РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
30 января 2026 г. с. Михайловское
Михайловский районный суд Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Махрачева О.В., при секретаре Михалевой Н.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Косова С.Б., Косовой Н.Н. к Занько В.С., Крижику Г.П. о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности,
УСТАНОВИЛ:
Косов С.Б., Косова Н.Н. обратились в суд с исковым заявлением о признании недействительными договора дарения, договора купли-продажи и применении последствий недействительности указанных сделок, в обоснование указав, что ДД.ММ.ГГГГ между истцами и Занько В.С. заключен договор дарения нежилого здания с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ Управлением Россреестра по Алтайскому краю произведена государственная регистрация перехода права собственности на указанное имущество к Занько В.С. ДД.ММ.ГГГГ Занько В.С. заключил договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с ответчиком Крижиком Г.П., ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано его право собственности в органах государственной регистрации. Ссылаются на то обстоятельство, что фактически договор дарения является мнимой сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать правовые последствия, связанные с дарением. Указанный договор заключен на основании устной договоренности между истцами и ответчиком, что последний будет являться лишь формальным собственником переданного имущества с целью решения определенных проблем истцов с последующим возвратом имущества истцам по истечение года путем заключения нового договора дарения. Фактическое владение и пользование всем переданным по договору дарения имуществом сохранилось за истцами, ни один из объектов недвижимости не был передан ответчику Занько В.С., что противоречит сути договора дарения и подтверждает отсутствие воли сторон на реальный переход права собственности. Ответчик Крижик Г.П. был осведомлен об указанных обстоятельствах, в связи с чем не может считаться добросовестным приобретателем. Полагает, что поскольку основной договор дарения является ничтожным, производная от него сделка купли-продажи также является недействительной (ничтожной). Ссылаясь на положения ст. 166, 167, 170, 167.1 Гражданского кодекса Российской Федерации истцы просили признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Косовым С.Б., Косовой Н.Н. и Занько В.С. ничтожным (недействительным), прекратить право собственности Занько В.С. на нежилое здание с кадастровым номером №, земельный участок с кадастровым номером №, земельный участок с кадастровым номером №, признать ничтожным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Занько В.С. и Крижиком Г.П., земельного участка с кадастровым номером № и прекратить право собственности Крижика Г.П. на указанное имущество. В последующем требования уточнили, дополнительно просили аннулировать записи о государственной регистрации перехода прав к ответчикам и восстановить в Едином государственном реестре недвижимости записи о праве собственности на указанное имущество за Косовым С.Б. и Косовой Н.Н.
В судебное заседание истцы Косов С.Б., Косова Н.Н., их представитель Косов С.Д., ответчики Занько В.С., Крижик Г.П., представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Алтайскому краю, третье лицо Щекотов Ю.В., извещенные надлежаще, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении не заявляли.
При установленных обстоятельствах суд находит возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.
В предыдущем судебном заседании истец Косов С.Б., его представитель Косов Д.Л. по обстоятельствам заявленных требований пояснили, что действительной причиной заключения договора дарения с Занько В.С. послужило длящееся в 2023-2024гг. судебное разбирательство по исковым требованиям Щекотова Ю.В. к Косову С.Б. об установлении сервитута в отношении принадлежащего ему земельного участка. Судом вынесено решение об удовлетворении требований Щекотова Ю.В., после чего последний стал пугать его предъявлением в суд требований о взыскании судебных расходов и морального вреда, последствиями которых будет наложение ареста на имущество Косова С.Б. и его реализация службой судебных приставов. Во избежание наложения ареста на принадлежащие ему земельные участки и нежилое здание он договорился с Занько В.С., чтобы тот временно побыл номинальным собственником его имущества, за что он ему заплатит 50 000 руб., для этого ДД.ММ.ГГГГ заключил с ним договор дарения. Фактически недвижимое имущество Занько В.С. не передавал, продолжал пользоваться им сам. В дальнейшем на недвижимое имущество являющееся предметом договора дарения появился покупатель Крижик Г.П., однако Занько В.С. стал требовать вознаграждение за заключение с ним договора дарения и отказался его расторгать. Крижик Г.П. предложил заключить с Занько В.С. договор купли-продажи одного земельного участка и предать Занько В.С. 50 000 руб. в счет оплаты вознаграждения, которое ему обещал истец. Придя к обоюдному согласию, был заключен договор купли-продажи между Занько В.С. и Крижиком Г.П. в отношении земельного участка по адресу <адрес>, хотя фактически передачи предмета договора к Крижику Г.П. не было. В дальнейшем между Косовыми и Занько В.С. было заключено соглашение о расторжении договора дарения, однако Росреестр отказал в ее регистрации как не соответствующего требованиям закона. У каждой стороны указанных сделок имеет место порок воли, так как они заключены для вида, без намерения достичь правовых последствий в виде перехода права собственности, в силу чего они являются ничтожными.
Ответчик Занько В.С. не возражал против удовлетворения заявленных требований, пояснил, что Косов С.Б. его давний знакомый, родственниками друг другу не являются. Косов С.Б. обратился к нему с просьбой переоформить на него временно принадлежащие Косову С.Б. земельные участки, так как у него были какие-то проблемы с Щекотовым Ю.В. Он согласился под условием, что Косов С.Б. ему за это заплатит 50 000 руб. Далее они оформили отношения договором дарения, а в апреле 2025г. Косов С.Б. стал требовать переоформления земельных участков обратно, но так как он ему не заплатил, он отказался это делать и назло Косову С.Б. решил продал земельный участок Крижику Г.П. В последующем они договорились, что обещанные Косовым С.Б. денежные средства в размере 50 000 руб. ему передаст Крижик Г.П., с которым он как собственник заключит договор купли-продажи одного из указанного в договоре дарения земельного участка, а именно по адресу <адрес>, что они и сделали ДД.ММ.ГГГГ находясь в г.Барнауле, договор купли-продажи зарегистрировали в Росреестре. Указанное в договоре дарения имущество он не принимал фактически, оно оставалось во владении Косова С.Б.
Ответчик Крижик Г.П. не возражал в удовлетворении заявленных требований, пояснил, что с Косовым С.Б. у него состоялась устная договоренность о купли-продажи четырех земельных участков принадлежащих Косову С.Б. за 1700 000 руб., при этом Косов С.Б. ему сообщил, что в отношении двух земельных участков формально оформлен договор дарения на Занько В.С., который Косов С.Б. имел намерение расторгнуть. Так как Занько В.С. отказался возвращать земельные участки Косову С.Б. без оплаты ему 50 000 руб., он решил их передать за Косова С.Б., под условием, что Занько В.С. переоформит на него один земельный участок. Далее с Занько В.С. как с собственником недвижимого имущества по документам, он заключил договор купли-продажи земельного участка по адресу <адрес> в <адрес>, передал Занько В.С. деньги в сумме 50 000 руб. в счет исполнения обязательств Косова С.Б. перед Занько В.С., при этом он не передавал Занько В.С. стоимость земельного участка указанную в договоре ( 300 000 руб.) знал, что фактическим его собственником является Косов С.Б. От Косова С.Б. он знал, что договор дарения с Занько С.Б. был заключен для разрешения конфликта с Щекотовым Ю.В. по поводу сервитута.
Выслушав пояснения сторон, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.
Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) договоры являются основанием для возникновения, изменения и прекращения гражданских прав и обязанностей.
Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена данным Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
Согласно ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
В соответствии с ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Согласно ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Ст. 572 ГК РФ предусматривает, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Положениями ч. 2, 3 ст. 574 ГК РФ определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.
В силу ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно ч.ч.,1,2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительная с момента ее совершения.
Исходя из правового смысла ч. 1 ст. 170 ГК РФ для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом, обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.
Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества. При разрешении подобных споров суду в том числе следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица.
В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также для признания сделки мнимой на основании 170 ГК РФ необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.
Из материалов дела следует, что согласно договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ Косов С.Б. и Косова Н.Н. подарили Занько В.С., следующее имущество: нежилое здание с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенное по адресу: <адрес>, земельный участок с кадастровым номером 22:28:010703:4230, расположенный по адресу: <адрес>, земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес> п. 1 договора). Передача дара осуществляется дарителями посредством передачи одаряемому относящихся к вышеуказанному недвижимому имуществу документов, ключей в момент подписания настоящего договора, который одновременно будет иметь силу акта приема-передачи (п. 5). С момента подписания настоящего договора обязанность дарителя по передаче отчуждаемого недвижимого имущества одаряемому считается исполненной (п. 9) (л.д.8-11).
Из буквального содержания договора следует, что после подписания сторонами договора недвижимое имущество считается переданным от дарителя к одаряемому.
Переход права собственности на указанные объекты недвижимо имущества в установленном порядке зарегистрирован в Росреестре, соответствующие сведения внесены в ЕГРН (л.д. 12-20), данная информация давала основание другим лицам полагаться на действительность сделки.
То обстоятельство, что после заключения договора дарения Занько В.С. не пользовался недвижимым имуществом, не свидетельствует об отсутствии у него вещных прав на него.
Договор дарения не содержит признаков мнимости, соответствует общим требованиям гражданского законодательства о сделках, сделка совершена при наличии волеизъявления обеих сторон и исполнена ими, т.к. переход права собственности зарегистрирован надлежащим образом в установленном законом порядке, правовые последствия договора дарения наступили.
Согласно договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес> продан Занько В.С. Крижику Г.П., право собственности последнего зарегистрировано выпиской в ЕГРП по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 43).
Согласно ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3).
Никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4).
В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ).
Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действовало недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (п. 5 ст. 166 ГК РФ).
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела первого части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действительности предполагаются, пока не доказано иное.
Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.
Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона, соответственно наступившим или ненаступившим (п. 3 ст. 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п.5 ст. 166 ГК РФ).
Из пояснений истца установлено, что заключение договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ с Занько В.С. имело цель скрыть имущество от возможного ареста в связи с судебным делом, в рамках которого Косов С.Б. являлся ответчиком, об этих обстоятельствах было известно как Занько В.С. на день заключения договора дарения и согласившегося оказать помощь Косову С.Б. за денежное вознаграждение, так и Крижику Г.П. при заключении договора купли-продажи, который как и все стороны не отрицал, а наоборот все открыто указали суду, что Крижик Г.П. не является добросовестным приобретателем.
Действительно, как усматривается из материалов дела, Михайловский районным судом рассматривалось гражданское дело по иску Щекотова Ю.В. к Косову С.Б., ФИО8 об установлении сервитута. ДД.ММ.ГГГГ судом вынесено решение, которым установлено право бессрочного ограниченного пользования (сервитут), позволяющее Щекотову Ю.В. право проезда по территории в том числе земельного участка с кадастровым номером № по адресу <адрес>, принадлежащего Косову С.Б. Указанный земельный участок ДД.ММ.ГГГГ был подарен Косовым С.Б. Занько В.С. Из содержания исследуемого решения установлено, что земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> образован в результате раздела земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, который в свою очередь образован в результате раздела земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, в отношении которого изначально Щекотов Ю.В. просил предоставить право ограниченного пользования. Косов С.Б. на протяжении судебного разбирательства с целью препятствования рассмотрения судом дела и вынесения решения, неоднократно принимал меры к разделу исходного земельного участка и производил отчуждение вновь образованных земельных участков разным лицам (л.д.134-140). Решение суда от ДД.ММ.ГГГГ вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, с целью дальнейшего препятствования Щекотову Ю.В. в осуществлении установленного ему решением права, а также избежать возможного ареста и обращения взыскания на земельный участок, в связи с взысканием с него в пользу Щекотова Ю.В. судебных расходов, что подтверждается определением Михайловского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 103-106), заключил договор дарения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу <адрес> (в отношении которого установлен сервитут) с Занько В.С.
Как следует из уведомления Межмуниципального Новоалтайского отдела Управления Росреестра по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГГГ Косову С.Б. отказано в регистрации соглашения о расторжении договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в связи с тем, что заявителем не представлено доказательств неисполнения договора, а также отсутствием установленных законом оснований для его расторжения (л.д. 51-55).
Также судом установлено, что в отношении Занько В.С. налоговым органом начата камеральная налоговая проверка расчета НДФЛ в отношении доходов полученных в порядке дарения недвижимого имущества по договору от ДД.ММ.ГГГГ, по данным налогоплательщика согласно поданной налоговой декларации, сумма налога, подлежащая уплате в бюджет составляет 823948 руб., до настоящего времени не уплачена, также Занько В.С. не уплачен земельный налог и налог на имущество за 2024г. в отношении перешедшего в дар имущества. (л.д. 144-147).
Не уплачен земельный налог и налог на имущество на указанное имущество за 2024г. и Косовым С.Б. за Занько В.С., несмотря на его доводы о том, что он продолжал оставаться фактически владельцем недвижимого имущества.
Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что Косов С.Б. заключая договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ недвижимого имущества с Занько В.С. действовал недобросовестно, изначально с целью навредить Щекотову Ю.В. в реализации им своих прав, при этом об этих обстоятельствах было известно и второй стороне договора дарения – Занько В.С., соответственно его поведение при заключении договора, также нельзя признать добросовестным.
С очевидностью следует, что цель обращения в суд с настоящим иском, учитывая признание требований ответчиками, является освобождение Занько В.С. от обязанности уплатить начисленный по результатам камеральной налоговой проверки налог на доходы физических лиц в бюджет государства, поскольку настоящий иск был предъявлен после выставления Занько В.С. ДД.ММ.ГГГГ требования об уплате задолженности по налогам в сумме 878845,56 руб. (л.д. 144), а также возвращение Косову С.Б. и Косовой Н.Н. фактического и титульного владения недвижимым имуществом, после того как отпали все судебные тяжбы с Щекотовым Ю.В.
В соответствии со ст. 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации одной из задач гражданского судопроизводства является укрепление законности и правопорядка, предупреждение правонарушений, формирование уважительного отношения к закону и суду.
Недобросовестное поведение сторон оспариваемых сделок Косова С.Б., Косовой Н.Н., Занько В.С., Крижика Г.П., которым изначально было известно об обстоятельствах их заключения, свидетельствует о заведомо недобросовестном осуществлении гражданских прав.
При таких обстоятельствах, суд считает необходимым применить к данным спорным отношениям ст. 10 ГК РФ и отказать в защите прав Косову С.Б. и Косовой Н.Н.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Косова С.Б., Косовой Н.Н. к Занько В.С., Крижику Г.П. о признании недействительными договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ между Косовым С.Б., Косовой Н.Н. и Занько В.С., договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между Занько В.С. и Крижиком Г.П., а также о прекращении права собственности Занько В.С. и Крижика Г.П. на объекты недвижимого имущества, аннулировании записи о государственной регистрации перехода прав к ответчикам и восстановлении в ЕГРН записи о праве собственности Косова С.Б. и Косовой Н.Н., отказать.
Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд в течение месяца со дня вынесения решения в мотивированном виде, через Михайловский районный суд.
Мотивированное решение изготовлено 09.02.2026.
Судья О.В. Махрачева