ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Омский районный суд Омской области в составе судьи Бессчетновой Е.Л., при секретаре судебного заседания Девдариани О.М., с участием старшего помощника прокурора Омского района Стороженко В.Ю., рассмотрев в городе Омске в открытом судебном заседании 10 марта 2026 года гражданское дело по исковому заявлению Храпова В.А. <данные изъяты>), Храповой О.С. (<данные изъяты>) к Гиндеру Г.В. (<данные изъяты>) о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Храпов В.А., Храпова О.С. обратились в Омский районный суд Омской области с исковым заявлением к Гиндеру Г.В. о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда, указав, что 20 сентября 2024 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, принадлежащего Храпову В.А., находящегося под управлением Храповой О.С., и автомобиля <данные изъяты>, под управлением Гиндера Г.В., который нарушил Правила дорожного движения Российской Федерации и был привлечен к административной ответственности. В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю истца причинены механические повреждения, разница между рыночной стоимостью автомобиля и стоимостью остатков составляет 1 118 863 рублей 26 копеек. Постановлением старшего инспектора по ИАЗ ОМВД России по Омскому району старшего лейтенанта полиции Мартынова А.О. от 24 сентября 2024 года Гиндер Геннадий Валерьевич признан виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку допустил нарушение пункта 9.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. В результате причиненных по вине ответчика травм супруги В. и О получили множественные ушибы, неоднократно посещали врачей. Также доход супруга напрямую зависит от наличия личного транспорта и семья на период до возмещения убытков ответчиком лишилась главного источника заработка. Кроме того, в результате причиненного здоровью вреда истцу пришлось нести дополнительные расходы в виде покупки лекарств, бандажей и иных средств лечения, на сумму 3 456 рублей 46 копеек. В период проведения лечения супруги испытали и испытывают массу неудобств и страданий. У обоих супругов появилась <данные изъяты>. Появились трудности с ведением домашнего хозяйства. Временная потеря источника заработка, проблемы со здоровьем, затраты на лечение, необходимость ежемесячных выплат по кредиту и за коммунальные сильно отразились на их финансовом положении. На основании чего истцы считают, что им причинен моральный вред, а именно физические страдания, вред здоровью, который оценивают в размере 100 000 рублей, каждый. Ответчик после дорожно-транспортного происшествия не интересовался их судьбой, состоянием здоровья, не выразил свои извинения, не предпринял попыток загладить причиненный вред в какой-либо форме. Просят взыскать с Гиндера Г.В. в пользу Храпова В.А. материальный ущерб в размере 1 118 863 рублей 26 копеек, расходы на проведение автотехнической экспертизы в размере 20 000 рублей, расходы на лечение в размере 3 456 рублей 46 копеек, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей; взыскать с Гиндера Г.В. в пользу Храповой О.С. компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей; взыскать с ответчика расходы по оплате государственной пошлины.
Истец Храпов В.А. в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить.
Истец Храпова О.С. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить.
Ответчик Гиндер Г.В. в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще.
На основании статьи 233 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика в порядке заочного производства.
Выслушав истцов, старшего помощника прокурора Омского района Омской области Стороженко В.Ю., полагавшего требования о возмещении расходов на лечение подлежащими частичному удовлетворению, требования о взыскании морального вреда подлежащими удовлетворению, и оставившего разрешение вопроса о сумме компенсации морального вреда на усмотрение суда, суд приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что 20 сентября 2024 года в 23-35 часов на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, под управлением Храповой О.С., и автомобиля <данные изъяты>, под управлением Гиндера Г.В..
Определением ИДПС ОВ ДПС Госавтоинспекции ОМВД России по Омскому району № от 21 сентября 2024 года возбуждено дело об административном правонарушении и проведении административного расследования.
Согласно материалам дела об административном правонарушении и проведении административного расследования Гиндер Г.В. от дачи объяснений отказался.
Постановлением старшего инспектора по ИАЗ отдела Госавтоинспекции ОМВД России по Омскому района по делу об административном правонарушении № от 24 сентября 2024 года Гиндер Г.В. привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (Нарушение правил расположения транспортного средства на проезжей части дороги, встречного разъезда, а равно движение по обочинам или пересечение организованной транспортной или пешей колонны либо занятие места в ней), ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 1 500 рублей.
Из протокола осмотра места происшествия от 21 сентября 2024 года следует, что у автомобиля <данные изъяты>, поврежден капот, передний бампер, два передних крыла, скрытые повреждения.
Постановлением старшего инспектора по ИАЗ отдела Госавтоинспекции ОМВД России по Омскому района по делу об административном правонарушении № от 05 ноября 2024 года производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшего; Нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего) в отношении Гиндера Г.В. было прекращено по пункту 3 части 1.1 статьи 29.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (Постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении выносится в случае прекращения производства по делу и передачи материалов дела прокурору, в орган предварительного следствия или в орган дознания в случае, если в действиях (бездействии) содержатся признаки преступления) в связи с причинением тяжкого вреда здоровью пассажира Л.Н.С.
В ходе проведения административного расследования экспертом 4 отдела экспертно-криминалистического центра УМВД России по Омской области Щ.И.В. подготовлено заключение эксперта № от 26 августа 2025 года, согласно которому анализ данных о вещной обстановке на месте происшествия, с учетом результатов проведенного исследования, позволяет сделать вывод о том, что имеющихся исходных данных недостаточно для определения места столкновения транспортных средств в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации.
При исследовании механизма встречного столкновения существенное значение имеет установление того, на «чьей» полосе произошло столкновение и какие полосы занимали при этом транспортные средства.
Анализ данных о вещной обстановке на месте происшествия, с учетом механизма взаимодействия транспортных средств при столкновении, позволяет сделать вывод о том, что в рассматриваемом случае в процессе сближения транспортных средств (непосредственно перед столкновением) автомобиль «<данные изъяты>» двигался с заездом на полосу встречного движения. Автомобиль «<данные изъяты> двигался по своей полосе движения без выезда на встречную полосу. Движение автомобиль <данные изъяты> с заездом на полосу встречного движения подтверждается взаимным расположением транспортных средств в момент первоначального контактирования.
Отсутствие на проезжей части места происшествия следов колес транспортных средств, обуславливает невозможность определить экспертным путем более точных координат места столкновения автомобилей <данные изъяты> и их взаимное расположение, относительно границ проезжей части.
В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации при заданных исходных данных водитель автомобиля <данные изъяты>, не располагал технической возможностью остановить транспортное средство до места столкновения путем применения экстренного торможения в заданный момент возникновения опасности (момент выезда автомобиля <данные изъяты>» на полосу движения автомобиля <данные изъяты>») при заданной скорости движения автомобиля, в случае если в этот момент расстояние между транспортными средствами составляло 28,5 метров.
При развитии данной дорожно-транспортной ситуации, в соответствии с обозначенными в ходе исследования условиями, с экспертной точки зрения водителю автомобиля <данные изъяты>» надлежало руководствоваться требованиями абзаца 1 пункта 9.4 с учетом абзаца 1 пункта 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации.
Водитель автомобиля <данные изъяты>, в рассматриваемой дорожной ситуации, должен был руководствоваться требованиями абзаца 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.
Согласно абзацу 1 пункта 9.4 Правил дорожного движения Российской Федерации вне населенных пунктов, а также в населенных пунктах на дорогах, обозначенных знаком 5.1 или 5.3 или где разрешено движение со скоростью более 80 км/ч, водители транспортных средств должны вести их по возможности ближе к правому краю проезжей части. Запрещается занимать левые полосы движения при свободных правых.
В соответствии с абзацем 1 пункта 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
Как предусмотрено абзацем 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
По сведениям МОТН и РАС Госавтоинспекции УВМД России по Омской области на дату дорожно-транспортного происшествия 20 сентября 2024 года автомобиль <данные изъяты>, принадлежал Храпову В.А.
Регистрация автомобиля ВАЗ 21099, государственный регистрационный знак Т116ВТ55, была прекращена 26 марта 2023 года по заявлению владельца Р.Н.В.
Из ответа АО «НСИС» следует, что в АИС страхования отсутствует информация о договорах ОСАГО заключенных в отношении автомобиля <данные изъяты>
Согласно статье 1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» № 40-ФЗ от 25 апреля 2002 года договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств - договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). Договор обязательного страхования заключается в порядке и на условиях, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, и является публичным.
В силу части 1 статьи 4 вышеназванного закона владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.
В судебном заседании установлено, что гражданская ответственность виновника дорожно-транспортного происшествия Гиндера Г.В. на момент дорожно-транспортного происшествия в силу требований статьи 4 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» № 40-ФЗ от 25 апреля 2002 года не была застрахована.
Учитывая, что на момент дорожно-транспортного происшествия автогражданская ответственность ответчика не была застрахована в установленном законом порядке, истец Храпов В.А., являющийся собственником транспортного средства <данные изъяты>, обратился в суд с требованиями о возмещении материального ущерба.
Таким образом, оценив представленные сторонами доказательства в совокупности, в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что причиной столкновения транспортных средств явилось нарушение ответчиком Правил дорожного движения Российской Федерации, что привело к столкновению с транспортным средством, принадлежащим Храпову В.А.. Указанное нарушение находилось в прямой причинной связи с наступившим вредом, который ответчик был в состоянии предотвратить.
Действия ответчика находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, а именно, материальным ущербом, причиненным истцу как собственнику транспортного средства <данные изъяты>
Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
Положениями пункта 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.
В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. В случае причинения реального ущерба под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.
Закрепленный в вышеуказанной норме закона принцип полной компенсации причиненного ущерба подразумевает, что возмещению подлежат любые материальные потери потерпевшей стороны, однако возмещение убытков не должно обогащать ее.
Указанный основополагающий принцип осуществления гражданских прав закреплен также и положениями статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которых не допускается злоупотребление правом.
Защита права потерпевшего посредством полного возмещения вреда, предполагающая право потерпевшего на выбор способа возмещения вреда, должна обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего, но не приводить к неосновательному обогащению последнего.
Согласно пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
В силу положений пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть лицом, виновным в его причинении.
Согласно пункту 6 статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.
Как разъяснено в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.
Для целей возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, используется понятие «владелец источника повышенной опасности» и приводится перечень законных оснований владения транспортным средством (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). Этот перечень не является исчерпывающим.
При этом в понятие «владелец» не включаются лишь лица, управляющие транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.
Таким образом, исходя из положений вышеприведенных правовых норм и разъяснений в их взаимосвязи, незаконным владением транспортным средством должно признаваться противоправное завладение им.
Остальные основания наряду с прямо оговоренными в Гражданском кодексе Российской Федерации, ином федеральном законе, следует считать законными основаниями владения транспортным средством.
Как ранее установлено в судебном заседании, автомобиль <данные изъяты>, на дату дорожно-транспортного происшествия принадлежал Гиндеру Г.В., и именное его непосредственными действиями причинен ущерб истцу.
При таких обстоятельствах, учитывая положения законодательства и установленные судом фактические обстоятельства, Гиндер Г.В. является надлежащим ответчиком по настоящему делу.
С учетом изложенного, исходя из совокупности указанных выше норм права, истец не лишен права в полном объеме возместить ущерб за счет причинителя вреда - ответчика.
По заказу Храпова В.А. ООО «АвтоОценка» подготовлено экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому расчетная стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты> составляет 2 251 205 рублей.
Размер затрат на проведение восстановительного ремонта с учетом износа заменяемых деталей составляет 1 026 643 рубля.
Рыночная стоимость автомобиля <данные изъяты> составляет 1 401 060 рублей.
Стоимость годных остатков транспортного средства <данные изъяты>, годных для дальнейшего использования составляет 282 196 рублей 74 копейки.
В указанном случае способом возмещения реального ущерба является возмещение рыночной стоимости автомобиля, с учетом стоимости годных остатков.
Ответчик в судебное заседание не явился, возражений относительно заявленных исковых требований не представил, в связи с чем суд полагает требования истца о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, в размере 1 118 863 рубля 26 копеек (1 401 060-282 196,74) рублей подлежащими удовлетворению.
Истцами заявлены требования о компенсации морального вреда.
В силу пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 изложено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2001 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суд в совокупности оценивает конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотносит их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учитывает заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление баланса интересов сторон.
Как указано выше, истцы передвигались на автомобиле <данные изъяты>, который в результате дорожно-транспортного происшествия съехал в кювет.
Из медицинской карты БУЗОО «Городская клиническая больница № 1 им Кабанова А.Н.» следует, что 21 сентября 2024 года в 03-10 часов Храпов В.А. доставлен в приемное отделение <данные изъяты>. Со слов пациента, он пострадал в дорожно-транспортном происшествии 20 сентября 2024 года. Установлен диагноз: <данные изъяты>
В ходе проведения административного расследования определением старшего инспектора по ИАЗ ОМВД России по Омскому району старшего лейтенанта полиции Мартынова А.О. назначена судебно-медицинская экспертиза.
Согласно заключению эксперта БУЗОО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 31 октября 2024 года у Храпова В.А. согласно представленной медицинской документации обнаружены повреждения: <данные изъяты>. Данные повреждения, как каждое в отдельности, так и в совокупности вреда здоровью не причинили (пункт 9 медицинских критериев, установленных приказом МЗ и СР РФ от 24 апреля 2008 года №194Н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека»), могли возникнуть от действия тупых твердых предметов, чем моги быть выступающие части салона автотранспортного средства при ДТП. Определить давность образования данных повреждений, не представляется возможным, в связи с неполным морфологическим описанием их в предоставленных мед. документах.
Диагноз «<данные изъяты>», объективного клинического подтверждения, в представленной мед. документации не нашел, основывается на субъективных жалобах пострадавшего, поэтому при квалификации вреда здоровью во внимание не принимался (пункт 27 медицинских критериев, установленных приказом МЗ и СР РФ от 24 апреля 2008 года №194Н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека»).
Диагноз «<данные изъяты>», объективного клинического и инструментального (по данными электронейромиографии) подтверждения, в представленной мед. документации не нашел, основывается на субъективных жалобах пострадавшего, поэтому при квалификации вреда здоровью во внимание не принимался (пункт 27 медицинских критериев, установленных приказом МЗ и СР РФ от 24 апреля 2008 года №194Н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека»).
Согласно заключению эксперта БУЗОО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № 6843 от 24 октября 2024 года у Храповой О.С. повреждение в виде <данные изъяты> вреда здоровью не причинили (пункт 9 медицинских критериев, установленных приказом МЗ и СР РФ от 24 апреля 2008 года №194Н). Могло образоваться от действия тупого твердого предмете, в том числе выступающих частей салона транспортного средства при ДТП. Срок образования повреждения не противоречит указанному в предварительных сведениях.
Диагноз «<данные изъяты>» объективными клиническими и инструментальными данными в представленной медицинской документации не подтвержден (в том числе не проведено <данные изъяты>) поэтому при квалификации вреда здоровью во внимание не принимается (пункт 27 медицинских критериев, установленных приказом МЗ и СР РФ от 24 апреля 2008 года №194Н).
Из искового заявления и пояснений истцов, данных в судебном заседании, следует, что в результате дорожно-транспортного происшествия они испытали боль и страх.
Согласно пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).
В связи с этим законом охраняются как имущественные права человека и гражданина, так и его неимущественные права и принадлежащие ему нематериальные блага.
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.
Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел федеральным законодательством не предусматриваются, следовательно, в каждом случае суд определяет такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей истца и характера спорных правоотношений.
При этом соответствующие мотивы о размере компенсации должны быть приведены в судебном акте во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации, отсутствие которых в случае несоразмерно малой суммы присужденной истцу компенсации свидетельствует о нарушении принципа адекватного и эффективного устранения нарушения, означает игнорирование требований закона и может создать у истца впечатление пренебрежительного отношения к его правам.
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
В обоснование заявленного к взысканию размера компенсации морального вреда истцы указывают о том, что в результате дорожно-транспортного происшествия получили ушибы, испытали боль, были лишены вести привычный образ жизни.
При таких обстоятельствах, принимая во внимание положения статей 1064, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд находит требования Храпова В.А. и Храповой О.С. о взыскании морального вреда подлежащими удовлетворению.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред (столкновение автомобилей с последующим съездом в кювет автомобиля истцов при нарушении Гиндером Г.В. Правил дорожного движения Российской Федерации).
При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу Храповой О.С., суд учитывает характер причиненных последней физических и нравственных страданий, исходя из полученных телесных повреждений (причинение вреда здоровью не установлено, при этом наличие кровоподтека причинило физические страдания), степени нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, и иные заслуживающие внимания обстоятельства, в связи с чем, с учетом требований разумности и справедливости полагает, что заявленная компенсация в размере 100 000 рублей является завышенной, чрезмерной и подлежащей удовлетворению частично в размере 50 000 рублей, будет являться разумным, справедливым, а также, по мнению суда, согласуется с требованиями закона и конкретными обстоятельствами дела, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения.
При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу Храпова В.А., суд учитывает характер причиненных последнему физических и нравственных страданий, исходя из полученных телесных повреждений (причинение вреда здоровью не установлено, при этом наличие раны и ссадин головы причинили физические страдания), степени нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, и иные заслуживающие внимания обстоятельства, в связи с чем, с учетом требований разумности и справедливости полагает, что заявленная компенсация в размере 100 000 рублей является завышенной, чрезмерной и подлежащей удовлетворению частично в размере 50 000 рублей, будет являться разумным, справедливым, а также, по мнению суда, согласуется с требованиями закона и конкретными обстоятельствами дела, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения.
Истцом Храповым В.А. заявлены требования о взыскании расходов на лечение в размере 3 456 рублей 46 копеек.
Положения пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющие объем ответственности при причинении вреда здоровью потерпевшего, устанавливают, что при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
В подпункте «б» пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.
Содержащиеся в пункте 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации положения, устанавливающие правила определения объема возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, направлены на защиту интересов граждан, здоровью которых был причинен вред.
Необходимость таких расходов, а также их обоснованность относятся к фактическим обстоятельствам, установление которых входит в компетенцию суда общей юрисдикции.
В случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом.
Из представленной справки <данные изъяты> № 12121 от 21 сентября 2024 года следует, что Храпову В.А. рекомендованы: <данные изъяты>.
Приобретение указанных лекарственных средств подтверждается чеком ООО «Апрель» от 22 сентября 2024 года на сумму 701 рубль 50 копеек.
Поскольку сведения о назначении лекарственных средств, приобретенных по чекам аптека «Семейная» от 22 сентября 2024 года на сумму 373 рубля 90 копеек (<данные изъяты>), аптека «Семейная» от 22 сентября 2024 года на сумму 1 127 рублей 06 копеек (<данные изъяты>), ООО «Алоэ Сибирь» от 23 сентября 2024 года на сумму 1 254 рубля (<данные изъяты>) в медицинской документации не отражены, основания для взыскания расходов на приобретение указанных лекарственных средств отсутствуют.
Таким образом, с Гиндера Г.В. в пользу Храпова В.А. подлежит взысканию расходы на лечение в размере 701 рубль 50 копеек.
Разрешая требования о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьёй 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.
Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные расходы по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 настоящего кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статья 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В подтверждение несения расходов по оплате услуг специалиста истцом в материалы дела представлен кассовый чек ОО «АвтоОценка» от 18 ноября 2024 года на сумму 20 000 рублей.
В силу разъяснений, содержащихся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы, связанные с легализацией иностранных официальных документов, обеспечением нотариусом до возбуждения дела в суде судебных доказательств (в частности, доказательств, подтверждающих размещение определенной информации в сети «Интернет»), расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.
Расходы по оплате услуг специалиста, понесенные истцом за составление экспертного заключения специалиста № 1574/11-2024 от 13 ноября 2024 года, подготовленного ООО «АвтоОценка», в сумме 20 000 рублей, были необходимы истцу для определения стоимости восстановительного ремонта поврежденного автомобиля, в целях предъявления требований ответчику, а также в целях определения подсудности.
Учитывая изложенное, с ответчика Гиндера Г.В. в пользу Храпова В.А. подлежат к взысканию расходы по оплате услуг специалиста в сумме 20 000 рублей.
В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику, пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
При обращении с исковым заявлением в суд, истцом Храповым В.А. оплачена государственная пошлина в размере 26 423 рубля 20 копеек, что подтверждается чеком по операции Сбербанк от 01 апреля 2025 года
Как предусмотрено подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная государственная пошлина подлежит возврату частично или полностью в случае уплаты государственной пошлины в большем размере, чем это предусмотрено настоящей главой.
Поскольку истцом при обращении с настоящим исковым заявлением подлежала уплате государственная пошлина в размере 26 223 рубля 20 копеек (цена иска составила 1 122 319 рублей 72 копейки (1 118 863,26+3 456,46), государственная пошлина в размере 200 рублей подлежит возвращению Храпову В.А. (26 423,20-26 223,20).
Учитывая, что требования истца удовлетворены частично (1 118 863,26+701,50), суд считает возможным взыскать с Гиндера Г.В. в пользу Храпова В.А. расходы по уплате государственной пошлины в сумме 26 144 рубля 53 копейки.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Взыскать с Гиндера Г.В. (<данные изъяты>) в пользу Храпова В.А. (<данные изъяты>) ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 1 118 863 рубля 26 копеек, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, расходы на лечение в размере 701 рубль 50 копеек, расходы по оплате услуг специалиста в сумме 20 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 26 144 рубля 53 копейки.
Взыскать с Гиндера Г.В. (<данные изъяты>) в пользу Храповой О.С. (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.
Возвратить Храпову В.А. (<данные изъяты>) из местного бюджета уплаченную 01 апреля 2025 года по чеку по операции ПАО Сбербанк государственную пошлину в размере 200 рублей.
Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.
Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.
Судья Е.Л. Бессчетнова
Решение в окончательной форме изготовлено 13 марта 2026 года.