РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
17 сентября 2026 года г. Красноярск
Ленинский районный суд г. Красноярска в составе:
председательствующего судьи Поляковой Т.А., при секретаре Зубареве С.А., с участием истца ФИО1, представителя ответчика Министерство финансов Российской Федерации, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Министерства финансов <адрес>, Управления Федерального казначейства по <адрес> ФИО5, действующего на основании доверенности, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО2 по <адрес> ФИО6, действующего на основании доверенности, помощника прокурора <адрес> ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным содержанием под стражей,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратилась в Ленинский районный суд <адрес> к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным содержанием под стражей.
Требования мотивировав тем, что приговором суда от ДД.ММ.ГГГГ, она была осуждена к 2-м годам принудительных работ с удержанием 10 % заработка в доход государства, наказание отбывала в ИУФИЦ № ФКУ ИК - 15 ФИО2 по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В период отбывания наказания постановлением начальника ИУФИЦ № от ДД.ММ.ГГГГ она была признана злостным нарушителем режима отбывания наказания, после чего было направлено в суд представление о замене неотбытой части наказания в виде принудительных работ лишением свободы. Постановление суда от ДД.ММ.ГГГГ ей заменили остаток неотбытой части наказания в виде принудительных работ лишением свободы и заключили ее под стражу. Апелляционным постановлением от ДД.ММ.ГГГГ постановление суда от ДД.ММ.ГГГГ было отменено, направлено на новое рассмотрение в суд, ДД.ММ.ГГГГ она была освобождена из под стражи. Находилась под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно, то есть 77 дней. При новом рассмотрении представления начальника ИУФИЦ № суд указал на нарушения, допущенные администрацией в процессе оформления одного из взысканий и отказал в удовлетворении представления.
В период нахождения в ФКУ ФИО2 4 ФИО2 по <адрес> она испытывала сильный стресс, моральные страдания, вызванные условиями, действующими в данном типе учреждения, ухудшилось состояние здоровья (потеря веса с 76 до 59 кг, бессонница, боли в спине/суставах, выпадение волос), вынужденное вдыхание табачного дыма, негативные побочные эффекты от назначенного препарата (метформин), который, по мнению истца, был назначен необоснованно (диагноз «сахарный диабет» впоследствии был опровергнут врачом).
Стресс от первого опыта нахождения в ФИО2, страх за безопасность (усиленный предшествующими обещаниями негативного отношения), невозможность регулярно общаться с матерью (единственным близким родственником), чувство безнадёжности, психологическое давление со стороны сокамерниц.
Полагала, что в результате незаконного применения меры пресечения в виде содержания под стражей ей был причинен моральный вред.
Указала на то, что при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение, при это суд, избирая ей меру пресечения в виде заключения под стражу не мотивировал это решение и не привел никаких оснований для ее избрания, основания предусмотренные ст. 97 УПК РФ в ее случае отсутствовали, обеспечить исполнение решения суда от ДД.ММ.ГГГГ возможно было и без применения к ней данной меры пресечения. Судом не была рассмотрена возможность избрания ей иной более мягкой меры пресечения.
Полагала, что содержание под стражей в течение 77 дней было незаконным, немотивированным и причинило ей моральный вред, который она оценила в размере 150 000 рублей.
Считала, что при определении размера компенсации следует учесть ее индивидуальные особенности, как наличие хронических заболеваний, нахождение в учреждении системы ФСИН ФИО2 впервые, психологическую уязвимость в виде развитой эмпатии и повышенной внушаемости, кроме того, она была лишена возможности работать оказывать материальную помощь своей нетрудоспособной матери, лишена привычных социальных связей.
Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного незаконным содержанием под стражей, в размере 150 000 рублей.
Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала свои исковые требования в полном объеме, просила взыскать в счет компенсации морального вреда денежные средства.
Представитель ответчика Министерство финансов Российской Федерации, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Министерства финансов <адрес>, Управления Федерального казначейства по <адрес> ФИО5, действующий на основании доверенности (№ от ДД.ММ.ГГГГ), чьи полномочия проверены, в судебном заседании указал, что оставляет решении вопроса на усмотрение суда, в случае возможного удовлетворения требований истца, просил снизить размер компенсации морального вреда до разумных пределов.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО2 по <адрес> ФИО6, действующий на основании доверенности (№ – д от ДД.ММ.ГГГГ), чьи полномочия проверены, в судебном заседании полагал, что нарушений прав истца со стороны уголовно-исполнительной системы не имеется.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ИУФИЦ № ФКУ ИК - 15 ФИО2 по <адрес>, ФКУ ФИО2 4 ФИО2 по <адрес> в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом, ФКУ ФИО2 4 ФИО2 по <адрес> просил рассмотреть дело в свое отсутствие,
Заслушав мнение истца, представителя ответчика, третьего лица, заслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым отказать в удовлетворении требований истца, исследовав письменные материалы дела в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.
Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее ГК РФ) и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).
Абзац 10 ст. 12 ГК РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.
В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
В силу ст. 1100 ГК компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.
В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В силу требований п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни и т.д. являются личными неимущественными правами, принадлежащими гражданину от рождения или в силу закона.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может наложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. (п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Под нравственными страданиями понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). (п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.). (п.39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Согласно п. 21 ст. 397 УПК РФ суд рассматривает вопросы о замене принудительных работ лишением свободы в случае уклонения осужденного от отбывания принудительных работ либо признания осужденного к принудительным работам злостным нарушителем порядка и условий отбывания принудительных работ в соответствии со ст. 531 УК РФ.
В соответствии с ч. 6 ст. 531 УК РФ, в случае уклонения осужденного от отбывания принудительных работ либо признания осужденного к принудительным работам злостным нарушителем порядка и условий отбывания принудительных работ неотбытая часть наказания заменяется лишением свободы из расчета один день лишения свободы за один день принудительных работ.
В соответствии ст. 6015 УИК РФ в отношении осужденного к принудительным работам, признанного злостным нарушителем, начальник исправительного центра направляет в суд представление о замене неотбытой части наказания к принудительным работам лишением свободы.
Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, разрешая вопрос о замене неотбытой части принудительных работ лишением свободы, суд проверяет наличие установленных ст. 6015 УИК РФ оснований для признания осужденного к принудительным работам злостным нарушителем порядка и условий отбывания этого вида наказания, а также соблюдение условий и процедуры признания лица таковым (п. 511 постановление Пленума от 20 декабря 2011 г. № 21 «О практике применения судами законодательства об исполнении приговора»).
Из материалов дела следует, что ФИО1 осуждена приговором Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по 2-м преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 2803 УК РФ, ч. 2 ст. 531 УК РФ, ч. 2 ст. 69 УК РФ к 2-м годам принудительных работ с удержанием 10 % в доход государства.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прибыла в ИУФИЦ № ФКУ ИК - 15 ФИО2 по <адрес> для отбывания наказания в виде принудительных работ, в этот же день была ознакомлена под расписку с порядком и условиями отбывания наказания, со своими правами и обязанностями, установленными УИК и приложением № Приказа Министерства Юстиции РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, а также предупреждена о том, что при нарушении порядка и условий отбывания наказания принудительные работы могут быть ей заменены более строгим наказанием.
В период отбывания наказания в виде принудительных работ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 трижды допустила нарушения условий и порядка отбывания наказания, что подтверждается постановлениями о применении к осужденной мер взыскания за нарушение установленного порядка и условий отбывания принудительных работ от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается рапортами, объяснениями и справкой о поощрениях и взысканиях, за что постановлением от ДД.ММ.ГГГГ признана злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, которое вынесено на основании ч. 1 ст. 6015 УИК РФ, поскольку ФИО1 в течение года совершила три нарушения установленных для осужденного правил проживания в исправительном центре, что явилось основанием для признания ФИО1 злостным нарушителем порядка и условий отбывания принудительных работ.
Постановлением о водворении в помещение для нарушителей осужденного, признанного злостным нарушителем порядка и условий отбывания принудительных работ от ДД.ММ.ГГГГ, которое согласовано с прокурором <адрес> ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 была водворена в помещение для нарушителей до вынесения решения Норильского городского суда, поскольку начальник ИУФИЦ № ФКУ ИК - 15 ФИО2 по <адрес> обратилась в Норильский городской суд <адрес> с представлением о замене неотбытой части наказания в виде принудительных работ лишением свободы.
ДД.ММ.ГГГГ Норильский городской суд <адрес> удовлетворил представлением начальника ИУФИЦ № ФКУ ИК - 15 ФИО2 по <адрес> и заменил ФИО1 неотбытую часть наказания в виде принудительных работ лишением свободы, этим же постановлением ФИО1 была заключена под стражу и на основании этого постановления помещена в ФКУ ФИО2 4 ФИО2 по <адрес>.
ДД.ММ.ГГГГ <адрес>вой суд отменил постановление Норильского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, материал направил на новое рассмотрение в ином составе в Норильский городской суд <адрес>.
ДД.ММ.ГГГГ Норильский городской суд <адрес> оставил без удовлетворения представление начальника ИУФИЦ № ФКУ ИК - 15 ФИО2 по <адрес> о замене неотбытой части наказания в виде принудительных работ лишением свободы, указав, что нарушение ДД.ММ.ГГГГ обусловлено уважительными причинами и не может быть достаточным и веским основанием для применения столь строгой меры реагирования, как замена наказания.
Оценивая доводы истца, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред возмещается в результате незаконного применения в качестве меры пресечения в виде заключения под стражу.
При этом мера пресечения в виде заключения избирается, если есть достаточные основания полагать, что подозреваемый или обвиняемый может скроется от следствия и суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелям, уничтожить доказательства или иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, суд в пределах предоставленных ему полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому меру пресечения, предусмотренную ст. 98 УПК РФ, порядок избрания которой регулируется ст. 108 УПК РФ.
Так, ФИО1 была осуждена приговором от ДД.ММ.ГГГГ и отбывала наказание в виде принудительных работ. Постановление Норильского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ было вынесено в порядке исполнения приговора, согласно ст. 397 УПК РФ, ст. 53.1 УК РФ и ст. 60.15 УИК РФ.
Судом первой инстанции было установлено наличие оснований для замены наказания истец трижды привлекалась к дисциплинарной ответственности и была признана злостным нарушителем. Замена принудительных работ лишением свободы повлекла необходимость помещения осужденной в ФИО2.
Таким образом, заключение ФИО1 под стражу ДД.ММ.ГГГГ являлось способом обеспечения исполнения судебного акта о замене вида наказания, а не мерой пресечения в уголовно-процессуальном смысле.
Доводы истца что суд, вынося постановление от ДД.ММ.ГГГГ, не мотивировал решение об избрании меры пресечения, не указал конкретные фактические обстоятельства и не рассмотрел возможность применения более мягкой меры пресечения, суд отклоняет, так как они строятся на неправильном толковании норм, поскольку вышеуказанным постановлением суд не избирал меру пресечения в виде заключения под стражу в порядке ст. 97 и 108 УПК РФ, а лишь обеспечивал исполнение судебного постановления, в связи с чем у суда не имелось правовых оснований для решения вопроса об избрании иной более мягкой меры пресечения в отношении ФИО1
Доводы истца, что поскольку апелляционным постановлением, постановление от ДД.ММ.ГГГГ было отменено, что свидетельствует, по мнению, истца о незаконности ее содержания под стражей, суд находит несостоятельными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
На момент вынесения постановления от ДД.ММ.ГГГГ суд действовал в пределах предоставленных ему полномочий, основываясь на материалах, представленных администрацией ИУФИЦ №.
Отмена постановления суда от ДД.ММ.ГГГГ вышестоящей инстанцией носила процессуальный характер, поскольку при рассмотрении представления было допущено нарушение права на защиту ФИО1, при этом вышестоящий суд не высказал мнения о незаконности избрания меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1
При этом, принятие иного решения при новом рассмотрении представления исправительного учреждения свидетельствуют лишь о переоценки фактических обстоятельств, но не делают вывод о том, что первоначальное содержание под стражей было незаконным применением меры пресечения.
Таким образом, сам факт отмены в последующем постановления суда, и принятия судом иного решения по представлению, вопреки ошибочному мнению истца, не может повлечь за собой обязанность по возмещению ФИО1 морального вреда за счет казны Российской Федерации в порядке ст. 1070 ГК РФ.
Суд принимает во внимание, что нахождение в условиях ФИО2 действительно сопряжено с психологическим и физическим дискомфортом, особенно для лица, впервые оказавшегося в изоляторе. Однако, поскольку содержание под стражей являлось законным способом исполнения наказания, эти страдания не могут быть квалифицированы как вред, причиненный незаконным содержанием под стражей, подлежащий компенсации по ст. 1070 ГК РФ.
Доводы истца о том, что она была лишена возможности работать и оказывать материальную помощь нетрудоспособной матери, суд отклоняет, так как ограничение свободы передвижения и трудовой деятельности является неотъемлемым следствием исполнения наказания в виде лишения свободы, а не результатом незаконного применения меры пресечения.
Доводы о необоснованном назначении препарата метформин и последующем опровержении диагноза «сахарный диабет» относятся к качеству медицинской помощи, оказываемой в ФИО2, и не имеют отношения к вопросу о законности самого содержания под стражей, а также не подтверждены материалами дела как нарушение, повлекшее причинение морального вреда именно в контексте ст. 1070 ГК РФ.
Таким образом, поскольку содержание истца под стражей не являлось незаконным применением меры пресечения, а было способом исполнения наказания в виде лишения свободы, оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей отсутствуют.
На основании изложенного, руководствуясь, ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным содержанием под стражей отказать в полном объеме.
Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца через Ленинский районный суд г. Красноярска, со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Судья Т.А. Полякова
Мотивированное решение суда составлено 30 сентября 2026 года.