РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
25 февраля 2026 года г. Красноярск
Ленинский районный суд г. Красноярска в составе:
председательствующего судьи Ковязиной Л.В., при секретаре судебного заседания Ивановой Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Язенок Анны Вячеславовны к Агаеву Умуду Сафар Оглы, Агаевой Гюльзар Шамирза Кызы о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
Язенок А.В. обратилась в суд с иском к Агаеву У.С.о., Агаевой Г.Ш.к. о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов.
Требования мотивированы тем, что 21.09.2025 года по адресу: <адрес> произошло ДТП, в результате которого автомобилю Mitsubishi ASX, г/н №, принадлежащему ФИО2, были причинены механические повреждения. Как указывает истец, лицом, виновным в совершении данного ДТП является ответчик Агаев У.С.о., управлявший принадлежащим Агаевой Г.Ш.К. автомобилем Toyota Corolla Fielder, г/н №, и не застраховавший свою гражданскую ответственность. Стоимость восстановительного ремонт транспортного средства истца, согласно заключению №551-09-25 от 30.09.2025 года, составляет 1 164 252 рубля. Таким образом, истец просит взыскать с ответчиков в солидарном порядке сумму причиненного ущерба в размере 1 164 252 руб., расходы по оплате услуг оценки в размере 16 000 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 35 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 27 153 руб.
Истец Язенок А.В. в судебное заседание не явилась, обеспечила явку своего представителя Ярославцева И.Ю., который исковые требования поддержал в полном объеме, суду пояснил, что транспортное средство в данный момент частично восстановлено. Полагает, что материальный ущерб подлежит взысканию с ответчиков в солидарном порядке, поскольку Агаева Г.Ш.К., как собственник транспортного средства, передала его Агаеву У.С.о. без надлежащего юридического оформления, а Агаев У.С.о. управлял данным транспортным средством, не застраховав гражданскую ответственность в установленном законом порядке.
Ответчик Агаев У.С.о. и его представитель Чирков А.С. в судебном заседании выражали несогласие с исковыми требованиями, поддержали ранее представленные возражения на исковое заявление. Так, в своих возражениях представитель Чирков А.С. указывал, что надлежащим ответчиком по делу является именно Агаев У.С.о., поскольку именно в его пользовании и владении находилось транспортное средство Toyota Corolla Fielder, г/н №, он являлся страхователем по договору страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее также – договор ОСАГО), срок действия которого истек 19.09.2025 года, за счет его денежных средств было приобретено транспортное средство, однако, поставлено на учет на имя Агаевой Г.Ш.к. Кроме того, Чирков А.С., принимая ранее участие в судебном заседании, уточнял, что на момент ДТП ответчик использовал автомобиль в качестве легкового такси, выполняя заказы, получаемые от ООО «Максим-Красноярск». При этом сторона ответчика полагала, что размер причиненного ущерба, предъявленный истцом к взысканию, является завышенным, а также что часть повреждений транспортного средства Mitsubishi ASX, г/н №, не относится к ДТП 21.09.2025 года. В данной части представитель ответчика, ссылаясь в своих возражениях на Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 года №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», указывал, что возмещение потерпевшему реального ущерба не может осуществляться путем взыскания денежных сумм, превышающих стоимость поврежденного имущества, стоимость работ по привидению этого имущества в состояние, существовавшее на момент причинения вреда. В связи с этим сторона ответчика полагала, что размер возмещения должен быть уменьшен до размера расчета оценки с использованием оригинальных комплектующих с учетом износа, поскольку марка Mitsubishi подпадает под санкционный список товаров, в связи с чем, доставить новые оригинальные комплектующие будет практически невозможно. Правом заявить ходатайство о назначении по делу автотехнической, трасологической или оценочной экспертизы ответчик и его представитель воспользоваться не пожелали. Кроме того, просили уменьшить размер судебных расходов на представителя, полагая его чрезмерно завышенным.
Ответчик Агаева Г.Ш.к. в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещалась надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомила, пояснений по существу спора, ходатайств об отложении, рассмотрении дела в свое отсутствие не направляла.
Представители третьих лиц, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, СПАО «Ингосстрах», ООО «Максим-Красноярск» в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещались своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили.
При указанных обстоятельствах, суд в соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело при объявленной явке.
Изучив материалы дела, представленные доказательства, выслушав стороны, суд приходит к следующим выводам.
Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения предусмотренных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты причинения вреда (абз. 1). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем причинившем вред; вина такого лица предполагается, пока не доказано обратное (абз. 3).
В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (ч. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ).
Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В соответствии с ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.
Владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством. При этом вред, причиненный жизни или здоровью потерпевших, подлежит возмещению в размерах не менее чем размеры, определяемые в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона, и по правилам указанной статьи (ч. 6 ст. 4 указанного Федерального закона).
Положениям ст. 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Согласно ст. 1082 ГК РФ. удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).
Частью 1 ст. 56 ГПК РФ предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Как установлено судом и следует из материалов дела, Язенок А.В. является собственником транспортного средства Mitsubishi ASX, г/н №, что подтверждается карточкой учета транспортного средства.
Согласно материалам административного производства, 21.09.2025 года в 18 часов 30 минут по адресу: <адрес> произошло столкновение автомобилей Toyota Corolla Fielder, г/н №, под управлением Агаева У.С.о., и Mitsubishi ASX, г/н №, под управлением Язенок А.В.
Согласно объяснению Агаева У.С.о., он, управляя автомобилем Toyota Corolla Fielder, г/н №, и двигаясь по <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес> в г. Красноярске, в районе <адрес> начал выполнять маневр поворота налево. В этот момент автомобили, двигавшиеся во встречном направлении во второй и третьей полосах остановились, чтобы пропустить его, однако, водитель находившегося в первой полосе автомобиля Mitsubishi ASX, г/н №, продолжил движение прямо, вследствие чего произошло столкновение.
Из объяснений водителя Язенок А.В. следует, что 21.09.2025 года она, управляя автомобилем Mitsubishi ASX, г/н №, и двигаясь с разрешенной скоростью в районе дома по <адрес> в г. Красноярске, намеревалась повернуть на <адрес> на зеленый сигнал дополнительной секции светофора, как вдруг водитель транспортного средства Toyota Corolla Fielder, г/н №, двигавшегося во встречном направлении, начал выполнять поворот налево, не предоставив ей преимущество, в результате чего произошло столкновение.
Объяснения водителей согласуются как между собой, так и с представленной схемой ДТП, из которой следует, что Язенок А.В., управляя транспортным средством Mitsubishi ASX, г/н №, находилась в крайней правой полосе, тогда как Агаев У.С.о., управлявший автомобилем Toyota Corolla Fielder, г/н №, выполнял поворот налево из крайней левой для направления своего движения полосы. С данной схемой оба водителя были согласны, о чем свидетельствуют их личные подписи в ней.
Вышеописанные обстоятельства также установлены постановлением по делу об административном правонарушении № от 21.09.2025 года, в соответствии с которым Агаев У.С.о., в действиях которого установлено нарушение требований п. 13.12 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1090 (далее также – ПДД РФ, Правила), был привлечен к административной ответственности в виде штрафа в размере 1 000 руб.
Проанализировав дорожно-транспортную ситуацию, изучив материалы административного производства и гражданского дела, суд приходит к выводу о том, что дорожно-транспортное происшествие 21.09.2025 года состоит в причинно-следственной связи с нарушением с несоблюдением требований ПДД РФ водителем Агаевым У.С.о.
Вместе с тем, суд не усматривает в действиях указанного ответчика нарушений п. 13.12 ПДД РФ, поскольку, как следует из представленной в материалы дела схемы ДТП, столкновение транспортных средств произошло вне перекрестка, тогда как указанный пункт Правил регламентирует именно проезд нерегулируемых перекрестков.
В свою очередь, согласно п. 8.8 ПДД РФ, при повороте налево или развороте вне перекрестка водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу встречным транспортным средствам и трамваю попутного направления.
Таким образом, установлено, что водитель Агаев У.С.о., управляя транспортным средством Toyota Corolla Fielder, г/н №, выполняя поворот налево вне перекрестка, в нарушение требований п. 8.8 ПДД РФ не уступил дорогу встречному автомобилю Mitsubishi ASX, г/н №, допустив с ним столкновение, в связи с чем суд признает Агаева У.С.о. виновным в данном ДТП.
В результате столкновения транспортному средству истца были причинены множественные механические повреждения.
Как следует из материалов административного производства, гражданская ответственность водителя Агаева У.С.о. на момент ДТП застрахована не была. Агаев У.С.о. и его представитель в судебном заседании поясняли, что Агаев У.С.о. являлся страхователем по договору страхования, срок действия которого истек 19.09.2025 года. Судом неоднократно стороне истца предоставлялась время для предоставления в суд соответствующего доказательства. Кроме того, судом был направлен запрос в АО «Национальная Страховая Информационная Система» об направлении в адрес суда сведений о заключении договора ОСАГО в отношении транспортного средства Toyota Corolla Fielder, г/н №, на дату ДТП – 21.09.2025 года. Согласно ответу АО «Национальная Страховая Информационная Система» № от 10.02.2026 года, на указанную в запросе дату в АИС страхования отсутствует запрошенная информация.
В данной связи, указанные доводы суд находит голословными, обратного суду не представлено.
Ссылка стороны ответчика на ранее заключенный договор ОСАГО, страхователем по которому являлся Агаув У.С.о., в данном случае доказательственного значения не имеет, поскольку, как поясняли ответчик и его представитель, действие указанного договора прекратилось 19.09.2025 года, то есть до даты ДТП.
Сведения об использовании указанного транспортного средства в качестве легкового такси по состоянию на 21.09.2025 года также своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли (ответ Министерства транспорта Красноярского края №83-434 от 12.02.2026 года).
Определяя надлежащего ответчика по делу, суд, несмотря на то, что лицом, виновным в совершении ДТП признан водитель Агаев У.С.о., полагает необходимым возложить ответственность за причиненный имуществу истца ущерб на ответчика Агаеву Г.Ш.к., которая, согласно сведениям МРЭО ГИБДД МУ МВД России «Красноярское», является собственником транспортного средства Toyota Corolla Fielder, г/н №.
По смыслу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также с учетом вины потерпевшего и своего имущественного положения.
Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).
Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам, а вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064, пункт 3 статьи 1079 ГК РФ).
Понятие владельца транспортного средства приведено в статье 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в соответствии с которым им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.
Под владением в гражданском праве понимается фактическое господство лица над вещью. Такое господство может быть владением собственника, а также обладателя иного вещного права, дающего владение; владением по воле собственника или для собственника (законное владение, которое всегда срочное и ограничено в своем объеме условиями договора с собственником или законом в интересах собственника); владением не по воле собственника (незаконное владение, которое возникает в результате хищения, насилия, а также вследствие недействительной сделки).
При рассмотрении настоящего спора стороны не ссылались на то, что автомобиль Toyota Corolla Fielder, г/н №, находился в чьем-то незаконном владении. Напротив, транспортное средство было добровольно передано собственником в пользование Агаева У.С.о., который, согласно его пояснениям, постоянно эксплуатировал данный автомобиль, ранее являлся страхователем по договору ОСАГО.
Вместе с тем, факт управления транспортным средством, в том числе и по воле его собственника, не всегда свидетельствует о законном владении лицом, управлявшим им, данным транспортным средством. В связи с этим передача транспортного средства другому лицу в техническое управление без надлежащего юридического оформления такой передачи не освобождает собственника от ответственности за причиненный вред.
Из взаимосвязи указанных правовых норм следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на собственника при отсутствии вины такого собственника в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества. Таким образом, владелец источника повышенной опасности, принявший риск причинения вреда таким источником, как его собственник, несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда.
Агаева Г.Ш.к., передавая транспортное средство иному лицу (Агаеву У.С.о.), не проявила должной заботливости и осмотрительности при осуществлении права собственности, допустив указанное лицо к управлению автомобилем при отсутствии договора ОСАГО, то есть заведомо допустила к управлению лицо на незаконном основании.
При этом сам по себе факт управления Агаевым У.С.о. автомобилем на момент ДТП при установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельствах не может свидетельствовать о наличии оснований для возложения на него имущественной ответственности за вред, поскольку факт передачи собственником (законным владельцем) транспортного средства другому лицу права управления им подтверждает лишь волеизъявление собственника (владельца) на передачу данного имущества в пользование и не свидетельствует о передаче права владения имуществом в установленном законом порядке, поскольку такое использование не лишает собственника (владельца) имущества права владения им, а, следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником повышенной опасности.
Учитывая, что Агаева Г.Ш.к. передала управление иному лицу, заведомо зная об отсутствии у него права на управление транспортным средством в связи с отсутствием договора ОСАГО, т.е. не представила доказательств законности владения автомобилем Агаевым У.С.о., разрешила движение данного транспортного средства по дорогам общего пользования, суд приходит к выводу о том, что именно она является надлежащим ответчиком по заявленным истцом требованиям.
Доводы ответчика Агаева У.С.о. о том, что данное транспортное средство приобретено им за счет его денежных средств, судом во внимание не принимаются, поскольку являются голословными и не подтверждены документально.
Таким образом, сумма ущерба, причиненного имуществу истца Язенок А.В. в результате ДТП, подлежит взысканию с ответчика Агаевой Г.Ш.к. В иске к ответчику Агаеву У.С.о., как к ненадлежащему ответчику, надлежит отказать в полном объеме.
Согласно экспертному заключению ИП Даниловой Н.Н. №551-09-25 от 30.09.2025 года, объем расходов, необходимых для приведения транспортного средства Mitsubishi ASX, г/н №, в состояние, в котором оно находилось до повреждения, составляет 1 164 252 руб.
Определяя размер подлежащего возмещению материального ущерба, суд, вопреки доводам стороны ответчика, руководствуется представленным экспертным заключением, признавая его относимым, допустимым и достоверным доказательством по делу, поскольку исследование проведено экспертом-техником, имеющим соответствующие образование и квалификацию, включенным государственный реестр экспертов-техников, осуществляющих независимую техническую экспертизу транспортных средств. Экспертное заключение содержит исследовательскую часть, в которой отражены используемые экспертом методы и формулы расчета причиненного ущерба, а также подробно описанное произведенное им исследование, сделанные в результате его выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы; экспертом составлен акт осмотра транспортного средства, в ходе осмотра установлено техническое состояние транспортного средства, перечень поврежденных/деформированных деталей, подлежащих замене/ремонту/окраске; заключение содержит выводы и ответы на поставленные вопросы, которые являются последовательными и непротиворечивыми, при этом, заключение не противоречит совокупности имеющихся в материалах дела доказательств.
Не принимаются судом и доводы стороны ответчика о том, что часть повреждений транспортного средства Mitsubishi ASX, г/н №, была получена не в результате ДТП 21.09.2025 года, поскольку экспертом в полной мере оценены их направление, расположение и характер, а также возможность отнесения к следствиям рассматриваемого события.
Доказательств причинения ущерба в ином размере стороной ответчика в материалы дела не представлено, Агаев У.С.о. и его представитель в судебном заседании пояснили, что не намерены заявлять ходатайств о назначении автотехнической, трасологической или оценочной экспертизы для определения стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства и/или механизма ДТП, полагая проведение экспертизы нецелесообразным.
При этом позиция истца о возмещении ущерба без учета износа основана на Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 г. № 6-П.
В свою очередь, возражая против взыскания в пользу истца суммы причиненного ущерба в соответствии с экспертным заключением ИП Даниловой Н.Н. №551-09-25 от 30.09.2025 года, представитель ответчика полагал возможным и более разумным использовать при восстановлении поврежденного транспортного средства Mitsubishi ASX, г/н №, либо контрактные комплектующие (оригинальные детали, бывшие в употреблении), либо сертифицированные аналоги (неоригинальные детали).
В противном случае, по мнению представителя ответчика, будет иметь место значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинившего вред лица.
С данными доводами стороны ответчика суд согласиться не может.
Согласно Постановлению Конституционного суда РФ от 10 марта 2017 года, по смыслу вытекающих из статьи 35 Конституции РФ во взаимосвязи с ее статьями 19 и 52 гарантий права собственности, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или - принимая во внимание в том числе требование пункта 1 статьи 16 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.
Как показывает практика, расчет размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов, может не совпадать с реальными затратами на приведение поврежденного транспортного средства - зачастую путем приобретения потерпевшим новых деталей, узлов и агрегатов взамен старых и изношенных - в состояние, предшествовавшее повреждению.
Кроме того, предусматривая при расчете размера расходов на восстановительный ремонт транспортного средства их уменьшение с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов, необходимо исходить из наиболее массовых, стандартных условий использования транспортных средств, позволяющих распространить единые требования на типичные ситуации, а потому, как следствие, в данном случае исключается учет объективных характеристик конкретного транспортного средства применительно к индивидуальным особенностям его эксплуатации, которые могут иметь место на момент совершения дорожно-транспортного происшествия.
Между тем замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене именно на новые детали, узлы и агрегаты.
Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.
Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).
Таким образом, ограничение возмещения суммой, необходимой для ремонта с использованием аналоговых деталей, бывших в употреблении, или с учетом износа, фактически не восстановит имущественное положение потерпевшего до состояния, существовавшее до ДТП. Замена поврежденных деталей на новые оригинальные не является неосновательным обогащением истца, поскольку направлена не на улучшение транспортного средства, а на восстановление его работоспособности и функциональных характеристик до состояния, в котором оно находилось до ДТП.
Как следует из пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества).
Исходя из положений вышеприведенных правовых норм в их взаимосвязи, защита права потерпевшего посредством полного возмещения вреда должна обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего.
Возмещение потерпевшему реального ущерба не может осуществляться путем взыскания денежных сумм, превышающих стоимость поврежденного имущества, стоимость работ по приведению этого имущества в состояние, существовавшее на момент причинения вреда, однако не должно быть неполной суммой, необходимой для устранения повреждений.
При этом суд признает несостоятельным довод представителя ответчика о затруднительности использования в настоящее время необходимых для восстановления транспортного средства Mitsubishi ASX, г/н №, новых оригинальных комплектующих, поскольку стоимость таких комплектующих, согласно заключению ИП Даниловой Н.Н. №551-09-25 от 30.09.2025 года, рассчитывалась при использовании конкретных интернет-ресурсов, располагающих реальной возможностью предоставления в определенные сроки данных деталей, узлов и агрегатов.
На основании изложенного, и разрешая спор в данной части, установив факт наличия причинно-следственной связи между произошедшим дорожно-транспортным происшествием и повреждениями транспортного средства истца, наличие вины в произошедшем дорожно-транспортном происшествии ответчика Агаева У.С.о., а также возложение ответственности за причиненный вред на Агаеву Г.Ш.К., как собственника транспортного средства на момент столкновения, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных истцом требований о взыскании с ответчика Агаевой Г.Ш.к. в пользу истца Язенок А.В. суммы причиненного ущерба в размере 1 164 252 руб.
Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ).
Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 11 Постановления Пленума от 21 января 2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).
Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Согласно пунктам 12,13 указанного Постановления Пленума, расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Таким образом, с ответчика Агаевой Г.Ш.К. в пользу истца Язенок А.В. подлежат взысканию понесенные ей расходы по оплате услуг эксперта в размере 16 000 руб., которые подтверждены квитанцией к приходному кассовому ордеру №551-09 от 30.09.2025 года.
Помимо этого, истец просит взыскать расходы по оплате юридических слуг в размере 35 000 руб., которые он понес в соответствии с договором на оказанием юридических услуг №2-2209/25 от 22.09.2025 года, согласно которому исполнитель в лице «ЮА «Гарант» принял на себя обязательства по оказанию комплекса следующих юридических услуг по взысканию компенсации материального ущерба, причиненного в результате ДТП 21.09.2025 года: составление и направление участникам судопроизводства искового заявления; представление интересов заказчика в суде первой инстанции.
Так во исполнение условий вышеуказанного договора, истцу Язенок А.В. ее представителем Ярославцевым И.Ю. оказаны следующие юридические услуги: составление и подача искового заявления, а также ходатайства о принятии мер по обеспечению иска; участие в судебных заседаниях, назначенных на 21.01.2026 года и 25.02.2026 года.
Оценивая объем проделанной представителем истца работы, учитывая категорию спора, конкретные обстоятельства дела, представленные доказательства, позицию стороны ответчика относительно заявленных исковых требований, а также заявленное ходатайство о снижении размера сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, и с учетом затраченного представителем истца время на участие, суд полагает возможным взыскать с ответчика Агаевой Г.Ш.к. в пользу истца Язенок А.В. расходы по оплате юридических услуг в сумме 20 000 руб., поскольку указанная сумма, по мнению суда, будет удовлетворять требованиям разумности и справедливости.
Кроме того, поскольку исковые требования Язенок А.В. к Агаевой Г.Ш.К. удовлетворены в полном объеме, с указанного ответчика в соответствии со ст. 98 ГПК РФ и ч. 3 ст. 196 ГПК РФ подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 27 153 руб., как того просит истец (чек по операции от 27.10.2025 года).
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Язенок Анны Вячеславовны к Агаеву Умуду Сафар Оглы, Агаевой Гюльзар Шамирза Кызы о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов, удовлетворить частично.
Взыскать с Агаевой Гюльзар Шамирзы Кызы, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <данные изъяты>., паспорт <данные изъяты>, в пользу Язенок Анны Вячеславовны, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженке <адрес> <адрес>, паспорт <данные изъяты>, материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 1 164 252 руб., расходы по оплате экспертного заключения в размере 16 000 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 20 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 27 153 руб., а всего взыскать 1 227 405 руб..
В удовлетворении требований Язенок Анны Вячеславовны к Агаеву Умуду Сафар Оглы о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов, отказать.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд с подачей жалобы через Ленинский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Председательствующий Л.В. Ковязина
Мотивированное решение составлено 03 марта 2026 года.