ОПРЕДЕЛЕНИЕ
18 августа 2026 года с. Шира
Ширинский районный суд в составе:
председательствующий – судья Ширинского районного суда Республики Хакасия Журавлева Н.Ю., при секретаре судебного заседания Падчик Е.С., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по исковому заявлению Лаюровой О.А. к акционерному обществу «Курорт «Озеро Шира» о взыскании заработной платы в виде премиального вознаграждения; выплат, причитающихся работнику при увольнении; процентов за нарушение срока их выплаты при увольнении,
УСТАНОВИЛ:
Лаюрова О.А. обратилась в Ширинский районный суд к акционерному обществу «Курорт «Озеро Шира» (далее по тексту АО «Курорт «Озеро Шира») с исковым заявлением о взыскании в ее пользу денежных средств без учета НДФЛ, а именно: компенсации при увольнении, предусмотренной п. 6.3 трудового договора, в размере 144 909 рублей 60 копеек; процентов за несвоевременную выплату компенсации при увольнении, предусмотренных п. 6.3 трудового договора, в размере 56 531 рубля 65 копеек; а также заработной платы в виде премиального вознаграждения за период с февраля 2026 года по июль 2026 года в размере 53 264 рублей 30 копеек; процентов за несвоевременную выплату премиального вознаграждения за период с февраля 2026 года по июль 2026 года в размере 24 880 рублей 89 копеек; процентов за несвоевременную выплату заработной платы за период с января 2024 года по июль 2025 года в размере 1 854 рублей 69 копеек; премии ко дню медицинского работника 2026 года в размере, выплаченном административно-управленческому персоналу; компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей. Обосновывая заявленные требования, истец указывает на то, что между ней и АО «Курорт «Озеро Шира» был заключен трудовой договор (далее по тексту трудовой договор), согласно п. 1.6 которого работа выполняется работником дистанционно на условиях внешнего совместительства. Работнику установлена 20 часовая рабочая неделя, 4 часа в день (п. 5.1 трудового договора). 17 июля 2025 года трудовые отношения с АО «Курорт «Озеро Шира» прекращены, однако, истец полагает, что в нарушение требований ст. 312.8 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту ТК РФ) копия приказа об увольнении на бумажном носителе почтовым отправлением в адрес истца направлена не была. Несмотря на то, что в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (ст. 66.1 ТК РФ) у данного работодателя и произвести с ним расчет в соответствии со ст. 140 настоящего кодекса (ст.ст. 84.1, ст. 140 ТК РФ), в нарушении указанных требований выплата названной компенсации (выходного пособия) до настоящего времени не произведена. Ссылаясь на положения п. 6.3 трудового договора, истец обращает внимание на то, что стороны предусмотрели, что «при досрочном прекращении трудового договора по любым основаниям, за исключением виновных деяний работника ему выплачивается компенсация в размере трехкратного среднего месячного заработка». Пунктом 4.3 трудового договора предусмотрена выплата работодателем надбавок, доплат, премий. Премии выплачивались истцу регулярно (ежемесячно), вплоть до февраля 2025 года, и, с учетом сложившегося порядка их применения, носили постоянный характер, входили в состав заработной платы истца, являясь ее гарантированной частью. Вместе с тем, ответчик отказал в выплате сумм названной компенсации (выходного пособия), а также не выплатил заработную плату в виде премиального вознаграждения, не начислив и не включив соответствующие суммы в расчеты с истцом, нарушив его права. Обосновывая свою позицию, ссылаясь на положения ст. 136 ТК РФ, положения постановления Верховного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 75-АД10-3, истец указывает на то, что расчетные листки ответчиком истцу не выдавались. Ссылаясь на положения ст.ст. 17, 18, 45, 46, 75, 75.1, 118 Конституции Российской Федерации, положения ст.ст. 2, 5, 9, 11, 15, 22, 27, 56, 57, 77, 78, 129, 135, 142, 178, 191, 236 ТК РФ; п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»; правовую позицию, отраженную: в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 июля 2023 года № 40-П; в определениях Конституционного Суда Российской Федерации: от 19 июня 2012 года № 1077-О, от 17 июля 2014 года № 1704-О, от 27 июня 2017 года № 1318-О, от 23 июля 2020 года № 1827-О, истец считает, что односторонний отказ работодателя от исполнения добровольно принятого им на себя в рамках соглашения с работником обязательства по выплате работнику выходного пособия в размере, установленном трудовым договором и (или) соглашением об его расторжении, приводит к тому, что работник лишается тех денежных средств, на получение которых он правомерно рассчитывал, подписывая содержащие такое условие трудового договора и (или) соглашения. Тем самым работник, который как при заключении трудового договора, так и при его расторжении по соглашению сторон исходил из добросовестности работодателя (в лице его представителя) при выполнении взятых на себя обязательств, вынужден нести (единолично) риск неблагоприятных последствий, связанных с поведением конкретного должностного лица работодателя. На основании изложенного истец полагает, что если условия трудового договора и (или) соглашения об его расторжении, предусматривающие выплату работнику выходного пособия при увольнении по соглашению сторон, не противоречат закону (не нарушают установленный для отдельных категорий работников запрет), то суд имеет право отказать работнику во взыскании с работодателя выходного пособия в размере, установленном соответственно трудовым договором и (или) соглашением об его расторжении, и, тем самым освободить работодателя от исполнения соответствующих условий трудового договора и (или) соглашения об его расторжении. Иное не только бы ставило под сомнение соблюдение вытекающих из Конституции Российской Федерации принципов свободы договора и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, но и не согласовывалось бы с конституционно значимым принципом добросовестного исполнения сторонами договора своих обязательств, принципом добросовестного исполнения сторонами договора своих обязательств, снижало бы эффективность судебной защиты, а потому противоречило бы Конституции Российской Федерации. Пунктом 6.3 трудового договора стороны предусмотрели, что «при досрочном прекращении трудового договора по любым основаниям, за исключением виновных деяний работника ему выплачивается компенсация в размере трехкратного среднего месячного заработка», сумма которого составляет 144 909,6 рублей. Пунктом 4.3 трудового договора предусмотрена выплата работодателем надбавок, доплат, премий. В настоящем случае премии выплачивались истцу регулярно (ежемесячно), вплоть до периода выплаты за февраль 2025 года, и, с учетом сложившегося порядка их применения, носили постоянный характер. Постоянный характер выплаты премий, в свою очередь, свидетельствует о том, что премия входит в состав заработной платы истца и является гарантированной ее частью. Мер дисциплинарного характера к работнику не применялось, выплата премии установлена трудовым договором, оснований для полного лишения ее таковой не имеется с учетом правовой позиции, сформулированной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 июня 2025 года № 1736-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Беляцкого Игоря Александровича на нарушение его конституционных прав частями 1 и 2 ст. 135, ч. 1 ст. 191 ТК РФ» и внесенных изменений в ст. 135 ТК РФ. Ссылаясь на определение Конституционного Суда Российской Федерации от 26 июня 2025 года № 1736, истец указал на разграничение двух видов премий: премия, как стимулирующая выплата, входящая в состав зарплаты; премия, как один из вариантов поощрения, не включенная в заработную плату. При этом, первый вид премий, к которым относятся ежемесячные, ежеквартальные, годовые премии должен быть регламентирован локальными нормативными актами и трудовым договором. Такие премии выплачиваются работникам регулярно, примерно на равных условиях и в сопоставимых размерах. В отличие от премии, которая входит в систему оплаты труда, премия, предусмотренная ч. 1 ст. 191 ТК РФ, исходя из буквального толкования это нормы, является одним из видов поощрения работников работодателем за добросовестный и эффективный труд, применение которого относится к компетенции работодателя. Такая премия не является гарантированной выплатой (гарантированным доходом) работника, выступает лишь дополнительной мерой его материального стимулирования, поощрения, применяется по усмотрению работодателя, который определяет порядок и периодичность ее выплаты, размер, критерии оценки работодателем выполняемых работником трудовых обязанностей и иные условия, влияющие как на выплату премии, так и на ее размер, в том числе результаты экономической деятельности самой организации (работодателя). Следовательно, при разрешении споров работников и работодателя по вопросу наличия задолженности по выплате премии юридически значимым обстоятельством является определение правовой природы премии: входит ли премия в систему оплаты труда, являясь при этом гарантированной выплатой, или эта премия не относится к числу гарантированных выплат, является одним из видов поощрения работника за добросовестный и эффективный труд, применение которого относится к дискреции (полномочиям) работодателя. Поскольку трудовое законодательство не устанавливает порядок и условия назначения и выплаты работодателем премий работникам, при определении правовой природы премий подлежат применению положения локальных нормативных актов, коллективных договоров, устанавливающие систему оплаты труда, а также условий трудовых договоров, заключенных между работником и работодателем. Ссылаясь на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, отраженную в постановлении от 15 июня 2023 года № 32-П, истец указывает, что при выполнении работником установленных требований к количеству и качеству труда при достижении показателей и соблюдении условий, необходимых для приобретения права на получение определенных системой оплаты труда денежных выплат, ему должно быть обеспечено справедливое вознаграждение за труд в размере, соответствующем затраченным им трудовым усилиям. Лишение же работника тех или иных денежных выплат, входящих в состав его заработной платы, вне связи с оценкой выполнения установленных действующим правовым регулированием требований (показателей, условий) противоречило бы вытекающим из Конституции Российской Федерации принципам справедливости, равенства, соразмерности, уважения человека труда и самого труда, а также приводило бы к нарушению конституционного права на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и приказа на справедливую заработную плату, обеспечивающую достойное человеческое существование для него самого и его семьи. Истец считает, что спорная премия является вознаграждением за труд, имеет целевое назначение, что обуславливает возникновение права на ее получение выполнением работником установленных правовым регулированием требований, является составной частью заработной платы и должна быть произведена истцу работодателем без какой ли бы то ни было дискриминации, с соблюдением норм трудового законодательства, локальных правовых актов общества, принципов равенства и справедливости, прав и интересов работника как слабой стороны трудового правоотношения. Ссылаясь на правовую природу премиальных выплат и выполнению ими в системе оплаты труда стимулирующую функцию, всем работникам, полностью отработавшим определенный календарный период и достигшим одинаковых показателей, премиальные выплаты по результатам работы, а данный период должны производиться на равных условиях, а размер таких выплат, начисляемых различным работникам, должен быть сопоставимым. Наличие у работодателя права по определению оснований и размера премии, принятию решения об отказе в выплате премии работнику не может быть произвольным, а должно быть обусловлено прежде всего качеством работы конкретного работника, его отношением к труду, вкладом в общую работу организации. Установление размера премии или лишение премии без привязки к данным обстоятельствам не соответствует основным принципам правового регулирования трудовых отношений, отраженным в ст. 2 ТК РФ: запрещение дискриминации в сфере труда; равенство прав и возможностей работников; обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы. Истец считает, что материалы дела подтверждают правовую природу спорной ежемесячной премии, как входящую в систему оплаты труда, и, в настоящем случае, истец без наличия на то оснований, была полностью лишена вознаграждения по итогам работы за февраль, март, апрель, май, июнь, июль 2025 года в размере 53 264,3 рублей (без учета НДФЛ) без учета фактических обстоятельств, что, по мнению истца, нарушает ее конституционные права и противоречит разъяснениям, изложенным в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации № 32-П.
18 августа 2026 года от истца Лаюровой О.А. поступило заявление об отказе от иска в связи с добровольным погашением АО «Курорт «Озеро Шира» указанных в исковом заявлении сумм. Последствия отказа от исковых требований, предусмотренные ст. 221 ГПК РФ, разъяснены и понятны (л.д. 60).
В судебном заседании истец Лаюрова О.А., представитель ответчика АО «Курорт «Озеро Шира» отсутствовали, извещенные надлежащим образом о дате, времени, месте рассмотрения дела по существу, ходатайств об отложении судебного заседания в суд не направили.
На основании абз. 2 п. 1 ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ), принимая во внимание, что стороны извещались о времени судебного заседания своевременно установленными ст. 113 ГПК РФ способами, в соответствии со ст.ст. 14, 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации» информация о времени и месте рассмотрения дела размещена на сайте Ширинского районного суда, руководствуясь ч. 4 ст. 167 ГПК РФ, суд приходит к выводу о возможности рассмотрения дела при данной явке, поскольку по смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года, относящихся к общепризнанным принципам и нормам международного права и согласно ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации, являющихся составной частью правовой системы Российской Федерации, лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе, и, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами по усмотрению лица является одним из основополагающих принципов судопроизводства.
Согласно ст. 39 ГПК РФ истец может отказаться от заявленных требований, и суд принимает данный отказ, если это не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц.
В соответствии с ч. 4 ст. 220 ГПК РФ суд прекращает производство по делу, если истец отказался от иска и отказ принят судом.
Резюмируя изложенное, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что отказ от исковых требований истца не противоречит закону и не нарушает чьих-либо прав и охраняемых законом интересов, следовательно, у суда имеются основания для принятия отказа истца от заявленных требований.
На основании изложенного, и, руководствуясь положениями ст.ст. 173, 220-221, 224 - 225 ГПК РФ, суд
ОПРЕДЕЛИЛ:
принять отказ истца Лаюровой О.А. от требований, предъявленных к акционерному обществу «Курорт «Озеро Шира» о взыскании заработной платы в виде премиального вознаграждения, выплат, причитающихся работнику при увольнении, процентов за нарушение срока их выплаты при увольнении.
Производство по гражданскому делу (УИД) № 19RS0010-01-2026-000803-46 (производство № 2-469/2026) по исковому заявлению Лаюровой О.А. (паспорт гражданина Российской Федерации ) к акционерному обществу «Курорт «Озеро Шира» (ИНН Х) о взыскании заработной платы в виде премиального вознаграждения; выплат, причитающихся работнику при увольнении; процентов за нарушение срока их выплаты при увольнении, прекратить.
Разъяснить истцу, что повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается.
На определение может быть подана частная жалоба в Верховный Суд Республики Хакасия в течение пятнадцати дней со дня вынесения определения судом первой инстанции.
Председательствующий Журавлева Н.Ю.