РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
16 июня 2026 года г. Норильск
Норильский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Боднарчука О.М., при секретаре судебного заседания Закутской Л.В., с участием прокурора Савченко Н.К., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО7 к Обществу с ограниченной ответственностью «Аэропорт «Норильск» о признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности, формировании премии и увольнении, восстановлении на работе, аннулировании записи в трудовой книжке об увольнении, перерасчете премии, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации за задержку причитающихся выплат и морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО8. (далее - Истец) обратился в суд с иском к ООО «Аэропорт «Норильск» (далее - Ответчик, Работодатель), в котором просит: восстановить пропущенный процессуальный срок на обжалование приказа № АН-09/2912-1-Д от 29.12.2025 о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора и формировании премии; признать незаконным и отменить указанный приказ, обязав Ответчика произвести перерасчёт премии за декабрь 2025 года без учёта понижающего коэффициента 0,35; признать незаконными и отменить приказы о применении дисциплинарных взысканий в виде выговора № АН-09/2702-2-Д от 27.02.2026 и № АН-09/2503-1-Д от 25.03.2026; признать незаконным и отменить приказ № АН-09/0204-3-к от 02.04.2026 о прекращении (расторжении) трудового договора по подп. «в» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ; восстановить его на работе в должности начальника участка аэродромной механизации Службы спецавтотранспорта и аэродромной механизации; обязать Ответчика внести исправления в трудовую книжку; взыскать средний заработок за время вынужденного прогула; взыскать компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.; взыскать проценты за задержку выплат на основании ст. 236 ТК РФ. В обоснование требований Истец указал, что состоял в трудовых отношениях с Ответчиком с 14.11.2022 и с 22.10.2024 переведён на должность начальника участка аэродромной механизации. С декабря 2025 года по март 2026 года в отношении него со стороны руководства оказывалось систематическое психологическое давление с целью понуждения к увольнению, выразившееся в необоснованном привлечении к дисциплинарной ответственности. Истец полагает приказ от 29.12.2025 незаконным, поскольку работодателем нарушен месячный срок привлечения к ответственности, а сам спорный акт о проверке техники корректировался иными сотрудниками. Пропущенный срок на обжалование данного приказа обусловлен уважительными причинами: нахождением Истца на больничном, а также тем, что увольнение 02.04.2026 произошло непосредственно в период течения трёхмесячного срока обжалования, что объективно лишило его возможности своевременно подготовить и подать исковое заявление. Приказы от 27.02.2026 и от 25.03.2026 Истец также считает незаконными ввиду отсутствия в них конкретного описания проступков, надлежащих доказательств вины и нарушения процедуры привлечения к ответственности. В частности, по приказу от 27.02.2026 работодатель не представил письменных доказательств того, что Истец не проводил обучение и инструктажи. По приказу от 25.03.2026 отсутствуют объективные доказательства (акт совместного вскрытия транспортного средства, фото- или видеофиксация содержимого салона), подтверждающие отсутствие аптечки и огнетушителя в автомобиле на момент проверки. Увольнение по подп. «в» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ Истец считает незаконным, поскольку отправка служебного файла на личную почту 03.03.2026 была совершена в состоянии эмоционального срыва в условиях угроз увольнения, без умысла разгласить персональные данные третьим лицам, исключительно для сохранения контактных сведений коллег в целях последующей защиты трудовых прав. Истец указывает, что с Методикой обработки и обеспечения безопасности персональных данных, содержащей прямой запрет на использование личной почты, он был ознакомлен под подпись лишь 18.03.2026, то есть после совершения вменяемых действий.
Истец в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объёме. Дополнительно пояснил, что на момент проведения внеплановой проверки 16.12.2025 ему не была известна претензия к акту от 07.10.2025, поскольку акт подписывался комиссией, итоговый показатель готовности техники (94 %) был внесён в акт не самим Истцом; снижение готовности техники к декабрю 2025 года объяснялось её естественным износом при интенсивной эксплуатации в зимних условиях. Доказательств того, что Истец осознанно вносил заведомо ложные сведения, работодатель не представил. По второму приказу Истец пояснил, что профилактическая работа с персоналом действительно проводилась и подтверждается документально. По третьему приказу - транспортное средство Schmidt Stratos (гараж. № 170) в дни, предшествующие проверке, выходило на линию и допускалось к эксплуатации, что исключает наличие нарушения на момент проверки; гараж закрывается на ключ, доступ посторонних без сопровождения механика исключён, а проверяющий осматривал автомобиль через закрытые стекла без участия ответственных лиц. По увольнению Истец подтвердил, что файл был направлен исключительно на собственный почтовый ящик и третьим лицам не передавался; с Методикой он ознакомлен только 18.03.2026 - после инкриминируемых действий.
Представитель ответчика ООО «Аэропорт «Норильск» Демина Д.А. в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал по доводам письменного отзыва, указав, что порядок и сроки привлечения Истца к дисциплинарной ответственности по всем приказам соблюдены. В отношении приказа от 29.12.2025 просил применить последствия пропуска Истцом трёхмесячного срока на обращение в суд и отказать в иске по данному основанию. По существу увольнения представитель Ответчика пояснил, что отправка персональных данных 158 сотрудников на внешнюю почту nymp@yandex.ru в публичном по себе является нарушением конфиденциальности и разглашением сведений третьим лицам, поскольку доступ к информации получает провайдер почтового сервиса; Истец был ознакомлен с общими обязательствами о неразглашении персональных данных, а умысел для целей применения подп. «в» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ не является обязательным условием ответственности. По приказу от 25.03.2026 представитель Ответчика указал, что факт нарушения подтверждён актом-предписанием уполномоченного специалиста по безопасности дорожного движения, составленным по итогам проверки 21.02.2026; дополнительной фотофиксации и совместного осмотра нормативные акты работодателя не требуют. По приказу от 27.02.2026 - непроведение надлежащей разъяснительной работы подтверждается результатами анонимного опроса работников и протоколами проверки знаний.
Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы гражданского дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.
Судом установлено, что ФИО9. осуществлял трудовую деятельность в ООО «Аэропорт «Норильск» с 14.11.2022 на основании трудового договора от 11.11.2022 № АН-00009/1111-1, первоначально в должности инженера по безопасности движения Службы спецавтотранспорта и аэродромной механизации. С 22.10.2024 на основании дополнительного соглашения Истец переведён на должность начальника участка аэродромной механизации той же службы. Приказом № АН-09/0204-3-к от 02.04.2026 Истец уволен по основанию, предусмотренному пп. «в» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, в связи с однократным грубым нарушением трудовых обязанностей - разглашением охраняемой законом тайны, ставшей известной ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, в том числе разглашением персональных данных других работников. До применения данного взыскания Работодателем были изданы три приказа о применении дисциплинарных взысканий в виде выговора: № АН-09/2912-1-д от 29.12.2025, № АН-09/2702-2-д от 27.02.2026, № АН-09/2503-1-д от 25.03.2026, которые учтены при принятии решения об увольнении.
Согласно ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трёх месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие физическому лицу своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (болезнь, беспомощное состояние и другие).
Судом установлено, что приказ № АН-09/2912-1-Д издан 29.12.2025. Исковое заявление подано 21.04.2026, то есть с пропуском установленного законом трёхмесячного срока.
Оценивая уважительность причин пропуска данного срока, суд учитывает следующие обстоятельства в их совокупности: нерабочие праздничные дни в указанный период существенно сократили фактическое время для подготовки и подачи иска; нахождение Истца на листке нетрудоспособности с 02.03.2026 по 16.03.2026 в связи с обострением заболевания на фоне стресса подтверждает психоэмоциональное состояние Истца в период течения срока; увольнение Истца 02.04.2026 произошло непосредственно в пределах трёхмесячного срока обжалования первого приказа. Данное обстоятельство, сопряжённое с эмоциональным потрясением и ухудшением состояния здоровья на фоне затяжного конфликта с работодателем, объективно лишило Истца возможности своевременно подготовить и направить исковое заявление по первому приказу.
Данный вывод согласуется с неоднократно выраженной правовой позицией Верховного Суда РФ, согласно которой перечень уважительных причин пропуска срока, содержащийся в ст. 392 ТК РФ, не является исчерпывающим; оценивая уважительность причин, суд обязан исследовать всю совокупность обстоятельств, включая недобросовестное поведение работодателя и создание им психотравмирующей ситуации. Факт незаконного увольнения работника, совершённый в период течения срока на оспаривание предыдущих взысканий, представляет собой экстраординарное обстоятельство, объективно парализующее возможность работника по своевременному обращению в суд за защитой иных нарушенных прав, что является безусловным основанием для восстановления пропущенного срока.
При таких обстоятельствах суд находит причины пропуска процессуального срока уважительными и считает необходимым восстановить Истцу пропущенный срок для обжалования приказа № АН-09/2912-1-Д от 29.12.2025.
Рассматривая требования об оспаривании приказа № АН-09/2912-1-Д от 29.12.2025 «О применении дисциплинарного взыскания и формировании премии» по существу, суд приходит к следующему.
Основанием для издания приказа послужила служебная записка начальника Службы спецавтотранспорта и аэродромной механизации от 17.12.2025, из которой следует, что Истец предоставил, по мнению работодателя, некорректный акт о проверке спецавтотранспорта и средств механизации от 07.10.2025 № АН-02/004-акт, согласно которому коэффициент готовности техники к работе в осенне-зимний период 2025-2026 годов составляет 94 %, тогда как по результатам внеплановой проверки от 16.12.2025 готовность техники составила лишь 63,2 % от необходимого количества. Работодатель квалифицировал указанные действия как нарушение подп. 7.1.1 п. 7.1 раздела 7 Правил внутреннего трудового распорядка (далее - ПВТР), а также подпунктов 2.1.2, 2.1.24 п. 2.1 раздела 2 должностной инструкции начальника участка аэродромной механизации - в части ненадлежащего обеспечения нормативной исправности и технической подготовки аэродромной механизации к осенне-зимней навигации.
В качестве меры дисциплинарного взыскания Истцу объявлен выговор, а размер персональной надбавки за декабрь 2025 года снижен путём применения понижающего коэффициента 0,35 ко всем показателям премирования.
Из материалов дела следует, что указанный акт от 07.10.2025 был составлен и подписан комиссионно.
Комиссия в октябре 2025 года зафиксировала и подтвердила готовность техники на уровне 94 %.
При этом из представленного Истцом проекта акта и из его объяснений, не опровергнутых Ответчиком надлежащими доказательствами, следует, что проект акта был подготовлен Истцом без указания итогового процентного показателя; пункт 4 акта, содержащий вывод о готовности техники на уровне 94 %, был внесён уже в итоговой вариант документа, подписанный комиссией.
Вместе с тем, дисциплинарное взыскание применено исключительно к Истцу, тогда как иные члены комиссии, участвовавшие в составлении акта, к ответственности привлечены не были.
Доказательств, свидетельствующих о личной вине Истца в предоставлении, по доводам Ответчика, заведомо недостоверных сведений, последний суду не представил.
Выявление неисправности техники в декабре 2025 года, спустя более двух месяцев её интенсивной эксплуатации в сложных зимних условиях, может свидетельствовать о естественном выходе оборудования из строя в процессе работы, а не о виновных действиях Истца при составлении акта в октябре 2025 года.
По смыслу правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 03.08.2020 № 86-КГ20-1-К2, дисциплинарная ответственность работника носит персонифицированный характер и наступает исключительно за виновное неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на него трудовых обязанностей.
Привлечение работника к дисциплинарной ответственности за ухудшение технических параметров эксплуатируемого оборудования при отсутствии доказательств совершения им конкретных противоправных действий (бездействия), повлёкших такие последствия, не допускается: технический износ и поломка оборудования в процессе нормальной хозяйственной деятельности относятся к категории предпринимательского риска работодателя. В соответствии с ч. 5 ст. 192 ТК РФ при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть проступка и обстоятельства его совершения.
Кроме того, окончательно акт подписывался комиссией, тогда как взыскание применено исключительно к Истцу, что свидетельствует об избирательном и субъективном подходе работодателя.
При таких обстоятельствах приказ от 29.12.2025 подлежит признанию незаконным и отмене, а Ответчик обязан произвести перерасчёт премии за декабрь 2025 года без учёта понижающего коэффициента 0,35.
Также признавая незаконным приказ № АН-09/2702-2-Д от 27.02.2026 о применении к Истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора за ненадлежащее проведение разъяснительной работы и обучения персонала, суд исходит из отсутствия надлежащих доказательств совершения вменяемого проступка.
В соответствии с данным приказом Истцу вменено нарушение подп. 7.1.1 п. 7.1 раздела 7 ПВТР, а также подпунктов 2.1.1, 2.1.3, 2.1.58 п. 2.1 раздела 2 должностной инструкции.
Согласно названным положениям должностной инструкции начальник участка обязан планировать, организовывать и контролировать работу участка с учётом специфики авиационного предприятия; проводить мероприятия по предотвращению дорожно-транспортных происшествий и задержек вылетов; вести систематическую разъяснительную работу по вопросам охраны труда, промышленной безопасности и стандартов.
Работодатель указал, что при проведении внеплановой проверки в период с 05.02.2026 по 15.02.2026 было установлено, что занятия с персоналом по подготовке к осенне-зимнему периоду проводились формально, а опрос работников выявил недостаточный уровень их теоретической подготовки.
Между тем Ответчиком в материалы дела не представлено письменных доказательств того, что Истец уклонялся от проведения занятий или проводил их заведомо формально.
Представленные работодателем анонимные бланки опроса сотрудников не могут быть признаны допустимыми доказательствами в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ: они не позволяют идентифицировать личность опрашиваемых, не содержат дат и обстоятельств составления, а потому не могут быть проверены судом на достоверность.
Анонимные сведения, полученные в ходе внутренних опросов (анкетирований) работодателя, не отвечают процессуальным критериям относимости, допустимости и достоверности, поскольку исключают возможность проверки личности источника, мотивов его высказываний, а также лишают работника права на проверку сведений в порядке состязательного судопроизводства; в связи с чем указанные документы не могут быть положены в основу судебного акта.
Напротив, в комиссионном акте готовности Службы к работе в осенне-зимний период 2025-2026 годов от 30.09.2025 № АН-24-01/144, подписанном с участием Истца, проведение теоретической и практической подготовки персонала подтверждено самим работодателем, что опровергает доводы Ответчика о ненадлежащем исполнении Истцом соответствующих обязанностей.
Кроме того, оспариваемый приказ не содержит конкретного описания дисциплинарного проступка: в нём не указаны дата, время и место совершения нарушения, не описаны конкретные действия или бездействие Истца, что является нарушением требований статей 192, 193 ТК РФ и пунктов 34, 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17.03.2004, в этой связи приказ от 27.02.2026 подлежит признанию незаконным и отмене.
Оценивая законность приказа № АН-09/2503-1-Д от 25.03.2026 о применении взыскания в виде выговора за допуск к эксплуатации транспортного средства Schmidt Stratos B60 (гаражный номер 170) без аптечки и огнетушителя, суд также приходит к выводу об отсутствии доказательств вины Истца.
В соответствии с данным приказом Истцу вменено нарушение п. 1.5 раздела 1 «Общие положения», подпунктов 2.1, 2.1.4, 2.1.6, 2.1.10, 2.1.12 п. 2.1 раздела 2 должностной инструкции и подп. 7.1.1 п. 7.1 ПВТР.
Названные положения возлагают на начальника участка обязанности по обеспечению технически правильной эксплуатации аэродромной механизации, её нормативной исправности и надёжности; организации и контролю выпуска подвижного состава на линию в соответствии с утверждённым технологическим графиком.
Основанием для приказа послужил акт-предписание от 21.02.2026 № АН-07/2026, составленный главным специалистом по безопасности дорожного движения по результатам проверки 20.02.2026.
Вместе с тем в материалах дела отсутствуют объективные доказательства, подтверждающие факт отсутствия аптечки и огнетушителя в указанном транспортном средстве на момент проверки.
Из объяснений Истца и материалов дела следует, что проверка проводилась специалистом по безопасности дорожного движения самостоятельно, в отсутствие механика или водителя; фактический осмотр внутреннего содержимого салона производился через закрытые стекла запертого автомобиля.
Акт совместного вскрытия транспортного средства, фото- или видеофиксация содержимого салона при открытых дверях суду не представлены.
Из пояснений Истца, не опровергнутых Ответчиком, следует, что транспортное средство Schmidt Stratos B60 в дни, предшествующие проверке, допускалось к выезду на линию и проходило предрейсовый технический контроль; по окончании смены автомобиль убирается в гараж, который запирается на ключ, доступ посторонних лиц без сопровождения механика исключён. Следовательно, возможность визуального осмотра через стекло не гарантирует достоверности выводов проверяющего лица.
Фиксация факта совершения дисциплинарного проступка не может основываться на предположениях и визуальных догадках проверяющих лиц; работодатель обязан представить бесспорные, прямые и объективные доказательства совершения нарушения, исключающие любые разумные сомнения.
Проведение визуальной проверки закрытого транспортного средства через стекло, без составления комиссионного акта осмотра внутреннего содержимого салона с участием водителя или ответственного лица, не отвечает стандартам доказывания в трудовых спорах и свидетельствует о недоказанности состава вменяемого проступка.
Поскольку факт проступка документально не подтверждён, приказ от 25.03.2026 является незаконным и подлежит отмене.
Рассматривая требования Истца о признании незаконным увольнения по подп. «в» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи с однократным грубым нарушением - разглашением охраняемой законом тайны, персональных данных другого работника, суд руководствуется следующим.
Основанием для увольнения послужило то, что 03.03.2026, находясь на листке нетрудоспособности (с 02.03.2026 по 16.03.2026), при наличии удалённого доступа к рабочему месту, Истец направил по открытым каналам передачи данных сети «Интернет» на личный электронный адрес в публичном домене файл, содержащий персональные данные 158 сотрудников Службы спецавтотранспорта и аэродромной механизации (ФИО, табельный номер, дата приёма на работу, дата рождения, СНИЛС, адрес регистрации и проживания, пол, профессия, паспортные данные, данные об образовании, сведения о 173 членах семей сотрудников), а также сводные данные о состоянии парка спецавтотехники.
Работодатель квалифицировал указанные действия как нарушение подп. «в» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, п. 6.1 раздела 6 и п. 4.13 раздела 4 должностной инструкции начальника участка, а также Обязательства работника об обеспечении конфиденциальности и безопасности персональных данных от 01.01.2025.
В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлении от 26.10.2017 № 25-П, отправка работником информации со служебной почты на личный адрес электронной почты может рассматриваться как нарушение режима конфиденциальности лишь в том случае, если обладатель информации принял - либо в силу нормативных предписаний, либо в рамках своих прерогатив как обладателя - все необходимые меры против несанкционированного доступа к соответствующей информации третьих лиц, включая прямой запрет на её отправку на личный адрес электронной почты, о чём это лицо было поставлено в известность. Если же обладатель информации безразлично относился к её дальнейшей правовой судьбе и не принимал мер по предотвращению выхода информации из-под своего контроля, правовых оснований для квалификации пересылки в качестве нарушения не имеется.
Судом установлено, что отправка файла с персональными данными была осуществлена Истцом 03.03.2026.
При этом в материалах дела отсутствуют доказательства того, что на указанную дату Истец был надлежащим образом ознакомлен с локальным нормативным актом, устанавливающим прямой запрет на пересылку рабочих файлов, содержащих персональные данные, на внешние почтовые серверы.
С Методикой обработки и обеспечения безопасности персональных данных, утверждённой распоряжением генерального директора от 06.06.2025 № АН/013-р, п. 2.1 Правил и способов передачи персональных данных (Приложение Д) которой прямо запрещает передавать пользователям персональные данные с использованием личной электронной почты в публичных доменах, Истец был ознакомлен под подпись лишь 18.03.2026, то есть спустя две недели после совершения инкриминируемых действий.
При этом именно нарушение истцом требований данной методики отражено в акте о фиксации факта передачи информации от 05.03.2026 как основание для последующего привлечения Истца к дисциплиной ответственности.
Ранее подписанные Истцом документы - обязательство от 01.01.2025 об обеспечении конфиденциальности и безопасности персональных данных, трудовой договор, согласие на обработку персональных данных - содержали общие положения о неразглашении сведений ограниченного доступа, однако не содержали прямого, конкретного и однозначного запрета на использование личных адресов электронной почты для хранения рабочих файлов.
Такой запрет возник для Истца как персонально доведённое требование лишь после его ознакомления с Методикой 18.03.2026.
Суд также принимает во внимание, что Работодатель как оператор персональных данных в силу ст. 19 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» обязан принимать необходимые правовые, организационные и технические меры для защиты данных от неправомерного доступа. Вместе с тем Ответчик, предоставив Истцу удалённый доступ к рабочему месту в период его нахождения на листке нетрудоспособности, не обеспечил надлежащих технических мер контроля (систем предотвращения утечек информации, веб-фильтров, блокировки исходящей почты на внешние домены), которые исключали бы саму возможность пересылки файлов с персональными данными во внешнюю среду. Отсутствие таких мер при одновременном предоставлении работнику удалённого доступа к служебным компьютерам свидетельствует о ненадлежащем исполнении Работодателем собственных обязанностей по обеспечению безопасности персональных данных и исключает возможность возложения всей полноты ответственности за техническую пересылку данных исключительно на работника.
Судом не установлено признаков умышленного разглашения или передачи персональных данных третьим лицам. Файл был направлен исключительно на личный почтовый ящик самого Истца. Корыстная или иная противоправная цель отсутствовала. Доказательств того, что Истец передавал, демонстрировал или иным образом делал файл доступным третьим лицам, Ответчиком не представлено. Действия Истца были мотивированы необходимостью сохранения контактных сведений коллег в условиях затяжного трудового конфликта и угроз увольнения - для последующего привлечения сотрудников в качестве свидетелей при защите трудовых прав в суде.
Доводы Ответчика о том, что пересылка файла на адрес в публичном домене автоматически означает получение доступа к информации провайдером почтового сервиса, а следовательно - её разглашение третьим лицам, суд отклоняет.
Из постановления Конституционного Суда РФ от 26.10.2017 № 25-П прямо следует, что правообладатель интернет-сервиса, посредством которого осуществляются передача и хранение электронных сообщений, не приобретает статуса обладателя информации, содержащейся в этих сообщениях, и, следовательно, не вправе разрешать или ограничивать доступ к ней. Обязанность хранения сообщений не предполагает права доступа к их содержимому в понимании законодательства об информации. При этом почтовый сервис работает в автоматизированном режиме без участия физических лиц, серверы расположены на территории Российской Федерации, данные за пределы РФ не выходили, доказательств иного Ответчик не представил. Самого по себе технического факта хранения данных на серверах почтового провайдера - в отсутствие доказательств фактического доступа конкретных физических лиц к файлу - недостаточно для вывода о разглашении персональных данных третьим лицам в значении подп. «в» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.
Кроме того, суд принимает во внимание, что все три ранее применённых к Истцу дисциплинарных взыскания признаны настоящим решением незаконными. Их наличие не может учитываться при оценке предшествующего поведения Истца как отягчающего обстоятельства, поскольку они были применены с нарушением требований трудового законодательства.
Ответчик не учел репутацию Истца в коллективе, подтверждённую коллективным обращением в его поддержку, подписанным 92 работниками Службы спецавтотранспорта и аэродромной механизации, в том числе теми сотрудниками, чьи персональные данные содержались в пересланном файле.
В указанном письме работники коллективно подтвердили, что Истец исполняет должностные обязанности добросовестно, качественно и в полном объёме, фактов бездействия, уклонения от решения производственных вопросов или некомпетентности со стороны Истца за весь период работы ими не замечено.
Согласно ч. 5 ст. 192 ТК РФ и п. 53 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17.03.2004 при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть проступка, обстоятельства его совершения, предшествующее поведение работника и его отношение к труду.
Применение крайней меры - увольнения - при отсутствии умысла на разглашение данных третьим лицам, при доказанном отсутствии реального вреда, при наличии положительной характеристики и в условиях признания незаконности всех предыдущих взысканий, является несоразмерным совершённому проступку и противоречит принципам справедливости, равенства и гуманизма, вытекающим из статей 1, 2, 15, 17-19, 54 и 55 Конституции РФ.
На основании изложенного приказ № АН-09/0204-3-к от 02.04.2026 подлежит отмене, а Истец - восстановлению на работе с 03.04.2026.
В силу ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться, в том числе при незаконном увольнении.
Период вынужденного прогула Истца составляет с 03.04.2026 по дату вынесения решения суда - 18.06.2026.
Средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула исчислен на основании постановления Правительства РФ от 24.12.2007 № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», исходя из среднедневного заработка и количества рабочих дней вынужденного прогула.
На основании представленного Истцом расчёта, проверенного судом и признанного арифметически верным, с Ответчика в пользу Истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула в размере 601 874,50 руб.
Поскольку судом не установлено факта нарушения сроков выплаты начисленной, но не выплаченной заработной платы в рамках текущих трудовых отношений, а взыскание среднего заработка за время вынужденного прогула и перерасчёт премии производятся на основании настоящего решения, правовые основания для применения ст. 236 ТК РФ отсутствуют.
В удовлетворении требований о взыскании процентов за задержку выплат надлежит отказать.
В случае неисполнения Ответчиком настоящего решения в установленные законом сроки Истец не лишён права предъявить соответствующее требование в рамках отдельного производства.
В соответствии со статьями 237 и 394 ТК РФ в случаях незаконного увольнения или незаконного привлечения к дисциплинарной ответственности суд вправе взыскать в пользу работника компенсацию морального вреда.
Учитывая характер допущенных Работодателем нарушений, степень перенесённых Истцом нравственных и физических страданий, вызванных незаконным лишением работы, систематическим психологическим давлением на протяжении четырёх месяцев, принципы разумности и справедливости, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда в 15 000 руб. Заявленный Истцом размер компенсации в 300 000 руб. суд признаёт соответствующим фактическим обстоятельствам дела.
В соответствии со статьёй 103 ГПК РФ и статьёй 333.19 НК РФ с Ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета. Истец освобождён от уплаты государственной пошлины на основании ст. 393 ТК РФ и подп. 1 п. 1 ст. 333.36 НК РФ.
Суд взыскивает с Ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 32 037 руб., из которых: 17 037 руб. - пошлина за удовлетворённое имущественное требование о взыскании среднего заработка (15 000 руб. + 2 % от суммы, превышающей 500 000 руб.), и 15 000 руб. - за пять удовлетворённых неимущественных требования (оспаривание трёх приказов о выговорах, одного приказа об увольнении и взыскании компенсации морального вреда - по 3 000 руб. за каждое требование).
В силу ст. 211 ГПК РФ и ст. 396 ТК РФ решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО10 удовлетворить частично.
Признать незаконным и отменить приказ Общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт «Норильск» № АН-09/2912-1-д от 29.12.2025 «О применении дисциплинарного взыскания и формировании премии» в отношении ФИО11
Обязать Общество с ограниченной ответственностью «Аэропорт «Норильск» произвести перерасчет персональной надбавки ФИО12 за декабрь 2025 года без учета понижающего коэффициента, равного 0,35, примененного ко всем показателям премирования на основании приказа Общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт «Норильск» № АН-09/2912-1-д от 29.12.2025.
Признать незаконными и отменить приказы Общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт «Норильск» № АН-09/2702-2-д от 27.02.2026, № АН-09/2503-1-д от 25.03.2026 «О применении дисциплинарного взыскания» в отношении ФИО13
Признать незаконным и отменить приказ Общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт «Норильск» № АН-09/0204-3-к от 02.04.2026 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ФИО14.
Восстановить ФИО15 на работе в Обществе с ограниченной ответственностью «Аэропорт «Норильск» в должности начальника участка аэродромной механизации Службы спецавтотранспорта и аэродромной механизации с 03.04.2026.
Обязать Общество с ограниченной ответственностью «Аэропорт «Норильск» внести в трудовую книжку ФИО16 запись о признании недействительной записи о расторжении трудового договора 02.04.2026 по подп. «в» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт «Норильск» (ИНН 2457067174) в пользу ФИО17 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 03.04.2026 по 16.06.2026 в размере 601 874,50 руб. и компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.
В удовлетворении исковых требований ФИО18 к Обществу с ограниченной ответственностью «Аэропорт «Норильск» о взыскании процентов за задержку выплаты заработной платы на основании ст. 236 ТК РФ - отказать.
Решение суда в части восстановления ФИО19 на работе обратить к немедленному исполнению.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт «Норильск» (ИНН 2457067174) в доход местного бюджета муниципального образования г. Норильск государственную пошлину в размере 32 037 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий О.М. Боднарчук
Мотивированное решение изготовлено 18.06.2026.