РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
12 октября 2026 года г. Черногорск
Черногорский городской суд Республики Хакасия в составе председательствующего Соловьевой А.А.
при секретаре Лушовой В.Д., с участием представителя истца Байкаловой Т.И., представителя ответчика АО «УК «Разрез Степной» Кулакова О.В., представителя ответчика ООО «СУЭК-Хакасия» Прокина М.Р., старшего помощника прокурора г. Черногорска Филиппова Д.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Матвеева А.А. к Акционерному обществу «Угольная компания «Разрез Степной», Обществу с ограниченной ответственностью «СУЭК-Хакасия» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональными заболеваниями, и за необоснованный отказ в выплате компенсации,
УСТАНОВИЛ:
Матвеев А.А. обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Угольная компания «Разрез Степной» (далее – АО «УК «Разрез Степной») и Обществу с ограниченной ответственностью «СУЭК-Хакасия», просил:
взыскать с АО «УК «Разрез Степной» компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 334 575,23 руб., компенсацию морального вреда за необоснованный отказ в выплате единовременной компенсации морального вреда в размере 15 000 руб.;
взыскать с ООО «СУЭК-Хакасия» компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 201 091,96 руб., компенсацию морального вреда за необоснованный отказ в выплате единовременной компенсации морального вреда в размере 15 000 руб.;
взыскать с АО «УК «Разрез Степной» и ООО «СУЭК-Хакасия» судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб. по 15 000 руб. с каждого из ответчиков.
Исковые требования мотивировал тем, что в период работы в организациях угольной промышленности истец приобрел профессиональные заболевания, которые повлекли утрату истцом профессиональной трудоспособности в размере 20%. Полагал, что профессиональное заболевание возникло по вине ответчиков, не обеспечивших безопасные условия труда, при этом данные заболевания и утрата профессиональной трудоспособности причиняют ему физические и нравственные страдания. Произведя расчеты, полагал, что вина ООО «СУЭК-Хакасия» составила 37,58%, АО «УК «Разрез Степной» - 62,42%. АО «УК «Разрез Степной» в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, выплачено 261 000 руб., ООО «СУЭК-Хакасия» - 157 474,48 руб.
Истец Матвеев А.А., извещенный надлежащим образом о времени и месте проведения судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, направил в суд своего представителя.
В судебном заседании представитель истца Байкалова Т.И., действующая на основании доверенности от ***, исковые требования поддержала полностью по доводам искового заявления.
В судебном заседании представитель ответчика Кулаков О.В., действующий на основании доверенности от ***, исковые требования не признал, полагая, что выплата компенсации морального вреда произведена АО «УК «Разрез Степной» в полном объеме, указал на завышенный размер расходов на оплату услуг представителя.
В судебном заседании представитель ответчика ООО «СУЭК-Хакасия» Прокин М.Р., действующий на основании доверенности от ***, в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал доводы, изложенные в письменных возражениях. Из письменных возражений представителя ответчика следует, что истец проработал в АО «УК «Разрез Степной» 15 лет 6 месяцев, в связи с чем полагал, что профессиональное заболевание возникло непосредственно в период работы в АО «УК «Разрез Степной» в условиях длительного воздействия локальной и общей вибрации, шума. В санитарно-гигиенической характеристике и в акте о случае профессионального заболевания не содержится сведений о том что общая оценка тяжести трудового процесса в ООО «СУЭК-Хакасия» на рабочем месте водителя БелАЗ относится к классу условий труда 3.1. Выразил несогласие с расчетом размера компенсации морального вреда, произведенного истцом. Указал на отсутствие оснований для взыскания компенсации морального вреда за необоснованный отказ в выплате денежной компенсации в связи с профессиональным заболеванием, а также на завышенный размер расходов на оплату услуг представителя.
Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца.
Выслушав пояснения представителей истца, ответчиков, заключение старшего помощника прокурора г. Черногорска Филиппова Д.Ю., полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, с учетом принципа разумности и справедливости, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
В силу ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.
Из содержания ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) следует, что работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда.
Обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложена на работодателя (ст. 212 ТК РФ).
Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее – Федеральный закон № 125-ФЗ), абзац 2 п. 3 ст. 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Таким образом, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора или отраслевым соглашением, локальным нормативным актом работодателя.
Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд.
Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (ст. 1099 ГК РФ).
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).
В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом (п. 3 ст. 1064 ГК РФ).
Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Из разъяснений, содержащихся в п. 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума № 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.
В п. 15 постановления Пленума № 33 закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.
Из разъяснений, содержащихся в п. 46 постановления Пленума № 33, следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч. 8 ст. 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от № 125-ФЗ осуществляется причинителем вреда.
В п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 2) разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
Как следует из трудовой книжки Матвеева А.А. (трудовая книжка ***) общий стаж работы на *** составляет *** (запись ***), осуществлял трудовую деятельность на следующих предприятиях:
с *** по *** водителем в ***»;
с *** по *** сучкорубом в ***;
с *** грузчиком в ***», с *** переведен водителем-экспедитором, уволен ***;
с *** учеником слесаря по ремонту автомобилей в авторемонтные мастерские автохозяйства ООО «Черногорская угольная компания», с *** переведен водителем на вывозку угля и горной массы (в разрезе) технологической автоколонны автохозяйства (с 01.06.2007 – ООО «СУЭК-Хакасия»), уволен ***;
с *** водителем автомобиля БелАЗ (грузоподъемностью 55 тонн) на транспортировании горной массы в разрезе в автохозяйстве на участке «Технологическая автоколонна» ООО «УК «Разрез Степной» (с 30.12.2011 – ЗАО «УК «Разрез Степной», с 01.04.2015 – АО «УК «Разрез Степной»), с *** переведен водителем автомобиля БелАЗ 75131, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе в автохозяйстве на участке «Технологическая автоколонна» (разреза); трудовой договор прекращен *** на основании п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (отказ работника от перевода на другую работу, необходимую ему в соответствии с медицинским заключением).
В период с *** по *** истец проходил обследование в клинике ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований».
Медицинским заключением *** ему установлен основной диагноз: ***
Кроме того, указанным медицинским заключением установлен сопутствующий диагноз: ***.
Медицинское заключение *** содержит указание на то, что основное заболевание является профессиональным.
Согласно медицинскому заключению о наличии или об отсутствии профессионального заболевания от *** ***, составленному Клиникой ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований», профессия (работа), в отношении которой устанавливается наличие причинно-следственной связи с заболеванием у Матвеева А.А. – водитель автомобиля БелАЗ 75131, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе в автохозяйстве; диагноз заболевания, в отношении которого проведена экспертиза связи заболевания с профессией: ***
Заключением установлено, что основное заболевание профессиональное, сопутствующая патология общего характера. Диагноз вибрационной болезни поставлен на основании длительного стажа с вибрацией выше ПДУ, характерных жалоб, клинической картины, подтвержденной дополнительными методами исследования, обращаемости в период работы. *** общего характера, так как шум не превышает ПДУ.
*** составлен акт о случае профессионального заболевания у Матвеева А.А., который подтверждает, что заболевание *** является профессиональным. Непосредственной причиной заболевания послужил физический фактор – производственная локальная и общая вибрация, превышающие ПДУ, при работе в должности водителя Белаза на предприятиях ООО «СУЭК-Хакасия» и АО «УК «Разрез Степной».
Согласно указанному акту общий стаж работы Матвеева А.А. составил *** года, стаж в данной профессии – ***.
Согласно справке ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Хакасия» Минтруда России (Бюро ***) *** от *** Матвееву А.А. установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20 процентов на срок с *** по ***.
ОСФР по Республике Хакасия Матвееву А.А. назначена единовременная страховая выплата в связи с профессиональным заболеванием в размере 52 350,83 руб. (решение от *** ***).
Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от *** *** следует, что стаж работы истца в должности водителя автомобиля БелАЗ составляет ***.
В ООО «СУЭК-Хакасия» Матвеев А.А. работал на автомобилях БелАЗ 7548, грузоподъемностью 40 тонн, БелАЗ 7555, грузоподъемностью 55 тонн. В процессе трудовой деятельности управлял карьерным самосвалом, предназначенным на транспортировании горной массы на открытых горных разработках. Осуществлял управление автомобилем непосредственно при движении в различных дорожных и климатических условиях, в ночное и дневное время. Управлял подъемным механизмом самосвала. Производил заправку автомобилей дизельным топливом, смазочными материалами, охлаждающей жидкостью. Проверял техническое состояние автомобиля перед выездом на линию и по окончании работ. В процессе движения основная рабочая поза – сидя, руки на рулевом колесе, ноги на педалях управления. При маневрировании, движении автомобиля, поворачивая рулевое колесо, водитель совершал многочисленные возвратно-поступательные движения руками с участием мышц плечевого пояса. Работа водителя автомобиля связана с воздействием факторов: тяжесть и напряженность трудового процесса, шум, пыль, локальная и общая вибрации.
В АО «УК «Разрез Степной» работал водителем автомобиля БелАЗ 75131. Водитель автомобиля в течение рабочего дня: управлял автомобилем БелАЗ; производил заправку автомобиля топливом, смазочными материалами и охлаждающей жидкостью; производил подачу автомобиля под погрузку и разгрузку грузов; осуществлял контроль за погрузкой, размещением груза в кузове автомобиля; устранял возникавшие во время работы на линии мелкие неисправности, не требующие разборки механизмов; выполнял весь комплекс работ по ремонту и техническому обслуживанию управляемого автомобиля (если автомобиль находился на ремонте или ТО); вызывал линейного механика или начальника участка в случае дорожно-транспортного происшествия; проходил предрейсовый медицинский осмотр. Работа водителя автомобиля связана с воздействием факторов: тяжесть и напряженность трудового процесса, шум, пыль, локальная и общая вибрации.
Исследованная в судебном заседании совокупность письменных доказательств, отвечающих критериям допустимости и относимости, подтверждает наличие у истца профессионального заболевания.
Указанные выше санитарно-гигиеническая характеристика, акт о случае профессионального заболевания сторонами не оспаривались, при этом установлен факт причинения истцу профессионального заболевания, в том числе в периоды работы в ООО «СУЭК-Хакасия» и в АО «УК «Разрез Степной».
Исходя из сведений трудовой книжки истца его общий трудовой стаж в условиях воздействия вредных и неблагоприятных производственных факторов составляет *** месяцев, в том числе *** месяцев в ООО «СУЭК-Хакасия» (ООО «Черногорская угольная компания») и *** месяцев в АО «УК «Разрез Степной» (ООО «УК «Разрез Степной», ЗАО «УК «Разрез Степной»).
Таким образом, профессиональные заболевания у истца возникли в результате воздействия на организм вредных производственных факторов, соответственно, причиненный моральный вред подлежит возмещению ответчиками.
Пунктом 1 ст. 21 Федерального закона от 20.06.1996 № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» (далее – Федеральный закон № 81-ФЗ) предусмотрено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.
Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности 18.01.2019 утверждено Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности на 2019 – 2021 годы, действие которого продлено до 31.12.2024 соглашением о продлении срока от 29.09.2021 (далее – Федеральное отраслевое соглашение).
Факт присоединения АО «УК «Разрез Степной», ООО «СУЭК-Хакасия» к данному соглашению сторонами не оспаривался.
В соответствии с п. 5.4 указанного Федерального отраслевого соглашения, в случае установления впервые работнику, уполномочившему профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.
В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей.
Таким образом, ответчики, присоединившись к Федеральному отраслевому соглашению, приняли на себя обязательства по возмещению вреда, причиненного здоровью работника, в том числе в долевом порядке.
ФОС устанавливает размер выплаты не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, коллективный договор – в размере 20%, то есть не ниже уровня, предусмотренного ФОС.
Как следует из п. 4 санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от *** ***, как уже указывалось выше, работа водителя БелАЗ связана с воздействием таких неблагоприятных факторов, как шум, общая и локальная вибрация, пыль, тяжесть и напряженность труда.
Кроме того, из п.п. 10.1-10.5 санитарно-гигиенической характеристики следует, что при производстве работ на экскаваторе имеется превышение предельных значений по уровню шума, вибрации локальной; вибрации общей.
В соответствии с абз. 3 п. 5.4 ФОС в случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей.
Принимая во внимание, что работа водителя БелАЗ связана с неблагоприятным воздействием производственных факторов, причиной профессионального заболевания истца послужило длительное воздействие таких факторов, как общая и локальная вибрация, превышающая предельно-допустимые значения, учитывая, что и АО «УК «Разрез Степной», и ООО «СУЭК-Хакасия» присоединилось к вышеуказанному отраслевому соглашению, суд приходит к выводу о том, что имеются основания для взыскания компенсации морального вреда с ответчиков АО «УК «Разрез Степной» и ООО «СУЭК-Хакасия» в долевом порядке, пропорционально отработанному в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных факторов. При этом степень вины ответчика АО «УК «Разрез Степной» по профессиональному заболеванию составляет 62,63% (*** месяцев), ответчика ООО «СУЭК-Хакасия» - 37,37% (*** месяцев).
Пунктом 6.4 Коллективного договора АО «УК «Разрез Степной» на период с *** по *** установлено, что в случае установления впервые работнику, уполномочившему профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации).
Порядок расчета среднего заработка установлен ст. 139 ТК РФ, а также Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 № 922 (далее – Положение № 922).
В соответствии с ч.ч. 1-3, 7 ст. 139 ТК РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.
Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источника этих выплат.
Согласно пп. «н» п. 2 Положения № 922 для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат. К таким выплатам в том числе относятся премии и вознаграждения, предусмотренные системой оплаты труда.
Для расчета среднего заработка не учитываются выплаты социального характера и иные выплаты, не относящиеся к оплате труда (материальная помощь, оплата стоимости питания, проезда, обучения, коммунальных услуг, отдыха и другие) (п. 3 Положения № 922).
Расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится, исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале – по 28-е (29-е) числа включительно) (п. 4 Положения № 922).
В соответствии с п. 5 Положения № 922 при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если:
а) за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением перерывов для кормления ребенка, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации;
б) работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам;
в) работник не работал в связи с простоем по вине работодателя или по причинам, не зависящим от работодателя и работника;
г) работник не участвовал в забастовке, но в связи с этой забастовкой не имел возможности выполнять свою работу;
д) работнику предоставлялись дополнительные оплачиваемые выходные дни для ухода за детьми-инвалидами и инвалидами с детства;
е) работник в других случаях освобождался от работы с полным или частичным сохранением заработной платы или без оплаты в соответствии с законодательством Российской Федерации.
Пунктом 13 Положения № 922 установлено, что при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, используется средний часовой заработок.
Средний часовой заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные часы в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с п. 15 Положения № 922, на количество часов, фактически отработанных в этот период.
Средний заработок определяется путем умножения среднего часового заработка на количество рабочих часов по графику работника в периоде, подлежащем оплате.
Согласно справке АО «УК «Разрез Степной» от *** *** среднемесячный заработок Матвеева А.А. составил 119 267,71 руб.
Проверив расчет размера среднемесячного заработка, содержащийся в указанной справке, принимая во внимание, что никем из участников процесса указанный размер не оспаривался, доводов о неверности данного расчета не заявлялось, суд полагает возможным согласиться с указанным расчетом и произвести расчет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, исходя из определенной в справке величины среднемесячного заработка истца.
Таким образом, размер причитающейся истцу в соответствии с условиями ФОС компенсации морального вреда составит 424 719,97 руб. (119 267,71 руб. х 20% х 20 (процент утраты профессиональной трудоспособности) – 52 350,83 руб.).
Указанная выше сумма является минимальным, гарантированным работнику условиями Федерального отраслевого соглашения размером компенсации, который, однако, в силу требований действующего законодательства не ограничивается условиями указанного соглашения и может быть увеличен судом с учетом конкретных обстоятельств дела.
Оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая характер страданий истца, выразившихся в испытываемой им физической боли в связи с приобретенным в период работы у ответчиков профессионального заболевания, ограничения, вызванные таким заболеванием, возраст истца, продолжительность периода работы во вредных условиях труда, необходимость прохождения медицинского лечения, принятия лекарственных препаратов, прохождения медицинских процедур, вину работодателей, не обеспечивших безопасные условия труда, длительность воздействия на здоровье истца вредных производственных факторов, исходя из требований разумности и справедливости, суд полагает возможным дополнительно, сверх установленного Федеральным отраслевым соглашением размера, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.
Суд учитывает, что денежная компенсация по своей правовой природе не является средством возмещения вреда здоровью, она призвана лишь смягчить нравственные и физические страдания.
Компенсация должна способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца, получившим по вине ответчиков профессиональные заболевания, и степенью ответственности, применяемой к работодателю, не обеспечившему должной безопасности условий труда для пресечения причинения вреда.
Таким образом, общий размер определенной судом компенсации морального вреда в связи с причинением истцу профессиональных заболеваний составляет 724 719,97 руб. (424 719,97 руб. + 300 000 руб.).
Ответственность за причинение вреда здоровью истца подлежит возложению как на АО «УК «Разрез Степной», так и на ООО «СУЭК-Хакасия».
Период работы истца во вредных условиях труда в АО «УК «Разрез Степной» (и его правопредшественников) составляет, как указывалось выше *** мес., что составляет 62,63% от общей продолжительности работы в условиях воздействия вредных и неблагоприятных производственных факторов в должности водителя БелАЗ.
Как следует из содержания искового заявления АО «УК «Разрез Степной» произведена выплата в размере 261 000 руб. в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.
Следовательно, с АО «УК «Разрез Степной» в пользу Матвеева А.А. подлежит взысканию компенсация морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 192 892,11 руб. (724 719,97 руб. х 62,63% - 261 000 руб.).
Период работы истца во вредных условиях в ООО «СУЭК-Хакасия» составляет, как указывалось выше *** месяцев, что составляет 37,37% от общей продолжительности работы в условиях воздействия вредных и неблагоприятных производственных факторов в должности водителя БелАЗ.
Как следует из содержания искового заявления ООО «СУЭК-Хакасия» произведена выплата в размере 157 474,48 руб. в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.
С ООО «СУЭК-Хакасия» в пользу Матвеева А.А. подлежит взысканию компенсация морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 113 353,37 руб. (724 719,97 руб. х 37,37% - 157 474,48 руб.).
Как указывалось выше, АО «УК «Разрез Степной» выплатило истцу 261 000 руб., ООО «СУЭК-Хакасия» - 157 474,48 руб., что не оспаривалось сторонами. Из анализа расчета размера указанных выплат следует, что расчет выплат произведен ответчиками в соответствии с положениями ФОС, с учетом размера среднего заработка истца в размере 119 267,71 руб., пропорционально размеру вины каждого из ответчиков. Выплаты произведены на основании соответствующих заявлений истца, адресованных ответчикам.
Вместе с тем, по расчетам суда размер ответственности ответчика произведен в минимальном размере, предусмотренном положениями ФОС, и является недостаточным, что является основанием как для взыскания компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, так и для взыскания компенсации морального вреда за отказ в выплате компенсации в полном объеме. В связи с изложенным суд полагает возможным взыскать с каждого из ответчиков в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.
Общий размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика АО «УК «Разрез Степной» в пользу истца составит 197 892,11 руб. (192 892,11 руб.+ 5 000 руб.).
Общий размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика ООО «СУЭК-Хакасия» в пользу истца, составит 118 353,37 руб. (113 353,37 руб. + 5 000 руб.).
В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Понесенные истцом расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб. подтверждены представленными в материалы дела письменными доказательствами (договор поручения и расписка от ***).
В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – постановление Пленума от 21.01.2016 № 1), разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 АПК РФ, ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, ч. 4 ст. 2 КАС РФ).
Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст.ст. 2, 35 ГПК РФ, ст.ст. 3, 45 КАС РФ, ст.ст. 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Согласно п. 12 постановления Пленума от 21.01.2016 № 1 расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, ст. 112 КАС РФ, ч. 2 ст. 110 АПК РФ).
Поскольку требования истца удовлетворены, ходатайство представителя истца о возмещении судебных расходов является обоснованным.
При определении подлежащего возмещению размера расходов на оплату услуг представителя суд принимает во внимание сложность дела, длительность его рассмотрения, объем совершенных представителем истца процессуальных действий, объем защищаемого права, с учетом чего приходит к выводу о возможности возмещения указанных расходов в размере 30 000 руб., взыскав с каждого из ответчиков по 15 000 руб.
С учетом положений ч. 3 ст. 103 ГПК РФ с каждого из ответчиков в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3 000 руб.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
иск удовлетворить частично.
Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания «Разрез Степной» (ИНН 1903021363) в пользу Матвеева А.А. (паспорт ***) компенсацию морального вреда в размере 197 892,11 руб., судебные расходы в размере 15 000 руб., а всего взыскать 212 892 (двести двенадцать тысяч восемьсот девяносто два) руб. 11 коп.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «СУЭК-Хакасия» (ОГРН 1071903000773) в пользу Матвеева А.А. (паспорт ***) компенсацию морального вреда в размере 118 353,37 руб., судебные расходы в размере 15 000 руб., всего взыскать 133 353 (сто тридцать три тысячи триста пятьдесят три) руб. 37 коп.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания «Разрез Степной» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 (три тысячи) руб.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «СУЭК-Хакасия» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 (три тысячи) руб.
На решение может быть подана апелляционная жалоба, а прокурором принесено апелляционное представление в Верховный Суд Республики Хакасия через Черногорский городской суд Республики Хакасия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий А.А. Соловьева
Мотивированное решение составлено 26.10.2026.