РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
03 марта 2026 г. г. Назарово
Назаровский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Наумовой Е.А.
при секретаре ФИО3, с участием истца ФИО2, его представителя адвоката ФИО7, старшего помощника Назаровского межрайонного прокурора ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница», Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Назаровская центральная районная больница» о возмещении вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратился в суд с иском к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница», Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Назаровская центральная районная больница» о возмещении вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи. Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ умерла его мать ФИО1, о чем ДД.ММ.ГГГГ в Назаровском территориальном агентстве ЗАГС <адрес> составлена запись акта о смерти №. Согласно медицинского свидетельства о смерти причиной смерти послужило заболевание: разлитой серозно-фибринозный перитонит, спаечная кишечная непроходимость, причины смерти были установлены врачом патологоанатомом. Он полагает, что медицинская помощь его матери была оказана не в полном объеме, что привело к летальному исходу. В период нахождения ФИО1 в КГБУЗ «ККБ» ее состояние не улучшилось, а напротив она стала чувствовать себя хуже. Несмотря на то, что она нуждалась в дальнейшем продолжении стационарного лечения, несмотря на тяжелое состояние больной, ее выписали из КГБУЗ «ККБ», для продолжения стационарного лечения в КГБУЗ «Назаровской центральной районной больнице, отказав в продолжении необходимого лечения и в оказании дальнейшей медицинской помощи. Согласно ответа ООО «СМК РЕСО-Мед» по качеству оказанной помощи его матери в Назаровской РБ нарушений не выявлено, медицинская помощь оказана в полном объеме. В соответствии с заключением комиссионной СМЭ назначенной по материалам уголовного дела № и медицинским документам на имя ФИО1 за время оказания ФИО1 медицинской помощи с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в КГБУЗ «Назаровская центральная районная больница» экспертной комиссией были выявлены следующие нарушения: диагноз «острый панкреатит» был при поступлении выставлен необоснованно, что повлекло за собой задержку хирургического лечения более чем на сутки, имело место нарушение положений приказа Министерства здравоохранения РФ 203-н от ДД.ММ.ГГГГ, что свидетельствует о ненадлежащей оказанной с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 медицинской помощи в КГБУЗ «Назаровская центральная РБ».
За время оказания ФИО1 медицинской помощи с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в КГБУЗ ККБ, экспертной комиссией также были выявлены нарушения, что свидетельствует о ненадлежащей оказанной медицинской помощи.
Истец полагает, что врачами медицинских учреждений указанных в качестве ответчиков были допущены грубые ошибки при оказании медицинской помощи ФИО1, что не позволило избежать неблагоприятных последствий в виде смерти матери истца ФИО1 Смертью матери ему причинен моральный вред в виде нравственных страданий. Смерть матери является для него невосполнимой утратой, он потерял самого близкого и родного человека, с которой у него были доверительные, близкие отношения, он вырос в чувстве материнской любви. Он всегда мог рассчитывать на помощь, сочувствие и поддержку с её стороны в различных жизненных ситуациях, как она на его помощь и поддержку. Причиненный ему моральный вред он оценивает в размере по 500 000 рублей с каждого из ответчиков, который просит взыскать с каждого из ответчиков, стоимость окахзанных ему при обращении в суд юридических услуг по составлению искового заявления в размере 5 000 рублей, по 2 500 рублей с каждого.
В судебном заседании истец ФИО2, его представитель ФИО7 исковые требования поддержали, просили суд удовлетворить их в полном объеме по изложенным в иске основаниям, пояснил, истцу причинен моральный вред, он потерял близкого для себя человека.
Представитель ответчика КГБУЗ «Краевая клиническая больница» в судебном заседании участия не принимал, представил отзыв на исковое заявление, согласно которому полагает, что исходя из лечения ФИО1 в условиях ККБ, тяжести заболеваний, проведенных операций и заключения экспертов по результатам судебно-медицинской экспертизы, правовых оснований для удовлетворения требований в заявленном объеме не имеется, с учетом вступившего в законную силу решения по иску ФИО5 взыскиваемую сумму морального вреда полагает справедливым определить не более 100 000 рублей, просил исковое заявление рассмотреть в их отсутствие (л.д. 32-34)
Не явился ФИО9, извещался по месту регистрации, извещение получено лично (л.д.102).
Представитель ответчика КГБУЗ «Назаровская центральная РБ» в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте рассмотрения дела судом извещены надлежащим образом, причин не явки в суд не предоставили, не ходатайствовали об отложении судебного заседания, отзыва не направили. Не явился ФИО8, извещался по месту проживания, извещение вручено адресату, ходатайств, заявлений не поступало.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора ООО «СМК РЕСО-Мед» в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте рассмотрения дела судом извещен надлежащим образом, причин не явки в суд не предоставил, не ходатайствовали об отложении судебного заседания, на запрос суда направили акты оценки качества медицинской помощи.
Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело при установленной явке.
Суд, выслушав истца, его представителя, прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, исследовав доказательства в их совокупности, материалы гражданского дела №, находит требования обоснованными и подлежащими удовлетворению частично.
Суд, исходя из анализа исследованных доказательств, характеризующих правоотношения между истцом и ответчиком, при вынесении настоящего решения применяет нормы материального закона, регулирующие непосредственно обязательства, обязательства вследствие причинения вреда, в том числе нормы ГК РФ, иных нормативно-правовых актов, общие положения о возмещении вреда, правила компенсации морального вреда.
Согласно ст. 12 ГК РФ, защита гражданских прав осуществляется путем возмещения убытков, компенсации морального вреда, иными способами, предусмотренными законом. В силу ст. 307 ГК РФ, обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда, и из иных оснований.
В соответствии со статьей 2 Конституции РФ, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции РФ). Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции РФ).
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции РФ).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции РФ).
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». Согласно пункту 1 статьи 2 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5, 6, 7).
В соответствии с вышеуказанным законом, медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»)
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Как следует из материалов дела ФИО2 является сыном ФИО1 (л.д.9), которая ДД.ММ.ГГГГ умерла, о чем ДД.ММ.ГГГГ в Назаровском территориальном агентстве ЗАГС <адрес> составлена запись акта о смерти № (л.д.12).
Судом установлено, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ была госпитализирована в хирургическое отделение КГБУЗ «Назаровская РБ», с клиникой частичной кишечной непроходимости, проводимая консервативная терапия не дала положительного эффекта, в связи, с чем ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ умерла.
Согласно медицинского свидетельства о смерти, справки о смерти А-00387 (л.д.13-14) причиной смерти послужило заболевание: разлитой серозно-фибринозный перитонит, спаечная кишечная непроходимость.
Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 госпитализирована в хирургическое отделение КГБУЗ «Назаровская РБ» с клиникой частичной кишечной непроходимости. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проведены герниолапаротомия, адгезиолизис, НИТКа, санация и дренирование брюшной полости. ДД.ММ.ГГГГ проведены плановая санация брюшной полости, резекция дистальной части подвздошной кишки, илеостомия, лапаростомия.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 для дальнейшего лечения направлена в КГБУЗ «Краевая клиническая больница». ДД.ММ.ГГГГ пациентке проведены плановая санация, ревизия брюшной полости, удаление сетчатого трансплантата передней брюшной стенки. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проводилось ВХО лапаротомной раны. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выписана и переведена на стационарное лечение в хирургическое отделение КГБУЗ «<адрес> больница» на дальнейшее лечение, где ДД.ММ.ГГГГ наступила ее смерть.
Указанные обстоятельства установлены, в том числе, Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ, в рамках рассмотрения которого установлены обстоятельства оказания медицинской помощи ФИО1 КГБУЗ «ККБ», КГБУЗ «Назаровская ЦРБ». Указанные обстоятельства в силу ст. 61 ГПК РФ не подлежат доказыванию и не оспариваются сторонами, принимавшими участие при рассмотрении гражданского дела.
Из материала проверки следует, что постановлением следователя следственного отдела по <адрес> ГСУ СК России по <адрес> и <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, по факту причинения смерти по неосторожности ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
В ходе следствия следователем СО по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес> и <адрес> ДД.ММ.ГГГГ отобраны объяснения ФИО8, являющегося заведующим хирургического отделения КГБУЗ «Назаровская РБ», из которых следует, что в его должностные обязанности входят проведение операций, контроль состояния здоровья пациентов. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 перевели из КГБУЗ «ККБ» в КГБУЗ «Назаровская РБ». Из объяснений ФИО8 следует, что перевод пациента из одного отделения в другое необходимо осуществлять посредством перевозки на санитарном транспорте с обязательным сопровождением медицинских работников, ее не должны были самостоятельно отправлять в хирургическое отделение КГБУЗ «Назаровская ЦРБ», поскольку ее не выписали, а переводили в стационарное на отделение. При переводе из КГБУЗ «ККБ» у ФИО1 имелась инфицированная рана передней брюшной стенки, однако это не препятствует транспортированию пациента. В КГБУЗ «Назаровская ЦРБ» имелись все необходимые условия для оказания медицинской помощи в стационарных условиях, поэтому перевод ФИО1 являлся обоснованным. ФИО8 указывает, что ДД.ММ.ГГГГ он не видел ФИО1, медицинскую помощь ей не оказывал, в связи с чем не смог дать пояснения относительно состояния её здоровья. Со слов медицинских работников КГБУЗ «Назаровская ЦРБ», ФИО8 известно, что ФИО1 привезли родственники на личном транспорте в крайне тяжелом состоянии.
Из протокола допроса в качестве свидетеля от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9, являющегося врачом-хирургом отделения гнойной хирургии КГБУЗ «Краевая клиническая больница», следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 поступила в реанимацию отделение № санитарной авиацией из «Назаровской ЦРБ» с диагнозом ущемленная послеоперационная вентральная грыжа. Острая кишечная непроходимость. Некроз тонкой кишки. Продолжающийся разлитой фибринозногнойный перитонит, абдоминальный сепсис. Илеостома. Лапаростома.
После проведения обследования ФИО1 переведена в ОАР №. ДД.ММ.ГГГГ пациентка взята в операционную для выполнения ФИО9 плановой санации, ревизии брюшной полости. В ходе операции выявлен сетчатый трансплантат передней брюшной стенки, который был инфицирован, принято решение об удалении сетчатого трансплантата. После операции ФИО1 получала лечение в операционной ОАР №, а именно: антибактериальную, инфузионную терапию, получала низкомолекулярные гепарины, анальгетики, проводились перевязки. После стабилизации состояния ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведена в отделение гнойной хирургии, с продолжением терапии в прежнем объеме. ДД.ММ.ГГГГ у пациентки обнаружено тотальное инфицирование срединной раны, в связи с чем принято решение о снятии швов с лапаротомной раны, выполнение этапной некрэктомии, наложение вакуумной повязки с отрицательным давлением. За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осуществлялись операции вторичной хирургической обработки, некрэктомия лапаротомной раны с наложением вторичных швов, вакуумной повязки, а именно: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ получен отрицательный результат бактериологического посева, произведен повторный забор отделяемого на бактериологический посев. ДД.ММ.ГГГГ по результатам бактериологического посева произведена коррекция антибактериальной терапии. Отменены амикацин, циласпен. К лечению добавлен фосфомицин 2,Ох 3 р/д, ципрофлоксацин 400мг 3 р/д и инфузия калия. В последующем лечении неоднократно проводилась смена вакуумной повязки, на фоне отмечалась положительная динамика в виде уменьшения раны. ДД.ММ.ГГГГ получен результат бактериологического посева, согласно которому обнаружен «Klebsiella pneumoniae», согласно рекомендациям клинических фармакологов произведена коррекция антибактериальной терапии: отменен фосфомицин, к лечению добавлены бакцефорт, фипрофлоксацин. На фоне проводимого лечения рана уменьшалась в размерах, по углам происходило вторичное заживление.
ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 возникла слабость, появилось головокружение, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ выполнена многоразовая компьютерная томография (МСКТ) головного мозга. По результатам компьютерной томографии выявлено кт-признака умеренно выраженной наружной заместительной гидроцефалии. Осуществлено консультирование у невролога, по результатам которого острого нарушения мозгового не установлено.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выписана из отделения гнойной хирургии для дальнейшего стационарного лечения в хирургическое отделение «Назаровской ЦРБ» по предварительному согласованию с заведующим хирургическим отделением «Назаровской РБ» ФИО8 При выписке пациентка находилась в стабильном состоянии, нарушение дыхания не имелось, давление стабильное. Пациентка ФИО1 выписана для дальнейшего прохождения лечения в хирургический стационар «Назаровской РБ», при этом ей выдалась только стандартная выписка без медицинских документов, транспортировка пациентки осуществлялась до «Назаровской ЦРБ» на личном автомобиле супруга.
Также, из объяснений следует, что за период лечения особенностью протекания болезни являлось долгое заживление раны, которое обусловлено выраженной подкожной клетчаткой и неоднократными полосными операциями, что явилось причиной наступления смерти ФИО1, ФИО9 неизвестно, поскольку при выписке пациентка находилась в стабильном состоянии.
В рамках предварительного следствия проведена комиссионная экспертиза, по результатам которой подготовлено заключение эксперта №.
Экспертами установлено из сведений, изложенных в медицинской карте стационарного больного №, что при поступлении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в приемное отделение ГБУЗ «<адрес> больница» ей на основании предъявляемых жалоб (на постоянные ноющие боли в эпимезогастрии, чувство тяжести, тошноту, рвоту, наличие невправимой грыжи передней брюшной стенки), данных анамнеза (вышеуказанные жалобы более суток, грыжа около 2 лет), данных объективного осмотра (живот болезненный в эпигастрии, мезогастрии, слева от послеоперационного рубца, на уровне пупка грыжевое выпячивание в диаметре 13 см, которое свободно не вправляется в брюшную полость, пальпация слабо болезненная), выставлен диагноз: Острый панкреатит. Постхолецистэктомический синдром. Гипертоническая болезнь 3 стадии, риск 4. Ожирение 4 степени. Невправимая послеоперационная вентральная грыжа. На основании установленного предварительного диагноза, пациентке назначено обследование согласно листу назначений и лечение (симптоматическая и этиопатогенетическая терапия). В дальнейшем после получения данных дополнительных методов исследования (рентгенологически единичный уровень жидкости, чаши Клойбера при рентген мониторинге), осмотра хирурга в динамике (ДД.ММ.ГГГГ в 18:00 установлен диагноз ущемленная вентральная грыжа), учитывая отсутствие положительной динамики на фоне проводимой терапии, тактика ведения больной пересмотрена в пользу оперативного вмешательства.
На основании установленного диагноза после проведенной анестезиологической подготовки, в соответствии с клиническими рекомендациями и общепринятой в хирургии практикой, ДД.ММ.ГГГГ в 21:35 ФИО1 выполнена операция в объеме герниолапаротомии, ушивания десерозированных участков кишечника, санации брюшной полости, назоинтестинальной интубации тонкого кишечника (НИТКа), лапаростомы, которая была проведена технически верно и в достаточном объеме. ДД.ММ.ГГГГ по определенным ранее показаниям своевременно и верно проведена вторая операция в объёме плановой санации, резекции подвздошной кишки, передренажа, лапаростомы.
За время наблюдения ФИО1 в реанимационном отделении проводимая ей терапия (антибиотикотерапия, инфузионная терапия, анальгетическая терапия, гипотензивная терапия, респираторная поддержка путем аппаратной искусственной вентиляции легких, перевязки), соответствовала установленному диагнозу, тяжести состояния и была направлена на стабилизацию состояния пациентки.
Для дальнейшего наблюдения и лечения ФИО1 после согласования с заведующим отделением гнойной хирургии своевременно и посредством санавиации переведена в КГБУЗ «Краевая клиническая больница».
Эксперты установили, что медицинская помощь, оказанная врачами ГБУЗ «<адрес> больница» ФИО1 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ оказана с нарушениями.
Согласно Клиническим рекомендациям «Острый панкреатит» 2020, действовавших в 2021 году - раздел 2.1 - «Для предварительной диагностики острого панкреатита рекомендуется определять триаду симптомов, выявленную при первичном осмотре пациента - выраженная боль в эпигастрии с иррадиацией в спину или опоясывающего характера, многократная рвота и напряжение мышц в верхней половине живота». При описании жалоб пациентки врачом-хирургом не указано, что боли имели опоясывающий характер. При этом указано в протоколе осмотра, что пальпация в проекции грыжевого выпячивания слабоболезненная. На рентгенографии области брюшной полости от ДД.ММ.ГГГГ отмечено «...отмечаются единичные горизонтальные уровни жидкости...Частичная кишечная непроходимость». В анализе крови от ДД.ММ.ГГГГ - уровень амилазы - 11 (не повышен). Таким образом, диагноз «Острый панкреатит» при поступлении выставлен необоснованно, что повлекло за собой задержку хирургического лечения более, чем на сутки.
У ФИО1 был умеренный риск ВТЭО (при этом, бланк оценки риска ВТЭО по шкале Caprini вклеен в карту первым листом и не заполнен). Экспертная комиссия установлено, что пациентке не назначались необходимые препараты: нефракционированный гепарин, низкомолекулярный гепарин, либо фондапаринукс натрия в профилактических дозах и в сроки, рекомендуемые производителем для больных с умеренным риском. С учетом того, что на повторной операции выявлена сомнительная жизнеспособность петли тонкой кишки - отсутствие назначения антикоагулянтом могло способствовать ухудшению кровоснабжения тонкой кишки.
В соответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации 203н от ДД.ММ.ГГГГ п.ДД.ММ.ГГГГ - хирургическое вмешательство должно быть проведено максимум через 2 часа после установления диагноза. Согласно дневниковым записям - диагноз «Ущемленная вентральная грыжа» выставлен в 18.00 час. ДД.ММ.ГГГГ, а операция начата, согласно записям анестезиолога, в 21.35 часов, то есть через 3 часа 35 минут, что свидетельствует о несвоевременности выполнения данной операции.
Экспертами указано, что не выполнено бактериологическое исследование выпота из грыжевого мешка с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам и другим лекарственным препаратам (единственный протокол бактериологического исследования - забор материала датирован ДД.ММ.ГГГГ, что свидетельствует о противоречивости данных, так как ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ переведена в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» <адрес>).
«Информированное согласие на оперативное вмешательство» не содержит в тексте указаний на название операции и датировано ДД.ММ.ГГГГ, при этом оперативное вмешательство произведено ДД.ММ.ГГГГ, перед вторым оперативным вмешательством от ДД.ММ.ГГГГ отсутствует предоперационный эпикриз.
Экспертная комиссия пришла к выводу, что медицинская помощь, оказанная ГБУЗ «<адрес> больница» ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ является ненадлежащей.
Экспертами произведен анализ медицинской карты стационарного больного № ФИО1 в КГБУЗ «Краевая клиническая больница», по результатам которого установлено, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ поступила в медицинское учреждение с диагнозом: Ущемленная послеоперационная вентральная грыжа. Острая кишечная непроходимость. Некроз тонкой кишки. Продолжающийся разлитой фибринозно-гнойный перитонит. Абдоминальный сепсис. Илеостома. Осложнение: Тотальное инфицирование лапаротомной раны. Фоновый: Ожирение 3 ст., который не противоречил жалобам пациентки, а также лабораторным и клиникоанамнестическим данным. На основании установленного диагноза назначена и проведена этиопатогенетическая и симптоматическая терапия, проведен необходимый объем обследования. Экспертами проанализированы действия по оказанию медицинской помощи КГБУЗ «Краевая клиническая больница», комиссия пришла к выводу о том, что оказанная с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в КГБУЗ ККБ медицинская помощь являлась ненадлежащей, имели место следующие нарушения: после проведения нескольких операций с ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 начала нарастать гипокалиемия, при этом в медицинской карте отсутствует контрольный анализ уровня калия перед выпиской; после осмотра неврологом ДД.ММ.ГГГГ рекомендовано МРТ головного мозга, а выполнена МСКТ головного мозга; не осуществлен повторный осмотр невролога после МСКТ головного мозга; транспортировка пациентки из КГБУЗ ККБ в КГБУЗ Назаровскую РБ осуществлялась личным транспортом, а не посредством санитарного транспорта под наблюдением медицинского персонала.
Эксперт пришел к заключению: преждевременное с клинической точки зрения прекращение оказания медицинской помощи при отсутствии клинического эффекта.
Экспертами установлено, что согласно данным медицинской карты стационарного больного №, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 доставлена родственниками в санитарный пропускник КГБУЗ «<адрес> больница» в состоянии клинической смерти (отсутствовали сознание, самостоятельное дыхание, сердцебиение), в связи с чем ей незамедлительно были начаты и проведены в достаточном объеме реанимационные мероприятия, в ходе которых пациентка пришла в сознание. С целью дальнейшего наблюдения и лечения пациентка была экстренно переведена в реанимационное отделение.
В дальнейшем в отделении реанимации, у ФИО1, несмотря на проводимую интенсивную терапию (проводилась аппаратная искусственная вентиляция легких, инотропная поддержка), на фоне нарастающей сердечно-сосудистой недостаточности в 21:00 ДД.ММ.ГГГГ произошла остановка сердечной деятельности. Эксперты пришли к выводу, что ФИО1 своевременно начаты и в полном объеме проведены реанимационные мероприятия, которые в течение 30 минут положительного эффекта не имели. ДД.ММ.ГГГГ в 21:30 констатирована биологическая смерть ФИО1
Оказанная помощь ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ в отделении анестезиологии и реанимации КГБУЗ «Назаровская центральная районная больница» соответствовала верно установленному диагнозу, порядку оказания медицинской помощи, а также тяжести состояния пациентки. Экспертами установлено, что медицинская помощь, оказанная ФИО1 в отделении анестезиологии и реанимации, является надлежащей.
Экспертами учтены динамика клинико-лабораторных данных на момент выписки ФИО1 из КГБУЗ «Краевая клиническая больница» (отсутствие повышения уровня лейкоцитов, отсутствие данных свидетельствующих о развитии сепсиса и синдрома полиорганной недостаточности), данные гистологического исследования, проведенного в рамках настоящих экспертизы (наличие лишь лейкоцитов при нормальной структуре стенки кишки), с учетом свидетельских показаний ФИО5 (внезапное ухудшение состояния здоровья с наступлением клинической смерти при транспортировке в гнойное отделение ГБУЗ «Назаровской РБ»), экспертная комиссия пришла к выводу, что причина смерти, установленная в протоколе патологоанатомического вскрытия (Протокол патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ) - от гнойно-септического процесса (фибринозно-гнойного перитонита), является необоснованной.Экспертной комиссией учтено, что при проведении патологоанатомического вскрытия трупа ФИО1 не осуществлено исследование головного мозга, ненадлежащим образом описана макроскопическая картина при исследовании брюшной полости и состояния тонкого и толстого кишечника, не соответствующая микроскопической картине (гистологическим данным), в связи с чем достоверно высказаться о причине смерти ФИО1 не представляется возможно.
Учитывая внезапное ухудшение состояния здоровья ФИО1, повлекшее развитие клинической смерти во время транспортировки, данные результатов проведенной эксгумации трупа ФИО1 с последующим забором и гистологическим исследованием вещества головного мозга, экспертная комиссия не исключает возможность того, что смерть ФИО1 могла наступить от остро возникших патологических состояний - как от острого нарушения мозгового кровообращения по геморрагическому типу, так и от внезапной сердечной смерти, что подтверждается результатами гистологического исследования головного мозга (судебно-гистологическая экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ).
При этом, комиссией экспертов отмечено, что провести дифференциальную диагностику между вероятными причинами смерти (острым нарушением мозгового кровообращения по геморрагическому типу и внезапной сердечной смерти), а также достоверно высказаться о причинах её развития и причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощью на различных этапах, не представляется возможным.
Эксперты пришли к выводу, что установить причинно-следственную связь между наступлением смерти ФИО1 и ненадлежаще оказанной ей медицинской помощью на этапах в КГБУЗ «<адрес> больница» с ДД.ММ.ГГГГ и в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), а, следовательно, и высказаться о степени тяжести вреда, причиненного здоровью, в соответствии с п. 27 медицинских критериев, не представляется возможным.
У экспертной комиссии отсутствуют основания для установления прямой причинно-следственной связи между неблагоприятным исходом (смертью ФИО1 и оказанной ей надлежащим образом медицинской помощью на этапе оказания медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ в КГБУЗ «Назаровская центральная районная больница». Экспертами установлено, что ДД.ММ.ГГГГ после осмотра ФИО1, на момент выписки ее состояние было ближе к удовлетворительному, показатели гемодинамики в пределах нормы, отсутствовали объективные клинико-лабораторных данных за воспалительный процесс, нарушения функции кишечника (признаков лейкоцитоза нет, температура тела в пределах нормы, перистальтика кишечника сохранена), купирование гнойнонекротических изменений в области операционной раны и брюшной полости, отсутствие показаний для проведения дальнейшего оперативного лечения, а также с целью исключения присоединения (реинфицирования) заживающей операционной раны, персоналом отделения гнойной хирургии КГБУЗ Красноярская клиническая больница», было обоснованно принято решение о переводе пациентки на этап дальнейшего наблюдения в условиях стационарного наблюдения в отделении общей хирургии многопрофильного медицинского отделения по месту жительства пациентки - КГБУЗ «Назаровская центральная районная больница», что соответствует общепринятой в хирургии практике.
Показаний для дальнейшего нахождения ФИО1 в отделении гнойной хирургии КГБУЗ «Красноярская клиническая больница» не имелось, не имелось противопоказаний для перевода на этап дальнейшего наблюдения и лечения отделении общей хирургии многопрофильного медицинского учреждения.
Экспертами указано, что с учетом того, о достоверно причину смерти ФИО1 установить невозможно, ответить на вопрос «Находится ли причина смерти ФИО1 в причинной связи с переводом из КГБУЗ «Красноярская клиническая больница» в КГБУЗ «Назаровская районная больница»?» не представляется возможным. Указанное заключение сторонами не оспаривались, ходатайств о проведении судебной экспертизы не заявлялось.
В силу ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные вопросы. Судом принимаются результаты заключения экспертов, проведенного в рамках уголовного дела, поскольку данное заключение содержит исследовательскую часть, выводы, ответы на поставленные вопросы.
У суда оснований для сомнений в объективности заключений экспертов не имеется, поскольку врачи-эксперты, подготовившие указанное выше заключение, имеют специальное образование, соответствующую квалификацию, обладают специальными знаниями, предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, заключение соответствует ч. 3 ст. 86 ГПК РФ, является полным, в заключении даны ответы на все вопросы, экспертам были представлены все необходимые материалы, все документы приняты экспертами во внимание, им дан соответствующий анализ, заключение соответствует требованиям ФЗ РФ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ", ст. ст. 85, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является относимым и допустимым доказательством, соответствующим требованиям закона, согласуется с иными медицинскими документами и объективными обстоятельствами дела, в связи с чем суд признает заключение достоверным доказательством.
Судом установлено, что ФИО5 обращался в ООО «СМК РECO-Мед» по вопросу качества оказания медицинской помощи ФИО1
Из акта экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ следует, что нештатным врачом-экспертом хирургом высшей квалификационной категории, входящим в Единый реестр экспертов качества в сфере обязательного медицинского страхования Красноярского края проведено исследование медицинской документации ФИО1, поступившей из КГБУЗ «Назаровская ЦРБ». По результатам исследования установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 при прохождении лечения в КГБУЗ «Назаровская ЦРБ» врачами медицинского учреждения не выполнены рекомендации по профилактике тромбоэмболических осложнений: не оценен риск развития ВТЭО по шкале Каприни, не назначены препараты группы гепарины, протокол в истории болезни не заполнен. Также установлено, что во время проведения лапаротомии (ДД.ММ.ГГГГ) в условиях ОКН и технически сложной ситуации есерозирована тонкая кишка в нескольких местах, ушивание сервной оболочки проводилось на илятированном участке кишки (что было нежелательным), не решен вопрос в пользу резекции кишки.
По результатам проведенного исследования эксперт пришел к выводам о том, что врачами КГБУЗ «Назаровская ЦРБ» допущены нарушения оказания медицинской помощи ФИО1, а именно: выявлены дефекты по п. 3.3.2 «Невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи.
Согласно акта экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ, внештатным врачом-экспертом хирургом высшей квалификационной категории, входящим в Единый реестр экспертов качества в сфере обязательного медицинского страхования Красноярского края, исследована медицинская документация ФИО1, поступившей из КГБУЗ «Краевая клиническая больница», по результатам которого экспертом установлено, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на лечении в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» с диагнозом «Грыжа около стомы с непроходимостью без гангрены» (К43.3). Пациентка выписана из стационара ДД.ММ.ГГГГ на долечивание в условиях хирургического отделения Назаровской РБ.
Экспертом определены следующие замечания: пациентка выписана с явлениями анемии, гипокалимии и низким показателем общего белка крови; рекомендации невролога от ДД.ММ.ГГГГ не выполнены - контроль и коррекция калия; после МРТ головного мозга повторно не осмотрена врачом неврологом с коллегиальным решением о возможной выписке больной; при возможном долечивании больной в условиях РБ - не решен вопрос о транспортировке санитарным транспортом. Летальный исход наступил в Назаровской РБ в день выписки - ДД.ММ.ГГГГ. Эксперт пришел к заключению: преждевременное с клинической точки зрения прекращение оказания медицинской помощи при отсутствии клинического эффекта.
В соответствии с актом экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ, оказанной КГБУЗ «Назаровская ЦРБ» ФИО1 в период ее пребывания в стационаре с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (2,5 часа), экспертом не выявлено замечаний по оказанию медицинской помощи.
Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление о прекращении уголовного дела, возбужденного по факту причинения смерти по неосторожности ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, вследствие ненадлежащего исполнения неустановленными медицинскими работниками КГБУЗ «Назаровская районная больница» профессиональных обязанностей, в связи с отсутствием события преступления, постановление отменено ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ производство по уголовному делу возобновлено.
Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело по факту причинения смерти по неосторожности ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, вследствие ненадлежащего исполнения неустановленными медицинскими работниками КГБУЗ «Назаровская районная больница» профессиональных обязанностей прекращено в связи с отсутствием события преступления.
Истцом ФИО5 заявлено о взыскании компенсации причиненного им морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинской помощи.
Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, честь и доброе имя, <данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.
Согласно общим основаниям гражданско-правовой ответственности (пункт 1, 2 статьи 1064 ГК РФ), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ предусмотрена ответственность юридического лица за вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 ГК РФ. Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи КГБУЗ «Назаровская РБ», КГБУЗ «Красноярская краевая клиническая больница» заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы ГК РФ (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы в том числе к возмещению морального вреда.
Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» требования с компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказании медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.
Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинские организации – КГБУЗ «Назаровская РБ», КГБУЗ «<адрес>вая клиническая больница» - должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО5, в связи с некачественным оказанием медицинской помощи ФИО1
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда (п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Оценив все доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к выводу, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в КГБУЗ «Назаровская районная больница» при поступлении необоснованно выставлен диагноз «острый панкреатит», в связи с чем более чем на сутки имела место задержка хирургического лечения, прооперирована ФИО1 вместо ДД.ММ.ГГГГ была ДД.ММ.ГГГГ, вторично была проведена ДД.ММ.ГГГГ плановая санация брюшной полости, резекция дистальной части (около 1м) подвздошной кишки, илеостомия, лапаростомия. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была направлена в КГБУЗ «ККБ»
В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в КГБУЗ ККБ ФИО1 при диагностике и лечении была оказана некачественная медицинская помощь, поскольку объем диагностических мероприятий не соответствовал симптоматике и развитию заболевания, с ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 начала нарастать гипокалиемия, при этом контрольный анализ уровня калия не произведен перед выпиской; не выполнено МРТ головного мозга, рекомендованное неврологом ДД.ММ.ГГГГ, а выполнена МСКТ головного мозга; повторный осмотр невролога после МСКТ головного мозга не производился, пациентка выписана преждевременно, поскольку был установлен диагноз: ущемленная п/о вентральная грыжа, острая кишечная непроходимость, некроз тонкой кишки, продолжающийся разлитой фиброзно-гнойный перитонит, абдоминальный сепсис, транспортировка пациентки осуществлялась личным транспортом, а не посредством санитарного транспорта под наблюдением медицинского персонала, что повлекло за собой цепь последующих неблагоприятных изменений состояния здоровья гражданки ФИО1, закончившихся смертельным исходом.
Суд не может согласиться с доводами отзыва на иск ответчика КГБУЗ «ККБ» о том, что медицинская помощь ФИО1 в условиях КГБУЗ ККБ оказана надлежащего качества, и состояние пациентки было стабилизировано, поскольку экспертами по медицинским документам установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 начала нарастать гипокалиемия, однако не проведен ряд анализов перед выпиской, выполнена медицинская процедура не в соответствии с рекомендацией невролога, повторно после процедуры консультация невролога не проведена. Кроме того, диагноз при выписке не свидетельствовал о стабилизации состояния пациентки, продолжающийся разлитой фиброзно-гнойный перитонит, абдоминальный сепсис не является хроническим заболеванием, а то обстоятельство, что подобные случаи перевода пациентов на лечение в стационар по месту жительства является повседневной практикой не подтверждает оказание медицинской помощи надлежащего качества и в полном объеме, пациентку доставляли в стационар по месту жительства без сопровождения медицинского работника. Как установлено в судебном заседании и подтверждено медицинскими документами, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была выписана из КГБУЗ ККБ, ДД.ММ.ГГГГ при доставлении в КГБУЗ «Назаровскую ЦРБ» наступила ее смерть.
Врачом патологоанатомом установлена причина смерти как разлитой серозно-фибринозный перитонит, спаечная кишечная непроходимость, то есть именно то диагноз, с которым пациентка была выписана из КГБУЗ ККБ, что свидетельствует о преждевременности ее выписки и отсутствии стабильного состояния пациентки при выписке.
Исходя из анализа представленных сторонами доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу, что недостатки оказания ФИО1 медицинской помощи были допущены обоими учреждениями, КГБУЗ «Назаровская районная больница» и КГБУЗ «Краевая клиническая больница», и допущенные дефекты оказания медицинской помощи, не оказание помощи в полном объеме, состоят в косвенной причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти ФИО1
Недостатком в оказании медицинской помощи признается любое несоответствие современным стандартам объема и качества, требованиям нормативных актов, регламентирующим данный вид деятельности, научно обоснованным с позиций доказательной медицины, принципам медицинской практики и теоретическим знаниям. Недостаток в оказании медицинской помощи не является причиной неблагоприятного исхода и не имеет с ним прямой причинной связи, то есть не влияет на его возникновение.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принципа равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Суд, оценив доказательства и доводы стороны в порядке ст. 67 ГПК РФ, приходит к выводу, что сотрудниками больниц не были предприняты все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи, приказами Минздрава РФ, клиническими рекомендациями, представителями ответчиков доказательств оказания медицинской помощи в соответствии со стандартами не представлено, тогда как в соответствии с пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ на ответчике лежит обязанность доказывания своей невиновности в причинении морального вреда вследствие оказания ненадлежащей медицинской помощи ФИО1, поскольку установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Исходя из указанных норм, обстоятельств причинения вреда, суд, учитывая анализ данных обстоятельств в решении апелляционной инстанции от ДД.ММ.ГГГГ, приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу ФИО2
Пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.
Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме
Удовлетворяя требования к КГБУЗ «Назаровская районная больница», КГБУЗ «Красноярская клиническая больница» суд исходит из того, что медицинская помощь ФИО1 оказана с недостатками, которые отражены в заключении экспертизы по уголовному делу и экспертизе качества оказания медицинской помощи, на сутки.
Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывает существо допущенных ответчиками нарушений, установленных в ходе проведения комиссионной экспертизы, экспертизе качества оказания медицинской помощи.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер и степень нравственных и физических страданий истца, вызванных смертью близкого человека - матери, давшей жизнь истцу, вырастившей и воспитавшей истца, степень нравственных страданий, выражающихся в переживаниях истца по поводу утраты своего близкого человека, с которой он был в доверительных отношениях, всегда могли оказать друг другу помощь, сочувствие и поддержку в различных жизненных ситуациях, существо и значимость нематериальных благ потерпевшего в виде характер родственных связей между матерью и сыном. Суд принимает во внимание требования разумности и справедливости, а также то, что установленные дефекты оказания медицинской помощи не находятся в прямой причинно-следственной связи с летальным исходом пациентки, однако привели к отсутствию прижизненной диагностики ФИО1, к отсутствию своевременного лечения, назначения восстановительной терапии, возможности сохранения жизни пациента.
В связи с чем, с учетом степени вины ответчиков, характера допущенных нарушений, которые могли являться лишь одной из причин наступивших негативных последствий, принимая во внимание то обстоятельство, что обязанность оказания медицинской помощи на ответчиков возложена государством, требования разумности и справедливости, судебная коллегия определяет размер компенсации морального вреда в пользу ФИО5 с КГБУЗ «Назаровская районная больница» и КГБУЗ «Красноярская клиническая больница» по 350 000 рублей с каждого медицинского учреждения, считая данные суммы соразмерными последствиям нарушения, наличию объема недостатков, допущенных каждым ответчиком, и позволяющей компенсировать истцу перенесенные им нравственные страдания (статья 151 ГК РФ).
При этом при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает конституционный принцип состязательности сторон в судопроизводстве (ст. 123 Конституции РФ). Истец как сторона в гражданском процессе, не обосновал и не доказал заявленный размер морального вреда, определив его в сумме по 500 000 рублей в отношении каждого учреждения. Снижение суммы компенсации морального вреда вызвано отсутствием умысла ответчика на причинение вреда, отсутствием прямой причинной связи, тем, что сумма, по мнению суда, является значительной, а также тем обстоятельством, что недостатки не явились причиной проведение операций, принимая во внимание возраст истца, проживание в различных городах с матерью, общение с матерью периодически.
В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат также взысканию судебные издержки по оплате юридических услуг по составлению искового заявления в размере 5 000 рублей, по 2 500 рублей с каждого ответчика.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ суд
РЕШИЛ:
Требования ФИО2 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница», Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Назаровская центральная районная больница» о возмещении вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи удовлетворить частично.
Взыскать с КГБУЗ «Назаровская ЦРБ» (ИНН №) в пользу ФИО2 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ Отделом Внутренних дел г. Назарово Красноярского края, код подразделения 242-041) компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей (триста пятьдесят тысяч рублей), судебные расходы за составление искового заявления в размере 2 500 рублей (две тысячи пятьсот рублей).
Взыскать с КГБУЗ «Краевая клиническая больница» (ИНН №) в пользу ФИО2 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей (триста пятьдесят тысяч рублей), судебные расходы за составление искового заявления в размере 2 500 рублей (две тысячи пятьсот рублей).
В удовлетворении остальной части размера компенсации морального вреда отказать.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца с даты изготовления мотивированного текста решения в Красноярский краевой суд через Назаровский городской суд.
Председательствующий подпись ФИО10 мотивированное решение изготовлено 11 марта 2026 года верно судья ФИО11