ПРИГОВОР
Именем Российской Федерации
27 марта 2026 года г. Черногорск
Черногорский городской суд Республики Хакасия в составе председательствующего судьи Худяковой О.А., при секретаре Малковой Е.А., с участием государственного обвинителя Буранкова Е.Д., потерпевшей И.М.И., защитника – адвоката Бирюковой В.П., подсудимого Жайлова М.А., переводчика С.Д.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:
Жайлова Махмадулло Абдуганиевича, ***, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, содержащегося под стражей с 07 июля 2025 года,
УСТАНОВИЛ:
Жайлов М.А. совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти Ж.М.О., в г. Черногорске Республики Хакасия при следующих обстоятельствах.
24 июня 2025 г. в период с 12 часов 36 минут до 13 часов 56 минут, Жайлов М.А., находясь на участке местности на расстоянии ***, расположенном в границах земельного участка с кадастровым номером *** имеющего адрес: ***, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти Ж.М.О. и желая их наступления, из личных неприязненных отношений, действуя с умыслом на убийство Ж.М.О., подошел к лежащей на земле на животе Ж.М.О., руками обхватил и сдавил ее шею, тем самым перекрыв органы дыхания и исключив поступление кислорода в жизненно-важные органы, и, подавляя ее попытки к сопротивлению, с силой удерживал Ж.М.О. в таком положении, подвергая ее тело и конечности трению о поверхность земли до момента наступления ее смерти. После чего, убедившись в смерти Ж.М.О., сокрыл ее труп в земле, на участке местности, расположенном на расстоянии ***
Своими преступными действиями Жайлов М.А. причинил Ж.М.О. телесные повреждения в виде:
-ссадины подбородочной области правее срединной линии, кровоподтеков передне-боковой поверхности шеи нижней трети справа-проекции правой кивательной мышцы (1), на передней поверхности шеи в верхней трети-в правой подчелюстной области проекции правого угла и ветви нижней челюсти справа (1); локальных кровоизлияний на слизистой у основания надгортанника слева (1), слизистой задней стенки гортани (1), на слизистой гортани в области правой голосовой складки (1), мягких тканей в проекции прикрепления к грудине правой кивательной мышцы (1), на слизистой гортани, с развитием механической асфиксии, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни на момент причинения, которые состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Ж.М.О.;
-кровоизлияний с осаднением кожи на задней поверхности грудной клетки слева, в проекции левой лопатки, распространением на межлопаточную область слева, ниже левой лопатки в проекции 7-10 ребер, в области задней поверхности шеи, грудной клетки правее срединной линии, в области правой лопатки, межлопаточной области справа, с распространением на проекцию 8-12х правых ребер ниже лопатки от околопозвоночной до заднеподмышечной линиям, в правой ягодичной и поясничной области; кровоизлияния в поясничной области по срединной линии в проекции 1-5х поясничных позвонков, крыла подвздошной кости слева, кровоподтеков (сливного характера) в области левого плечевого сустава и надплечья с переходом на переднюю поверхность левого плеча,- по передней поверхности по всей протяженности правого бедра, по наружной поверхности верхней и средней трети левого бедра; кровоподтеков на передней поверхности верхней трети правой голени (1), на передней поверхности левого коленного сустава немного правее срединной линии по нижнему контуру коленной чашечки (1), которые не повлекли вред здоровью, которые не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Ж.М.О.
В результате причинения Жайловым М.А. телесных повреждений смерть Ж.М.О. наступила на месте происшествия 24 июня 2025 г. в период с 12 часов 36 минут до 13 часов 56 минут на участке местности на расстоянии 263 ***, в результате механической асфиксии от сдавления шеи твердым тупым предметом.
Выражая свое отношение к предъявленному обвинению, после его оглашения государственным обвинителем, подсудимый Жайлов М.А. вину в совершении инкриминируемого преступления признал полностью, от дачи показаний в соответствии с положениями ст. 51 Конституции РФ, отказался.
Суд, исследовав и оценив собранные доказательства в их совокупности, находит, что вина подсудимого Жайлова М.А. в содеянном полностью установлена и подтверждается следующими доказательствами, собранными по делу, полно и всесторонне исследованными в судебном заседании.
В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ были оглашены показания Жайлова М.А., данные им в качестве подозреваемого от 07 июля 2025 г., из которых следует, что в 2008 году он сменил фамилию и имя, до этого он был У.Ф.А.. В Российской Федерации он проживает более 20 лет, русским языком владеет, имеет гражданство РФ и Республики Таджикистан. У него на иждивении находятся шестеро несовершеннолетних детей, один сын от первого брака, а также пятеро детей от второго брака с Ж.М.О. Летом 2024 г. его супруга Ж.М.О. с детьми переехала жить в Россию, стала проживать по адресу: ***, со своей матерью И.М.И. и другими родственниками, тогда их отношения испортились, ее мать стала оказывать на неё влияние, детей ему не показывали, ее родственники стали ей говорить, что нужно материнский капитал получать, пособия детские, между ними стали часто происходить конфликты. Они с супругой виделись 1 раз в неделю, он ей деньги передавал, они ездили в промзону по ***, где занимались сексом. В момент очередной ссоры он решил убить М,, задушить ее и закопать в промзоне. Он нашел лопату, обрезал черенок, лопата стала длиной около 60см., на такси проехал в промзону, недалеко от проезжей части положил лопату в кусты, на том же такси уехал обратно. 24 июня 2025 г. в дневное время около 12 часов ему позвонила М. предложила встретиться. Он взял с собой рюкзак, простынь, чтобы им было на чем лежать. На такси они доехали до промзоны, вышли на остановке общественного транспорта, прошли в поля около 200 метров, расстелили простынь, разговаривали, М. лежала на животе, он лег на нее сверху, навалился всем телом и произвел удушающий захват, то есть, обхватил правой рукой ее шею. Она сказала: «Всё, всё, не будет больше истерик», однако он продолжал удерживать её шею около 20 минут. Когда он почувствовал, что М. перестала двигаться, проверил пульс, понял, что она мертва, после чего оттащил тело к яме, которая находилась недалеко, сбросил тело в яму, при помощи лопаты, которую спрятал неподалеку, прикопал ее тело землей. Затем пошел в сторону остановки общественного транспорта, по пути выкинул лопату, а также сумку и пакет М. Вернулся домой, взял одежду, на автобусе уехал в г. Красноярск, откуда 25 июня 2025 г. улетел в г. Сочи, затем в г. Москва, г. Минск, г. Баку, г. Ташкент, откуда на автомобиле доехал до г. Душанбе, приехал в гости к отцу М. – М., который ему сказал, что М. пропала, он отцу пояснил, что ему неизвестно, где она. Через 2 дня он улетел в г. Стамбул в Турцию, а на следующий день вернулся в г. Москва, поскольку сестра жены ему сообщила, что сотрудники полиции забрали его детей. 07 июля 2025 г. около 13 часов 30 минут он прилетел в г. Абакан, где в аэропорту был задержан сотрудниками полиции, которым он добровольно рассказал о совершенном им преступлении. В содеянном раскаивается (т. 2 л.д. 179-184).
Свои показания, данные в ходе предварительного следствия, Жайлов М.А. в присутствии своего защитника подтвердил при проверке его показаний на месте 07 июля 2025 г., в ходе которой Жайлов М.А. сообщил о необходимости проехать в промзону в районе здания по адресу: ***, где на манекене продемонстрировал обстоятельства и механизм удушения Ж.М.О., затем указал на расположенный рядом овраг, пояснив, что в указанном месте он захоронил тело Ж.М.О. при помощи принесенной заранее лопаты, указав место, где выбросил лопату (т. 2 л.д. 190-194, 195).
Из показаний Жайлова М.А. в качестве обвиняемого от 08 июля 2025 г. следует, что он согласен с предъявленным обвинением, поддерживает ранее данные показания (т. 2 л.д. 212-215).
Из дополнительных показаний Жайлова М.А. в качестве обвиняемого от 02 сентября 2025 года следует, что он совершил убийство своей супруги Ж.М.О., поскольку на протяжении длительного времени у них с супругой были напряженные отношении. Когда его супруга с детьми переехала в Россию, она сильно изменилась, стала кричать на него, требовать деньги, ее мать стала настраивать супругу против него, они запретили ему видеться с детьми, у него возникла психотравмирующая ситуация, он постоянно был обеспокоен, плохо спал. 24 июня 2025 г. супруга стала говорить о том, что им деньги требуются на оплату кредита тещи, он передал ей 18 000 рублей, она стала требовать больше, затем сказала, чтобы он уезжал, так как у нее появился другой мужчина, ему от этого было больно, тяжело на душе, потому он и совершил преступление (т. 2 л.д. 222-227).
Из показаний Жайлова М.А. в качестве обвиняемого от 29 октября 2025 г. следует, что заранее он не планировал убийство М.. Он действительно заранее привез на место лопату, но чтобы пожарить шашлык. 24 июня 2025 г., когда М. сказала, что она будет жить с другим мужчиной, ему стало обидно, его это задело, он вспылил, схватил М. за шею, сдавил и стал удерживать. Она в тот момент дергалась, сопротивлялась, а потом перестала. Тогда он её отпустил и понял, что она умерла. Он не хотел её убить, всё быстро произошло, он не думал о последствиях. Затем он положил тело М. в яму и закопал лопатой, которую ранее привез туда. Вину признает полностью, в содеянном раскаивается (т. 3 л.д. 1-5)
Из показаний Жайлова М.А. в качестве обвиняемого от 26 ноября 2025 г. следует, что с обвинением он согласен, вину признает полностью, данные ранее показания поддерживает (т. 3 л.д. 20-23)
Из дополнительных показаний Жайлова М.А. в качестве обвиняемого от 27 ноября 2025 г. следует, что при осмотре диска с видеозаписями с камер видеонаблюдения по *** от 24 июня 2025 г. и лопаты, он опознает себя, одетого в футболку синего цвета, штаны военного (зеленого) цвета, с лопатой в руке, после совершения преступления. 24 июня 2025 г. они с М. алкоголь не выпивали. После того, как он понял, что она мертва, он поднял её на руки и отнес в канаву, не волочил, ударов ей не наносил, до совершения преступления видимых телесных повреждений на теле М. он не видел. Может пояснить, что в тот день он передал М. денежные средства в сумме 18 000 рублей, которые она убрала в сумку, которую он потом выбросил. Деньги на дорогу он взял у себя дома (т. 3 л.д. 32-35).
Из дополнительных показаний Жайлова М.А. в качестве обвиняемого от 16 декабря 2025 г. следует, что гражданство РФ он получил около года назад, ранее он просто проживал на территории РФ, сменил фамилию ещё в Республике Таджикистан. Он совершил убийство своей супруги не с целью мести, а из-за происходящих конфликтов с М., которая не слушала его, хотела, чтобы он уехал (т. 3 л.д. 222-226).
Из дополнительных показаний Жайлова М.А. в качестве обвиняемого от 17 декабря 2025 г. следует, что данные ранее показания поддерживает. С обвинением согласен, вину признает полностью, раскаивается (т. 3 л.д. 241-244).
После оглашения показаний подсудимый Жайлов М.А. их поддержал и подтвердил проведение следственных действий с его участием.
Огласив показания Жайлова М.А., которые он давал в ходе предварительного следствия, проверив их в судебном заседании, сопоставив их с другими доказательствами, суд пришел к убеждению, что они получены с соблюдением уголовно - процессуальных и конституционных норм, в строгом соответствии с требованиями п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, после разъяснения ему норм ст. 51 Конституции РФ и процессуальных прав, в присутствии защитника, переводчика, т.е. в условиях, исключающих возможность оказания какого-либо давления. Оснований для признания протоколов допросов недопустимыми доказательствами, не имеется.
Показания Жайлова М.А., данные в ходе предварительного, суд признает относимыми, допустимыми, придает им доказательственное значение, оценивает их достоверными лишь в той части, в которой они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и свидетельствуют о времени и месте, мотиве совершения преступления при вышеизложенных обстоятельствах, и полностью соотносятся с исследованными в суде доказательствами – показаниями потерпевшей, свидетелей, специалиста, результатами осмотров, заключениями экспертиз, достоверность которых сомнений не вызывает, при этом показания Жайлова М.А. о том, что он не хотел убивать Ж.М.О., а также о том, что он находился в длительной психотравмирующей ситуации, суд расценивает как реализованное право на защиту, поскольку они опровергаются представленными доказательствами. Каких-либо существенных противоречий в показаниях, которые могут повлиять на установление фактических обстоятельств, по делу суд не усматривает.
Оснований для признания протокола проверки показаний на месте недопустимым доказательством, также не имеется, поскольку указанное следственное действие проведено в соответствии со ст. 194 УПК РФ, каких-либо замечаний к производству данного следственного действия от его участников не поступило, в том числе, от самого Ж.М.О. и его защитника.
Оценивая вышеприведенные показания подсудимого, суд признает их в качестве достоверных в той части, в которой они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и свидетельствуют о времени и месте, мотиве совершения преступления при вышеизложенных обстоятельствах.
Из показаний потерпевшей И.М.И. в судебном заседании следует, что в 2024 г. её дочь Ж.М.О. с детьми переехала жить в Россию, сначала они все вместе проживали, дочь с мужем Жайловым М.А. жили плохо, между ними постоянно были скандалы, Жайлов М.А. не работал, они кормили ее и ее детей. Затем Жайлов М.А. ушел и стал снимать комнату в общежитии, она зятя не выгоняла, а ее дочь не хотела уходить из их дома, так как у Жайлова М.А. не было денег, они постоянно ругались, она часто плакала. Жайлов М.А. приходил и общался с детьми, денег дочери не передавал. Дочь работала в кафе поваром, хотела получить гражданство РФ, а Жайлов М.А. хотел, чтобы они уехали в Таджикистан, ревновал ее, всегда провожал ее утром и вечером. Ей было известно, что дочь ходит к мужу в общежитие. 24 июня 2025 г. около 07 часов Ж.М.О. ушла на работу в кафе, больше она ее не видела. Дочь была одета в черное платье, телесных повреждений не видела. Вечером дочь не пришла с работы, она подумала, что она ушла с мужем, потом они стали искать ее, звонить им, но они на звонки не отвечали. О том, что Жайлов М.А. уехал в Таджикистан, она узнала от своего мужа. После того, как Жайлова М.А. задержали, он написал ей письмо, но она не принимает его извинения.
Из показаний свидетеля Б.О.О. в судебном заседании следует, что его сестра Ж.М.О. и ее супруг Жайлов М.А. сначала проживали по адресу: ***, вместе с его матерью И.М.И., его семьей и другими родственниками. Потом Жайлов М.А. стал проживать на квартире отдельно, деньгами своей семье не помогал. Ж.М.О. работала в кафе, вечером приходил Жайлов М.А., общался с детьми, они ходили гулять. Его сестра часто плакала, жаловалась ему, что ее муж Жайлов М.А. не работает и бьет ее за то, что она просит у него денег на еду для детей. 24 июня 2025 г. после обеда ему позвонил хозяин кафе, где работала Ж.М.О., сказал, что около 12 часов она ушла с мужем и не вернулась на работу. Вечером он пришел домой, сестры дома не было, они начали ее искать. От отца ему стало известно, что Жайлов М.А. уже находится в Таджикистане. Тогда они написали заявление в полицию. В ходе следствия он опознал труп своей сестры по одежде и серьгам.
Из показаний свидетелей К.Х.Х., данных в судебном заседании, Б.К.О. (т. 1 л.д. 130-131, т. 3 л.д. 192-194), Б.Н.О. (т. 1 л.д. 141-144), Б.Н.Г. (т. 1 л.д. 156-159, т. 3 л.д. 189-191), данных в ходе предварительного следствия, следуют показания аналогичного содержания показаниями потерпевшей И.М.И. и свидетеля Б.О.О.
Свидетель А.Б.Н. в судебном заседании пояснил и подтвердил показания, данные им в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 162-165), из которых следует, что он является индивидуальным предпринимателем, у него имеется кафе «Анаида». Ж.М. подрабатывала в его кафе около 6-7 месяцев, помогала на кухне. Она была хорошим человеком, спокойная, общалась с его женой. 24 июня 2025 г. в 12.00 она отпросилась в ателье на час и не больше вернулась. Он ее искал, звонил ей, ее брату, после 14-00 ее абонент стал недоступен. В тот день она сильно нервничала, он подумал, что она с мужем поругалась, она собралась и быстро побежала, сказала, что зашьет куртку и вернется. М. была одета в зеленое платье, в платке, телесных повреждений у нее он не видел. Ему известно, что Маърифат с мужем вместе не проживали.
Из показаний свидетеля А.Ф.Б. следует, что Ж.М.О. работала в кафе «Анаида», спокойная, тихая девушка. 24 июня 2025 г. Ж.М.О. была на работе, потом ей кто-то позвонил, она стала нервничать. Она сказала, что ей муж позвонил, нужно сходить в ателье, отпросилась у ее мужа А.Б.Н., быстро выбежала из кафе, нервная была, более на работу она не вернулась. Она ей рассказывала, что её супруг очень ревнивый, из-за этого они часто ругаются, что после работы её муж забирал к себе в общежитие (т. 1 л.д. 168-170).
Из показаний свидетеля Ф.А. следует, что он работает водителем такси. 24 июня 2025 года в 12:04 часов ему поступил заказ с *** Он приехал на указанный адрес, там стояли его знакомые Жайлов М.А. и Ж.М.О., но Жайлов М.А. не разрешил женщине садиться в машину, отменил заказ. У Жайлова М.А. были с собой две небольшие сумки (т. 1 л.д. 172-174).
Из показаний свидетеля Р.Д.П. следует, что он работает в такси «Максим» на автомобиле Тойота Камри синего цвет, гос. номер ***. 24 июня 2025 г. примерно в 12 часов 30 минут он принял заказ по адресу: ***). В машину сели мужчина и женщина нерусской национальности с пакетом в руках. Он остановился на остановке общественного транспорта, мужчина расплатился, и они направились в обратную сторону, то есть в сторону заправки (т. 1 л.д. 177-179).
Из показаний свидетеля К.А.Р. следует, что работает в такси «Максим» на автомобиле марки MazdaFamilia, цвет белый, государственный номер *** 19 июня 2025 года в 06:57 часов ему поступил заказ с ***). На заднее сиденье автомобиля сел мужчина, при нем был рюкзак и небольшая лопата, то есть черенок лопаты был короткий, перемотан изолентой, мужчина вел себя спокойно, попросил остановиться на остановке, расплатился и вышел. Он остался стоять на месте и видел, что мужчина направился за остановку, через 5-7 минут он вернулся, но лопаты при нем уже не было, он довез мужчину обратно (т. 1 л.д. 181-183).
Из показаний свидетеля К.О.А., начальника отделения отдела уголовного розыска ОМВД России по г. Черногорску, следует, что в ходе работы по материалу проверки по заявлению И.М.И. о пропаже дочери Ж.М.О. и ее мужа Жайлова М.А. было установлено, что по базе ПКТ Магистраль Жайлов М.А. приобретал авиабилеты, следовал: 25 июня 2025 г. Красноярск – Сочи, Сочи – Москва, 26 июня 2025 г. Москва – Минск. Также им были изъяты и просмотрены записи с камер видеонаблюдения около участка местности промзоны, было установлено, что 24 июня 2025 в дневное время на одной из видеозаписей запечатлен мужчина с лопатой. 07 июля 2025 г. Жайлов М.А. прибыл авиатранспортом в аэропорт г. Абакана, где был задержан (т. 2л.д. 58-61).
Вышеприведенные показания потерпевшей и свидетелей суд признает относимыми, поскольку они содержат сведения, относящиеся к рассматриваемому уголовному делу, допустимыми, так как они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, и достоверными в той части, в которой они согласуются между собой и другими собранными по делу доказательствами, при этом каких-либо существенных противоречий в показаниях свидетелей суд не усматривает. Сообщенные данными свидетелями сведения указывают о правдивости показаний подсудимого Ж.М.О., данных им на досудебной стадии, о его причастности к убийству потерпевшей.
Кроме того, вина Жайлова М.А. в совершенном преступлении подтверждается письменными доказательствами, оглашенными в судебном заседании в порядке, предусмотренном ст. 285 УПК РФ.
Согласно рапорту от 02 июля 2025 г., 24 июня 2025 г. в 07 часов 00 минут Ж.М.О. ушла из дома: ***, и до настоящего времени её местонахождение не известно (т.1 л.д.49).
Согласно рапорту начальника смены ДЧ ОМВД России по г. Черногорску от 30 июня 2025 г., 30 июня 2025 г. в 08 часов 25 минут от И.М.И. поступило сообщение, что с 24 июня 2025 г. пропала Ж.М.О. (т. 1 л.д.52)
Как следует из протоколов осмотра места происшествия от 07 июля 2025 г. осмотрен участок местности, расположенный на расстоянии 265 метров в юго-западном направлении ***, в ходе которого из ямы, присыпанной землей, изъят и осмотрен труп Ж.М.О. (т. 1 л.д. 85-92, 93-97).
Как следует из протокола осмотра места происшествия от 08 июля 2025 г. осмотрен участок местности, расположенный на расстоянии *** в ходе которого в кустах обнаружена и изъята лопата, черенок которой частично оклеен серой изолентой (т. 1 л.д. 103-109).
Как следует из протокола дополнительного осмотра места происшествия от 10 ноября 2025 г. осмотрен участок местности, расположенный на расстоянии 263 метра в юго-западном направлении ***, на котором Жайлов М.А. совершил убийство Ж.М.О., участок местности имеет грунтовое покрытие, трава у подножья деревьев примята (т. 1 л.д. 110-113).
Согласно протоколу выемки от 09 июля 2025 г. у свидетеля К.О.А. изъят оптический диск, содержащий видеозаписи с камер видеонаблюдения с изображением участка местности около места обнаружения трупа Ж.М.О., добровольно выданный П.А.С. (т. 1 л.д. 74-75, т. 2 л.д. 140-142), который осмотрен, о чем был составлен протокол осмотра предметов от 09 июля 2025 г., при открытии одного файла установлено, что 24 июня 2025 г. в 13:56 от остановки дорогу переходит мужчина, одетый в штаны зеленого цвета, футболку синего цвета, в левой руке держит лопату с черенком серого цвета, мужчина движется по противоположной стороне дороги вдоль проезжей части в сторону АЗС, оптический диск признан вещественным доказательством и приобщен к материалам уголовного дела, хранится в уголовном деле (т. 2 л.д. 143-149, 150, 155-156).
Как следует из протокола осмотра предметов от 20 октября 2025 г. осмотрена лопата, серого цвета, общей длиной 88 см, черенок которой частично обмотан малярным скотчем серого цвета, которая признана вещественным доказательством и приобщена к материалам уголовного дела (т. 2 л.д. 151-154, 155-156).
Как следует из протокола осмотра предметов от 27 ноября 2025 г., с участием обвиняемого Жайлова М.А., его защитника и переводчика, осмотрены оптический диск, содержащий видеозаписи с изображением участка местности по *** и лопата. Участвующий в осмотре Жайлов М.А. пояснил, что на одной из видеозаписей это он после совершенного им преступления вышел на проезжую часть ***, перешел дорогу и проследовал налево вдоль дороги, в его руках находится лопата, которой он закопал тело Ж.М.О. (т. 3 л.д. 27-31).
Как следует из протокола осмотра предметов от 22 декабря 2025 г. осмотрены два оптических диска, содержащие детализации соединений между абонентами по абонентским номерам +***, находившегося в пользовании Жайлова М.А., с привязкой к базовым станциям по адресу, который 24.06.2025 г. в 08.25 находился в непосредственной близости от места работы Ж.М.О., и +***, находившегося в пользовании Ж.М.О., с привязкой к базовым станциям по адресам, который 24.06.2025 г. в 07.03 находился в непосредственной близости от места жительства Ж.М.О., 24.06.2025 г. в 11.57 - в непосредственной близости от места работы Ж.М.О., 24.06.2025 г. в 12.32 - в пределах базовой станции ***, после чего произошло отключение от сети данных, диски признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела, хранятся в уголовном деле (т. 3 л.д. 214-218, 219, 220-221).
Как следует из протокола предъявления трупа для опознания от 07 июля 2025 г. свидетель Б.О.О. опознал труп своей сестры Ж.М.О. по одежде и серьгам-кольцам в ушах (т. 1 л.д. 98-102).
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа *** от 12 сентября 2025 г. смерть Жайловой М.О., наступила в результате механической асфиксии от сдавления шеи твердым тупым предметом и подтверждается морфологической картиной исследования, патоморфологической картиной дополнительного лабораторного исследования.
***
***
***
***
***
***
Данный вывод может свидетельствовать о последовательности причинения телесных повреждений:
-телесные повреждения в п.2.2. могли быть получены как до -, так и в момент причинения телесных повреждений в п.2.1.; телесные повреждения в п.2.1. получены в последнюю очередь непосредственно перед наступлением смерти.
Телесных повреждений в области наружных половых органов и заднепроходного отверстия не выявлено.
Телесные повреждения, состоящие в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Ж.М.О., перечисленные в п.2.1. могли быть причинены при обстоятельствах, указанных в установочной части постановления.
После причинения всех вышеуказанных телесных повреждений, Ж.М.О. могла совершать какие-либо движения руками, ногами. В период времени, ограниченный временем переживаемости травмируемых мягких тканей: данный период при причинении телесных повреждений указанных в п.2.1., соответствует в среднем- 4-6 минут, припричинении телесных повреждений указанных в п.2.2., соответствует единицам-десяткам минут.
Согласно акту судебно-медицинского (судебно-химического) исследования *** от 10.07.2025г., «при судебно-химическом исследовании биообъектов от трупа гражданки Ж.М.О., *** г.р., обнаружен этиловый алкоголь в крови 0,77 г/л». С учетом гнилостных изменений трупа. К данному выводу необходимо относится критически, ввиду посмертного спиртообразования вследствие брожения.
Забор биологических объектов (жидкости) для лабораторного исследования на наркотические вещества, не производился ввиду выраженных гнилостных изменений (гнилостного размягчения органов).
За единицы часов до наступления смерти, потерпевшая Ж.М.О. употребляла пищу, в состав которой входят фрукты, овощи.
Принимая во внимание трупные изменения с выраженными гнилостными изменениями при осмотре трупа на месте происшествия, в секционном зале морга от 07.07.2025г. при вскрытии трупа от 08.07.2025г., эксперт приходит к выводу, что смерть Ж.М.О. могла наступить за 14 дней к моменту исследования трупа (т. 2 л.д. 97-108).
Из показаний специалиста Ш.А.А. в судебном заседании следует, что не исключается, что в момент сдавливания шеи Ж.М.О. могла совершать активные действия с целью сопротивления. Не исключается возможность получения Ж.М.О. телесных повреждений, указанных в п. 2.2 заключения эксперта, в результате ее сопротивления действиям Жайлова М.А.
Настоящее заключение подготовлено компетентным экспертом, его выводы основаны на совокупности исследований, подтверждены имеющимися в заключении методиками проведения судебной экспертизы, дополнены показаниями специалиста Ш.А.А. в судебном заседании, а потому оснований сомневаться в научности и обоснованности выводов эксперта не имеется. Суд признает настоящее заключение допустимым по делу доказательством. Приведенное выше заключение эксперта отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, у суда не возникло сомнений в обоснованности его выводов.
Оснований для признания иных письменных доказательств недопустимыми и недостоверными не имеется.
Как следует из материалов уголовного дела, следственные и процессуальные действия по уголовному делу проведены надлежащими лицами в пределах предоставленных им процессуальных полномочий, с соблюдением требований УПК РФ, в рамках возбужденного, при наличии достаточных повода и оснований, уголовного дела.
Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд приходит к выводу о том, что вина Жайлова М.А. в совершении преступления, указанного в описательной части приговора, полностью установлена.
Исходя из совокупности вышеприведенных доказательств, суд приходит к выводу, что местом преступления является участок местности на расстоянии *** то есть место, указанное подсудимым, в непосредственной близости от которого был обнаружен труп Ж.М.О.
Мотивом совершения убийства явились личные неприязненные отношения, возникшие у Жайлова М.А. к Ж.М.О., с которой у него часто происходили конфликты. Каких-либо данных, свидетельствующих о тяжком оскорблении подсудимого со стороны потерпевшей, ее аморальных либо противоправных действиях, а также о том, что Жайлов М.А. находился в длительной психотравмирующей ситуации, о чем утверждает сторона защиты, из материалов дела не усматривается, в судебном заседании установлено не было.
Вопреки доводам стороны защиты действия Жайлова М.А. носили умышленный характер и были направлены на причинение смерти потерпевшей, при этом Жайлов М.А. осознавал характер и опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления в их результате смерти потерпевшей и желал этого. Об умышленных действиях подсудимого свидетельствует то, что Жайлов М.А. осуществил непосредственные действия с целью наступления преступных последствий в виде смерти Ж.М.О. - подошел к лежащей на животе Ж.М.О., руками обхватил и сдавил ее шею, тем самым перекрыв органы дыхания и исключив поступление кислорода в жизненно-важные органы, и, подавляя ее попытки к сопротивлению, с силой удерживал Ж.М.О. в таком положении до момента наступления ее смерти, причинив в результате этого телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни потерпевшей, и состоящие в прямой причинной связи с наступлением смерти, которая наступила в результате механической асфиксии от сдавления шеи твердым тупым предметом, после чего, убедившись в ее смерти, сокрыл труп Ж.М.О. в земле с помощью заранее принесенной лопаты.
Характер сложившихся между Жайловым М.А. и Ж.М.О. взаимоотношений, поведение после совершения преступления, указывают на то, что подсудимый не находился в состоянии сильного душевного волнения, либо в состоянии необходимой обороны, вызванного действиями потерпевшей. Как видно из приведенных выше доказательств, преступное деяние было совершено подсудимым на почве сложившихся у него с потерпевшей личных неприязненных отношений.
Суд находит установленным, что у Жайлова М.А. отсутствовала угроза жизни и здоровью со стороны потерпевшей во время причинения ей телесных повреждений. Данное обстоятельство исключает возможность квалифицировать его действия как совершенные в условиях необходимой обороны либо при превышении ее пределов.
Об отсутствии у подсудимого Жайлова М.А. состояния аффекта в момент причинения потерпевшей телесных повреждений свидетельствует и проведенная по делу в отношении Жайлова М.А. экспертиза.
***
***
Суд, оценив в совокупности исследованные доказательства, с точки зрения относимости, допустимости и достаточности для разрешения уголовного дела, приходит к выводу о доказанности вины Жайлова М.А. в совершении убийства, то есть умышленном причинении смерти Ж.М.О.
Учитывая изложенное, никаких сомнений в виновности Жайлова М.А. у суда не возникло, доказательств, оправдывающих его, по делу не получено. Причастность иных лиц не установлена, оснований для переквалификации его действий не имеется.
Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влияющих на доказанность вины подсудимого, в ходе предварительного следствия по делу не допущено.
Приведенные доказательства свидетельствуют о наличии в действиях подсудимого Жайлова М.А. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.
Определяя вид и меру наказания Жайлову М.А., суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, относящегося к категории особо тяжких преступлений против жизни и здоровья, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, на условия его жизни и жизни его семьи, возраст, семейное положение – женат, имеет шестерых малолетних детей, состояние его здоровья – на ***, а также личность Жайлова М.А., который не судим, является гражданином Российской Федерации и Республики Таджикистан, ***, имеет регистрацию и возможность проживания в г. Черногорске, характеризуется по месту жительства начальником ОУУП ОМВД России по г. Черногорску – удовлетворительно (т. 3 л.д. 114), работает по найму, обращался в Генеральное Консульство и Посольство Республики Таджикистан о детях, в ОНК РХ с раскаянием перед обществом, принес письменные извинения потерпевшей (т. 2 л.д. 221).
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание Жайлову М.А., в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд относит: полное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение публичных извинений, в том числе потерпевшей, а также возраст, состояние здоровья его и его родственников; на основании п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ: наличие на иждивении малолетних детей; на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в активном сотрудничестве с органом следствия путем дачи признательных показаний, в том числе, в осмотре вещественных доказательств, при проверке показаний на месте, с указанием обстоятельств о времени и месте, мотиве совершения преступления, локализации и механизма причинения телесных повреждений, на основании которых были установлены фактические обстоятельства преступления, в том числе указал место нахождения трупа и лопаты, которые были изъяты.
Оснований для признания показаний Жайлова М.А. смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, в качестве явки с повинной не имеется, поскольку не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанные лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления.
Не могут быть признаны обоснованными и доводы защитника о наличии оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренного п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ, - совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, поскольку приводимые в обоснование этого суждения не свидетельствуют о существовании таких обстоятельств, а испытываемые Жайловым М.А. эмоциональные переживания в связи с частыми конфликтами с Ж.М.О. и ее родственниками, отсутствием постоянного общения с детьми, не могут расцениваться как совокупность негативных факторов, предусмотренных п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и не свидетельствуют о стечении тяжелых жизненных обстоятельств, вынудивших Жайлова М.А. совершить убийство своей супруги и оправдывающих совершение им преступления, посягающего на жизнь человека.
Суд не находит оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «к» ч. 1 ст.61 УК РФ, принесение публичных извинений, в том числе потерпевшей, иным родственникам погибшей, а именно как принятие иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного преступлением, поскольку это нельзя признать действенным средством восстановления нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшей, способствующим уменьшению последствий содеянного, компенсации и возмещению причиненного вреда.
Обстоятельств, отягчающих наказание Жайлову М.А., предусмотренных ст. 63 УК РФ, не имеется.
Оснований для освобождения Жайлова М.А. от уголовной ответственности и наказания, суд не усматривает.
При назначении наказания подсудимому Жайлову М.А. суд учитывает положения ст. 6 УК РФ о том, что одним из принципов уголовного закона является соответствие наказания характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.
Учитывая все данные, характер совершенного преступления, степень и общественную опасность данного деяния, данные о личности подсудимого, его возраст, условия его жизни, состояние здоровья, влияние наказания на исправление осужденного, совокупность всех смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что цели применения уголовного наказания, предусмотренные ст. 43 УК РФ, применительно к Жайлову М.А., могут быть достигнуты только при назначении ему наказания в виде лишения свободы на определенный срок и не находит оснований для применения при назначении наказания положений ст. 73 УК РФ.
Рассматривая вопрос о необходимости назначения Жайлову М.А. дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ, суд, с учетом обстоятельств дела и личности подсудимого, приходит к выводу о том, что достижение целей наказания, а именно, восстановление социальной справедливости, исправление осужденного, предупреждение совершения новых преступлений возможно, без назначения ему дополнительного наказания в виде ограничения свободы.
Наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при отсутствии отягчающих обстоятельств дают основание суду руководствоваться при назначении наказания ч. 1 ст. 62 УК РФ.
Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью подсудимого Жайлова М.А., его поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного им преступления, суду не представлено и не установлено, в связи с чем, оснований для применения положений ст. 64 УК РФ не имеется.
С учетом фактических обстоятельств преступления, относящегося к категории особо тяжких, степени его общественной опасности, способа совершения преступления, степени реализации преступных намерений, вида умысла, мотива, цели совершения деяния, характера и размера наступивших последствий, учитывая наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.
Назначая подсудимому Жайлову М.А. наказание в виде лишения свободы, суд, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о его личности, его поведение во время и после совершения преступления, не усматривает обстоятельств, позволяющих применить к нему условное осуждение, предусмотренное ст. 73 УК РФ, поскольку полагает, что его исправление возможно только в условиях изоляции от общества и это необходимо в целях предупреждения совершения им новых преступлений.
По делу не имеется оснований для применения к подсудимому положений об отсрочке исполнения приговора, нет законных условий для освобождения от наказания по состоянию здоровья.
Учитывая вышеизложенное, суд не находит оснований для назначения подсудимому Жайлову М.А. иных основных видов наказания, не связанных с лишением свободы, в том числе принудительных работ в силу прямого указания закона, поскольку принудительные работы не предусмотрены санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ.
В соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания Жайлову М.А. следует назначить в исправительной колонии строгого режима, поскольку им совершено особо тяжкое преступление, и ранее он не отбывал лишение свободы.
Именно такое наказание Жайлову М.А., по мнению суда, будет отвечать целям восстановления социальной справедливости, предупреждения совершения осужденным новых преступлений, а также целям его исправления, перевоспитания и является целесообразным и справедливым.
Согласно протоколу задержания Жайлов М.А. задержан в порядке ст. 91-92 УПК РФ – 07 июля 2025 года и до настоящего времени содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Хакасия.
На основании ч. 2 ст. 97 УПК РФ в целях обеспечения исполнения приговора суд оставляет Жайлову М.А. меру пресечения в виде заключения под стражей без изменения до вступления приговора в законную силу.
В срок наказания Жайлова М.А. следует зачесть время содержания под стражей до дня вступления настоящего приговора в законную силу в соответствие со ст. 72 УК РФ.
При принятии решения о мере пресечения осужденному Жайлову М.А. суд принимает во внимание отсутствие данных о невозможности содержания его под стражей по состоянию здоровья и медицинских документов, свидетельствующих о наличии у него заболеваний, требующих длительного лечения в условиях специализированного медицинского стационара.
Оснований для полного или частичного освобождения Жайлова М.А. от уплаты процессуальных издержек, связанных с оплатой услуг адвоката за осуществление им защиты подсудимого Жайлова М.А. в ходе предварительного расследования – 81 600 рублей, судебных разбирательств – 30 656 рублей, судом не установлено, поскольку подсудимый от назначенного защитника не отказывался, трудоспособен, ограничений по состоянию здоровья не имеет, то есть имеет возможность получать доход, в том числе, работая во время и после отбывания наказания. Заявление Жайлова М.А. в ходе следствия назначить защитника в связи с его тяжелым материальным положением нельзя рассматривать как отказ от защитника и не является основанием для его освобождения от уплаты процессуальных издержек, в таких случаях согласно ч. 1 ст. 51 УПК РФ участие защитника обязательно, а соответствующие процессуальные издержки могут быть взысканы в общем порядке.
При решении вопроса о вещественных доказательствах, суд руководствуется положениями ст. 81-82 УПК РФ, в соответствии с которыми лопату надлежит уничтожить, а диски хранить в деле.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 302-304, 307-309 УПК РФ, суд
ПРИГОВОРИЛ:
Жайлова Махмадулло Абдуганиевича признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание за данное преступление в виде 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Меру пресечения Жайлову М.А. в виде заключения под стражу оставить без изменения и до вступления приговора в законную силу содержать в учреждении ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Хакасия.
Срок наказания Жайлову М.А. исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей Жайлову М.А. с 07 июля 2025 г. до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.
Взыскать с Жайлова Махмадулло Абдуганиевича в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки в размере 112 256 (Сто двенадцать тысяч двести пятьдесят шесть) рублей.
***
***
***
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.
В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе в порядке и в сроки, предусмотренные ст. 389.4 УПК РФ, ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Дополнение к апелляционной жалобе может быть подано не позднее 5 суток до рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.
Председательствующий О.А. Худякова