РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
ДД.ММ.ГГГГ г. Славгород
Славгородский городской суд Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Семёновой О.О., при секретаре Мордовиной Р.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО3 к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Славгородская центральная районная больница» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 и ФИО3 обратились в суд с иском к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Славгородская центральная районная больница» (далее КГБУЗ «Славгородская ЦРБ») о компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ в реанимационном отделении КГБУЗ «Славгородская ЦРБ» скончалась ФИО1 тело которой в последующем было доставлено в патологоанатомическое отделение.
После смерти ФИО1 истцы обратились к индивидуальному предпринимателю ФИО10, с которым был заключен договор об оказании ритуальных услуг, для доставки тела из <адрес> в <адрес> и последующего захоронения.
ДД.ММ.ГГГГ сотрудники ИП ФИО10 доставили гроб с телом в <адрес>. По прибытии катафалка истцы увидели, что в гробу находится не их мать и жена, а тело другой женщины, схожей по возрасту. При этом, тело ФИО1 было передано другим людям, которые по неизвестной причине захоронили его на кладбище <адрес>. В дальнейшем ФИО2 обратился к ответчику для разъяснения сложившейся ситуации. Главный врач КГБУЗ «Славгородская ЦРБ» пояснил, что произошла ошибка санитара морга, в связи с тем, что в одно время из реанимации в морг поступили тела двух умерших женщин пожилого возраста, внешне схожих между собой. Санитар выдал сотрудникам ритуальной конторы тело не родственницы истцов, а другого человека. В последующем родственникам было передано тело ФИО1 для захоронения.
В связи со сложившейся ситуацией истцы понесли сильнейшие моральные страдания, вызванные тем, что им привезли для захоронения тело другого человека, а также тем, что пришлось проводить эксгумацию тела родного человека, заниматься повторной организацией похорон. В результате халатных и небрежных действий со стороны ответчика истцам были причинены несоизмеримые нравственные страдания и душевная боль. Истцы просят взыскать с ответчика в пользу каждого из них по 500 000 руб. в счет компенсации морального вреда.
Истцы ФИО2 и ФИО5 в судебном заседании доводы изложенные в иске поддержали в полном объеме по изложенным в нем основаниям. Отметили, что ДД.ММ.ГГГГ во время похоронной процессии, когда прибыл катафалк они сразу обнаружили, что привезли тело посторонней женщины, а не их матери и жены. Были вынуждены ехать в <адрес> из <адрес>, но в морге сразу ничего не смогли пояснить, в связи с чем у них даже появилась надежда, что их мать и жена возможно жива, а им по ошибке сообщили о смерти чужого человека. Позже приехало руководство ЦРБ и выяснилось, что тело было передано другой семье и его уже захоронили на кладбище в <адрес>. После этого провели эксгумацию опознали тело ФИО1 и ближе к <данные изъяты> часам привезли в <адрес>, а на следующий день захоронили. От случившегося они испытали сильные моральные страдания, переживания. Сотрудники морга долго ничего не могли пояснить. После произошедшей подмены тел, они фактически были потрясены горем дважды, во-первых умер дорогой им человек, а затем подменили его труп, что лишило их возможности организовать достойные похороны.
Представитель истца по доверенности ФИО9 ходе рассмотрения дела поддержал доводы изложенные в иске, настаивая на удовлетворении.
Представители ответчика КГБУЗ «Славгородская ЦРБ» ФИО8 и ФИО11 в судебном заседании не отрицая подмену тел, указали на то, что по данному факту служебная проверка для установления лиц причастных к данному инциденту не проводилась. В сложившейся ситуации имеется в том числе и вина ритуальных служб, поскольку они являясь доверенными лицами, отнеслись к своим обязанностям халатно, поскольку не убедились в принадлежности тел. Считают заявленный размер компенсации морального вреда необоснованно завышенным и не соразмерным характеру причиненных нравственных страданий. Взыскание компенсации морального вреда не должно служить источником обогащения истцов. После обнаружения ошибки сотрудники КГБУЗ «Славгородская ЦРБ» незамедлительно предприняли все зависящие от них меры для разрешения сложившейся ситуации, принесли истцам свои извинения. Ошибка была устранена в кратчайшие сроки, что исключает длительное нарушение личных неимущественных прав истцов.
Третьи лица ИП ФИО10 и ИП ФИО12 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались судом надлежащим образом, ходатайств и заявлений, в том числе об отложении судебного заседания не представили.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО6 пояснила, что умершая ФИО1 является бабушкой. В день похорон ДД.ММ.ГГГГ похоронной службой было доставлено тело посторонней женщины. Все присутствующие которые пришли попрощаться с бабушкой находились в шоковом состоянии. Дедушке ФИО3 стало плохо. В связи с тем, что привезли чужое тело, они вынуждены были ехать в ЦРБ г.Славгорода и искать тело ФИО1, которую в последующем эксгумировали на кладбище <адрес>, она её опознала и захоронение уже было произведено на следующий день ДД.ММ.ГГГГ.
Выслушав стороны, исследовав материалы дела, в соответствии с положениями ч. ч. 1 - 3 ст. 67 ГПК РФ оценив представленные доказательства, как в отдельности, так и в совокупности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к следующему выводу.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
Статьей 53 Конституции Российской Федерации к числу гарантированных Конституцией прав граждан отнесено право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
В силу статей 151, 1099 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу положений статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.
Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.
Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.
С учетом разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (пункт 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).
Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как разъяснено в пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", на основании части первой статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Из материалов дела следует и установлено судом, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ. в <данные изъяты> час <данные изъяты> мин., что подтверждается записью акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ. Истец ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном умершей ФИО1, а истец ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является супругом умершей ФИО1
Обращаясь в суд с иском, истцы указывают, что ФИО2 организовал похороны своей матери ФИО1 путем заключения ДД.ММ.ГГГГ. договора на оказание ритуальных услуг, который получил в морге тело, на котором была бирка с данными ФИО1 Однако, как впоследствии выяснилось, данная бирка была ошибочно нанесена работником медицинской организации на тело другого умершего. В результате истцы и другие родственники в течение длительного времени проводили траурные мероприятия и оплакивали не того человека, что было обнаружено лишь при подготовке к погребению, что причинило им сильные нравственные страдания.
В соответствии с положениями Федерального закона от 12.01.1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" установлены гарантии погребения умершего с учетом волеизъявления, выраженного лицом при жизни, и пожелания родственников.
Действия по достойному отношению к телу умершего должны осуществляться в полном соответствии с волеизъявлением умершего, если не возникли обстоятельства, при которых исполнение волеизъявления умершего невозможно, либо иное не установлено законодательством Российской Федерации.
В случае отсутствия волеизъявления умершего право на разрешение действий, указанных в пункте 1 указанного выше закона, в том числе доверить исполнение волеизъявления умершего тому или иному лицу, имеют супруг, близкие родственники (дети, родители, усыновленные, усыновители, родные братья и родные сестры, внуки, дедушка, бабушка), иные родственники либо законный представитель умершего, а при отсутствии таковых иные лица, взявшие на себя обязанность осуществить погребение умершего (п. 3 ст. 5 ФЗ от 12.01.1996 года N 8-ФЗ).
В соответствии с п. 1 ст. 67 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", после смерти лица проводится патолого-анатомическое вскрытие в целях получения данных о причине смерти человека и диагнозе заболевания.
Таким образом, в силу закона обязанность по проведению патолого-анатомического вскрытия возложена в силу закона на ответчика.
Статья 3 Федерального закона от 12.01.1996 N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" определяет погребение, как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.
В силу ст. 8 Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" супругу, близким родственникам, иным родственникам, законному представителю умершего или иному лицу, взявшему на себя обязанность осуществить погребение умершего, гарантируются: предоставление возможности нахождения тела умершего в морге бесплатно до семи суток с момента установления причины смерти в случае, если супруг, близкие родственники, иные родственники, законный представитель умершего или иное лицо, взявшее на себя обязанность осуществить погребение умершего, извещены о смерти, но существуют обстоятельства, затрудняющие осуществление ими погребения; в случае поиска супруга, близких родственников, иных родственников либо законного представителя умершего этот срок может быть увеличен до четырнадцати дней. Оказание услуг морга в течение установленного периода времени является бесплатным, в то же время организация перевозки тела умершего не входит в перечень гарантированных услуг по погребению.
Согласно Рекомендациям о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, церемония похорон включает в себя совокупность обрядов омовения и подготовки к похоронам, траурного кортежа, прощания и панихиды, переноса останков к месту погребения, захоронения останков (или праха после кремации), поминовения (пункт 6.1 Рекомендаций).
Из материалов дела следует, что по факту подмены трупа ФИО1 были взяты ДД.ММ.ГГГГ. объяснения от дежурного патологоанатомического отделения ФИО7, который будучи допрошенным в ходе судебного заседания в качестве свидетеля, аналогично объяснениям (л.д.46) пояснил суду, что ДД.ММ.ГГГГ. осуществлял транспортировку тел умерших из реанимационного отделения. Трупы были маркированы, бирки лежали в кармане на пакете. Доставив трупы в морг, он поочередно достал бирки, зарегистрировал их в журнал и снова разложил в карманы, после чего убрал в холодильник.
Приказом КГБУЗ «СЦРБ» от 29.12.2023г. № 359 утверждена инструкция по передаче трупов в патологоанатомическое отделение (ПАО) КГБУЗ «СЦРБ» и инструкция по регистрации и выдаче трупов в патологоанатомическое отделение КГБУЗ «СЦРБ» (л.д.47-49). Так, согласно п.4 инструкции по передаче трупов в патологоанатомическое отделение КГБУЗ «СЦРБ» следует, что при направлении тела умершего пациента в ПАО, врач отделения оформляет направление, в котором указывается: ФИО и должность медицинского работника, оформившего направление; ФИО и дата рождения умершего пациента, дата и время смерти пациента. Согласно инструкции по регистрации и выдаче трупов в патологоанатомическое отделение КГБУЗ «СЦРБ» ответственным лицом за регистрацию и выдачу трупов является в рабочее время санитар(ка) ПАО, в вечернее время и в выходные дни - дежурный сотрудник ПАО. Данные поступившего трупа вносятся в «Журнал регистрации трупов». Выдача трупов осуществляется лицу, взявшего на себя обязанность по захоронению трупа.
Как следует из Устава Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Славгородская центральная районная больница», данное учреждение является некоммерческой организацией, создана Алтайским краем для выполнения работ, оказания услуг в целях обеспечения реализации предусмотренных законодательством Российской Федерации и Алтайского края полномочий Министерства здравоохранения Алтайского края в сфере здравоохранения. Является юридическим лицом, имеет самостоятельный баланс, собственное имущество, лицевые счета в казначействе и банки (л.д. 52-56).
Руководствуясь вышеприведенным правовым регулированием, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о частичной обоснованности иска, исходит из того, что причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) ответчика и наступившим у истцов моральным вредом доказана, кроме того, ответчик сам частично признает свою вину в моральных страданиях истцов.
Так, в ходе судебного разбирательство неопровержимо установлено, что именно в результате действий работников КГБУЗ «СЦРБ», произошла подмена трупа ФИО1 с другой женщиной. Именно ответчик, как специализированное учреждение, обладающее соответствующим оборудованием, персоналом и осуществляющее функции хранения тел, был обязан обеспечить их правильную идентификацию при выдаче.
При изложенных обстоятельствах суд считает установленным, что действиями ответчика истцам причинен моральный вред. Осознание того, что истцы в день похорон оплакивали чужого человека, не могло не вызвать у сына и мужа покойной ФИО1 глубоких нравственных страданий, чувства потрясения, душевной боли. Сам факт смерти близкого человека является невосполнимой потерей, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, что позволяют прийти к выводу об очевидном претерпевании истцами сильных нравственных страданий, при этом факт обнаружения перед прощальной церемонией незнакомого тела, вместо близкого родственника, жены безусловно, усилили эмоциональный стресс, вызвали сильное потрясение у истцов. Такие действия нарушают сложившиеся в обществе традиции прощания с умершими, попирают чувство уважения к памяти покойного и права родственников на осуществление обрядов прощания в отношении своего близкого человека.
Однако, определяя размер компенсации морального вреда истцов, суд учитывает требования разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ), степень вины ответчика, характер причиненных истцам физических и нравственных страданий, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства и приходит к выводу о необходимости снижения заявленного истцами размера компенсации морального вреда, полагая его чрезмерным.
Суд учитывает, что оба истца испытали стресс после обнаружения незнакомого тела перед моментом захоронения, были вынуждены нервничать, выяснять данные о месте нахождения тела ФИО1, решать вопрос с доставкой тела. При определении данного размера компенсации морального вреда суд также учитывает, что истцы были вынуждены неоднократно переживать процедуру подготовки к похоронам и похороны, в результате подмены тел возникла необходимость в переносе даты похорон, истцы не смогли попрощаться с близким человеком в запланированный день в соответствии с общепринятыми нормами и обрядами. Исходя из принципов разумности, справедливости, баланса интересов сторон, степени вины ответчика, учитывая близость родственных связей истцов с умершей ФИО1, суд определяет необходимой ко взысканию сумму компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей каждому из истцов.
Ссылки ответчика на то, что в случившемся также виноваты ритуальные службы, судом отклоняются, поскольку наличие либо отсутствие их вины в случившемся, право истцов на получение с ответчика, по вине которого были перепутаны бирки на телах, компенсации морального вреда не умаляют. Выбор ответчика по делу является правом истца, судом при рассмотрении дела не установлено оснований для привлечения в качестве соответчиков ритуальных служб. Более того, представитель ритуальной службы не обладал правом выбора тела из всего перечня тел, хранившихся в морге, получил для перевозки то тело, которое ему было выдано санитаром.
Кроме того, размер компенсации морального вреда определен судом с учетом всех заслуживающих внимание обстоятельств, в том числе и то, что ответчик является бюджетным учреждением.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2, ФИО3, удовлетворить частично.
Взыскать с краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Славгородская центральная районная больница» (ИНН 2210001653, ОГРН 1022200865224) в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.
Взыскать с краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Славгородская центральная районная больница» (ИНН 2210001653, ОГРН 1022200865224) в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Славгородский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.
Дата изготовления мотивированного решения ДД.ММ.ГГГГ.
Судья О.О.Семёнова