РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
9 июня 2026 года г. Норильск
Норильский городской суд Красноярского края в составе:
председательствующего судьи Боднарчука О.М., при секретаре судебного заседания Закутской Л.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора г. Норильска, действующего в интересах ФИО5, к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю о возложении обязанности предоставить денежную компенсацию расходов на оплату проезда,
УСТАНОВИЛ:
Прокурор г. Норильска обратился в Норильский городской суд с исковым заявлением в интересах ФИО6 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю (далее – ОСФР по Красноярскому краю) о возложении обязанности предоставить Мусину И.С. денежную компенсацию расходов на оплату проезда в пределах Российской Федерации к месту протезирования по маршруту Норильск – Уфа – Норильск в размере 38 136 руб. В обоснование исковых требований прокурор указал следующее. ФИО7 является инвалидом и в соответствии с индивидуальной программой реабилитации и абилитации инвалида от 25.03.2021 № 281.40.24/2021 нуждается в техническом средстве реабилитации – протезе голени модульном в количестве 2 единиц. С 2023 года ФИО8С. проходит процедуры протезирования нижних конечностей в протезно-ортопедическом центре ООО «Орто-Инновации Уфа» (г. Уфа), поскольку изготовленные данной организацией протезы являлись для него удобными, прочными и функциональными при повседневной эксплуатации. 23.10.2025 организация направила ему приглашение для осуществления очередной процедуры протезирования; в тот же день истец обратился в ОСФР по Красноярскому краю с заявлением о выдаче направления на право бесплатного получения проездных документов к месту лечения и обратно, в удовлетворении которого ему было отказано. В целях своевременного получения технических средств реабилитации 11.11.2025 ФИО9. заключил договор № 570 с ООО «Орто-Инновации Уфа» на изготовление индивидуальных протезов голени в количестве 2 единиц; оплата протезов произведена с использованием электронного сертификата №, оформленного ОСФР по <адрес> на основании заявления истца от 31.08.2025, поданного через ЕПГУ. Протезы получены истцом 08.12.2025. По возвращении в г. Норильск 19.01.2026 ФИО10 обратился к ответчику с заявлением о компенсации расходов на проезд к месту осуществления протезирования и обратно; решением ОСФР по Красноярскому краю от 23.01.2026 в выплате компенсации отказано со ссылкой на наличие реализованного электронного сертификата. По мнению прокурора, указанный отказ является незаконным и нарушает конституционные права ФИО11. на социальную поддержку. Прокурор настаивает на том, что подпункты «в» и «д» пункта 3 Правил обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации, утверждённых постановлением Правительства РФ от 07.04.2008 № 240, закрепляют самостоятельное право инвалида на компенсацию расходов на проезд к месту протезирования вне зависимости от избранной им формы получения технического средства реабилитации. Прокурор также обращает особое внимание на географическую удалённость г. Норильска и полное отсутствие на его территории, а равно на территории ближайшего муниципального образования – Таймырского Долгано-Ненецкого муниципального округа, организаций, оказывающих услуги по изготовлению протезно-ортопедических изделий по индивидуальным параметрам, что, по его мнению, делало поездку вынужденной и не зависящей от воли инвалида.
Прокурор Гавришева А.В. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объёме, настаивала на их удовлетворении по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Материальный истец ФИО13., извещённый о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в судебное заседание не явился. В заявлении на имя прокурора ФИО14 указал, что в силу состояния здоровья самостоятельно представлять интересы в суде не может, с решением ОСФР об отказе в компенсации расходов на проезд не согласен, считает его нарушающим его конституционные права.
Представитель ответчика – Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю, извещённый о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в судебное заседание не явился, направил письменные возражения на исковое заявление с просьбой рассмотреть дело в его отсутствие.
В обоснование возражений ответчик указал, что ФИО15 добровольно и осознанно избрал форму обеспечения техническим средством реабилитации посредством электронного сертификата, при которой действующим законодательством компенсация расходов на проезд к месту реализации сертификата не предусмотрена. Право на оплату проезда или выплату соответствующей компенсации возникает исключительно при выдаче уполномоченным органом направления в организацию, отобранную Фондом в рамках контрактной системы в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ. ОСФР по Красноярскому краю государственных контрактов с ООО «Орто-Инновации Уфа» не заключало и направления туда не выдавало, в связи с чем обязательства по обеспечению проезда у ответчика не возникли. Отказ, оформленный решением от 23.01.2026, соответствует абзацу восьмому пункта 28 Административного регламента, утверждённого приказом Фонда социального страхования Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, прямо предусматривающего наличие реализованного электронного сертификата как основание для отказа в предоставлении государственной услуги.
Руководствуясь статьями 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещённых о времени и месте рассмотрения дела.
Заслушав прокурора, исследовав и оценив в совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
Правовые и организационные основы предоставления мер социальной поддержки инвалидов установлены Федеральным законом от 24.11.1995 № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 181-ФЗ).
Согласно абзацу первому статьи 2 указанного закона социальная защита инвалидов представляет собой систему гарантированных государством экономических, правовых мер и мер социальной поддержки, обеспечивающих инвалидам условия для преодоления, замещения (компенсации) ограничений жизнедеятельности и направленных на создание им равных с другими гражданами возможностей участия в жизни общества.
Статьёй 9 Федерального закона № 181-ФЗ предусмотрено, что реабилитация инвалидов включает, в том числе, протезно-ортопедическую помощь и обеспечение техническими средствами реабилитации.
В соответствии со статьёй 10 того же закона государство гарантирует инвалидам проведение реабилитационных мероприятий и получение технических средств, предусмотренных федеральным перечнем, за счёт средств федерального бюджета.
Частью 14 статьи 11.1 Федерального закона № 181-ФЗ установлено, что технические средства реабилитации предоставляются инвалидам по месту их жительства (месту пребывания, фактического проживания) уполномоченными органами в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.
Частью 15 той же статьи предусмотрено, что по выбору инвалида технические средства реабилитации и (или) услуги могут быть приобретены и (или) оплачены с использованием электронного сертификата с учётом положений Федерального закона от 30.12.2020 № 491-ФЗ «О приобретении отдельных видов товаров, работ, услуг с использованием электронного сертификата» в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.
Постановлением Правительства РФ от 07.04.2008 № 240 утверждены Правила обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации и отдельных категорий граждан из числа ветеранов протезами (кроме зубных протезов), протезно-ортопедическими изделиями (далее – Правила № 240).
Пункт 3 Правил № 240 закрепляет исчерпывающий перечень способов обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации: предоставление соответствующего технического средства (изделия) в натуре (подпункт «а»); оказание услуг по ремонту или замене ранее предоставленного технического средства (подпункт «б»); предоставление проезда инвалиду к месту нахождения организации, указанной в абзаце втором пункта 5 Правил (подпункт «в»); оплата проживания инвалида при изготовлении технического средства в амбулаторных условиях (подпункт «г»); выплата компенсации расходов на мероприятие, указанное в подпункте «в», в случае осуществления этих расходов за счёт средств самого инвалида (подпункт «д»); формирование электронного сертификата для приобретения технического средства (изделия) (подпункт «е»).
Системный анализ пункта 3 Правил № 240 в его совокупности с пунктами 4, 5, 12 и 15.2 тех же Правил, а также с положениями Федерального закона от 30.12.2020 № 491-ФЗ свидетельствует о том, что законодатель разграничил перечисленные способы обеспечения как дискретные, то есть взаимоисключающие правовые механизмы, а не как взаимодополняющий набор прав, из которых инвалид вправе одновременно воспользоваться несколькими.
Выбор инвалидом одного из способов обеспечения влечёт за собой реализацию всего сопутствующего правового режима, характерного именно для данного способа, и исключает возможность одновременного применения элементов правового режима, относящегося к иному способу обеспечения.
Для реализации натуральной формы обеспечения (подпункт «а» пункта 3 Правил № 240) законодателем предусмотрен следующий механизм.
В соответствии с пунктом 4 Правил № 240 инвалид подаёт заявление о предоставлении технического средства в территориальный орган Фонда пенсионного и социального страхования по месту жительства.
На основании поданного заявления уполномоченный орган в силу абзаца второго пункта 5 Правил № 240 выдаёт инвалиду направление на получение либо изготовление технического средства в организацию, отобранную в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (Федеральный закон от 05.04.2013 № 44-ФЗ).
Таким образом, именно акт выдачи направления является юридически значимым событием, порождающим у уполномоченного органа весь комплекс производных обязательств: по организации изготовления и предоставления технического средства, по оплате проживания при необходимости, по обеспечению проезда к месту нахождения организации, которой выдано направление.
Пункт 12 Правил № 240 прямо устанавливает, что выплата компенсации расходов на проезд производится при проезде инвалида к месту нахождения организации, в которую выдано направление, и обратно.
Правовое значение нормы состоит в том, что компенсация транспортных расходов носит строго производный (акцессорный) характер и неразрывно связана с фактом выдачи уполномоченным органом направления в конкретную организацию, включённую в систему государственных контрактов.
Именно направление является правообразующим документом, без которого право на компенсацию проезда не возникает.
Связь права на компенсацию проезда с фактом выдачи направления является не процедурным требованием, а материально-правовым условием возникновения соответствующего права.
Из буквального содержания пункта 12 Правил № 240 не следует и не может следовать, что инвалид вправе самостоятельно выбрать любую организацию, совершить туда поездку за собственный счёт и впоследствии потребовать компенсацию транспортных расходов, не получив предварительно направления от уполномоченного органа.
Материалами дела установлено, и данное обстоятельство сторонами не оспаривается, что ФИО16 с заявлением о предоставлении технического средства реабилитации в натуральной форме (путём выдачи направления в организацию, отобранную в порядке законодательства о контрактной системе) в ОСФР по Красноярскому краю не обращался.
23.10.2025 он обратился исключительно с заявлением о выдаче направления на право бесплатного получения проездных документов – то есть лишь с производным требованием, не подкреплённым основным заявлением о предоставлении технического средства в натуре.
Между тем, как указано выше, право на проезд является акцессорным по отношению к натуральной форме обеспечения и не существует в отрыве от неё.
Направление на право бесплатного получения проездных документов в системном единстве нормативного регулирования является производным документом, выдаваемым уполномоченным органом одновременно с направлением на изготовление технического средства в конкретную организацию.
В отсутствие основного направления выдача проездных документов нормами Правил № 240 не предусмотрена.
Следовательно, отказ ОСФР по Красноярскому краю в выдаче ФИО17 направления на право бесплатного получения проездных документов, оформленный по результатам обращения от 23.10.2025, являлся правомерным и соответствующим действующему законодательству.
Вместо того чтобы в установленном порядке реализовать право на получение технического средства реабилитации в натуральной форме – в том числе путём подачи заявления о предоставлении технического средства с выдачей направления, обжалования действий ОСФР в административном или судебном порядке либо требования направления в иную организацию, – ФИО18 11.11.2025, то есть спустя менее трёх недель после обращения за проездными документами, самостоятельно заключил договор № 570 с ООО «Орто-Инновации Уфа» на изготовление протезов голени.
После заключения данного договора, 31.08.2025, истец уже обращался в ОСФР через ЕПГУ с заявлением о предоставлении государственной услуги по обеспечению техническим средством реабилитации.
На основании указанного заявления ОСФР по Красноярскому краю сформировал электронный сертификат № на протез голени модульный в количестве 2 единиц, который был реализован ФИО19 08.12.2025 в счёт оплаты протезов, изготовленных ООО «Орто-Инновации Уфа».
Таким образом, ФИО20 осознанно, добровольно и без какого-либо принуждения избрал способ обеспечения техническим средством реабилитации, предусмотренный подпунктом «е» пункта 3 Правил № 240, – посредством электронного сертификата.
Данный выбор был реализован им в полном объёме: сертификат сформирован, принят и использован для оплаты протезов. Техническое средство реабилитации истцом получено, принято без каких-либо замечаний и претензий.
Правовая природа электронного сертификата принципиально отличается от натуральной формы обеспечения и обусловливает иной объём государственных обязательств перед инвалидом.
В соответствии с Федеральным законом от 30.12.2020 № 491-ФЗ «О приобретении отдельных видов товаров, работ, услуг с использованием электронного сертификата» электронный сертификат представляет собой размещённую в Государственной информационной системе электронных сертификатов запись в электронной форме, содержащую сведения о праве гражданина на самостоятельное приобретение отдельных видов товаров, работ, услуг за счёт средств соответствующего бюджета в объёме, установленном законодательством. Законодатель сконструировал этот механизм как форму расширения автономии воли инвалида: гражданину предоставляется возможность самостоятельно выбрать производителя, модель, характеристики изделия, не ограничиваясь кругом организаций, с которыми Фонд заключил государственные контракты в рамках конкурсных процедур по Федеральному закону № 44-ФЗ. Именно в предоставлении такой свободы выбора состоит содержательный смысл и потребительская ценность электронного сертификата как особой формы государственной поддержки.
Вместе с тем расширение автономии воли инвалида неизбежно сопряжено с перераспределением бремени организации обеспечения.
При натуральной форме государство полностью берёт на себя организационные функции: проводит конкурсные процедуры, определяет поставщика, заключает с ним государственный контракт, выдаёт инвалиду направление и обеспечивает его проезд к определённому государством поставщику.
При сертификатной форме государство ограничивается предоставлением денежного эквивалента (номинала сертификата), предоставляя инвалиду право самостоятельно совершить сделку с любым поставщиком, включённым в соответствующий реестр.
Всё, что выходит за рамки номинала сертификата – как в части стоимости самого изделия (доплата до фактической цены), так и в части сопутствующих транспортных и иных расходов, – остаётся в сфере самостоятельного финансового планирования гражданина.
Данная логика прямо закреплена в нормативных положениях: пункт 15.2 Правил № 240 регламентирует исключительно приобретение технического средства с использованием сертификата и доплату до фактической стоимости изделия, но не содержит ни единого указания на обязанность Фонда компенсировать транспортные расходы инвалида, самостоятельно выбравшего поставщика.
Федеральный закон № 491-ФЗ также не предусматривает в качестве составляющей электронного сертификата транспортных расходов потребителя. Отсутствие в нормативной базе корреспондирующей обязанности Фонда по возмещению расходов на проезд при использовании сертификата является не пробелом в праве, а последовательным законодательным решением, основанным на сбалансированном распределении прав и обязанностей сторон при каждом из способов обеспечения.
Прокурор в исковом заявлении фактически предлагает смешанную конструкцию: инвалид реализует сертификат (подпункт «е» пункта 3 Правил № 240) и одновременно получает компенсацию проезда, предусмотренную подпунктом «д» пункта 3 тех же Правил как элемент натуральной формы обеспечения. Однако подобная форма возмещения не предусмотрена ни одной нормой действующего законодательства и прямо противоречит системному смыслу Правил № 240, Федерального закона № 491-ФЗ и Федерального закона № 181-ФЗ.
Применение в одних правоотношениях элементов правовых режимов нескольких взаимоисключающих форм обеспечения означало бы нарушение принципа правовой определённости, создавало бы неравенство между инвалидами, использующими различные формы обеспечения, и вело бы к необоснованному расходованию бюджетных средств сверх установленных законом лимитов, поскольку государство одновременно несло бы обязательства как в рамках сертификатной формы (выплата номинала), так и в рамках натуральной (оплата транспортных расходов).
Именно поэтому подпункт «е» пункта 5.1 Правил № 240 закрепляет снятие инвалида с учёта по обеспечению техническим средством после реализации сертификата, а абзац восьмой пункта 28 Административного регламента, утверждённого приказом ФСС РФ от 16.05.2019 № 256, прямо предусматривает наличие действующего или реализованного электронного сертификата в качестве безусловного основания для отказа в предоставлении иных государственных услуг по тому же виду обеспечения.
Указанная правовая позиция находит прямое подтверждение в судебной практике высшей судебной инстанции страны.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 15.09.2025 № 77-КГ25-6-К1 сформулировала правовую позицию, согласно которой при выборе инвалидом формы обеспечения техническим средством реабилитации посредством самостоятельного приобретения с использованием электронного сертификата оплата производится в размере, не превышающем предельной стоимости, установленной в сертификате; возможность получения инвалидом за счёт средств бюджета какой-либо компенсации сверх предоставленного номинала нормативными правовыми актами, регулирующими отношения в сфере обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации, не предусмотрена.
Данная позиция также изложена Судебной коллегией в определении от 15.09.2025 № 69-КГ25-11-К7, где Верховный Суд РФ особо подчеркнул, что электронный сертификат является самодостаточным и исчерпывающим объёмом государственной поддержки применительно к данному способу обеспечения, не допускающим дополнения элементами иных форм поддержки.
Упомянутые определения касались требований о компенсации доплаты до фактической стоимости самого технического средства реабилитации, превысившей номинал сертификата, тем не менее правовая логика, лежащая в основе сформулированных позиций, является универсальной и в полной мере применима к требованиям о компенсации транспортных расходов.
В обоих случаях инвалид, добровольно избравший сертификатную форму обеспечения, стремится получить от государства дополнительное возмещение расходов, понесённых им при самостоятельной реализации сертификата: в одном случае – разницы в стоимости изделия, в другом – транспортных издержек.
Принципиальный вывод Верховного Суда состоит в том, что нормативными правовыми актами такое дополнительное возмещение не предусмотрено независимо от его природы.
Именно этот принцип – отсутствие у государства обязательств сверх номинала сертификата при сертификатной форме обеспечения – является мотивом указанных определений и подлежит применению в настоящем деле.
Суд руководствуется данной правовой позицией в соответствии с принципом единства судебной практики.
Доводы прокурора о вынужденном характере поездки ФИО21 в г. Уфу ввиду отсутствия на территории г. Норильска и Таймырского Долгано-Ненецкого муниципального округа организаций, оказывающих услуги по изготовлению протезов, судом исследованы и отклоняются по следующим основаниям.
Суд не ставит под сомнение сам факт географической удалённости г. Норильска и объективного отсутствия на его территории профильных протезно-ортопедических организаций.
Данное обстоятельство является реальным и существенным с точки зрения жизненной ситуации инвалида.
Вместе с тем юридическое значение этого обстоятельства принципиально различается в зависимости от избранной формы обеспечения.
При натуральной форме обеспечения отсутствие профильных организаций в месте жительства инвалида действительно порождает у уполномоченного органа обязанность обеспечить его проезд к месту нахождения организации-исполнителя государственного контракта: именно государство в данном случае определяет поставщика, зачастую расположенного в ином субъекте Российской Федерации, и именно государство должно организовать транспортную доступность данного поставщика для инвалида.
В этом состоит социально-правовой смысл подпунктов «в» и «д» пункта 3 и пункта 12 Правил № 240: государство не вправе возложить на инвалида транспортные издержки, связанные с его следованием к поставщику, которого государство само определило в рамках контрактной системы. Иными словами, при натуральной форме обязанность по оплате проезда обусловлена тем, что и выбор поставщика, и определение его местонахождения находятся в сфере государственного усмотрения.
При сертификатной же форме выбор поставщика – ООО «Орто-Инновации Уфа» в г. Уфе Республики Башкортостан – был осуществлён самим истцом по собственному усмотрению.
Из исковых материалов следует, что ФИО22 являющийся уроженцем Республики Башкортостан, сознательно и последовательно избирал организацию в указанном населенном пункте для протезирования, руководствуясь собственными предпочтениями и мотивами.
Таким образом, поездка в г. Уфу была продиктована не каким-либо правовым предписанием или организационным решением государства, а личным волеизъявлением самого истца.
Использование электронного сертификата, предоставляющего свободу выбора поставщика в любой точке страны, органически сочетается с принятием на себя инвалидом расходов, связанных с реализацией этого выбора. Аргумент о вынужденности поездки подменяет юридически значимую причинно-следственную связь: причиной поездки являлся не отказ государства обеспечить протезирование по месту жительства, а самостоятельное и добровольное решение истца воспользоваться услугами конкретной организации в г. Уфе посредством электронного сертификата.
Существенно и то, что ФИО23. располагал реальной правовой возможностью получить техническое средство реабилитации в натуральной форме и в рамках этой формы добиться от уполномоченного органа обеспечения проезда. Для этого ему необходимо было подать заявление о предоставлении технического средства в натуре, а в случае отказа или бездействия уполномоченного органа – обжаловать соответствующие действия (бездействие) в административном или судебном порядке.
Материалы дела не содержат каких-либо доказательств того, что истец предпринимал попытки реализовать право на получение технического средства реабилитации именно в натуральной форме с выдачей направления, и что в удовлетворении такого заявления ему было незаконно отказано. Напротив, после единственного обращения за проездными документами без одновременной подачи заявления о предоставлении технического средства в натуре ФИО24 избрал альтернативный механизм – электронный сертификат.
Данный выбор был реализован, поставленная цель – получение протезов голени – достигнута. В этой ситуации утверждение о вынужденном характере поведения истца не подтверждается ни фактическими обстоятельствами дела, ни нормами права.
Суд также принимает во внимание, что цель социальной защиты инвалидов, закреплённая в статьях 2, 9 и 10 Федерального закона № 181-ФЗ, – обеспечение инвалида необходимыми техническими средствами реабилитации для преодоления ограничений жизнедеятельности – в данном деле достигнута в полном объёме.
ФИО25 получил рекомендованные ему протезы голени модульные в количестве 2 единиц, соответствующие его индивидуальной программе реабилитации и абилитации.
Оплата технических средств реабилитации произведена за счёт средств федерального бюджета посредством электронного сертификата.
Таким образом, государство в полной мере исполнило принятое на себя обязательство по обеспечению инвалида техническими средствами реабилитации в объёме, предусмотренном избранным способом обеспечения.
Оценивая доводы прокурора о нарушении статьи 39 Конституции РФ, гарантирующей каждому социальное обеспечение в случае инвалидности, суд отмечает следующее.
Конституционная гарантия социального обеспечения реализуется через конкретные законодательные механизмы, определённые федеральными законами и принятыми в их исполнение нормативными правовыми актами Правительства РФ.
Данная гарантия не означает обязанности государства возмещать инвалиду любые расходы, понесённые им в связи с получением технического средства реабилитации, вне зависимости от избранного им способа обеспечения и соответствующего нормативного регулирования.
Конституция РФ устанавливает принцип и объём социальной защиты, конкретизация которых является прерогативой законодателя.
Законодатель, определив несколько альтернативных форм обеспечения и установив различный объём государственных обязательств при каждой из них, действовал в рамках своих конституционных полномочий и не нарушил принцип социального государства.
Довод прокурора о том, что отказ в компенсации проезда ставит ФИО26 в худшее положение по сравнению с инвалидами, получившими технические средства в натуральной форме, не учитывает, что данное различие в объёме государственных обязательств является прямым следствием именно того выбора, который сам инвалид сделал добровольно.
Требование прокурора о возложении на ответчика обязанности выплатить компенсацию в размере 38 136 руб. по своей материально-правовой природе представляет собой требование о взыскании убытков, причинённых действиями государственного органа.
Для удовлетворения подобного требования необходимо доказать совокупность условий, предусмотренных статьями 15 и 1069 ГК РФ: незаконность действий (бездействия) государственного органа или его должностных лиц; наличие и размер вреда (убытков); причинно-следственная связь между незаконными действиями и наступившим вредом.
В настоящем деле ни одно из перечисленных условий не установлено.
ОСФР по Красноярскому краю при отказе в выдаче проездных документов 23.10.2025 и при отказе в компенсации расходов на проезд 23.01.2026 действовал в строгом соответствии с Федеральным законом № 181-ФЗ, Правилами № 240, Федеральным законом от 30.12.2020 № 491-ФЗ и Административным регламентом, утверждённым приказом ФСС РФ от 16.05.2019 № 256.
Незаконность в действиях ответчика судом не установлена.
Транспортные расходы ФИО27 явились прямым следствием его собственного волеизъявления – выбора сертификатной формы обеспечения и самостоятельного определения поставщика в г. Уфе.
Причинно-следственная связь между правомерными действиями ответчика и понесёнными истцом расходами отсутствует.
При установленных обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований прокурора г. Норильска.
ФИО28. добровольно и осознанно избрал способ обеспечения техническим средством реабилитации посредством электронного сертификата, при котором действующим законодательством Российской Федерации компенсация расходов на проезд к месту самостоятельно избранного инвалидом поставщика не предусмотрена. Ответчик при принятии оспариваемого решения от 23.01.2026 действовал в полном соответствии с нормами действующего законодательства. Права ФИО29 на социальную защиту и обеспечение техническими средствами реабилитации нарушены не были: техническое средство реабилитации ему предоставлено в полном объёме в рамках избранной им формы обеспечения.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194–199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований прокурора г. Норильска, действующего в интересах ФИО30, к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю о возложении обязанности предоставить денежную компенсацию расходов на оплату проезда отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий О.М. Боднарчук
Мотивированное решение суда изготовлено 11.06.2026.