Решение
Именем Российской Федерации
28 июля 2026 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:
председательствующего судьи Новиковой Г.В., при секретаре Черновой В.А., помощник судьи Харзова О.Ю., с участием:
истца Роговой Е.В., представителя истца Волосожар Е.Н., прокурора Юровой О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, в котором просит взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 300000 руб.
В обоснование заявленных требований указывает, что мировым судьей судебного участка <номер обезличен> Кировского судебного района <адрес обезличен> <дата обезличена> прекращено производство по делу частного обвинения по заявлению ФИО1 к ФИО2 об умышленном причинении легкого вреда здоровью по нереабилитирующим основаниям- истечение срока давности привлечения к ответственности. ФИО2 спровоцировал конфликт, нанес истцу несколько ударов по голове и мягким тканям лица, истязал, наносил побои, оскорблял и использовал нецензурную брань. В результате чего истцу причинены травмы, относящиеся к легкому вреду здоровья: а именно сотрясение головного мозга, шейно-затылочный механизм. В результате умышленных противоправных действий ответчика истцу причинена физическая боль, повлекшая нравственные страдания.
Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала, дополнительно указала, что ответчик является ее братом, систематически злоупотребляет спиртными напитками, проявляет агрессию, допускает оскорбительные высказывания. <дата обезличена> ответчик приехал по месту жительства истца, полагая, что он имеет полное право посещения указанной квартиры без ограничения, поскольку является сособственником жилого помещения, начал оскорблять истца, наносить удары, во время чего истец испытала сильнейшую физическую боль, страх за свою жизнь, чувство ужаса и беспомощности, поскольку не имела возможности оказать сопротивление физически здоровому мужчине, превосходящему ее по силе в несколько раз. После указанного события истец была вынуждена переехать в служебное жилье так как боится оставаться в жилом помещении, в которое беспрепятственно может войти ответчик. В результате причинения вреда здоровью истцу были назначены препараты, <данные изъяты>, <данные изъяты>. Просила учесть, что агрессивное поведение ответчика - это норма, ранее он привлекался к уголовной ответственности за «дедовщину», полагала, что такое поведение обусловлено чувством вседозволенности и безнаказанности. Извинения ответчик не принес, вину загладить не пытался.
Представитель истца Титов М.С. в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал, полагал, что оснований для уменьшения сумы компенсации морального вреда не имеется, после перерыва в судебное заседание не явился.
Представитель истца Волосожар Е.Н. в судебном заседании поддержала доводы иска, полагала, что оснований для снижения суммы компенсации морального вреда не имеется.
Ответчик Рогов М.В. в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.
Представитель ответчика Севостьянова Д.А., просила рассмотреть дело в отсутствие ответчика, не оспаривая факта события, против удовлетворения требований возражала, указав, что конфликт между сторонами носил затяжной и обоюдный характер, оскорбительные высказывания допускались с обеих сторон. Представленные в материалы дела экспертные заключения содержат противоречивые выводы: одна экспертиза не усматривает причинения вреда здоровью, другая квалифицирует его как легкий, при этом причинно-следственная связь между отслоением сетчатки глаза и произошедшим конфликтом не установлена. Полагала, что действий по удушению и истязанию со стороны ответчика не было, причинение телесных повреждений произошло в результате потасовки, между сторонами. Просила учесть материальное положение ответчика, полагала, что сумма компенсации морального вреда не может превышать 30000 руб.
В соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, учитывая заключение помощника прокурора Ленинского района г. Томска Юровой О.В., полагавшей иск подлежащим частичному удовлетворению в размере 100000 руб. суд приходит к следующему.
Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что защита гражданских прав осуществляется путем компенсации морального вреда.
В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Пунктом п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" предусмотрено, что одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права, в том числе, например, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения.
В соответствии с абз.2 ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В соответствии с п.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Согласно разъяснениям, приведенным в п.12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
При этом оценка размера компенсации морального вреда относится к судебной дискреции (усмотрению).
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").
Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.
Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Конституционный Суд в пункте 3.4 постановления от 8 декабря 2017 г. N 39-П "По делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 ГК РФ, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 НК РФ, статьи 199.2 УК РФ и части первой статьи 54 УПК РФ в связи с жалобами граждан Г.Г. Ахмадеевой, С.И. Лысяка и А.Н. Сергеева" отметил, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину. Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности.
Также Конституционный Суд в пункте 3.1 постановления от 2 марта 2017 г. N 4-П, касаясь вопросов, связанных с последствиями истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности, с учетом постановления от 28 октября 1996 г. N 18-П, а также определений от 2 ноября 2006 г. N 488-О и от 15 января 2008 г. N 292-О-О пришел к выводу о том, что отказ в возбуждении уголовного дела или его прекращение в связи с освобождением лица от уголовной ответственности и наказания по нереабилитирующему основанию не влекут признание лица виновным или невиновным в совершении преступления. Принимаемое в таких случаях процессуальное решение не подменяет собой приговор суда и по своему содержанию и правовым последствиям не является актом, которым устанавливается виновность подозреваемого или обвиняемого (подсудимого) в том смысле, как это предусмотрено статьей 49 Конституции Российской Федерации. Подобного рода решения констатируют отказ от дальнейшего доказывания виновности лица, несмотря на то, что основания для осуществления в отношении его уголовного преследования сохраняются.
Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда от 16 июля 2015 г. N 1823-О, постановление о прекращении уголовного дела является письменным доказательством (часть 1 статьи 71 ГПК РФ) и подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами (статья 67 ГПК РФ).
Таким образом, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.
При этом не могут предрешать выводы суда о возможности привлечения к гражданско-правовой ответственности лица, в отношении которого по нереабилитирующим основаниям было отказано в возбуждении уголовного дела или уголовное преследование по обвинению в преступлении было прекращено, содержащиеся в процессуальном решении данные, включая сведения об установленных фактических обстоятельствах совершенного деяния, поскольку в деле о возмещении вреда они выступают письменными доказательствами и по отношению к иным доказательствам не обладают большей доказательственной силой.
Соответственно, при рассмотрении заявленного гражданского иска о возмещении причиненного преступлением вреда суд не связан решением соответствующего органа в части установления наличия состава гражданского правонарушения, однако обязан произвести всестороннее и полное исследование доказательств по делу и дать им надлежащую оценку.
В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В силу ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Согласно ст. 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.
На основании ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.
В соответствии с ч.2 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
После вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения (ч.2 ст. 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В ходе рассмотрения дела судом установлено, что постановлением мирового судьи судебного участка <номер обезличен> Кировского судебного района <адрес обезличен> от <дата обезличена> по делу <номер обезличен> прекращено уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ в связи с истечением давности уголовного преследования, ФИО2 инкриминировалось, что <дата обезличена> около 08-10 часов ФИО2 прибыл по месту жительства истца по адресу: <адрес обезличен>, где спровоцировал конфликт с сожителем истца - Вадимом, в ходе которого высказывал в его адрес оскорбления. После ухода Вадима ФИО2 продолжил конфликтовать непосредственно с ФИО1, также оскорбляя ее, после чего проследовал на кухню, продолжая выкрикивать оскорбления. Спустя приблизительно 10–15 минут, около 08-15 часов, истец увидела, как ФИО2 вырвал телевизионную приставку; заметив, что она наблюдает за его действиями, он набросился на нее, схватил за волосы и шею и с силой удерживал, а когда она попыталась защититься, повалил на кровать и стал хватать за лицо. В тот момент, когда потерпевшая снимала происходящее на телефон, ФИО2 вновь напал на нее, схватил за шею и волосы, дергал, таскал по квартире, толкал, отчего она ударялась головой о дверной проем и предметы мебели, сжимал ей шею, швырнул на кровать и нанес побои, в том числе рукой выворачивал шею, сопровождая свои действия оскорбительной и нецензурной бранью. В период с 08-30 часов до 08-45 часов ФИО2 нанес потерпевшей не менее двух ударов кулаком в область лица. Общая продолжительность противоправных действий составила около 40–45 минут. В результате избиения у ФИО1 потемнело в глазах, возникли тошнота и рвота (л.д.6).
Из указанного постановления также следует, что <дата обезличена>, в связи с ухудшением самочувствия (головная боль, рвота) ФИО1 обратилась в ГБУЗ «Городская больница скорой медицинской помощи» к нейрохирургу, где ей был поставлен диагноз: сотрясение головного мозга, шейно-затылочный механизм. От госпитализации потерпевшая вынужденно отказалась ввиду нахождения на ее иждивении малолетнего ребенка, находящегося на грудном вскармливании.
В ходе рассмотрения уголовного дела мировым судьей дважды назначались судебно-медицинские экспертизы.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы <номер обезличен>-M от <дата обезличена>, при исследовании представленной медицинской документации, с учетом данных об обстоятельства дела, имеющихся в распоряжении эксперта, у ФИО1 обнаружены следующие телесные повреждения: кровоподтеки на правом скате носа, в проекции тела нижней челюсти слева, в правой щечной области, на левой ушной раковине, на правом плече, на правой кисти, на левой кисти, ссадина на слизистой оболочке левой щеки, линейные ссадины в проекции левой носогубной складки, у левого угла рта, полосовидный кровоподтек в подбородочной области справа с переходом переднюю поверхность шеи справа в поднижнечелюстную область могли быть причинены действием твердых предметов с ограниченной поверхностью. Данные телесные повреждения сами по себе не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Закрытую черепно-мозговую травму: сотрясение головного мозга выставленную нейрохирургом ОГАУЗ «БСМП» <адрес обезличен> <дата обезличена>, в рамках представленной медицинской документации единолично эксперту ни опровергнуть не представляется возможным, т.к. из данных анамнеза известно, что после травмы сознание не теряла, эпизод однократной рвоты достоверными данными не подтвержден, жалобы на головную боль, тошноту и головокружение являются субъективным признаком, по данным протокола СКТ головы <номер обезличен> от <дата обезличена> - видимой острой патологии не выявлено, с учетом наличия сопутствующей хронической патологии (остеохондроз шейного отдела позвоночника, ангиопатия сетчатки обоих глаз по гипертоническому типу, повышение периферического сопротивления в системе позвоночной артерии справа с динамическим экстравазальными влияния на нее и умеренным дефицитом кровотока и др.) установить причину изменений в неврологическом статусе и их связь с событиями от <дата обезличена> не представляется возможным, с связи с чем необходимо проведение комплексной судебно-медицинской экспертизы с привлечением врача-невролога (л.д. 31-49).
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы <номер обезличен> от <дата обезличена> у ФИО1 выявлены следующие телесные повреждения: кровоподтек на правом скате носа, линейная ссадина в проекции левой носогубной складки, линейная ссадина у левого угла рта, кровоподтек в области тела нижней челюсти слева, ссадина на слизистой оболочке левой щеки, кровоподтек в щечной области справа, полосовидный кровоподтек в подбородочной области справа с переходом на верхнюю треть шеи в подчелюстной области, кровоподтек на левой ушной раковине, кровоподтек на правом плече, кровоподтек на правой кисти и кровоподтек на левой кисти. Помимо указанных наружных повреждений, на основании медицинской документации установлено наличие у ФИО1 сотрясения головного мозга, что подтверждается совокупностью клинических данных: наличием травматических меток на голове, кратковременным нарушением сознания (потемнение в глазах в момент травмы), общемозговыми симптомами (головная боль, головокружение, тошнота, рвота), объективными неврологическими изменениями, зафиксированными при осмотрах нейрохирурга ОГАУЗ «БСМП» <адрес обезличен> <дата обезличена> и невролога ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» <дата обезличена>, а также изменениями на глазном дне (пастозность дисков зрительных нервов обоих глаз) и последующей положительной динамикой с регрессом неврологической симптоматики на фоне лечения, отмеченной при выписке из стационара <дата обезличена>. Все перечисленные повреждения образовались в результате ударно-сдавливающего воздействия твердых тупых предметов с ограниченной травмирующей поверхностью и в совокупности образуют единый комплекс черепно-мозговой травмы. Данная травма квалифицируется как легкий вред здоровью, поскольку вызывает временное нарушение функций органов и систем продолжительностью до трех недель (до 21 дня включительно) от момента причинения. Давность образования указанных телесных повреждений в срок, указанный в постановлении, а именно <дата обезличена> в утреннее время, не исключается, что подтверждается морфологической характеристикой кровоподтеков, состоянием корочек ссадин на лице, характером налета на ссадинах и данными медицинской документации. Причинение имеющихся у ФИО1 повреждений при обстоятельствах, описанных потерпевшей, также не исключается (л.д. 50-77).
Представленная истцом видеозапись, производимая непосредственно в момент нанесения ударов, также подтверждает, что телесные повреждения произошли именно в результате действий ответчика.
Доказательств отсутствия вины в причинении телесных повреждениях, установленных заключением судебно-медицинской экспертизы № 276 от 19.01.2026, ответчиком не представлено.
При таких обстоятельствах суд полагает установленным, что в результате виновных противоправных действий ответчика, истцу причинены телесные повреждения, квалифицирующиеся как легкий вред здоровью, причинившие ей физическую боль и нравственные страдания, следовательно, требование о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению.
Разрешая вопрос о размере подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно разъяснениям постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ). При разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом). Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Согласно п.30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от 19.01.2026 истцу причинены как травмы повлекшие вред здоровью- сотрясение головного мозга, кровоподтек на правом скате носа, кровоподтек в области тела нижней челюсти слева, кровоподтек в щечной области справа и ссадина на слизистой оболочке левой щеки, полосовидный кровоподтек в подбородочной области справа с переходом на верхнюю треть шеи в подчелюстной области, кровоподтек на левой ушной раковине; так и травмы не причинившие вред здоровью- линейная ссадина в проекции левой носогубной складки, линейная ссадина у левого угла рта причиненные тангенциальным действием твердых предметов с ограниченной поверхностью, какими могли быть ногти пальцев рук, кровоподтек на правом плече, кровоподтек на правой кисти, кровоподтек на левой кисти причиненные ударно-сдавливающим действием твердых тупых предметов с ограниченно травмирующей поверхностью.
Вместе с тем, все телесные повреждения, установленные у истца, причинили ей физическую боль, не только в момент непосредственного причинения, но и в последующем в ходе заживления.
Кроме того, суд полагает заслуживающим внимания и довод стороны истца о том, что у нее ухудшилось зрение после травмы нанесенной ответчиком. Так согласно выписного эпикриза от <дата обезличена> у ФИО1, при осмотрен врача-офтальмолога <дата обезличена> в обоих глазах истца макула и видимая периферия без патологий (л.д. 183, 180), а при осмотре врача-офтальмолога после травмы, <дата обезличена> у истца выявлена периферическая дегенерация сетчатки правого глаза (л.д. 186).
Из материалов дела следует, что истец находился на стационарном лечении с <дата обезличена> по <дата обезличена> в ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» в неврологическом отделении с диагнозом «Цервикалгия» (л.д.177).
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Исследованная судом видеозапись, представленная истцом, свидетельствует об обоснованности доводов истца о чувстве страха за свою жизнь и здоровье во время причинения ей вреда, поведение ответчика явно указывает на неприкрытую агрессию, а также физическое превосходство ответчика по отношению к истцу, чувство беспомощности и унижения, которые возникли, в том числе в результате оскорбительных высказываний в адрес истца, запечатленных на видеозаписи.
Факт и степень эмоционального потрясения истца, его нравственные страдания подтверждаются также показаниями свидетелей.
Так, допрошенная в судебном заседании Черненко О.Н., показала, что является подругой истца, о произошедшем ей стало известно от истца по телефону, после чего в тот же день она приехала к истцу, которая находилась в эмоционально нестабильном состоянии, сопровождавшемся истерикой. На теле истца были телесные повреждения в виде кровоподтёков и ссадин. Свидетелю известно о наличии конфликтных отношений между истцом и ответчиком, при этом поведение ответчика характеризовалось как агрессивное. После инцидента физическое и психологическое состояние истца прогрессивно ухудшалось: у неё возникали панический страх и панические атаки, она не могла оставаться в одиночестве в жилом помещении, а также испытывала страх при поездках к матери.
Из показаний свидетеля Басанова В.В., следует, что он является сожителем истца, наблюдал состояние Роговой Е.В. непосредственно после события, она находилась в состоянии истерики, на теле были телесные повреждения в виде синяков и кровоподтёков. После случившегося истец находилась в состоянии сильного эмоционального потрясения. До настоящего времени истец избегает возвращения в квартиру и опасается поездок в Тимерязевское в связи с возможной встречей с ответчиком и повторением противоправных действий. Свидетель также указал, что произошедшее событие существенно изменило жизнь истца, которая находится в состоянии постоянного страха.
Оценивая показания свидетелей, суд полагает их относимым и допустимым доказательством, они согласуются как между собой так и с иными доказательствами, представленными суду.
Стороной ответчика заявлено о чрезмерности суммы компенсации морального вреда, и необходимости учета того обстоятельства, что у ФИО2 на иждивении находится несовершеннолетний ребенок (л.д. 223), суммарный доход ответчика за 2025 год составил 67035,83 руб.
Согласно ответу ОГАУЗ «ТКПБ» Рогов М.В. в период с 27.05.2024 по 07.06.2024 находился на стационарном лечении с диагнозом «Депрессивный эпизод средней степени без соматических симптомов», с 22.06.2026 по дату исполнения запроса (30.06.2026) с диагнозом «Реккурентное депрессивное расстройство, текущий эпизод тяжелой степени без психотических симптомов», с неопределенной датой выписки из стационара (л.д. 22).
Само по себе нахождение ответчика на лечении в психиатрическом отделении не является препятствием к труду и основанием для снижения суммы компенсации морального вреда до ничтожных размеров. Доказательств нетрудоспособности ответчика, либо отсутствия имущества, за счет которого ответчик может компенсировать причиненный истцу вред в результате умышленного противоправного поведения, направленного на причинение боли и страданий истцу, являющейся женщиной, у которой имеется годовалый ребенок, суду не представлено.
Кроме того, суд учитывает, что истец и ответчик являются родными братом и сестрой, поведение ответчика противоречит принципам семейного законодательства, предусматривающим необходимость взаимного уважения любви и взаимопомощи.
С учетом характера и степени причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств дела, при которых был причинен вред, поведение ответчика, не принесшего извинений, суд приходит к выводу, что сумма компенсации морального вреда позволяющая загладить причиненный истцу вред составляет 100000 руб., она не является чрезмерной и отвечает требованиям разумности и справедливости и не может быть признана ничтожно малой по отношению к перенесенным истцом нравственным и физическим страданиям.
В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.
В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Согласно абз. 2 подп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера государственная пошлина уплачивается физическими лицами в размере 3 000 руб.
Таким образом, с учетом того, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины на основании п. 9 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчика ФИО2 в бюджет муниципального образования «Город Томск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 руб.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 - 199, 233 - 237 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
исковые требования ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, взыскании убытков удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 <номер обезличен>) в пользу ФИО1 (<номер обезличен>) компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.
Взыскать с ФИО2 (<номер обезличен>) в доход муниципального образования «Город Томск» государственную пошлину в размере 3 000 руб.
Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Ленинский районный суд г. Томска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Г.В. Новикова
Мотивированный текст решения суда составлен 06 августа 2026 года.