РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
08 сентября 2026 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:
председательствующего Корниенко А.Р., при секретаре Тагиевой В.А., помощник судьи Сафиулина И.А., с участием истца Фурсина В.Ю., представителя ответчика – председателя ТСН (ж) «Мира 35» Малиновской С.В. (действует на основании устава), представителя ответчика ТСН (ж) «Мира 35» Лавровой А.А. (по доверенности от 26.08.2026 сроком на 2 года), рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по исковому заявлению Фурсина ВЮ к Товариществу собственников недвижимости (жилья) «Мира 35», Никулину АС и Никулиной ГМ о возложении обязанности произвести перерасчет платы за жилое помещение, взыскании денежных средств, судебной неустойки, компенсации морального вреда, установил:
Фурсин В.Ю. изначально обратился в суд с иском к Товариществу собственников недвижимости (жилья) «Мира 35» (далее- ТСН (ж), Товарищество), в котором с учетом уточнения исковых требований просит обязать ответчика произвести ему перерасчет платы за жилое помещение путем уменьшения платы за управление за сентябрь 2025 года, взыскать с ответчика в пользу истца денежные средства в счет возмещения ущерба в размере 61 415 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на сумму основного долга в размере 61 415 руб., начиная с 16.07.2026 по день фактической уплаты суммы долга, компенсацию морального вреда в размере 30000 руб., установить и взыскать с ответчика судебную неустойку за каждый день просрочки исполнения судебного акта, начиная со дня принятия судом судебного акта по настоящему делу по день его исполнения.
В обоснование иска указано, что в период с 07 по 09 сентября 2025 года произошло затопление в квартире Никулиных А.С., Г.М. <адрес обезличен> из-за засора центрального кухонного канализационного стояка. Сточные воды попали из <адрес обезличен> ниже расположенную квартиру истца <номер обезличен>, где затопили помещение кухни. 09.09.2025 о затоплении было сообщено в аварийно-диспетчерскую службу и в ТСН(ж) «Мира 35», которое управляет данным многоквартирным домом. Апеллировал к ненадлежащему и несвоевременному составлению Товариществом актов затопления квартир <номер обезличен> и <номер обезличен>, что 16.09.2025 вызвало необходимость производства осмотра <адрес обезличен> собственниками квартир <номер обезличен> и <номер обезличен> в присутствии незаинтересованного лица, с составлением акта о затоплении квартиры истца и о последствиях такого затопления. 17.09.2025 скан такого акта направлен в ТСН (ж) через ГИС ЖКХ и на электронную почту. 22.09.2025 по почте истцом был получен другой акт от Товарищества, который не соответствовал фактическим обстоятельствам. Считал, что имели место попытки Товарищества скрыть факт затопления, в том числе, путем не сообщения ему (Фурсину В.Ю.) о затоплении верхней квартиры Никулиных; меры по уменьшению последствий затопления были предприняты несвоевременно, что повлекло увеличение размера ущерба.
Для оценки причиненного ущерба он (истец) обратился в специализированную организацию, по заключению которой размер ущерба составляет 77200 руб.; без учета демонтажа и монтажа кухонного гарнитура, подвесного потолка и люстры размер ущерба составит 49326,02 руб. Истец 15.10.2025 направил ответчику претензию о возмещении ущерба и компенсации морального вреда, на которую ТСН (ж) ответило отказом. Указанные обстоятельства в их совокупности создали дискомфорт, повлекли для него (Фурсина В.Ю.) переживания и морально-нравственные страдания, ввиду чего, компенсация морального вреда составляет 30000 руб. За период с 05.11.2025 по 01.03.2026 сумма процентов по ст. 395 ГК РФ составила 2552,21 руб. Ввиду ненадлежащего исполнения Товариществом в сентябре 2025 года обязанностей по управлению общим имуществом, имеются основания к перерасчету платы за жилое помещение.
Определением Ленинского районного суда г. Томска от 03.08.2026 (занесено в протокол судебного заседания) к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Никулина Г.М. и Никулин А.С.
Истец Фурсин В.Ю. в судебном заседании исковые требования с учетом их уточнения, свои письменные пояснения и дополнения поддержал в полном объеме. Указал, что затопление помещения кухни в его <адрес обезличен> произошло из выше расположенной <адрес обезличен>, в свою очередь подвергшейся затоплению в период с 07 по 09 сентября 2025 года. По приезду домой 09.09.2025 Никулины обнаружили факт затопления и сообщили о нем в аварийно-диспетчерскую службу и в ТСН(ж) «Мира 35», которое проигнорировало обязанность составить акт затопления не позднее 10.09.2025.
В связи с нарушением Товариществом сроков составления акта затопления, он (Фурсин В.Ю.) 12.09.2025 обратился в ТСН (ж) через сервис ГИС ЖКХ о необходимости составления такого акта. Только 15.09.2025 председатель правления в присутствии собственников и незаинтересованного лица осмотрели кухню и балкон в <адрес обезличен>, после чего убыли для составления акта. Однако, не дождавшись от Товарищества акта затопления, 16.09.2025 собственниками квартир <номер обезличен> и <номер обезличен> в присутствии незаинтересованного лица произведен осмотр <адрес обезличен> составлен акт о затоплении данной квартиры и о его последствиях. В этот же день в часы приема в помещении правления Товарищества данный акт подписать не удалось, т.к. председатель отсутствовала. 17.09.2025 скан акта направлен в ТСН (ж) посредством электронной почты и через ГИС ЖКХ.
22.09.2025 по почте был получен другой акт затопления, исходящий от Товарищества, который по содержанию не соответствовал фактическим обстоятельствам. Так, во-первых, при осмотре присутствовало незаинтересованное лицо (собственник <адрес обезличен>), т.к. ТСН (ж) не смогло организовать присутствие собственника из <адрес обезличен>; во-вторых, не допуск к осмотру ФИО9 был связан с отсутствием у того соответствующих полномочий; в-третьих, не соответствует действительности и основано на субъективном и неверном мнении председателя Товарищества указание в этом акте на то, то, что «видимых следов затопления не обнаружено…», «оторванный кусок обоев … размером 20*30 см», отслоение обоев в углу под окном размером 0,1*10 см.
Полагал, что в действительности затопление обеих квартир (№№ <адрес обезличен>) произошло по причине засорения центрального канализационного стояка, лишь после прочистки которого сантехником сточные воды перестали подниматься вверх и выходить вверх через сливное отверстие кухонной раковины в квартире Никулиных <номер обезличен>. Считал, что данное обстоятельство не опровергнуто заключением судебной экспертизы, выводы которой носят неоднозначный характер. Акцентировал внимание на том, что с 07.09.2025 по 09.09.2025 супруги Никулины отсутствовали в <адрес обезличен>, не пользовались системой водоотведения и водоснабжения, а факт затопления ими был выявлен только 09.09.2025 после «снятия» квартиры с наблюдения подразделения вневедомственной охраны. В пользу версии о затоплении сточными водами апеллировал к показаниям свидетелей ФИО20, ФИО10, ФИО11, ФИО12, а также к показаниям эксперта ФИО13, не исключавшего такую причину затопления. Тем более, что кухонная фановая труба в месте выхода не имеет доступа ни для экстренной, ни для систематической прочистки, засыпана на несколько десятков сантиметров мусором и гравием, что не оспаривается ответчиком - юридическим лицом.
Относительно выявления следов затопления в своей квартире, истец сослался на то, что 11.09.2025 стали отслаиваться обои на кухне, что он (истец) установил вечером 11.09.2025, а 12.09.2025 сообщил в ТСЖ о необходимости составить акт о затоплении. Ранее обнаруженные лужи на кухне он убрал, т.к. связал с деятельностью несовершеннолетней внучки, поскольку не владел информацией о затоплении верхней квартиры, т.к. об этом Товарищество ему не сообщило. Из-за бездействий ТСН (ж) он (Фурсин В.Ю.) своевременно не смог предпринять адекватные меры, что повлекло увеличение размера ущерба. В результате он длительное время был вынужден жить в <адрес обезличен> отклеившимися обоями на кухне, что создавало ему бытовые и эстетические неудобства, нарушало инсоляцию помещения кухни. Указанные обстоятельства, а также уклонение Товарищества от исполнения своих обязательств, отказ во внесудебном урегулировании спорной ситуации нарушили его (истца) права, как потребителя, причинили ему морально-нравственные страдания.
Представители ответчика – председатель ТСН (ж) «Мира 35» Малиновская С.В., Лаврова А.А. и ранее участвовавшая Краснощекова Т.С. (по доверенности от 11.06.2026 сроком на 3 года) в суде исковые требования не признали. Представители ответчика –юридического лица письменные возражения на иск поддержали, полагали, что вина Товарищества в причинении ущерба истцу отсутствует, т.к. заключением судебной экспертизы достоверно установлено, что затопление <адрес обезличен> произошло из <адрес обезличен> из-за разгерметизации внутриквартирной разводки системы водоснабжения и водоотведения, устроенной в помещении кухни <адрес обезличен>, то есть в зоне ответственности супругов Никулиных Г.М., А.С. - собственников <адрес обезличен>.
Пояснили, что Фурсин В.Ю. сообщил в ТСН (ж) о затоплении его квартиры 12.09.2025 посредством размещения заявки на сайте ГИС ЖКХ. До этого - 09.09.2025 от собственника <адрес обезличен> поступила заявка в аварийно-диспетчерскую службу (ИП ФИО14) относительно засора раковины на их кухне, о заливе (затоплении) заявок не было, т.е. Товарищество информацией о затоплении не располагало до получения заявки Фурсина В.Ю. от 12.09.20205. При явке комиссии Товарищества в согласованное время 15.09.2025 в <адрес обезличен> для проведения осмотра на предмет залива жилого помещения истца, тот не допустил члена комиссии ФИО9, а председателю Товарищества Малиновской С.В. удалось сделать лишь несколько фотографий в квартире истца, но составить акт не представилось возможным из-за препятствий со стороны ФИО15- приглашенного Фурсиным В.Ю. лица. Акт затопления был составлен в помещении правления, истец отказался его подписывать, ввиду чего акт был направлен Фурсину В.Ю. почтой.
16.09.2025 составлен акт осмотра <адрес обезличен> по заявке собственника данной квартиры, который был подписан председателем правления Малиновской С.В. и членом правления ФИО16, истец при осмотре квартиры Никулиных А.С., Г.М. не присутствовал, следов залива в <адрес обезличен> обнаружено не было.
Акт же осмотра от 16.09.2025, представленный истцом, был составлен в отсутствие представителей ТСН (ж) «Мира 35», которые не были надлежащим образом уведомлены об осмотре.
Апеллировали к тому, что истец не принимает участие в принятии решений в отношении содержания и ремонта общего имущества при проведении общих собраний, у него отсутствует заинтересованность в надлежащем содержании общего имущества. Полагали, что истец злоупотребляет своими правами, недоброжелательно относится к членам правления, умышленно не предоставлял доступ в свое жилое помещение для составления акта осмотра. Требование истца о перерасчете платы за управление за сентябрь 2025 года необоснованно, т.к. услуги в данном месяце были оказаны в полном объеме. Физически же возможность произвести работы по прочистке канализационного стояка, где расположены квартиры истца и ответчиков Никулиных, из чердачного помещения отсутствовала, по причине вывода фановых труб в кирпичные лотки, засыпанные гравием и мусором.
Ответчики Никулин А.С. и Никулина Г.М. в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о дате, времени и месте рассмотрения дела, которое просили провести в свое отсутствие. Ответчик Никулина Г.М. представила письменные пояснения о том, что она и её супруг Никулин А.С. с весны по осень ежегодно проживают преимущественно за городом, а в <адрес обезличен> появляются редко. По приезду 09.09.2025 в названную квартиру они обнаружили жидкость на полу кухни и затопленную водой раковину на кухне. Когда они позвонили председателю ТСН (ж) «Мира 35», то их перенаправили в аварийную службу, после их (Никулиных) обращения в которую прибыл сантехник и прочистил вертикальный стояк, к которому подключено водоотведение из кухни, после чего вода из раковины ушла. Позднее Фурсин В.Ю. пригласил осмотреть его квартиру, полагая, что там имеет место затопление из их <адрес обезличен>, и составить акт осмотра. Затем они (Никулины) позвонили председателю ТСН (ж) «Мира 35» и пригласили для составления. К тому моменту, когда в <адрес обезличен> пришли представители Товарищества, то последствия залива на кухне они уже убрали собственными силами. При этом имеют место последствия залива на их кухне, а именно - разбухла поверхность стола, из-за чего не открывались кухонные шкафчики, после залива мебель долго сушилась.
В соответствии с ч. 5 ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Заслушав объяснения сторон, показания свидетелей и эксперта, исследовав доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В соответствии с п. 2 ст. 307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в ГК РФ.
Частью 1 статьи 1064 ГК РФ закреплено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
По смыслу п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.
Комплексный анализ и буквальное толкование приведенных норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации позволяют суду прийти к выводу, что законодатель, регулируя основания, условия и порядок возмещения убытков, исходит из того, что возмещение убытков - есть механизм обеспечения возмещения расходов, понесенных на восстановление нарушенного права. Возмещение убытков, как следует из содержания ст. 15 ГК РФ, является формой гражданско-правовой ответственности. Соответственно, для их взыскания необходимы основания и условия, при которых ответственность наступает (противоправность поведения должника, вредоносность этого поведения, наличие юридически значимой причинно-следственной связи между противоправным поведением и возникшим вредом).
На спорные правоотношения, в соответствии с абз. 3 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 «О практике рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей», распространяется действие законодательства о защите прав потребителей.
Так, в соответствии с абз. 1 ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.
Единственным основанием, освобождающим в этой связи продавца (изготовителя, исполнителя) от гражданско-правовой ответственности за нарушение качества предоставления коммунальных услуг, может служить доказанный им факт действия непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования предоставляемой услуги (ст. 1098 ГК РФ).
В п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 «О практике рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что убытки, причиненные потребителю в связи с нарушением изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) его прав, подлежат возмещению в полном объеме, кроме случаев, когда законом установлен ограниченный размер ответственности. При этом следует иметь в виду, что убытки возмещаются сверх неустойки (пени), установленной законом или договором, а также что уплата неустойки и возмещение убытков не освобождают лицо, нарушившее право потребителя, от выполнения в натуре возложенных на него обязательств перед потребителем (пункты 2, 3 статьи 13 Закона).
Под убытками в соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ следует понимать расходы, которые потребитель, чье право нарушено, произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые потребитель получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право потребителя, получило вследствие этого доходы, потребитель вправе требовать возмещения, наряду с другими убытками, упущенной выгоды в размере, не меньшем, чем такие доходы.
В соответствии с ч.1 ст.36 ЖК РФ собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе технические этажи, чердаки, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование.
В силу ч. 1 ст. 39 ЖК РФ собственники помещений в многоквартирном доме несут бремя расходов на содержание общего имущества в многоквартирном доме.
На основании ч. 1, 2.3 ст. 161 ЖК РФ управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в таком доме, или в случаях, предусмотренных статьей 157.2 настоящего Кодекса, постоянную готовность инженерных коммуникаций и другого оборудования, входящих в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, к предоставлению коммунальных услуг (далее - обеспечение готовности инженерных систем). Правительство Российской Федерации устанавливает стандарты и правила деятельности по управлению многоквартирными домами.
Подпунктом «а» п. 16 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации N 491 от 13 августа 2006 года предусмотрено, что надлежащее содержание общего имущества в зависимости от способа управления многоквартирным домом обеспечивается собственниками помещений путем заключения договора управления многоквартирным домом с управляющей организацией в соответствии с ч. 5 ст. 161 и ст. 162 ЖК РФ.
В соответствии с п. 5, пп. «д» п. 10, п.п. 11, 13, 42 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 N 491, которые регулируют отношения по содержанию общего имущества, принадлежащего на праве общей долевой собственности собственникам помещений в многоквартирном доме, в состав общего имущества включаются внутридомовая инженерная система водоотведения, состоящая из канализационных выпусков, фасонных частей (в том числе отводов, переходов, патрубков, ревизий, крестовин, тройников), стояков, заглушек, вытяжных труб, водосточных воронок, прочисток, ответвлений от стояков до первых стыковых соединений, а также другого оборудования, расположенного в этой системе.
Общее имущество должно содержаться в соответствии с требованиями законодательства РФ, в состоянии, обеспечивающем: постоянную готовность инженерных коммуникаций, приборов учета и другого оборудования, входящих в состав общего имущества, для предоставления коммунальных услуг (подачи коммунальных ресурсов) гражданам, проживающим в многоквартирном доме, в соответствии с Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов.
Содержание общего имущества в зависимости от состава, конструктивных особенностей, степени физического износа и технического состояния общего имущества, а также в зависимости от геодезических и природно-климатических условий расположения многоквартирного дома включает в себя: осмотр общего имущества, осуществляемый собственниками помещений и указанными в пункте 13 настоящих Правил ответственными лицами, обеспечивающий своевременное выявление несоответствия состояния общего имущества требованиям законодательства Российской Федерации, а также угрозы безопасности жизни и здоровью граждан (пп. «а» п. 11).
Осмотры общего имущества в зависимости от способа управления многоквартирным домом проводятся собственниками помещений, лицами, привлекаемыми собственниками помещений на основании договора для проведения строительно-технической экспертизы, или ответственными лицами, являющимися должностными лицами органов управления товарищества собственников жилья, жилищного, жилищно-строительного кооператива или иного специализированного потребительского кооператива (далее - ответственные лица) или управляющей организацией, а при непосредственном управлении многоквартирным домом - лицами, оказывающими услуги и (или) выполняющими работы.
Управляющие организации и лица, оказывающие услуги и выполняющие работы при непосредственном управлении многоквартирным домом, отвечают перед собственниками помещений за нарушение своих обязательств и несут ответственность за надлежащее содержание общего имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации и договором.
В силу п. 1.8 Правил и норм технической эксплуатации жилого фонда, утвержденных Постановлением Госстроя от 27 сентября 2003 года N 170, техническое обслуживание и ремонт строительных конструкций и инженерных систем зданий включают в себя, в том числе техническое обслуживание (содержание), включая диспетчерское и аварийное; осмотры; подготовку к сезонной эксплуатации; текущий ремонт.
Согласно разделу II указанных Правил техническое обслуживание здания включает комплекс работ по поддержанию в исправном состоянии элементов и внутридомовых систем, заданных параметров и режимов работы его конструкций, оборудования и технических устройств.
Техническое обслуживание жилищного фонда включает работы по контролю за его состоянием, поддержанию в исправности, работоспособности, наладке и регулированию инженерных систем и т.д. Контроль за техническим состоянием следует осуществлять путем проведения плановых и внеплановых осмотров.
Примерный перечень услуг, связанных с содержанием жилья и оплачиваемых за счет платы за содержание жилья, утв. Постановлением Госстроя РФ от 27.09.2003 N 170, включает в себя, в том числе работы, выполняемые при проведении технических осмотров и обходов отдельных элементов и помещений жилых домов: это устранение незначительных неисправностей в системах водопровода и канализации; прочистка канализационного лежака; проверка исправности канализационных вытяжек.
Методическое пособие по содержанию и ремонту жилищного фонда. МДК 2-04.2004" (утв. Госстроем России) относит к содержанию общего имущества жилого дома, в том числе, прочистку канализационных стояков от жировых отложений.
Указанные положения согласуются с постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 № 491 «Об утверждении Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме».
Судом установлено и следует из выписки из ЕГРН от 29.09.2025, что Фурсину В.Ю. и ФИО17 на праве общей совместной собственности принадлежит жилое помещение по адресу: <адрес обезличен>, площадью 63,8 кв.м, кадастровый <номер обезличен>.
Согласно выписке из ЕГРН от 07.08.2026, правообладателем <адрес обезличен>, кадастровый <номер обезличен>, площадью 64,2 кв.м, является Никулин А.С.
Жилые помещения № <номер обезличен> расположены в многоквартирном жилом <адрес обезличен> по <адрес обезличен>, управление которым возложено на ТСН (ж) «Мира 35» (ИНН 7017222332, ОГРН 1087017025105).
Как указано истцом, не опровергнуто стороной ответчика, затопление его <адрес обезличен> произошло из выше расположенной <адрес обезличен>, которая сама подверглась затоплению в период с 07 по 09 сентября 2025 года, что обнаружено супругами Никулиными 09.09.2025.
Информация о затоплении квартиры истца размещена им на сайте ГИС ЖКХ 12.09.2026, что следует из соответствующего скриншота, согласованных объяснений сторон.
В ответ на данное обращение ТСН (ж) «Мира 35» в лице председателя Малиновской С.В. 15.09.2025 уведомило Фурсина В.Ю. о том, что осмотр <адрес обезличен> состоится 15.09.2025 в 19.00 час., необходимо обеспечить доступ для осмотра ОИ в жилом помещении <номер обезличен>.
Суду стороной ответчика - ТСН (ж) представлен акт о заливе квартиры от 15.09.2025 (т.1 л.д.65), содержащий информацию о том, что комиссией в составе: председателя правления ТСН(ж) «Мира 35» Малиновской С.В.; ФИО9, заявленного в качестве члена правления, в присутствии собственника Фурсина В.Ю. составлен акт о заливе квартиры по адресу: <адрес обезличен>, согласно которому при явке в 19.00 час. Фурсин В.Ю. отказал в доступе в квартиру члену комиссии ФИО9, полномочия которого подтверждены протоколом от 29.08.2025, закрыл перед ним входную дверь. Провести осмотр и зафиксировать возможные последствия не представилось возможным. Визуально видимых следов затопления не обнаружено. Собственник указал на оторванный кусок обоев на кухне над окном размером около 20*30 см, в углу под окном отслоение части обоев размером около 0,1*10 см. Собственник от составления акта и подписи отказался.
В суде истец дал объяснения о том, что его отказ от составления и подписания акта, а также отказ в допуске в свою квартиру Суняйкина Д.А. были обусловлены, во-первых, отсутствием у того полномочий, во-вторых, недостоверными сведениями, изложенными в акте. То обстоятельство, что названный акт от 15.09.2026 подписан ФИО9, который в <адрес обезличен> не входил, не подписан истцом, а также в части объема перечисленных в нем повреждений имущества Фурсина В.Ю. опровергается иными доказательствами, позволяет суду критически оценить это письменное доказательство - акт о заливе квартиры от 15.09.2025 (т.1 л.д.65).
Представленный Товариществом акт от 15.09.2025 осмотра жилого помещения по адресу - <адрес обезличен> (т.1 л.д.64) свидетельствует о том, что комиссией в составе: председателя правления ТСН(ж) «Мира 35» Малиновской С.В.; ФИО9, заявленного в качестве члена правления, в присутствии собственника <адрес обезличен> ФИО18 произведен осмотр этого жилого помещения, в кухне и зале которого следов затопления, потеков не обнаружено, засоров в канализации нет. Данный акт осмотра суд принимает в качестве подтверждения того факта, что в результате затопления квартир №<номер обезличен>, 96 расположенное ниже жилое помещение <номер обезличен> затоплению не подверглось, а на 15.09.2025 засоры канализации при осмотре на уровне <адрес обезличен> - отсутствовали, что никем не оспаривалось и не влияет на затопление от 07 - 09 сентября 2025 года, его причины и последствия для имущества Фурсина В.Ю.
16.09.2025 комиссией в составе председателя правления ТСН (ж) «Мира 35» Малиновской С.В., отказавшейся от подписи, а также подписавших акт: собственника <адрес обезличен> Фурсина В.Ю., собственника <адрес обезличен> Никулиной Г.М., собственника <адрес обезличен> ФИО15 составлен акт о последствиях залива квартиры по адресу: <адрес обезличен> (т.1 л.д.15), в соответствии с которым 09.09.2025 выявлен залив <адрес обезличен>, пострадала кухня: потолок частично в районе окна, обои отклеились по стене над окном, между окном и стеной (левый угол от окна) под окном. Указано, что установить степень повреждений потолка, стены справа от окна, кухонного гарнитура без демонтажа натяжного потолка и кухонного гарнитура не представляется возможным. Причина залива: затопление <адрес обезличен>, расположенной над квартирой <номер обезличен>, по причине засора центрального кухонного стоянка канализации и выхода канализационных стоков через раковину в <адрес обезличен>. Председатель Правления ТСН (ж) Малиновская С.В. по содержанию акта о последствиях залива от 16.09.2025 (т.1 л.д.15) замечаний в этом акте по его содержанию не сделала, а при подписании этого акта тремя иными членами комиссии и отсутствии возражений от одного члена комиссии информация, содержащаяся в этом акте, принимается судом, как достоверная.
Помимо этого, 16.09.2025 комиссией в составе председателя правления ТСН (ж) «Мира 35» Малиновской С.В., члена правления ФИО16 и собственника <адрес обезличен> Никулина А.С. составлен акт осмотра жилого помещения по адресу: <адрес обезличен> (т.1 л.д.56), согласно которому, 16.09.2025 следов и источника залива не обнаружено. Заявка о засоре в раковине поступила в аварийно-диспетчерскую службу (АДС) 09.09.2025 в 12:34 час. от собственника <адрес обезличен>, который пояснил, что поднимается вода в раковине, когда соседи сверху сливают воду; пытались почистить сами, но не получилось; сантехник АДС прибыл по заявке и устранил засор в стояке в 13:12 час. На момент составления акта пол сухой, кухонный сифон состоит из отдельных частей, замотан изолентой. На акте от 16.09.2025 (т.1 л.д.56) Никулиным А.С. сделана запись, удостоверенная его подписью, о том, что «засор был в стояке и сантехник устранил засор в стояке». Такие рукописные дополнения, внесенные в акт при его подписании собственником <адрес обезличен> Никулиным А.С. оставлены без комментариев со стороны подписавших акт Малиновской С.В. и ФИО16, то есть членов правления Товарищества, которым такой акт и представлен в дело ( т.1 л.д.56).
Анализ обоих актов от 16.09.2025 (т.1 л.д.15, 56) приводит суд к выводу о том, что присутствовавшая при их составлении председатель правления ТСН (ж) «Мира 35» Малиновская С.В. не выразила несогласия с фактом засора центрального кухонного стояка, как с причиной затопления, указанной в обоих актах от 16.09.2025.
Истцом в адрес ответчика направлена претензия (без даты), ответ от 05.11.2025 на которую сводится к позиции Товарищества об отсутствии оснований к удовлетворению такой претензии и к указанию Фурсину В.Ю. на препятствия с его стороны к предоставлению доступа в жилое помещение <номер обезличен> для осмотра, а также к отсутствию у истца заинтересованности в надлежащем содержании общего имущества. Соответственно, требования истца-потребителя не удовлетворены во внесудебном порядке Товариществом, то есть объединением собственников помещений в многоквартирном <адрес обезличен>, созданным для совместного управления общим имуществом в многоквартирном доме и реализации иных целей, указанных в ч.1 статьи 135 Жилищного кодекса Российской Федерации.
При этом, между ТСН (ж) «Мира 35» (заказчик) и ИП ФИО19 (исполнитель) 01.12.2024 заключен договор <номер обезличен> на техническое обслуживание инженерных сетей, по которому исполнитель по поручению заказчика принимает на себя обязательства по техническому обслуживанию инженерных сетей здания многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес обезличен>, в том числе, оказывать услуги по ликвидации аварий, неисправностей внутридомового инженерного оборудования (водопровода, канализации, инженерных сетей водоснабжения, отопления, электроснабжения), предоставлять услуги кип и пожарной безопасности здания (п. 1.1). Срок действия договора – до 31.12.2025 с последующей автоматической пролонгацией (п. 9.1 договора).
Данный договор от 01.12.2024 расторгнут в одностороннем порядке с 15.06.2026, согласно заявлению председателя правления ТСН(ж) «Мира 35» Малиновской С.В. от 15.05.2026 <номер обезличен> в адрес ИП ФИО12 Соответственно, по состоянию на 7 - 9 сентября 2025 года договор <номер обезличен> от 01.12.2024 на техническое обслуживание инженерных сетей действовал.
Судом установлено, подтверждается согласованными объяснениями спорящих сторон, показаниями свидетелей, актом комиссионного осмотра чердачного помещения 3 подъезда от 02.09.2026 и фотоматериалами, обозревавшимися в судебном заседании, что в подъезде <номер обезличен> <адрес обезличен> в <адрес обезличен> отсутствовал как в исследуемый период, так и до него и отсутствует до сих пор доступ к фановым трубам для прочистки их по кухонному стояку, относимому к квартирам №<номер обезличен>, расположенным в подъезде <номер обезличен>; техническое обслуживание таковых не производилось ни до, ни после затопления квартир №<номер обезличен>. Указанное в любом случае свидетельствует о ненадлежащем содержании Товариществом общего имущества (инженерных сетей) многоквартирного дома.
Так, свидетель ФИО14 в зале суда дал показания о том, что является индивидуальным предпринимателем, в 2024-2025 годах оказывал на договорной основе профессиональные услуги, связанные с сантехническим и электротехническим обслуживанием жилого дома по адресу: <адрес обезличен>, с председателем ТСН(ж) которого неоднократно контактировал и передавал информацию о том, что в данном доме на чердаках отсутствуют технологические отверстия для прочистки фановых труб, его (ФИО31) сотрудники составляли список по всем подъездам дома по данному вопросу. По состоянию на сентябрь 2025 года ФИО11 у него работал слесарем-сантехником и выезжал по заявке на <адрес обезличен> в сентябре 2025 года по поручению диспетчера, которому поступила заявка о затоплении <адрес обезличен>. Со слов ФИО11, имел место засор в центральной канализационной трубе, который удалось прочистить тросом; в квартире, куда прибыл ФИО11, имела место канализационная вода, перетекшая через кухонную раковину, из которой она стала подниматься вверх.
Свидетель ФИО11 дал показания о том, что фактически до октября 2025 года состоял с ИП ФИО19 в трудовых отношениях, официально уволился позже. Примерно год назад он (ФИО29), как дежурный сантехник, получил заявку от диспетчера АДС о том, что поднимается вода вверх в кухонной раковине в <адрес обезличен>. По прибытии на адрес, обнаружил в квартире на полу разлитую жидкость в кухне под мойкой и возле окна, в сторону которого от мойки был небольшой уклон. Эта жидкость имела жирный состав, от неё пахло канализацией. В раковине на тот момент уже не было никакой жидкости, но имелись грязные следы от содержимого канализационных стоков. Разводки водоснабжения и водоотведения в <адрес обезличен> были целыми, на наличие или отсутствие изоленты он внимания не обращал. Разводка водоотведения состоит из сифона и гофры, которая вставляется в центральный стояк водоотведения; на момент его (свидетеля) прибытия в <адрес обезличен> сифон был уже в разобранном состоянии, он был вытащен из канализации, как и гофра. В чугунном соединении стояка стояла вода, из чего он (ФИО30) сделал вывод, что засор имел место в центральном канализационном стояке. После чистки стояка тросом вода ушла, и он (ФИО28) понял, что засор устранен; тем не менее, пошел в подвал и убедился, что вода ушла. С учетом истечения значительного времени, не помнит, отключал ли на этом вызове воду, но необходимости в этом не было с учетом засора системы канализации, а не водоснабжения; первоначально дал показания о чистке стояка тросом с чердака (крыши), т.к. это наиболее распространённый способ устранения засоров в подобных случаях, а в его профессиональной деятельности их очень много и он за давностью событий просто перепутал, в действительности же прочистка стояка имела место тросом из <адрес обезличен>, её оказалось достаточно для решения проблемы.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО10 дала показания о том, что проживает по адресу: <адрес обезличен>, т.е. непосредственно над квартирой семьи Никулиных. В начале сентября 2025 года в ее квартиру поднималась соседка Никулина Г.М. и сказала, чтобы она (ФИО26) в раковину на кухне ничего не сливала, поскольку у них (Никулиных) из раковины льется на пол вода, они ждут сантехника. Через какое-то время в тот же день Никулина Г.М. вновь пришла к ней (ФИО25) и сказала, что сантехник все прочистил, подробностей не сообщала. В ее (свидетеля) квартире на кухне в раковине и под ней 09.09.2025 все было сухо. Периодически до 09.09.2025 где-то в общей трубе были слышны посторонние булькающие звуки при сливе воды на кухне. Примерно 2 года назад заметила, что на кухне в раковине <адрес обезличен> стала самостоятельно подниматься вода; после этого она (ФИО27) вызывала сантехника, он прочищал засор около часа, но никаких актов не составлял.
Свидетель ФИО20 в судебном заседании показала, что является <данные изъяты> Никулиных А.С., Г.М., а Фурсин В.Ю. – сосед её <данные изъяты> из <адрес обезличен>. В летний период и в сентябре 2025 года её родители проживали на даче, а <адрес обезличен> на период своего отсутствия передавали под охрану. Она кратковременно посещала квартиру родителей 07.09.2025 (воскресенье) около 12.00 часов, для чего отключала жилое помещение с пульта централизованной охраны и по уходу- вновь передавала под охрану. При входе в квартиру <данные изъяты> 07.09.2025 внутрь кухни она не проходила, однако, из-за планировки жилого помещения и открытой кухонной двери из прихожей видела, что ни на кухне, ни в прихожей следов воды не было, в зоне видимости всё было сухо, раковина была пустая. Через несколько дней при телефонном разговоре <данные изъяты> ей (свидетелю) рассказала, что приехав с дачи 09.09.2025 они (Никулины А.С., Г.М.) обнаружили, что через раковину на кухне на пол вылилась жидкость, которая была грязной и с запахом канализации, они сами все убирали, из-за этого разбух кухонный гарнитур; вызванный сантехник им пояснил, что имел место засор в центральной трубе.
Свидетель ФИО16 показал, что с 1984 года проживает по адресу: <адрес обезличен>, является членом правления дома с 2022 года. Участвовал в осмотре крыши в 3 подъезде, присутствовали сантехник, инженер и 3 члена правления, которые не обнаружили выводов фановых труб, расположенные по всему чердаку кирпичные лотки примерно на 50 см засыпаны керамзитом, чтобы не было охлаждения потолка. Фановые трубы невозможно найти, чтобы почистить, это имело место и при осмотрах до 2025 года; правление Товарищества давно (до исследуемых событий) знало об этой проблеме. Подтвердил, что являлся членом комиссии 16.09.2025 года и осматривал <адрес обезличен>, где на кухне кустарным способом организована подводка, соединенная из трех шлангов, места соединения которых скреплены изолентой, которая также имела место на гофре. Со слов супругов Никулиных, затопление случилось, т.к. засорился центральный канализационный стояк, и вверх из раковины пошла вода.
Показания свидетелей суд находит логичными и последовательными, согласованными между собой и дополнительно указывающими на наличие вины ТСН (ж) в затоплении квартир №<адрес обезличен>. Кроме того, судом учитывается и письменная позиция ответчика Никулиной Г.М. о том, что затопление их квартиры и квартиры истца произошло из их (Никулиных) раковины на кухне, куда вода поступала из-за неисправности (засора) системы общедомовой канализации.
На основании ч.1-3 ст.67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
В ходе рассмотрения дела по ходатайству стороны ответчика – ТСН(ж) "Мира 35" определением Ленинского районного суда г. Томска от 20.05.2026 назначена комплексная судебная строительно-техническая и оценочная экспертиза.
Согласно заключению комиссии экспертов АНО «Томский центр экспертиз» <номер обезличен>, затопление <адрес обезличен> произошло из <адрес обезличен> из-за разгерметизации внутриквартирной разводки системы водоснабжения или водоотведения, устроенной в помещении кухни <адрес обезличен>. При этом место разгерметизации, являющейся причиной затопления указанных квартиры в период с 07.09.2025 по 09.09.2025, на период проведения исследования установить не представляется возможным из-за недостаточности точных данных о произошедшем событии и длительности периода, прошедшего с даты затопления до даты проведения исследования.
Допрошенный в судебном заседании от 03.08.2026 в качестве эксперта ФИО21 дал показания о том, что ввиду истечения значительного интервала времени с момента затопления от 7-9 сентября 2025 года и до момента экспертного исследования, экспертами зафиксирована актуальная на момент их исследования обстановка, когда воды (жидкости) на кухнях квартир № <номер обезличен> не было; разводка в <адрес обезличен> была исправна. Не исключил, что протечка в <адрес обезличен> могла произойти через инженерные сети, не исключена она как через раковину, так и ниже - через другие элементы системы. Допустил возможность разгерметизации на стыке сифона и ответвления трубы до канализации, а также в системе водоснабжения, так как один из шлангов гибкой подводки отличается визуально по цвету, то есть позднее был заменен. Кроме того, показал, что теоретически возможно, что если забилась канализация внутриквартирной разводки, то вода могла подняться наверх, но для возникновения в таком случае засора должно было быть и водопотребление.
Однако, как установлено судом из показаний свидетеля ФИО20, сведений из вневедомственной охраны, удостоверенных начальником пункта централизованной охраны (т.2 л.д.17), с 12.09 часов 07.09.2025 по 10.46 часов 09.09.2025 <адрес обезличен> находилась под наблюдением централизованной вневедомственной охраны, в ней никто не находился; доказательств водопотребления в период с 07.09.2025 по момент выявления супругами Никулиными затопления 09.09.2025 суду не представлено.
Ответ в адрес истца ИП ФИО12 (т.1 л.д.50), поддержанный последним при даче свидетельских показаний, содержит информацию о том, что 09.09.2025 в аварийно-диспетчерскую службу поступило сообщение о затоплении <адрес обезличен>, по прибытии в которую было выявлено, что из-за засора центрального кухонного канализационного стояка канализационные стоки поступали на пол кухни квартиры из раковины; был прочищен кухонный стояк, после чего работа канализационной системы была восстановлена.
Приведенный ответ ИП ФИО12 согласуется выпиской из журнала учёта заявок (т.1 л.д.55), где в 12.34 час 09.09.2026 зафиксирована заявка из <адрес обезличен> том, что на кухне забита раковина; произведена механическая прочистка вертикального стояка канализации в <адрес обезличен> применением спец. инструмента.
Анализируя и оценивая по правилам ст.67 ГПК РФ заключение комиссии экспертов АНО «Томский центр экспертиз» <номер обезличен>, как одно из доказательств по делу, в совокупности с показаниями эксперта ФИО13, суд приходит к выводу, что не согласуется ни с какими иными доказательствами по делу вывод в заключении экспертов о том, что причиной исследуемого затопления явилась разгерметизации внутриквартирной разводки системы водоснабжения или водоотведения, устроенной в помещении кухни <адрес обезличен>.
Так, выше мотивировано, что как письменные доказательства, так и свидетельские показания указывают на иную причину затопления - засор в центральном канализационной стояке (фановой трубе), для технического обслуживания которого (в том числе, для профилактической прочистки) не имелось и не имеется выходов в доме по <адрес обезличен>, о чем правление Товарищество располагало информацией задолго до 7-9 сентября 2025 года. Ситуация не изменилась и на момент рассмотрения дела, что не оспаривалось ответчиком - юридическим лицом. Кроме того, в акте осмотра инженерных коммуникацией от 10.08.2026, составленном ООО «ЦЭТ», указано, что проведен осмотр инженерных коммуникаций в помещении технического этажа подъезда <номер обезличен> по <адрес обезличен>, установлено следующее: на техническом этаже отсутствуют выводы трубопроводов фановой канализации по кухонному стоку канализации ду50 по квартирам <адрес обезличен> и по кухонному стоянку канализации ду50 по квартирам <адрес обезличен> Проведение профилактической прочистки вышеуказанных стояков с технического этажа невозможно.
Таким образом, в части причин затопления суд не принимает вывод, изложенный в заключении комиссии экспертов АНО «Томский центр экспертиз» <номер обезличен> - разгерметизация внутриквартирной разводки системы водоснабжения или водоотведения, устроенной в помещении кухни <адрес обезличен>. Этот вывод не только не согласуется с иными доказательствами, но исходя из показаний эксперта ФИО13, названная экспертами причина затопления носит исключительно вероятностный характер ввиду истечения значительного периода времени; эксперт ФИО21 в суде дал показания о возможности и иных причин затопления, среди которых не исключается и засор общедомовых инженерных коммуникаций (фановой трубы по соответствующему стояку). Доказательств обратного в порядке ст.56 ГПК РФ ответчик - Товарищество суду не представило.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что ТСН (ж) «Мира 35» ненадлежащим образом исполнял свои обязанности по содержанию общедомового имущества, в том числе, инженерных коммуникаций, что свидетельствует о нарушении прав истца и привело к затоплению его жилого помещения по <адрес обезличен>.
Указанное является основанием для взыскания с ответчика ТСН(ж) «Мира 35» в пользу истца Фурсина В.Ю. суммы имущественного ущерба в размере 61415 руб., а поскольку установлена в данном случае вина управляющей компании, то в удовлетворении требований к ответчикам Никулину А.С. и Никулиной Г.М. суд отказывает в полном объеме.
Залив жилого помещения истца произошел в период деятельности ТСН (ж) «Мира 35», при этом управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме.
В соответствии с заключением комиссии экспертов АНО «Томский центр экспертиз» <номер обезличен> установлены следующие повреждения отделки в помещении кухни <адрес обезличен>: потолок (локально около окна) – следы высохшей воды – пятна с ярко выраженным контуром более темного цвета, чем цвет в центре пятна, растрескивание шпаклевочного и окрасочного слоев; стены (локально около окна) – следы высохшей воды - пятна с ярко выраженным контуром более темного цвета, чем цвет в центре пятна, коробление / отслоение обоев от поверхности стены. При этом экспертами не установлены следы повреждения материала исполнения боковых элементов корпуса тумбы под мойку и на ее фасадах, а также аналогичные повреждения не установлены и на соседней тумбе с выдвижным ящиком. При этом на нижней полке тумбы под мойку со стороны размещения внутриквартирных инженерных систем, устроенных внутри тумбы. Имеется разрушение материала исполнения (ЛДСП) в виде разбухания, покоробленности лицевой поверхности полки, аналогичные повреждения имеются на цокольных декоративных планках тумб кухонного гарнитура по четырем их сторонам. Стоимость ремонтно-восстановительных работ в <адрес обезличен> после затопления, произошедшего в период с 07.09.2025 по 09.09.2025, на дату проведения экспертизы составляет 61415 руб., на дату затопления – 58020 руб.
В ответе АНО «Томский центр экспертиз» от 13.08.2026 <номер обезличен> на судебный запрос от 04.08.2026 указано, что при определении стоимости ремонтно-восстановительных работ жилого помещения по адресу: <адрес обезличен> после затопления, произошедшего в период с 07.09.2025 по 09.09.2025, с учетом выявленных повреждений и необходимых работ для их устранения требуется проведения работ по демонтажу / монтажу люстры. Стоимость демонтажа люстры (с сохранением материала) по среднерыночным ценам г. Томска составляет 218,00 руб., стоимость монтаж – 752,00 руб. В заключении комиссии экспертов <номер обезличен> на стр. 19-20 в «таблица – 2. Расчет стоимости ремонтных работ» учтены дополнительные расходы / непредвиденные затраты (в размере 10 % от основной суммы), их сумма составляет 4431,94 руб. Тем самым, сумма по выполнению данных работ учтена в сумме, включающей дополнительные расходы.
Доказательств иной величины материального ущерба суду по правилам ст.56 ГПК РФ не представлено, возражений относительно объема повреждений и расходов, необходимых для восстановления имущественных прав Фурсина В.Ю., не заявлено. Соответственно, убытки подлежат взысканию в пользу последнего в размере 61415 руб.
Разрешая требования истца о взыскании с ТСН (ж) «Мира 35» компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.
В силу ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.
Предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
В пункте 30 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Таким образом, презюмируя компенсацию морального вреда потребителю, закон не освобождает его от обязанности доказывания (ст.56 ГПК РФ) тех обстоятельств, которые могут повлиять на размер компенсации морального вреда.
Оценивая доводы стороны истца в обоснование заявленных требований о компенсации морального вреда в размере 30 000 руб., суд находит, что данная сумма не подтверждена доказательствами по делу в порядке ст. 56 ГПК РФ, а имеются лишь пояснения истца о его переживаниях относительно ситуации с затоплением.
С учетом изложенного, принимая во внимание приведенные законоположения и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, учитывая требования разумности и справедливости, суд полагает необходимым частично удовлетворить требования Фурсина В.Ю., острота морально-нравственных страданий которого за давностью времени безусловно притупилась, а доказательств их существенного объема - не представлено, и взыскать с ответчика ТСН(ж) «Мира 35» компенсацию морального вреда в размере 10000 руб.
Согласно пункту 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
В соответствии с п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.
Учитывая удовлетворение требований истца о взыскании с ответчика ТСН(ж) «Мира 35» суммы материального ущерба в размере 61 415 руб., компенсации морального вреда в сумме 10 000 руб., суд полагает возможным взыскать с ответчика также штраф в размере 35707,50 руб. (50 % от 71415 руб.).
В соответствии с ч. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
Согласно п. 57 Постановления Пленума от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.
Таким образом, оснований для взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, начисляемыми на сумму основного долга в размере 61415 руб., в данном случае не имеется, в связи с чем, данное требование истца не подлежит удовлетворению.
На основании ч.5 ст.155 ЖК РФ, члены товарищества собственников жилья либо жилищного кооператива или иного специализированного потребительского кооператива вносят обязательные платежи и (или) взносы, связанные с оплатой расходов на содержание и текущий ремонт общего имущества в многоквартирном доме, а также с оплатой коммунальных услуг, в порядке, установленном органами управления товарищества собственников жилья либо органами управления жилищного кооператива или органами управления иного специализированного потребительского кооператива, в том числе уплачивают взносы на капитальный ремонт в соответствии со статьей 171 настоящего Кодекса.
Требование истца о перерасчете платы за жилое помещение путем уменьшения платы за управление за сентябрь 2025 года суд находит необоснованным и приходит к выводу об отказе в его удовлетворении.
Так, согласно п.33 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме и Правил изменения размера платы за содержание жилого помещения в случае оказания услуг и выполнения работ по управлению, содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме ненадлежащего качества и (или) с перерывами, превышающими установленную продолжительность, утв. Постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 N 491, размер обязательных платежей и (или) взносов, связанных с оплатой расходов на содержание общего имущества, для собственников помещений, являющихся членами товарищества собственников жилья, жилищного, жилищно-строительного или иного специализированного потребительского кооператива, а также размер платы за содержание жилого помещения для собственников помещений, не являющихся членами указанных организаций, определяются органами управления товарищества собственников жилья либо органами управления жилищного, жилищно-строительного или иного специализированного потребительского кооператива на основе утвержденной органами управления сметы доходов и расходов на содержание общего имущества на соответствующий год. В указанный размер платежей и (или) взносов также включаются расходы товарищества собственников жилья, жилищного, жилищно-строительного или иного специализированного потребительского кооператива на оплату коммунальных ресурсов, потребляемых при использовании и содержании общего имущества, в размере, определенном в соответствии с пунктами 29(1) - 29(5) настоящих Правил.
В силу части 2 статьи 192 Жилищного кодекса Российской Федерации под деятельностью по управлению многоквартирным домом понимаются выполнение работ и (или) оказание услуг по управлению многоквартирным домом на основании договора управления многоквартирным домом.
Подпунктом "ж" пункта 4 Правил осуществления деятельности по управлению многоквартирными домами, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 15 мая 2013 г. N 416 "О порядке осуществления деятельности по управлению многоквартирными домами", предусмотрено, что управление многоквартирным домом обеспечивается выполнением следующих стандартов организации и осуществления расчетов за услуги и работы по содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме, включая услуги и работы по управлению многоквартирным домом, и коммунальные услуги, в том числе начисление обязательных платежей и взносов, связанных с оплатой расходов на содержание и ремонт общего имущества в многоквартирном доме и коммунальных услуг в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации; оформление платежных документов и направление их собственникам и пользователям помещений в многоквартирном доме.
По смыслу п.1 ч.2 ст.154 ЖК РФ, плата за жилое помещение и коммунальные услуги для собственника помещения в многоквартирном доме включает в себя плату за содержание жилого помещения, включающую в себя плату за услуги, работы по управлению многоквартирным домом, за содержание и текущий ремонт общего имущества в многоквартирном доме, за коммунальные ресурсы, потребляемые при использовании и содержании общего имущества в многоквартирном доме;
Следовательно, в состав платы за содержание жилого помещения не включается плата за услуги (работы), оказываемые (выполняемые) в отношении одного помещения в многоквартирном доме, принадлежащего отдельному собственнику, в данном случае- квартиры истца <номер обезличен>. Соответственно, в данном случае восстановление нарушенного права Фурсина В.Ю. осуществляется таким способом защиты прав, как возмещение убытков, но не понуждение Товарищества к перерасчету платы за жилое помещение <номер обезличен> за управление домом <адрес обезличен> за сентябрь 2025 год, а потому это требование не подлежит удовлетворению, равно как и требования о взыскании судебной неустойки.
Так, согласно части 3 статьи 206 ГПК РФ суд по требованию истца вправе присудить в его пользу денежную сумму, подлежащую взысканию с ответчика на случай неисполнения судебного акта, в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения.
В случае неисполнения должником обязательства кредитор согласно пункту 1 статьи 308.3 ГК РФ вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства.
Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (п. 1 ст. 330 ГК РФ) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).
Из п. 1 ст. 330 ГК РФ следует, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.
Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в постановлении Пленума N 7 от 24 марта 2016 года "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", на основании пункта 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (статья 304 Гражданского кодекса Российской Федерации), судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя (судебная неустойка) (п. 28).
Из системного толкования приведенных правовых норм следует, что основанием для взыскания судебной неустойки является неисполнение ответчиком судебного акта, возлагающего на него обязанность по совершению определенных действий, целью судебной неустойки является побудить к исполнению обязанности, уже доказанной и всесторонне исследованной судом, а также признанной к исполнению, размер компенсации определяется судом с учетом принципов соразмерности, справедливости и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения.
Таким образом, поскольку требования, к выводу об удовлетворении которых пришел суд, являются имущественными и не направлены на возложение обязанности к исполнению ответчиком обязательства в натуре, суд приходит к выводу и об отказе в удовлетворении требования о взыскании судебной неустойки.
В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Истцы по искам, связанным с нарушением прав потребителей, освобождаются от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, с учетом положений п. 3 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (пп. 4 п. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации).
Соответственно, в силу ст. 103 ГПК РФ при цене иска 65 415 руб. с ТСН(ж) «Мира 35» в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7 000 руб. (4 000 руб. + 3 000 руб. (за требование неимущественного характера)).
На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования Фурсина ВЮ к Товариществу собственников недвижимости (жилья) «Мира 35» о возложении обязанности произвести перерасчет платы за жилое помещение, взыскании денежных средств в счет возмещения имущественного ущерба, судебной неустойки, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, судебной неустойки - удовлетворить частично.
Взыскать с Товарищества собственников недвижимости (жилья) «Мира 35» (ИНН 7017222332) в пользу Фурсина ВЮ (СНИЛС <номер обезличен>) денежные средства в сумме 61415 руб. в счет возмещения имущественного ущерба, компенсации морального вреда в размере 10000 руб., штраф за нарушение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 35707 руб. 50 коп., а всего взыскать 107122 руб. 50 коп.
В удовлетворении остальной части иска Фурсина ВЮ к Товариществу собственников недвижимости (жилья) «Мира 35» отказать.
Взыскать с Товарищества собственников недвижимости (жилья) «Мира 35» (ИНН 7017222332) в доход бюджета государственную пошлину в размере 7 000 руб.
В удовлетворении иска Фурсина ВЮ к Никулину АС и Никулиной ГМ отказать в полном объеме.
Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Ленинский районный суд г. Томска в течение 1 месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.
Председательствующий А.Р. Корниенко
Мотивированное решение суда изготовлено 22 сентября 2026 года.
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>