвижимости прекратил существование, использование и восстановление помещения исключены. Соглашение о размере и порядке выплаты возмещения сторонами достигнуто не было; доказательств выплаты какой-либо компенсации стоимости утраченного имущества материалы дела не содержат.
С момента демонтажа секции истцы утратили возможность осуществлять правомочия владения, пользования и распоряжения принадлежащим им имуществом, вследствие чего право собственности утратило своё экономическое содержание независимо от сохранения либо отсутствия регистрационной записи в ЕГРН.
Наличие либо отсутствие записи в ЕГРН само по себе не влияет на право на компенсацию, поскольку объект недвижимости фактически уничтожен, а вопрос о государственной регистрации прекращения права собственности предметом настоящего спора не является.
Сохранение записи в Едином государственном реестре недвижимости не свидетельствует о сохранении объекта гражданских прав, поскольку государственная регистрация носит производный характер от существования объекта недвижимости.
После физического уничтожения жилого помещения регистрационная запись не может служить основанием для отказа в выплате возмещения.
В силу ст. 235 ГК РФ право собственности на уничтоженное имущество прекращается вследствие его гибели.
Поскольку квартира № 141 физически уничтожена, право собственности истцов на данный объект фактически прекратилось. В связи с этим суд не усматривает оснований для самостоятельного разрешения вопроса о прекращении права собственности, поскольку данное обстоятельство наступает в силу закона и подлежит отражению в ЕГРН на основании документов, подтверждающих уничтожение объекта.
Суд приходит к выводу, что в результате реализации решений органов местного самоуправления истцы фактически утратили принадлежащее им жилое помещение без предоставления какого-либо имущественного эквивалента, вследствие чего возникший правовой пробел подлежит восполнению посредством применения по аналогии закона положений ст. 32 ЖК РФ.
В качестве дополнительного обоснования суд учитывает, что положения статей 15, 16, 1069 ГК РФ также подтверждают недопустимость возложения имущественных потерь на собственников при реализации публично-властных решени.
Разрешая спор, суд исходит из положений ст. 35 Конституции РФ, согласно которой никто не может быть лишён своего имущества иначе как по решению суда, а принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения.
В соответствии с правовыми позициями, сформулированными в Постановлении Конституционного Суда РФ от 25.04.2023 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 5 Федерального закона «Об особенностях регулирования отдельных отношений в целях модернизации и расширения магистральной инфраструктуры и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и в Постановлении Конституционного Суда РФ от 25.04.2024 № 21-П «По делу о проверке конституционности пункта 2 статьи 4 и пункта 2 статьи 32 Федерального закона «Об особенностях регулирования отдельных отношений в целях модернизации и расширения магистральной инфраструктуры и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», конституционные гарантии права собственности предполагают предоставление справедливого и соразмерного возмещения во всех случаях принудительного прекращения права собственности по инициативе публичной власти или в публичных интересах.
Юридически значимым является не формальное наименование применённой процедуры, а фактический её результат для собственника: если жилое помещение окончательно утрачено вследствие властного решения, собственнику гарантировано равноценное возмещение независимо от особенностей законодательного механизма прекращения права.
Государство не вправе возлагать на гражданина бремя последствий публичных мероприятий, осуществляемых в общественных интересах, при отсутствии имущественной компенсации; отсутствие специального нормативного регулирования не может служить основанием для полного лишения собственника какого-либо возмещения.
Согласно указанным правовым позициям, при прекращении права собственности в публичных интересах на государстве и муниципальных образованиях лежит обязанность обеспечить справедливое равновесие между публичными и частными интересами, а собственнику должно быть гарантировано разумное и соразмерное возмещение имущественных потерь. Отсутствие специального механизма правового регулирования не может приводить к полному лишению гражданина имущественной компенсации.
Право собственности предполагает обеспечение справедливого баланса между требованиями публичного интереса и защитой основных прав лица. Возложение на собственника полного бремени утраты имущества без компенсации нарушает требование справедливого равновесия между публичными и частными интересами.
Суд находит несостоятельным довод ответчика о неприменимости ст. 32 ЖК РФ на том основании, что аварийным признан лишь один подъезд, тогда как МКД в целом продолжает эксплуатироваться и земельный участок под ним не изымается.
В силу ст. 6 ГК РФ к отношениям, прямо не урегулированным законодательством, применяется законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона).
В соответствии с ч. 1 ст. 7 ЖК РФ к жилищным отношениям, прямо не урегулированным жилищным законодательством, применяется законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона).
Ситуация, при которой аварийной признаётся и сносится конструктивно обособленная секция (подъезд) здания без формального изъятия земельного участка, прямо не урегулирована ЖК РФ, образуя правовой пробел.
Суд приходит к выводу, что спорная ситуация характеризуется наличием пробела в правовом регулировании, поскольку федеральным законодательством прямо не урегулирован порядок обеспечения имущественных прав собственников жилых помещений в случае сноса отдельной аварийной секции многоквартирного дома без формального изъятия земельного участка.
В целях недопущения отказа в судебной защите и обеспечения действия статей 35 и 46 Конституции РФ указанный пробел подлежит преодолению путем применения по аналогии закона положений ст. 32 ЖК РФ как наиболее близких по предмету правового регулирования.
Для целей разрешения настоящего спора суд устанавливает, что секция № 2 (подъезд № 4) обладала признаками конструктивной обособленности: имела отдельный фундамент по деформационному шву, самостоятельное обозначение осей, отдельные инженерные коммуникации, возводилась в иной период строительства (на 10 лет позже основной части здания), признана аварийной независимо от остальной части дома и демонтирована без демонтажа остальных секций.
При таких обстоятельствах для целей разрешения настоящего спора секция № 2 обладала признаками конструктивной обособленности, а её демонтаж повлёк последствия, эквивалентные сносу самостоятельного многоквартирного дома в отношении собственников расположенных в ней помещений.
Более того, разделом 3 Положения, утверждённого Решением Норильского городского Совета депутатов от 03.04.2012 № 2/4-21, при признании помещения непригодным для проживания предусматривается как выплата возмещения (выкупной цены), так и предоставление другого жилого помещения по соглашению сторон, что подтверждает возможность применения механизма, аналогичного статье 32 ЖК РФ, к спорным правоотношениям.
Распоряжением Администрации г. Норильска № 4233 от 16.09.2025 на собственников помещений подъезда № 4 была возложена обязанность осуществить снос, что по своему содержанию соответствует механизму, предусмотренному частью 10 статьи 32 ЖК РФ.
После предъявления требования о сносе собственникам помещений законодатель связывает дальнейшее развитие правоотношений именно с изъятием помещений для муниципальных нужд.
Следовательно, предъявление требования о сносе уже свидетельствует о реализации процедуры, предусмотренной статьёй 32 ЖК РФ.
Иное толкование позволяло бы органу местного самоуправления получить результат, для которого статья 32 ЖК РФ предназначена (освобождение территории от аварийного объекта), без исполнения встречной обязанности по выплате возмещения.
Фактически муниципальным образованием были реализованы последствия, предусмотренные ч. 10 ст. 32 ЖК РФ, поскольку собственникам было направлено требование о сносе, использование помещений прекращено, а жилое помещение уничтожено вследствие неисполнения указанного требования.
Согласно ч. 10 ст. 32 ЖК РФ после предъявления такого требования и его неисполнения орган местного самоуправления обязан реализовать процедуру изъятия.
Фактически органы муниципальной власти реализовали только обременительную часть механизма (снос), но не реализовали компенсационную часть (изъятие с выплатой возмещения).
Следовательно, недопустимо избирательное применение последствий статьи 32 ЖК РФ.
Орган местного самоуправления не вправе реализовывать предусмотренные ст. 32 ЖК РФ последствия, связанные с прекращением существования объекта недвижимости, одновременно уклоняясь от исполнения корреспондирующей обязанности по выплате возмещения собственникам жилых помещений.
Кроме того, статья 239.2 ГК РФ, регулирующая изъятие недвижимости для государственных и муниципальных нужд, отражает общий принцип обязательности предварительного возмещения при прекращении права собственности в публичных интересах. Даже если указанная статья напрямую не применяется к спорным правоотношениям, она подтверждает общий принцип законодательства о недопустимости прекращения права собственности без равноценного возмещения.
По своей правовой природе данные отношения аналогичны изъятию жилого помещения при признании аварийным всего многоквартирного дома: в обоих случаях собственник окончательно лишается принадлежащего ему жилья вследствие публично-властного решения, принятого в общественных интересах.
Следовательно, к спорным правоотношениям подлежат применению положения ст. 32 ЖК РФ по аналогии закона; применение аналогии обусловлено необходимостью восполнения правового пробела, а не расширительным толкованием нормы. В противном случае собственники уничтоженных квартир оказывались бы в заведомо худшем положении по сравнению с собственниками помещений в полностью аварийных домах без каких-либо объективных оснований для такого различия, что несовместимо с конституционными принципами равенства (ст. 19 Конституции РФ) и эффективной судебной защиты (ст. 46 Конституции РФ).
Дополнительно суд отмечает, что положения статей 1, 15, 16, 1069 ГК РФ подтверждают недопустимость возложения на граждан имущественных потерь, возникших вследствие реализации публично-властных решений, и обосновывают обязанность публичного образования по возмещению таких потерь.
Применение статьи 32 ЖК РФ по аналогии закона в настоящем случае обусловлено необходимостью восполнения выявленного правового пробела и недопустимостью отказа в судебной защите права собственности граждан.
Суд исходит из того, что жилое помещение уже уничтожено, в связи с чем единственным эффективным способом восстановления нарушенного права является взыскание денежного возмещения стоимости утраченного жилого помещения.
Собственники помещений подъезда № 4 не могут нести индивидуальное бремя имущественных потерь, вызванных мероприятиями по обеспечению безопасности неопределённого круга лиц.
Изъятие имущества в публичных интересах предполагает распределение соответствующих расходов на публичное образование, а не на отдельных граждан.
Суд также принимает во внимание, что само по себе наличие либо отсутствие юридической возможности раздела земельного участка не имеет определяющего значения для разрешения настоящего спора, поскольку основанием заявленных требований является факт утраты истцами жилого помещения вследствие реализации публично-властного решения, а не проведение кадастровых процедур.
Непринятие кадастровых мер по образованию самостоятельного участка под снесённым подъездом не может служить основанием для лишения истцов права на возмещение: требование органа местного самоуправления о сносе подъезда предъявлялось именно собственникам, а его последующий демонтаж за счёт публичных средств породил те же правовые последствия, которые законодатель связывает с изъятием жилья для муниципальных нужд.
Объём конституционных гарантий права собственности не может ставиться в зависимость от совершения либо несовершения органом местного самоуправления кадастровых и регистрационных действий.
Само по себе отсутствие решения об образовании отдельного земельного участка либо его изъятии не устраняет обязанность публичного образования обеспечить соблюдение конституционных гарантий права собственности лиц, утративших имущество в результате реализации публично-властных решений.
Суд принимает во внимание, что разрешение настоящего спора не требует установления причин возникновения аварийного состояния объекта, а также наличия либо отсутствия вины конкретных структурных подразделений Администрации г. Норильска.
Юридически значимым обстоятельством является факт утраты истцами жилого помещения вследствие реализации органами местного самоуправления решения о демонтаже аварийной секции здания.
Федеральный закон № 68-ФЗ регулирует порядок предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций, однако не устанавливает специального порядка прекращения права собственности на жилые помещения и не предусматривает возможность безвозмездного лишения граждан принадлежащего им имущества.
Следовательно, применение указанного закона не устраняет действие конституционных гарантий, закреплённых ст. 35 Конституции РФ.
Законодательство о защите от чрезвычайных ситуаций не содержит положений, допускающих прекращение права частной собственности без компенсации, а меры социальной поддержки по Федеральному закону № 68-ФЗ имеют самостоятельную правовую природу и не заменяют имущественного возмещения по ЖК РФ.
Доказательств возможности восстановления либо дальнейшей эксплуатации квартиры № 141 ответчиком не представлено, тогда как материалы дела подтверждают полный демонтаж секции, в которой располагалось спорное жилое помещение.
Иной предусмотренный федеральным законом механизм компенсации утраченного имущества применительно к сложившейся ситуации отсутствует, а восстановление права собственности в натуре невозможно.
Ответчиком не указана норма права, предусматривающая иной порядок возмещения стоимости утраченного жилого помещения в сложившейся ситуации, а также не представлены доказательства существования предусмотренного федеральным законом механизма компенсации собственникам стоимости утраченного жилого помещения в сложившейся ситуации.
Также не представлено доказательств выплаты истцам какого-либо возмещения за утраченный объект недвижимости.
Сам факт предложения истцам иного жилого помещения по договору мены свидетельствует о признании органом местного самоуправления необходимости компенсации последствий утраты жилого помещения и несовместим с последующим утверждением об отсутствии какой-либо обязанности по возмещению. Ни Жилищный кодекс РФ, ни Положение № 2/4-21 не предусматривают утрату права на денежное возмещение вследствие отказа собственника от заключения договора мены.
Ссылка ответчика на отказ истцов от договора мены как на основание утраты права на денежную компенсацию судом отклоняется.
В соответствии с ч. 6 ст. 32 ЖК РФ собственник вправе получить денежное возмещение (выкупную цену) либо по соглашению с органом местного самоуправления - другое жилое помещение с зачётом его стоимости; Положение № 2/4-21 в разделе 3 также предусматривает оба способа обеспечения жилищных прав, включая денежное возмещение.
Принудительное навязывание исключительно договора мены при отказе от выплаты денежной компенсации нарушает свободу договора (ст. 421 ГК РФ) и является недопустимым ограничением гарантий федерального закона (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ), поскольку муниципальные акты не наделены полномочиями ограничивать права, установленные ст. 32 ЖК РФ.
В силу ст. 421 ГК РФ граждане свободны в заключении договора, принуждение к заключению договора не допускается.
Выбор собственником денежной формы возмещения (выкупной цены) вместо получения иного жилого помещения в натуре является законным осуществлением гражданских прав, прямо предусмотренным ч. 6 ст. 32 ЖК РФ.
Намерение Истцов получить денежную компенсацию для самостоятельного приобретения жилья, отвечающего их потребностям, не может расцениваться как злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ).
Отказ истцов от договора мены является законной реализацией права выбора способа обеспечения жилищных прав и порождает у органа местного самоуправления обязанность произвести выплату денежного возмещения в полном объёме.
Суд также учитывает, что отказ в выплате ставит собственников снесённого подъезда № 4 в дискриминационное положение по сравнению с собственниками помещений в полностью аварийных домах, расселяемых по правилам ст. 32 ЖК РФ: в обоих случаях результат для собственника одинаков - окончательная утрата жилого помещения, - тогда как различие в правовом положении обусловлено исключительно способом документального оформления действий органа местного самоуправления и лишено объективного оправдания.
Признание многоквартирного дома либо его части аварийным и подлежащим сносу, а также предъявление собственникам требования о его сносе порождает у органа местного самоуправления обязанность по завершению процедуры изъятия, а длительное бездействие органов власти не может служить основанием для уклонения от выплаты возмещения собственникам жилых помещений.
Непринятие таких мер при фактическом сносе дома не освобождает публичное образование от обязанности компенсировать гражданам стоимость утраченного имущества.
Признание правомерным подхода ответчика означало бы возложение на ограниченный круг собственников всего бремени неблагоприятных имущественных последствий мероприятий по ликвидации угрозы чрезвычайной ситуации, проводимых в интересах неопределённого круга лиц, что противоречит принципу справедливого распределения публичных обременений.
Такое толкование приводило бы к ограничению права частной собственности в объёме, не предусмотренном федеральным законом, что противоречитч. 3 ст. 55 Конституции РФ.
Для определения рыночной стоимости квартиры № 141 истцами представлен отчёт об оценке № 119/2026, выполненный ООО «Таймырский центр независимой экспертизы» по состоянию на 16.09.2025.
Согласно выводам оценщика, рыночная стоимость изъятого жилого помещения определена на дату, непосредственно предшествующую демонтажу объекта, что в полной мере отвечает требованиям ст. 32 ЖК РФ и Федерального закона № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», обеспечивая определение действительной стоимости утраченного имущества без учета его аварийного состояния, вызванного действиями (бездействием) третьих лиц.
Размер возмещения определяется на дату, максимально приближенную к моменту утраты объекта недвижимости, поскольку иное приводило бы к нарушению принципа полного возмещения стоимости имущества.
Судом проверено соответствие отчёта требованиям Федерального закона № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и федеральных стандартов оценки; внутренних противоречий, арифметических ошибок и нарушений методики не установлено.
Данное доказательство отвечает критериям относимости и допустимости.
Ответчиком ходатайства о назначении судебной оценочной экспертизы не заявлялось, контррасчёт рыночной стоимости не представлен, отчёт по существу не оспорен; в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательств иной рыночной стоимости объекта суду не представлено.
Согласно отчёту об оценке № 119/2026 в состав возмещения в соответствии с ч. 7 ст. 32 ЖК РФ включены: рыночная стоимость жилого помещения, включающая стоимость доли в общем имуществе МКД и долю в праве на земельный участок, - 5 566 000 руб.; убытки в виде расходов на услуги специалиста по подбору аналогичного жилого помещения - 90 660 руб.; компенсация за непроизведённый капитальный ремонт - 233 400 руб.
Совокупный размер возмещения составляет 5 890 060 руб.
Размер возмещения, причитающегося каждому из сособственников пропорционально доле (по 1/2), составляет 2 945 030 руб.
В соответствии с Положением об Управлении жилищного фонда Администрации города Норильска, утверждённым Решением Норильского городского Совета депутатов Красноярского края от 31.03.2015 № 23/4-494 «Об утверждении Положения об Управлении жилищного фонда Администрации города Норильска» (в редакции, действующей на момент спорных правоотношений), Управление жилищного фонда Администрации города Норильска является структурным подразделением (функциональным органом) Администрации города Норильска, наделённым правами юридического лица, имеющим право от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, исполнять обязанности, быть истцом и ответчиком в суде (п. 1.2 Положения). Функции по содержанию, эксплуатации и обеспечению сохранности жилых помещений муниципального жилищного фонда в силу п. 2.10 и п. 3.26 Положения возложены на Управление жилищного фонда.
Кроме того, в силу п. 3.1.18 Положения Управление выступает в судах в отношениях с физическими и юридическими лицами в качестве полномочного представителя муниципального образования город Норильск по вопросам, связанным с владением, пользованием и распоряжением муниципальным жилищным фондом, а также по вопросам, связанным с принятием в собственность муниципального образования жилых помещений, изымаемых у собственников в связи с изъятием для муниципальных нужд земельных участков под многоквартирными домами.
Таким образом, Управление жилищного фонда Администрации города Норильска является надлежащим органом, уполномоченным представлять Муниципальное образование город Норильск в спорных правоотношениях по изъятию жилых помещений и выплате возмещения, а взыскание подлежит осуществлению с Муниципального образования город Норильск в лице Управления жилищного фонда за счет средств казны.
Также в соответствии со ст.ст. 98, 100 ГПК РФ в пользу ФИО19 с ответчика подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 65 230 руб. и расходы на проведение досудебной оценки в размере 30 000 руб.
Факт несения указанных расходов истцом ФИО20 подтверждён представленными в материалы дела платёжными документами (чек-ордером об уплате государственной пошлины и квитанцией об оплате услуг оценщика), характер понесённых расходов является вынужденным, размер - обоснованный.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО21, действующей за себя и в интересах несовершеннолетнего ФИО22, удовлетворить.
Взыскать с муниципального образования город Норильск в лице Муниципального учреждения «Управление жилищного фонда Администрации города Норильска» (ИНН 2457058243) в пользу ФИО23 (паспорт №) возмещение за жилое помещение в размере 2 945 030 руб., а также судебные расходы в сумме 95 230 руб.
Взыскать с муниципального образования город Норильск в лице Муниципального учреждения «Управление жилищного фонда Администрации города Норильска» (ИНН 2457058243) в пользу ФИО24 (паспорт №) возмещение за жилое помещение в сумме 2 945 030 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий О.М. Боднарчук
Мотивированное решение суда изготовлено 03.07.2026.