РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
03 апреля 2026 года г. Минусинск
Минусинский городской суд Красноярского края в составе:
председательствующего судьи Верещагиной Ю.Н.
при секретаре Ербягиной Е.Н.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО16 обратился в Минусинский городской суд с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в размере 400 000 руб., расходов по оплате юридических услуг в размере 5000 руб., указывая, что 31.10.2025 примерно в 09.30 час. в районе <адрес> в <адрес>, ФИО3, управляя транспортным средством Lada Kalina, государственный регистрационный знак №, не выбрав безопасную скорость движения, совершил наезд на кота серого окраса по кличке Барсик. В результате наезда кот погиб. В связи с виновными действиями ответчика, истец просит компенсировать моральный вред, который выразился в нравственных страданиях и переживаниях. Потеря кота являлась для истца невосполнимой утратой, он приравнивался к полноценному члену семьи, смерть которого сказалась на эмоциональном и физическом состоянии. Кот был как ребенок и до сих пор истец скорбит об ее утрате.
Протокольным определением судьи от 12.03.2026 к участию в деле в качестве соответчика привлечен собственник транспортного средства ФИО2
В судебном заседании ФИО16 исковые требования поддержал по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительно суду пояснил, что о гибели кота ему сообщил сосед ФИО6 По приезду домой он просмотрел видео с камеры наблюдения. Водителем транспортного средства Lada Kalina ФИО3 осуществлен наезд на принадлежащее истцу животное (кот), на видеозаписи изображен лежащий в яме на проезжей части кот и наезд на него автомобиля, после чего кот подпрыгнул и упал на обочине дороги. Данная видеозапись была продемонстрирована ответчику и сотрудникам полиции.
Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, указал, что 31.10.2025 управлял автомобилем Lada Kalina, автомобиль принадлежит сыну, он внесен в полис ОСАГО, как лицо допущенное к управлению транспортным средством. В автомобиле находилась его жена, двигаясь по <адрес>, ни он, ни его жена не заметили на проезжей части кошки, также не ощутили наезда на кошку. По приезду домой, ФИО16 сообщил ему о том, что он якобы сбил его кошку. Видеозапись ФИО16 ему не показывал. На автомобиле отсутствовали следы контакта с животным. На следующий день после происшествия, ФИО16 стал угрожать расправой, если ответчик не заплатит 50000 руб. в счет компенсации морального вреда. В связи с чем, ФИО3 обратился в правоохранительные органы с заявлением.
В судебное заседание не явился ответчик ФИО2, будучи извещенным о нем надлежащим образом.
Руководствуясь нормами ст. 167 ГПК РФ дело судом рассмотрено в отсутствие не явившегося ответчика.
Выслушав доводы сторон, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.
Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
В силу ч. 1 ст. 137 Гражданского кодекса Российской Федерации к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.
В силу п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
В п. п. 2, 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее по тексту - Пленум N 33) разъяснено, что отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.
Судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях.
Из приведенных положений закона и актов его толкования следует, что посягательством на имущественные права гражданина могут одновременно нарушаться и его неимущественные права и принадлежащие ему нематериальные блага.
Распространяя на животных общие правила об имуществе, положения ст. 137 Гражданского кодекса Российской Федерации, тем не менее, отличают их от прочего имущества, устанавливая, в частности, запрет на жестокое отношение, противоречащее принципам гуманности.
Кроме того, за жестокое обращение с животными установлена и уголовная ответственность в соответствии со ст. 245 Уголовного кодекса Российской Федерации, находящейся в главе 25 данного Кодекса "Преступления против здоровья населения и общественной нравственности".
Из этого следует, что запрет на жестокое обращение с животными, содержащийся как в уголовном, так и в гражданском законодательстве, направлен не на охрану имущества как такового, а на охрану отношений нравственности.
Применение законодателем по отношению к животным таких категорий, как жестокость, нравственность, гуманизм свидетельствует о том, что при определенных обстоятельствах травмирование животных может причинять их владельцу не только имущественный вред, но и нравственные страдания, в частности в силу эмоциональной привязанности, психологической зависимости, потребности в общении по отношению к конкретному животному, что не исключает возложение на причинителя вреда обязанности компенсировать не только имущественный ущерб, но и моральный вред. Кот был захоронен, следы крови истец засыпал песком. Кот для истца был как ребенок, всегда встречал его с работы.
Наличие или отсутствие таких оснований должно устанавливаться в каждом конкретном случае с учетом всех обстоятельств дела. (п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2023) (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.07.2023).
В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Из материалов дела следует, что ФИО16, проживающий по адресу: <адрес>, являлся хозяином кота по кличке «Барсик» серо-черного полосатого окраса, что следует из справке, выданной КГКУ «Минусинский отдел ветеринарии» № 792 от 10.11.2025, представленных фотографий домашнего питомца.
Из представленного ответчиком свидетельства о регистрации транспортного средства № от 01.04.2021 следует, что собственником транспортного средства Lada 111730 Lada Kalina, 2012 года выпуска, государственный регистрационный номер Х528РВ124 является ФИО2 ФИО3 включен в полис ОСАГО № № от 08.07.2025 как лицо, допущенное к управлению транспортном средством.
Обращаясь с настоящими требованиями, истец указывал, что ответчик, управляя автомобилем Lada Kalina, 31.10.2025 в 10.30 час. около <адрес> в <адрес> допустил наезд на принадлежащего ему кота, в результате чего кот скончался, в связи с чем просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда за причиненные страдания, вызванные гибелью домашнего питомца.
В отношении водителя ФИО3 сотрудниками Госавтоинспекции была проведена проверка по факту того, что после наезда на кота истца в нарушение п. 2.5 ПДД РФ ответчик оставила место ДТП, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
В ходе проведения розыскных мероприятий был осуществлен выезд на место ДТП, где установлено, что на месте ДТП камера наружного наблюдения установлена на доме, где проживает хозяин животного ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с его слов на записи видно, как Lada Kalina допустила наезд на кота и продолжила движение не сбрасывая скорости. По этой же записи ФИО16 узнал, что это был его сосед, ФИО3 проживающий по адресу <адрес>. Однако по приезду видеозапись ФИО16 сотрудникам не смог показать, либо передать из-за отсутствия интернета, после он сообщил, что предоставит её позже.
В письменных объяснениях ФИО3 пояснил, что 31.10.2025, двигаясь на автомобиле Lada Kalina с супругой, проезжая <адрес> в <адрес>, кота не видел, не ощутил наезд на него. На видео, которое показал ФИО16 видно было движение автомобиля и следующая запись, где кот лежит на обочине. В дополнениях к объяснениям, ФИО3 указал, что допускает факт того, что сбил кошку по причине собственной невнимательности, поэтому извинился за это перед ФИО4 и предложил подарить ему новую кошку в качестве извинений, но Андрей ответил отказом.
В объяснениях ФИО16 указал, 31.10.2025 произошло ДТП, в результате которого погиб его кот.
Определением инспектора по ИАЗ ОВ ДПС ГИБДД МО МВД России «Минусинский» от 09.12.2025 в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч2 ст. 12.27 КоАП РФ отказано, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.
Также по данному факту судом были допрошены в качестве свидетелей исполняющий обязанности дознавателя МО МВД РФ «Минусинский» ФИО7, оперуполномоченный ОУР МО МВД РФ «Минусинский» ФИО8, пояснившие суду, что в ходе проведения проверки по факту угрозы убийством, высказанной ФИО9 в адрес ФИО3, было установлено, что 31.10.2025 около 10.20 час. ФИО3 совместно со своей женой ФИО13 передвигались на автомобиле марки Lada Kalina по маршруту следования от своего места жительства по адресу: <адрес>, до отделения почты России. В этот же день, около 14.00 час. домой к ФИО3 пришел сосед ФИО16, который пояснил, что ФИО3, проезжая по <адрес> напротив <адрес>, сбил кошку, которая принадлежит ФИО1, а после угрожал его убить за совершенный наезд на животное. При опросе ФИО16 пояснил, ФИО3, проезжая мимо его дома сбил принадлежащего ему кота. ФИО10 показал фрагмент записи с камеры видеонаблюдения, в ходе просмотра которых было установлено, что кот имел серый цвет и сливался с грунтовым покрытием дорожной части, так как лежал в яме, от чего заметить его было тяжело. Автомобиль Lada Kalina совершил наезд на животное передним правым колесом, после чего без остановки продолжил движение. Кот после наезда на него, подпрыгнул и упал на проезжую часть замертво.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля инспектор по ИАЗ ОВ ДПС ГИБДД МО МВД России «Минусинский»ФИО11 суду пояснил, что в дежурную часть поступило сообщение 31.10.2025 10.30 час. водитель ФИО3, управляя транспортным средством Lada Kalina, государственный регистрационный знак № в районе <адрес> в <адрес> совершил наезд на кота, принадлежащего ФИО1 В связи с чем им был совершен выезд на место дорожно-транспортного происшествия. Из пояснений ФИО1 известно, что кот лежал на проезжей части в яме, автомобиль под управлением истца совершил наезд на него передним правым колесом. Видеозапись свидетелю на обозрение не предоставлялась. Ранее на место происшествия выезжали оперативные работника по факту угрозы убийством высказанной ФИО9 в адрес ФИО3 Сотрудниками был осмотрен автомобиль, следов крови на автомобиле установлено не было, также была предоставлена на обозрения видеозапись наезда на кота, из которой следовало, что кот слился с дорогой, после наезда кот подпрыгнул и упал замертво. Поскольку ФИО3 пояснил, что не имел умысла скрыться с места дорожно-транспортного происшествия, в возбуждении дела об административном правонарушении было отказано.
Данных о заинтересованности сотрудников полиции, выявивших дорожно-транспортное происшествие и оформивших процессуальные документы, их предвзятом отношении к ФИО3 или о допущенных ими злоупотреблениях, не установлено.
Свидетель ФИО6 суду пояснил, что проживает по соседству с ФИО9 в <адрес> в <адрес>. 31.10.2025 примерно в 10.00 час., управляя автомобилем Субару Форест, выехал к месту работы. Напротив дома истца на обочине дороги увидел серого кота с полосками, без признаков жизни, в связи с чем позвонил ФИО12, у которого был кот по кличке Барсик. ФИО16 проживает один, дети проживают отдельно. После окончания рабочего дня свидетель позвонил истцу, который был в расстроенных чувствах, пояснив, что это был его кот.
Оснований не доверять показаниям свидетеля у суда не имеется. Указанному лицу разъяснялись процессуальные права и обязанности, он предупрежден об уголовной ответственности по ст.ст. 307,308 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний, какие-либо объективные данные о наличии причин для оговора ФИО3 с его стороны отсутствуют, в связи с чем судом сведения, сообщенные свидетелем, признаются достоверными. Показания названного свидетеля последовательны, логичны, согласуются с вышеуказанным административным материалом.
Свидетель ФИО13 пояснила суду, что 31.10.2025 около 10.00 час. с супругом ФИО3 выехали на автомобиле Lada Kalina, принадлежащем их сыну, на почту, двигались по <адрес>, дорога имела неровности, двигались по середине проезжей части с небольшой скоростью. К 12.00 час. приехали домой, к ним домой прибежал сосед ФИО16, который сказала, что они задавали его кота и мы для него теперь враги. Вечером этого же дня приехали сотрудники полиции, осмотрели автомобиль, следов крови на автомобиле обнаружено не было. На следующий день после случившегося, ФИО16 угрожал ФИО3 убийством. Кота в этот день они не видели, на кота наезд не совершали.
Суд критически относится к показаниям свидетеля ФИО13, поскольку она является заинтересованным в исходе дела лицом, а утверждение об отсутствии наезда опровергается письменными доказательствами, собранными уполномоченным органом.
Суд признает доводы ответчика об отсутствии факта ДТП, несостоятельными, в связи со следующим.
В п. 1.2 ПДД РФ дано определение ДТП. Под ДТП понимается событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.
Согласно п. 1.3 ПДД РФ следует, что участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.
Пунктом 1.5 ПДД РФ предусмотрено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
Из п. 10.1 ПДД РФ следует, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что водитель ФИО3 нарушил п.п. 1.3, 1.5, 10.1 ПДД РФ, поскольку при возникновении опасности не предпринял меры к полной остановке транспортного средства, допустив наезд на животное, впоследствии оставил место ДТП, тем самым допустил нарушение требований ПДД РФ.,
В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
В связи с установленными обстоятельствами по административному делу, суд находит установленным факт ДТП 31.10.2025, в результате которого водитель ФИО3, управляя автомобилем Lada Kalina, государственный регистрационный номер №, при движении по <адрес> Минусинске допустил наезд на кота.
В силу положений п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2 и 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Поскольку ущерб причинен источником повышенной опасности, то вред, причиненный источником повышенной опасности, возмещается его владельцем независимо от вины, за исключением указанных в пункте 3 этой статьи случаев причинения вреда владельцам источников повышенной опасности в результате их взаимодействия.
Обращаясь с настоящими требованиями, истец указал, что в результате действий ответчика, допустившего наезд на принадлежащего ему кота, последний скончался. Кот жил в семье 3 года, фактически к нему истец относился как к члену семьи, его гибель причинила истцу нравственные страдания.
Как было изложено выше, в силу ст. 137 Гражданского кодекса Российской Федерации к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Между тем, закрепляя в ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.
В настоящем споре, истец требование о компенсации морального вреда обосновывал именно нарушением его личных неимущественных благ, состоящих не в праве собственности на домашнее животное как вещь, а в его отношении к живому существу, которого он считал членом семьи, с которым они длительно совместно проживали (3 года).
В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 27.12.2018 N 498-ФЗ "Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" обращение с животными основывается на таких нравственных принципах и принципах гуманности как отношение к животным как к существам, способным испытывать эмоции и физические страдания, ответственности человека за судьбу животного, нравственном и гуманном отношении населения к животным.
Под гуманностью (человечностью) понимают систему психических установок личности, моральных убеждений, основанных на любви, внимании и уважении к человеку, его личности, доброе отношение ко всему живому.
Согласно ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Согласно п. п. 4, 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях. Например, умышленная порча одним лицом имущества другого лица, представляющего для последнего особую неимущественную ценность (единственный экземпляр семейного фотоальбома, унаследованный предмет обихода и др.).
Гражданин, потерпевший от преступления против собственности, например, при совершении кражи, мошенничества, присвоения или растраты имущества, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием и др., вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (ч. 1 ст. 151, ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации и ч. 1 ст. 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). В указанных случаях потерпевший вправе требовать компенсации морального вреда, в том числе путем предъявления самостоятельного иска в порядке гражданского судопроизводства.
В этой связи отсутствие в законе прямого указания на то, что в случае правонарушения, повлекшего гибель домашнего животного, его владельцу компенсируется моральный вред, не исключает возможности такой компенсации, поскольку иное означало бы отрицание тех неимущественных отношений между домашними животными и их владельцами, здоровья последних, в том числе состояния психического благополучия, являющихся нематериальными благами, которые принадлежат каждому человеку от рождения, неотчуждаемы и охраняются законом.
Любое правонарушение в отношении дееспособного лица неизбежно влечет у него негативные переживания, нравственные страдания, характер и степень такого рода которых могут различаться в зависимости от вида, условий и сопутствующих обстоятельств совершения самого деяния, а также от состояния физического и психического здоровья потерпевшего, уровня его материальной обеспеченности, качественных характеристик объекта посягательства, его ценности и значимости для потерпевшего.
Изложенные выводы согласуются с правовой позицией, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации N 45-П от 26.10.2021 по делу о проверке конституционности ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Ш.
О наличии у истца устойчивой эмоциональной привязанности к коту, выходящей за рамки отношений человека и принадлежащей ему неодушевленной вещи, находящейся в собственности, говорит, как его отношение к данному домашнему животному, выражающееся в действиях истца по уходу и заботе о нем.
Довод об отсутствии доказательств наступления смерти животного от действий ответчика, также подлежит отклонению, поскольку опровергаться представленными доказательствами.
Материалами дела подтвержден наезд автомобиля на животное, ответчиком данных факт не оспорен.
На основании изложенного, суд приходит к выводу о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика в виде совершения наезда на животное и наступившим последствием в виде его смерти. Иных причин получения котом истца повреждений, от которых наступила смерть животного, не установлено, соответствующих доказательств ответчиком не представлено.
Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает наличие в действиях истца грубой неосторожности.
Согласно п. п. 2, 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (п. 1 ст. 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (ст. 1089), а также при возмещении расходов на погребение (ст. 1094).
Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
В силу ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания, принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.
Согласно ч. 4 ст. 13 Федерального закона от 27.12.2018 N 498-ФЗ "Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" выгул домашних животных должен осуществляться при условии обязательного обеспечения безопасности граждан, животных, сохранности имущества физических лиц и юридических лиц.
В силу п. 1 ч. 5 ст. 13 указанного Федерального закона, при выгуле домашнего животного необходимо соблюдать следующие требования: исключать возможность свободного, неконтролируемого передвижения животного при пересечении проезжей части автомобильной дороги, в лифтах и помещениях общего пользования многоквартирных домов, во дворах таких домов, на детских и спортивных площадках.
В данном случае кот находился на улице без присмотра хозяина.
Учитывая изложенные нормы в своей совокупности, суд приходит к выводу об уменьшении размера взысканной компенсации морального вреда с учетом наличия в действиях самого истца грубой неосторожности, выразившейся в нахождение принадлежащего ему кота в общественном месте без возможности личного контроля, как хозяина, за ее поведением, что бесспорно содействовало возникновению вреда, при этом какого-либо умысла в действиях истца не усматривается.
Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что истец обращается в суд в своих интересах, как хозяин погибшего кота, претерпевший нравственные страдания в связи со смертью животного, в связи с чем перенес нравственные страдания.
Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Компенсация морального вреда подлежит взысканию с ответчика ФИО3, поскольку он управлял источником повышенной опасности в момент совершения дорожно-транспортного происшествия, при этом был допущен собственником к управлению транспортным средством, вписан в полис обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, и именно действия ФИО3 состоят в причинно-следственной связи с причинением смерти питомцу истца.
Принимая во внимание характер причиненных истцу нравственных страданий в связи с гибелью кота, наличие в действиях потерпевшего грубой неосторожности, вину ответчика и его поведение после ДТП, материальное и семейное положение ответчика (ФИО3 является пенсионером по старости, размер пенсии составляет 19050,45 руб., находится в фактических брачных отношениям, в собственности объектов недвижимого имущества не имеет), а также то обстоятельство, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, суд возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.
Суд полагает, что данная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику. Определенный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.
В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально удовлетворенным требованиям, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.
В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В соответствии с частью 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Заявляя о взыскании расходы на оказание юридических услуг, истец представил квитанцию об оплате ФИО14 услуги по составлению искового заявления о взыскании компенсации морального вреда в отношении ФИО3 в размере 5000 руб.
Доводов и доказательств того, что расходы носят неразумный (чрезмерный) характер, ФИО3 не заявил и не представил.
Реализация процессуальных прав посредством участия в судебных заседаниях юридического представителя является правом участника процесса (часть 1 статьи 48 ГПК РФ).
Правоотношения, возникающие в связи с договорным юридическим представительством, по общему правилу являются возмездными. При этом, определение (выбор) таких условий юридического представительства как стоимость и объем оказываемых услуг является правом доверителя (статьи 1, 421, 432, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Соответственно, при определении объема и стоимости юридических услуг в рамках гражданских правоотношений доверитель и поверенный законодательным пределом не ограничены.
Представителем ФИО14 составлено исковое заявление о взыскании компенсации морального вреда.
Таким образом, суд приходит к выводу, что для рассмотрения заявленных требований истец был вынужден прибегнуть к помощи представителя и понести расходы на оплату его услуг.
Руководствуясь принципом разумности таких расходов, принимая во внимание объем юридических услуг оказанных представителем, в связи с рассмотрением настоящего дела, суд приходит к выводу о разумности судебных расходов понесенных на оплату услуг представителя в размере 3 000 руб.
В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, подп. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3000 рублей.
руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО3 <данные изъяты> в пользу ФИО1 <данные изъяты> в счет компенсации морального вреда 5 000 руб., судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 3000 руб.
Взыскать с ФИО3 <данные изъяты> в доход местного бюджета государственную пошлины в размере 4000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Минусинский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения суда.
Председательствующий Ю.Н. Верещагина
Мотивированное решение изготовлено и подписано 17 апреля 2026 года.