РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
16 июля 2026 года с. Ключи
Ключевский районный суд Алтайского края в составе: председательствующего Зиненко Н.И., при секретаре Рощиной И.В., с участием заместителя прокурора Ключевского района Кротова В.А., материального истца ФИО1, представителя ответчика ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление прокурора Ключевского района Алтайского края в интересах ФИО1 к муниципальному бюджетному учреждению «Ключи» муниципального округа Ключевский район Алтайского края о взыскании компенсации морального вреда, причиненного вследствие тяжелого несчастного случая на производстве, расходов на лечение, установил:
прокурор Ключевского района, действуя в интересах ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к муниципальному бюджетному учреждению «Ключи» муниципального округа Ключевский район Алтайского края (далее по тексту МБУ «Ключи»), в котором просит взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 350 000 руб., расходы на лечение в размере 2 124 руб.
В обоснование заявленных требований указано на то, что прокуратурой района изучены материалы расследования тяжелого несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в 10-00 часов в МБУ «Ключи». Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданному 23.03.2026 КГБУЗ «Славгородская ЦРБ», ФИО1 поступил ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. 51 мин. в отделение травматологии КГБУЗ «Славгородская ЦРБ», где ему был поставлен диагноз и код диагноза по МКБ-<данные изъяты>. Данная травма согласно схеме определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве относится к категории «тяжелая». Актом расследования тяжелого несчастного случая установлено, что при выполнении ФИО1 работ по очистке от снега территории мемориального парка, произошло падение работника, при воздействии травмирующего фактора, в результате которого был причинен ФИО1 тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Основная причина несчастного случая состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившим последствием в виде тяжкого вреда здоровью.
В связи с полученной травмой, ФИО1 до настоящего времени находится на больничном, продолжает испытывать физические страдания, трудности в быту, несет дополнительные расходы на лечение, не имеет возможности выполнять трудовые функции.
В связи с нарушением трудового законодательства ФИО1 причинен моральный вред, который он с учетом объема и характера нравственных и физических страданий, степени вины работодателя определил в размере 350 000 руб.
Кроме того, ФИО1 по результатам первичного приема врача-невролога КГБУЗ «Ключевская ЦРБ» рекомендован прием следующих медикаментов: <данные изъяты>. Расходы на их приобретение в размере 2124 руб. подлежат взысканию с ответчика.
Процессуальный истец - заместитель прокурора Ключевского района Кротов В.А., материальный истец ФИО1 в судебном заседании настаивали на удовлетворении заявленных требований по изложенным в иске основаниям.
В ходе судебного разбирательства ФИО1 дополнительно пояснил, что в связи с полученной производственной травмой он находится на больничном с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, ему противопоказан какой-либо тяжелый физический труд и психоэмоциональные нагрузки. В связи с данной травмой материальный истец испытывает постоянную головную боль, плохо спит, чувствует слабость, испытывает боль при приеме пищи.
Представитель ответчика МБУ «Ключи» ФИО4 исковые требования в части взыскания компенсации морального вреда не признал в полном объеме, указал на согласие с требованиями в части взыскания расходов на лечение ФИО1 Дополнительно пояснил, что представителями предприятия принимались попытки урегулирования конфликта путем оплаты ФИО1 курортно-санаторного лечения, на что получен отказ. По его мнению ФИО1 в настоящее ведет нормальный образ жизни, выезжает на рыбалку. Размер компенсации морального вреда считает чрезмерно завышенным, бюджетная организация не обладает возможностью такого возмещения. Разумным полагает возмещение в пределах 50 000 руб.
Свидетель ФИО6 в судебном заседании пояснил, что он является начальником Ключевского отдела территориального управления администрации муниципального округа Ключевский район Алтайского края, им лично принимались меры по урегулированию спорной ситуации. Супруге истца ФИО7 он предлагал варианты направления ФИО1 на курортно-санаторное лечение, возмещение расходов на лечение, компенсацию вреда, на что последняя указала, что данные вопросы нужно решать непосредственно с ФИО1 При встрече с ФИО1 он повторно озвучил предложения, и получил отказ. В бюджете недостаточно денежных средств для компенсации морального вреда в заявленном размере.
Представитель третьего лица Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил отзыв на заявление, в котором указал, что заключением №151-3ЭНС от 23.04.2026 несчастный случай, произошедший с ФИО1 признан отделением Фонда страховым. В настоящее время в отделении Фонда отсутствует информация об установлении ФИО1 в связи с полученным повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве, процента утраты профессиональной трудоспособности. В связи с этим истцу не назначены единовременная и ежемесячная страховые выплаты. Кроме того, полагают, что истцом не представлено доказательств причинно-следственной связи между полученной травмой и состоянием здоровья ФИО1 последствием сотрясения головного мозга, полученным ДД.ММ.ГГГГ. Считают, что требование о взыскании компенсации морального вреда подлежит доказыванию.
Представитель третьего лица межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Алтайском крае и Республике Алтай в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Выслушав пояснения сторон, изучив материалы настоящего гражданского дела, суд пришел к следующему.
Из материалов дела следует, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 состоит в трудовых отношениях с МБУ «Ключи» муниципального округа Ключевский район Алтайского края (ранее МБУ «Ключи» Ключевского сельсовета Ключевского района Алтайского края) в должности рабочего по благоустройству в бригаде по благоустройству, что подтверждается копией трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, копией приказа о приеме на работу №-л от ДД.ММ.ГГГГ.
Как следует из копии акта № 1 формы Н-1 о несчастном случае на производстве, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в 08 час. 30 мин. исполняющим обязанности директора МБУ «Клюяи» ФИО4 была распределена работа по объектам между работниками МБУ «Ключи». Работники ФИО1, ФИО8, ФИО9 были направлены на территорию мемориального парка, расположенного в с. Ключи Ключевского района Алтайского края, для очистки памятников от снега.
ДД.ММ.ГГГГ в 10 час. 00 мин. при выполнении ФИО1 работ по отчистке территории мемориального парка от снега произошло падение работника на ровной поверхности одного уровня в результате проскальзывания при воздействии травмирующего фактора.
Согласно медицинскому заключению, выданному КГБУЗ «Славгородская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 поступил ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. 51 мин. в отделение травматологии КГБУЗ «Славгородская ЦРБ», где ему поставлен диагноз и код диагноза по МКБ-<данные изъяты>
Данная травма согласно схеме определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве относится к категории «тяжелая».
Основной причиной несчастного случая явились несовершенство технологического процесса (код 2.15 Классификатора причин несчастных случаев на производстве Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве, утвержденного Приказом Минтруда России от 20.04.2022 N 223н).
Основная причина несчастного случая состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде тяжкого вреда здоровью ФИО1
Сопутствующими причинами явились недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда, выразившиеся в неприятии работодателем мер по организации проведения за счет собственных средств обязательного предварительного медицинского осмотра, не проведении обучения и проверки знаний охраны труда, не обеспечении средствами индивидуальной защиты, не проведении специальной оценки труда на рабочем месте, не принятии мер по разработке и утверждению Положения о системе управления охраной труда, утвержденного Приказом Минтруда России от 29.10.2021 №776н, не принятии мер, направленных на систематическое выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярного анализа и оценки, в том числе на проведение системных мероприятий по управлению и снижению уровня профессиональных рисков на рабочем месте.
Сопутствующие причины несчастного случая, выразившиеся в неисполнении работодателем требований охраны труда, носят организационный характер, и в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями не состоят.
Установлены лица, допустившие нарушение требований охраны труда.
Актом № 1 о несчастном случае на производстве формы Н-1 факт грубой неосторожности в действиях пострадавшего ФИО1 не установлен. При определении степени вины при несчастном случае, в процентном соотношении вина работника определена в размере 0%.
Сторонами по спору обстоятельства, изложенные в указанном акте формы Н-1, выводы по результатам расследования несчастного случая, не оспаривались.
Согласно сведениям, представленным по запросу суда КГБУЗ «Ключевская центральная районная больница им. Антоновича И.И.» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на стационарном лечении в хирургическом отделении. ДД.ММ.ГГГГ был направлен в КГБУЗ «Славгородская ЦРБ» на МСКТ головного мозга. Выписан в состоянии средней тяжести.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 поступи в стационар КГБУЗ «Славгородская ЦРБ» в состоянии средней тяжести, где установлен диагноз – <данные изъяты> С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении. При выписке установлено улучшение состояния пациента.
С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время находится на амбулаторном лечении в КГБУЗ «Ключевская центральная районная больница им. Антоновича И.И.» с вышеуказанным диагнозом.
Листок нетрудоспособности выписан и продлевается в общий период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (126 дней).
Степень утраты профессиональной трудоспособности не установлена.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ч. 1 ст. 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39).
Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование. Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу положений абз. 4 и абз. 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абз. 2 ч. 1 ст. 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. 2 ч. 3 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абз. 2 и 13 ч. 1 ст. 216 Трудового кодекса Российской Федерации).
Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. Все работники, выполняющие трудовые функции по трудовому договору, подлежат обязательному социальному страхованию.
В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).
В соответствии с абз 16 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
В силу п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При этом суду следует иметь ввиду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения, ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу действующего трудового законодательства при несчастном случае на производстве вина работодателя презюмируется возложенными на него обязанностями в области охраны труда.
Определение суммы, подлежащей взысканию в качестве компенсации морального вреда, принадлежит суду, который, учитывая обстоятельства дела, характер причиненных физических и нравственных страданий и другие заслуживающие внимания обстоятельства в каждом конкретном случае, принимает решение о возможности взыскания конкретной денежной суммы с учетом принципа разумности и справедливости (п. 2 ст. 151, п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с разъяснениями, данными в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (п. 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Согласно разъяснениям абз. 3 п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что вред здоровью истца причинен в результате несчастного случая на производстве, то есть ответственность ответчика за причиненный истцу вред возникает не в результате деликтного обязательства, а в силу имеющихся трудовых отношений, наличие которых возлагает на работодателя обязанность по обеспечению работника условиями труда, отвечающими требованиям безопасности.
Кроме того суд учитывает, что травма относится к категории «тяжелая», истец поступил в медицинское учреждение в состоянии средней тяжести, что обусловлено характером травмы, госпитализирован в отделение КГБУЗ «Ключевская ЦРБ им. Антоновича И.И.», впоследствии истец был направлен в КГБУЗ «Славгородская ЦРБ» где проходил лечение.
Судом учитывается длительность и объем лечения, последствия травмы (31.03.2026 истец выписан на амбулаторное лечение, проходит амбулаторное лечение), заключительный клинический диагноз: острая закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга средней степени тяжести, ретроградная амнезия, закрытый перелом лобной кости, субарахноидальное кровоизлияние в лобной доле слева и справа, субдуральная гематома лобной области справа.
Вплоть до настоящего времени истец временно нетрудоспособен, по заключению врача хирурга ему показан покой, исключение физической нагрузки, КТ головного мозга в конце августа 2026 года, консультация окулиста, наблюдение в динамике, прием медикаментозных препаратов.
Наряду с указанным, суд принимает во внимание отсутствие грубой неосторожности пострадавшего в происшедшем несчастном случае, что установлено при проведении расследования несчастного случая, а также пояснения истца, согласно которым в связи с полученной травмой он испытывал и продолжает испытывать физические и нравственные страдания.
Согласно сведениям о доходах, доход ФИО1 за 2024 года составил в общей сумме 116 398,73 руб., за 2025 год – 291 780,09 руб.
Оценив с учетом требований закона все заслуживающие внимания обстоятельства, суд исходит из того, что компенсация морального вреда не должна носить формальный характер и призвана служить целям реального возмещения ущерба от перенесенных истцом физических и нравственных страданий, связанной с вредом здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве.
При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из степени вины ответчика – полной вины ответчика, который будучи работодателем, не обеспечил надлежащее соблюдение правил охраны труда, безопасные условия труда, достаточный контроль со стороны должностных лиц работодателя за выполнением истцом как работником трудовых обязанностей, в результате чего истец получил трудовое увечье, при этом вина пострадавшего в несчастном случае на производстве отсутствует, также учитывает характер и степень физических и нравственных страданий истца в результате причинения ему вреда здоровью, характер травмы, характер и степень причиненных истцу страданий, вызванных получением травмы, продолжительность, вид и объем лечения – получение лечения в течение четырех месяцев, отсутствие возможности вести привычный образ жизни, изменение бытовой активности и качества жизни, ограничения в трудовой деятельности, возраст истца на момент получения травмы и состояние его здоровья после причинения травмы, финансовое положение ответчика МБУ «Ключи», которое является муниципальным бюджетным учреждением, предметом деятельности которого является выполнение работ и оказание услуг с целью удовлетворения общественных потребностей и получение прибыли, принимает во внимание принципы разумности и справедливости, находит необходимым определить размер компенсации морального вреда в сумме 250 000 руб.
Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.
Отсутствие утраты профессиональной трудоспособности не может ограничивать право работника на возмещение морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве в соответствии с критериями, установленными нормами гражданского законодательства, и не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства, так как действующее гражданское законодательство не ставит возможность взыскания компенсации морального вреда в зависимость от степени утраты профессиональной трудоспособности.
Разрешая требования о взыскании расходов на лечение ФИО1, суд исходит из следующего.
Причинение имущественного вреда порождает обязательство между причинителем вреда и потерпевшим, вследствие которого на основании ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
В силу ст. 15 ГК РФ право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.
Пунктом 1 ст. 1085 ГК РФ предусмотрено, что при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
В обоснование требований о несении расходов на приобретение лекарственных препаратов истцом указано на назначение врачом-неврологом КГБУЗ «Ключевская ЦРБ им. Антоновича И.И.» медикаментозного лечения: цитофлавин по 2 таб. 2 раза в день 1 месяц, нейромультивит по 1 таб. 2 раза в день – 1 мес.
Стороной истца представлен чек на приобретение вышеуказанных препаратов на общую сумму 2124 руб.
Установлено, что вследствие несчастного случая на производстве и их последствий, ФИО1 нуждался в прохождении стационарного и амбулаторного лечения и ему были показаны указанные медицинские препараты.
Возможность получения бесплатно указанных лекарственных препаратов у истца отсутствует, поскольку в период прохождения лечения он не относился к категории лиц, которым в соответствии с законодательством указанные препараты предоставляются бесплатно (не установлена инвалидность).
Таким образом, с ответчика в пользу материального истца в счет возмещения убытков, связанных с приобретением лекарственных препаратов, назначенных ему в связи с полученной травмой, подлежат взысканию денежные средства в размере 2124 руб
На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования прокурора Ключевского района Алтайского края в интересах ФИО1 к муниципальному бюджетному учреждению «Ключи» муниципального округа Ключевский район Алтайского края о взыскании компенсации морального вреда, причиненного вследствие тяжелого несчастного случая на производстве, расходов на лечение, удовлетворить частично.
Взыскать с муниципального бюджетного учреждения «Ключи» муниципального округа Ключевский район Алтайского края (ИНН №) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб., расходы на приобретение лекарственных препаратов в размере в размере 2 124 руб., всего 252 124 руб.
В остальной части исковых требований отказать.
Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд путем принесения апелляционной жалобы через Ключевский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Дата принятия решения в окончательной форме 16 июля 2026 года
Председательствующий Н.И. Зиненко