РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 мая 2026 года г. Черногорск
Черногорский городской суд Республики Хакасия в составе председательствующего судьи Соловьевой А.А., при секретаре Лушовой В.Д., с участие представителя истца Голотенко А.В., представителя ответчика Сабитовой Р.Ш., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Министерства внутренних дел по Республике Хакасия к Мигловцеву А.В. о взыскании неосновательного обогащения,
УСТАНОВИЛ:
Министерство внутренних дел по Республике Хакасия (далее - МВД по Республике Хакасия) обратилось в суд с иском к Мигловцеву А.В., с учетом уточнения исковых требований, просило взыскать неосновательное обогащение в сумме 1 868 000,50 руб.
Мотивировало исковые требования тем, что *** Мигловцев А.В. подал заявление о принятии его на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения. В соответствии с распоряжением МВД России от *** ***, решением Жилищно-бытовой комиссии МВД по Республике Хакасия Мигловцеву А.В. предоставлена единовременная социальная выплата для приобретения или строительства жилого помещения в размере *** руб. Право сотрудника органов внутренних дел на единовременную социальную выплату для приобретения или строительства жилого помещения признается при установлении его нуждаемости в жилом помещении, которая определяется по основаниям перечисленным в ч. 2 ст. 4 Федерального закона от 19.07.2011 № 247 «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». На основании предписания МВД России от 30.07.2025 № П-72 проведена ревизия финансово-хозяйственной деятельности за период с *** по ***. По результатам ревизии от *** установлено, что Мигловцеву А.В. с учетом состава семьи, состоящей из 4 человек, предоставлена единовременная социальная выплата в размере *** руб. из расчета потребности 72 кв.м. жилой площади. Платежным поручением от *** денежные средства были переведены Мигловцеву А.В. Согласно сведениям из ЕГРН Мигловцев А.В. на основании свидетельства о праве на наследство от *** зарегистрировал *** право собственности на *** долю жилого помещения площадью *** кв.м, расположенного по адресу: ***. Доля в праве составляет *** кв.м. Согласно сведениям, полученным от нотариуса, открыто наследственное дело к имуществу Мигловцева В.А., умершего ***. В связи с чем право собственности на наследуемое имущество, возникшее у Мигловцева А.В. с ***, оформлено после предоставления единовременной социальной выплаты ***. В заявлении о принятии на учет для получения единовременной социальной выплаты от *** содержалось обязательство о предоставлении соответствующих документов в месячный срок в случае изменения жилищных условий. Однако информация о факте открытия наследства в жилищно-бытовую комиссию МВД по Республике Хакасия не предоставлена. Согласно материалам наследственного дела к имуществу В.В.В., наследниками последнего являются вдова Г.Г.Г. и сын Мигловцев А.В. Заявление Г.Г.Г. о принятии наследства зарегистрировано ***, заявление Мигловцева А.В. - ***. Отказ от принятия наследства Мигловцевым А.В. не оформлялся. Отмечает, что в заявлении Г.Г.Г. указан в качестве второго наследника Мигловцев А.В. В связи с чем полагало, что сокрытие Мигловцевым А.В. от МВД по Республике Хакасия факта наследования им имущества привело к неправомерному получению выплаты в размере 1 868 000,50 руб., учитывая обеспеченность его семьи жилой площадью на дату предоставления выплаты. По результатам проведенной служебной проверки факт неправомерного получения Мигловцевым А.В. выплаты подтвердился. *** Мигловцеву А.В. направлена претензия о возврате полученных денежных средств в счет возмещения стоимости неосновательного обогащения в размере 1 868 000,50 руб. *** Мигловцевым А.В. на претензию был дан ответ с письменным обоснованием несогласия с претензией. В качестве правового обоснования истец ссылался на ст. 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).
Определением суда от 06.04.2026 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Мигловцева О.В., Мигловцева В.А., Мигловцев А.А.
Представитель истца МВД по Республике Хакасия Голотенко А.В., действующая на основании доверенности от ***, в судебном заседании настаивала на удовлетворении исковых требований по доводам, изложенным в иске. Полагала, что ходатайство ответчика о пропуске срока исковой давности не подлежит удовлетворению, поскольку истцу стало известно об указанных в иске обстоятельствах после проверки комиссией на основании акта от ***. Указанные сведения жилищно-бытовой комиссии ранее не могли быть известны.
Представитель ответчика Сабитова Р.Ш., действующая на основании ордера от ***, в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать, применить последствия пропуска срока исковой давности, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, в которых указала о том, что *** истцу стало известно о смерти отца Мигловцева А.В., в связи с чем полагала о том, что недобросовестности в действиях ответчика не имеется.
Ответчик, третьи лица Мигловцева О.В., Мигловцева В.А., Мигловцев А.А. в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело в их отсутствие.
Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.
Заслушав представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Отношения, связанные с обеспечением жилыми помещениями сотрудников, граждан Российской Федерации, уволенных со службы в органах внутренних дел, членов их семей и лиц, находящихся (находившихся) на их иждивении, а также с предоставлением им иных социальных гарантий, регулируются Федеральным законом от 19.07.2011 № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 19.07.2011 № 247-ФЗ).
Согласно ч. 1 ст. 4 вышеуказанного закона, сотрудник, имеющий стаж службы в органах внутренних дел не менее 10 лет в календарном исчислении, имеет право на единовременную социальную выплату для приобретения или строительства жилого помещения один раз за весь период службы в органах внутренних дел.
Право сотрудника органов внутренних дел на единовременную социальную выплату для приобретения или строительства жилого помещения признается при установлении его нуждаемости в жилом помещении, которая определяется по основаниям, перечисленным в ч. 2 ст. 4 Федерального закона от 19.07.2011 № 247-ФЗ. В частности, единовременная социальная выплата предоставляется сотруднику в пределах бюджетных ассигнований, предусмотренных федеральному органу исполнительной власти в сфере внутренних дел, по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, руководителя иного федерального органа исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники, при условии, что сотрудник является нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения и обеспечен общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее 15 квадратных метров (п. 2 ч. 2 ст. 4 Федерального закона от 19.07.2011 № 247-ФЗ).
В соответствии с ч. 4 ст. 4 Федерального закона от 19.07.2011 № 247-ФЗ единовременная социальная выплата предоставляется сотруднику с учетом совместно проживающих с ним членов его семьи.
Размер единовременной социальной выплаты определяется исходя из нормы предоставления площади жилого помещения, установленной ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 19.07.2011 № 247-ФЗ (ч. 2 ст. 7 данного закона).
Порядок и условия предоставления единовременной социальной выплаты определяются Правительством Российской Федерации (ч. 5 ст. 4 Федерального закона от 19.07.2011 №247-ФЗ).
Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.12.2011 № 1223 утверждены Правила предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации.
Пунктом 5 Правил предоставления единовременной социальной выплаты установлен перечень документов, необходимых для принятия сотрудника и членов его семьи на учет для получения единовременной социальной выплаты. К таким документам, в том числе относятся копии документов, подтверждающих наличие либо отсутствие в собственности сотрудника и (или) членов его семьи жилых помещений, помимо жилого помещения, в котором они зарегистрированы (подп. "е" п. 5 названных правил).
При наличии у сотрудника и (или) проживающих совместно с ним членов его семьи нескольких жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма и (или) принадлежащих им на праве собственности, определение уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения осуществляется исходя из суммарной площади всех жилых помещений (п. 8 Правил предоставления единовременной социальной выплаты).
При выявлении недостоверной информации, содержащейся в представленных документах, комиссия возвращает их сотруднику с указанием причин возврата (п. 12 Правил предоставления единовременной социальной выплаты).
Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 ГК РФ.
В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.
Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (п. 3 ст. 1109 ГК РФ).
Исходя из приведенных нормативных положений неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которое лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.
По смыслу положений п. 3 ст. 1109 ГК РФ, не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату в качестве такового денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Вместе с тем закон устанавливает и исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки. При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26.02.2018 № 10-П, содержащееся в главе 60 ГК РФ правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (ч. 3 ст. 17); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.
Из изложенного следует, что нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться и за пределами гражданско-правовой сферы, в частности при разрешении спора, возникшего из отношений, связанных с предоставлением нуждающимся в улучшении жилищных условий сотрудникам, проходившим службу в органах внутренних дел, социальных гарантий в виде социальной выплаты (жилищной субсидии, субсидии) для приобретения жилого помещения.
Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 14.01.2020 № 2-П по жалобе гражданки А., принципы правовой определенности и поддержания доверия к закону и действиям государства, необходимость создания условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, и условий для реализации права на жилище предопределяют недопустимость произвольного установления оснований для взыскания с граждан денежных средств, полученных ими в качестве социальной выплаты на строительство (приобретение) жилья. Такая выплата представляет собой безвозмездную меру социальной поддержки, носящую целевой характер. Гражданам, действующим добросовестно и использующим полученную выплату по целевому назначению - для строительства (приобретения) жилья, должна быть обеспечена возможность в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности приобретенных прав и обязанностей (абз. 2 п. 3.2).
При этом правовое регулирование отношений, связанных с реализацией права на жилище, в том числе с использованием средств социальной выплаты, должно обеспечивать каждому гарантированную ст.ст. 45 (ч. 1) и 46 (ч. 1) Конституции Российской Федерации государственную, включая судебную, защиту данного конституционного права, которой надлежит быть полной и эффективной. Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на необходимость исследования судами фактических обстоятельств конкретного дела по существу и недопустимость установления одних лишь формальных условий применения нормы, - иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказалось бы серьезно ущемленным (постановления от 12.07.2007 № 10-П, от 13.12.2016 № 28-П, от 10.03.2017 № 6-П, от 11.02.2019 № 9-П и др.). Формальный подход тем более не должен допускаться в делах, в которых гражданин в отношениях с органами публичной власти выступает как слабая сторона и в которых применение правовых норм без учета всех обстоятельств дела может привести к тому, что его имущественное положение будет значительно ухудшено - вопреки целям социального государства, призванного создавать условия для достойной жизни и свободного развития граждан (абз. 3 п. 3.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.01.2020 № 2-П).
Нормы, регулирующие основания взыскания с граждан денежных средств в размере полученной ими социальной выплаты, во всяком случае не должны толковаться судами сугубо формально, без исследования и учета всех обстоятельств дела и оценки действий получателя выплаты (абз. 5 п. 3.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.01.2020 № 2-П).
Из приведенных нормативных положений и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации можно сделать вывод, что социальная выплата для приобретения жилого помещения представляет собой безвозмездную меру социальной поддержки сотрудников органов уголовно-исполнительной системы со стороны государства, что обусловлено особым правовым статусом данной категории лиц, предназначена для обеспечения им достойного существования с совместно проживающими членами семьи, надлежащего уровня их жизни и необходимого достатка, то есть для выполнения конституционно значимых целей, предопределяющих недопустимость ее произвольного взыскания с гражданина.
Исходя из характера и предназначения предоставленной Мигловцеву А.В. меры социальной поддержки - единовременная социальная выплата для приобретения или строительства жилого помещения по своей правовой природе может быть отнесена к денежным суммам, перечисленным в п. 3 ст. 1109 ГК РФ, и подлежащим возврату в качестве неосновательного обогащения получателем только в случае недобросовестности с его стороны.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Как следует из материалов дела и установлено судом, Мигловцев А.В. и Мигловцева О.В. с *** состоят в браке, *** родилась дочь Мигловцева В.А., *** родился сын Мигловцев А.А., что подтверждается свидетельствами о заключении брака, о рождении.
Мигловцев А.В. с *** по *** проходил службу в органах внутренних дел Российской Федерации.
Мигловцев А.В. уволен из органов внутренних дел по п. 1 ч. 3 ст. 82 Федерального закона РФ от 30.11.2011 № 342-ФЗ по состоянию здоровья. Является пенсионером по линии МВД России с *** (выписка из приказа по личному составу от *** *** л/с).
*** Мигловцев А.В. обратился с заявлением о принятии его на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения.
Согласно адресной справке от *** выданной УВМ МВД по Республике Хакасия Мигловцев А.В. и члены его семьи Мигловцева О.В., Мигловцева В.А., Мигловцев А.А. зарегистрированы по месту жительства по адресу: ***.
На основании протокола заседания жилищно-бытовой комиссии МВД по Республике Хакасия от ***, комиссия постановила ходатайствовать о предоставлении единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения в размере *** руб. пенсионеру МВД России Мигловцеву А.В. на семью в составе из 4-х человек.
Из заключения по материалам служебной проверки от ***, утвержденному Министром МВД по Республике Хакасия следует, что проведена служебная проверка по рапорту главного ревизора КРУ МВД России Ш.Ш.Ш. в ходе которой установлено, что пенсионером МВД по Республике Хакасия Мигловцевым А.В. при получении единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения был сокрыт факт наследования имущества, что привело к неправомерному получению выплаты в размере 1 868 000,50 руб. По данному факту *** министром МВД по Республике Хакасия назначено проведение служебной проверки.
*** на основании протокола заседания жилищно-бытовой комиссии МВД *** Мигловцеву А.В. на семью из 4-х человек предоставлена единая социальная выплата в размере *** руб.
Платежным поручением от *** денежные средства переведены на счет Мигловцева А.В.
Согласно сведениям из ЕГРН Мигловцев А.В. на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ***, зарегистрировал право собственности в размере *** доли жилого помещения, площадью *** кв.м, расположенного по адресу: ***. Доля вправе составляет *** кв.м.
Наследственное дело открыто *** на основании заявления Г.Г.Г., являющейся матерью Мигловцева А.В., в заявлении указано, что наследником является Мигловцев А.В.
В наследственном деле имеется заявление Мигловцева А.В. от *** о получении свидетельства о праве на наследство по закону, о наследовании последним *** доли жилого помещения, расположенного по адресу: ***, с правом общей долевой собственности на *** доли в праве.
Отказ от наследства Мигловцевым А.В. не оформлялся.
Из пояснений Мигловцева А.В. следует, что он получил ЕСВ в *** году до получения единой социальной выплаты его имущественное положение соответствовало предоставленным в жилищно-бытовую комиссию документам.
В *** года Мигловцев А.В. вступил в наследство после смерти отца. О том, что он является наследником он узнал в *** году, до этого Мигловцев А.В. полагал, что имущество принадлежит его матери.
Из пояснений нотариуса ***. следует, что Мигловцев А.В. фактически вступил в наследство после смерти его отца. Наследственное дело открыто по заявлению Г.Г.Г. после шести месяцев, предоставленных законом для принятия наследства, в связи с чем, никаких уведомлений законом для принятия наследства Мигловцеву А.В. не направлялось, так как из материалов наследственного дела следует, что Мигловцев А.В. фактически принял наследство.
Из заключения проверки следует, что информация о неправомерном получении Мигловцевым А.В. выплаты в размере 1 868 000,50 руб. подтвердилась.
Вышеуказанные обстоятельства, изложенные в заключении по результатам служебной проверки от *** нашли свое подтверждение в материалах наследственного дела, истребованного по запросу суда к имуществу В.В.В., умершего ***.
*** истец обратился к Мигловцеву А.В. с претензией в которой просил в срок до *** перечислить денежные средства в счет возмещения стоимости неосновательного обогащения в размере 1 868 000, 50 руб.
*** в адрес истца поступил ответ на претензию от ответчика Мигловцева А.В. в которой последний указал о том, что единовременная социальная выплата для приобретения или строительства жилого помещения, полученная им по решению жилищно-бытовой комиссии МВД по Республике Хакасия от *** является законной, о том, что со стороны истца каких-либо недобросовестных действий для ее получения не осуществлялось.
Постановлением *** от *** в возбуждении уголовного дела в отношении Мигловцева А.В. отказано на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием признаков состава преступления.
Согласно выписке из ЕГРН о переходе прав на недвижимость от *** следует, что Мигловцев А.В. *** зарегистрировал право собственности на *** доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: ***
Учитывая доводы истца, возражения ответчика относительно иска и регулирующие спорные отношения нормы материального права, суд исходит из того, что в действиях Мигловцева А.В. имелись признаки недобросовестности при получении им единовременной социальной выплаты для приобретения жилого помещения, поскольку на момент получения единовременного социального пособия на приобретение или строительство жилого помещения истцу было известно о том, что он является наследником умершего В.В.В., поскольку на момент смерти последнего ответчик был зарегистрирован и проживал по одному адресу с наследодателем, при этом как следует из материалов дела, ответчик после того, как получил единовременное социальное пособие в *** года, обратился *** к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти В.В.В., после чего за ответчиком было зарегистрировано право собственности на *** доли в праве общей долевой собственности в квартире, расположенной по адресу: ***. При этом суд принимает во внимание, что Г.Г.Г. (мать ответчика) обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства *** и указала, что наследниками являются она и ее сын Мигловцев А.В. Также из пояснений нотариуса ***. следует, что Мигловцев А.В. фактически принял наследство после смерти отца В.В.В., в связи с чем обращаться с заявлением о его принятии не было необходимости.
Согласно п. 4 ст. 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.
В связи с чем суд полагает, что имеются правовые основания для удовлетворения исковых требований истца о взыскании переплаты единовременной социальной выплаты для приобретения жилого помещения исходя из п. 3 ст. 1109 ГК РФ, поскольку истцом доказан факт недобросовестности поведения ответчика Мигловцева А.В. получившего единовременную социальную выплату.
Представитель ответчика Сабитова Р.Ш. заявила ходатайство о применении пропуска срока исковой давности.
В силу п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ.
Истечение срока исковой давности, о которой заявлено ответчиком, является самостоятельным основанием для отказа в иске (ст. 199 ГК РФ).
На основании п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
В соответствии с п. 1 ст. 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.
Применительно к положениям ст. 195 ГПК РФ, суд исходит из оценки имеющихся в деле и исследованных им доказательств.
Социальная выплата на основании решения ЖБК от *** получена Мигловцевым А.В. ***, в связи с чем, учитывая осведомленность истца на момент социальной выплаты об имеющемся у ответчика и членов его семьи имуществе, возможности проведения проверки предоставленных заявителем документов, суд полагает, что именно с этого периода времени необходимо исчислять срок для обращения в суд с иском о взыскании в качестве неосновательного обогащения денежных средств, полученных в качестве единовременной социальной выплаты на приобретение жилья, который истек бы в апреле 2026 года, истец же обратился в суд с настоящим иском 27.02.2026, до истечения срока.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что истцом при обращении в суд с настоящим иском срок исковой давности не пропущен.
Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Министерства внутренних дел по Республике Хакасия к Мигловцеву А.В. о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить.
Взыскать с Мигловцеву А.В. (паспорт ***) в пользу Министерства внутренних дел по Республике Хакасия (ИНН 1901022869) неосновательное обогащение в размере 1 868 000 (один миллион восемьсот шестьдесят восемь) рублей 50 копеек.
Взыскать с Мигловцеву А.В. (паспорт ***) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 33 680 руб.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Хакасия через Черногорский городской суд Республики Хакасия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий А.А. Соловьева
Мотивированное решение изготовлено 03.06.2026.