РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
15 июня 2026 года г. Черногорск
Черногорский городской суд Республики Хакасия в составе председательствующего Малиновской М.С., при секретаре Ворошиловой М.С., с участием старшего помощника прокурора г. Черногорска Фетисова О.Н., истца Шумовой Н.В., представителя ответчика по доверенности Пшеничникова А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора *** Республики Хакасия в интересах Шумовой Н.В. к Обществу с ограниченной ответственностью «Максимальное соединение» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
*** Республики Хакасия в интересах Шумовой Н.В. обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Максимальное соединение» (далее – ООО «Максимальное соединение», Общество) о взыскании компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб.
Исковые требования мотивированы тем, что прокуратурой *** рассмотрены материалы несчастного случая на производстве, произошедшего с Пилюгиным В.В. *** в ходе осуществления трудовой деятельности в ООО «Максимальное соединение». Проведенной проверкой установлено, что с *** Пилюгин В.В. принят в ООО «Максимальное соединение» на должность разнорабочего, ранее Пилюгин В.В. осуществлял деятельность в этой же организации в должности водителя погрузчика в период с *** по ***. *** около 13 час. 30 мин. произошел несчастный случай со смертельным исходом, а именно Пилюгин В.В. находясь на территории участка «Сергиевский» *** Республики Хакасия, перевернулся на фронтальном погрузчике Hitachi ZW310-5A у искусственного водоема, внизу дамбы. Согласно заключению эксперта *** от *** ГКУЗ РХ «Республиканское клиническое Бюро судебно-медицинской экспертизы», причиной смерти Пилюгина В.В. явилась механическая асфиксия от закрытия дыхательных путей песчано-глинистой супесью. По результатам расследования данного несчастного случая согласно акту о расследовании, проведенного с *** по ***, установлено, что причиной несчастного случая послужили неудовлетворительная организация производства работ в том числе: не обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившиеся в отсутствии контроля должностного лица за действиями пострадавшего, который самостоятельно принял решение о выполнении, не установленных нарядом. ООО «Максимальное соединение» нарушило ст. 22, 214 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), что послужило причиной несчастного случая с Пилюгиным В.В., и в последствии причинения морального вреда его дочери Шумовой Н.В. Добровольно ООО «Максимальное соединение» компенсацию морального вреда Шумовой Н.В. не выплатило. Моральный вред, причиненный Шумовой Н.В., оценивается в 2 000 000 руб.
Определением судьи от *** к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Межрегиональная территориальная государственная инспекция труда в Республике Хакасия и ***.
В судебном заседании старший помощник прокурора г. Черногорска Фетисова О.Н. поддержала заявленные требования, просила учесть тот факт, что умерший был единственным родителем и истца, помогал ей материально, она рассчитывала на его помощь, также дети потеряли деда, акт расследования несчастного случая на производстве подтверждает вину работодателя.
Истец Шумова Н.В. в судебном заседании поддержала заявленные требования. Дополнительно пояснила, что является единственной дочерью погибшего Пилюгина В.В., и отец у нее был один, мама умерла в 2020 году, внуки очень сильно любили деда, все они очень страдают, что его теперь нет. Муж истца с 2022 года принимает участие в специальной военной операции, всё это время помогал отец. Истец с родителями жили совместно в г. Черногорске до 2012 года, потом истец переехала в новое жилье в г. Черногорске. Связь всё это время с отцом не обрывалась, отец в основном работал вахтой, он всегда работал на технике – погрузчике. В 2020 году по заявлению отца его заработная плата перечислялась на счет Шумовой Н.В., поскольку у них были близкие доверительные отношения. Истец всегда собирала вещи отцу на вахту, он возвращался и всегда приезжал к семье истца, помогал всегда им материально, внукам дарил подарки. В отпуске приезжал к ней в гости, она помогала ему по хозяйству, внуки ходили в гости к дедушке, навещали его. После смерти матери в 2023 году Пилюгин В.В. переехал к женщине в д. Новокурск недалеко от ***. Истцу новая женщина отца не понравилась, она высказала ему это, отец обиделся, но, со слов истца, это были временные разногласия, как бывают во многих семьях. Всё это время ее отец общался с внуками. И они уже начали по смс-сообщениям мириться с отцом. Но эти обстоятельства никак не повлияли на их близость, других родственников у них нет, они были одни друг у друга. Похоронами занималась истец одна. После случившегося директор ООО «Максимальное соединение» звонил, высказывал соболезнования, оправдывался, что не знал, зачем отец сел за руль погрузчика. Полагала, что генеральный директор Общества лукавит в своих утверждениях.
В судебном заседании Шумова Н.В. также пояснила, что ввиду отсутствия у них с отцом иных родственников или близких людей, нахождения ее мужа на СВО, обеспечить явку кого-либо из свидетелей не представилось возможным.
Представитель ответчика по доверенности Пшеничников А.В. в судебном заседании (до перерыва) возражал против удовлетворения исковых требований. Поддержал письменные возражения, согласно которым Пилюгину В.В. никто не давал распоряжение (указание) на осуществление работ с использованием специальной техники, он самостоятельно взял погрузчик для осуществления работ, которые ему не поручались, при этом по собственной небрежности спровоцировал несчастный случай. Кроме того, не представляется возможным определить, какие работы намеревался он производить с погрузчиком и для каких целей его взял. Объективно невозможно исключить умысла Пилюгина В.В. относительно произошедшего в дальнейшем. Шумова Н.В. в ходе разговора с представителями ООО «Максимальное соединение» поясняла, что между ней и Пилюгиным В.В. отсутствовали при его жизни близкие отношения, а также отрицала какие-либо претензии к ответчику. Данные обстоятельства, по мнению представителя ответчика, свидетельствуют об отсутствии у Шумовой Н.В. оснований для требования компенсации морального вреда. Просил в удовлетворении требований отказать, в том числе по причине недоказанности наличия нравственных и физических страданий.
Представитель третьего лица Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Республике Хакасия и ***, надлежащим образом извещенный о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился.
Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившегося представителя Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Республике Хакасия и ***, а также представителя ответчика (после перерыва в судебном заседании).
Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
Статьей 22 ТК РФ предусмотрено, что работодатель обязан возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Частью 1 ст. 214 ТК РФ на работодателя возложены обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда.
Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от *** *** «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *** ***), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В ходе рассмотрения настоящего дела судом установлено следующее.
Родителями Шумовой Н.В., *** года рождения, являются Пилюгин В.В. и Концеренко М.В., что подтверждается свидетельством о рождении от *** ***.
Брак между Пилюгиным В.В. и Концеренко М.В. зарегистрирован *** (запись акта о заключении брака *** от ***, после брака жене присвоена фамилия Пилюгина).
*** Пилюгина М.В. умерла (запись акта о смерти *** от ***).
*** между ООО «Максимальное соединение» в лице директора Утешев Д.В. и Пилюгиным В.В. заключен трудовой договор ***.
Приказом от *** Пилюгин В.В. принят на работу в ООО «Максимальное соединение» в должности разнорабочего.
Как следует из акта о расследовании несчастного случая от ***, ранее Пилюгин В.В. осуществлял трудовую деятельность в должности водителя погрузчика в период с *** по ***.
В журнале регистрации вводного инструктажа ***, журнале регистрации инструктажа на рабочем месте ***, книге учета работ по нарядам и распоряжениям имеется подпись Пилюгина В.В.
Извещением о несчастном случае на производстве установлен погибший Пилюгин В.В., *** г.р.
Согласно акту о расследовании группового несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего *** в 13 час. 30 мин., и акту *** о несчастном случае на производстве установлены причины несчастного случая: неудовлетворительная организация производства работ, в том числе, не обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в отсутствии контроля должностного лица за действиями пострадавшего, который самостоятельно принял решение о выполнении работ, не установленных нарядом ст.ст. 22, 214 Трудового кодекса Российской Федерации. Установлено лицо, допустившее нарушение требований охраны труда – генеральный директор ООО «Максимальное соединение» Утешев Д.В.
В ходе расследования несчастного случая также установлено, что в ООО «Максимальное соединение» не разработан локальный акт, регламентирующий систему контроля и доступа к технике, отсутствуют мероприятия по надлежащему хранению ключей от техники.
Из заключения эксперта *** ГКУЗ РХ «Республиканское клиническое Бюро судебно-медицинской экспертизы» от *** причиной смерти Пилюгина В.В., *** г.р. явилась механическая асфиксия от закрытия дыхательных путей песчано-глинистой супесью, что подтверждается следующим: наличие в носовых ходах, ротовой полости, в просвете пищевода, трахее, главных, средних и мелких бронхах, в ткани легких, в полости желудка большого количества песчано-глинистой супеси; наличие кровоизлияний в соединительнотканных и белочных оболочках, под легочной плеврой (пятна Тардье), на слизистой оболочке желудка и лоханок почек, наличие жидкости в пазухе клиновидной кости (2,0 мл) (признак Свешникова), жидкое состояние крови в крупных сосудах и полостях сердца, отек вещества головного мозга, отек легких; микроскопически – в легких очаги острой эмфиземы и дистелектаза, в просвете альвеол и бронхов скопления коричневых масс – акт судебно-гистологического исследования *** от ***. Обнаружены при настоящей экспертизе признаки механической асфиксии, указанные в пункте *** настоящего заключения эксперта, согласно приказу МЗ РФ 172н от *** пункт 5.***. отнесено (отнесен) к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека. По указанному признаку, согласно правилам «Определения тяжести вреда, причиненного здоровья человека», признаки механической асфиксии квалифицируются как тяжкий вред здоровью.
Разрешая исковые требования, суд приходит к выводу о наличии вины ответчика в несчастном случае на производстве, который произошел *** с Пилюгиным В.В., поскольку им надлежащим образом не были соблюдены требования ст.ст. 22, 214 ТК РФ, и в результате смерти работника его дочери Шумовой Н.В. причинен моральный вред, который подлежит возмещению за счет ответчика.
Таким образом, требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.
В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (в том числе переживания в связи с утратой родственников) (абзац первый пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *** ***).
В абзаце первом пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *** *** содержатся разъяснения о том, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *** ***).
В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ. При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду, в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзацы третий и пятый пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *** ***).
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (абзац второй пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *** ***).
Из изложенного следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.
Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.
В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (права на родственные и семейные связи, душевное и физическое благополучие). Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя, в том числе в пользу члена семьи работника в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в произошедшем несчастном случае. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных Шумовой Н.В. нравственных страданий, вызванных смертью отца и невосполнимой утратой близкого человека, степень вины работодателя, а также требования разумности и справедливости, в связи с чем полагает подлежащей взысканию с ответчика в пользу Шумовой Н.В. компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей.
При определении указанного размера компенсации морального вреда судом также учитываются обстоятельства произошедшего, а именно то, что Пилюгин В.В. в отсутствие распоряжения (указания) на осуществление работ с использованием специальной техники – погрузчика, самостоятельно взял погрузчик для выполнения работ, которые ему не поручались, допустив собственную небрежность. С учетом, в том числе, данных обстоятельств размер компенсации морального вреда снижен до 800 000 рублей.
Доводы представителя ответчика об отсутствии оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда, в том числе ввиду вышеуказанных обстоятельств, возможном наличии умысла у Пилюгина В.В. относительно произошедшего, судом отклоняются в силу следующего.
Акт о несчастном случае на производстве *** от *** (согласно которому вины Пилюгина В.В. в несчастном случае, грубой неосторожности с его стороны, а также факта нахождения его в состоянии алкогольного либо наркотического опьянения не установлено, несчастный случай со смертельным исходом с ним произошел в рабочее время, при исполнении трудовых обязанностей в интересах работодателя и по вине последнего) составлен по результатам расследования комиссией, созданной работодателем, утвержден директором Общества, в установленном законом порядке оспорен не был и незаконным не признан, а потому является надлежащим и достоверным доказательством, подтверждающим обстоятельства и причины несчастного случая с Пилюгиным В.В., наличие вины работодателя.
Доводы представителя ответчика о том, что Шумова Н.В. в ходе разговора с представителями ООО «Максимальное соединение» поясняла, что между ней и Пилюгиным В.В. отсутствовали при его жизни близкие отношения, а также отрицала какие-либо претензии к ответчику, ничем не подтверждены. Наряду с этим опровергаются пояснениями самой Шумовой Н.В. в судебном заседании, а также представленными ею фотографическими снимками, где они в семейном кругу с матерью и отцом, выпиской по счету ПАО «Сбербанк», содержащей сведения о перечислении в 2020 году ей на счет денежных средств в виде заработной платы Пилюгина В.В. по его заявлению.
На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ в связи с удовлетворением иска с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 20 000 руб.
Руководствуясь ст.ст. 193-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Иск прокурора *** Республики Хакасия в интересах Шумовой Н.В. удовлетворить.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Максимальное соединение» (ИНН ***) в пользу Шумовой Н.В., *** г.р. (паспорт ***) компенсацию морального вреда в размере 800 000 (восемьсот тысяч) руб. 00 коп.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Максимальное соединение» (ИНН ***) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 20 000 (двадцать тысяч) руб. 00 коп.
На решение может быть подана апелляционная жалоба, а прокурором принесено апелляционное представление в Верховный Суд Республики Хакасия через Черногорский городской суд Республики Хакасия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий М.С. Малиновская
Мотивированное решение составлено 26.06.2026