АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
07 мая 2026 года Октябрьский районный суда г.Томска в составе:
председательствующего судьи Вылегжанин М.А., при секретаре Шумковой А.Г., с участием представителя ответчика индивидуального предпринимателя Надзельского С.В. – Брагина Е.А., Ильиной Т.А., действующие на основании доверенности от ..., рассмотрев в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства апелляционную жалобу представителя индивидуального предпринимателя Надзельского Станислава Вячеславовича –Ильиной Татьяны Александровны на решение мирового судьи судебного участка №1 Октябрьского судебного района г.Томска по гражданскому делу по иску Рогожниковой Маргариты Вячеславовны к индивидуальному предпринимателю Недзельскому Станиславу Вячеславовичу о защите прав потребителя, установил:
Рогожникова М.В. обратилось к мировому судье с иском к ИП Надзельскому С.В., в котором просила взыскать с ответчика ИП Надзельского С.В. в пользу Рогожниковой М.Г. стоимость услуг в размере 4 797,50 рублей; моральный вред в размере 300 000 рублей; потребительский штраф в размере 50 % от суммы, присужденной судом в пользу истца; судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 60 000 рублей.
В обоснование указано, что ... истец обратилась в ветеринарную клинику «Центр ветеринарной медицины доктора Недзельского» за оказанием ветеринарных услуг питомцу истца - коту Ваське. Между Рогожниковой М. В. и ИП Недзельским С.В. ... заключен договор об оказании ветеринарных услуг № б/н от .... Согласно договору ответчик обязался оказать ветеринарные услуги (консультативно-диагностические и лечебно-профилактические мероприятия, направленные на улучшение состояния здоровья животного и услуги, связанные с проведением данных мероприятий), на истца возлагалась оплата стоимости оказания ветеринарных услуг. Истец уплатил по договору денежные средства в размере 4797, 50 рублей.
На первичном осмотре ... проведены следующие действия: - после обнаружения свободной жидкости в брюшной полости животного взята пункция указанной жидкости направлена на исследование на коронавирусную инфекцию в медицинскую компанию ИНВИТРО; - поставлен предполагаемый диагноз - инфекционный перитонит; - даны рекомендации по проведению дополнительного обследования (исследование крови животного и дальнейшая консультация ветеринарного врача Ракитиной С. А. при подтверждении предполагаемого диагноза.
... истец отнесла животное для сдачу крови на биохимический анализ.
... по результатам исследования в ИНВИТРО у кота обнаружена коронавирусная инфекция. Записываясь на повторный прием, истец уточнила о необходимости явки с животным, но получила ответ, что можно явиться без животного. Вместе с тем, в первичном осмотре указана рекомендация: консультация, а не повторный осмотр.
Повторное обследование ... проводилось без животного. По результатам сданных анализов поставлен диагноз: FIP (инфекционный перитонит у кошек). На повторном обследовании истцу даны рекомендации по лечению животного: кормление (все, лишь бы ел), препарат «Эсперавир» по 1/8 капсулы 2 раза в сутки, контроль через 21 день, при ухудшении состояния обратиться в клинику с котом. Прием «Эсперавира» начат животным ..., что подтверждается чеком об оплате препарата.
Отметив некую вялость животного, истец ... вновь обратилась в клинику, где было проведено УЗИ грудной клетки питомца (жидкости в ней не было). На просьбу истца проверить остальные органы питомца, врачом был дан отказ.
... животному стало хуже, в результате проведена эвтаназия. Истец полагает, что ответчиком была выписана неподходящая схема лечения и подобран неподходящий препарат («Эсперавир» достаточно токсичен, однако никакая поддерживающая терапия назначена не была).
... истцом индивидуальному предпринимателю Недзельскому С. В. направлена претензия по факту оказания ветеринарных услуг ненадлежащего качества. В ответе на претензию ответчик указывает, что истцом был выбран препарат «Эсперавир», все плюсы и минусы применения которого описаны врачом истцу. Истец не согласен с такой формулировкой, полагая, что строго следовал назначению врача, при этом отсутствуют документы, содержащие информацию о последствиях применения медицинского препарата «Эсперавир» - тем самым, нарушено право заказчика на своевременное получение информации, необходимой для принятия решения по вопросу использования препарата «Эсперавир». Полагает, что ответчиком нарушены Правила оказания платных ветеринарных услуг, утвержденные постановлением Правительства от ... ..., в частности, пункт 7 Правил, предусматривающий обеспечение применения лекарственных средств и методов, исключающих отрицательное влияние на животных при диагностике, лечении и профилактике высокоэффективных ветеринарных препаратов и методов ветеринарного воздействии: гарантирует безопасность ветеринарных мероприятий для здоровья и продуктивности животных, жизни и здоровья потребителя, а также окружающей среды. Делает вывод, что ответчиком оказана ветеринарная услуга ненадлежащего качества. Полагает, что действиями ответчика истцу причинен моральный вред как потребителю ветеринарной услуги, что выражается в испытываемой истцом моральной боли из-за потери любимого питомца (у истца с питомцем была тесная эмоциональная связь) по причине его неэффективного лечения.
Дело рассмотрено с участием представителя истца Рогожниковой М.В. – Будянского И.А., который поддержал исковые требования в полном объеме. Дополнительно указал, что истцу со стороны ответчика ненадлежащим образом была доведена информация об отсутствии официально зарегистрированных ветеринарных препаратов для лечения FIP. Также ветеринаром не в полном объеме доведена информация по препаратам «Эсперавир» и «Коронакэт», не была дано разграничения по препаратам «Эсперавир» и «Коронакэт».
Представители ответчика Ильина Т.А. и Брагин Е. А. в судебном заседании при рассмотрении гражданского дела в суде первой инстанции с исковыми требованиями не согласились, полагали их не подлежащими удовлетворению в полном объеме. Истцом самостоятельно принято решение о приобретении и использовании для лечения препарата «Эсперавир», несмотря на то, что врачом предлагалось альтернативное лечение другими препаратами с указанием всех возможных рисков. При ухудшении состояния животного ... истец отказалась от процедуры лапароцинтез, не записалась на рекомендованный ей прием лечащего врача Ракитиной С.А. При этом в иные клиники за медицинской помощью не обращалась. Полагают, что с учетом изложенных фактов владелец кота не соблюла условия договора, в нарушение ветеринарных правил не обеспечила своевременное оказание животному ветеринарной помощи и обязательных профилактических ветеринарных мероприятий.
Дело рассмотрено в отсутствие истца Рогожниковой М.В., ответчика ИП Недзельского С.В.
Обжалуемым решением мирового судьи исковые требования удовлетворены частично. С ИП Недзельского С.В. в пользу Рогожниковой М.В. взысканы оплаченные по договору оказания ветеринарных услуг денежные средства в размере 4797, 50 рублей, компенсация морального вреда в размере 3 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 3 898, 75 рублей, а также расходы на оплату услуг юридических услуг в размере 60 000 рублей, за производство судебной экспертизы денежные средства в размере 19 320 рублей. С ИП Недзельского С.В. в доход бюджета муниципального образования «...» взыскана государственная пошлина в размере 7 000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней представитель ответчика ИП Надзельского С.В. - Ильина Т.А. просит решение мирового судьи от ... отменить полностью, принять по делу новое решение суда, которым в удовлетворении иска отказать.
В обоснование жалобы указано, что неправильное применение норм материального права и ошибочный вывод суда о неправомерности применения медицинских препаратов в ветеринарии. В решении суда указано, что «позиция ответчика, его представителей о допустимости лечения животных (в силу сложившейся практики) путем применения медицинских препаратов, не внесенных в публичный реестр лекарственных средств и кормовых добавок, при отсутствии прямого указания на такую возможность в аннотации к препарату не имеет правового обоснования» (абз. 4 стр. 12 решения суда). Данный вывод основан на неправильном толковании норм материального права и неверном понимании системы правового регулирования обращения лекарственных средств в Российской Федерации.
В соответствии с п. 4 ст. 33 Закона № 61-ФЗ, законодательством предусмотрена возможность ускоренной процедуры экспертизы лекарственного препарата для ветеринарного применения, при которой вместо отчета разработчика о результатах доклинического исследования может быть представлен обзор научных работ о результатах доклинического исследования референтного лекарственного препарата, а вместо отчета о клиническом исследовании - отчет о результатах исследований биоэквивалентности.
То есть, вышеуказанная норма допускает возможность использования научных публикаций и клинического опыта в качестве рационального обоснования назначения лекарственных препаратов в ветеринарии.
При назначении препарата «Эсперавир» ветеринарные врачи ответчика руководствовались именно таким подходом:
Свидетель Сливко (Ракитина) С.А. пояснила, что препарат был рекомендован «на основании статей врачей из Чехии, Австрии, Австралии, Германии, Китая, Японии» (абз. 2 стр. 4 Решения).Специалист Кошель B.C. подтвердила, что «официальной доказательной базы и рекомендаций по использованию животных нет, но есть положительный клинический опыт» (абз. 1 стр. 6 решения суда).
На момент обращения истца официально зарегистрированных ветеринарных препаратов для лечения инфекционного перитонита кошек (FIP) в Российской Федерации не существовало.
Следовательно, у ветеринарных врачей ответчика отсутствовала легальная возможность назначить какой-либо иной «официальный» ветеринарный препарат. В этих условиях применение препарата «Эсперавир» (действующее вещество — молнупиравир) являлось не нарушением, а единственным доступным способом оказать помощь животному. Отсутствие или недоступность зарегистрированного в установленном законом порядке ветеринарного лекарственного препарата фактически предоставляет ветеринарным врачам возможность назначить иной лекарственный препарат на основе научных работ и клинического опыта.
Кроме того, судом первой инстанции было дано неправильное толкование Приказа Минсельхоза России от 02.11.2022 № 776 «Об утверждении порядка назначения лекарственных препаратов для ветеринарного применения…». При отсутствии зарегистрированных ветеринарных аналогов, а также их недоступности (в т.ч. финансовой ввиду высокой стоимости) вышеуказанный приказ не может быть истолкован как запрещающий назначение медицинского препарата «Эсперавир».
Отказ от лечения при смертельном заболевании противоречил бы принципам врачебной этики и профессиональной ответственности.
Ответчик в полном объеме выполнил обязанность по информированию потребителя. Суд первой инстанции, признавая услугу некачественной, не указал, какую именно дополнительную информацию, способную повлиять на выбор истца, ответчик должен был предоставить.
Таким образом, вывод суда первой инстанции об отсутствии правового обоснования для применения медицинского препарата «Эсперавир» противоречит отсутствию прямого законодательного запрета, положениям ч. 4 ст. 33 Закона № 61-ФЗ, легализующим использование научных работ и клинического опыта, принципу крайней необходимости при смертельном заболевании, сложившейся профессиональной практике, установленным по делу обстоятельствам (отсутствие зарегистрированных ветеринарных аналогов, информированность истца, ее самостоятельный выбор).
Данное нарушение норм материального права привело к необоснованному выводу о «некачественности» услуги и, как следствие, к неправомерному удовлетворению исковых требований.
Несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и недоказанность причинно-следственной связи между действиями ответчика и гибелью животного.
Вывод суда о доказанности причинно-следственной связи между оказанными услугами и гибелью кота основаны исключительно на заключении судебной экспертизы, которое является недопустимым, противоречивым и недостаточно обоснованным доказательством.
Следовательно, отсутствие положительной динамики могло быть следствием того, что Истец не давала препарат животному, давала в дозировке, не соответствующей рекомендованной врачом, либо препарат оказался неэффективен в данном конкретном случае.
Истец от проведения вскрытия отказалась, что лишило возможности достоверно установить факт наступления смерти от токсичности препарата «Эсперавир», от вируса FIP, наличия сопутствующих заболеваний (животное было истощено, без прививок, блошиной инвазией, вело уличный образ жизни). Следовательно, без проведения вскрытия любые выводы о причине смерти являются предположительными.
В действиях истца, несмотря на изначально неблагоприятный прогноз, усматриваются нарушения, способствовавшие ухудшению состояния животного: Отказ от лапароцентеза .... Свидетель Латышова И.В. пояснила, что при обращении с ухудшением истцу было предложено отвести жидкость как на единственную возможную помощь на тот момент. Истец отказалась. Несвоевременное обращение к инфекционисту. После получения результатов анализов ... истец записалась на прием только ... (т.е. через 4 дня).
Суд не обеспечил сторонам равные процессуальные возможности для представления и опровержения доказательств. Истец получил полную поддержку своего главного доказательства (экспертизы): эксперт Ряснянский М.А. был допрошен в судебном заседании и поддержал заключение в полном объеме. Ответчик представил развернутую письменную рецензию на экспертное заключение с указанием процессуальных, нарушений (отсутствие предупреждения эксперта об уголовной ответственности по ст. 14 Федеральный закон от 31.05.2001 № 73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ»; отсутствие описания примененных методик; противоречия в трактовке FCoV и FIP), однако суд проигнорировал эти возражения, не дал им оценки и не предоставил возможности для их проверки путем повторной экспертизы.
Решение мирового судьи в части взыскания с ответчика расходов на оплату услуг представителя в размере 60 000 рублей является незаконным, поскольку указанная сумма явно не соответствует критерию разумности, установленному статьей 100 ГПК РФ, а также не учитывает фактическое распределение процессуальной активности сторон, при котором основной объем работы по формированию доказательственной базы выполнен именно представителями ответчика.
Следовательно, именно процессуальная активность представителей Ответчика, а не представителя истца, способствовала формированию полной доказательственной базы по делу. Взыскание расходов на представителя истца в полном объеме при том, что представитель истца не совершал действий, требующих значительных временных и интеллектуальных затрат, нарушает принцип равенства сторон и справедливого распределения судебных расходов.
Истцом не было представлено доказательств сложности дела, требующей повышенной оплаты; обоснования времени, затраченного представителем на подготовку процессуальных документов; сведений о соответствии заявленной суммы региональным ценам; доказательств совершения представителем каких-либо действий, выходящих за рамки стандартного ведения дела.
Взыскание с ответчика 60 000 рублей расходов на представителя не соответствует критерию разумности, установленному ст. 100 ГПК РФ, поскольку указанная сумма в 2-3 раза превышает среднерыночные цены и не учитывает, что основной объем процессуальной работы, включая поиск экспертной организации, формирование вопросов для экспертизы, анализ экспертного заключения, подготовку развернутых письменных позиций и обеспечение явки свидетелей, выполнен представителями ответчика. При отсутствии доказательств, обосновывающих завышенный размер расходов, а также с учетом необходимости соблюдения баланса процессуальных прав сторон, решение суда в части взыскания расходов на представителя подлежит изменению со снижением взысканной суммы до 15 000-20 000 рублей.
Из дополнительных пояснений следует, что как следует из материалов дела (стр. 3, 13 решения суда), кот Васька находился в собственности истца всего два дня до момента первого обращения в клинику, при этом ни одного документа, подтверждающего тесную эмоциональную связь в дело истцом не представлено.
Учитывая крайне малый срок владения животным, истцом не доказано возникновение устойчивой эмоциональной связи и привязанности, потеря которых могли бы привести к существенным нравственным страданиям. Истцом не представлено доказательств ухудшения состояния здоровья, обращения к врачам или иных признаков «моральной боли».
Животное поступило в клинику в состоянии крайней степени тяжести (истощение жидкость в брюшной полости) с летальным диагнозом FIP (инфекционный перитонит). Таким образом, источник стресса и переживаний истца — объективный факт неизлечимого заболевания животного, а не действия ветеринарных врачей, которые предприняли попытку спасения питомца единственным доступным методом. Если бы ответчик не назначил лечение, летальный исход был бы наступил неизбежно и Е кратчайшие сроки. Таким образом, страдания истца вызваны болезнью животного, а не качеством ветеринарных услуг.
Судом первой инстанции установлено (стр. 5, 13 решения), что истец отказалась от процедуры лапароцентеза (отведения жидкости), которая была необходима для облегчения состояния кота. Истец явилась на критически важный повторный прием без животного, чем лишила врача возможности оперативно скорректировать схему лечения. Животное не имело прививок и ветеринарного паспорта, что является нарушением обязанностей владельца по надлежащему уходу.
Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что истец сама способствовала негативному исходу, что в силу закона является основанием для отказа во взыскании компенсации.
Моральный вред по закону о защите прав потребителей взыскивается за нарушение конкретных прав. В решении не указано, какое именно право было нарушено, учитывая, что истец была проинформирована о вариантах лечения и самостоятельно выбрала более дешевый и доступный препарат «Эсперавир».
От представителя истца Рогожниковой М.В. – Будянского И.А. поступили письменные возражения на апелляционную жалобу, согласно которым просил решение мирового судьи судебного участка ... Октябрьского судебного района г.Томска от ... по гражданскому делу ... (2-27/2025 (1)) оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя Недзельского С.В. без удовлетворения. В возражениях указывает, что ответчик в апелляционной жалобе указывает, что суд первой инстанции ошибочно признал неправомерным применение медицинского препарата «Эсперавир» в ветеринарии. Закон РФ от ... ... «О ветеринарии» и Федеральный закон от 12,04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» не содержат прямого запрета на применение медицинских препаратов для лечения животных; ветеринарные врачи руководствовались научными статьями и положительным клиническим опытом; на момент обращения зарегистрированных ветеринарных препаратов для лечения FIP в Российской Федерации не существовало.
Указал, что данные доводы не могут служить основанием для отмены решения суда.
Отсутствие прямого запрета не означает наличие разрешения. В соответствии с пунктом 7 Правил оказания платных ветеринарных услуг, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 06.08.1998 № 898 обеспечивает применение лекарственных средств и методов, исключающих отрицательное влияние на животных при диагностике, лечении и профилактике, высокоэффективных ветеринарных препаратов и методов ветеринарного воздействия; гарантирует безопасность ветеринарных мероприятий для здоровья и продуктивности животных, жизни и здоровья потребителя, а также окружающей среды. Использование медицинских препаратов, не внесенных в Государственный реестр лекарственных средств для ветеринарного применения, является нарушением установленных требований.
В соответствии со статьей 13 Федерального закона от 12.04.2010 № 61- ФЗ «Об обращении лекарственных средств», на территории Российской Федерации допускаются производство, хранение, перевозка, ввоз, вывоз, реклама, отпуск, реализация, передача, применение и уничтожение лекарственных препаратов только при условии их государственной регистрации уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Регистрацию лекарственных препаратов для ветеринарного применения осуществляет Федеральная служба по ветеринарному и фитосанитарному надзору (Россельхознадзор) с внесением сведений о препарате в Государственный реестр лекарственных средств для ветеринарного применения.
Препарат «Эсперавир» в указанном реестре отсутствует, государственную регистрацию в качестве лекарственного препарата для ветеринарного применения не проходил, что исключает возможность его применения.
Ответчик в апелляционной жалобе не оспаривает установленные судом фактические обстоятельства: в протоколе повторного обследования животного от 01.11.2023 отсутствуют сведения о разъяснении истцу возможных рисков, о наличии альтернативных вариантов лечения, о том, что препарат не зарегистрирован в качестве ветеринарного. Следовательно, надлежащее информирование потребителя не доказано.
Ответчик утверждает, что истец была информирована о рисках и самостоятельно выбрала препарат «Эсперавир», а также отказалась от лапароцентеза. Судом первой инстанции дана надлежащая оценка указанным доводам.
Ответчик утверждает, что в экспертном заключении отсутствует отметка о предупреждении эксперта об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Вместе с тем, в приложениях к судебному ветеринарному экспертному заключению ... от ... прямо указано приложение ... - «Подписка об ознакомлении с правами и обязанностями судебного эксперта» на 2 л., что подтверждает факт отобрания у эксперта подписки о предупреждении об уголовной ответственности в установленном законом порядке. Кроме того, в судебном заседании эксперт Ряснянский М.А. был допрошен, подтвердил свое заключение и вновь предупрежден об ответственности. Таким образом, процессуальных нарушений, влекущих признание экспертного заключения недопустимым доказательством, допущено не было.
Ответчик утверждает, что эксперт ошибочно разделил FCoV и FIP как самостоятельные, не связанные заболевания.
Данный довод основан на неверном толковании заключения эксперта. Эксперт в своем заключении указал, что для постановки диагноза FIP недостаточно только выявления коронавирусной инфекции, требуются дополнительные исследования, которые не были проведены ответчиком. Это не методологическая ошибка, а обоснованная критика неполноты диагностических мероприятий. Более того, судом первой инстанции был допрошен специалист Кошель B.C., которая подтвердила, что для лечения FIP требуется комплексный подход, включающий не только назначение противовирусного препарата, но и поддерживающую терапию, которая не была назначена ответчиком.
Кроме того, ответчик - индивидуальный предприниматель Недзельский С.В., не обладая специальными экспертными познаниями в области ветеринарии, фактически пытается оспорить выводы судебной экспертизы, проведенной Государственным бюджетным учреждением Новосибирской области «Управление ветеринарии города Новосибирска», которое является специализированным государственным экспертным учреждением, наделенным необходимыми компетенциями для проведения подобных исследований. Само по себе несогласие стороны с выводами экспертного заключения, при отсутствии убедительных и достоверных доказательств, опровергающих эти выводы, не может служить основанием для признания экспертизы ненадлежащим доказательством или для назначения повторной экспертизы.
Ответчик утверждает, что эксперт вышел за пределы поставленных вопросов, сделав вывод о наличии причинно-следственной связи между выбором тактики лечения и гибелью животного.
В соответствии с частью 2 статьи 86 ГПК РФ эксперт вправе включить в заключение выводы об обстоятельствах, имеющих значение для дела, которые не были поставлены на его разрешение, если эти обстоятельства выявлены в ходе исследования. Вывод о причинно-следственной связи является логическим следствием установленной некачественности оказанных услуг.
Ответчик ссылается на судебную практику (определения Восьмого кассационного суда общей юрисдикции), согласно которой причину смерти животного можно установить только путем вскрытия.
Данный довод не может быть принят во внимание, поскольку предметом спора является не установление причины смерти животного, а признание оказанных ветеринарных услуг некачественными. Судом установлено, что ответчик допустил нарушения при оказании услуг (неполнота диагностики, отсутствие поддерживающей терапии, применение незарегистрированного препарата), что уже является основанием для удовлетворения требований потребителя.
Ответчик утверждает, что суд необоснованно отказал в назначении повторной экспертизы до допроса свидетелей и специалиста.
Суд первой инстанции в полной мере обеспечил сторонам равные процессуальные возможности. В соответствии с частью 1 статьи 12 ГПК РФ, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Суд не является органом, собирающим доказательства по собственной инициативе, а создает условия для их представления сторонами. Ответчик не был лишен возможности представить рецензию на экспертное заключение, которая была приобщена к материалам дела. Суд дал оценку всем представленным доказательствам в их совокупности, что соответствует требованиям статьи 67 ГПК РФ.
Ответчик утверждает, что взысканная сумма расходов на оплату услуг представителя (60 000 рублей) является чрезмерной и не соответствует принципу разумности.
Об объеме работы представителя истца
Представителем истца были совершены следующие процессуальные действия:
составление искового заявления:
составление уточнения исковых требований;
участие в судебных заседаниях (согласно протоколам судебных заседаний); • • представление доказательств и участие в исследовании экспертного заключения.
Дело относится к категории сложных, поскольку требовало оценки медицинских документов, назначения и проведения судебной экспертизы, допроса свидетелей и специалиста.
Ответчик ограничился общим утверждением о чрезмерности, не представив:
доказательств средней стоимости аналогичных услуг в регионе;
доказательств несоответствия объема оказанных услуг заявленной сумме.
Длительность рассмотрения дела и значительный объем процессуальной работы, выполненной представителем истца, объективно свидетельствуют о том, что заявленная сумма расходов (60 000 рублей) не является завышенной и соответствует объему оказанных услуг.
Ответчик утверждает, что основной объем процессуальной работы выполнен представителям и ответчика. Данный довод является юридически несостоятельным, поскольку понесенные стороной расходы на оплату услуг представителя не зависят от объема работы, выполненной противоположной стороной. Каждая сторона самостоятельно определяет необходимость привлечения представителя и объем его участия. Факт несения ответчиком расходов на представителя не является основанием для уменьшения расходов истца.
Судом первой инстанции дана надлежащая оценка доводам ответчика о несоблюдении истцом рекомендаций врача. Установлено, что:
предложение альтернативного лечения документально не зафиксировано;
лапароцентез (отведение жидкости) не является обязательной процедурой;
из протокола приема от ... не усматривается рекомендации повторно посетить врача.
Указанные обстоятельства ответчиком в апелляционной жалобе не оспариваются.
Руководствуясь частью 3 статьи 167, частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд рассмотрел апелляционную жалобу представителя ИП Надзельского С.В. в отсутствие истца и его представителя, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.
Судом установлено и следует из материалов дела, что ... истец обратилась в ветеринарную клинику «Центр ветеринарной медицины доктора Недзельского» (ИП Недзельский С. В.) за оказанием ветеринарных услуг для кота по кличке Вася, возраста 2 года. Заключен договор № б/н, предметом которого являлись:
-согласно акту оказанных услуг ... от ... первичный прием ветеринарного врача терапевта/хирурга Латыповой И. В. (1200 рублей), УЗИ на наличие свободной жидкости (622,50 рублей), забор жидкости из брюшной полости для направления на исследование на наличие коронавирусной инфекции кошек (FCoV) (885 рублей);
-согласно акту оказанных услуг ... от ...: взятие крови на лабораторное исследование (с пробирками) (440 рублей), биохимическое исследование крови 16 показателей (комплексный анализ/проверка здоровья) (1650 рублей).
Всего истцом было оплачено за услуги 4 797,50 рублей, что подтверждается кассовыми чекам от ... (л.д.38-39).
Удовлетворяя иск суд первой инстанции исходил из того, что на момент обращения в ветеринарную клинику Рогожниковой М.В. являлась владельцем животного, и ответчик не ставил это под сомнение, согласившись заключить договор на оказание ветеринарных услуг с Рогожниковой М.В. как с владельцем (собственником) животного.
Согласно протоколу обследования животного от ... при проведении УЗИ в брюшной полости обнаружена жидкость в большом количестве, при пункции - мутноватая жидкость желтого цвета, направлена для исследования на коронавирусную инфекцию в лабораторию ИНВИТРО. Поставлен предварительный диагноз - инфекционный перитонит, блошиная инфестация. Рекомендовано: - обработка от блох каплями на холку Селафорт / Фиприст /Адвокат; - дополнительное обследование: - исследование крови (общий и биохимический анализ); - консультация Ракитиной С. А. при подтверждении диагноза для назначения терапии.
... сдана кровь животного на биохимический анализ.
По результатам исследования Vet Union (подразделение ИНВИТРО) в результатах анализов от ... обнаружена коронавирусная инфекция кошек.
Согласно Протоколу повторного обследования животного от ... (без животного) указан анамнез: - состояние отмечают улучшение, появился аппетит, ОАК не сдавали. Диагностическая версия: - FIP. Даны рекомендации: - кормление: все лишь бы ел; - лечение: Эсперавир 200 мг по 1/8 2 раза в сутки (капсулы не высыпать, не разбавлять (попасть в желудок препарат должен строго в капсуле); контроль через 21 день (общий анализ крови, биохимический анализ крови, УЗИ+кровь на FeLV) - голодная диета не менее 6 часов. При ухудшении состояния обратиться в клинику с котом.
... истцом приобретен препарат Эсперавир ... капсулы по 200 мг.
... истец, отметив вялость питомца, обратилась в клинику с котом, где было проведено УЗИ грудной клетки без выявления в ней жидкости.
При обращении в клинику ... по результатам осмотра животного дежурным врачом рекомендована эвтаназия, которая была проведена с согласия владельца.
... истцом направлена претензия по факту оказания ветеринарных услуг ненадлежащего качества, что выразилось в непредоставлении информации о применении в ходе лечения медицинского препарата Эсперавир, непредоставлении информации о состоянии здоровья животного в период лечения, непроведении дополнительных исследований, способствующих возможности оказания ветеринарных услуг в полом объеме и надлежащего качества.
Согласно ответу ИП Недзельского С. В. от ... на претензию истец самостоятельно выбрала форму лечения препаратом Эсперавир, нюансы применения которого описаны врачом на приеме; указано, что не всегда лечение Эсперавиром и GS приводит к восстановлению животного; Рогожниковой М. В. выражено сочувствие по поводу летального исхода.
В соответствии со ст. 137 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзаца 12 статьи 4 Федерального закона от 24 апреля 1995 года N 15-ФЗ "О животном мире" к животным применяются общие правила об имуществе.
Согласно преамбуле Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" данный Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.
Статьей 4 Закона "О защите прав потребителя" на исполнителя, выполняющего соответствующие работы, оказывающего услуги, возложена обязанность по их качественному выполнению, оказанию соответственно условиям договора, нормативным обязательным требованиям, целевому назначению использования.
Из п. 1 постановления Правительства Российской Федерации от 6 августа 1998 года N 898 "Об утверждении Правил оказания платных ветеринарных услуг" следует, что данные Правила разработаны в соответствии с Законом Российской Федерации "О защите прав потребителей" и Законом Российской Федерации "О ветеринарии" и регулируют отношения, возникающие между потребителями и исполнителями при оказании платных ветеринарных услуг.
В соответствии с п. 7 указанного постановления, исполнитель обеспечивает применение лекарственных средств и методов, исключающих отрицательное влияние на животных при диагностике, лечении и профилактике, высокоэффективных ветеринарных препаратов и методов ветеринарного воздействия, гарантирует безопасность ветеринарных мероприятий для здоровья и продуктивности животных, жизни и здоровья потребителя, а также окружающей среды.
За несоблюдение или нарушение настоящих Правил, а также Законов Российской Федерации "О защите прав потребителей" и "О ветеринарии" или иных нормативных правовых актов Российской Федерации исполнитель и потребитель несут ответственность, установленную законодательством Российской Федерации (ст. 16 Правил оказания платных ветеринарных услуг).
Согласно п. 1 ст. 13 Закона "О защите прав потребителя" за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.
Как указано в п. 1 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.
В соответствии со ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.
В соответствии с п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).
Частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
На основании части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.
В соответствии с частью 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.
Из содержания вышеуказанных норм права в их взаимосвязи следует, что именно исполнитель обязан доказать обстоятельства, являющиеся основанием для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание услуг.
Фактически несогласие стороны ответчика в части обжалуемого решения суда, сводиться к несогласию с результатами судебного ветеринарного экспертного заключения ... от ..., которое было взято судом в основу обжалуемого решения суда, проверяя доводы в указанной части, суд исходит из следующего.
С целью обоснования своей позиции представителем истца Рогожниковой М.В. – Будянским И.А. было заявлено ходатайство о назначении судебной ветеринарной экспертизы.
Как следует из определения мирового судьи судебного участка №1 Октябрьского судебного района г.Томска от ... была назначена судебная ветеринарная экспертиза по документам, проведение которой поручено экспертам ГБУ НСО «Управление ветеринарии города Новосибирска».
На разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:
1. Соответствует ли весь комплекс оказанных ответчиком истцу в отношении кота (кличка –«Васька») ветеринарных услуг (полнота исследований и (или) рекомендаций по их проведению), их последовательность, обоснованность выбора рекомендаций препаратов, из дозировка и др.) профессиональным нормам и правилам в области ветеринарии?
2. Существовала ли необходимость проведения и (или) дачи рекомендаций по проведению дополнительных обследований перед лечением, в том числе перед применением препарата «Эсперавир»? Если да, то чем это вызвано?
3. Какие существующие способы лечения короновирусной инфекции кошек (FСoV)? Какие из них являются безопасными?
Суд считает необходимым отметить, что указанное экспертное учреждение было предложено стороной ответчика, что подтверждается ходатайством о постановке вопросов перед экспертом (т. 1 л.д.82-83), в том числе представлен ответ указанной экспертной организации о возможности проведения судебной ветеринарной экспертизы (т.1 л.д.92).
Более того, в рамках предварительного судебного заседания, которое состоялось ... (протокол предварительного судебного заседания, т.1 л.д.108) представитель истца Рогожниковой М.В. – Будянский И.А. указал, что согласен с назначением судебной экспертизы в Государственное бюджетное учреждение Новосибирска предложенным ответчиком.
Следовательно, указанное экспертное учреждение судом первой инстанции было выбрано по согласованию с мнением лиц, участвующих в деле, более того, указанное экспертное учреждение было предложено стороной ответчика, что установлено материалами гражданского дела.
Согласно выводам судебного ветеринарного экспертного заключения ... от ... в ответе на 1 вопрос указано, что комплекс оказанных ответчиком истцу в отношении кота (кличка - «Васька») ветеринарных услуг (полнота исследований и (или) рекомендаций по их проведению), их последовательность, обоснованность выбора рекомендаций препаратов, их дозировка и др.) не соответствует профессиональным нормам и правилам в области ветеринарии по следующим основаниям:
1.В соответствии с п. 6 Правил оказания платных ветеринарных услуг (утв. постановлением Правительства РФ от ... ...) Исполнитель обязан довести до Потребителя указание на конкретное лицо, которое будет оказывать ветеринарную услугу, и информацию о нем, если это имеет значение исходя из характера ветеринарной услуги.
Данное требование при первом посещении ветеринарного учреждения не выполнено, так как в предоставленном ветеринарном документе - Протоколе приема отсутствуют сведения о фамилии, имени, отчестве (при наличии) ветеринарного специалиста, непосредственно проводившего прием.
2.Ветеринарный документ - Протокол приема составлен мало информативно (подробно описано в исследовательской части ветеринарного судебного экспертного заключения), что лишает возможности ветеринарного специалиста в последующем объективно дать сравнительную оценку динамике состояния здоровья животного, наглядно продемонстрировав данные владельцу, либо лишает возможности правильно интерпретировать информацию о состоянии здоровья животного на момент обследования другим ветеринарным специалистом.
3.Курс лечения назначается ветеринарным врачом после осмотра питомца и постановки диагноза. Лечение коронавирусного энтерита противовирусное и симптоматическое. Оно направлено на:
•угнетение размножения вируса,
•восстановление водно-электролитного баланса (введение водно-солевых растворов, контроль за питьевым режимом),
•подавление роста вторичной микрофлоры (применение антибактериальных препаратов),
•нормализацию работы пищеварительного тракта (применение лечебного рациона, пробиотических препаратов).
При этом следует соблюдать требования пункта 7 Правил оказания платных ветеринарных услуг (утв. постановлением Правительства РФ от ... ...).
Данные требования не выполнены как по объему назначений (выбранная тактика лечения направлена только на подавление вируса, без учета других необходимых действий), так и по применению медикаментов - схемы лечения (назначен медицинский препарат).
4.Рекомендации повторного приема животного основаны исключительно на документах, без осмотра животного. То есть лицо, осуществлявшее прием, не оценив состояние здоровья животного, дало рекомендации по его лечению.
5.Выбор рекомендаций препаратов, их дозировка проведены без учета требований пункта
7. Правил оказания платных ветеринарных услуг (утв. постановлением Правительства РФ от ... ...), так как инструкция по применению препарата Эсперавир не содержит сведения о возможности его применения в отношении животных, в частности кошек. То есть, назначив медицинский препарат Эсперавир, самостоятельно рассчитав дозировку, врач действовал исходя из своих внутренних убеждений, полагаясь исключительно на свои знания и профессиональный опыт - самонадеянно.
Ответ на второй вопрос: Необходимость проведения и (или) дачи рекомендаций по проведению Дополнительных обследований перед лечением, в том числе перед применением препарата Эсперавир существовала.
Кроме анализа данных анамнеза, результатов клинического осмотра, ветеринарный специалист должен поставить диагноз руководствуясь результатами лабораторных анализов. Помочь в постановке диагноза могут следующие исследования:
выявление антигена коронавируса и антител к нему с помощью ИФА, обнаружение вируса в организме с помощью ПЦР, биохимическое исследование выпотов, общий клинический анализ крови, биохимический анализ крови,
УЗИ органов брюшной полости, электрокардиограмма.
Учитывая изложенное, действия по лабораторной диагностике при наблюдении за состоянием здоровья животного обоснованы и имеют важное клиническое значение, как при постановке диагноза, так и при оценке динамики состояния здоровья животного.
Ответ на третий вопрос: Лечение коронавирусного энтерита противовирусное и симптоматическое. Оно направлено на:
•угнетение размножения вируса,
•восстановление водно-электролитного баланса (введение водно-солевых растворов, контроль за питьевым режимом),
•подавление роста вторичной микрофлоры (применение антибактериальных препаратов),
•нормализацию работы пищеварительного тракта (применение лечебного рациона, пробиотических препаратов).
При этом следует соблюдать требования пункта 7 Правил оказания платных ветеринарных услуг (утв. постановлением Правительства РФ от 06.08.1998 № 898).
Тактику и схему лечения следует разрабатывать индивидуально в отношении каждого животного, с учетом данных клинического осмотра (как первичного, так и последующих) и результатов лабораторных исследований.
В рассмотренном случае тактика и схема лечения выбраны неверно, в результате экспертом усматривается прямая причинно-следственная связи между обращением владельца животного в ветеринарное учреждение, выбором тактики и схемы лечения, наступлением негативных последствий в виде гибели животного.
Данный вывод косвенно подтверждается ответом от ..., подготовленным главным врачом «Центра ветеринарной медицины доктора Недзельского» Осинцевой О.С. направленным в адрес Рогожиной М.В. (лист дела 27-28).
Разрешая спор по существу суд первой инстанции с учетом выводов экспертного заключения, ст. 13, 15 Закона «О защите прав потребителей», Правилами оказания платных ветеринарных услуг, утвержденных Постановлением Правительства РФ N898 от ..., пришел к выводу о том, что ответчиком были оказаны некачественные ветеринарные услуги, в связи с чем, с ответчика подлежала взысканию стоимость таких услуг.
Суд апелляционной инстанции с указанными выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на фактических обстоятельствах дела, установленных в ходе судебного разбирательства, и соответствуют требованиям закона, суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку всем представленным сторонами доказательствам по делу в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Доводы ответчика о том, что экспертное заключение является недопустимым, противоречивым и недостаточным обоснованным доказательством, поскольку экспертом допущены какие–либо нарушения в части проведения экспертизы такие как отсутствие предупреждения эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, материалы гражданского дела свидетельствуют об обратном. Суд не принимает во внимание указанный довод, поскольку как следует из подписки об ознакомлении с правилами и обязанностями судебного эксперта от ... (т.1 л.д.132) эксперту Ряснянскому М.А. разъяснены права и обязанности судебного эксперта, ст. 18 ГПК РФ, а также указанный эксперт был предупрежден по ст. 307 УК РФ, о чем свидетелеьтсвует подпись последнего, более того, как следует из протокола судебного заседания указанный эксперт был допрошен в судебном заседании ..., где ему повторно были разъяснены указанные положения, что подтверждает подписка о предупреждении эксперта об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение (т.1 л.д. 229).
В соответствии с ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 данного кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.
Согласно ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
В соответствии с ч. 3 названной выше статьи суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4 ст. 67 и п. 2 ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (в частности, в определении от 25 мая 2017 года N 1116-О), предоставление судам полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.
Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда (ч. 2 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Доказательства по гражданскому делу должны также соответствовать критериям относимости и допустимости (ст. 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Как следует из решения суда, ни одно из представленных сторонами доказательств не было признано судом полученным с нарушением требований закона, либо не соответствующим критериям относимости и допустимости.
Принимая в качестве допустимого доказательства заключение судебной ветеринарной экспертизы ГБУ НСО «Управления ветеринарии города Новосибирска» ... от ..., суд первой инстанции указал на то, что заключение эксперта являются обоснованными, полным, исходя из представленных в материалы дела документов, которым экспертом дана надлежащая оценка, соответствует требованиям действующего законодательства и подтверждается материалами дела, документ составлен специалистом, квалификация которого сомнений не вызывает, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, выводы эксперта однозначны и мотивированны.
Более того, с целью несогласия с указанным экспертным заключением стороной ответчика было заявлено ходатайство о вызове и допросе эксперта Ряснянского М.А., которое было удовлетворено судом, в рамках судебного заседания указанный эксперт ответил на вопросы и поддержал заключение в полном объеме. Экспертное заключение сделано на основе представленных судом материалов. Также подтвердил, что эксперт делая выводы о наличии причинно-следственной связи между выбранным видом лечения и смертью животного, исходил из того, что схема лечения животного была выбрана неверно. При этом эксперт исходил из добросовестного поведения хозяина животного, которое подразумевает факт покупки препарата «Эсперавир» и использование его в лечении животного, какие–либо доказательства, свидетельствовавшие об обратном в материалы гражданского не представлены.
Сторона в качестве довода о том, что указанное экспертное заключение является ненадлежащим доказательством, указали, что эксперт вышел за пределы поставленных вопросов, сделав вывод о наличии причинно-следственной связи между тактикой лечения и гибелью животного.
В ч. 2 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указано, что в случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.
Вместе с тем, как верно указывает в своих возражениях на апелляционную жалобу представитель истца Будянский И.А., с чем суд апелляционной инстанции соглашается, вывод сделанный экспертом о причинно-следственной связи является логическим следствием установленной некачественной оказанной ветеринарной услуги.
Каких–либо доказательств, опровергающих выводы заключения судебной экспертизы, ответчиком суду не представлено.
Каких-либо противоречий между судебной экспертизой, пояснениями эксперта судом апелляционной инстанции неустановленно.
В рамках несогласия с экспертным заключением во взаимосвязи с пояснениями эксперта, стороной ответчика в ходе рассмотрения гражданского дела по существу в суде первой инстанции было заявлено ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы, в котором указали, что по мнению ответчика представленное экспертное заключение содержит логические, научные и правовые противоречия, в удовлетворении которого судом было отказано определением мирового судьи судебного участка №1 Октябрьского судебного района г.Томска от ..., в котором указал, что заключение эксперта содержит подробное описание проведенных исследований и сделанные в результате их выводы и ответы на поставленные судом вопросы каких-либо неясностей и неполноты в экспертном заключении не имеют.
С указанным выводом суд апелляционной инстанции соглашается.
Вместе с тем, в рамках несогласия с указанным решением в апелляционной жалобе сторона ответчика ссылается, на обстоятельства того, что суд не обеспечил сторонам равные процессуальные возможности для предоставления и опровержения доказательств и проигнорировал возражения ответчика не дал им правовой оценки и не представил возможности для их проверки путем повторной экспертизы.
Суд первой инстанции при назначении экспертизы учел мнение стороны истца и ответчика при назначения судебной экспертизы.
Согласно ч.2 ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.
Из пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008 N 13 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции" следует, что в целях разъяснения или дополнения заключения суд может вызвать эксперта для допроса. При наличии в деле нескольких противоречивых заключений могут быть вызваны эксперты, проводившие как первичную, так и повторную экспертизу.
Назначение повторной экспертизы должно быть мотивировано. Суду следует указать в определении, какие выводы первичной экспертизы вызывают сомнение, сослаться на обстоятельства дела, которые не согласуются с выводами эксперта.
Противоречия в заключениях нескольких экспертов не во всех случаях требуют повторной экспертизы. Суд может путем допроса экспертов получить необходимые разъяснения и дополнительное обоснование выводов.
Как было указано ранее, с целью устранения вопросов судом первой инстанции, по ходатайству ответчика был допрошен эксперт проводивший экспертизу, каких-либо противоречий и неясностей судом не установлено, с чем суд апелляционной инстанции соглашается.
В рамках апелляционного рассмотрения стороной ответчика было заявлено ходатайство о проведении по делу повторной экспертизы, определением суда в удовлетворении указанного ходатайства отказано, поскольку каких-либо нарушений при проведении экспертизы либо неточностей и неясностей при исследовании указанной экспертизы судом апелляционной инстанции не установлено.
Доводы ответчика о том, что судом первой инстанции ошибочно признано неправомерным применение медицинского препарата «Эсперавир» в ветеринарии, суд не принимает во внимание, поскольку указанный довод не может служить основанием для отмены указанного решения суда, ввиду того, что экспертным заключением, которое взято за основу при вынесении настоящего решения установлено, что ответчиком оказаны некачественные ветеринарные услуги.
Возражения стороны ответчика с указанным решением, по большей части, складываются из-за не согласия стороны ответчика с заключением эксперта, вместе с тем, каких-либо доказательств, опровергающих выводы эксперта в материалы гражданского дела представлено не было.
Таким образом, суд в полном объеме соглашается с принятым решением мирового суда, в части взыскания денежных средств оплаченных по договору оказания ветеринарных услуг в размере 4797, 50 рублей, ввиду ненадлежащего оказания услуг стороной ответчика.
Также в письменных дополнениях сторона ответчика ссылается на отсутствие доказательств глубоких нравственных страданий истца.
Рассматривая указанный довод, суд апелляционной инстанции, исходит из следующего.
Мировой судья пришел к выводу, что в результате виновных действий ответчика, были нарушены права истца, установленные Федеральным законом "О защите прав потребителей".
Таким образом, отсутствие достоверных сведений по фактическому приему животным медицинского препарата «Эсперавир» и отсутствие доказательств причинно- следственной связи между назначением указанного препарата, его приемом и смертью животного не является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований по взысканию морального вреда.
С учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий, исходя из принципа разумности и справедливости, суд частично удовлетворил исковые требования Рогожниковой М. В. и взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 3 000 рублей.
В соответствии со статьей 15 Закона моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.
Судом в рассматриваемом случае установлено нарушение ответчиком прав истца, с выводами суда первой инстанции о взыскании компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку распространяя на животных общие правила об имуществе, положения статьи 137 Гражданского кодекса Российской Федерации тем не менее отличают их от прочего имущества, устанавливая, в частности, запрет на жестокое отношение, противоречащее принципам гуманности.
Запрет на жестокое обращение с животными, содержащийся как в уголовном так и в гражданском законодательстве, направлен не на охрану имущества как такового, а на охрану отношений нравственности.
Применение законодателем по отношению к животным таких категорий, как жестокость, нравственность, гуманизм свидетельствует о том, что при определенных обстоятельствах гибель животных может причинять их владельцу не только имущественный вред, но и нравственные страдания, в частности в силу эмоциональной привязанности, психологической зависимости, потребности в общении по отношению к конкретному животному, что не исключает возложение на причинителя вреда обязанности компенсировать не только имущественный ущерб, но и моральный вред.
Наличие или отсутствие таких оснований должно устанавливаться в каждом конкретном случае с учетом всех обстоятельств дела (указанная позиция отражена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 21.06.2022 N 15-КГ22-1-К1 (УИД 13RS0025-01-2020-002487-73).
Суд апелляционной инстанции не находит основания для отмены или изменения решения, в том числе в части определения суммы компенсации морального вреда и штрафа, суд первой инстанции подробно аргументировал свою позицию относительно удовлетворения данных требований истца, оснований не согласиться с данной позицией, у суда апелляционной инстанции не имеется.
Доводы апеллянта относительно завышенного размера присужденных судом расходов на оплату представителя в размере 60 000 рублей ввиду нарушения принципа разумности при явной диспропорции процессуальной активности сторон отклоняются ввиду необоснованности.
Часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Как разъяснено в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.
Как следует из договора об оказании юридических услуг ... от ..., заключенного между индивидуальным предпринимателем Будянским И. А. (исполнитель) и Рогожниковой М. В. (заказчик) исполнитель обязуется оказать, а заказчик оплатить юридические услуги, которые включают в себя:
-дача юридической консультации по делу, ознакомление с материалами дела;
-подготовка подача запроса от имени и в интересах заказчика в адрес ИП Недзельского С.В.;
-подготовка и подача досудебной претензии к ИП Недзельскому С.В.;
-представление интересов заказчика в досудебном порядке (при необходимости – в суде первой инстанции) по делу о защите прав потребителей по иску заказчика к ИП Недзельскому С.В.;
-услуги оказываются исполнителем в г.Томске.
Согласно пункту 3.1. договора, стоимость услуг, оказываемых по настоящему договору, составляет 60000 рублей.
Оплата по указанному договору подтверждается чеком от ... на сумму 30 000 рублей и чеком от ... на сумму 30 000 рублей.
Из пункта 2.2.4. указано, что исполнитель обязуется: привлекать к выполнению своих обязательств по настоящему договору третьих лиц, оставаясь полностью ответственным за их действия.
В суде первой инстанции интересы истца представлял Будянский И.А. действующий на основании доверенности от ..., а также Фкрс Д.Э. действующий в порядке передоверия на основании доверенности серии ...2 от ....
Определяя размер расходов, подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца на оплату услуг представителя, оказанных при рассмотрении дела судом первой инстанции, суд учел требования разумности, а также ценность защищаемого права, объем оказанных представителем услуг, в том числе подготовку иска, участие представителя истца в судебном заседании.
Разумность предела судебных издержек на возмещение расходов по оплате услуг представителя, требование о которой прямо закреплено в статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является оценочной категорией, поэтому в каждом конкретном случае суд должен исследовать обстоятельства, связанные с участием представителя в споре. Применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, суд первой инстанции действовал в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения.
Ответчиком при рассмотрении спора не представлено доказательств неразумности расходов.
Доводы апеллянта о том, что расходы на оплату услуг представителя чрезмерны со ссылками на пункт 23 (1) Положения о возмещении процессуальных издержек, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от ... ..., отклоняются, поскольку основаны на неправильном толковании норм процессуального права, так как вышеуказанное Постановление регламентирует размер определения вознаграждения адвоката, участвующего в гражданском деле только по назначению суда.
При таких данных оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Доводы стороны ответчика в части того, что основной объем работы по данному гражданскому делу выполнен представителями ответчика суд не принимает во внимание, поскольку понесенные судебные расходы не зависят от объема работ, выполненной противоположной стороной.
Работы, которые были выполнены стороной ответчика были основаны на принципе состязательности и равноправия сторон, с целью предоставления доказательств в подтверждение своей позиции, что не зависит от объема работ произведенных стороной истца.
В целом доводы апелляционной жалобы повторяют позицию представителя ответчика при разбирательстве дела в суде первой инстанции, и по сути, сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены законного и обоснованного решения суда.
Руководствуясь п.2 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил:
решение мирового судьи судебного участка №1 Октябрьского судебного района г.Томска от 15.01.2026 оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя индивидуального предпринимателя Надзельского Станислава Вячеславовича –Ильиной Татьяны Александровны – без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в президиум Томского областного суда по правилам, установленным гл. 40.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через суд первой инстанции.
Председательствующий М.А. Вылегжанин
Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 22.05.2026.