ОПРЕДЕЛЕНИЕ
о возвращении протокола об административном правонарушении и других материалов дела
«21» января 2026 года г. Змеиногорск Алтайского края
Судья Змеиногорского городского суда Алтайского края Сафронов А.Ю., с участием: лица, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, Косых А.А. и потерпевшего Анохина Д.Г., рассмотрев указанный протокол и материал об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, в отношении Косых А.А., установил:
В производстве суда находится дело об административном правонарушении в отношении Косых А.А. по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ (нарушение Правил дорожного движения, повлёкшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего). Согласно фабуле, изложенной в протоколе об административном правонарушении, Косых А.А. обвиняется в том, что нарушил требования Правил дорожного движения РФ и причинил потерпевшему вред здоровью средней тяжести.
Из представленных материалов и соответствующего протокола об административном правонарушении усматривается, что 18 июня 2025 года в 10часов 50 минут в <адрес>, на 20 км + 300 м автомобильной дороги «Змеиногорск – Рубцовск – Волчиха – Михайловское – Кулунда – Бурла – граница Новосибирской области» произошло дорожно?транспортное происшествие с участием автомобиля «ЛадаКалина», государственный регистрационный знак №, под управлением КосыхА.А., и велосипедиста Анохина Д.Г. Согласно приведённым в материалах данным (в том числе данным, содержащимся в заключении автотехнической судебной экспертизы), Косых А.А. двигался по правой полосе движения по главной дороге со стороны г. Рубцовска в сторону с. Саввушка, а велосипедист Анохин Д.Г. выехал со второстепенной дороги (справа по ходу движения автомобиля) и пересекал перекрёсток справа налево по ходу движения автомобиля, при наличии в месте выезда дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу». Условия дорожной обстановки, отражённые в материалах: участок дороги прямой в плане, с неограниченной видимостью, покрытие асфальтобетонное, состояние покрытия сухое, светлое время суток, погода ясная; ширина проезжей части составляет 8,2 м (две полосы по 4,1 м каждая), ширина обочин: левая 2,8 м, правая 2,9 м.
В судебном заседании лицо, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, - КосыхА.А. и потерпевший АнохинД.Г. пояснили, что последний в рассматриваемой ситуации выехал на велосипеде со второстепенной на главную дорогу, в результате чего произошло ДТП с участием автомобиля привлекаемого лица Косых А.А. При этом последний из-за внезапности происшествия отреагировать никак не успел, траектории движения не менял.
При рассмотрении данного дела судьёй выявлены существенные противоречия между содержанием протокола и фактическими материалами дела, не позволяющие вынести итоговое решение по делу, а именно:
Фабула протокола не соответствует фактическим обстоятельствам ДТП. Впротоколе указано, что Косых А.А. нарушил ПДД и причинил вред здоровью средней тяжести потерпевшему. В то же время из схемы дорожно-транспортного происшествия, объяснений участников и свидетелей, заключения эксперта и иных доказательств прямо следует противоположное: Косых А.А. двигался по главной дороге, не нарушая правил, тогда как потерпевший - велосипедист Анохин Д.Г. - выехал со второстепенной дороги, нарушив требование дорожного знака 2.4 ПДД РФ «Уступи дорогу», и не уступил дорогу транспортному средству (автомобилю КосыхА.А.), имевшему преимущество. Таким образом, ДТП произошло вследствие нарушения Правил дорожного движения именно велосипедистом Анохиным Д.Г., а не водителем КосыхА.А. Фабула, изложенная в протоколе, противоречит установленным фактическим данным и не отражает реальную картину события.
При поступлении и рассмотрении материалов судья обязан проверить, нет ли оснований для вынесения определения о возвращении протокола и других материалов дела в орган (должностному лицу), составивший протокол. Согласно п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП РФ, такие основания возникают если имеет место неправильное оформление процессуальных документов. Существенные нарушения формы протокола или иных материалов (отсутствие обязательных сведений, неправильное указание сути правонарушения и норм закона, отсутствие подписей должностного лица и отметок о правах и т.п.) расцениваются как неправильное составление материалов. В частности, если из протокола не ясно, когда, где и какое именно нарушение Правил допущено либо не указана статья КоАП РФ, квалифицирующая деяние, то протокол составлен с нарушением требований закона.
Аналогичное решение принимается если имеется неполнота представленных материалов. Если в деле отсутствуют существенные доказательства, без которых невозможно всестороннее и объективное рассмотрение, и восполнить их недостаток непосредственно в судебном заседании затруднительно или невозможно, материалы признаются неполными. Например, отсутствие справки о состоянии здоровья потерпевшего (подтверждающей степень вреда) либо схемы ДТП и пояснений очевидцев может являться неполнотой, неустранимой силами суда. В таком случае судья указывает в определении, какие именно недостатки должны быть устранены, и возвращает дело для дооформления.
Существенные нарушения при составлении протокола имеют место и выражены в следующем.
При составлении протокола не дана должная квалификация и оценка действиям участников ДТП. Не проверены обстоятельства того, что в действиях КосыхА.А. может отсутствовать состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, вследствие того, что велосипедист (заявлен как потерпевший) двигался в нарушение ПДД РФ, со второстепенной дороги, создал тем самым аварийную ситуацию и, как следствие, - ДТП, а водитель автомобиля КосыхА.А. просто не успел и не имел технической возможности предотвратить ДТП в данной ситуации.
Заключением эксперта №8944 от01.11.2025 (л.д.82-83) действительно подтверждено, что водитель Косых А.А. должен был руководствоваться п. 10.1 абзац 2 и пунктом 1.2 ПДД РФ, но в заключении не сказано, что водитель их нарушил, не следует это и из исследованной в судебном заседании ситуации (обстоятельств). Вместе с тем, потерпевший велосипедист, как указано в этом заключении, должен был руководствоваться требованиями пункта 1.3 с учётом Приложения №1 (дорожного знака 2.4 "Уступите дорогу"), пункта 13.9 абзац 1, содержащего термин "Уступить дорогу (не создавать помех)" пункта 1.2 ПДД РФ. То есть из заключения следует, что потерпевший должен был соблюдать указанные требования ПДД РФ, но, из ситуации, установленной по делу, не руководствовался данными пунктами, что и явилось причиной ДТП.
Эксперт не указал на нарушение ПДД со стороны водителя автомобиля КосыхА.А., но прямо отметил, какими нормами должен был руководствоваться потерпевший велосипедист, как участник ДТП. Несоблюдение потерпевшим указанных норм подтверждает его обязанность уступить дорогу, что не учтено при составлении протокола об административном правонарушении в отношении КосыхА.А.
Таким образом, согласно заключению эксперта №?8944 от 01.11.2025, водитель Косых А.А. должен был руководствоваться положениями абзаца 2 пункта 10.1 и пункта 1.2 Правил дорожного движения РФ, которые обязывают водителя при обнаружении опасности принять меры к снижению скорости вплоть до остановки, а также определяют требование «уступить дорогу (не создавать помех)» как запрет начинать или продолжать движение, если это мешает участникам с преимущественным правом проезда. При этом в экспертном заключении отсутствует указание на нарушение Косых А.А. указанных норм – т.е. не установлено, что водитель превысил безопасную скорость или не предпринял необходимых мер. Одновременно эксперт указал, что велосипедист (потерпевший) при выезде со второстепенной дороги обязан был руководствоваться пунктом 13.9 ПДД РФ (требующим при нерегулируемом пересечении уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по главной дороге), пунктом 1.3 ПДД РФ (обязанность участников движения соблюдать требования знаков, в том числе знака 2.4 «Уступите дорогу») и понятием «уступить дорогу (не создавать помех)» из пункта 1.2 ПДД РФ. Из содержания заключения ясно следует, что именно потерпевший был обязан уступить дорогу автомобилю, и именно его действия не соответствовали требованиям Правил, тогда как в действиях водителя Косых А.А. нарушений ПДД не усматривается.
Таким образом, экспертное заключение не подтверждает наличие вины в действиях Косых А.А. Напротив, несоблюдение потерпевшим указанных норм ПДДРФ свидетельствует о его виновности в создании аварийной ситуации. Отсутствие надлежащей оценки поведения потерпевшего в тексте протокола об административном правонарушении указывает на неполноту установления обстоятельств дела, подлежащих доказыванию, что противоречит принципам всестороннего и полного выяснения всех обстоятельств согласно ст.?26.1 КоАП РФ. Кроме того, в силу разъяснений, изложенных в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №?20 от 25.06.2019, если нарушение Правил, повлёкшее причинение лёгкого или среднего вреда здоровью, совершено не водителем транспортного средства, а иным участником дорожного движения (например, велосипедистом), то действия такого лица надлежит квалифицировать по ст.?12.30 КоАП РФ, а не вменять водителю ответственность по ст.?12.24 КоАП РФ. Следовательно, объективные данные указывают на то, что именно действия потерпевшего (велосипедиста) подпадают под состав правонарушения, предусмотренного ст.?12.30 КоАП РФ, что не учтено при составлении протокола об административного правонарушения.
Диспозиция данной нормы (ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ) предполагает наличие нарушения водителем Правил дорожного движения, находящегося в причинно-следственной связи с причинением вреда здоровью средней тяжести потерпевшему. Не проверено, имеет ли место причинно-следственная связь между действиями привлекаемого лица и наступившим вредом.
В силу ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит ответственности лишь при наличии его вины, что должно быть отражено в протоколе, в том числе – с учётом действий потерпевшего.
Обстоятельства дела, изложенные в протоколе об административном правонарушении и соответствующем материале, описаны следующим образом. Изматериалов дела следует, что дорожно-транспортное происшествие произошло на нерегулируемом перекрёстке неравнозначных дорог. КосыхА.А. управлял автомобилем, двигаясь по главной дороге, в то время как велосипедист выезжал со второстепенной дороги. Велосипедист нарушил требования дорожного знака 2.4«Уступи дорогу», не пропустив автомобиль, и начал пересекать проезжую часть вне пешеходного перехода. В результате произошло столкновение на перекрёстке (не на пешеходном переходе), после которого велосипедисту были причинены телесные повреждения средней тяжести (что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы).
К материалам дела приобщена схема ДТП, отражающая расположение транспортных средств и точку столкновения. В заключении эксперта содержатся указания на соответствующие пункты Правил дорожного движения РФ, которыми должны были руководствоваться участники дорожного движения, однако, прямого указания на нарушение Косых А.А. указанных пунктов ПДД РФ там не имеется. Таким образом, установлено событие ДТП с участием Косых А.А. и велосипедиста, повлёкшее вред здоровью средней тяжести у последнего.
Непосредственным нарушением Правил дорожного движения, приведшим к ДТП, стали действия велосипедиста. В соответствии с требованиями Правил дорожного движения, на нерегулируемом перекрёстке неравнозначных дорог водитель, двигающийся по второстепенной дороге, обязан уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной дороге. Велосипедист, будучи участником дорожного движения и приравниваемым Правилами к водителю транспортного средства (велосипеда), должен был соблюдать указанный знак при выезде на главную дорогу. Однако он этого не сделал, не уступив дорогу автомобилю Косых. Таким образом, велосипедист нарушил ПДД, создав помеху автомобилю, имевшему преимущественное право проезда. Косых А.А. же двигался по главной дороге, то есть имел преимущество, и не обязан был ожидать появления перед ним транспортного средства, выехавшего с нарушением со второстепенной дороги. Требования ПДД об обязательном снижении скорости или остановке перед перекрёстком в его ситуации не предусматривались – дорожный знак обязывал уступать дорогу именно велосипедиста, а не водителя, двигавшегося по главной. Тем не менее, водитель КосыхА.А. проявил должную степень внимательности: как только опасность возникла (велосипедист внезапно выехал ему наперерез), Косых А.А. предпринял попытку избежать столкновения путём экстренного торможения. Данная мера не позволила полностью предотвратить аварию ввиду крайне малой дистанции на момент обнаружения препятствия, то есть фактического отсутствия технической возможности избежать ДТП.
В соответствии с частью 2 статьи 12.24 КоАП РФ, административная ответственность наступает только в случае нарушения водителем транспортного средства Правил дорожного движения или правил эксплуатации, повлёкшего причинение вреда здоровью средней тяжести. Объективная сторона данного состава правонарушения выражается именно в противоправном нарушении правил со стороны водителя. Судья отмечает, что сам по себе факт ДТП и наличие вреда здоровью потерпевшего ещё не означает виновность водителя – необходимо установить, нарушил ли он требования ПДД и могли ли его действия являться непосредственной причиной вреда. В анализируемой ситуации косвенная причинная связь между действиями КосыхА.А. и последствиями (вредом здоровью велосипедиста) безусловно присутствует, поскольку автомобиль под управлением Косых А.А. соприкоснулся с потерпевшим. Однако юридически значимая причинно-следственная связь, образующая состав административного правонарушения, возникает лишь при наличии именно противоправного, виновного нарушения со стороны водителя автомобиля. Если водитель не нарушал ПДД и не имел реальной возможности предотвратить столкновение, то и оснований для его ответственности по ст. 12.24 КоАП РФ нет. Верховный Суд РФ прямо разъяснил, что привлечение водителя к ответственности за причинение вреда возможно лишь при установлении его вины в нарушении ПДД, находящегося в причинной связи с наступившими последствиями. В данном деле виновным нарушителем правил дорожного движения являлся непосредственно потерпевший – велосипедист, тогда как КосыхА.А. требований ПДД не нарушал. Следовательно, отсутствует ключевой элемент состава правонарушения – противоправность действий водителя.
Должного отражения в протоколе не нашла причинная связь и форма вины. Как указано выше, причиной ДТП послужило неожиданное появление велосипедиста, двигавшегося со второстепенной дороги без предоставления преимущества. Действия Косых А.А., с точки зрения соблюдения ПДД, были правомерными – он двигался по главной дороге, не превышая установленной скорости (данных о превышении скорости или иных нарушениях со стороны Косых А.А. не представлено) и реагировал на опасность сразу же после её обнаружения. Экстренное торможение, применённое водителем, свидетельствует о том, что он пытался предотвратить вред, однако объективно это стало невозможным из-за нарушения со стороны потерпевшего. Таким образом, вред причинён вследствие противоправного поведения самого потерпевшего, а не вследствие неосторожности со стороны КосыхА.А. В действиях Косых А.А., при такой редакции протокола отсутствует неосторожная форма вины: он не предвидел и не мог заблаговременно предвидеть опасность, созданную другим участником движения, и, со своей стороны, предпринял все возможные меры (торможение) для предотвращения негативных последствий. Отсутствие технической возможности у водителя избежать наезда при внезапном возникновении препятствия разрывает необходимую причинную связь между его поведением и наступившим вредом. В итоге, исходя из описанной в протоколе ситуации, деяние Косых А.А. носит характер дорожно-транспортного происшествия, избежать которого у него не было реальной возможности, а не административного правонарушения.
Таким образом, вызывает сомнение квалификация действий участников ДТП, отражённая в протоколе, что требует уточнения и, при наличии на то оснований, - пересоставления протокола.
Вместе с тем, в действиях велосипедиста может усматриваться нарушение требований Правил, приведшее к ДТП и, как следствие, - вреду здоровью. Согласно разъяснениям, изложенным в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от25.06.2019 № 20, субъектом правонарушений, предусмотренных статьёй 12.24КоАП РФ, может быть только водитель транспортного средства. Если же нарушение Правил, повлёкшее причинение лёгкого или средней тяжести вреда здоровью, допущено пешеходом или иным участником дорожного движения (не являющимся водителем транспортного средства), действия такого лица надлежит квалифицировать по части 2 статьи 12.30 КоАП РФ. Иной участник (включая велосипедиста) несёт ответственность на общих основаниях за нарушение ПДД, приведшее к причинению вреда, но по специальной норме, предусмотренной для пешеходов и подобных участников движения. Фактически сотрудники полиции уже установили, что именно велосипедист, выехав со второстепенной дороги, совершил столкновение и причинил вред. Исходя из изложенных в протоколе обстоятельств, КосыхА.А. по отношению к данному происшествию является потерпевшим (лицо, чьё имущество повреждено) либо просто его участником.
Решение вопроса о виновности водителя зависит от установления факта нарушения им Правил дорожного движения и причинной связи между нарушением и последствиями. Так, Верховный Суд РФ в деле Н. Шукшиной (постановление по делу № 25-АД20-1 от 30.07.2020) указал на недопустимость привлечения водителя к ответственности по ст. 12.24 КоАП РФ, если ДТП произошло вследствие нарушения Правил другим участником движения, а у водителя не было обязанности и возможности предотвратить столкновение. В упомянутом деле водитель выехала с прилегающей территории и столкнулась с автомобилем, который двигался по встречной полосе с нарушением правил. Изначально водитель был оштрафован за непредоставление преимущества, однако Верховный Суд РФ отменил наказание и прекратил дело, указав, что именно другой водитель нарушил Правила, лишив себя преимущества, и потому состав правонарушения у выезжавшей с второстепенной дороги отсутствует. Этот правовой подход полностью применим и к рассматриваемой ситуации: велосипедист, нарушивший требования знака «Уступи дорогу», не имел преимущества в движении и создал аварийную ситуацию, тогда как КосыхА.А. свои обязанности не нарушал.
На основании вышеизложенного, судья приходит к заключению, что действия водителя Косых А.А. в изложенной в протоколе редакции нельзя признать подлежащими рассмотрению, без учёта действий потерпевшего, - в контексте ч. 2 ст.12.24 КоАП РФ. В протоколе не отражены все необходимые элементы состава данного административного правонарушения: хотя событие (ДТП с причинением вреда здоровью средней тяжести) имело место, противоправность в поведении КосыхА.А. должным образом не отражена, т.к. не учтены действия потерпевшего, и как следствие – не указано о прямой причинной связи между нарушением Правил с его стороны и наступившим вредом, - в протоколе этого не выявлено, а вина в форме неосторожности Косых А.А. отсутствует.
Согласно статье 26.2 КоАП РФ, обязанность доказывания вины лица лежит на привлекающем органе, и неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого.
В данном деле, согласно указанному протоколу, доказательства указывают скорее на невиновность Косых А.А., чем на его вину, что требует уточнения и не позволяют суду принять итоговое решение по делу.
Таким образом, привлечение Косых А.А. к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ в описанных обстоятельствах и при рассматриваемых в протоколе формулировках было бы преждевременным.
Таким образом, при описании событий и их оценки в протоколе, имеет место отсутствие необходимых условий для применения ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ.
Применение ответственности по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ допустимо только при наличии вины водителя, нарушившего Правила дорожного движения РФ. Верховный Суд РФ в п. 19 Постановления Пленума № 20 от 25.06.2019 разъяснил, что субъектом правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 КоАП РФ, является лишь водитель транспортного средства, нарушивший ПДД. Если же нарушение Правил, повлёкшее причинение лёгкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, совершено иным участником дорожного движения (например, пешеходом или велосипедистом), действия такого лица квалифицируются по иной норме (в частности, по ч. 2 ст. 12.30 КоАП РФ), и привлечение водителя к ответственности по ст. 12.24 КоАП РФ в подобной ситуации исключается. В рассматриваемом деле фактические обстоятельства указывают на то, что нарушение ПДД совершил потерпевший -велосипедист, а не водитель Косых А.А., однако это не нашло отражения и оценки при составлении протокола в отношении последнего по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, что делает невозможным для судьи надлежащую оценку ситуации по составленном в рассматриваемой редакции протоколу.
Таким образом, имеет место противоречивость и неполнота материалов дела. Представленные доказательства и материалы дела взаимоисключают друг друга в части установления события правонарушения и лица, его совершившего. Фабула протокола указывает на виновность Косых А.А., тогда как остальные материалы указывают на отсутствие его вины и нарушение со стороны иного лица - потерпевшего. Такие противоречия носят принципиальный характер и не могут быть устранены в судебном разбирательстве, поскольку требуют установления иных обстоятельств (фактического нарушения ПДД другим участником ДТП - потерпевшим), что выходит за рамки представленного судье материала. Неполнота и внутреннее противоречие представленных материалов не позволяют судье всесторонне, полно и объективно установить событие и состав административного правонарушения.
Таким образом, имеют место существенные нарушения при составлении протокола и оформлении материалов дела. В протоколе об административном правонарушении допущены существенные недостатки: неверно изложены обстоятельства (фабула) происшествия и неправильно применена правовая норма, что повлекло неправильное оформление материала дела в целом.
Согласно п. 3 ч. 1 ст. 29.9 КоАП РФ, при наличии подобных недостатков протокол и другие материалы дела подлежат возвращению должностному лицу, составившему протокол. Закон предусматривает возвращение материала в случаях, когда протокол составлен неправомочным лицом, либо протокол и материалы оформлены неправильно, либо материалы представлены неполно, и указанные недостатки не могут быть восполнены при рассмотрении дела. Именно такая ситуация имеет место в данном деле – ошибки в фабуле и квалификации носят неустранимый при судебном разбирательстве характер.
Разъяснения Верховного Суда РФ подтверждают необходимость возврата дела (протокола) при выявлении существенных недостатков в протоколе. Так, в Постановлении Пленума ВС РФ № 5 от 24.03.2005 (п. 4) указано, что если протокол или материалы дела оформлены неправильно либо материалы неполны, судья выносит определение о возвращении протокола и других материалов дела органу (должностному лицу), составившему протокол. При этом определение судьи должно быть мотивированным и содержать указание на выявленные недостатки протокола и материалов, требующие устранения.
Кроме того, судьёй установлено, что данный материал возвращался ранее на стадии подготовки к судебному разбирательству. Определением судьи Змеиногорского городского суда Алтайского края от 01.11.2025 протокол об административном правонарушении по данному делу в отношении Косых А.А. уже возвращался должностному лицу для устранения нарушений (по иным основаниям, в частности из-за неполноты сведений). Однако после повторного поступления дела выявленные нарушения так и не были устранены: фабула события ДТП и квалификация деяния остались без изменений, которые, как указано выше, не соответствуют фактически установленным обстоятельствам. Органом, составившим протокол, не были приняты достаточные меры к исправлению недостатков, что вновь исключает возможность рассмотрения дела по существу.
Таким образом, при составлении протокола не было учтено существенное обстоятельство: велосипедист (признанный потерпевшим) выехал на перекрёсток со второстепенной дороги в нарушение требований Правил дорожного движения РФ. Согласно п.?13.9 ПДД РФ, на перекрёстке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущийся по второстепенной дороге, обязан уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной. В данном случае именно велосипедист, двигаясь со второстепенной дороги, должен был пропустить автомобиль Косых А.А., который ехал по главной, что вытекает и из общего правила «помехи справа» (п.?8.9 ПДД РФ). Более того, при выезде со второстепенной дороги водитель обязан не мешать транспорту на главной – при наличии полосы разгона нужно двигаться по ней и перестраиваться, уступая дорогу машинам, движущимся по главной дороге (п.?8.10 ПДД РФ). Таким образом, велосипедист нарушил указанные нормы, создав аварийную ситуацию и непосредственно спровоцировав дорожно-транспортное происшествие.
Привлекаемо лицо Косых А.А. и потерпевший – велосипедист в судебном заседании подтвердили указанные обстоятельства, а именно тот факт, что последний (потерпевший – велосипедист) выехал на со второстепенной на главную дорогу, не уступив водителю Косых А.А., который просто не успел среагировать на данный выезд потерпевшего и понял, что произошло уже после ДТП. Данный механизм развития ДТП материалами дела не опровергнут.
В результате этих нарушений у водителя автомобиля не осталось технической возможности предотвратить столкновение. В автотехнической экспертизе аварийной признаётся именно такая ситуация, когда водитель уже объективно не способен избежать ДТП. При этом создаётся она тем участником движения, который своими неправомерными действиями лишает обоих участников возможности предотвратить происшествие. Иными словами, если водитель, двигавшийся по главной дороге, не имел технической возможности предотвратить столкновение, то действия, выезжавшего со второстепенной дороги, находятся в прямой причинно-следственной связи с ДТП и наступившими последствиями. Именно такая ситуация произошла в деле Косых А.А.: велосипедист, выехавший с второстепенной дороги, не уступил водителю Косых А.А. право преимущественного проезда, создал опасность, устранить которую водитель автомобиля уже не мог физически (что подтверждается выводами экспертизы, приобщённой к материалам дела, а также пояснениями в судебном заседании обоих участников ДТП).
Потерпевший АнохинД.Г., управляя велосипедом, являлся участником дорожного движения и обязан был соблюдать требования Правил дорожного движения РФ и дорожных знаков, в том числе знак 2.4 «Уступи дорогу». Согласно пункту 13.9 Правил дорожного движения РФ на перекрёстке неравнозначных дорог водитель, движущийся по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по главной дороге. Однако потерпевший выехал со второстепенной дороги, не уступив дорогу транспортному средству, двигавшемуся по главной дороге, чем нарушил указанные требования и создал аварийную ситуацию, в результате которой произошло ДТП.
Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2019 № 20, субъектом административного правонарушения, предусмотренного статьёй 12.24 КоАП РФ, может быть только водитель транспортного средства, нарушивший ПДД РФ. Если нарушение Правил дорожного движения допущено иным участником дорожного движения (например, пешеходом или велосипедистом), ответственность за причинение вреда наступает по статье 12.30 КоАП РФ. Между тем материалы дела и спорный протокол не содержат правовой оценки действий потерпевшего, хотя именно они находятся в прямой причинно-следственной связи с происшествием. Отсутствие учёта указанных обстоятельств при составлении протокола свидетельствует о его составлении с нарушением требований объективности и полноты установления события и состава административного правонарушения, что исключает возможность всестороннего и полного рассмотрения дела и, следовательно, является основанием для возвращения данного протокола (пункт 3 части 2 статьи 29.9 КоАП РФ).
Согласно разъяснениям, изложенным в п.?4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 №?5, при разрешении вопроса о возможности рассмотрения дела судья обязан проверить, правильно ли составлен протокол об административном правонарушении с точки зрения полноты исследования события, сведений о лице, а также соблюдения процедуры оформления протокола. При этом существенными признаются недостатки, имеющие значение для конкретного дела и препятствующие его разрешению по существу.
Таким образом, в рассматриваемом случае представленный протокол об административном правонарушении и иные материалы дела содержат совокупность существенных недостатков, не позволяющих судье рассмотреть дело по существу в пределах предъявленного обвинения, поскольку:
Фабула протокола не согласована с установленными по материалам дела обстоятельствами ДТП (схема ДТП, объяснения участников, заключение автотехнической экспертизы №?8944 от 01.11.2025). В протоколе отсутствует надлежащее отражение юридически значимого обстоятельства о дорожной обстановке на перекрёстке (наличие и действие знака 2.4 «Уступите дорогу», выезд велосипеда со второстепенной дороги), что непосредственно влияет на определение преимущественного права движения и на вывод о наличии либо отсутствии нарушения ПДД со стороны водителя автомобиля.
В протоколе фактически не раскрыта объективная сторона вменяемого деяния: не конкретизировано, с учётом действий потерпевшего, также нарушившего ПДД РФ, какие именно действия (бездействие) водителя КосыхА.А. образуют нарушение ПДД РФ, в чем выражена противоправность его поведения и какими доказательствами это подтверждается. Между тем само по себе указание (в т.ч. по материалам экспертизы) на то, какими нормами водитель «должен был руководствоваться», не тождественно установлению факта их нарушения и не заменяет доказанности состава правонарушения.
Не дана правовая оценка действиям потерпевшего (велосипедиста) как участника дорожного движения, хотя из материалов дела усматривается, что велосипедист, выезжая со второстепенной дороги, обязан был уступить дорогу транспортному средству, движущемуся по главной дороге (в т.ч. с учётом требований знака 2.4 и пункта 13.9 ПДД РФ), а потому вопрос о наличии либо отсутствии нарушения ПДД со стороны потерпевшего имеет прямое значение для установления события правонарушения, причинно?следственной связи и выводов о виновности лица, привлекаемого к ответственности.
Материалы дела представлены неполно в части, имеющей существенное значение для квалификации по ч.?2 ст.?12.24 КоАП РФ: в частности, отсутствуют надлежащие данные (в том числе расчетные, технические выводы), позволяющие проверить доводы о наличии либо отсутствии у водителя Косых А.А. технической возможности предотвратить столкновение при соблюдении им требований ПДД РФ, а также о наличии причинно?следственной связи между его действиями и наступившими последствиями. Восполнение указанной неполноты в судебном заседании потребовало бы фактически проведения дополнительной проверки обстоятельств происшествия и собирания новых доказательств вне рамок судебного разбирательства по представленному протоколу, что не соответствует назначению стадии судебного рассмотрения.
При этом судья учитывает правовую позицию, изложенную в п.?19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2019 №?20, согласно которой: по делам по ст.?12.24 КоАП РФ субъектом правонарушения является водитель транспортного средства; если же нарушение ПДД РФ, повлёкшее причинение лёгкого либо средней тяжести вреда здоровью, допущено пешеходом или иным участником дорожного движения (включая велосипедиста), действия такого лица подлежат квалификации по ч.?2 ст.?12.30 КоАП РФ.
Между тем в представленном протоколе указанные обстоятельства и возможная юридическая оценка поведения велосипедиста не отражены и должным образом не учтены.
С учётом изложенного, при устранении выявленных недостатков и повторном направлении материалов в суд (при наличии на то основной) уполномоченному должностному лицу необходимо учесть:
- необходимость приведения фабулы протокола и описания события в соответствие с фактическими данными материалов дела (схема, объяснения, экспертное заключение), включая отражение дорожной обстановки (главная, второстепенная дорога, действие знака 2.4, траектории движения участников);
- необходимость указания конкретной нормы (норм) ПДД РФ, нарушение которой вменяется Косых А.А., и конкретных действий, образующих объективную сторону правонарушения, с приведением подтверждающих доказательств, с учётом действий и нарушений потерпевшего;
- необходимость правовой оценки действий потерпевшего?велосипедиста как участника дорожного движения на предмет соблюдения им требований ПДД РФ, а также разрешения вопроса о надлежащей квалификации в зависимости от установленного нарушителя (с учётом п.?19 Постановления Пленума ВС РФ №?20);
- необходимость устранения неполноты доказательственной базы по юридически значимым обстоятельствам (в том числе по вопросу технической возможности предотвращения ДТП и причинно?следственной связи), если орган настаивает на наличии состава правонарушения по ч.?2 ст.?12.24 КоАП РФ.
Выполнение приведённых выше требований необходимо только если должностное лицо, составившее протокол придёт к выводу о том, что Косых А.А. подлежит привлечению к административной ответственности, и в отношении него необходимо составление нового протокола об административном правонарушении.
Если должностное лицо придёт к выводу о том, что в действиях Косых А.А. нет состава административного правонарушения, то оно (должностное лицо) вправе повторно не направлять протокол с материалом в суд.
Таким образом, при повторной оценке ситуации должностное лицо должно принять во внимание и учесть все указанные выше сведения.
Судья также учитывает, что при разрешении вопроса о возвращении протокола об административном правонарушении и иных материалов дела закон не обязывает судью указывать в судебном акте либо обеспечивать направление материалов непосредственно конкретному должностному лицу, составившему протокол. КоАПРФ предусматривает возврат материалов в орган и (или) должностному лицу, составившим протокол, при этом вопрос о том, какое именно должностное лицо соответствующего органа будет осуществлять устранение выявленных недостатков и последующее оформление материалов, относится к внутренней организации деятельности органа, в который материалы возвращаются. В связи с этим судья считает возможным ограничиться указанием в резолютивной части на возврат материалов в соответствующий орган, без отдельного вывода о направлении материалов «заново» конкретному должностному лицу, составившему протокол. Основания и порядок возврата протокола и материалов предусмотрены пунктом 4 части 1 статьи 29.4 КоАП РФ и пунктом 3 части 2 статьи 29.9 КоАП РФ, а направление копии соответствующего определения (с материалами дела) осуществляется в порядке статьи 29.11 КоАП РФ и не требует дополнительного разрешения судом сверх принятого решения о возврате.
Учитывая изложенное, судья приходит к выводу о невозможности разрешения дела по существу в рамках представленного материала и рассматриваемого протокола. Существенные нарушения при составлении протокола и противоречия в доказательствах неустранимы в судебном разбирательстве.
В соответствии с законом и разъяснениями высшей судебной инстанции единственным правомерным решением в данной ситуации является возвращение протокола об административном правонарушении и всех материалов дела должностному лицу, составившему протокол, для устранения допущенных недостатков.
Судья отдельно обращает внимание, что вынесение определения о возвращении протокола об административном правонарушении и иных материалов дела носит процессуальный характер, направлено на устранение препятствий для рассмотрения дела по существу и не предрешает вывод о виновности либо невиновности лица, в отношении которого ведётся производство. Возврат допускается при неправильном составлении протокола, неправильном оформлении иных материалов либо неполноте представленных материалов, которая не может быть восполнена при рассмотрении дела (п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП РФ; п. 3 ч. 2 ст. 29.9 КоАП РФ).
При этом, как разъяснено Пленумом Верховного Суда РФ, определение о возвращении должно быть мотивированным и содержать указание на выявленные недостатки, подлежащие устранению.
Вместе с тем, возврат материалов в орган (должностному лицу), составивший протокол, не означает безусловной обязанности составлять новый протокол в отношении Косых А.А. и повторно направлять материалы в суд вне зависимости от юридической оценки обстоятельств. Напротив, орган (должностное лицо), получив материалы, обязан проверить наличие (либо отсутствие) обстоятельств, исключающих производство по делу. В силу ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу не может быть начато, а начатое подлежит прекращению, в частности при отсутствии события либо отсутствии состава административного правонарушения.
При наличии хотя бы одного из таких обстоятельств орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, выносят постановление о прекращении производства по делу (ст. 28.9 КоАП РФ).
Следовательно, если по результатам правовой оценки (в том числе с учётом данных экспертиз, схемы ДТП и объяснений) орган придёт к выводу, что в действиях Косых А.А. отсутствуют событие и (или) состав правонарушения, либо что нарушение ПДД РФ допущено иным участником дорожного движения, производство в отношении Косых А.А. подлежит прекращению, и составление «исправленного» протокола по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ утрачивает правовой смысл.
В этой связи выполнение требований, изложенных в настоящем определении (в том числе уточнение фабулы и приведение её в соответствие фактическим данным, отражение юридически значимых обстоятельств о преимущественном праве движения, правовая оценка действий велосипедиста и причинно?следственной связи), является необходимым именно как предпосылка для повторного направления материалов в суд и подлежит исполнению только в случае, если орган (должностное лицо) после устранения выявленных судом процессуальных препятствий сохраняет позицию о необходимости привлечения Косых А.А. к административной ответственности и намерен вновь направить материалы для рассмотрения по существу. В таком случае недостатки протокола и иных материалов подлежат устранению в срок не более трёх суток со дня их получения и материалы возвращаются судье в течение суток со дня устранения недостатков (ч. 3 ст. 28.8 КоАП РФ).
При этом устранение указанных судом недостатков, включая составление нового протокола об административном правонарушении, требуется лишь в том случае, если орган или должностное лицо, которому возвращены материалы дела, после правовой оценки всех обстоятельств дела (в том числе выявленных судом) придёт к выводу о наличии в действиях Косых А.А. события и состава административного правонарушения, а также установит основание для составления нового протокола. Возврат материалов дела на основании пункта3 части2 статьи29.9 КоАП РФ не влечёт обязанности повторно направлять их в суд и не предрешает вопроса о виновности КосыхА.А. Указанная позиция соответствует разъяснениям, содержащимся в пункте19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от25июня2019года №20 и пункте4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от24марта2005года №5, согласно которым возврат материалов дела для устранения недостатков допускается лишь при наличии существенных недостатков, препятствующих рассмотрению дела, и не предрешает исхода дела.
На основании изложенного, руководствуясь п. 3 ч. 2 ст. 29.9, ст. 29.4, ст. 29.12 КоАП РФ и Постановлениями Пленума Верховного Суда РФ № 5 от 24.03.2005 и № 20 от 25.06.2019, судья
ОПРЕДЕЛИЛ:
Протокол об административном правонарушении (22ОР№137079 от26.11.2025), составленный начальником ОГИБДД МО МВД России «Змеиногорский» в отношении Косых А.А. по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, а равно все представленные материалы дела вернуть в орган (должностному лицу), составивший данный протокол, для устранения выявленных недостатков.
Настоящее определение может быть обжаловано (опротестовано) в Алтайский краевой суд через Змеиногорский городской суд Алтайского края в течение суток с момента поступления (получения) соответствующего определения от судьи (ч. 1.1 ст. 30.3КоАП РФ).
Судья А.Ю. Сафронов