РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
28 сентября 2026 года г.Владивосток,
Ленинский районный суд г.Владивостока, в составе председательствующего судьи Борщенко Т.А., при секретаре Галеевой Д.А.,
Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Бондарцовой Ю. Б. к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Приморскому краю о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации, возложении обязанности принести извинения, взыскании судебных расходов
УСТАНОВИЛ:
Бондарцова Ю.Б. обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Приморскому краю о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации, возложении обязанности принести извинения, взыскании судебных расходов, в обоснование иска указав, что приговором Ленинского районного суда г. Владивостока Приморского края от 18.11.2024 по уголовному делу № 1-47/2024 Бондарцова Ю.Б. признана невиновной и оправдана по предъявленному обвинению, предусмотренного п. «б, в» ч. 2 ст. 238 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления. За Бондарцовой Ю.Б. в соответствии со ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 27.01.2025, кассационным определением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 15.07.2025 приговор Ленинского районного суда г. Владивостока Приморского края от 18.11.2024 оставлен без изменения. В результате незаконного уголовного преследования, продолжавшегося с ноября 2021 года по июль 2025 года, истцу причинен значительный моральный вред. Длительное нахождение под тяжким обвинением в преступлении, связанном с безопасностью жизни и здоровья малолетних детей в сфере ее профессиональной деятельности, вызвало постоянный стресс, нарушение сна, тревожность и опасения за будущее и репутацию. Уголовное преследование носило публичный характер, о предъявленном обвинении были осведомлены сотрудники, клиенты, контрагенты и жители города. После вынесения оправдательного приговора прокурор обжаловал его в апелляционном и кассационном порядке, что, по мнению истца, продлило период психоэмоционального напряжения и поддерживало негативный общественный резонанс. С 2019 года истец являлась индивидуальным предпринимателем и эксплуатантом детской игровой площадки «Лабиринт», приносившей ей значительный доход. В связи с уголовным преследованием и беспокойством за свое будущее она была вынуждена прекратить предпринимательскую деятельность и ДД.ММ.ГГГГ закрыть бизнес, поскольку продолжение работы в сфере детских развлечений под обвинением в создании угрозы жизни и здоровью детей считала невозможным. Согласно выписке по счету индивидуального предпринимателя, оборот за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составил 108 055 088,61 руб. В настоящее время истец работает по найму в ООО УК «Деловые люди», при этом ее доход существенно ниже доходов от предпринимательской деятельности, а после пережитого стресса она опасается вновь заниматься бизнесом. На протяжении предварительного следствия и судебного разбирательства в отношении нее действовала мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которую она считает существенным ограничением свободы передвижения. За период предварительного следствия она была допрошена около 20 раз, участвовала более чем в 20 судебных заседаниях в трех судебных инстанциях, что требовало отвлечения от профессиональной деятельности и семьи, сопровождалось постоянными переживаниями по поводу предъявленного обвинения и опасениями за будущее. Кроме того, в ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству следствия судом был наложен арест на принадлежащий истцу автомобиль Тойота Ленд Круизер Прадо, 2008 года выпуска, в целях обеспечения исполнения возможного приговора в части штрафа и гражданского иска. Длительное нахождение автомобиля под арестом, по утверждению истца, лишало ее возможности свободно распоряжаться им, в том числе продать его, при этом автомобиль существенно потерял в цене, что причинило ей дополнительные нравственные страдания. Истец также указала, что вследствие перенесенного стресса, длительного психоэмоционального напряжения и тревожности ухудшилось ее физическое состояние, в связи с чем в августе -сентябре 2025 года она обращалась за медицинской помощью к врачам-терапевту, кардиологу и неврологу. Незаконное уголовное преследование отразилось на ее эмоциональном состоянии и взаимоотношениях с близкими, друзьями и коллегами, причинило физические и нравственные страдания, связанные с осознанием необоснованности обвинения, публичностью судебного процесса, риском осуждения и лишения свободы, а также необходимостью затрачивать значительные силы, время и средства на защиту. До настоящего времени органы прокуратуры не принесли ей извинений за незаконное уголовное преследование. Просила взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб. Обязать прокурора Приморского края принести ей письменные извинения за незаконное уголовное преследование.
Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика привлечен СУ СК РФ по Приморскому краю.
В судебное заседание истец Бондарцова Ю.Б. не явилась, о дате и времени судебного заседания уведомлена надлежащим образом, заявлений или ходатайств об отложении судебного заседания в суд не представила, о причинах неявки суду не сообщила.
В силу ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в ее отсутствие.
В судебном заседании представитель истца Бондарцовой Ю.Б. по ордеру Касилова Н.А. настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в иске, просила взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 2000000руб. Указанный размер компенсации морального вреда является разумным. Суду пояснила, что в результате незаконного преследования, истец была вынуждена прекратить предпринимательскую деятельность, в настоящее время истец работает по найму в ООО УК «Деловые люди», при этом ее доход существенно ниже доходов от предпринимательской деятельности. Вследствие перенесенного стресса, длительного психоэмоционального напряжения и тревожности ухудшилось физическое состояние истца, в связи с чем в августе-сентябре 2025 года она обращалась за медицинской помощью к врачам. Представитель истца также представила в суд заявление о взыскании судебных расходов, понесенных истцом на оплату услуг представителя при рассмотрении настоящего спора, в размере 50000 руб. Указанную сумму расходов, понесенных истцом по оплате услуг представителя просила взыскать в полном объеме.
В судебном заседании представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Приморского края по доверенности Пузанова И.В. возражала против удовлетворения исковых требований в заявленном истцом размере по основаниям и доводам, изложенным в отзыве на иск. Указала, что действия сотрудников правоохранительных органов по возбуждению уголовного дела и проведению предварительного расследования проводились строго в рамках УПК РФ, а, следовательно, являются законными и обоснованными. Относительно подписки о невыезде указала, что данная мера пресечения действительно являлась ограничением свободы передвижения, однако не влекла полного лишения истца свободы и не препятствовала осуществлению трудовой деятельности, использованию свободного времени и иным аспектам повседневной жизни. Истцом не представлено доказательств обращения к должностному лицу, ведущему уголовное дело, за разрешением на выезд за пределы места жительства и отказа в таком выезде. Относительно обращений за медицинской помощью указала, что из представленных документов невозможно установить причинно-следственную связь между незаконным уголовным преследованием и обращением истца за медицинской помощью. Полагала, что заявленная сумма компенсации морального вреда в размере 2000000руб. является чрезмерно завышенной и не подлежащей взысканию. Расходы, понесенные истцом на оплату услуг представителя в сумме 50 000 руб. также являются завышенными и не соответствует объему оказанных юридических услуг.
В судебном заседании представитель ответчика СУ СК России по Приморскому краю по доверенности Самоходкина А.Е. возражала против удовлетворения исковых требований, полагала заявленную сумму компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб. чрезмерно завышенной. Просила снизить сумму компенсации морального вреда, а также размер расходов, понесенных истцом на оплату услуг представителя, до разумных пределов.
Представитель третьего лица прокуратуры Приморского края старший помощник прокурора Диденко А.В. полагала возможным взыскать компенсацию морального вреда с учетом требований разумности, соразмерности и справедливости. Требование о возложении обязанности на прокурора Приморского края принести истцу письменные извинения за незаконное уголовное преследование, полагала не подлежащими удовлетворению.
Выслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела, давая оценку фактическим обстоятельствам дела, всем имеющимся доказательствам в их совокупности, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ст. 67 ГПК РФ).
Из материалов дела следует, что приговором Ленинского районного суда г. Владивостока от 18.11.2024 Бондарцова Ю.Б. признана невиновной и оправдана по предъявленному обвинению, предусмотренного п. «б, в» ч. 2 ст. 238 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления.
Признано за Бондарцовой Ю.Б. в соответствии со ст. 134 УПК РФ, право на реабилитацию.
Разъяснено оправданной Бондарцовой Ю.Б., что в соответствии со ст.ст. 135, 136 УПК РФ она имеет право на возмещение имущественного и морального вреда.
Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении Бондарцовой Ю.Б., - отменена.
Арест, наложенный на основании постановления Ленинского районного суда г. Владивосток от ДД.ММ.ГГГГ на имущество Бондарцовой Ю.Б. в виде транспортного средства марки «Тойота Ланд Круисер Прадо», 2008 г. выпуска, шасси №, государственный регистрационный знак № (т. 4 л.д. 221, 222-227), отменен, и снят арест с указанного имущества.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 27.01.2025 приговор Ленинского районного суда г. Владивостока от 18.11.2024 оставлен без изменения. Апелляционное представление (с дополнением) государственного обвинителя Литвинова П.Ю. оставлено без удовлетворения.
Кассационным определением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 15.07.2025 кассационное представление и.о. прокурора Приморского края Д.И. Попова, кассационная жалоба законного представителя Симонова М.В. в интересах несовершеннолетней потерпевшей на приговор Ленинского районного суда г. Владивостока от 18.11.2024 и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 27.01.2025 - оставлены без удовлетворения.
Согласно ст.2, ч. 1 ст. 45и ст. 53 КонституцииРоссийской Федерации государство обязано признавать, соблюдать и защищать права и свободы, создавая при этом эффективные правовые механизмы устранения любых нарушений, в том числе допущенных его органами и должностными лицами при осуществлении уголовного судопроизводства.
Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).
Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).
В силу части 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
Как следует из пунктов 1, 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование, в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части 1 статьи 27 этого кодекса (в частности, в связи с отсутствием события преступления (пункт 1 части 1 статьи 24), отсутствием в деянии состава преступления (пункт 2 части 1 статьи 24), наличием в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (пункт 5 части 1 статьи 27).
В соответствии с частью 1 статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.
Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).
Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Вред, причинённый гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причинённый юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счёт казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счёт казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объёме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу ст.1071 ГК РФв случаях, когда в соответствии с настоящим кодексом или другими законами причиненныйвредподлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с ч. 3 ст.125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда вред причинён гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.
В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33) даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).
Моральный вред, причинённый в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приёме на работу, сопряжённых с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления Пленума).
При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).
Из приведенных норм материального права и разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.
Ввиду того, что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Таким образом, если суд в рамках гражданского судопроизводства признал доказанным факт причинения гражданину морального вреда в результате указанных в пункте 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации незаконных действий органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда и пришел к выводу о необходимости присуждения ему денежной компенсации, то в судебном акте должны быть приведены мотивы, обосновывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой заявителю, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, при этом оценка таких обстоятельств не может быть формальной.
Компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, на оказание социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.
Пунктом 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц, возложена на Министерство финансов Российской Федерации.
Поскольку закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причинённых гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.
Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определён судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесённым именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования с учётом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряжённых с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.
Вместе с тем размер компенсации морального вреда должен быть адекватным обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должен обеспечить баланс частных и публичных интересов.
Разрешая исковые требования Бондарцовой Ю.Б., суд исходит из того, что поскольку за истцом признано право на реабилитацию, то имеются оснований для взыскания с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу Бондарцовой Ю.Б. компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию за счет казны Российской Федерации в пользу истца, суд учитывает продолжительность уголовного преследования, тяжесть предъявленного обвинения, необходимость участия истца в следственных и судебных действиях, избрания в отношении нее меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Сам факт незаконного привлечения Бондарцовой Ю.Б., в качестве обвиняемой в совершении преступления, безусловно, нарушает личные неимущественные права, принадлежащие ей от рождения, достоинство личности.
Истец, обосновывая размер компенсации морального вреда в 2000000 руб., также указала, что вследствие перенесенного стресса, длительного психоэмоционального напряжения и тревожности ухудшилось ее физическое состояние, в связи, с чем в августе-сентябре 2025 года она обращалась за медицинской помощью к врачам-терапевту, кардиологу и неврологу.
Однако представленные истцом документы подтверждают лишь факт обращения за медицинской помощью и получения медицинских услуг, но не устанавливают причинно-следственную связь между указанными обращениями и незаконным уголовным преследованием.
В представленных документах отсутствуют сведения о том, что выявленные у истца заболевания либо ухудшение состояния ее здоровья явились следствием предъявления обвинения, участия в следственных действиях, судебных заседаниях, действия избранной меры пресечения либо иных конкретных обстоятельств уголовного преследования.
Само по себе обращение за медицинской помощью после окончания уголовного преследования не свидетельствует о том, что причиной такого обращения являлись именно обстоятельства уголовного дела.
Таким образом, причинно-следственная связь между незаконным уголовным преследованием и ухудшением состояния здоровья Бондарцовой Ю.Б. судом не установлена.
Также при разрешении требований истца о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает, что в ходе расследования уголовного дела и рассмотрения дела в суде в отношении Бондарцовой Ю.Б. была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
Подписка о невыезде и надлежащем поведении состоит в письменном обязательстве подозреваемого или обвиняемого: 1) не покидать место жительства или место пребывания без разрешения дознавателя, следователя или суда; 2) в назначенный срок являться по вызовам дознавателя, следователя и в суд; 3) иным путем не препятствовать производству по уголовному делу (ст. 102 УПК РФ).
При этом, истцом в материалы дела не представлено доказательств о необходимости в период следствия выезда за пределы Российской Федерации и (или) об отказе в выезде при обращении в уполномоченный орган.
Обжалование оправдательного приговора государственным обвинителем также не может быть признано самостоятельным основанием для увеличения размера компенсации морального вреда, поскольку реализация прокурором предусмотренного уголовно-процессуальным законом права на апелляционное и кассационное обжалование судебного решения сама по себе не свидетельствует о незаконности таких процессуальных действий.
Вместе с тем суд учитывает, что рассмотрение уголовного дела продолжалось в судах апелляционной и кассационной инстанций, что объективно сохраняло для истца состояние неопределенности относительно окончательного разрешения предъявленного обвинения. Данное обстоятельство учитывается судом в совокупности с иными обстоятельствами дела.
При определении размера компенсации суд также принимает во внимание, что арест на принадлежащий истцу автомобиль был наложен в рамках уголовного дела и впоследствии отменен. Вместе с тем доказательств того, что вследствие ареста автомобиля его стоимость существенно снизилась именно по причине невозможности распоряжения им, либо что истец понесла иные конкретные негативные последствия, материалы дела не содержат.
Разрешая заявленные требования, суд руководствуется положениями статей 151, 1070, 1100 Гражданского кодекса РФ, с учётом разъяснений, содержащихся в п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», п.8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», с учетом того, что Бондарцова Ю.Б., признана невиновной и оправдана по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «б, в» ч. 2 ст. 238 УК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, за ней признано право на реабилитацию, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в части.
При определении размера компенсации морального вреда, суд исходит из тяжести преступления, личности истца, обстоятельств уголовного дела, характера и степени физических и нравственных страданий истца, и с учетом установленных по делу обстоятельств, изложенных выше судом, исходя из принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что заявленный истцом размер морального вреда в сумме 2000000 рублей является чрезмерно завышенным и считает необходимым определить ко взысканию денежную компенсацию морального вреда в размере 100000 руб. Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, является обоснованным и отвечает критериям разумности и справедливости.
Суд не усматривает оснований для увеличения размера компенсации морального вреда по доводам истца, поскольку Бондарцовой Ю.Б., не приведено дополнительных доказательств в обоснование заявленного иска, на основании которых были бы установлены обстоятельства, предусматривающие взыскание в ее пользу компенсации морального вреда в заявленном им размере.
Разрешая требования Бондарцовой Ю.Б. о возложении обязанности на прокурора Приморского края принести ей письменные извинения за незаконное уголовное преследование, суд исходит из следующего.
В соответствии с ч. 1 ст. 136 УПК РФ прокурор от имени государства приносит официальное извинение реабилитированному за причиненный ему вред.
Данная норма уголовно-процессуального закона, в отличие от других норм (ст. ст. 135, 136, 138 УПК РФ), не содержит предписаний о том, что суд при признании за осужденным права на реабилитацию должен одновременно с этим обязать прокурора принести извинения, поскольку такая обязанность возложена на прокурора законом.
В то же время при неисполнении прокурором возложенной на него ч. 1 ст. 136 УПК РФ обязанности по принесению извинения его бездействие по смыслу закона может быть обжаловано в суд в порядке ст. 125 УПК РФ.
Указанную правовую позицию выразил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 14 ноября 2017 г. N 28-П.
Таким образом, неисполнение прокурором обязанности по принесению извинения реабилитированному лицу не порождает у последнего право на возмещение государством в этой связи морального вреда.
Требование истца о понуждении прокурора к принесению официальных извинений не является способом защиты гражданских прав, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, и не подлежит разрешению в рамках настоящего гражданского дела о компенсации морального вреда.
Данный вывод соответствует положениям, закрепленным в ст. ст. 11-12 ГК РФ, согласно которым способы защиты гражданских прав должны быть обязательно предусмотрены законом.
ГПК РФ не предусматривает возможности возложения судом в рамках гражданского судопроизводства на прокурора обязанности принести реабилитированному письменные извинения за незаконное уголовное преследование.
В связи с выше изложенным, требование Бондарцовой Ю.Б. о возложении на прокурора Приморского края обязанности принести письменные извинения за незаконное уголовное преследование удовлетворению не подлежит.
Из материалов дела следует, что при рассмотрении настоящего спора истцом понесены расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 руб., что подтверждается соглашением на оказание юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, квитанцией АО «Альфа-Банк» от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 50 000 руб.
В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В соответствии с пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
В силу пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).
Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Руководствуясь данными положениями, суд считает, что заявленная ко взысканию сумма расходов, понесенных истцом по оплате услуг представителя в размере 50 000 руб., носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Определяя размер расходов на оплату услуг представителя, подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца, суд, учитывая все значимые для разрешения данного вопроса обстоятельства, с учетом сложности и категории дела, продолжительности рассмотрения спора, объема выполненной работы представителем, фактическое участие представителя в судебных заседаниях, с учетом принципа разумности и справедливости, исходя из положений части 1 статьи 100 ГПК РФ, суд считает, что заявление о взыскании расходов, понесённых истцом по оплате услуг представителя, подлежит удовлетворению частично в сумме 20000 руб. Указанная сумма, по мнению суда, является разумной и отвечает критериям справедливости.
Руководствуясь ст. ст. 194 -198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Бондарцовой Ю. Б. удовлетворить частично.
Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации (ИНН 7710168360) за счет средств казны Российской Федерации в пользу Бондарцовой Ю. Б. (ИНН №) компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, расходы, понесенные истцом по оплате услуг представителя в размере 20000 рублей, всего 120000 рублей.
В остальной части требований - отказать.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Ленинский районный суд г.Владивостока в течение месяца, с момента изготовления в мотивированном виде.
Судья Т.А. Борщенко
Мотивированное решение изготовлено 02.10.2026.