РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
7 октября 2026 г. г. Магадан
Магаданский городской суд Магаданской области в составе председательствующего судьи Носыревой О.А.
при секретаре Цыдыповой М.Б., с участием истца Дьяковой В.Ю., представителя ответчика Чашина А.Н., прокурора Сахарова В.С., рассмотрев 7 октября 2026 г. в открытом судебном заседании в городе Магадане в помещении Магаданского городского суда гражданское дело по исковому заявлению Дьяковой Виктории Юрьевны к Кондрашкиной Наталье Геннадиевне о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, расходов на установку памятника, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
Дьякова В.Ю. обратилась в суд с иском к Кондрашкиной Н.Г. о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, установку памятника, судебных расходов.
В обоснование требований указано, что 16 декабря 2024 г. ФИО18, находясь в состоянии алкогольного опьянения, не имея водительского удостоверения, управляя принадлежащей ему автомашиной «ФИО1» с государственным регистрационным знаком №, на участке автодороги «Магадан - Балаганное - Талон», двигаясь на вышеуказанном автомобиле по <адрес>, совершил столкновение с грузовым автомобилем «<данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком №, с прицепом «№» с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, под управлением ФИО14, в результате которого, сын истца ФИО48 находившийся на переднем пассажирском сиденье в автомобиле «ФИО1» с государственным регистрационным знаком № под управлением ФИО19, получил травмы, не совместимые с жизнью, от которых скончался на месте дорожно-транспортного происшествия.
31 января 2025 г. по данному факту возбуждено уголовное дело № 12501440010000003 по признакам состава преступления, предусмотренного пунктами «а» и «в» ч. 4 ст. 264 УК РФ.
В ходе предварительного следствия по уголовному делу установлено, что ФИО20, допустил нарушения п. 1.5, абзаца 2 п. 2.1.1., абзаца 1 п. 2.7 и п. 10.1 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров Правительства РФ от 23 октября 1993 г. № 1090. Допущенные водителем ФИО21 нарушения правил дорожного движения состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими в результате дорожно-транспортного происшествия последствиями в виде смерти сына истца ФИО8
Допрошенный в рамках уголовного дела в качестве подозреваемого, а затем обвиняемого ФИО22 признал свою вину в предъявленном ему обвинении в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а» и «в» ч. 4 ст. 264 УК РФ.
31 января 2025 г. в рамках уголовного дела Дьякова В.Ю. признана потерпевшей, о чем следователем вынесено постановление.
В связи с заключением обвиняемым ФИО23 с Министерством Обороны Российской Федерации контракта о прохождении военной службы в Вооруженных силах Российской Федерации, 14 февраля 2025 г. расследование уголовного дела было приостановлено на основании п. 3.1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, о чем следователем вынесено постановление.
Поступив на военную службу, обвиняемый ФИО24, убыл в зону проведения специальной военной операции, где погиб, в связи с чем 8 июня 2026 г. старшим следователем СО ОМВД России по г. Магадану ФИО9 принято решение о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью обвиняемого ФИО25, и вынесено постановление, утвержденное руководителем следственного органа.
Поскольку данное основание для прекращения уголовного дела является нереабилитирующим и допускается с согласия близких родственников обвиняемого, следственным органом от матери обвиняемого ФИО26 - Кондрашкиной Н.Г. (ответчика) получено согласие на прекращение уголовного дела.
Постановление о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) не обжаловано и вступило в законную силу.
Истец указывает, что смертью ее сына, наступившей в результате преступных действий ФИО27 ей причинен моральный вред.
Истец потеряла близкого человека, с которым у нее были доверительные отношения, родственная и духовная связь. С его смертью она перенесла и продолжает переносить нравственные страдания и эмоциональные переживания, сопряженные с чувством огромного горя и невосполнимой утраты, обусловленных преждевременной кончиной ее ребенка. Его гибель для нее является невосполнимой утратой, обстоятельством, нарушающим ее психологическое благополучие.
Следственным органом установлено, и не оспаривалось обвиняемым ФИО28, что смерть сына наступила от полученных травм в результате дорожно-транспортного происшествия, по вине водителя ФИО29, управлявшего автомобилем, который является источником повышенной опасности, что подтверждается материалами уголовного дела.
В порядке ст. 44 УПК РФ истцом к обвиняемому ФИО30 в рамках уголовного дела был предъявлен гражданский иск, в котором она просила взыскать с него компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб. и расходы на организацию похорон сына в размере 200 000 руб., всего 1 700 000 руб., с которым обвиняемый согласился и желал возместить причиненный преступлением ущерб.
На основании постановления следователя от 31 января 2025 г. истец была признана гражданским истцом. Постановлением следователя в соответствии с ч. 1 ст. 54 УПК РФ ФИО31 был признан гражданским ответчиком.
По причине прекращения производства по уголовному делу в связи со смертью обвиняемого на стадии предварительного следствия, уголовное дело в суд для разбирательства по существу не направлялось, в связи с чем, ее исковые требования о взыскании компенсации морального вреда и расходов на погребение в рамках уголовного дела не были рассмотрены.
Согласно открытым сведениям, размещенным на официальном интернет-сайте Федеральной нотариальной палаты России после смерти обвиняемого ФИО32 нотариусом Магаданской областной нотариальной палаты ФИО10 открыто наследственное дело №.
Ссылаясь на изложенные обстоятельства, увеличив исковые требования, просит суд взыскать с ответчика Кондрашкиной Н.Г. компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб. и расходы, понесенные на погребение сына ФИО8 в размере 115 600 руб., расходы на установку памятника в размере 153 000 руб., судебные расходы на направление копии искового заявления в адрес ответчика в размере 690 руб., расходы на оказание юридических услуг в размере 15 000 руб.
Определением судьи Магаданского городского суда от 10 августа 2026 г. к участию в деле для дачи заключения привлечен прокурор г. Магадана.
Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 26 августа 2026 г., к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены супруга и дочь ФИО33 – ФИО16 и ФИО17 в лице ФИО16
В письменных возражениях представитель ответчика по доверенности Чашин А.Н. просил в удовлетворении требований отказать. Указал, что Кондрашкина Н.Г. вступила в наследство, открывшееся после смерти ее сына, однако наследственное имущество к ней не перешло ввиду его отсутствия.
Отмечает, что в представленных истцом финансовых документах на сумму 9500 руб., 74 000 руб. и 72 200 руб. не указан плательщик. Кроме того, расходы в размере 9500 руб. произведены на оплату услуг грузчиков, что не доказывает направление этих расходов именно на похороны. В квитанциях на сумму 74 000 руб. и 72 200 руб. не указаны сведения, позволяющие установить, что денежные средства потрачены на ритуальные услуги.
Указывает, что именно Кондрашкина Н.Г. несла расходы, связанные с похоронами сына истца.
Ответчик Кондрашкина Н.Г., третье лицо Стось Э.В., действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетней ФИО17, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.
Суд, руководствуясь положениями частей 3 и 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктов 67 и 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», определил рассмотреть заявление в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Истец в судебном заседании настаивала на удовлетворении заявленных требований.
В судебном заседании представитель ответчика Чашин А.Н. поддержал изложенную в письменных возражениях правовую позицию и просил отказать в удовлетворении иска. Пояснил, что ответчик не получала и не планирует получать свидетельство о праве на наследство.
Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего требования не подлежащими удовлетворению, исследовав письменные доказательства, представленные в материалы дела, суд приходит к следующему.
Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 ГК РФ.
Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть первая).
Статья 1175 ГК РФ устанавливает, что наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 29 мая 2012 г. № 9 разъяснил, что под долгами наследодателя понимаются все имевшиеся у него к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника в силу статьи 418 ГК РФ.
Согласно положениям пункта 1 статьи 418 ГК РФ обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника, либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.
Частью 1 статьи 1110 ГК РФ предусмотрено, что при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил ГК РФ не следует иное.
В силу положений статьи 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.
Действующее гражданское законодательство не содержит прямого запрета на переход в порядке наследования к наследникам, принявшим наследство, обязанности компенсировать потерпевшему моральный вред, причиненный умершим.
Исходя из буквального содержания статей 151 и 1112 ГК РФ обязанность компенсировать моральный вред переходит к наследникам в порядке универсального правопреемства в качестве одного из денежных обязательств.
В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации содержащейся в пункте 6 постановления от 29 мая 2025 г. №24-П «По делу о проверке конституционности части 1 статьи 152 и статьи 1112 ГК РФ в связи с жалобами гр. А.Г. Байгускаровой и М.Г. Мухаметчина», взаимосвязанные положения указанных норм не противоречат Конституции РФ в той мере, в какой они по своему конституционно-правовому смыслу и в системе действующего правового регулирования не препятствуют включению в состав наследства лица, совершившего преступление (подозреваемого, обвиняемого, уголовное дело в отношении которого прекращено по нереабилитирующим основаниям) и возложению на его наследников обязанности компенсировать моральный вред потерпевшему от этого преступления в пределах стоимости наследственного имущества вне зависимости от наличия на момент смерти причинителя вреда вступившего в законную силу судебного акта, обязывающего его выплатить соответствующую компенсацию.
Как отмечено в Постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 29 мая 2025 г. № 24-П потерпевший вправе предъявить иск к лицу, обязанному возместить вред, причиненный преступлением, и в порядке гражданского судопроизводства (п. 1 ч. 1 ст. 22 ГПК РФ). Право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства сохраняется за потерпевшим и в случае прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, включая смерть подозреваемого или обвиняемого (п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ), которое допускается лишь при согласии (отсутствии возражений) заинтересованных лиц (близких родственников умершего).
Конституционный Суд Российской Федерации ранее также указывал, что в случае прекращения уголовного дела в связи с таким нереабилитирующим основанием, как смерть подозреваемого или обвиняемого, прекращается и дальнейшее доказывание его виновности, но подозрение или обвинение в совершении преступления с него не снимается. Напротив, по существу, констатируется совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, конкретным лицом, от уголовного преследования которого государство отказывается по причине его смерти (Постановление от 14 июля 2011 г. № 16-П, Определение от 5 июня 2014 г. № 1309-О).
Применительно к возмещению вреда, причиненного преступлением, постановление о прекращении уголовного дела в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого имеет особое правовое значение. Когда такое решение принято судом, то согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ оно обязательно для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого оно вынесено, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Если же такое решение принято следователем, то, по смыслу правовой позиции Конституционного Суда РФ, оно – как итоговое, завершающее производство по уголовному делу – не должно исключаться из числа актов, констатирующих событие преступления, совершение его (причастность к нему) конкретным лицом, и в силу этого также не может быть проигнорировано судом, рассматривающим в порядке гражданского судопроизводства иск потерпевшего о возмещении причиненного преступлением вреда. При этом постановление следователя о прекращении уголовного дела в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого имеет доказательственную силу при разрешении судом вопроса о возмещении причиненного преступлением вреда, в том числе морального, а содержащиеся в нем факты, имеющие юридическое значение для решения данного вопроса (притом что такого рода факты, наряду с иными обстоятельствами, могут быть установлены по результатам предварительного следствия, которые в силу п. 5 ч. 2 ст. 213 УПК РФ подлежат отражению в указанном постановлении), впредь до их опровержения в процедурах уголовного судопроизводства должны приниматься судом при рассмотрении предъявленного потерпевшим иска.
Прекращение производства по уголовному делу по нереабилитирующим основаниям, в том числе в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого, не прекращает гражданско-правового деликтного обязательства возместить причиненный преступлением материальный ущерб потерпевшему. Это означает, что сохраняются материально-правовые (гражданско-правовые) предпосылки для предъявления требований потерпевших к наследникам умершего, к которым переходит его имущество в порядке универсального правопреемства (ст. 1110 ГК РФ). Поскольку наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (п. 1 ст. 1175 ГК РФ), они являются и лицами, несущими по закону имущественную ответственность за действия умершего подозреваемого или обвиняемого в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.
Как установлено судом и следует из материалов дела, постановлением старшего следователя СО ОМВД России по г. Магадану от 8 июня 2026 г. прекращено уголовное дело (уголовное преследование) в отношении ФИО34, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
В постановлении указано, что в ходе предварительного следствия было установлено, что ФИО35 16 декабря 2024 г. в период с 02 часов 30 минут до 02 часов 40 минут, находясь в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, а также, не имея водительского удостоверения с правом управления транспортными средствами, управлял технически исправным автомобилем марки «ФИО1». Помимо водителя ФИО36 в автомобиле находился сидевший на переднем пассажирском сиденье ФИО49
В этот же период времени на том же участке дороги во встречном направлении следовал осуществлявший маневр направо водитель ФИО14, управляющий автомобилем «<данные изъяты>» с прицепом.
ФИО37, не выбрал скорость, обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства при возникновении опасности для движения, и будучи отвлеченным от наблюдения за дорогой, проявляя преступное легкомыслие неправильной оценкой возникшей опасности, в сложившейся дорожной обстановке желая объехать автомобиль «<данные изъяты>» с прицепом по правой обочине не сумел справиться с управлением в результате чего совершил столкновение с вышеуказанным автомобилем. Тем самым ФИО38 допустил нарушение п. 1.5, абз. 2 п. 2.1.1, абз. 1 п. 2.7 и 10.1 Правил дорожного движения.
Вследствие преступного легкомыслия ФИО39 пассажир ФИО50 в результате описанного дорожно-транспортного происшествия получил телесные повреждения.
Допущенные водителем ФИО40 указанные нарушения Правил дорожного движения состоят в прямой причинной связи с наступившими в результате дорожно-транспортного происшествия последствиями в виде причинения смерти Дьякову В.В.
Собственником «Митсубиси Паджеро Джуниор» с государственным регистрационным знаком № на момент дорожно-транспортного происшествия являлся ФИО41
Истец приходится погибшему Дьякову В.В. матерью.
Дьякова В.Ю. признана потерпевшей и гражданским истцом постановлениями от 31 января 2025 г. Дьякова В.Ю. предъявляла требования о возмещении ей морального вреда в размере 1 500 000 руб.
Постановлением от 8 июня 2026 г. по уголовному делу в отношении ФИО42 принято решение о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК Российской Федерации в связи со смертью обвиняемого.
Разрешая исковые требования, суд, оценив представленные доказательства, приходит к выводу, что у наследника ФИО43 возникло обязательство по компенсации истцу морального вреда, причиненного смертью ее сына, а также по возмещению расходов на его погребение, расходов на установку памятника.
Смерть лица не прекращает гражданско-правовое деликтное обязательство, напротив, сохраняются предпосылки для предъявления требований к наследникам умершего, к которым переходит его имущество в порядке универсального правопреемства. Обязательства, вытекающие из причинения вреда, независимо от того, причинен ли вред гражданским правонарушением, нарушением трудовых или служебных обязанностей, административным правонарушением или преступлением, всегда входят в состав наследства, поскольку неразрывно с личностью должника не связаны, и исполнение по данным обязательствам всегда может быть произведено без личного участия должника, так как состоит в уплате денежных средств в возмещение вреда.
Справедливый баланс интересов потерпевших, которым причинен моральный вред, и интересов наследников причинителя вреда достигается с учетом обеспечения наследникам возможности заявлять ходатайства, представлять доказательства в подтверждение обстоятельств, влияющих на обязанность и размер компенсации морального вреда (степень вины причинителя вреда, его последующее поведение, имущественное положение и др.), а также заявлять любые возражения, которые мог бы заявить причинитель вреда относительно оснований возникновения и условий обязательства по компенсации морального вреда, если бы соответствующее требование потерпевших рассматривалось судом до смерти причинителя вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, учитывая степень нравственных страданий истца, вызванных утратой сына, степень вины причинителя вреда (состояние опьянение, вызванного употреблением алкоголя, отсутствие права управления транспортным средством) возраст и личность потерпевшего, суд не усматривает оснований для снижения заявленного Дьяковой В.Ю. размера – 1 500 000 руб.
Вместе с тем, с ответчика, являющегося наследником причинителя вреда, денежные средства подлежат взысканию только в пределах стоимости наследственного имущества.
Согласно ответу президента Магаданской областной нотариальной палаты к наследственному имуществу ФИО44 заведено наследственное дело.
Материалами дела подтверждается, что с заявлением о принятии наследства обратилась мать умершего Кондрашкина Н.Г.
Заявления о принятии наследства иными наследниками не поступали.
Доводы ответчика о том, что она не планирует получать свидетельство о праве на наследство и, следовательно, не отвечает по долгам ФИО45, подлежат отклонению. Вопреки позиции ответчика, неполучение ответчиком, обратившимся с заявлением о принятии наследства, свидетельства о праве на наследство не освобождает ее от ответственности по долгам наследодателя.
Установив, что ФИО46 умер, суд приходит к выводу о том, что к Кондрашкиной Н.Г., как к наследнику, принявшему наследство после смерти своего сына, перешли в составе наследственного имущества денежные обязательства наследодателя по компенсации истцу морального вреда и убытков в пределах стоимости наследственного имущества.
По сведениям ПАО Сбербанк остаток собственных денежных средств на счете ФИО47 составляет 5846 руб. 44 коп.
Сведений о наличии иного движимого, а также недвижимого имущества у наследодателя на дату его смерти материалы дела не содержат.
Учитывая изложенное, подлежат удовлетворению требования Дьяковой В.Ю. о взыскании с Кондрашкиной Н.Г. компенсации морального вреда в пределах стоимости наследственного имущества в размере 5846 руб. 44 коп.
Так как ответственность Кондрашкиной Н.Г. ограничена суммой 5846 руб. 44 коп., требования Дьяковой В.Ю. о взыскании расходов на погребение, расходов на установку памятника удовлетворению не подлежит.
В силу ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Суд признает разумными и подлежащими включению в состав судебных расходов расходы на устную консультацию и составление искового заявления, направление копии иска. С учетом изложенного, размера удовлетворенного требования, имеются основания для взыскания с ответчика в пользу истца судебных издержек в размере 5345 руб.
В соответствии со статьей 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет.
С ответчика подлежит взысканию в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» государственная пошлина в размере 3000 руб.
Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
РЕШИЛ:
Исковые требования Дьяковой Виктории Юрьевны удовлетворить частично.
Взыскать с Кондрашкиной Натальи Геннадиевны (<данные изъяты>) в пользу Дьяковой Виктории Юрьевны (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере в размере 5846 руб. 44 коп., судебные расходы в размере 5345 руб.
В удовлетворении остальной части требований Дьяковой Виктории Юрьевне – отказать.
Взыскать с Кондрашкиной Натальи Геннадиевны (<данные изъяты>) в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» государственную пошлину в размере 3000 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Установить день составления мотивированного решения суда – 21 октября 2026 г.
Судья О.А. Носырева