ПОСТАНОВЛЕНИЕ
31 октября 2025 года <адрес>
Судья Девятого кассационного суда общей юрисдикции Балашова И.В.
с участием прокурора ФИО3 адвоката обвиняемого ФИО9 адвоката обвиняемого ФИО4 адвоката обвиняемого ФИО5 при секретаре судебного заседания ФИО6 рассмотрев в открытом судебном заседании ходатайство руководителя группы государственных обвинителей – прокурора отдела по надзору за исполнением федерального законодательства, за оперативно-розыскной и процессуальной деятельностью управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации по Дальневосточному федеральному округу ФИО7 об изменении территориальной подсудности уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 210, ч. 3 ст. 226.1, ч. 4 ст. 194 УК РФ установил:
Уголовное дело в отношении ФИО1 с утвержденным первым заместителем Генерального прокурора Российской Федерации ФИО13. обвинительным заключением ДД.ММ.ГГГГ направлено во Фрунзенский районный суд <адрес> для рассмотрения по существу в отсутствие обвиняемого.
Постановлением Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ указанное уголовное дело направлено по подсудности в Южно-Сахалинский городской суд.
Апелляционным постановлением <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ указанное решение оставлено без изменения.
Руководитель группы государственных обвинителей – прокурор отдела по надзору за исполнением федерального законодательства, за оперативно-розыскной и процессуальной деятельностью управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации по Дальневосточному федеральному округу ФИО7 обратился с ходатайством в Девятый кассационный суд общей юрисдикции об изменении территориальной подсудности указанного уголовного дела и передаче его для рассмотрения по существу в один из районных судов <адрес> края.
В обоснование необходимости изменения территориальной подсудности дела, ссылаясь на существо предъявленного ФИО1 обвинения, материалы уголовного дела, результаты оперативно-розыскных мероприятий, указывает, что созданное отцом обвиняемого ФИО1 – ФИО8 преступное сообщество сосредоточило под своим контролем несколько десятков предприятий различных форм собственности с более чем <данные изъяты> сотрудников в <адрес> и иных регионах Дальневосточного федерального округа, управление трансформированной криминализированной финансово-промышленной группой ФИО8 осуществлялось через родственников и близкие связи, в том числе сына ФИО1, проводились действия, направленные на проникновение в органы государственной власти и управления, продвижение ФИО1 в органы местного самоуправления области, для поддержания положительного имиджа образован региональный фонд «<данные изъяты>», приобретен контроль над медиа-холдингом «<данные изъяты> после выезда ФИО8 за пределы России в ДД.ММ.ГГГГ году ФИО1 осуществлял контроль над группой компаний.
Полагает, что ФИО1, в отношении которого прекращен розыск на территории стран-участников Интерпола, с учетом значительных материальных ресурсов, статуса, авторитета обладает инструментами влияния на территории <адрес>, которые могут позволить ему воздействовать на общественное мнение, деятельность государственных и общественных институтов региона, а также может повлиять на свидетелей по делу.
В связи с чем указывает на имеющиеся основания полагать, что объективность судей <адрес> может быть в дальнейшем поставлена под сомнение с точки зрения критерия беспристрастности, а потому передача уголовного дела для рассмотрения в один из районных судов <адрес> края обеспечит баланс интересов сторон уголовного судопроизводства и проведение всестороннего, полного и объективного судебного разбирательства.
Прокурор ФИО3 поддержала ходатайство об изменении территориальной подсудности дела, указав, что оно содержит должное обоснование необходимости изменения территориальной подсудности уголовного дела, ходатайствовала о продлении срока ареста, наложенного на имущество ООО «Амур Ривер», на 3 месяца, поскольку основания наложения ареста на имущество не отпали и не изменились.
Защитники ФИО9, ФИО4, ФИО5 возражали против заявленных ходатайств об изменении территориальной подсудности и продлении срока ареста на имущество, полагая, что ходатайства прокурора не мотивированы, соответствующие доказательства не представлены, результаты оперативно-розыскных мероприятий не отвечают требованиям уголовно-процессуального закона и не могут быть приняты во внимание, ФИО1 в настоящее время не является руководителем ООО «Курильский универсальный комплекс», а в отношении ФИО8 имеются сведения о его смерти. Полагают, что прокурор, подавая ходатайство об изменении территориальной подсудности, пытается в нарушение кассационного порядка обжалования судебных решений преодолеть законность вступившего в законную силу постановления Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о направлении указанного уголовного дела по подсудности в Южно-Сахалинский городской суд.
Рассмотрев ходатайство руководителя группы государственных обвинителей – прокурора отдела по надзору за исполнением федерального законодательства, за оперативно-розыскной и процессуальной деятельностью управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации по Дальневосточному федеральному округу ФИО7, выслушав мнения участников судопроизводства, судья приходит к следующему.
Ходатайство прокурора, который в силу положений закона выступает как участник уголовного судопроизводства со стороны обвинения, отвечает требованиям, к подобного рода процессуальным документам, оно мотивировано и является поводом для рассмотрения вопроса об изменении территориальной подсудности уголовного дела в отношении ФИО8
Согласно ч. 1 ст. 47 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом. При этом реализация данного права предполагает справедливое разбирательство дела независимым и беспристрастным судом.
В соответствии с подп. «в» п. 2 ч. 1 ст. 35 УПК РФ территориальная подсудность уголовного дела может быть изменена, если имеются обстоятельства, которые могут поставить под сомнение объективность и беспристрастность суда при принятии решения по делу.
Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П, применительно к данным обстоятельствам, позволяющим изменять территориальную подсудность уголовного дела, необходимо определить, имеются ли доказуемые факты, свидетельствующие о наличии прямых или косвенных оснований для возникновения сомнений в беспристрастности судебного разбирательства.
Передача уголовного дела по подсудности в суд другой территориальной юрисдикции может быть вызвана объективными обстоятельствами, связанными с личностью обвиняемых, их авторитетом, служебным положением, властными полномочиями, которыми они обладали до начала производства по уголовному делу, а также с иными инструментами влияния, которые они могут сохранять на территории, подпадающей под юрисдикцию суда, которому подсудно конкретное уголовное дело, что позволяет им воздействовать на общественное мнение, а также на деятельность государственных и общественных институтов на этой территории.
При разрешении ходатайства об изменении территориальной подсудности уголовного дела нужно исходить не только из обеспечения сторонам доступности правосудия, как они это понимают, но и из публичных интересов, для того, чтобы гарантировать всесторонность, полноту и объективность рассмотрения дела.
Из материалов уголовного дела усматривается, что, по мнению органов предварительного следствия, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 на территории <адрес> создал преступное сообщество в форме структурированной организованной группы и осуществлял им руководство по ДД.ММ.ГГГГ. Указанное преступное сообщество состояло из трех структурных функционально-территориальных подразделений (промысловый флот, таможенное оформление и экспорт, реализация продукции за рубежом), обладало признаками устойчивости, о чем свидетельствует согласованность и скоординированность действий всех ее участников по реализации на протяжении длительного времени схемы нелегального вывоза за рубеж партий краба в целях незаконного получения дохода.
По версии обвинения ФИО1, являющийся сыном ФИО8, совместно с иными участниками руководимого последним преступного сообщества незаконно перемещал из Российской Федерации в Японию, Республику Корея и КНР стратегически важные ресурсы – живого краба общим весом свыше 3 тысяч тонн и рыночной стоимостью 2,6 млрд. рублей путем недостоверного декларирования с использованием документов, содержащих заведомо ложные сведения о покупателях и цене товара, связанное с уклонением от уплаты таможенных платежей в особо крупном размере.
Кроме этого, из представленных УФСБ России по <адрес> результатов оперативно-розыскных мероприятий усматривается, что созданное, по мнению органов предварительного расследования, ФИО8 преступное сообщество имеет под своим контролем многочисленные коммерческие структуры, предприятия региона с большим количеством сотрудников, которые управляются ФИО8 через родственников, в том числе сына ФИО1, который продвигался в органы местного самоуправления <адрес>, после выезда ФИО8 за пределы Российской Федерации осуществлял контроль над группой компаний, проводились действия, связанные с вхождением в органы государственной власти и управления, в том числе через ФИО10, который в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ год являлся <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты>, а также через ФИО11, ФИО12
Более того, для поддержания положительного имиджа участников преступного сообщества и создания условий для их продвижения в органы власти ФИО8 через подконтрольных лиц приобретен медиа-холдинг «<данные изъяты> создан региональный благотворительный фонд «Родные острова».
Местонахождение ФИО1, как и ряда объявленных в международный розыск соучастников преступного сообщества в настоящее время принятыми мерами не установлено. В отношении ФИО1 прекращен международный розыск на территории стран участников Интерпола, возобновление розыска комиссией Генерального секретариата Интерпола признано нецелесообразным.
Таким образом, вопреки доводам стороны защиты, в ходатайстве приведены факты, которые заслуживают внимания, приобретают веское значение при оценке их в совокупности с данными, касающимися непосредственно обстоятельств дела и характера предъявленного ФИО1 обвинения, имеют существенное значение в вопросе убежденности одной из сторон в соблюдении объективности при рассмотрении уголовного дела по месту его территориальной подсудности. При этом, как полагает суд, возникшие сомнения не могут быть убедительно опровергнуты иначе, чем путем упреждения развития событий в негативном русле, то есть передачи уголовного дела для рассмотрения в равнозначный суд другого субъекта Российской Федерации.
При указанных обстоятельствах, а также принимая во внимание существо предъявленного ФИО1 обвинения, суд соглашается с доводами ходатайства о том, что с учетом вышеизложенного, материальных ресурсов, статуса, авторитета ФИО1 в рыбопромышленных компаниях он может воздействовать на общественное мнение, деятельность государственных и общественных институтов региона через подконтрольные средства массовой информации, повлиять на работников компаний в целях изменения показаний в свою пользу, что может повлиять на ход и результаты судебного разбирательства.
Вопреки доводам стороны защиты, представленная выписка из ЕГРЮЛ от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ООО «Курильский универсальный комплекс», постановление Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, как и информация о смерти ФИО8, не опровергают выводов автора ходатайства о наличии у ФИО1 возможностей осуществления вышеуказанных действий.
Таким образом, ходатайство об изменении территориальной подсудности подлежит удовлетворению.
При этом следует отметить, что необходимость устранения всякого рода сомнений в законности ожидаемого судебного решения путем изменения территориальной подсудности дела, не свидетельствует о выражении недоверия конкретным судьям <адрес> и не опровергает презумпцию их добросовестности и объективности, а лишь предусмотрительно позволяет исключить разумные сомнения по поводу законности судебного решения, даже когда оно по мнению вышестоящей инстанции не вызывает нареканий и соответствует предъявляемым к нему требованиям.
Конституционный Суд Российской Федерации в своем решении отразил, что, несмотря на территорию, подпадающую под юрисдикцию суда, в который поступило уголовное дело в отношении обвиняемого, если он, до начала производства по уголовному делу занимал руководящие должности в органах власти на этой территории либо обладающий широкими связями во властных структурах, деловых кругах или в криминальной сфере, обладает возможностью манипулировать общественным мнением, в том числе через подконтрольные средства массовой информации, с целью породить недоверие в отношении легитимности будущего судебного решения. В любом случае в восприятии общественности, если она информирована о том влиянии, которое обвиняемый имеет на соответствующей территории, объективность, непредвзятость и беспристрастность судей суда, которому уголовное дело подсудно в силу закона, даже если их субъективный настрой безупречен, могут быть поставлены под сомнение, что, в конечном итоге, объективно снижает уровень уважения и доверия к правосудию даже при отсутствии для этого каких-либо оснований.
При таких обстоятельствах изменение территориальной подсудности данного дела не может рассматриваться как препятствующее доступу к правосудию и само по себе не свидетельствует о нарушении права на рассмотрение уголовного дела законно установленным, а не произвольно выбранным судом, т.е. судом, осуществляющим судопроизводство без предубеждения, полно, всесторонне и объективно и обеспечивающим разрешение дела без неоправданной задержки, притом, что это суд той же компетенции, хотя и другой территориальной юрисдикции.
Более того, не нарушает права обвиняемого ФИО1 на защиту отсутствие в ходатайстве сведений об определенном районном суде <адрес>, в который подлежит передаче дело в связи с изменением его территориальной подсудности. В ходе судебного заседания стороне защиты обеспечена возможность высказать свои суждения на этот счет, а при выявлении обстоятельств, препятствующих рассмотрению уголовного дела конкретным судьей после принятия им дела к своему производству, сторона защиты наделена правом на его отвод по основаниям, которые установлены в ст. 61 УПК РФ.
Вместе с тем, следует признать оправданным местом рассмотрения настоящего уголовного дела в результате изменения его подсудности <адрес>.
При рассмотрении вопроса о суде, в который подлежит передаче дело, учитывается штатная численность суда, что позволит организовать разбирательство дела без ущерба иным находящимся в его производстве делам, его техническая оснащенность, городская структура, которая способна обеспечить условия для проживания участников процесса, транспортная доступность. При указанных обстоятельствах уголовное дело подлежит передаче по территориальной подсудности во Фрунзенский районный суд <адрес> края, куда оно было первоначально направлено прокурором.
Отмеченные стороной защиты сложности, которые влечет изменение подсудности дела в связи с проживанием большого количества свидетелей, двух адвокатов в <адрес>, относятся к организации процесса, не являются неразрешимыми и исключающими судопроизводство по делу в суде того же уровня субъекта Российской Федерации, не отразятся каким-либо образом на возможности реализации стороной защиты своих процессуальных прав, разумности сроков судебного разбирательства, и прежде всего, не могут быть признаны приоритетными перед интересами законного и справедливого правосудия по делу. Для допроса свидетелей, являющихся жителями <адрес>, уголовно-процессуальный закон предусматривает возможность использования систем видеоконференц-связи, а в случае согласованной с судом их непосредственной явки в судебное заседание, гарантирует компенсацию понесенных расходов.
Доводы стороны защиты, касающиеся того, что прокурором предпринята попытка преодоления, фактически незаконного пересмотра вступившего в законную силу постановления Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о направлении уголовного дела под подсудности в Южно-Сахалинский городской суд, являются несостоятельными, поскольку соответствующее решение судом было принято в рамках ст. 32 УПК РФ, ходатайство об изменении территориальной подсудности уголовного дела подано прокурором в порядке п.п. «в» п.2 ч.1 ст. 35 УПК РФ.
Сведений о наличии оснований, в том числе указанных в ч.1 ст. 35 УПК РФ, препятствующих рассмотрению уголовного дела в отношении ФИО1 во Фрунзенском районном суде <адрес>, в материалах уголовного дела не имеется. Не является таким основанием и вступившее в законную силу постановление Фрунзенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку в силу ст. 36 УПК РФ оно ориентировано на безусловное принятие уголовного дела к производству тем судом, которому передано, не предполагает произвольного изменения подсудности и не регулирует вопросы подсудности, решаемые вышестоящими судами.
Обсуждая ходатайство прокурора о продлении срока ареста имущества, принадлежащего ООО «Амур Ривер», суд приходит к следующему.
В соответствии с ч. 3 ст. 115 УПК РФ арест может быть наложен на имущество, находящееся у других лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, если есть достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления либо для финансирования терроризма, экстремистской деятельности (экстремизма), организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации).
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П, наложение ареста на имущество в рамках предварительного расследования по уголовному делу - мера процессуального принуждения, предусмотренная ст. 115 УПК РФ, которая может применяться как в публично-правовых целях для обеспечения возможной конфискации имущества, имущественных взысканий в виде процессуальных издержек или штрафа в качестве меры уголовного наказания, а также для сохранности имущества, относящегося к вещественным доказательствам по уголовному делу, так и в целях защиты субъективных гражданских прав лиц, потерпевших от преступления.
Первоначальное наложение ареста на имущество преследовало цель исполнения судебного решения, в случае вынесения обвинительного приговора, в том числе для обеспечения имущественных взысканий.
В ходе предварительного следствия на основании постановления <данные изъяты> <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ наложен арест на имущество, принадлежащее <данные изъяты> в виде пассажирского судна <данные изъяты>» <данные изъяты> строительный №, регистровый №), стоимостью <данные изъяты> копеек, в виде запрета распоряжаться указанным имуществом (т.158 л.д. 100-102), который продлевался судом (т.161 л.д. 24-27).
<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ продлен срок применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее <данные изъяты> в виде пассажирского судна <данные изъяты> «<данные изъяты>, строительный №, регистровый №), стоимостью <данные изъяты> копеек, в виде запрета распоряжаться указанным имуществом, сроком на <данные изъяты> суток с момента поступления уголовного дела в суд, то есть по ДД.ММ.ГГГГ с сохранением ранее установленных запретов и ограничений (т.165 л.д. 35-36).
Обсуждая ходатайство прокурора, суд принимает во внимание, что основания для продления ареста, наложенного на имущество, не изменились и не отпали, новых оснований, которые позволяют прийти к выводу об иной фактической и юридической принадлежности подвергнутого аресту имущества, чем та, которая указана в постановлении о наложении ареста и его продлении, а также может свидетельствовать о его безусловной не относимости к делу, по результатам предварительного расследования не установлено. Не приведено таковых и при выступлении сторон в суде.
Таким образом, сохранение судом ареста имущества по прежнему не утратило своей актуальности, в том числе в свете предъявленного ФИО8 обвинения и передачи дела на стадию судебного разбирательства, где предстоит окончательное разрешение судьбы арестованного имущества, поскольку позволит исключить его утрату.
Вопреки доводам стороны защиты, представленное определение Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ не препятствует продлению ареста на вышеупомянутое имущество.
Согласно требованиям закона, срок ареста на имущество лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, может быть продлен судом, если есть достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для целей, указанных в ч.3 ст. 115 УПК РФ, и основания для его продления не отпали, что имеет место в рассматриваемом случае.
На основании изложенного, руководствуясь подп. «в» п.2 ч. 1 ст. 35, 125, ч.3 ст. 115 УПК РФ, суд постановил:
Ходатайство руководителя группы государственных обвинителей – прокурора отдела по надзору за исполнением федерального законодательства, за оперативно-розыскной и процессуальной деятельностью управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации по Дальневосточному федеральному округу ФИО7 об изменении территориальной подсудности уголовного дела удовлетворить.
Изменить территориальную подсудность уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 210, ч.3 ст. 226.1, ч.4 ст. 194 УК РФ, передав его для рассмотрения во <данные изъяты> <адрес> края.
Продлить на 1 месяц, то есть по ДД.ММ.ГГГГ, срок ареста на имущество, принадлежащее <данные изъяты> (<данные изъяты> строительный №, регистровый №), <данные изъяты> <данные изъяты>, в виде запрета распоряжаться указанным имуществом, с сохранением ранее установленных запретов и ограничений.
Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Российской Федерации в течение 15 суток со дня его вынесения.
Судья И.В. Балашова