РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
21 октября 2026 года с. Косиха Косихинского района
Косихинский районный суд Алтайского края в составе:
председательствующего Гомер О.А., при секретаре Бедаревой Н.С., с участием:
представителя процессуального истца Застрожнова М.С., законных представителей материального истца Кудрявцева И.В.,
Кудрявцевой Л.А., ответчика Коноваловой Т.П., рассмотрев гражданское дело по исковому заявлению прокурора Косихинского района Алтайского края в интересах малолетнего ФИО1 к Коноваловой Татьяне Петровне о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Прокурор Косихинского района Алтайского края обратился в Косихинский районный суд Алтайского края в интересах малолетнего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., к Коноваловой Т.П. о компенсации морального вреда, причиненного в размере 10000 руб..
В обоснование заявленных требований прокурор указала, что проверкой, проведенной прокуратурой района по обращению Кудрявцева И.В. и Кудрявцевой Л.А., действующих в интересах своей ребенка - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., установлено, что ДД.ММ.ГГГГ не позднее 16:22, указанный ребенок, находясь на территории домовладения по адресу: <адрес>, подвергся нападению собаки не установленной пароды, принадлежащей Коноваловой Т.П., вследствие чего получил укушенную рану ноги. Коновалова T.П. подтвердила факт нападения, принадлежащей ей собаки, на ФИО21. Указанные телесные повреждения не причинили вреда здоровью ФИО22, так как не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности. По факту укуса несовершеннолетнего ДД.ММ.ГГГГ в ОП по <адрес> МО МВД России «Троицкий» зарегистрировано сообщение КУСП №, материал проверки по которому направлен в Управление ветеринарии <адрес>. Обстоятельства причинения телесных повреждений ФИО23 подтверждаются материалами, полученными в ходе проверки. Следствием данного инцидента стал сильный испуг ФИО1, последующее чувство страха при виде собак, как находящихся на привязи, так и в свободно передвигающихся на местности. Кроме того, в результате хирургической обработки раны малолетний непродолжительный период был ограничен в прогулках на улице, находился дома в целях нормального протекания процесса заживления раны. В силу малолетнего возраста, перенесенные нравственные страдания и негативные эмоции несомненно восприняты ФИО24 более острее, нежели лицу, в том числе совершеннолетнему, c устоявшимися навыками контроля психоэмоционального состояния. При определении размера компенсации морального вреда учтены все установленные законом критерии - фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных малолетнему физических и нравственных страданий, возраст, степень вины ответчика, на котором лежит обязанность по содержанию принадлежащего ему домашнего животного.
Представитель прокуратуры Косихинского района Алтайского края – заместитель прокурора Застрожнов М.С. и законные представители несовершеннолетнего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., - Кудрявцев И.В. и Кудрявцева Л.А. в судебном заседании поддержали исковые требования, настаивали на их удовлетворении по основаниям, изложенным в иске.
Дополнительно заместитель прокурора Застрожнов М.С. пояснил, что в настоящее время не принято процессуальное решение по материалу о факте укуса собакой ребенка, направленному отделом полиции в ветеринарную службу ДД.ММ.ГГГГ.
Законный представитель истца Кудрявцева Л.А. дополнительно в судебном заседании пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ около 16:00 ее сын ФИО1 пошел гулять с бабушкой – ФИО9 и сестрой. Сын попросился поиграть с соседским мальчиком Данилом, она об этом знала. Бабаушка отлучилась с внучкой домой, а ФИО5, остался без присмотра, и с ФИО25 решили позвать играть правнука ответчицы – ФИО26. ФИО5 зашел в ограду земельного участка ответчицы, чтобы позвать ФИО27 и в это время около калитки его укусила собака. Находясь дома через открытое окно, она услышала крик сына, и пошла к соседям. Во дворе ответчицы не было взрослых, сын плакал, его нога была в крови. Смирнова Е.А., бабушка ФИО29 и дочь ответчицы, вышла из-за угла дома, Коновалова Т.П. в это время находилась за пределами участка, разговаривала с соседкой. Дома вызвали полицию, после приезда и оформления документов сотрудником полиции, поехали с ребенком в приемный покой. В больнице педиатр ФИО10 обработал рану раствором хлоргексидина, наложил повязку. Швы не накладывались, уколы не ставили. Она, как сотрудник ветеринарной службы, ранее провела вакцинацию собаки ответчицы от бешенства, поэтому ребенку укол не ставили. Врач рекомендовал до заживления обрабатывать рану в домашних условиях раствором хлоргексидина, ограничить движения и находится дома, чтобы исключить инфицирование раны. Медикаментозное лечение не назначалось. Первые несколько дней ребенок не демонстрировал психологические проблемы, потому что из дома не выходил по рекомендации врача. Когда ограничение закончилось, стал просить сопровождать его в прогулках, тогда и начались проблемы. В последующем при обращениях к педиатру жалобы на изменение поведение, потерю сна не высказывала, поскольку данный доктор не является специалистом в области детской психологии, мог назначить только медикаментозное лечения, с чем она не согласна на данном этапе. За психологической помощью сыну обратились лишь в августе 2026 года, потому что искали специалиста. Она и, возможно, ребенок сообщили психологу о неединичном случае нападения собаки. Другие случаи нападения этой же собаки были ранее ДД.ММ.ГГГГ, однако, по данным событиям куда-либо не обращались и не фиксировали. Ответчицу просили принять меры, держать собаку в доме и не выпускать, либо во дворе на привязи. Сыну она запрещала ходить во дор Коноваловой Т.П., где, кроме маленькой собаки в доме, находятся еще две собаки на привязи во дворе. Состоит с Кудрявцевым И.В. в зарегистрированном браке, отец не лишен и не ограничен в правах, у них совместный бюджет, не возражает, чтобы денежная компенсация подлежащая взысканию их ребенку, была перечислена супругу.
Дополнительно в ходе производства по делу законный представитель истца Кудрявцев И.В. пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ его сына, собака принадлежащая ответчику, укусила на территории участка по <адрес>, в <адрес>, куда ребенок, с его слов, зашел со своим другом попить воды. Сын сам после этого пришел домой, сообщил о произошедшем, обратились в полицию и поехали в приемный покой больницы. После по рекомендации врача самостоятельно обрабатывали рану, больше за медицинской помощью не обращались. Ребенок около недели находился дома, был ограничен в прогулках. Это третий случай негативного общения ребенка с данной собакой. После первого раза попросили ответчика что-нибудь сделать с собакой, на это отвечали, что будут держать дома. Родители ребенку после первых двух событий запрещали посещение земельного участка ответчика, но сын не послушал. По факту перенесенных страданий ребенок проходит реабилитацию у психолога (л.д. 65-68).
Ответчик Коновалова Т.П. в судебном заседании возражала против удовлетворения иска прокурора, указав, что находящаяся в ее владении квартира расположена в двухквартирном доме, земельный участок огорожен забором, имеется калитка, которая запирается веревкой. Помимо собаки, содержащейся в квартире, которая укусила малолетнего истца, на территории земельного участка на привязи содержатся еще две собаки. Поскольку у собаки уже был конфликт с ребенком, она просила законных представителей – родителей запретить сыну заходить в ее двор. В тот день ФИО1 пришел в ее двор без сопровождения взрослого. Правнук ФИО30 был у друга ФИО31. Понимает, что ребенок испугался, однако ему было запрещено приходит в ее двор, и после возвращения из больницы, мальчик сразу ездил по улице на велосипеде.
Дополнительно в ходе производства ответчик Коновалова Т.П. пояснила, что владеет земельным участком по адресу: <адрес>, на праве общей собственности с бывший супругом и детьми: Коноваловым Ю.М., Коноваловым П.Ю., Коноваловой Е.Ю., Смирновой Е.А., Котовым В.А.. Собака принадлежит ей, проживает в доме около трех-четырех лет. Земельный участок огорожен, ворота закрыты. Законный представитель истца - Кудрявцева Л.А., как ветеринар привила животное от бешенства. ДД.ММ.ГГГГ собака была в доме. Ответчица находилась у соседей, ее дочь - Смирнова Е.А. находилась в бане с внуками. ФИО33 самостоятельно зашел на территорию земельного участка, собака выбежала из дома и прикусила ребенка за ногу. После этого приехал сотрудник полиции, родители повезли ребенка в больницу. После посещения больницы ребенок катался по улице на велосипеде с улыбкой. На замечание: «Миша, тебя ж собака укусила», ответил: «У меня ничего не болит, меня просто помазали». Малолетнему и его родителям неоднократно говорили, чтобы ребенок не ходил к ответчице (л.д. 65-68).
В судебное заседание привлеченные в качестве третьих лиц Коновалов Ю.М., Коновалов П.Ю., Иванова (Коновалова) Е.Ю., Смирнова Е.А., Котов В.А. не явились. Принимая во внимание принятые судом меры по извещению указанных лиц по адресам регистрации по месту жительства и посредством телефонной связи, руководствуясь нормами ст.ст. 113, 115, 117, 167 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ, п. 10.2 Порядка приема и вручения внутренних регистрируемых почтовых отправлений, утвержденного приказом АО «Почта России» от 20.12.2024 № 464-п, суд признает их извещенными надлежащим образом и считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Выслушав представителей стороны истца, ответчика, исследовав материалы дела и оценив каждое доказательство в отдельности и в их совокупности, суд приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в приемном покое КГБУЗ «Косихинская ЦРБ» с жалобами на укус собаки в присутствии законного представителя Кудрявцевой Л.А. осмотрен ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., выполнена хирургическая обработка раны, экстренная вакцинация и госпитализация не проводились (л.д. 20).
ДД.ММ.ГГГГ в 16:22 в дежурную часть ОП по <адрес> МО МВД России «Троицкий» поступило сообщение от Кудрявцева И.В. о том, что собака покусала ребенка 5 лет (л.д. 17, 56).
ОП по <адрес> МО МВД России «Троицкий» материал проверки по факту укуса собакой несовершеннолетнего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., передан по подведомственности в Управление ветеринарии <адрес> (л.д. 53-56), которым на дату рассмотрения дела процессуальное решение не принято.
Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические их нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права или посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
На основании п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п.п. 12, 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33)).
Согласно ст. 210 ГК РФ, собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества.
К животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное (ст. 137 ГК РФ).
На основании п.п. 1, 4 ст. 3 Федерального закона от 27.12.2018 № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» владельцем животного признается физическое лицо или юридическое лицо, которым животное принадлежит на праве собственности или ином законном основании; домашними животными признаются животные (за исключением животных, включенных в перечень животных, запрещенных к содержанию), которые находятся на содержании владельца - физического лица, под его временным или постоянным надзором и местом содержания которых не являются зоопарки, зоосады, цирки, зоотеатры, дельфинарии, океанариумы; местом содержания животного признается используемые владельцем животного здание, строение, сооружение, помещение или территория, где животное содержится большую часть времени в течение суток.
В силу ч. 1 ст. 13 названного Федерального закона от 27.12.2018 № 498-ФЗ при содержании домашних животных их владельцам необходимо соблюдать требования к содержанию животных, а также права и законные интересы лиц, проживающих в многоквартирном доме, в помещениях которого содержатся домашние животные.
Органы государственной власти субъектов Российской Федерации вправе устанавливать дополнительные требования к содержанию домашних животных, в том числе к их выгулу (ч. 8 ст. 13 Федерального закона от 27.12.2018 № 498-ФЗ).
Так, согласно п. 2.4 Дополнительных требований к содержанию домашних животных, в том числе к их выгулу, на территории Алтайского края, утвержденных Постановлением Правительства Алтайского края от 28.04.2023 № 140, владельцы домашних животных обязаны, среди прочего: предотвращать причинение домашними животными вреда жизни, здоровью и (или) имуществу граждан, не допускать самостоятельного выхода домашнего животного за пределы места его содержания.
Место содержания животного признается используемые владельцем животного здание, строение, сооружение, помещение или территория, где животное содержится большую часть времени в течение суток (п. 8 ст. 3 Федерального закона от 27.12.2018 № 498-ФЗ).
Допускается свободный выгул собак без применения поводка на территориях, принадлежащих владельцам собак на праве собственности или ином законном основании, огороженных способом, не допускающим самостоятельного выхода собаки за их пределы (п. 3.3 названных Дополнительных требований к содержанию домашних животных).
За нарушение требований Федерального закона от 27.12.2018 № 498-ФЗ владельцы животных и иные лица несут административную, уголовную и иную ответственность в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (ст. 21 Федерального закона от 27.12.2018 № 498-ФЗ).
По смыслу приведенных правовых норм, владелец собаки обязан обеспечить такие условия содержания животного, при которых исключалось бы причинение животным вреда другим лицам. В случае же невыполнения владельцем домашнего животного такой обязанности, причиненный в результате такого действия (бездействия) вред подлежит возмещению.
Как следует из материалов дела, и подтверждается пояснениями ответчика по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в пользовании Коноваловой Т.П. находился принадлежащей ей на праве общей собственности земельный участок и расположенная на нем <адрес> по адресу: <адрес> (л.д. 24-25).
Территория земельного участка по адресу: <адрес>, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ и в настоящее время огорожена забором, что подтверждается фотографиями, выполненными прокуратурой <адрес> (л.д. 97-103) и пояснениями законных представителей малолетнего истца и ответчика в судебном заседании.
В судебном заседании законный представитель малолетнего истца Кудрявцева Л.А. и ответчик Коновалова Т.П. пояснили, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., зашел на территорию земельного участка по адресу: <адрес>, где его укусила собака, принадлежащая ответчице, содержавшаяся в квартире на свободном выгуле внутри земельного участка.
При даче объяснений в прокуратуре Косихинского района и ОП по <адрес> МО МВД России «Троицкий» Коновалова Т.П. также указывала, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ДД.ММ.ГГГГ зашел на территорию ее земельного участка, по адресу: <адрес>, где его укусила, выбежавшая из дома собака породы «дворняжка» небольшого размера (л.д. 21, 62).
Оценивая письменные объяснения ответчика, руководствуясь нормами ст.ст. 55, 59, 60, 67, 71 ГПК РФ, суд признает указанный документ допустимым письменным доказательством по настоящему делу об имевшем месте событии, поскольку доказательства получены в соответствии с требованиями ст. 23.14, 25.1, 25.6, 26.3, 29.10 КоАП РФ с разъяснением лицам, дающим объяснений, права не свидетельствовать против самого себя и последствий заведомо ложных показаний.
Факт получения ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ДД.ММ.ГГГГ телесного повреждения в виде раны от укуса собаки на внутренней стороне бедра слева, подтверждается документами об обращении за скорой медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ в приемный покой КГБУЗ «Косихинская ЦРБ» (л.д. 20, 49-50, 57, 94, 95).
Руководствуясь приведенным правовыми нормами и разъяснениями Верховного Суда РФ, суд приходит к выводу, что совокупность представленных в деле доказательств с достоверностью свидетельствует о получении ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., одного телесного повреждения в виде раны от укуса собаки на внутренней стороне бедра слева, в результате посещения огороженной территории земельного участка по адресу: <адрес>, где содержится животное принадлежащее Коноваловой Т.П..
В то же время, установленные по делу обстоятельства свидетельствует, что Коновалова Т.П., как владелец собаки и земельного участка, в пределах которого животное содержалось без применения поводка, не приняла должные меры по предотвращению причинение данным животными вреда жизни, здоровью и (или) имуществу граждан, внутри земельного участка, а именно не исключила бесконтрольное посещение территории третьими лицами.
При данных обстоятельствах обязанность компенсации причиненного ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., укусом собаки морального вреда, подлежит возложению на владельца животного - Коновалову Т.П..
Пленум Верховного Суда РФ в п. 15 постановления от 15.11.2022 № 33 разъясни, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
На основании ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, и другие негативные эмоции) (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).
Кроме того, Пленум Верховного Суда РФ указал, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости. В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).
Факт нарушения личных неимущественных прав потерпевшего либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага может подтверждаться любыми средствами доказывания, предусмотренными ст. 55 ГПК РФ, в том числе объяснениями сторон и третьих лиц, показаниями свидетелей, письменными доказательствами (п. 66 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).
Заявленный к взысканию размер компенсации морального вреда, прокурор обосновывает физическими и нравственными страданиями перенесенным в связи с получением несовершеннолетним раны, и вызванными этим негативными эмоциями и чувствами, в том числе боязни собак.
Как следует из представленных в деле медицинских документов КГБУЗ «Косихинская ЦРБ», в связи с укусом собаки ДД.ММ.ГГГГ ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ г.р., однократно проведена обработка раны 0,05 % спиртовым раствором хлоргексидина с наложением асептической повязки. Показаний к госпитализации не было, даны рекомендации по дальнейшему обработки раны в домашних условиях раствором хлоргексидина 0,05 % 3 раза в день (л.д. 50, 94, 95, 96).
Руководствуясь приведенным правовыми нормами и разъяснениями Верховного Суда РФ, при определении размера денежной компенсации морального вреда, причиненного ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., укусом собаки, суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, степень и характер нравственных страданий малолетнего, который испытал: состояние шока, испуг, стресс в момент нападения собаки и при посещении больницы; чувство страха возможности повторения события; физическую боль в момент укуса за внутреннюю сторону бедра и при обработке раны, сохранение болевых ощущений в местах укуса (раны); индивидуальные особенности потерпевшего (малолетний возраст), степень вины ответчика (неосторожная в форме небрежности).
При этом суд отмечает, что в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Какие-либо доказательства наступления иных негативных последствий, на которые указывали прокурор (изменение образа жизни на определенный период (ограничение в прогулках, домашний режим)) и законные представители малолетнего истца (проблемы со сном, страх нахождения на улице) от бездействия ответчика, повлекшего причинение вреда ребенку, стороной истца суду не представлены.
Так, в медицинских документах КГБУЗ «Косихинская ЦРБ» рекомендации по исключению активностей, посещению улицы, соблюдению домашнего режима, врачом не даны (л.д. 50, 94, 95, 96).
Представленное в дело заключение, подготовленное ФИО13, о выявлении у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., по результатам психологического обследования посттравматического стрессового расстройства, не свидетельствует о прямой причинно-следственной связи между бездействием Коноваловой Т.П., по исключению ДД.ММ.ГГГГ бесконтрольного доступа третьих лиц на территорию земельного участка, и установленным психоэмоциональным состоянием ребенка (л.д. 104).
В частности, в данном документе после изложения результатов проведенной работы, выводов и рекомендаций, определения продолжительности реабилитации указывается, что инцидент (психотравмирующая ситуация – укус собаки) был не единичным случаем.
В судебном заседании законные представители ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., - Кудрявцев И.В. и Кудрявцева Л.А., указывали, что негативный опыт общениях их сына с собакой был не единичным случаем. Вместе с тем, иные события, кроме спорного случая, ими не фиксировались посредством обращения куда-либо. Предметом рассмотрения заявленных в настоящем деле требований не являлись.
Следовательно, сделать вывод о том, что обстоятельства психологического состояния здоровья ребенка, указанные в заключении, подготовленном ФИО13, являются прямым последствием события имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, не представляется возможным.
Кроме того, сведения о первопричине состоянии ребенка внесены ФИО13 со слов законного представителя Кудрявцева Л.А. – укус собаки, который случился ДД.ММ.ГГГГ.
Подготовленный ФИО13 документ печатью КГБУЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения <адрес>» не удостоверен, даты и номера регистрации документа не имеет. Квалификация и образование ФИО13, как специалиста в области детской психологии, не подтверждены.
При этом, записи в амбулаторной карте ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., выполненные в один период с наблюдением у ФИО13 (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ), сведения о жалобах на нарушение сна, плаксивость, раздражительность и иные симптомы, которые указаны в заключении, подготовленном ФИО13, не содержат. На приеме у педиатра ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ жалобы на самочувствие и настроение ребенка не поступили, о чем свидетельствуют записи в соответствующих графах, и ДД.ММ.ГГГГ отмечено, что сон и аппетит пациента не нарушены (л.д. 51, 52).
Ходатайства о содействии в истребовании иных доказательств заявленного размере компенсации морального вреда, в том числе посредством назначения и проведения судебной экспертизы специалистами в области детской психологи, суду не заявлялись.
В то же время, принимая во внимание обстоятельства получения несовершеннолетним истцом телесных повреждение: нахождение малолетнего ребенка на улице без сопровождения и контроля его перемещения со стороны законных представителей, имеются основания для рассмотрения вопроса об уменьшения заявленного размера с учетом вины потерпевшей стороны.
В силу п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
Согласно разъяснений, данных в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
В соответствии с п. 1 ст. 28 ГК РФ, п. 1 ст. 54 Семейного Кодекса РФ (далее – СК РФ), несовершеннолетний не достигший возраста 14 лет, признается малолетним ребенком.
В силу п. 1 ст. 61, п. 2 ст. 63 СК РФ родители в равной степени несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.
Согласно свидетельству о рождении родителями ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., являются Кудрявцев И.В. и Кудрявцева Л.А. (л.д. 10).
В судебном заседании установлено, в том числе из пояснений законных представителей малолетнего истца, которые в силу ст. 55 ГПК РФ являются доказательствами по делу, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., т.е. малолетний в возрасте 5 лет, в момент входа на огороженную территорию земельного участка, по адресу: <адрес>, принадлежащего Коноваловой Т.П., находился без сопровождения и контроля своих родителей - Кудрявцева И.В. и Кудрявцевой Л.А. либо доверенного ими лица.
При этом, Кудрявцев И.В. и Кудрявцева Л.А. суду поясняли, что знали о нахождении во владении Коноваловой Т.П. собаки, ранее имели факты негативного общения их сына с данным животным.
В судебном заседании Коновалова Т.П. указывала, что просила родителей ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., принять меры по исключению фактов общения их сына с собакой. На данные обстоятельства ответчица также указывала в своих пояснениях сотруднику полиции при проведении проверки по факту ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 62).
Таким образом, совокупность представленных в деле доказательств с достоверностью свидетельствуют, что полученное ДД.ММ.ГГГГ малолетним ФИО1 телесное повреждение в виде одного укуса внутренней стороны бедра слева и вызванные данным повреждением физические и нравственные страдания находятся в прямой причинно-следственной связи с небрежностью родителей Кудрявцева И.В. и Кудрявцевой Л.А. по проявлению заботы о здоровье и безопасности своего сына, и небрежностью Коноваловой Т.П. по исключению бесконтрольного проникновения на ее огороженный земельный участок, где содержится животное, посторонних лиц.
Следовательно, подлежащий возмещению ответчиком размер компенсации морального вреда, причиненного малолетнему, подлежит уменьшению с учетом виновного бездействия его родителей.
На основании изложенного, оценив собранные по делу доказательства в совокупности, руководствуясь требованиями разумности и справедливости позволяющих, с одной стороны максимально возместить причиненный моральный вреда, с другой стороны - не допускать неосновательное обогащение потерпевшего, суд определяет размер денежной компенсации морального вреда, причиненного ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., подлежащий взысканию с Коноваловой Т.П. в размере 2000 руб..
Принимая во внимание возраст ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., руководствуясь нормами п.п. 1, 2 ст. 28, п. 1 ст. 322, 326 ГК РФ, суд считает возможным взыскание компенсации морального вреда в пользу малолетнего в лице законного представителя Кудрявцева И.В..
Кроме того, на основании с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, подп. 3 п. 1 ст. 333.19, подп. 8 п. 1 ст. 333.20, подп. 15 п. 1 ст. 333.36 НК РФ с Коноваловой Т.П. в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 3000 руб..
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковое заявление прокурора Косихинского района Алтайского края в интересах малолетнего ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с Коноваловой Татьяны Петровны (<данные изъяты>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (<данные изъяты>) в лице законных представителей Кудрявцева Ивана Васильевича (<данные изъяты>), компенсацию морального вреда в размере 2000 руб..
Взыскать с Коноваловой Татьяны Петровны (<данные изъяты> в доход бюджета муниципального образования Косихинский район Алтайского края госпошлину в размере 3000 руб..
Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Косихинский районный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено 05.11.2026.
Судья О.А. Гомер