РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
29 апреля 2026 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:
председательствующего судьи Бабьевой Н.В., при секретаре Черняевой А.Ф., с участием старшего помощника прокурора Ленинского района г. Томска Думлер Ю.Г., истца Фроловой М.Ю., представителя ответчика ОГАУЗ «Томская клиническая психиатрическая больница» Левиной Е.А., действующей на основании доверенности от 10.12.2025 №917, выданной сроком по 31.12.2026, рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по исковому заявлению Фроловой М.Ю. к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Томская клиническая психиатрическая больница» о признании приказа об увольнении незаконным, изменении даты увольнения, изменении записи в трудовой книжке, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, опровержении порочащих сведений, взыскании компенсации морального вреда, установил:
Фролова М.Ю. обратилась в суд с иском к ОГАУЗ «ТКПБ», в котором, с учетом уточнения исковых требований просит признать приказ ОГБУЗ «ТКПБ» от 30.12.2025 №1501к об увольнении Фроловой М.Ю. незаконным, обязать ОГБУЗ «ТКПБ» изменить дату увольнения ФроловойМ.Ю. с 30.12.2025 на 24.08.2026, внести в приказ ОГБУЗ «ТКПБ» от 30.12.2025 № 1501к об увольнении Фроловой М.Ю. и в Трудовую книжку изменения о дате увольнения Фроловой М.Ю., взыскать с ОГБУЗ «ТКПБ» в пользу истца заработную плату за время вынужденного прогула за период с 31.12.2025 по 24.08.2026 в размере 260091,23 руб., компенсацию морального вреда в размере 120000 руб., признать сведения, указанные в служебных записках, распространенных ОГБУЗ «ТКПБ» о том, что Фролова М.Ю. к выполнению служебных обязанностей относилась небрежно, без предупреждения покидала рабочее место раньше срока окончания смены, что создавало сложные и потенциально опасные ситуации, когда пациенты, способные наносить самоповреждения оставались без присмотра, много времени в рабочие смены проводила в телефоне, курила на территории отделения, нецензурно выражалась в адрес медицинского персонала, на замечания работником отделения реагировала агрессивно, не соответствующими действительности относительно указанной в них информации, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию Фроловой М.Ю., возложить на ОГБУЗ «ТКПБ» обязанность опровергнуть сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца, путем направления в Государственную инспекцию труда в Томской области уведомления с просьбой отозвать служебные записки, как не соответствующие действительности относительно указанной в них информации, распределить судебные расходы.
В обоснование требований указывает, что 04.07.2017 истец принята на работу в ОГБУЗ «ТКПБ» на должность воспитателя, где проработала до 30.12.2025.Приказом от 30.12.2025 трудовой договор с ней расторгнут по инициативе работника. Истец считает увольнение незаконным, так как заявление об увольнении подано под давлением. Кроме того, работодатель распространил не соответствующие действительности сведения в служебных записках о том, что истец ненадлежащим образом исполняла свои должностные обязанности (покидала рабочее место, курила, нецензурно выражалась, пренебрегала безопасностью пациентов), что порочит ее честь, достоинство и деловую репутацию. Данные сведения направлены в Государственную инспекцию труда в Томской области и не соответствуют действительности.
В судебном заседании истец требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дала объяснения о том, что 05.12.2025 на пятиминутке, которую проводила заведующая отделением ФИО1, истцу указано на ненадлежащее исполнение должностных обязанностей. В вину истца постановлен побег ребенка из отделения, самоповреждение другого ребенка, а также высказано замечание относительно внешнего вида и использование телефонов в рабочее время. После чего заведующая отделением сказала, что Фролова М.Ю. может уволиться. Слова заведующей истец расценила как приказ об увольнении. Спустя 5–6 часов после собрания, истец написала заявление об увольнении. Заявление было написано самостоятельно в отсутствие посторонних лиц на бланке, который истцу принесла старшая медсестра ФИО2 Истец подтвердила, что смысл написанных ею слов «прошу уволить меня по собственному желанию» ей был понятен в момент написания заявления. Дату увольнения — 30.12.2025 — истец выбрала самостоятельно, поскольку это было удобнее для последующей госпитализации истца, которую она заранее планировала. В период с 05.12.2025 по 30.12.2025 истец ежедневно выходила на работу. Заявление об отзыве заявления об увольнении она не подавала, устно по данному вопросу не обращалась. При этом истец отрицала факт угроз ее увольнения по инициативе работодателя, а также угроз привлечение истца к иным видам дисциплинарной ответственности в случае отказа от написания заявления, а также влияния на принятое ею решения путем дискриминации при начислении ей заработной платы, дополнительных выплат (премий).
Представитель ОГБУЗ «ТКПБ» в судебном заседании возражала против удовлетворения иска по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, в котором ответчик настаивал на том, что волеизъявление истца об увольнении носило добровольный характер и не вызвано каким - либо давлением со стороны работодателя.
Заслушав объяснения истца и представителя ответчика, заключение прокурора, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд пришел к следующему.
Судом установлено и следует из материалов дела, что 29.06.2017 ОГБУЗ «ТКПБ» (работодатель) и Фроловой М.Ю. заключен трудовой договор, в соответствии с которым работодатель предоставляет работнику работу по должности воспитатель, а работник обязуется лично выполнять следующую работу: использовать разнообразные приемы, методы и средства обучения. На основе изучения индивидуальных особенностей, рекомендаций психолога планировать и проводить с детьми коррекционно-развивающую работу группой или индивидуально; организовывать выполнение детьми режима дня, приготовление ими полученных заданий, оказывать им помощь в обучении, организации досуга и в получении дополнительного образования, вовлекая их в художественное и научно-техническое творчество (кружки и другие объединения по интересам); организовывать с учетом возраста детей работу по самообслуживанию, соблюдению ими требований труда, техники безопасности, участие в общественно полезном труде; организовывать и проводить реабилитационно-коррекционную и культурно-массовую работу с детьми в тесном контакте с медицинским и педагогическим персоналом учреждения; способствовать формированию общей культуры личности, социализации, осознанного выбора и освоения профессиональных программ; участвовать совместно с врачом в осмотре больных с целью определения методики их реабилитации иные обязанности, предусмотренные должностной инструкцией.
В соответствии с п. 2 трудового договора работник осуществляет работу в структурном подразделении работодателя – Детское отделение №1.
В соответствии с должностной инструкцией ОГАУЗ «ТКПБ», утвержденной Главным врачом ОГАУЗ «ТКПБ» 03.06.2024 в должностные обязанности истца входило в полном объеме и в соответствии с требованиями нормативных правовых актов качественно выполнять возложенные на него должностной инструкцией обязанности и требования, соблюдать нормы этики и деонтологии, правила бесконфликтного поведения при общении с пациентами и сотрудниками, не разглашать врачебную и иную охраняемую законом тайну. Не разглашать любую информацию, которая может нанести ущерб правам и охраняемым интересам ОГАУЗ «ТКПБ», его сотрудникам и пациентам, в том числе персональные данные, согласно требованиям Федерального закона от 27.07.2006 М 152-Ф3 «О персональных данных». Соблюдать Правила внутреннего трудового распорядка ОГАУЗ «ТКПБ». Строго соблюдать законодательные, иные нормативные правовые акты, требования по охране труда, пожарной безопасности, безопасности труда и охране окружающей среды, а также локальные нормативные акты ОГАУЗ «ТКПБ». Соблюдать исполнительскую дисциплину и установленный порядок делопроизводства. Выполнять указания, распоряжения и служебные поручения заведующего отделением. Выходить на работу согласно установленному режиму рабочего времени. Осуществлять контроль за соблюдением санитарно-гигиенических требований, предъявляемых к организации работы помещений для групповых и индивидуальных занятий с детьми. Планировать и организовывать жизнедеятельность детей в отделении и осуществляет их воспитание. Планировать повседневную работу, обеспечивающую создание условий для их социально-психологической реабилитации, социальной и трудовой адаптации пациентов. Использовать разнообразные приемы, методы и средства обучения. На основе изучения индивидуальных особенностей, рекомендаций психолога планирует и проводит с детьми коррекционно-развивающую работу (с группой или индивидуально). Организовывать выполнение детьми режима дня, приготовление ими полученных заданий, оказывать им помощь в обучении, организации досуга и в получении дополнительного образования, вовлекая их в художественное и научно-техническое творчество (кружки и другие объединения по интересам). Организовывать с учетом возраста детей работу по самообслуживанию, соблюдению ими требований охраны труда, техники безопасности, участие в общественно полезном труде. Способствовать проявлению интереса у детей к определенному роду деятельности, к сознательному выбору профессии, дальнейшему обучению. Проводить работу по профилактике отклоняющегося поведения, вредных привычек. Изучать индивидуальные способности, интересы и склонности детей, их семейные обстоятельства и жилищно-бытовые условия. Взаимодействовать с родителями детей или лицами их заменяющими. Организовывать и проводить реабилитационно-коррекционную и культурно-массовую работу с детьми в тесном контакте с медицинским и педагогическим персоналом учреждения. Планировать воспитательную работу, обеспечивать и контролировать ее выполнение. Оказывать методическую помощь воспитателям, способствовать обобщению передового педагогического опыта, повышению квалификации воспитателей, развитию их творческих инициатив. Вести необходимую документацию. Способствовать формированию общей культуры личности, социализации, осознанного выбора и освоения профессиональных программ. Систематически повышать свою профессиональную квалификацию. Выполнять правила и нормы охраны труда, техники безопасности противопожарной зашиты. Обеспечивать охрану жизни и здоровья, детей в период лечебного процесса.
05.12.2025 Фролова М.Ю. написала заявление главному врачу ОГБУЗ «ТКПБ», в котором просила уволить ее по собственному желанию 30.12.2025.
12.12.2025 ОГБУЗ «ТКПБ» издан приказ №1502-К о прекращении трудового договора от 29.06.2017 №77/17, заключенного с Фроловой М.Ю. с 30.12.2025, с которым Фролова М.Ю. ознакомлена без замечаний.
В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (ч. 2 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу ч. 4 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.
В подп. «а» п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.
По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом требований Фроловой М.Ю. и их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм Трудового кодекса Российской Федерации являются следующие обстоятельства: были ли действия истца при написании заявления от 05.12.2025 об увольнении по собственному желанию добровольными и осознанными с учетом того, что она самостоятельно написала заявление с указанием даты увольнения, ознакомилась с приказом об увольнении без замечаний, правом отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию не воспользовалась.
Истец по делу настаивает на том, что заявление об увольнении подготовлено и подано под давлением работодателя, не являлось добровольным и осознанным.
Для установления обстоятельств, имеющих юридическое значение по делу, в ходе рассмотрения дела судом допрошены свидетели.
Свидетель ФИО3 показала, что работает в ОГАУЗ «ТКПБ» младшей медицинской сестрой, совместно с истцом работала около семи лет, в том числе в одни смены. Заявление об увольнении истцом подано после пятиминутки 05.12.2025, которую свидетель запомнила преимущественно по обстоятельствам, которые касались ее (свидетеля) должностных обязанностей, поскольку свидетелю указали на недостатки в работе. Что именно на указанном собрании говорила истцу свидетель точно не помнит, но запомнила фразу относительно Фроловой М.Ю. «…а М.Ю. – на увольнение». Помнит также, что после этой фразы заведующей М.Ю. спросила, можно ли написать заявление прямо сейчас, и ей ответили утвердительно. Показала, что об угрозах привлечения истца к дисциплинарной ответственности свидетелю ничего не известно.
Свидетель ФИО1 показала, что ей как заведующей отделением от медицинской сестры ФИО4 поступила служебная записка о том, что она отказывается работать с Фроловой М.Ю., поскольку последняя постоянно находится на работе с телефоном, ходит по коридору, выражается нецензурной бранью и хамит Аналогичные сведения сообщали и дети. В указанной связи на собрание (пятиминутка) 05.12.2025 Фролову М.Ю. пригласили и ознакомили с содержанием служебной записки, чтобы выслушать объяснения. После оглашения служебной записки Фролова М.Ю. сказала: «Я давно уже хотела уволиться, я сейчас пойду, напишу заявление». После чего истец вышла из кабинета. Свидетель показала, что об увольнении по инициативе работодателя, или о привлечении истца к дисциплинарной ответственности истцу ни до собрания, ни после него не говорили. С просьбой отозвать заявление истец не обращалась.
Свидетель ФИО5 показала, что регулярно бывает на пятиминутках. Накануне такого собрания 05.12.2025 в отделении произошло ЧП — ребенок порезал себя; это произошло в третьей группе, где работала Фролова М.Ю. Фролову М.Ю. пригласили 05.12.2025, чтобы выяснить ее позицию по данному случаю и узнать, почему она не предотвратила указанное событие. Заведующая Фроловой М.Ю. только сообщила о случившемся, на что Фролова М.Ю. сказала: «Раз так, я ухожу». Дословно свидетель фразу не помнит. Фролова М.Ю. была приглашена вместе с санитаркой. Заведующая говорила о том, что были совершены нарушения в работе. Свидетель указала на то, что Фролова М.Ю. сказала, что будет увольняться, и сделала это сама. На слова истца об увольнении заведующая ответила: «Хорошо, раз вы хотите». Предложения уволиться со стороны заведующей не было. Угроз применения мер дисциплинарного взыскания, снижения заработной платы или премий не высказывалось.
Свидетель ФИО4 показала, что работает дежурной медицинской сестрой, участвует в пятиминутках при сдаче смены, совместно с истцом работала. Пятиминутка 05.12.2025 ей запомнилась тем, что она написала докладную об инциденте — дети в отделении, где работала М.Ю., порезались. В своей записке она доложила о ситуации; сама при этом не присутствовала, а лишь передала заявление. О том, что Фролова М.Ю. написала заявление об увольнении, свидетель узнала в январе. О применении к истцу мер дисциплинарного характера или угрозах его применения свидетелю ничего не известно; о принуждении истца к увольнению свидетелю также не известно; о желании истца отозвать заявление свидетелю Фролова М.Ю. не сообщала. До 05.12.2025 свидетель слышала от коллег, что Фролова М.Ю., придя на работу в 2017 году, говорила, что пришла только на полгода.
Свидетель ФИО6 показала, что работает младшей медицинской сестрой, М.Ю. знает, на пятиминутках не бывает. Оказание давления на истца свидетель не подтвердила. Об угрозах мерами дисциплинарного взыскания в случае отказа от увольнения свидетелю не известно. Об иных видах давления на истца с целью написания последней заявления об увольнении не знает. В ходе осуществления трудовой деятельности смены свидетеля и истца совпадали. Истец всегда говорила, что пришла ненадолго и в любой момент может уволиться. О том, что истец написала заявление, свидетель узнала в декабре от сотрудников. После написания заявления истец не говорила о том, что не хочет увольняться. Отношения с коллегами у истца всегда были хорошие.
Оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что вынужденный характер увольнения истца Фроловой М.Ю. представленными в дело доказательствами не подтвержден, а ее волеизъявление на расторжение трудового договора по собственному желанию являлось добровольным и осознанным.
Из пояснений самого истца, данных в судебном заседании, следует, что угроз увольнения по инициативе работодателя ей никем не высказывалось, лишением выплат или премий ей не угрожали. Истец в судебном заседании подтвердила, что увольнение по отрицательным мотивам ей не грозило, что заявление она написала от руки на бланке, собственноручно, наедине, без чьего-либо присутствия, находясь у себя, при этом смысл написанных ею слов «прошу уволить меня по собственному желанию» ей был понятен в момент написания заявления. Бланк заявления ей принесла старшая медицинская сестра ФИО2, однако истец не отказалась его заполнять и впоследствии согласилась с тем, что своими действиями изъявила желание уволиться. Доказательств обратного — звонков, писем, сообщений с требованиями уволиться или уволить ее по инициативе работодателя — в материалы дела не представлено, что подтверждено и представителем ответчика, отрицавшим факт высказывания критики в адрес истца, факт предложения уволиться, факт применения дисциплинарных взысканий и лишения премий или выплат.
Юридически значимым обстоятельством, свидетельствующим о добровольности волеизъявления истца, является самостоятельный выбор ею даты увольнения. Истец пояснила, что попросила уволить ее с 30.12.2025, поскольку это было удобнее для последующей госпитализации, дату она выбрала сама. Таким образом, дата увольнения была определена по инициативе и усмотрению самого истца, что свидетельствует о ее активной роли в процедуре увольнения и отсутствии принуждения со стороны работодателя.
Поведение истца после подачи заявления также объективно свидетельствует о добровольности ее волеизъявления. Как следует из ее объяснений, в период с 05.12.2025 по 30.12.2025 она ежедневно выходила на работу, то есть продолжала исполнять трудовые обязанности. Заявление об отзыве заявления об увольнении она не писала, устно не обращалась, в профсоюзную организацию, которая в учреждении имеется, не обращалась. Такое пассивное неиспользование права на отзыв заявления в течение более двадцати дней, объективно свидетельствует о том, что истец не рассматривала свое увольнение как вынужденное и не предпринимала действий, направленных на его предотвращение. При этом свидетель ФИО1 пояснила, что истец ни разу не подошла и не просила отозвать заявление, а свидетель ФИО3 на вопросы прокурора пояснила, что М.Ю. не передумала увольняться. Свидетель ФИО6 также подтвердила, что истец не спрашивала о том, как можно отозвать заявление, и после его написания не говорила о том, что не хочет увольняться, но ее заставляют.
Показания допрошенных свидетелей в своей совокупности не подтверждают факт принуждения истца к увольнению.
Довод истца о том, что она расценила слова заведующей как приказ уволиться, не может быть положен в основу решения, поскольку субъективное восприятие ситуации работником само по себе не свидетельствует о наличии принуждения со стороны работодателя. Юридически значимым является объективное наличие волеизъявления работодателя, направленного на понуждение работника к увольнению, которое в данном деле не подтверждено. Состояние истца, на которое она ссылается, не было вызвано действиями ответчика, а явилось следствием осознания ею наличия претензий к ее работе, что подтверждается докладной запиской дежурной сестры ФИО4 от 04.12.2025, служебными записками врача-психиатра ФИО5 и медсестры ФИО7 от 04.03.2026, а также служебной запиской заведующей отделением ФИО1
При этом из материалов дела следует, что при наличии претензий к качеству выполнения трудовых обязанностей истца, к Фроловой М., меры дисциплинарного взыскания не применялись. Критика работы сама по себе не является принуждением к увольнению и не лишает работника свободы волеизъявления.
Совокупность установленных обстоятельств — собственноручное написание заявления, понимание его смысла, самостоятельный выбор даты увольнения, ежедневное продолжение работы после подачи заявления, неиспользование права на отзыв заявления в течение более двадцати дней, отсутствие доказательств угроз и принуждения, показания свидетелей, подтверждающих инициативу самой истицы, — свидетельствует о том, что увольнение Фроловой М.Ю. явилось результатом ее добровольного и осознанного волеизъявления, а не следствием принуждения со стороны работодателя. Доказательств, подтверждающих вынужденный характер увольнения, истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено. При таких обстоятельствах правовые основания для удовлетворения исковых требований Фроловой М.Ю. отсутствуют.
Требование о компенсации морального вреда является производным от требования о признании увольнения незаконным и восстановлении нарушенных трудовых прав, которое не подлежит удовлетворению, в связи с чем отсутствует основание для применения меры ответственности, предусмотренной статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации. При таких обстоятельствах в удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда также следует отказать.
Разрешая требования истца о признании сведений, указанных в служебных записках не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию, а также о возложении обязанность опровергнуть указанные сведения, путем направления в Государственную инспекцию труда в Томской области уведомления с просьбой отозвать служебные записки, суд исходит из следующего.
Из дела следует, что 04.12.2025 на имя заведующей детским отделением ОГАУЗ «ТКПБ» ФИО8 от дежурной сестры ФИО4 поступила докладная записка, в которой последняя сообщает, что воспитатель Фролова М.Ю. систематически нарушает режим труда в отделении. Оставляет детей без присмотра, так как ходит курить. Позволяет себе спать в сон час. Может забыть ребенка, находящегося на режиме «А» в отделении и уйти в столовую. Уходит с работы, не предупреждая. На замечания реагирует криком, использует при этом нецензурную брань. Дети неоднократно говорили, что можно заниматься чем придется, так как М.Ю. абсолютно не интересно происходящее в группе.
Согласно служебной записке от 04.03.2026 от врача – психиатра ФИО5 в работе воспитателя Фроловой М.Ю. ФИО5 неоднократно замечала нарушения субординации с коллегами и детьми, особенно с 2023 года. В группе не могла организовать свою деятельность, должный присмотр за пациентами, в связи с чем они часто были предоставлены сами себе, на прямое указание на это М.Ю. реагировала раздражением: «Я что развлекать должна их? Дети взрослые, сами должны себя чем-нибудь занять», разъяснения не усваивала. Многократно была замечена как пользовалась своим смартфоном в рабочее время, от пациентов поступала информация, что воспитатель Фролова позволяла себе играть в игры, вести переписку и фотографироваться на рабочем месте, на замечания коллег обычно все отрицала. М.Ю. часто выходила из отделения покурить, что в целом создавало сложные и потенциально опасные ситуации, когда пациенты оставшись без присмотра наносили себе повреждения кожи или покидали отделение. При этом неоднократно поступали жалобы от пациентов на грубость со стороны М.Ю., часто у них менялось состояние и возникали конфликты с ней, что требовало дополнительного анализа ситуации и коррекции лечения.
Из служебной записки медсестры детского отделения №1 ФИО7 от 04.03.2026 следует, что на протяжении последних двух лет (2023-2025) в работе воспитателя Фроловой М.Ю. неоднократно были нарушены пункты должностной инструкции. Не проводила работу с детьми, не выполняла общие и должностные обязанности. Часто отсутствовала в группе с детьми, тем самым оставляя детей в опасности. Также наблюдалось некорректное поведение отношении пациентов и мед. персонала ( нецензурные выражения, не соблюдение правил внутреннего распорядка, незнание детей по фамилии и имени.) Имея два телефона, она часто сидела за просмотром, перепиской, за играми в телефоне, съемкой и разговорами. Была замечена в курении курительного прибора в отделении.
Согласно служебной записке заведующего отделения №1 ФИО1 Фролова М.Ю. работала в детском отделении воспитателем. К выполнению должных обязанностей относилась небрежно, неоднократно получала замечания. Поручения и рекомендации по наблюдению за детьми врачей-психиатров и дежурных сестер часто игнорировала, оставляла детей одних в группе, без предупреждения покидала рабочее место раньше срока окончания смены, много времени проводила за игрой в телефоне, выходила из группы и сидела в коридоре, курила в отделении, нецензурно выражалась в адрес медицинских сестер. На замечания в свой адрес реагировала слабо, нарушения трудовой дисциплины продолжались.
Из письма Государственной инспекции труда по Томской области от 20.04.2026 следует, что данные служебные и докладные записки стали предметом изучения органа в целях проверки в рамках компетенции по обращению Фроловой М.Ю. о нарушении ее трудовых прав (л.д. 10-12).
В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом. Сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина и распространенные в средствах массовой информации, должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации.
Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (пункт 9 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» (далее - постановление Пленума о защите чести и достоинства), по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.
Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу (абзац второй пункта 7 постановления Пленума о защите чести и достоинства).
Между тем для квалификации соответствующих действий в качестве распространения порочащих сведений, влекущего гражданско-правовую ответственность, предусмотренную статьёй 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо установление не только факта сообщения таких сведений третьим лицам, но и противоправного характера соответствующих действий, а также отсутствия законных оснований для передачи таких сведений.
Направление служебных записок с характеристикой истца в Государственную инспекцию труда в Томской области осуществлялось ответчиком в рамках официальной служебной переписки с государственным органом, к компетенции которого относится осуществление контроля и надзора в сфере соблюдения трудового законодательства. Указанные действия ответчика обусловлены не намерением публичного оглашения негативной информации об истце среди неограниченного круга лиц, а исполнением публично-правовой обязанности по предоставлению сведений в уполномоченный орган в связи с осуществлением последним законной деятельности по проверке соблюдения трудового законодательства.
При этом субъектный состав получателя соответствующих сведений определен — Государственную инспекцию труда в Томской области как орган исполнительной власти, наделенный соответствующими контрольными полномочиями, а не неопределенный круг лиц. Направление сведений в адрес указанного органа осуществляется в порядке, установленном законом, и не предполагает ознакомления с ними лиц, не имеющих отношения к предмету проверки. Сама по себе служебная переписка между работодателем и государственным органом по вопросам, отнесенным к компетенции последнего, не является публичным распространением сведений и не может расцениваться в качестве такового, поскольку не преследует цели причинения вреда репутации работника и осуществляется в рамках исполнения ответчиком возложенных на него законом обязанностей.
Таким образом, направление докладных и служебных записок в Государственную инспекцию труда в Томской области в рамках официальной служебной переписки не образует состава гражданского правонарушения, предусмотренного статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в действиях ответчика отсутствует такой обязательный элемент указанного состава, как распространение сведений в смысле, придаваемом этому понятию приведенным разъяснением Пленума Верховного Суда Российской Федерации. При таких обстоятельствах правовые основания для удовлетворения исковых требований в указанной части также отсутствуют.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 -199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
исковое заявление Фроловой М.Ю. к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Томская клиническая психиатрическая больница» оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Томский областной суд через Ленинский районный суд г. Томска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий Н.В. Бабьева
Мотивированный текст решения суда изготовлен 07.09.2026.