РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
12 мая 2026 года село Парабель
Парабельский районный суд Томской области в составе:
председательствующего судьи Ряпусова А.В., при секретаре Сивченко Н.А., с участием истца Либикова Д.В., представителя истца Барсагаева О.А., действующего по соглашению, представителя ответчика Усольцевой О.Г., действующей по доверенности, представителя третьего лица - прокуратуры Томской области, Деревнина Р.С., действующего по доверенности, представителя третьего лица – СУ СК РФ по Томской области Сажиной Е.В., действующей по доверенности, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Либикова Д.В. к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
Либиков Д.В. обратился в Парабельский районный суд Томской области с иском к Министерству финансов Российской Федерации в учетом изменения исковых требований о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование в размере 14 357 672 руб., взыскании имущественного вреда в размере 10437 руб., состоящих из проезда по маршруту "данные скрыты", проживании в гостинице в "данные скрыты", оплаты консультации врача-психиатра, приобретения лекарственного препарата. Также просил взыскать судебные расходы в размере 88448 руб. При этом указал, что незаконно подвергался уголовному преследованию по ч. 1 ст. 137 УК РФ, был в статусе подозреваемого, обвиняемого и подсудимого длительное время, однако в дальнейшем уголовное дело и уголовное преследование в отношении него было прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления и за ним было признано право на реабилитацию.
Определением Парабельского районного суда от 12.05.2026 производство по делу в части взыскания имущественного вреда прекращено в связи с необходимостью рассмотрения данного требования в рамках УПК РФ (абз. 2 ст. 220 ГПК РФ).
От представителя ответчика Усольцевой О.Г. в суд поступил отзыв, согласно которому считает, что оснований для полного удовлетворения требований истца не имеется, так как при определении размера возмещения следует учитывать характер причиненных истцу нравственных страданий, требования разумности и справедливости.
От представителя третьего лица – Прокуратуры Томской области также поступил отзыв. Указал, что доводы истца о его переживаниях основаны на индивидуальных особенностях личности и субъективном восприятии ситуации. Доказательств ухудшения стояния здоровья не представлено. Таким образом, полагает, что исковые требования подлежат только частичному удовлетворению.
От представителя трутового лица – Следственного управления Следственного комитета России по Томской области также поступил отзыв, согласно которому указывает, что заявленная сумма явно несоразмерна длительности уголовного преследования, его личности и иных обстоятельств дела. С учетом требований разумности и справедливости, считает, что заявленная сумма является завышенной и подлежит снижению.
В судебном заседании Либиков Д.В. исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске и дополнениях.
Представитель истца Барсагаев О.А., в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске и дополнениях.
Представитель ответчика Усольцева О.Г. в судебном заседании исковые требования признала частично, указав на завышенный размер компенсации, а также на то, что в части имущественного вреда дело подлежит рассмотрению в порядке УПК РФ. Также указала на необоснованно завышенный размер расходов на представителей, а также на отсутствие необходимости проведения психологического исследования.
Предстатель третьего лица Деревнин Р.С. в судебном заседании также указал на завышенный размер компенсации морального вреда, а также указал, что в части имущественного вреда дело подлежит прекращению в связи с необходимостью рассмотрения в порядке УПК РФ. Также указал на необоснованность использования двух представителей, завышенный размер расходов на представителей.
Представитель третьего лица Сажина Е.В., также указала в судебном заседании на завышенный размер требований о компенсации морального вреда и на необходимость прекращения производства по делу в части имущественного вреда. Также указала на отсутствие необходимости использования двух представителей, необоснованно завышенный размер расходов на представителей, а также на отсутствие необходимости проведения психологического исследования, его несоответствия установленным требованиям.
Выслушав позицию сторон, изучив материалы дела, суд приходит к следующему выводу.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу пункта 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.
В соответствии с ч. 1 ст. 134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.
Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 136 УПК РФ).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.
Таким образом, положения статей 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают право гражданина на компенсацию морального вреда, причиненного гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности независимо от вины должностных лиц органов предварительного следствия в порядке, установленном законом.
В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 изложено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).
Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).
Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина.
Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, может проявляться, например, в его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, ином дискомфортном состоянии. При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности) (пункт 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).
Как следует из пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17) с учетом положений статей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.
Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел федеральным законодательством не предусматриваются, следовательно, в каждом случае суд определяет такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей истца и характера спорных правоотношений.
При этом соответствующие мотивы о размере компенсации должны быть приведены в судебном акте во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации, отсутствие которых в случае несоразмерно малой суммы присужденной истцу компенсации свидетельствует о нарушении принципа адекватного и эффективного устранения нарушения, означает игнорирование требований закона и может создать у истца впечатление пренебрежительного отношения к его правам.
Судом установлено, что 09.12.2022 по факту сбора и распространения сведений о частной жизни ФИО17, В., составляющих их личную и семейную тайну, в отношении Либикова Д.В. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ (т. 1 л.д. 25).
21.12.2022 Либиков Д.В. дал обязательство о явке в качестве меры процессуального принуждения (т. 1 л.д. 26).
Мера пресечения в отношении Либикова Д.В. не избиралась, что сторонами не оспаривалось.
21.12.2022 у Либикова Д.В. в рамках данного уголовного дела был изъят мобильный телефон (т. 1 л.д. 27).
13.01.2023 в квартире Либикова по адресу: "данные скрыты" произведен осмотр места происшествия, в ходе которого ничего не изымалось (т.1 л.д. 28-35).
16.01.2023 Либикову Д.В. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ (т. 1 л.д. 36-38).
19.01.2023 Либикову Д.В. повторно предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ (т. 1 л.д. 39-41).
24.10.2023 приговором мирового судьи судебного участка Парабельского судебного района Томской области по делу 1-09/2023 Либиков Д.В. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 100 000 руб. Также частично удовлетворены исковые требования ФИО17 и В. С Либикова Д.В. в пользу ФИО17 взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 руб., в пользу В. также взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 руб. (т. 1 л.д. 43-51).
Кроме этого постановлением мирового судьи судебного участка Парабельского судебного района Томской области от 24.10.2023 с Либикова Д.В. взысканы процессуальные издержки по уголовному делу в размере 41708 руб. (т. 1 л.д. 53, 54)
11.09.2024 апелляционным постановлением Парабельского районного суда Томской области, вынесенным по апелляционной жалобе Либикова Д.В., отменен приговор мирового судьи от 24.10.2023 в отношении Либикова Д.В.. Уголовное дело в отношении Либикова Д.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Признано право на реабилитацию. Исковые требования ФИО17 и В. оставлены без рассмотрения (т. 1 л.д. 71-79).
В рамках признания за Либиковым права на реабилитацию он был извещен о порядке обращения в суд для компенсации морального вреда, взыскании имущественного вреда, а также ему были принесены извинения прокурором Каргасокского района (т. 1 л.д. 80, 81, 97).
Кассационным постановлением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 13.03.2025 апелляционное постановление Парабельского районного суда Томской области от 11.09.2024 в отношении Либикова Д.В. отменено, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение (т. 1 л.д. 82-85).
Апелляционным постановлением Парабельского районного суда Томской области от 26.06.2025 приговор мирового судьи от 24.10.2023 в отношении Либикова Д.В. вновь отменен. Уголовное дело в отношении Либикова Д.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Вновь признано право на реабилитацию. Исковые требования ФИО17 и В. оставлены без рассмотрения (т. 1 л.д. 86-94).
Кроме этого, Либикову Д.В. повторно направлено извещение о признании за ним права на реабилитацию (т.1 л.д. 95-96).
Кассационным постановлением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 12.02.2026 апелляционное постановление Парабельского районного суда Томской области от 26.06.2025 в отношении Либикова Д.В. оставлено без изменения, жалобы Н., В. оставлены без удовлетворения (т. 1 л.д. 228-230).
Учитывая изложенное суд приходит к выводу что Либиков Д.В. незаконно подвергался уголовному преследованию по ч. 1 ст. 137 УК РФ в период с 09 декабря 2022 г. по 26 июня 2025 г..
Анализируя личность Либикова Д.В. суд приходит к выводу, что он характеризуется по месту жительства и работы положительно, ранее не судим, к уголовной ответственности ранее не привлекался, что подтверждается производственной характеристикой, материалами уголовного дела, судебными актами, сторонами не оспаривается.
Также установлено, что Либиков Д.В. официально "данные скрыты". При этом доказательств утраты заработка суду не представлено. Довод о том, что он был исключен из резерва кадров в связи с указанным уголовным преследованием суд не принимает, поскольку относимых и допустимых доказательств причинно-следственной связи исключения из резерва и привлечением к уголовной ответственности суду не представлено. Представлено лишь две производственные характеристики от 27.09.2023 и от 16.03.2026, где в первоначальной указывается на то, что он входит в резерв и в последующей характеристике о том, что он входит в резерв не указано.
Доказательств утраты имущества, ухудшения физического состояния суду также не представлено.
В передвижении Либиков Д.В. также ограничен не был, поскольку мера пресечения ему не избиралась.
В части психического состояния, суд находит доказательства убедительными и относящимися к делу. В частности в связи с привлечением к уголовной ответственности Либиков Д.В. испытывал сильные эмоциональные переживания, в связи с чем ему был поставлен диагноз: "данные скрыты". Данная ситуация носила для него психотравмирующих характер, негативно влияла на его эмоционально-волевую сферу. Кроме этого, в связи с привлечением Либикова к уголовной ответственности у него были отмечены неблагоприятные изменения личности, выраженные в ослаблении нервной системы, повышении эмоциональной возбудимости, психологическое истощение, появление акцентуаций характера по шкалам дистимности и тревожности. Указанные обстоятельства подтверждаются сведениями из ООО «ЛДЦ» о посещении врача-психиатра 26.03.2026 (т. 2 л.д. 31), заключением специалиста-психолога П. в заключении от 20.04.2026 (т. 2 л.д. 32-44), показаниями свидетеля В..
Довод стороны ответчика, а также третьих лиц о недопустимости указанного заключения как доказательства, суд не принимает, поскольку фактически данное заключение направлено на определение психоэмоционального состояния истца в связи с незаконным привлечением его к уголовной ответственности, каких-либо оснований сомневаться в обоснованность сделанных выводов у суда нет.
Вместе с тем, доказательств наличия каких-либо хронических заболеваний и физических заболеваний в целом, которые бы обострились либо появились в связи с привлечением его к уголовной ответственности Либикова Д.В. в нарушение ст. 56 ГПК РФ суду не представлено.
Довод истца о том, что к нему изменилось отношение коллег и односельчан в связи с привлечением к уголовной ответственности, по мнению суда, является субъективным мнением истца, доказательств которым суду не представлено.
Разрешая требования истца, суд исходит из того, что незаконное привлечение Либикова Д.В. к уголовной ответственности нарушило права истца, гарантированные Конституцией Российской Федерации, в связи с чем, ему причинен моральный вред, который подлежит возмещению на основании статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.
При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства привлечения Либикова к уголовной ответственности, длительность незаконного уголовного преследования, проведение неоднократных следственных действий с участием истца, отнесение преступления, в совершении которого обвинялся Либиков к категории небольшой тяжести, отсутствия примененной к нему меры пресечения, а также личность Либикова Д.В., который ранее никогда не привлекался к уголовной ответственности.
Принимая во внимание изложенное, учитывая степень нравственных страданий, причиненных Либикову Д.В. незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным уголовным преследованием, в результате чего ему приходилось доказывать свою невиновность, испытывать чувство несправедливости и безысходности, с учетом принципа разумности и справедливости, а также мнения сторон о размере компенсации морального вреда, суд приходит к выводу о том, что заявленный к взысканию размер компенсации морального вреда не соразмерен степени и характеру нарушенных прав истца и считает необходимым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, в размере 50 000 рублей.
По мнению суда, указанная денежная компенсация является разумной и достаточной, отвечающей фактическим обстоятельствам дела, степени понесенных истцом нравственных страданий. Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу истца с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.
Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов, суд исходит из следующих обстоятельств.
Частью первой статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В соответствии со статьями 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы сторон на оплату государственной пошлины, расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд, а также другие признанные судом необходимыми расходы.
На основании ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.
Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
В силу ч. 1 ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей.
Судом установлено, что Либиковым Д.В. заключен договор на оказание юридических услуг от 02.10.2025 с Д.. В соответствии с данным договором исполнитель обязался оказать следующие юридические услуги: подготовка (доработка) заявления о компенсации морального вреда в связи с незаконным преследованием по ч. 1 ст. 137 УК РФ в Парабельский районный суд Томской области, дистанционное сопровождение производства по делу в суде, изготовление ходатайства о возмещении судебных издержек. Из акта приёма-передачи услуг по указанному договору от 03.05.2026 следует, что Д. оказал Либикову следующие услуги: подготовка (доработка) заявления о компенсации морального вреда в связи с незаконным преследованием по ч. 1 ст. 137 УК РФ в Парабельский районный суд Томской области стоимостью 7500 руб.; консультирование перед судебным заседанием стоимостью 2500 руб.; подготовка заявления о компенсации судебных издержек стоимостью 5000 руб.
Таким образом, стоимость по договору составила 15000 руб., которые были выплачены исполнителю, что подтверждается чеками по операциям перевода, чеками Д..
Вместе с тем, суд полагает, что указанные расходы не являются необходимыми и являются завышенными по следующим причинам.
Исполнитель (Д.) за указанную сумму обязался предоставить указанные выше услуги.
Между тем, суд полагает, что с учетом небольшой сложности дела, количества проведенных заседаний по существу, а также наличия представителя, участвовавшего в судебных заседаниях (адвоката Баргасаева О.А.) и также оказывавшего юридическую помощь и сопровождение дела, оснований для полного возмещения расходов за оказание юридических услуг, суд не усматривает, поскольку, не смотря на отсутствие ограничений в количестве представителей и лиц, оказывающих юридическую помощь, суд оценивает вклад каждого из представителей и данных лиц и считает, что вклад Д. не является значительным.
Факт несения расходов на оплату услуг Д. данное обстоятельство не отменяет и не ограничивает расходы истца по оплате своих потребностей в получении информации, консультаций и сторонней юридической помощи, однако полагает, что данные расходы должны нестись исключительно за счет стороны, пользующейся данными услугами.
Таким образом, суд полагает, что указанные расходы исходя из принципа соразмерности и справедливости, подлежат уменьшению до 5000 руб.
По аналогичному основанию суд полагает, что расходы на представителя Барсагаева О.А., участвовавшего в рассмотрении дела, на основании заключенного соглашения по ордеру, и оказывавшего услуги по оказанию юридической помощи и представительства в суде, также подлежат уменьшению до 15000 руб.
В части расходов на отправку почтовой корреспонденции, суд приходит к следующим выводам.
Установлено, что Либиковым Д.В. направлялись по почте в Управление Федерального казначейства по Томской области, прокуратуру Парабельского района, а также в Следственное управление СК РФ по Томской области копии искового заявления, копии заявления об уточнении исковых требований, копии характеризующих материалов, ходатайства об отложении судебного заседания. Также понесены расходы по доставке заключения специалиста. На указанные цели были понесены расходы в размере 3448 руб., что подтверждается кассовыми чеками.
Суд признает указанные расходы необходимыми и считает возможным взыскать их с ответчика в полном объеме.
В части расходов на психологическое обследование, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела (ст. 59 ГПК РФ).
Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1 ст. 67 ГПК РФ).
Учтивая принятие в качестве доказательства эмоционального состояния истца заключения специалиста-психолога, суд полагает указанные доказательства относимыми и допустимыми, в связи с чем, расходы по их получению суд признает необходимыми и подлежащими возмещению ответчиком в полном объеме.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 196-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Либикова Д.В. к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Либикова Д.В., родившегося "данные скрыты" в "данные скрыты" (паспорт серии "данные скрыты" "данные скрыты") компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Либиков Д.В., родившегося "данные скрыты" в "данные скрыты" (паспорт серии "данные скрыты" "данные скрыты") судебные расходы в размере 73 448 руб., в том числе расходы на оплату юридических услуг – 5 000 руб., расходы на представителя – 15 000 руб., расходы на психологическое исследование – 50000 руб., почтовые расходы – 3448 руб.
В остальной части требования Либикова Д.В. оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Томский областной суд через Парабельский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья (подписано) А.В. Ряпусов
Мотивированное решение изготовлено 19.05.2025.
Судья А.В. Ряпусов