Дело № 1-172/2026 — Октябрьский районный суд г. Новосибирска

Дело №

УИД: №

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации г. Новосибирск /дата/

Октябрьский районный суд г. Новосибирска в составе:

председательствующего судьи Копань А.С., при секретаре судебного заседания Тюкавкиной Я.С., с участием государственных обвинителей – старших помощников прокурора Октябрьского района г. Новосибирска Леоновой Ж.Б., Сегал М.С., Булгакова А.Ю., помощников прокурора Октябрьского района г. Новосибирска Копыловой А.А., Ножевой М.А., подсудимого Давыдова А.В., защитника – адвоката Пауновой Ю.В., предъявившей ордер и удостоверение адвоката, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по обвинению

Давыдова А. В., /дата/ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, имеющего среднее специальное образование, холостого, имеющего двоих несовершеннолетних детей, не трудоустроенного, военнообязанного, не судимого, в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 1 ст. 213, ст. 319 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

Давыдов А.В. совершил преступление на территории Октябрьского района г. Новосибирска при следующих обстоятельствах.

/дата/ около 19 часов 20 минут, более точное время не установлено, И. на своем личном автомобиле марки «<данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком №, двигался из участкового пункта полиции <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, в отдел полиции <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес>. В это время по проезжей части по <адрес> в сторону <адрес>, позади личного автомобиля И., двигался на личном автомобиле марки <данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком №, Давыдов А.В. Далее, вблизи <адрес>, И. включил поворотник, сигнализирующий о его намерении приступить к совершению маневра-разворота, в этот момент Давыдов А.В., не соблюдая должную дистанцию между автомобилями, нарушая тем самым п. 9.10 Постановления Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 «О Правилах дорожного движения», будучи убежденным в неизбежности дорожно-транспортного происшествия, выехал с проезжей части и въехал в сугроб, в этот момент И совершил остановку своего автомобиля.

В указанный период времени, в указанном месте, Давыдов А.В. вышел из своего автомобиля, подошел к личному автомобилю И открыл водительскую дверь, увидел И в этот момент у Давыдова А.В., будучи в состоянии алкогольного опьянения, на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали и правилам поведения, выразившимся в желании противопоставить себя окружающим и обществу, продемонстрировать пренебрежительное отношение к нормам морали и правилам поведения, показать свое мнимое превосходство над И путем оказания психического воздействия и публичного причинения ему физической боли и страданий, заставить И испытать чувство страха, унижения и нравственные страдания, без видимого и очевидного повода, то есть из хулиганских побуждений, сформировался преступный умысел, направленный на совершение хулиганства, то есть грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, совершенного с применением насилия к И

Реализуя задуманное, находясь в указанный период времени в указанном месте, действуя умышленно и целенаправленно, грубо нарушая общественный порядок, из хулиганских побуждений, на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали и правилам поведения в общественных местах, установленных нормативно-правовыми актами Российской Федерации, моралью, обычаями и традициями, выразившимся в желании противопоставить себя окружающим и обществу публично, в присутствии других лиц, сопровождая свои действия явным пренебрежением к общественным нормам морали и сложившимся в обществе отношениям между людьми, обеспечивающим общественное спокойствие, из хулиганских побуждений, без видимого и очевидного повода, осознавая общественную опасность и преступный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде грубого нарушения общественного порядка, а именно комплекса отношений между людьми, правил поведения, общежития, морали, обеспечивающих спокойствие, защищенность и неприкосновенность личности, нормальное функционирование государственных и общественных институтов, а также причинения И телесных повреждений, физической боли и морально-нравственных страданий, и желая их наступления, противопоставляя свое поведение общественным интересам, находясь в публичном, общественном месте, сопровождая свои действия явным пренебрежением к общественным нормам морали, Давыдов А.В. внезапно и без предупреждения напал на И., а именно нанес последнему не менее двух ударов рукой в область головы, а также один удар своей головой в область левой брови И тем самым применил насилие.

В результате умышленных действий Давыдова А.В., действующего из хулиганских побуждений, И причинены физическая боль, моральные и нравственные страдания, а также телесные повреждения в виде ушиба мягких тканей волосистой части головы (височной слева) в виде отека мягких тканей и болевого синдрома, ушиба мягких тканей лобной области (надбровной) слева в виде отека мягких тканей и болевого синдрома, внутрикожное кровоизлияние на лице (справа), которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (п.9 II раздела «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» - Приложение к приказу МЗ и СР ФЗ от 24.04.08г. №194н.).

В судебном заседании подсудимый Давыдов А.В. вину по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 1 ст. 213, 319 УК РФ, не признал, пояснил, что /дата/ он со своей сожительницей Б и другом Д поехал на автомобиле <данные изъяты> под управлением последнего в <адрес> на похороны друга, где выпил две рюмки водки, 150 грамм вина. Так как остаться в <адрес> не получилось с ночевкой, то он, без наличия водительского удостоверения, сел за руль автомобиля и направились домой. Около 19 часов тех же суток, почти доехав до дома, съезжая с <адрес>, проехав полицейский участок и двухэтажный дом, увидел, как со двора выезжала машина. Он успел сориентироваться и увернуться. Для него появление автомобиля было неожиданным. Это было тупиковым местом. На улице было темно, имелись фонари, но все равно было темно. Выйдя из своей машины, подошел к вышеуказанной машине и открыл водительскую дверь, после начал доставать из нее мужчину, нанес ему удар и начал говорить, зачем он так делает с применением нецензурных слов. Горел ли в салоне указанной машины свет, не видел. Взяв мужчину за плечо, вытащил его из салона, дал по лицу две пощечины правой рукой (первый удар, когда вытаскивал из салона, второй после). Не отрицает, что мог нанести мужчине еще удар головой. После его (Давыдова А.В.) кто-то схватил и сказал, чтобы он отпустил мужчину, так как это сотрудник полиции. Только тогда он понял, что перед ним сотрудник полиции. До этого момента он не видел, что это был сотрудник полиции, во что он был одет было не понятно, опознавательных знаков не было, после увидел, что на нем был бушлат, обычная шапка. Сотрудника полиции он не хотел оскорбить. Выражался нецензурной бранью в порыве эмоций, в виду сложившейся ситуации, за что ему стыдно, как и за всю ситуацию в целом. Мужчина в ответ ему ничего не говорил, уворачивался от него, телесных повреждений не наносил. После были вызваны сотрудники ДПС. Кто находился в салоне автомобиля, где находился мужчина, на момент происходящих событий, не видел. Когда уже он понял, что перед ним сотрудник полиции, то извинился, нецензурной бранью в его адрес не выражался. В момент совершения указанных действий, не думал, что на него кто-то смотрит, он никого не видел, при этом понимал, что могут быть рядом люди. Данное поведение для него не свойственно, возможно так повлияло то, что он выпивал, будь трезв, скорее всего, такого бы не допустил. Также на данную ситуацию повлияло его душевное состояние (после похорон друга). Считал, что потерпевший создал такую ситуацию и это не правильно, он (Давыдов А.В.) испугался за свою жизнь и жизнь пассажиров. Совокупность всех событий не позволила ему сдержать себя. Все события помнит хорошо, провалов в памяти нет.

Подсудимый Давыдов А.В., допрошенный в судебном заседании (при рассмотрении уголовного дела до момента возвращения его прокурору для устранения недостатков), чьи показания оглашались (путем прослушивания аудиопротокола судебного заседания) по ходатайству государственного обвинителя в порядке ст. 276 УПК РФ, показал, что /дата/ он со своей сожительницей и товарищем ездили на поминки к товарищу, возвращаясь с поминок, он ехал по <адрес>, где свернул на <адрес>, при повороте включил левый поворотник, свернул на <адрес>, проезжая <адрес>, где находится жилой дом, проехал его, из переулка выехала резко машина темного цвета, иномарка. Он, чтобы избежать столкновения, так как не успевал объехать машину по встречной полосе, так как ему ехали на встречу, ему пришлось въехать в сугроб. Когда съехал в сугроб, шокировался, перепугался за пассажиров. Вышел из машины, подошел к той машине. На эмоциях взял водителя, начал ругаться нецензурными словами, говорить, зачем он так делает (создал аварийную ситуацию). Ответа от потерпевшего не дождался. На эмоциях ударил его по лицу, вытащил его из машины, ругался. На улице уже темнело, какой салон был автомобиля у потерпевшего, не может пояснить, внимание на это не обращал, допускает, что в момент открытия двери у него горел свет, но возможно тускло, автомобиль был гражданский, без опознавательных знаков и маячков. В момент открытия двери опознавательных знаков на одежде потерпевшего не видел, возможно из-за света или в порыве шока, было не до отличительных знаков. Когда потерпевший вышел из машины, он (Давыдов) еще раз или два его ударил рукой. Не отрицает, что потерпевшему нанес несколько ударов, так как все было в порыве эмоций, возможно, нанес три удара, но не пять. Возможно, головой удар тоже нанес по потерпевшему, но это было на улице уже, когда его только вытащил из автомобиля. Количество ударов по обвинению не оспаривает. В это время, когда ругался, потом увидел, что это сотрудник полиции и в машине были все сотрудники полиции, все свои действия прекратил. В машине и на улице не видел, что потерпевший сотрудник полиции, так как когда вытаскивал потерпевшего из машины, не разглядывал его одежду, не обращал внимание. Он видел перед собой человека, который создал аварийную ситуацию. Не исключает, что, когда наносил удары потерпевшему кто-то говорил, что потерпевший сотрудник, но он этого не слышал. Сотрудники полиции возможно требовали, чтобы он прекратил действия, но он не слышал, что кто-то что-то говорил, так как он был в порыве гнева. Относительно нецензурной брани, высказывал потерпевшему нецензурные слова, когда он был в машине и когда его вытаскивал из автомобиля. В этот момент видел, что машине находились люди, но то, что они были сотрудниками – не видел. Начали разговаривать, стал спрашивать, зачем он так делает, без света, выезжает на проезжую часть. После подошли товарищи потерпевшего – коллеги по работе. Машина потерпевшего стояла на проезжей части. Когда он начал разговаривать с коллегами потерпевшего, последний отогнал машину в переулок с проезжей части, то есть с места происшествия убрал. Он (Давыдов) стал спрашивать, почему он убрал машину с места ДТП, потерпевший пояснил, что машину не трогал. Вызвали сотрудников ДПС, которые зафиксировали, что он (Давыдов) находился в алкогольном опьянении, не сильном. Когда уезжали с поминок, то водитель выпил, а он выпил несколько стопок (две), поэтому пришлось ему садиться за руль, хотя планировали там переночевать. От <адрес> почти доехали до дома, где товарищ живет (<адрес>), где все произошло. Он не желал оскорбить представителя власти. Утром в участке подошел к потерпевшему и извинился перед ним. Показания Д в судебном заседании считает правильными; потерпевший в показаниях утаил, что машину с места убрал, считает, что он дает иные показания, чтобы себя оправдать, а свидетели его коллеги поддерживают его, заинтересованные в исходе дела. Считает, что потерпевший создал аварийную ситуацию, так как он (Давыдов) ехал справа, хоть был выпивший, но не был пьян, отдавал отчет своим действиям, тем более в салоне было два пассажира, ехал не быстро (40-50 км/ч). Все ситуация произошла быстро. Относительно данной ситуации сожалеет, перед потерпевшим стыдно, считает, что так делать нельзя. Не было бы ситуации критической, то такого бы себе не позволил. Возможность вызвать сотрудников полиции имелась, но этого не сделал, так как мыслей таких не было, ситуация была шоковая. Ранее с потерпевшим, свидетелями не был знаком. Состояние опьянения не могло повлиять на произошедшие события, повлияла сама ситуация ДТП.

Подсудимый Давыдов А.В. указанные показания подтвердил, пояснив, что мотива совершенных им действий не имелось, просто шоковая ситуация, спровоцировала эти действия, не было цели оскорбить сотрудника. В момент открытия двери салона автомобиля потерпевшего, ему не было понятно, что перед ним сотрудники полиции, что они находятся при исполнении служебных обязанностей. Оскорбления к потерпевшему были как к человеку, который создал такую ситуацию – дорожно-транспортную обстановку. Указанное поведение было обусловлено самой ситуацией, он не был сильно выпивший. Алкоголь никак не повлиял на поведение. Не исключает, что свидетели в машине говорили, что потерпевший сотрудник, но так как происходил конфликт, то он не обращал внимание на посторонних. Когда уже был на улице, то пришел в чувства и понял, что перед ним сотрудник полиции, стал слышать других. Извинения потерпевшему принес как после случившегося, так и на следующий день.

Несмотря на не признание вины подсудимым Давыдовым А.В. в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, вина Давыдова А.В. в совершении указанного преступления подтверждается совокупностью представленных и исследованных в судебном заседании доказательств, признанных судом допустимыми.

Потерпевший И., допрошенный в судебном заседании (при рассмотрении уголовного дела до момента возвращения его прокурору для устранения недостатков), чьи показания оглашались (путем прослушивания аудиопротокола судебного заседания) по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, показал, что состоит в должности участкового уполномоченного полиции отдела полиции <данные изъяты>, в его обязанности входит общение с гражданами, проведение профилактических мероприятий с целью недопущения противоправных действий, при обнаружении правонарушения он обязан принять меры по пресечению данных действий. Свою деятельность он осуществляет по <адрес>, его участок №. /дата/ он находился на работе по <адрес> в участковом пункте полиции. После работы в 19 часов он со своими коллегами Б, Ш сели на его личный автомобиль марки <данные изъяты> черного цвета и поехали в сторону отдела полиции № по <адрес>. Он был за рулем, Б был справа от него, Ш сидела на заднем сиденье. На работе они находились в форменном обмундировании с опознавательными знаками (головной убор – шапка полицейская, ушанка, с закрытыми ушами, объемная с кокардой, бушлат черного цвета с погонами, воротником, не закрывающим погоны, без капюшона). У автомобиля были затонированы только задние стекла. Проезжая по <адрес> с <адрес>, повернув налево, он проехал шлагбаум, увидел, что слева все забито, нет места, хотел завернуть направо, где заканчивалась пятиэтажка, во двор, чтобы развернуться, так как не нашел парковочного места, доезжая до этого поворота, хотел развернуться, Давыдова не видел. Когда он (И) хотел тронуться с места, чтобы совершить маневр, убедившись, что не создает опасности, перед ним пролетела машина белого цвета <данные изъяты>, под управлением подсудимого Давыдова. Разворот он (И) не совершил, никому не мешал, перед поворотом показал сигнал поворотника. Относительно действий Давыдова пояснил, что даже он, не будучи сотрудником ДПС, должен был пресечь эти действия. Намерения пресечь эти действия у него имелись. Далее он, смотря на машину, пытался остановиться и отстегнуть ремень, из машины вышел Давыдов в неадекватном состоянии и стал двигаться в сторону его машины. Давыдов, подойдя к машине, открыл дверь, он (И) начал говорить, чтобы он успокоился, Давыдов стал выражаться нецензурно (типо ему все равно кто он такой) и начал наносить удары. Было ни так темно, в машине горел свет (при открытии двери свет сразу включается), при остановке загорелись фары (стоп-освещение). Все что говорил Давыдов, было слышно тем, кто сидел в машине, и тому, кто был не в машине. Давыдов наносил удары кулаками в область головы, затылка. Сначала он наносил одной рукой, левой держал его за бушлат (за «грудки»). Ударов было несколько. От них он (И) испытал физическую боль. Также Давыдов его один раз ударил, когда держал двумя руками за грудки, лбом по голове в область брови, от чего он также испытал боль. После подошел Б, пытался успокоить Давыдова, но так как Давыдов был в нетрезвом состоянии, то сил у Б не хватало. Давыдов говорил, что ему все равно кем он является, что он (И) нехороший человек, все это было адресовано ему в нецензурной форме. Указанные слова для него были оскорбительны. На улице находились его коллеги и гражданский человек, которого он не знает. После Давыдов стал успокаиваться, Б его оттащил. Давыдова видел в первый раз. Считает, что Давыдов так сделал, потому что, когда он находился пьяный за рулем, то он хотел обвинить его (И), что он виноват, что его подрезал. На самом деле Давыдов на большой скорости врезался в сугроб, то есть нарушил правила. После вызвали ДПС, которые удостоверили, что Давыдов был пьяный. Далее с отдела с вечернего совещания вышли его коллеги. Давыдов осознал, что случилось, хотел уехать. Давыдова доставили в отдел полиции. Он (И) поехал в травмпункт, так как спустя 30 минут у него началась кружиться голова, образовалась шишка на лбу. Со своей стороны никаких противоправных действий в отношении Давыдова не совершалось, оскорблений не высказывал. Считает, что Давыдов так себя вел, потому что считает что (И) виноват в случившемся. При открытии двери Давыдов ни чего не высказывал, высказывать начал после, когда его начали успокаивать. Весь конфликт продолжался 5 минут.

Потерпевший И., допрошенный на предварительном следствии, чьи показания оглашались по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, показал, что состоит в должности <данные изъяты>, имеет специальное звание <данные изъяты>. В его должностные обязанности входит контроль на административном участке, выявление административных правонарушений. /дата/ он находился в участковом пункте полиции <данные изъяты>, расположенном по адресу: <адрес>, с 17 часов 00 минут до 19 часов 00 минут проводил прием граждан. После окончания приема граждан, он совместно со старшими участковыми уполномоченными полиции Ш, Б собрались и проследовали в его личный автомобиль марки <данные изъяты> г/н №, чтобы доехать в <данные изъяты> и занести полученные обращения граждан для их регистрации в книге учета заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях. Около 19 часов 20 минут они двигались по <адрес> в сторону <адрес>, он притормозил, чтобы повернуть на право и развернуться, убедившись в безопасности своего маневра. В это время по <адрес> также двигался автомобиль марки <данные изъяты> в кузове белого цвета с выключенными фарами, в связи с чем автомобиль марки <данные изъяты> было не видно в зеркалах его автомобиля, при этом автомобиль марки <данные изъяты> двигался на высокой скорости. Тогда автомобиль марки <данные изъяты> вылетел в левую сторону и остановился вне проезжей части, въехав в сугроб. В автомобиле марки <данные изъяты> находилось трое человек, на водительском сидение находился мужчина, на переднем пассажирском сиденье находилась женщина, на заднем сидении находился еще один мужчина. После чего, мужчина, находящийся на водительском месте автомобиля марки <данные изъяты> вышел из автомобиля и подбежал к его автомобилю, он в это время переключал коробку передач на режим «парковки». Когда он подбежал к его автомобилю, он открыл водительскую дверь, и начал высказывать в его адрес матерные оскорбления, а именно сказал: «Ты что (нецензурные слова)» и сразу же нанес ему удар кулаком в область левого уха, после чего, схватил его за куртку в грудной области и начал пытаться вытащить из автомобиля. После чего, он начал выходить из автомобиля, а водитель автомобиля марки <данные изъяты> продолжал наносить ему удары кулаками в область головы, нанес ему около 4 ударов, при этом, продолжая высказывать в его адрес матерные оскорбления. Когда он наносил ему удары, он пытался взять его за руки, чтобы он прекратил, просил его упокоится. При этом, мужчина понимал, что он является сотрудником полиции, поскольку он был одет в форменное обмундирование, однако видеокамера «Дозор» у него отсутствовала. Кроме того, когда он наносил ему удары, он также сообщил ему, что является сотрудником полиции, на что мужчина ему ответил «мне (нецензурное слово) кто ты» и в этот же момент схватил его за куртку в грудной области и резко потянул на себя, и нанес ему удар своей головой в область левой брови. После чего, он опустил голову, поскольку испытал физическую боль, тогда мужчина продолжал держать его за куртку и пытался нанести ему удар своей ногой в лицо, но из-за разницы в росте у него этого не получилось сделать. В общей сложности он нанес ему не менее 5 ударов кулаком в область лица, 1 удар головой в область левой брови. Далее, из его автомобиля с переднего пассажирского сидения вышел Б, он обошел автомобиль и подбежал к водителю марки <данные изъяты> и начал его отталкивать от него. Водитель марки «<данные изъяты> перестал наносить ему удары. Когда Б оттащил мужчину, он начал его удерживать, чтобы тот не наносил больше ударов, однако, мужчина продолжал высказывать в его (И А.А.) адрес матерные оскорбления, также сказал «мне на (нецензурное слово), что ты по форме и что ты сотрудник полиции». В это время к ним подошли двое коллег, а именно К и И также подошел мужчина и сказал: «Если что я всё видел с самого начала и готов дать показания». Далее, им были вызваны сотрудники ГИБДД, поскольку он заметил, что водитель автомобиля марки <данные изъяты> находится в алкогольном опьянении, поскольку от него исходил сильный запах алкоголя, а также у него была неустойчивая походка и невнятная речь. После чего, водитель марки <данные изъяты> пытался сесть за руль своего автомобиля и сказал: «Если ты не хочешь проблем себе, давай мы разойдемся», но К, И и Б не дали ему уехать до приезда сотрудников ГИБДД. Далее, он связался дежурной частью <данные изъяты> и доложил о случившемся. После приехали сотрудники ГИБДД, они сообщили им обстоятельства, водитель автомобиля марки <данные изъяты> предоставил паспорт на имя Давыдова А.В. После чего, сотрудники ГИБДД начали проводить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения Давыдова А.В., далее доставили мужчину в отдел, а он поехал в медицинское учреждение, расположенное по адресу: <адрес> (том №, л.д. №).

Свидетель Б, допрошенный в судебном заседании (при рассмотрении уголовного дела до момента возвращения его прокурору для устранения недостатков), чьи показания оглашались (путем прослушивания аудиопротокола судебного заседания) по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, показал, что работает старшим участковым уполномоченным полиции отдела полиции <данные изъяты>. В его обязанности входит рассмотрение заявлений, охрана общественного порядка, выявление административных правонарушений, преступлений, контроль административного участка. /дата/ находился на службе, в указанный день утром прибыл на <адрес>, далее проследовал на административный участок на <адрес> поехали на <адрес>. Находился в форменном обмундировании. На участке (опорном пункте) находился с коллегами И и Ш. В 19 часов - 19 часов 05 минут поехали в отдел полиции на личном автомобиле И, под его управлением. Задние стекла автомобиля И были тонированы, передние и лобовое - нет. Выехали с опорного пункта на <адрес>, проехали по мосту на <адрес>, на пересечении с <адрес> повернули, проехали отдел, за ним был поворот, И решил туда заехать. Он (Б) находился на переднем пассажирском сиденье, Ш - на заднем. В этот момент на автомобиле марки <данные изъяты> мужчина вылетел на встречку по обочине, в сугроб. Автомобиль проехал на большой скорости. И, находясь не на проезжей части, остановился, фары его автомобиля были включены, загорелся стоп-сигнал. В этот момент открылась водительская дверь <данные изъяты>, вышел мужчина, что-то стал говорить. Потом мужчина подбежал к водительской двери И, открыл ее, началась нецензурная брань (человек не соблюдал дистанцию и вылетел, подумал, что И виноват). На <адрес> были фонари, было достаточно светло. При открывании двери, включился свет. Опознавательные знаки на форме можно было заметить при желании (шапка, куртка с шевронами и погонами). Также было озвучено, что все являются сотрудниками полиции. Он (Б) стал говорить, что он является сотрудником полиции, не нужно начинать конфликт. В этот момент подсудимый сказал, что ему без разницы (нецензурными словами). Мужчина схватил И за плечо, пытался его вытащить. Он (Б) отстегнул ремень, оббежал автомобиль сзади, когда добежал, мужчина уже вытянул И, и он увидел, как мужчина нанес своей головой И удар в область его головы. После он их разнял. Подсудимый был агрессивен, возбужден, по запаху – в состоянии алкогольного опьянения. Рядом проходил гражданский мужчина, который кричал, что это сотрудники полиции. Подсудимый сказал, что ему без разницы кто перед ним. Когда он разнял их, то физического контакта не было, был словесный контакт, нецензурная брань. После подошли коллеги И и К. Вызвали ДПС. Нецензурная брань была адресована в большей степени на унижение чести и достоинства И, за исключением каких-то слов, когда он подошел к двери автомобиля И, видел, что сотрудники, обращался к нему как к сотруднику полиции. Слова нецензурной брани подсудимым озвучены тогда, когда он увидел, что перед ним сотрудник полиции. После всей ситуации подсудимый ни перед кем не извинялся.

Свидетель Б, допрошенный на предварительном следствии, чьи показания оглашались по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, показал, что состоит в должности участкового уполномоченного полиции <данные изъяты>, имеет специальное <данные изъяты>. В его должностные обязанности входит: выявление и пресечение административных правонарушений, работа с гражданами. /дата/ он находился в участковом пункте полиции <данные изъяты>, расположенном по адресу: <адрес>, также, с ним в участковом пункте находились И. и Ш Около 19 часов 00 минут они втроем сели в личный автомобиль И а именно в автомобиль марки <данные изъяты> в кузове черного цвета. И. сел на водительское сидение, на переднее пассажирское сидение сел он, на заднее сидение села Ш На автомобиле они проследовали в <данные изъяты>, чтобы сдать табельное оружие, при этом, они находились при исполнении должностных обязанностей. Около 19 часов 20 минут они двигались по <адрес> в сторону <адрес>, И. начал притормаживать, чтобы совершить разворот, а в последующем припарковаться напротив <данные изъяты>. В это время по проезжей части двигался автомобиль марки <данные изъяты> в кузове белого цвета, на высокой скорости, с выключенными фарами, в связи с чем его не было видно. Когда И. притормозил, то указанный автомобиль резко съехал с проезжей части в противоположную от них сторону и въехал в сугроб, предполагает, что это произошло, чтобы избежать столкновения. Когда они заметили, что автомобиль марки <данные изъяты> въехал в сугроб, то И. остановился и начал переключать коробку передач на режим парковки. В то время пока И. разбирался с коробкой передач, мужчина, являющийся водителем автомобиля марки <данные изъяты>, вышел из своего автомобиля, подошел к автомобилю И., открыл водительскую дверь и сразу же начал наносить удары И А.А., а именно нанес удар в область левого уха, при этом, высказывал в адрес И матерные оскорбления, также говорил ему: «ты что (нецензурное слово)». Указанные слова водитель автомобиля марки <данные изъяты> повторял несколько раз. После нанесенного удара, водитель автомобиля марки <данные изъяты> схватил за бушлат И. и вытащил последнего из автомобиля на улицу. В это время он отстегнул ремень безопасности и вышел на улицу, оббежал автомобиль с задней стороны, а Ш осталась сидеть в автомобиле. Пока он совершал указанные действия, водитель автомобиля марки <данные изъяты> продолжил высказывать матерные оскорбления в адрес И При этом, водитель автомобиля марки <данные изъяты> понимал, что они являются сотрудниками полиции, поскольку они были одеты в форменное обмундирование, однако, видеокамеры «Дозор» у них отсутствовали. Кроме того, когда водитель автомобиля марки <данные изъяты> нанес первый удар, они сказали ему, что являются сотрудниками полиции, на что водитель автомобиля марки <данные изъяты> ответил: «Да мне (без разницы – нецензурным словом)». Также, когда водитель автомобиля марки <данные изъяты> вытащил И. на улицу, то он нанес И. удар головой в область левой брови. В тот момент, когда он оббежал автомобиль, он начал отталкивать мужчину от И пытался его успокоить. При этом, водитель автомобиля марки <данные изъяты> продолжал высказывать матерные оскорбления в адрес И. Буквально через 5 минут водитель автомобиля марки <данные изъяты> успокоился, потасовка закончилась, в это время из автомобиля вышла Ш, после чего, он сказал ей идти в <данные изъяты>. Далее, он позвонил в дежурную часть <данные изъяты> и доложил о случившемся, также попросил вызвать экипаж ГИБДД. Кроме того, он позвонил – И, который в скором времени подошел к ним совместно с К, они являются участковыми уполномоченными полиции. Далее, у них состоялся разговор с водителем автомобиля марки <данные изъяты>, последний начал спрашивать: «Ну что расход», на что он ему ответил «Нет, будем дожидаться сотрудников ГИБДД». Кроме того, было заметно, что водитель автомобиля марки <данные изъяты> находится в состоянии алкогольного опьянения, так как от него исходил сильный запах алкоголя, была неустойчивая походка. Далее, они все проследовали к автомобилю марки <данные изъяты>, в это время из указанного автомобиля с переднего пассажирского сидения вышла женщина. После чего, они стояли и ожидали экипаж ГИБДД, к этому времени конфликтов уже не происходило. Приехали сотрудники ГИБДД, нашли понятых и в их присутствии освидетельствовали водителя автомобиля марки <данные изъяты> на состояние алкогольного опьянения. После чего, они проследовали в <данные изъяты> (том №, л.д. №).

Свидетель Ш, допрошенная в судебном заседании (при рассмотрении уголовного дела до момента возвращения его прокурору для устранения недостатков), чьи показания оглашались (путем прослушивания аудиопротокола судебного заседания) по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, показала, что работает участковым уполномоченным полиции отдела полиции <данные изъяты>. /дата/ около 19 часов она, И, Б с <адрес> на личном автомобиле И черного цвета поехали в отдел полиции №. Она располагалась сзади на сиденье справой стороны, Б сидел спереди на пассажирском сиденье справа, И был за рулем слева. Стекла автомобиля не тонированы. В указанное время все находились на службе в форменном обмундировании (темно-синего цвета, с погонами, шевронами на бушлате (куртка объёмная, без капюшона, с темно-синем меховым воротником), шапка), был прием граждан. Доехав до отдела, почти все парковки были заняты, одно место было свободное, но И его проехал, после он хотел развернуться. Между домами № и № по <адрес> И хотел сделать разворот и выехать на дорогу, в этот момент Давыдов двигался на автомобиле с <адрес>, но они его не видели, так как фары у него были выключены. Она увидела его только, когда Давыдов съехал с дороги на тротуар в сугроб. И не успел еще выехать на дорогу, он только развернулся, стоял передом. При каких обстоятельствах Давыдов въехал в сугроб пояснить не может, так как было темно. Какое было освещение, пояснить не может. На дороге был снег. На каком расстоянии от них находился Давыдов, сказать не может. Нарушались ли И ПДД, сказать не может, так как она не водитель. Включал ли он поворотник, не помнит. После И остановился, все сидели в машине. И снял ремень безопасности, поставил машину на «ручник», так как хотел выйти к автомобилю. Давыдов подошел к автомобилю И со стороны водительского места, открыл дверь, что-то грубо сказал нецензурной бранью (смысл сказанного, что его подрезали) и начал наносить удары И в область головы кулаком. В руках у Давыдова ничего не было. Количество ударов не помнит, может два-три. Она в этот момент сидела, не вмешивалась. Б защищал И сидя рядом, говорил Давыдову, что все сотрудники. Считает, что Давыдов, когда открыл дверь автомобиля, мог видеть, что все сотрудники полиции, хоть на улице было темно, но в машине был свет, мог видеть, что И был в форме. Тем более все говорили, что сотрудники. От Давыдова пахло алкоголем. После Давыдов вытащил И из машины и у них началась «потасовка» Давыдов наносил удары И, что-то высказывал. Она осталась в машине, Б вышел из машины, начал оттаскивать Давыдова от И. Что происходило на улице, она видела плохо, так как находилась в машине. Не сразу, но Давыдова с И удалось разнять. После она вышла из автомобиля, И и Давыдов собирали документы И, так как все разлетелось. Давыдов в этот момент извинялся, говорил, давайте все урегулируем, мирно решим. После подошли ее коллеги К и И Все уже успокоились. Давыдова доставили в отдел полиции в дежурную часть. У И телесных повреждений от ударов не видела. Ей известно, что он обратился в больницу на <адрес>, чтобы снять телесные повреждения. Давыдов выражался нецензурной бранью в адрес И в связи с дорожным происшествием, что произошло. Когда все происходило в машине, то были только они втроем, посторонних лиц не было; на улице были ее коллеги, был мужчина. Давыдов на улице выражался не конкретно в сторону И, просто. Удары Давыдовым И были нанесены, по ее мнению, в связи с дорожным происшествием.

Свидетель Ш, допрошенная на предварительном следствии, чьи показания оглашались по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, показала, что состоит в должности старшего участкового уполномоченного полиции <данные изъяты>. В ее должностные обязанности входит: выявление и пресечение административных правонарушений, работа с гражданами. /дата/ она находилась в участковом пункте полиции <данные изъяты> расположенном по адресу: <адрес>, также, с ней в участковом пункте находились И. и Б Около 19 часов 00 минут они втроем сели в личный автомобиль И марки <данные изъяты> в кузове черного цвета. И. сел на водительское сидение, на переднее пассажирское сидение сел Б, а она села на заднее сидение. На автомобиле они проследовали в <данные изъяты>, чтобы сдать табельное оружие. Около 19 часов 20 минут они двигались по <адрес> в сторону <адрес> участке местности во дворе между домами № и № по <адрес>, И начал совершать разворот, чтобы припарковаться в парковочном кармане, расположенном напротив <данные изъяты>. Когда И совершил разворот во дворе между указанными домами и собирался заехать на проезжую часть, в этот время по проезжей части двигался автомобиль марки <данные изъяты> в кузове белого цвета, автомобиль двигался по <адрес> в сторону <адрес>, который съехал с проезжей части в противоположную от них сторону и въехал в сугроб. При этом, когда И. совершал разворот, указанный автомобиль видно не было, поскольку все происходило в темное время суток, а указанный автомобиль ехал с выключенными фарами. Когда они заметили, что автомобиль марки «<данные изъяты> въехал в сугроб, то И. остановился и начал переключать коробку передач на режим парковки. В то время пока И. разбирался с коробкой передач, мужчина, являющийся водителем автомобиля марки <данные изъяты>, вышел из своего автомобиля, подошел к автомобилю И., открыл водительскую дверь и сразу же начал наносить удары И а именно нанес удар в область левого уха, при этом, высказывал в адрес И. матерные оскорбления. После нанесенного удара, водитель автомобиля марки <данные изъяты>» схватил за бушлат И. и вытащил последнего из автомобиля на улицу. На улице водитель <данные изъяты> продолжил высказывать матерные оскорбления в адрес И. При этом, они все трое были одеты в форменное обмундирование, однако, видеокамера «Дозор» у нее отсутствовала. Кроме того, когда водитель автомобиля марки <данные изъяты> нанес первый удар, они сказали ему, что являются сотрудниками полиции, но водитель автомобиля <данные изъяты> проигнорировал это. Также, когда водитель автомобиля марки «<данные изъяты>» вытащил И. на улицу, то из автомобиля сразу же вышел Б, она осталась находиться в автомобиле. Когда Б вышел он пытался успокоить водителя автомобиля марки <данные изъяты>, начал его отталкивать от И. Когда Б отталкивал водителя автомобиля марки <данные изъяты>, последний продолжал высказывать матерные оскорбления в адрес И. Буквально минут через 5 водитель автомобиля марки <данные изъяты> успокоился, потасовка закончилась, и она вышла из автомобиля. Водитель автомобиля марки <данные изъяты> говорил: «Давайте договоримся мирным путем», также начал утверждать, что он является сотрудником полиции, также, в это же время, из автомобиля марки <данные изъяты> с переднего пассажирского сидения вышла женщина. Кроме того, в момент, когда она вышла из автомобиля, к ним подошли их коллеги - К и И. Она заметила, что водитель автомобиля марки <данные изъяты>» находился в алкогольном опьянении, от него исходил сильный запах алкоголя, была невнятная речь. После чего, Б сказал ей «можешь идти в отдел разоружаться, мы останемся здесь», после этого, она прошла в <данные изъяты>, сдала табельное оружие и направилась домой (том №, л.д. №).

Оглашенные показания свидетель Ш в судебном заседании (при рассмотрении уголовного дела до момента возвращения его прокурору для устранения недостатков), чьи показания оглашались (путем прослушивания аудиопротокола судебного заседания) по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, подтвердила, пояснила, что показания изложены верно, сейчас уже прошло много времени, что-то забыла. Давыдов как открыл дверь автомобиля, наносил удары и выражался нецензурно одновременно. Как Давыдов вытащил И из салона автомобиля, то продолжил его оскорблять.

Свидетель Б, допрошенная на предварительном следствии, чьи показания оглашались по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, показала, что /дата/ она совместно с Давыдовым А.В. (сожитель) находилась на похоронах его сослуживца в <адрес>, где на поминках выпили. После, поскольку негде было переночевать и в связи с отсутствием денежных средств, они решили поехать домой на автомобиле марки <данные изъяты> в кузове белого цвета. Также с ними в автомобиле поехал их знакомый – Д. /дата/ около 19 часов 20 минут они двигались по <адрес> в сторону <адрес>, почти подъехав к дому Д, где планировали переночевать, со стороны <адрес> задним ходом на проезжую часть начал выезжать автомобиль марки <данные изъяты> в кузове черного цвета, в связи с чем А, чтобы избежать столкновения с указанным автомобилем, вывернул руль в левую сторону и съехал с проезжей части в сугроб. А вышел из автомобиля и ушел, а она и Д остались в автомобиле. Минуты через 3 она увидела, что из автомобиля <данные изъяты> вышло много людей, одетые в форменную одежду сотрудников полиции. Далее, сотрудники полиции и А подошли к багажнику их автомобиля, она приоткрыла пассажирскую дверь и выглянула. При этом, она не видела - наносил ли А в период всего времени кому-то удары, так как осталась сидеть в автомобиле, по этой же причине, она не слышала, чтобы А высказывал в адрес сотрудников полиции матерные оскорбления. Когда она выглянула, то увидела 4 мужчин, одетых в форменное обмундирование сотрудников полиции, они разговаривали с А, не слышала их разговор. Чуть позже, она выходила из автомобиля покурить, тогда она услышала, что кто-то из сотрудников полиции сказал, что вызывает сотрудников ГИБДД, на что А ответил - вызывайте. Через 15 минут приехали сотрудники ГИБДД, А проследовал в автомобиль сотрудников ГИБДД, где ему проводили освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, оформляли какие-то документы. Сотрудники ГИБДД доставили А в <данные изъяты>, а также сотрудник ГИБДД отогнал их автомобиль на территорию <данные изъяты> (том №, л.д. №).

Свидетель Д, допрошенный на предварительном следствии, чьи показания оглашались по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, показал, что /дата/ он совместно с Давыдовым А.В. и Б поехали на похороны сослуживца А в <адрес>. В ходе похорон он выпил алкоголь, а поскольку им негде было переночевать, А сел за руль автомобиля марки <данные изъяты> в кузове белого цвета, и они поехали к нему домой. В связи с тем, что он выпил, то в дороге он заснул на заднем сидение автомобиля. Проснулся, когда его разбудила М и попросила у него документы на автомобиль марки <данные изъяты>, так как они находились у него в кармане куртки. Он увидел несколько сотрудников полиции, они были одеты в форменное обмундирование. Он вышел из автомобиля, спросил у сотрудников «что случилось», на что они ответили, что «Твой друг ехал по дороге и чуть не въехал в автомобиль сотрудников». Рядом с сотрудниками находился А, а М сидела в автомобиле. Далее, приехали сотрудники ГИБДД, А проследовал в автомобиль сотрудников ГИБДД, где ему проводили освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, оформляли какие-то документы. После чего, сотрудники ГИБДД доставили А в <данные изъяты>, а также сотрудник ГИБДД отогнал их автомобиль на территорию <данные изъяты>. Наносил ли А кому-то удары ему неизвестно, так как он в это время спал на заднем сидение автомобиля. По этой же причине, ему неизвестно выражался ли А в адрес сотрудников полиции матерными оскорбления (том №, л.д. №).

Свидетель Д, допрошенный в судебном заседании (при рассмотрении уголовного дела до момента возвращения его прокурору для устранения недостатков), чьи показания оглашались (путем прослушивания аудиопротокола судебного заседания по ходатайству защитника с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, показал, что в седьмом часу вечера /дата/ он находился на проезжей части между домом № и № по <адрес>, где выезжал автомобиль <данные изъяты> (потерпевшего) между указанными домами. После он увидел момент, как ни столкнулись данный автомобиль, выехавший примерно на 1,5 метра проезжей части, и автомобиль подсудимого Давыдова – <данные изъяты>, который ехал по <адрес> не горел левый крайний габарит, света фар на снегу от данного автомобиля он не видел. У <данные изъяты> горели фары, были тонированы передние стекла. <данные изъяты> занял всю полосу и <данные изъяты> выбора не было, поэтому он выехал на тротуар в сугроб. Скорость у <данные изъяты> была 40-50 км/ч, дорога была не чищена. <данные изъяты> не мог увидеть <данные изъяты> так как в районе <адрес> было насыпано много снега, стояли скульптуры. Давыдов вышел из машины, он предположил, что Давыдов не ожидал такого, подбежал к машине потерпевшего, открыл дверь, потерпевший вышел. Давыдов взял его за «грудки» и два раза ударил по голове руке – кулаком, в это время кричал типо «что творите?», после с применением нецензурных слов конкретно самого случая – возникшей ситуации, но не к конкретно к кому-то. Выбежал сотрудник, который сидел на переднем пассажирском сиденье <данные изъяты>, оттащили Давыдова. Все это он видел с расстояния 40 метров. Изначально не видел, что потерпевший сотрудник полиции, бушлат был расстегнут. После, когда подошел, увидел, что это сотрудник. От сотрудников ДПС, после освидетельствования, узнал, что Давыдов в состоянии алкогольного опьянения был, сам этого не замечал, запаха алкоголя не чувствовал. Само место освещалось, был фонарь, но не слишком ярко. Правилами ПДД, если проезжая часть освещена достаточно, то можно без включенных габаритов, при других условиях, нет.

Свидетель Д, допрошенный на предварительном следствии, чьи показания оглашались с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, показал, что /дата/ около 19 часов 20 минут он находился вблизи <адрес>, а именно на перекрестке улиц <адрес> и <адрес>. В это же время по проезжей части по <адрес> в сторону <адрес> двигался автомобиль марки <данные изъяты> в кузове белого цвета с выключенными фарами, со стороны <адрес> на проезжую часть выезжал автомобиль марки <данные изъяты> в кузове черного цвета. Поскольку автомобиль марки <данные изъяты> в кузове белого цвета двигался на высокой скорости, то он резко съехал с проезжей части и врезался в сугроб. Тогда автомобиль марки <данные изъяты>» также остановился. После чего, водитель автомобиля марки «<данные изъяты> вышел из своего автомобиля, подошел к автомобилю марки <данные изъяты>, открыл водительскую дверь и начал наносить удары водителю автомобиля марки <данные изъяты>. Водитель автомобиля марки <данные изъяты> вышел из автомобиля, он заметил, что водитель был одет в форменное обмундирование сотрудников полиции. Далее, водитель автомобиля марки <данные изъяты> схватил за бушлат сотрудника полиции и продолжил наносить ему удары, нанес около 3 ударов в левую область головы, а также нанес около 3 ударов в правую область головы. Во время нанесения ударов он в адрес сотрудника полиции выражал матерные оскорбления. После чего, он также подошел к ним, чтобы оттолкнуть мужчину от сотрудника полиции, в это же время, из автомобиля марки <данные изъяты> с переднего пассажирского сидения вышел еще один мужчина, одетый в форменное обмундирование сотрудника полиции, и начал отталкивать водителя автомобиля марки <данные изъяты>. Далее, водитель автомобиля марки <данные изъяты> перестал наносить удары сотруднику полиции, но продолжал высказывать матерные оскорбления, продолжался словесный конфликт. Далее, из <данные изъяты> подошли еще двое мужчин, одетые в форменное обмундирование сотрудников полиции. Кроме того, он заметил, что водителя автомобиля марки <данные изъяты> находился в состоянии алкогольного опьянения, у него была невнятная речь, также от него исходил сильный запах алкоголя. Далее, сотрудник полиции, которому наносились удары, сообщил водителю автомобиля марки <данные изъяты>, что сейчас вызовет сотрудников ГИБДД с целью фиксации, что тот находился в состоянии алкогольного опьянения за рулем. Далее, из автомобиля марки <данные изъяты> из заднего сидения вышла девушка, одетая в форменное обмундирование сотрудника полиции, которая направилась в <данные изъяты>. Чуть позже, из автомобиля марки <данные изъяты> с переднего пассажирского сидения вышла женщина и начала выражаться в адрес сотрудников полиции матерными оскорблениями, а именно: «Сотрудники полиции не люди, а (нецензурное слово)», также говорила, что завтра всех сотрудников полиции уволят и они будут подметать улицы. Далее, приехали сотрудники ГИБДД, которые провели водителю автомобиля марки <данные изъяты> освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. После чего, сотрудники ГИБДД доставили его в <данные изъяты>, также отогнали на территорию <данные изъяты> автомобиль марки <данные изъяты>» (том №, л.д. №).

Оглашенные показания свидетель Д в судебном заседании (при рассмотрении уголовного дела до момента возвращения его прокурору для устранения недостатков), чьи показания оглашались (путем прослушивания аудиопротокола судебного заседания) по ходатайству защитника с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, показал, что показания давал, не согласен в части того, что говорил следователю, что Давыдов был выпивший, об этом узнал лишь, когда ему было проведено освидетельствование, также не согласен с количеством нанесенных ударов, он сказал следователю, что видел два удара, а именно видел, как Давыдов открыл дверь, полез к потерпевшему, потянул его на себя, тот вышел из автомобиля, Давыдов взял его за бушлат, начал его трясти, два раза ударил его кулаком по голове, потом он уже к нему подбежал и с другим сотрудником полиции оттащил Давыдова, а также как Давыдов говорил: «Вы что не видите? Слепые?». Что именно происходило в машине, не видел, этого следователю не говорил. Относительно остальных ударов и нецензурных выражений пояснил, что Давыдов ударил потерпевшего два раза правой рукой в левую сторону головы, держась за бушлат, потом подбежал сотрудник полиции, нецензурная брань была. Следователю давал показания в общем. Протокол полностью не читал, возможность прочитать протокол была, но не было времени, доверился сотруднику, давление никто не оказывал. Количество ударов не подтверждает, не подтверждает оскорбления в адрес сотрудника, на личность Давыдов не переходил, он говорил все в общем сотрудникам полиции, не подтверждает, что говорил, что Давыдов находился в состоянии алкогольного опьянения, и что Давыдов ехал с большой скоростью. Почему так написано в протоколе, не знает, говорил следователю, тот записывал. Относительно ситуации также пояснил, что Давыдов съехал в сугроб, чтобы избежать столкновения с автомобилем потерпевшего.

Вина подсудимого Давыдова А.В. в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, кроме показаний потерпевшего и свидетелей также подтверждается:

- карточкой вызова от /дата/, согласно которой по адресу: <адрес>, задержан гражданин в алкогольном опьянении за рулем автомобиля <данные изъяты>, г/н №, который нанес телесные повреждения сотруднику полиции (том №, л.д. №);

- справкой из медицинского учреждения от /дата/, согласно которой у И. установлен диагноз: ушибы мягких тканей лица (том №, л.д. №

- протоколом осмотра места происшествия от /дата/ с фототаблицей, согласно которому осмотрен участок местности (координаты №) вблизи <адрес> (том №, л.д. №);

- заключением эксперта № от /дата/, согласно которому у И. имелись телесные повреждения в виде ушиба мягких тканей волосистой части головы (височной слева) в виде отека мягких тканей и болевого синдрома, ушиб мягких тканей лобной области (надбровной) слева в виде отека мягких тканей и болевого синдрома, внутрикожное кровоизлияние на лице (справа), которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (п.9 II раздела «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» - Приложение к приказу МЗ и СР ФЗ от 24.04.08г. №194н.) (том №. 1, л.д. 44-46);

- ответом из <данные изъяты> от /дата/, согласно которому вышеуказанные телесные повреждения не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (п.6 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08.04.2025 № 172н);

- протоколом об административном правонарушении № № от /дата/, согласно которому установлено, что Давыдов А.В. управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, не имея прав управления транспортным средством (том №, л.д. №);

- протоколом отстранения от управления транспортным средством № от /дата/, согласно которому Давыдов А.В. отстранен от управления транспортным средством (том №, л.д. №);

- актом № от /дата/ освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, согласно которому у Давыдова А.В. установлено состояние опьянения (том №, л.д. №);

- постановлением <данные изъяты> об административном правонарушении от /дата/, согласно которому Давыдов А.В. признан виновным в совершении административного правонарушения по ч. 3 ст. 12.8 КоАП РФ (том №, л.д. №).

Оценив исследованные доказательства в их совокупности, а также каждое доказательство, представленное стороной обвинения, отдельно с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого Давыдова А.В. в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора.

Собранные по уголовному делу доказательства отвечают требованиям ч. 1 ст. 88 УПК РФ, и в своей совокупности являются достаточными для разрешения настоящего уголовного дела.

Суд признает право подсудимого Давыдова А.В. на защиту любым способом, в том числе и не признание вины.

Однако, оценивая в совокупности все доказательства, суд приходит к выводу о том, что выбранная подсудимым Давыдовым А.В. позиция не признания вины направлена на его желание избежать уголовной ответственности за содеянное, уменьшение своей роли при совершении данного преступления. Изложенная позиция подсудимого Давыдова А.В. в части противоречащей собранным по уголовному делу доказательствам, опровергается указанными выше доказательствами, представленными стороной обвинения.

К показаниям подсудимого Давыдова А.В., отрицающим свою причастность к преступлению, предусмотренному п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, суд относится критично, поскольку данные показания опровергаются показаниями потерпевшего, свидетелей, заключением эксперта, результатами проведенных следственных действий, документами.

Так, подсудимый Давыдов А.В. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, вину не признал, пояснил, что появление автомобиля И. на проезжей части для него было неожиданным, умысла на совершение противоправных действий в отношении последнего у него не имелось, осознав, что перед ним находится сотрудник полиции, его не оскорблял, в его адрес нецензурными словами не выражался.

К указанным показаниям подсудимого Давыдова А.В. (за исключением показании в части того, что Давыдов А.В. прекратил свои действий, осознав, что перед ним находится сотрудник полиции) суд относится критично и расценивает их как желание избежать уголовной ответственности за содеянное.

При этом суд принимает во внимание, что фактические обстоятельства (за исключением наличия умысла на совершение хулиганства) совершенного преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, подсудимым Давыдовым А.В. не оспаривается, последний в судебном заседании подробно изложил обстоятельства предшествующие возникшему конфликту с И, применение к нему насилия (нанесения ударов кулаком по голове и головой по брови), наличие людей, видевших происходящие.

При этом суд учитывает, что подсудимый Давыдов А.В. давал указанные показания в судебном заседании в присутствии защитника - адвоката, являющегося гарантом соблюдения его прав, что исключает возможность оказания на него какого-либо воздействия.

Оснований не доверять показаниям Давыдова А.В., в части не противоречащей установленным по делу обстоятельствам, у суда не имеется, поскольку указанные показания согласуются с иными собранными по уголовному делу доказательствами.

Кроме того, фактические обстоятельства совершенного Давыдовым А.В. преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, подтверждены показаниями самого потерпевшего И., который подробно показал об обстоятельствах нападения на него /дата/ Давыдова А.В., количество и локализацию нанесенных им ударов; свидетелей Б, Ш, Д (на стадии предварительного следствия и в судебном заседании, не противоречащим собранным по делу доказательствам), являющихся непосредственными очевидцами совершенного преступления, которые показали о том, как Давыдов А.В. наносил удары И.; свидетелей Б, Д, которые находились на месте событий и наблюдали за происходящим из припаркованного рядом автомобиля, на котором приехали к месту под управлением Давыдова А.В., а также подтвердили нахождение последнего в состоянии алкогольного опьянения.

Оснований не доверять вышеуказанным показаниям потерпевшего И. и вышеуказанных свидетелей у суда не имеется, поскольку данные показания согласуются с иными собранными доказательствами по делу. Оснований для оговора подсудимого Давыдова А.В. потерпевшим и свидетелями, судом не установлено, кроме того, суд также принимает то обстоятельство, что они перед дачей показаний следователем и судом предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

К показаниям свидетеля Д, данными им в судебном заседании, в части отрицания своих показаний относительно нанесения Давыдовым А.В. ударов И. в момент нахождения последнего в салоне автомобиля, суд относится критично, поскольку данные показания не согласуются с показаниями иных свидетелей, а также показаниями самого подсудимого. Суд считает, что на момент допроса Д в качестве свидетеля на стадии предварительного следствия, последний помнил обстоятельства лучше, чем при его допросе в судебном заседании. При этом суд отмечает, что согласно протокола допроса Д в период и после проведенного с его участием следственного действия, последний замечаний не высказывал, с протоколом знакомился путем личного прочтения, свои показания в дальнейшем заверил своей подписью, показания давал добровольно, давление на него не оказывалось.

Как следует из положений п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 45 от 15.11.2007 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений» хулиганство квалифицируется по п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, если грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождалось применением в отношении одного или нескольких граждан насилия либо угрозой его применения.

Под применением насилия как признаком хулиганства следует понимать нанесение побоев или совершение иных умышленных насильственных действий, соединенных с причинением потерпевшему физической боли, включая единичные удары, либо с ограничением его свободы (например, путем связывания, воспрепятствования выходу из помещения), не повлекших причинения вреда здоровью, а также умышленное причинение вреда здоровью потерпевшего.

При решении вопроса о наличии в действиях подсудимого Давыдова А.В. грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, суд учитывает способ, время, место его совершения, а также другие обстоятельства совершенного преступления. При этом суд принимает во внимание, что указанные действия могут быть совершены, в том числе, в отношении конкретного человека.

Так, исходя из показаний потерпевшего И., свидетелей, результатов осмотра места происшествия, в ходе которого установлено, что место нападения на И. совершено возле отдела полиции, вблизи жилых домов и проезжей части дороги, принимая во внимание, что к месту совершения хулиганства могут относятся как места значительного скопления граждан (улицы, площади, парки, стадионы, транспорт), а также любые места, свободные для доступа неопределенного круга лиц, в которых могут находиться люди (подъезды, пешеходные переходы, остановки, торговые центры, залы ожидания и другие), суд приходит к выводу, что преступление совершено в общественном месте. При этом суд учитывает, что в момент совершения Давыдовым А.В. указанного преступления в отношении И А.А. на месте находились люди, которые наблюдали происходящие события, в том числе не являющиеся сотрудниками полиции.

Исходя из исследованных доказательств в судебном заседании, свидетельствующих о целенаправленности действий подсудимого Давыдова А.В. в отношении И., судом установлено, что указанное преступление Давыдовым А.В. совершенно умышлено, последний осознавал, что им грубо нарушается общественный порядок, что он проявляет явное неуважение к обществу, выражающееся в умышленном нарушении общепризнанных норм и правил поведения, продиктованном желанием подсудимого противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним. Нападение на ранее ему незнакомого И. носило беспричинный характер, возникшая дорожно – транспортная обстановка, могла быть разрешена иным путем, не нарушающим общественный порядок.

При этом суд отмечает, что в своих показаниях подсудимый Давыдов А.В., данных им в судебном заседании, не отрицает фактических обстоятельств нападения на И., применения к нему насилие.

Указанные показания подсудимого Давыдова А.В. суд принимает за основу, поскольку данные показания согласуются с иными доказательствами по делу, оснований не доверять им у суда не имеется.

Таким образом, подсудимый Давыдов А.В. грубо нарушил общественный порядок, напав без какого – либо значительного повода в месте, которое общедоступно для других лиц, на ранее незнакомого ему И.

При этом судом установлено, что Давыдов А.В. в силу своего возраста, наличия образования, знаком с правилами поведения, общежития, продиктованными нормами морали и закона, однако, несмотря на правильную ориентацию в окружающей обстановке, осознание фактического характера совершаемых им действий и общественной опасность своих действий, умышленно, целенаправленно совершил действия, направленные против личности человека, грубо нарушив установленный общественный порядок, тем самым проявил явное неуважение к обществу.

Квалифицирующий признак «совершенное с применением насилия к гражданам» нашел свое подтверждения.

Согласно п. 1 (1) Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 45 от 15.11.2007 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений» под применением насилия как признаком хулиганства следует понимать нанесение побоев или совершение иных умышленных насильственных действий, соединенных с причинением потерпевшему физической боли, включая единичные удары, либо с ограничением его свободы (например, путем связывания, воспрепятствования выходу из помещения), не повлекших причинения вреда здоровью, а также умышленное причинение вреда здоровью потерпевшего.

Как отмечено выше, заключением эксперта подтверждено наличие причинения И телесных повреждений в виде ушиба мягких тканей волосистой части головы (височной слева) в виде отека мягких тканей и болевого синдрома, ушиба мягких тканей лобной области (надбровной) слева в виде отека мягких тканей и болевого синдрома, внутрикожное кровоизлияние на лице (справа), которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

С учетом изложенного, действия подсудимого Давыдова А.В. суд квалифицирует по п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ – хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением насилия к гражданам.

Также суд считает возможным устранить описку, допущенную органом предварительного следствия, в четвертом абзаце предъявленного обвинения по п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ в указании отчества подсудимого, что подтверждается материалами уголовного дела. Устранение данной описки не влечет изменения обвинения и не влияет на его существо.

Кроме того, органом предварительного следствия Давыдов А.В. обвиняется в том, что в соответствии с выпиской из приказа начальника управления МВД России по городу Новосибирску № от /дата/ И. назначен на должность <данные изъяты> с /дата/.

В своей деятельности участковый уполномоченный полиции И. руководствуется Конституцией Российской Федерации, Федеральными конституционными законами, Федеральным законом от 24 июня 1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»; Федеральным законом от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», Федеральным законом от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», Федеральным законом от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»; Федеральный закон от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»; Указом президента РФ от 14.10.2012 г. № 1377 «О дисциплинарном уставе ОВД РФ», Постановлением Правительства РФ от 14.10.2012 г. №621 «Об утверждении положения о совмещении обязанностей на службе в органах внутренних дел Российской Федерации», нормативными правовыми актами МВД России, а также иными нормативными актами, регулирующими вопросы деятельности полиции, а также правоотношения, связанные с прохождением службы в органах внутренних дел, международными договорами Российской Федерации, должностной инструкции.

В соответствии с п.п. 3.4, 3.5, 3.6, 3.7, 3.8, 3.9, 3.10, должностной инструкцией участкового уполномоченного полиции, утвержденной /дата/ начальником <данные изъяты>, И имеет следующие обязанности: осуществлять профилактический обход административного участка ежедневно во время исполнения служебных обязанностей в соответствии с графиком несения службы, а также с учетом складывающейся оперативной обстановки, с проведением мероприятий профилактического характера; принимать исходя из выявленных причин и условий меры, направленные на предупреждение и пресечение преступлений и иных правонарушений, выявление и раскрытие преступлений, осуществлять производство по делам об административных правонарушениях; осуществлять в пределах компетенции превентивные меры по снижению риска совершения преступлений лицами, имеющими непогашенную (не снятую) судимость, а также бытовых преступлений; проводить в установленном порядке индивидуальную профилактическую работу с лицами, состоящими на профилактическом учете, в целях предупреждения совершения ими преступлений и административных правонарушений; осуществлять прием граждан в помещении участкового пункта полиции в установленное время при несении службы на обслуживаемом административном участке; по письменному поручению руководителя рассматривать зарегистрированные в установленном порядке обращения (заявления, сообщения) граждан, относящиеся к его компетенции. Полученные обращения непосредственно от граждан, передавать в дежурную часть территориального органа для их регистрации в книге учета заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях; участвовать во установленном порядке на обслуживаемом административном участке в мероприятиях по профилактике правонарушений в жилом секторе, в том числе в осуществлении контроля за поведением: осужденных за совершение преступления, которым назначено наказание, не связанное с лишением свободы, или наказание в виде лишения свободы условно; несовершеннолетних, родителей или иных законных представителей несовершеннолетних, состоящих на учете в подразделении е по делам несовершеннолетних территориального органа.

Таким образом, И. в силу занимаемой должности участкового уполномоченного полиции является должностным лицом правоохранительного органа – отдела полиции № «Октябрьский» УМВД России по <адрес>, то есть представителем власти, наделенным в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, а также правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами.

/дата/ около 19 часов 20 минут, более точное время не установлено, И., будучи в форменном обмундировании, на своем личном автомобиле марки «<данные изъяты> с государственным регистрационным знаком №, двигался из участкового пункта полиции <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, в отдел полиции <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес>, с целью передачи полученных обращений граждан в дежурную часть <данные изъяты>, для их регистрации в книге учета заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях. В это время по проезжей части по <адрес> в сторону <адрес>, позади личного автомобиля И двигался на личном автомобиле марки <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком № Давыдов А.В. Далее, вблизи <адрес>, участковый уполномоченный полиции И. включил поворотник, сигнализирующий о его намерении приступить к совершению маневра-разворота, в этот момент Давыдов А.В. не соблюдая должную дистанцию между автомобилями, нарушая тем самым п. 9.10 Постановления Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 «О Правилах дорожного движения», будучи убежденным в неизбежности дорожно-транспортного происшествия, выехал с проезжей части и въехал в сугроб, в этот момент И совершил остановку своего автомобиля.

В указанный период времени, в указанном месте, Давыдов А.В., вышел из своего автомобиля, подошел к личному автомобилю И открыл водительскую дверь, увидел И. в форменном обмундирования сотрудника полиции, в этот момент у Давыдова А.В., будучи в состоянии алкогольного опьянения, сформировалось чувство неприязни к представителю власти – участковому уполномоченному полиции И., в связи с чем у Давыдова А.В. возник преступный умысел на публичное оскорбление представителя власти в лице И., находящегося при исполнении своих должностных обязанностей и в связи с их исполнением.

Реализуя задуманное, находясь в указанный период времени в указанном месте, Давыдов А.В. осознавая общественную опасность и преступный характер своих действий, понимая, что участковый уполномоченный полиции И является представителем власти, находящимся при исполнении своих должностных обязанностей, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде унижения чести и достоинства представителя власти, а также нарушения порядка деятельности органов государственной власти, умаления авторитета представителей власти и системы правопорядка в государстве, и желая их наступления, действуя умышленно, целенаправленно, в присутствии посторонних лиц – Д, Б, то есть публично, оскорбил представителя власти И. словами грубой нецензурной брани в неприличной форме, тем самым, унижая его честь и достоинство в связи с исполнением И. своих должностных обязанностей, нарушив порядок деятельности органов государственной власти, умаляя авторитет представителя власти и системы правопорядка в государстве.

Указанные действия Давыдова А.В. органом предварительного следствия квалифицированы по ст. 319 УК РФ, как публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей и в связи с их исполнением.

Указанная квалификация поддержана государственным обвинителем в судебном заседании.

В обоснование виновности подсудимого Давыдова А.В. в совершении указанного выше преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, стороной обвинения представлены показания потерпевшего, свидетелей и письменные доказательства, приведенные выше (то есть доказательства, являющиеся доказательствами виновности Давыдова А.В. в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ), а также выписка из приказа №с от /дата/, выписка из приказа № от /дата/, должностной регламент <данные изъяты> (том №, л.д. №).

Вышеизложенные доказательства исследованы в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела.

В силу ч. 3 ст. 240 УПК РФ приговор может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, в связи с чем при постановлении настоящего приговора суд принимает во внимание лишь те имеющиеся в уголовном деле материалы, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании.

В соответствии со ст. 15 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности сторон. Каждая из сторон самостоятельно определяет, какие доказательства и в каком объёме следует представить суду.

В ходе судебного разбирательства ни одна из сторон не заявляла о неполноте исследования доказательств и не ходатайствовала об исследовании судом каких-либо иных материалов, за исключением выше представленных, в том числе перед окончанием судебного следствия стороны заявили об отсутствии у них дополнений и ходатайств о дополнении судебного следствия.

Согласно положениям ст.ст. 73 и 74 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию, в том числе виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы, которые устанавливаются на основании всех доказательств.

В силу ст.ст. 87, 88, ч.2 ст. 17 УПК РФ проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, собранные доказательства оцениваются в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

В соответствии с ч.3 ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого.

Согласно ч.4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Вместе с тем, проверив все представленные сторонами доказательства, сопоставив их между собой и оценив их в совокупности, суд приходит к убеждению, что эти доказательства, как каждое в отдельности, так и все они в совокупности, не подтверждают наличие в действиях подсудимого Давыдова А.В. состава преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ.

Так согласно статье 319 УК РФ уголовная ответственность наступает за публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей или в связи с их исполнением.

С учетом того, что статьей 319 УК РФ предусмотрена ответственность за преступления в отношении, в том числе сотрудника правоохранительного органа, суду при квалификации преступлений по данной статье необходимо установить, сотрудником, должностным лицом какого именно правоохранительного, контролирующего или иного органа являлся потерпевший либо в каком именно государственном органе или организации он проходил военную службу, содержание его полномочий, а также обстоятельства, подтверждающие, что потерпевший являлся близким сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего, должностного лица соответствующего правоохранительного, контролирующего или иного органа (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от /дата/ № «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 317, 318, 319 Уголовного кодекса Российской Федерации»).

Материалами уголовного дела, представленными стороной обвинения, установлено, что И. на основании приказа начальника Управления МВД по городу Новосибирску № от /дата/ назначен на должность <данные изъяты>, приказом начальника Управления МВД по городу Новосибирску №с от /дата/ ему присвоено звание <данные изъяты>.

На момент инкриминируемого Давыдову А.В. деяния, предусмотренного ст. 319 УК РФ, то есть около 19 часов 20 минут (после окончания рабочего времени) /дата/ И. находился в форменном обмундировании сотрудника полиции, и на принадлежащем ему личном автомобиле со своими коллегами следовал из участкового пункта полиции <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, в отдел полиции <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес>, о чем следуют показания самого И., допрошенного в качестве потерпевшего, свидетелей Б, Ш, которые находились с И. в салоне автомобиля под управлением последнего.

Нахождение на службе в указанных день в период с 10 часов 00 минут по 19 часов 00 минут И подтверждается ответом на судебный запрос из отдела полиции <данные изъяты>, а также наличия у него ненормированного рабочего дня, в который входит в том числе дорога от дома до работы и обратно.

Нахождение в форменном обмундировании И. в указанное время подтверждается показаниями допрошенных по делу свидетелей, не отрицается самим подсудимым Давыдовым А.В., который только после произошедшего увидел, что перед ним находится сотрудник полиции и прекратил свои действия.

Уголовно-наказуемое деяние, предусмотренное ст. 319 УК РФ, отнесено к преступлениям против государственной власти и порядка управления. Объектом данного преступления является нормальная деятельность государственной власти, ее авторитет в лице представителей власти, исполняющих свои должностные обязанности, а также охрана их чести и достоинства.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.06.2023 № 14 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 317, 318, 319 Уголовного кодекса Российской Федерации» закреплено, что судам следует иметь в виду, что по статье 319 УК РФ может быть квалифицировано только такое преступное деяние, которое совершено в связи с законным исполнением (публичное оскорбление по статье 319 УК РФ - также если оно совершено в ходе законного исполнения) представителем власти своих должностных обязанностей, когда представитель власти осуществлял должностные обязанности в установленном законом порядке и в пределах предоставленных ему полномочий.

При этом преступление, предусмотренное ст. 319 УК РФ, состоит в публичном унижении чести и достоинства представителя власти, затрагивающем его личностные и (или) профессиональные (служебные) качества, совершенном при исполнении или в связи с исполнением потерпевшим своих должностных обязанностей и выраженном в неприличной или в иной форме, унижающей честь и достоинство потерпевшего. Такое оскорбление может быть совершено посредством публичного высказывания в адрес потерпевшего ругательств либо размещения унижающих потерпевшего сведений в средствах массовой информации или в сети «Интернет» без ограничения доступа к соответствующим сведениям других лиц, а равно иных публичных действий, унижающих честь и достоинство потерпевшего (например, срывание форменного головного убора или погон), при условии, что они не причинили физическую боль либо вред его здоровью (п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.06.2023 № 14 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 317, 318, 319 Уголовного кодекса Российской Федерации»).

По смыслу ст.319 УК РФ оскорбление должно быть осуществлено в период исполнения представителем власти своих должностных обязанностей или в связи с их исполнением. Если деяние осуществляется за пределами указанных обстоятельств, оно подлежит квалификации по статьям УК РФ, устанавливающим ответственность за преступления против личности. Вместе с тем для состава оскорбления представителя власти не будет иметь значения мотивация оскорбления, если оно нанесено в период исполнения должностных обязанностей. Оскорбление в связи с исполнением должностных обязанностей означает наличие субъективной связи между действиями потерпевшего как представителя власти и нанесенным оскорблением. Такое оскорбление может быть, к примеру, местью за деятельность представителя власти, выражением недовольства такой деятельностью.

Субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, характеризуется прямым умыслом. Виновный сознает, что унижает честь и достоинство представителя власти, и желает этого. При нанесении оскорбления не в период исполнения потерпевшим должностных обязанностей обязательным признаком субъективной стороны состава преступления является его мотивация - связь с исполнением должностных обязанностей.

В судебном заседании установлено, что подсудимый Давыдов А.В. до произошедших событий не был знаком с потерпевшим И., не знал, что он является сотрудником полиции. И в свою очередь Давыдову А.В. не представлялся, служебное удостоверение не предъявлял, каких-либо действий с целью пресечения нарушения правил дорожного движения Давыдовым А.В. не предпринимал, оснований для вмешательства в личную жизнь Давыдова А.В. не имел. При этом суд отмечает, что И. по окончании рабочего дня с участкового пункта полиции следовал в отдел полиции на личном автомобиле, соответственно Давыдов А.В. не мог знать о том, что в салоне указанного автомобиля находится именно сотрудник полиции, в том числе находится ли он при исполнении своих служебных обязанностей или нет.

Кроме того, как установлено в судебном заседании, между подсудимым Давыдовым А.В. и потерпевшим И. конфликтная ситуация возникла в связи с дорожной обстановкой, а именно в связи с управлением автомобилями Давыдовым А.В. и И. и несогласием Давыдова А.В. с совершенным И маневром на проезжей части, что по мнению Давыдова А.В. создало опасную дорожно-транспортную ситуацию, близкую к дорожно-транспортному происшествию. В дальнейшем Давыдов А.В., желая разобраться в сложившейся ситуации, имея незначительный повод для конфликта, вышел из-за водительского сидения своего автомобиля, подошел к автомобилю И со стороны водительского сиденья, на котором располагался последний, открыл дверь и начал наносить удары рукой в область головы И., после чего нанес один удар своей головой в область левой брови И вышеуказанные действия составляют объективную сторону преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, которому судом дана оценка выше.

Высказывание Давыдовым А.В. нецензурных слов, в том числе в адрес И как следует из показаний самого подсудимого, и не отрицается потерпевшим и свидетелями, в период нанесения им телесных повреждений И было обусловлено той же дорожно-транспортной обстановкой, и не были обусловлены желанием Давыдова А.В. оскорбить И именно как сотрудника полиции, находящегося при исполнении им своих должностных обязанностей или в связи с их исполнением, тем самым унижая его честь и достоинство как представителя власти, указанные оскорбления не были связаны с исполнением И своих должностных обязанностей. При этом Давыдову А.В. не было известно, что перед ним находится сотрудник полиции.

Суд отмечает, что какой – либо связи между возникшей дорожно-транспортной ситуацией и исполнением обязанностей И. не имелось. В тексте предъявленного обвинения по ст. 319 УК РФ указано, что – «В указанный период времени, в указанном месте, Давыдов А.В. вышел из своего автомобиля, подошел к личному автомобилю И., открыл водительскую дверь, увидел И в форменном обмундирования сотрудника полиции, в этот момент у Давыдова А.В., возник преступный умысел на публичное оскорбление представителя власти в лице И находящегося при исполнении своих должностных обязанностей и в связи с их исполнением. Реализуя задуманное, находясь в указанный период времени в указанном месте, Давыдов А.В. в присутствии посторонних лиц – Д, Б, оскорбил представителя власти – И словами грубой нецензурной брани в неприличной форме»), то есть органом предварительного следствия вышеуказанные действия (оскорбление представителя власти) вменены Давыдову А.В. как совершенные одномоментно с применением к И. Давыдовым А.В. насилия (о чем в том числе в своих показаниях указывали свидетелит), которое квалифицировано по ст. 213 УК РФ (с указанной квалификаций действий Давыдова А.В. в части применения насилия к И. при нарушении общественного порядка, суд согласился и считает ее верной), что фактически исключает факт осведомленности Давыдова А.В. о том, что в указанный период времени перед ним находился сотрудник полиции.

При этом суд также отмечает, что из показаний как самого потерпевшего И так и свидетелей Ш, Д следует, что нецензурные слова Давыдов А.В. высказывал в адрес И в связи с произошедшими обстоятельствами на проезжей части (несогласие Давыдова А.В. с действиями И. как водителя, а ни как сотрудника полиции), свидетель Б, указанная в обвинение как лицо, в присутствии которого Давыдов А.В. оскорбил И., как следует из ее показаний, которым у суда не имеется оснований не доверять в указанной части, не слышала, что именно говорил Давыдов А.В., поскольку находилась в салоне автомобиля. Указанные показания стороной обвинения не опровергнуты.

Показания свидетеля Б в части того, что Давыдов А.В. оскорблял И. как сотрудника полиции, унижая его честь и достоинство, являются лишь его предположениями, поскольку в этих же показаниях сам Б не отрицал, что действия Давыдова А.В. были обусловлены тем, что последний считал, что в сложившейся дорожной ситуации виноват И.

При этом суд отмечает, что допрошенные на стадии предварительного следствия потерпевший И., свидетели Б, Ш, являющиеся сотрудниками полиции, не указывали относительно мотива оскорблений со стороны Давыдова А.В. в адрес И., а лишь просто констатировали факт произошедшего, после дорожно-транспортного происшествия.

В своих показаниях на стадии предварительного расследования свидетель Д также не указывал мотив высказывания Давыдовым А.В. оскорблений в адрес И он лишь указал о совершении вышеуказанных действий подсудимым, а при его допросе в судебном заседании пояснил, что применение нецензурных слов Давыдовым А.В. было в отношении возникшей ситуации.

В показаниях приведенных свидетелей и потерпевшего суд противоречий не находит, указанные показания дополняют друг друга.

Содержание оскорбительных выражений, высказанных Давыдовым А.В. в адрес И не указывают на то, что они связаны с исполнением И своих служебных обязанностей, а ровно на то, что они высказаны в связи с их исполнением.

О намерениях И пресечь противоправные действия Давыдова А.В. в части нарушения правил дорожного движения, как исполнениях им своих обязанностей или при их исполнении, кроме показаний самого И., доказательств тому стороной обвинения не представлено. Какие – либо действия со стороны И. в указанной части после возникшего намерения не последовали, об этом и не сообщают свидетели, которые находились вместе с ним в салоне автомобиля, о желании реализации своих намерений И никому из присутствующих не сообщал, не высказывал таких требований он и Давыдову А.В.

При этом суд принимает во внимание, что виновность подсудимого в совершении преступления должна подтверждаться совокупностью исследованных судом доказательств. Вместе с тем указанная совокупность по инкриминируемому преступлению Давыдову А.В., предусмотренному ст. 319 УК РФ, отсутствует.

Также суд отмечает, что показания подсудимого Давыдова А.В. в указанной части последовательные и подробные, не противоречат друг другу, на протяжении всего следствия не менялись. Стороной обвинения данные показания в части того, что Давыдову А.В. не было известно, что перед ним находится сотрудник полиции и оскорбления в его сторону он высказывал в связи со сложившейся дорожно-транспортной обстановкой, ничем не опровергнуты, предоставленными доказательствами его виновность в совершении данного преступления (ст. 319 УК РФ) не подтверждается.

Также суд отмечает, что Давыдов А.В. в своих показаниях не исключает факт, что кто-то из присутствующих в салоне автомобиля мог говорить о том, что перед ним находится сотрудник полиции, но в связи с имевшим место быть конфликтом, его эмоциональным состоянием, он этого не слышал. Вышеуказанные показания Давыдова А.В. стороной обвинения не опровергнуты.

В соответствии с п.3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в случае если в деянии подсудимого отсутствует состав преступления, постановляется оправдательный приговор. В результате за подсудимым должно быть признано право на реабилитацию.

Таким образом, Давыдова А.В. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, необходимо оправдать по п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

Оправдание Давыдова А.В. по указанному основанию означает признание подсудимым невиновным в инкриминируемом ему преступлении, предусмотренному ст. 319 УК РФ, и влечет за собой его право на реабилитацию в порядке, установленном главой 18 УПК РФ.

Решая вопрос о том, может ли Давыдов А.В. нести уголовную ответственность за совершенное преступление, предусмотренное п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, суд исходит из поведения подсудимого в ходе предварительного расследования и на стадии судебного следствия, где подсудимый вел себя адекватно, последовательно, целенаправленно, осознано, а также данных о личности (на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит и не состоял). Свою защиту подсудимый осуществлял активно, обдуманно и осознано, у суда не возникло сомнений в его психической полноценности.

Таким образом, в соответствии со ст. 19 УК РФ Давыдов А.В. как вменяемое лицо, подлежит ответственности за содеянное. Доказательств, опровергающих данные выводы суда, в материалах дела не содержится, в судебном заседании не представлено.

Оснований для прекращения уголовного дела и уголовного преследования, а также для постановления приговора без назначения наказания или освобождения от наказания по преступлению, предусмотренному п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, в судебном заседании не установлено.

При назначении Давыдову А.В. наказания за совершенное преступление, предусмотренное п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, суд руководствуется требованиями ч. 1 ст. 6 УК РФ, согласно которым наказание должно быть справедливым, соответствующим характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, требованиями ч. 2 ст. 43 УК РФ, согласно которой наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения им новых преступлений, требованиями правовой позиций Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в п. 1 постановления Пленума № 58 от 22.12.2015 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» об общих правилах назначения наказания и индивидуальном подходе к его назначению.

При определении вида и размера наказания суд учитывает все обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного Давыдовым А.В. преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, относящегося к преступлениям средней тяжести, требования ст.ст. 60, 61 УК РФ, роль и степень участия подсудимого в совершении данного преступления, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого, условия жизни его семьи, данные о личности подсудимого, который не судим, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит и не состоял, положительно характеризуется, обстоятельства смягчающие наказание и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

К обстоятельствам, смягчающим наказание Давыдова А.В. согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд признает состояние его здоровья, наличие государственной награды, полученной им до совершения преступления, наличие на иждивении несовершеннолетних детей, принесение извинений перед потерпевшим, раскаяние в содеянном.

Иных обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных ст. 61 УК РФ, а также оснований для признания каких-либо других обстоятельств, смягчающими наказание в отношении подсудимого суд не усматривает.

Обстоятельств, отягчающих наказание Давыдова А.В., согласно ст. 63 УК РФ, суд не усматривает.

Вопреки доводам государственного обвинителя, суд не находит оснований для признания в качестве отягчающего наказание обстоятельства, нахождение Давыдова А.В. в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя (ч. 1.1 ст. 63 УК РФ). Как следует из показаний подсудимого, данными им в ходе судебного заседания, возможно на такое поведение повлияло то, что он выпивал, будь трезв, скорее всего, такого бы не допустил, также на данную ситуация повлияло его душевное состояние (после похорон друга), считал, что потерпевший создал такую ситуацию, совокупность всех событий не позволила ему сдержать себя, все события помнит. То есть Давыдов А.В. изначально высказал свои предположения относительно влияния алкоголя. В дальнейшем Давыдов А.В. с уверенностью указал, что указанное поведение было обусловлено самой ситуацией, он не был сильно выпивший, алкоголь никак не повлиял на его поведение. Аналогичные показания Давыдов А.В. сообщил суду при его допросе до возращения уголовного дела прокурору (состояние опьянения не могло повлиять на произошедшие события, повлияла сама ситуация).

Суд также принимает во внимание, что исходя из результата освидетельствования Давыдова А.В. на момент совершения им преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, он находился в легкой степени алкогольного опьянения (0,329 мг/л – том №, л.д. № а также суд принимает во внимание сами обстоятельства совершенного преступления.

С учетом изложенного, данных о личности подсудимого Давыдова А.В. наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств по делу, конкретных обстоятельств совершения преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, а также действуя в целях исправления подсудимого, предупреждения совершения им новых преступлений, суд считает необходимым назначить Давыдову А.В. за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, наказание в виде обязательных работ, в пределах санкции ч. 1 ст. 213 УК РФ, поскольку иными, более мягкими мерами достижение предусмотренных ст. 43 УК РФ целей наказания, не возможно.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 49 УК РФ обязательные работы заключаются в выполнении осужденным в свободное от основной работы или учебы время бесплатных общественно полезных работ. Вид обязательных работ и объекты, на которых они отбываются, определяются органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительными инспекциями. Обязательные работы устанавливаются на срок от шестидесяти до четырехсот восьмидесяти часов и отбываются не свыше четырех часов в день.

Суд считает, что указанное наказание будет соответствовать задачам и принципам, закрепленным в ст.ст. 3-7 УК РФ, в том числе принципам справедливости и гуманизма, а также целям наказания, закрепленным в ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Суд не усматривает оснований для назначения Давыдову А.В. за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, более мягкого наказания в виде штрафа, так как полагает, что данный вид наказания не будет способствовать достижению целей наказания, а именно его исправлению, достижению социальной справедливости и предупреждению совершения им других преступлений, а также исходя из обстоятельств совершенного преступления и имущественного положения подсудимого.

Суд не усматривает в действиях и поведении подсудимого обстоятельств, позволяющих применить к нему правила ст. 64 УК РФ о назначении наказания ниже низшего предела или наказания более мягкого, чем предусмотрено частью 1 статьи 213 УК РФ, поскольку указанные выше смягчающие наказание обстоятельства, существенно не уменьшили степень общественной опасности совершенного преступления и не признаются судом исключительными.

Суд также, с учетом обстоятельств преступления и личности подсудимого, не усматривает оснований для изменения категории тяжести совершенного подсудимым преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, на основании ч. 6 ст.15 УК РФ.

Также суд при назначении наказания за совершенное преступление не усматривает правовых оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку в действиях подсудимого не усмотрено смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных пп. «и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, а также принимая во внимание, что указанные положения применяются только к наиболее строгому виду наказания.

Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ не имеется, поскольку условное осуждение применяется только к наказаниям в виде исправительных работ, ограничению по военной службе, содержание в дисциплинарной воинской части, лишению свободы на срок до восьми лет.

Вещественных доказательств по делу нет.

Гражданский иск по делу не заявлен.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст.302-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Давыдова А. В. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, за которое назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок 300 (триста) часов в местах, определяемых органом местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительной инспекцией.

Давыдова А. В. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, оправдать по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, признать за Давыдовым А.В. право на реабилитацию.

Меру пресечения Давыдову А.В. подписку о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить прежней, после чего отменить.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Новосибирского областного суда через Октябрьский районный суд г. Новосибирска в течение 15 суток со дня вынесения.

Осужденный вправе участвовать при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Осужденный имеет право на обеспечение помощью адвоката в суде второй инстанции, которое он может реализовать путём заключения соглашения с адвокатом, либо путём обращения с соответствующим ходатайством о назначении защитника. Данное ходатайство может быть изложено в апелляционной жалобе, либо иметь форму самостоятельного заявления и должно быть подано заблаговременно в суд первой или второй инстанции. Дополнительные апелляционные жалобы, представления подлежат рассмотрению, если они поступили в суд апелляционной инстанции не позднее, чем за 5 суток до начала судебного заседания.

Судья /подпись/ А.С. Копань

Дело № 1-172/2026 (1-732/2025)

ПРИГОВОР

УСТАНОВИЛ:

ПРИГОВОРИЛ:

Лица

Защитник (адвокат)

Решения

ПРИГОВОР

УСТАНОВИЛ:

ПРИГОВОРИЛ:

Участники

Лица

Защитник (адвокат)

Ход дела