РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
14 июля 2026 года с. Таштып
Таштыпский районный суд Республики Хакасия в составе председательствующего Черчинской М.О., при секретаре судебного заседания Сазанаковой К.А., с участием старшего помощника прокурора Чочиевой В.В., истцов Тороковой Н.Н., Торокова И.А., представителя истцов Клабуковой Е.Н., представителя ответчика Охотниковой Н.В., третьих лиц Бутанаевой Л.С., Болуж Е.М., Кирсановой Ю.В., Сипкиной И.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Тороковой Натальи Николаевны, Торокова Игоря Аркадьевича к ГБУЗ РХ «Таштыпская районная больница» о компенсации морального вреда в связи с оказанием медицинской помощи ненадлежащего качества,
УСТАНОВИЛ:
Торокова Н.Н., Тороков И.А. обратились в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Хакасия «Таштыпская районная больница» (далее - ГБУЗ РХ «Таштыпская РБ») о компенсации морального вреда в размере 400 000 руб. каждому в связи с оказанием их сыну ФИО10 медицинской помощи ненадлежащего качества.
Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ около 18 ч. 30 мин. в связи с заболеванием сына ФИО10 был осуществлен вызов скорой медицинской помощи. Фельдшер скорой медицинской помощи осмотрел ребенка, произвел измерения его артериального давления, пульса, ЭКГ, поставлен диагноз «обструктивный бронхит». Фельдшер указал, что у ФИО10 «тахикардия», повышен сахар в крови, низкая сатурация 54%, состояние ФИО10 оценено как средней степени тяжести, и надела на него кислородную маску. По приезду в больницу, в 19 час. 40 мин. ребенок был осмотрен врачом Демченко О.Н., которая поставила аналогичный диагноз. Ребенка госпитализировали, поставили ему две капельницы, он дышал через кислородную маску. Около 20 час. 30 мин. медицинская сестра померила сатурацию, которая была 44%, однако сослалась на неисправность прибора. В этот день на смене также находился дежурный врач Бутанаева Л.С. Около 21 час. 30 мин. состояние ребенка стало ухудшаться, побледнел, дыхание стало ровное, без хрипов, реакции не было. Врач Бутанаева Л.С. проводила реанимационные действия, но в 22 час. была зафиксирована смерть ФИО10 Информация о факте смерти ФИО10 поступила в МСО ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия только 24.11.2024.
Определением суда от 29.05.2026, 22.06.2026 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерства здравоохранения Республики Хакасия, ООО «СК «Ингосстрах-М», Демченко О.Н., Бутанаева Л.С.
Протокольным определением от 29.06.2026 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Болуж Е.М., Кирсанова Ю.В., ФИО22
Определением от 08.07.2026 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Сипкина И.Г., а ФИО21. исключена из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмет спора.
В судебном заседании истец Торокова Н.Н. пояснила, что ее сын ФИО10 на момент обращения за медицинской помощью болел второй день, ДД.ММ.ГГГГ его состояние стало ухудшаться. У сына было тяжелое заболевание, он являлся инвалидом, в последние месяцы страдал апноэ. Когда приехала фельдшер скорой медицинской помощи Кирсанова Ю.В., то у ФИО10 была измерена сатурация, которая составляла 54 %. Истец не имеет медицинского образования и ей не было известно, что такая сатурация крайне низкая, в связи с чем не настаивала на том, чтобы ФИО10 вызвали реанимационный автомобиль и транспортировали в <адрес>. Фельдшер сообщила ей о том, что ФИО10 необходимо госпитализировать, на что она согласилась. Поскольку бригаде скорой медицинской помощи поступил вызов на другой адрес, а сын ввиду имевшегося у него заболевания мог эмоционально реагировать на посторонних людей, ими с супругом было принято решение о том, чтобы самостоятельно транспортировать сына в ГБУЗ РХ «Таштыпская РБ». При поступлении ФИО10 осмотрела дежурный врач ФИО19, которая накричала на них, сказав, что сатурации 54 % быть не может, потому что это сатурация покойника, указав на неисправность прибора. Демченко О.Н. назначила ФИО10 капельницы, поддержку кислородом; забор крови на анализы, рентгенологическое исследование не проводились. Через некоторое время пришла врач Бутанаева Л.С., которая спросила, с чем они поступили, уровень сатурации ФИО10 не перепроверила и ушла. В это время с ФИО11 находились истцы, держали кислородную маску и руку ФИО10 с капельницей. ФИО10 находился в сидячем положении, дышал ровно, был спокоен, внешне выглядел спящим. Истец спросила у медсестры Болуж Е.М., можно ли убрать кислород, как долго необходимо им дышать, и Болуж Е.М. разрешила это сделать. Медсестра Болуж Е.М. дважды проверяла уровень сатурации, который был 44 %, сказала, что прибор не исправен, но другим прибором уровень сатурации не перепроверила. Спустя некоторое время состояние ФИО10 стало ухудшаться, он заметался, посинел, она позвала медсестру и врача ФИО18, но состояние ФИО10 стремительно ухудшалось, и вскоре ему стали производить реанимационные мероприятия: непрямой массаж сердца, искусственное дыхание. Пришла медсестра Сипкина И.Г. с дефибриллятором в чемодане, но иных реанимационных мероприятий, кроме непрямого массажа сердца и искусственного дыхания, не выполнялось. Медицинский персонал по очереди пробовал реанимировать ФИО10, сами родители участвовали в реанимации, но в 22 часа 00 минут ДД.ММ.ГГГГ их сын скончался. На следующее утро истец, прибыв в больницу, обнаружила, что о факте сына в полицию никто не сообщил, тело ФИО10 все еще находилось в больнице. После смерти ФИО10 она испытывает переживания, связанные с тем, что сын умирал у нее на глазах, а ни она, ни кто-либо другой ничего не сделали для того, чтобы его спасти, не оказали ему необходимую медицинскую помощь. У нее развилось недоверие к ГБУЗ РХ «Таштыпская РБ», теперь в случае болезни других детей она не обращается к ответчику за медицинской помощью, испытывая при этом страх перед тем, что незначительное внешне заболевание может повлечь смерть ребенка. ФИО10 имел тяжелые заболевания, в связи с которыми постоянно проходил различного рода лечение, она старалась максимально помочь ему.
Истец Тороков И.А. исковые требования поддержал, подтвердив правильность пояснений супруги Тороковой Н.Н., дополнительно указав, что, несмотря на наличие дефибриллятора, при реанимации он не использовался, поскольку никто не знал, как это делать.
Представитель истцов Клабукова Е.Н. на удовлетворении исковых требований настаивала, указав, что материалами гражданского дела подтверждён факт оказания медицинской помощи ненадлежащего качества как фельдшером скорой медицинской помощи, так и при госпитализации ФИО10 в ГБУЗ РХ «Таштыпская РБ».
Представитель ответчика Охотникова Н.В. в судебном заседании исковые требования не признала, указав при этом, что заключение экспертов, которым выявлены недостатки в оказании ФИО10 медицинской помощи, ответчиком не оспаривается. Вместе с тем, ссылалась на наличие кредиторской задолженности у ГБУЗ РХ «Таштыпская РБ», а также на то, что истцы до истечения 40-дневного срока с гибели ФИО10 участвовали в новогоднем мероприятии, просила в удовлетворении иска отказать. Пояснила, что служебная проверка по факту смерти ФИО10 не возбуждалась, решение о привлечении работников к дисциплинарной ответственности не принималось. В настоящее время приказ о возложении на персонал обязанности сообщать в органы полиции о смерти в больнице отсутствует. На момент ДД.ММ.ГГГГ врач-реаниматолог в ГБУЗ РХ «Таштыпская РБ» постоянно не находился, работал посменно у ответчика и в <адрес>.
Третье лицо Кирсанова Ю.В. пояснила, что является фельдшером скорой медицинской помощи. 23.11.2024 она прибыла на вызов к ФИО10 При его осмотре обнаружила у него явные хрипы в груди, сатурация была 54 %, оценила его состояние как средней степени тяжести. Она предложила Тороковой Н.Н. госпитализировать сына, но та отказалась госпитализировать ФИО10 во время смены Демченко О.Н. Тогда Кирсанова Ю.В. предложила Тороковой Н.Н. привезти сына позднее, после окончания смены Демченко О.Н., что та и сделала. Она оставила ФИО20 кислородную маску и уехала на следующий вызов. В 20 часов, когда Кирсанова Ю.В., приехала в ГБУЗ РХ «Таштыпская РБ», то встретила Тороковых на вахте. Состояние как средней степени тяжести ею было оценено исходя из того, что в целом ФИО10 был спокойным, не метался, а результаты сатурации она посчитала ошибкой прибора. Причину, по которой имеется две различных карты вызова скорой медицинской помощи, назвать затруднилась.
Третье лицо Бутанаева Л.С. в судебном заседании пояснила, что 23.11.2024 около 20 часов заступила на дежурство. Врач-педиатр Демченко О.Н. сообщила ей о поступлении ФИО10, и они вместе сходили в палату, осмотрели его. Ребенок был под капельницей и поддержкой кислородом, спокойный, спал. Демченко О.Н. пояснила, что лечение назначено. После этого они ушли в ординаторскую, и Демченко О.Н. уехала. Далее Бутанаева Л.С. находилась в хирургическом отделении, а когда направлялась для обхода в терапевтическое отделение, то встретила Торокову Н.Н., которая бежала ей навстречу и кричала, что ее сыну плохо. Они пришли к ФИО10, и Бутанаева Л.С. обнаружила, что он выглядит абсолютно по-другому, задыхается и синеет. Она стала вызывать педиатра Демченко О.Н. и реаниматолога, но последний находился на смене в <адрес>ной больнице, приехать не мог. Привезли Демченко О.Н. Состояние ребенка катастрофически ухудшалось, и пригласили медсестру реанимационного отделения Сипкину И.Г. для оказания помощи в реанимации. Они реанимировали ФИО10 около 30-40 минут, но спасти его не смогли, и около 22 часов зафиксировали его смерть. При реанимации использовалась капельница, назначенная Демченко О.Н., с дополнением препаратами для поддержания сердечной деятельности, мешок, которым пытались восстановить дыхание, и выполнялся непрямой массаж сердца. Поскольку дефибриллятором пользуется врач-реаниматолог, который в больнице отсутствовал, то с его помощью ФИО10 не реанимировали. Она о смерти ФИО10 сообщила своему руководству. Утром ей стало известно, что в органы полиции о смерти ФИО10 никто не сообщил, и руководство сказало, чтобы она позвонила сама, что и было ею сделано.
Третье лицо Сипкина И.Г. в судебном заседании сообщила, что в субботу ДД.ММ.ГГГГ ей экстренно позвонила Бутанаева Л.С. Она взяла чемоданчик для реанимации, поскольку не знала, что врач-реаниматолог дежурит в <адрес>. В палате она обнаружила, что ребенок находится в крайне тяжелом состоянии, был синего цвета, не дышал. Они по очереди делали ему непрямой массаж сердца и помогали дышать, но после 30-40 минут реанимации спасти ФИО10 не получилось.
Третье лицо Болуж Е.М. в судебном заседании пояснила, что помнит, как ФИО10 привезли в палату, сидя на коляске. Демченко О.Н. его смотрела, сделала назначение, и ФИО10 стали оказывать медицинскую помощь, поставили капельницы и дали маску с кислородом. Она измеряла сатурацию, сначала она была низкая, но не критически, а после понизилась до 44 %, тогда она позвала Бутанаеву Л.С. Врач Демченко О.Н. сказала, что забор крови на анализы и рентгенологическое исследование будут проведены утром следующего дня. Спустя некоторое время состояние ФИО10 ухудшилось, его пытались реанимировать, но не сумели.
Третье лицо Демченко О.Н., представители третьих лиц Министерства здравоохранения Республики Хакасия, ООО «СК «Ингосстрах-М», надлежащим образом извещенные и дате и времени судебного заседания, не явились.
Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Выслушав истцов, их представителя, представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
В пункте 21 статьи 2 Федерального "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Согласно пункту 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации" предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом, на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности, отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Согласно пункту 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Судам также следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 19 час. в ГБУЗ РХ «Таштыпская районная больница» госпитализирован ФИО10 с диагнозом острый обструктивный бронхит, пневмония, острый миокард. ДД.ММ.ГГГГ в 21 час. 30 мин. несовершеннолетний ФИО10 скончался в детском отделении.
Родителями ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, являются Торокова Н.Н. и Тороков И.А. (свидетельство о рождении I-ПВ Номер от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельство о смерти I-ПВ Номер от ДД.ММ.ГГГГ).
По факту смерти ФИО10, заместителем руководителя Таштыпского МСО ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия ФИО14 начата проверка сообщения о преступлении в порядке ст.ст. 144, 145 УПК РФ по признакам преступления, предусмотренного ст. 109 УК РФ.
Постановлением следователя Таштыпского МСО ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела по факту смерти несовершеннолетнего ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на основании п.2 ч. 1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях врачей ГБУЗ РХ «Таштыпская районная больница» Демченко О.Н., Бутанаевой Л.С. признаков преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ.
В рамках проведенной проверки были проведены комиссионные судебно-медицинские экспертизы.
Согласно заключению эксперта Номер от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила от заболевания – двусторонняя очаговая гнойная пневмония, гнойный бронхит, осложнившегося развитием – острого респираторного дистресс синдрома, острой дыхательной недостаточности, отека легких, отека головного мозга с дислокацией и вклинением стволовых структур в большое затылочное отверстие гнойного лимфаденита, на фоне – ожирения 3 степени (морбидное), Резидуально-органического поражения центральной нервной системы и гипертрафической кардиомиопатии, что подтверждается результатам секционного исследования и данными дополнительных методов исследования. При судебно-медицинской экспертизе трупа каких-либо повреждений, в том числе, посмертных не обнаружено. При судебно-химическом исследовании в крови от трупа спирт не обнаружен. При судебно-медицинской экспертизе в желудке трупа содержимого не обнаружено. Согласно представленной медицинской документации смерть наступила ДД.ММ.ГГГГ в 22 час. 00 мин., что не противоречит результатам экспертизы.
Из экспертного заключения (протокол) Федерального медицинского страхования/территориальный фонд обязательного медицинского страхования/страховая медицинская организация: АОСП ООО «СК «Ингосстрах-М» филиала г. Абакане от 27.12.2024 следует: «...Специальность эксперта качества медицинской помощи: неонатология, педиатрия. Медицинская документация Номер. Номер полиса обязательного медицинского страхования Номер. Пол М. Дата рождения застрахованного лица ДД.ММ.ГГГГ. Наименование медицинской организации ГБУЗ РХ «Таштыпская районная больница». Форма и вид проведения экспертизы: внеплановая. Срок проведения экспертизы с 0 по 0. Форма оказания медицинской помощи 2 с 24.12.2024 по 05.02.2025. Исход случая: Улучшение. Диагноз клинический заключительный по МКБ основной: диагностические кожные и сенсибилизационные тесты. Выводы: без замечаний. ()(соответствие качества медицинской помощи: надлежащее/ненадлежащее; своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов диагностики и лечения, степень достижения запланированного результата; наиболее значимые нарушения (дефекты), повлиявшие на исход заболевания)...».
Из экспертного заключения (протокол) Федерального медицинского страхования/территориальный фонд обязательного медицинского страхования/страховая медицинская организация: АОСП ООО «СК «Ингосстрах-М» филиала г. Абакане от 27.01.2025 следует: «...Специальность эксперта качества медицинской помощи: неонатология, педиатрия. Медицинская документация Номер. Номер полиса обязательного медицинского страхования Номер. Пол М. Дата рождения застрахованного лица ДД.ММ.ГГГГ. Наименование медицинской организации ГБУЗ РХ «Таштыпская районная больница». Форма и вид проведения экспертизы: внеплановая. Срок проведения экспертизы с 0 по 0. Форма оказания медицинской помощи 2 с 23.11.2024 по 23.11.2024. Исход случая: Улучшение. Диагноз клинический заключительный по МКБ основной: острый обструктивный бронхит. Выводы: назначенное лечение и обследование не противоречит клиническим рекомендациям. Назначенные обследования выполнены не в полном объеме в связи с кратковременным пребыванием пациента в стационаре. – п. ()(соответствие качества медицинской помощи: надлежащее/ненадлежащее; своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов диагностики и лечения, степень достижения запланированного результата; наиболее значимые нарушения (дефекты), повлиявшие на исход заболевания)...».
Из экспертного заключения (протокол) Федерального медицинского страхования/территориальный фонд обязательного медицинского страхования/страховая медицинская организация: АОСП ООО «СК «Ингосстрах-М» филиала г. Абакане от 28.01.2025 следует: «...Специальность эксперта качества медицинской помощи: скорая медицинская помощь. Медицинская документация Номер. Номер полиса обязательного медицинского страхования Номер. Пол М. Дата рождения застрахованного лица ДД.ММ.ГГГГ. Наименование медицинской организации ГБУЗ РХ «Таштыпская районная больница». Форма и вид проведения экспертизы: внеплановая. Срок проведения экспертизы с 27.12.2024 по 10.02.2025. Форма оказания медицинской помощи 1 с 23.11.2024 по 23.11.2024. Исход случая: Улучшение. Диагноз клинический заключительный по МКБ основной: бронхит не уточненный как острый или хронический. Выводы: ненадлежащее выполнение необходимых пациенту лечебных мероприятий в соответствии с порядком оказаниям СМП – п.3.2.1.. .».
Из экспертного заключения (протокол) Федерального медицинского страхования/территориальный фонд обязательного медицинского страхования/страховая медицинская организация: АОСП ООО «СК «Ингосстрах-М» филиала г. Абакане от 16.01.2025 следует: «...Специальность эксперта качества медицинской помощи: неонатология, педиатрия. Медицинская документация Номер. Номер полиса обязательного медицинского страхования Номер. Пол М. Дата рождения застрахованного лица ДД.ММ.ГГГГ. Наименование медицинской организации ГБУЗ РХ «Таштыпская районная больница». Форма и вид проведения экспертизы: внеплановая. Срок проведения экспертизы с 24.12.2024 по 05.02.2025. Форма оказания медицинской помощи 3 с 10.06.2024 по 10.06.2024. Исход случая: Без перемен. Диагноз клинический заключительный по МКБ основной: Др. уточненные поражения центральной нервной системы. Выводы: без замечаний. – п. 9соответствие качества медицинской помощи: надлежащее/ненадлежащее; своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов диагностики и лечения, степень достижения за планируемого результата; наиболее значимые нарушения (дефекты), повлиявшие на исход заболевания).. .».
Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы Номер от ДД.ММ.ГГГГ, выполненному КГБУЗ «Красноярское бюро судебно-медицинской экспертизы», при обращении несовершеннолетнего ФИО23. за медицинской помощью в ГБУЗ РХ «Таштыпская районная больница» общая тактика ведения его, верна. При первичном обращении выезд бригады скорой медицинской помощи (СМП) своевременный.
На этапе оказания медицинской помощи бригадой СПМ, экспертной комиссией выявлены недостатки оказания медицинской помощи несовершеннолетнему ФИО10 следующего характера: - неверно оценена степень тяжести состояния, не верно установлен диагноз, не проведена перкуссия органов грудной клетки, не оказана кислородная поддержка пациента в тяжелом состоянии на этапе транспортировки в стационар, так как транспортировка осуществлена родителями самостоятельно.
На этапе оказания медицинской помощи в условиях стационара ГБУЗ РХ «Таштыпская районная больница» выявлены следующие недостатки: оказания медицинской помощи: - неверно оценена степень тяжести состояния в течении первых 20 минут при поступлении: оценена как «средней степени тяжести» далее оценена «тяжелой/крайне тяжелой»; - при поступлении назначены, но не проведены диагностические мероприятия. Имеется недостаток оказания медицинской помощи в виде неисполнения «Клинических рекомендаций (протокола) по оказанию скорой медицинской помощи при внебольничной пневмонии у детей», «Внебольничная пневмония» Клинические рекомендации РФ 2022 ненадлежащим исполнение должностных обязанностей фельдшером СМИ. Диагноз установлен верно, но не является полным. При оказании медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ несовершеннолетнему ФИО10 по профилю скорая медицинская помощь выявлены недостатки оказания медицинской помощи, которые могли повлиять на ухудшение состояния: - неверно оценена степень тяжести, не полно установлен диагноз, не проведена перкуссия органов грудной клетки, не оказана респираторная кислородная поддержка пациента в тяжелом состоянии на этапе транспортировки в стационар, так как транспортировка осуществлена родителями самостоятельно. На этапе оказания медицинской помощи в условиях стационара выявлены недостатки: неверно оценена степень тяжести несовершеннолетнего, при поступлении назначены, но не проведены диагностические мероприятия, при осмотре дежурным врачом нарушена тактика ведения пациента в тяжелом состоянии, не диагностирована пневмония и осложнения за период стационарного лечения, не проведена коррекция респираторной поддержки терапии с учетом низкой сатурации на оксигенотерапию. Выявленные недостатки оказания медицинской помощи не явились причиной заболевания двусторонней очаговой гнойной бронхопневмании, следовательно, в прямой причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода не состоят. Выявленные недостатки оказания медицинской помощи могли повлиять на ухудшение состояния. Установлено, что причиной смерти ФИО10 явилась двусторонняя очаговая гнойная бронхопневмония, осложнившаяся инфекционно-токсическим шоком с развитием острой дыхательной недостаточностью, острой сердечно-сосудистой недостаточностью, отеком головного мозга.
Оценивая заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы Номер от 30.01.2026, выполненной КГБУЗ «Красноярское бюро судебно-медицинской экспертизы» в соответствии со ст.67 ГПК РФ, суд признает ее достоверным доказательством по делу, поскольку выводы членов комиссии согласуются с иными доказательствами по делу, данная экспертиза проводилась в рамках уголовного дела, где члены комиссии предупрежден об уголовной ответственности за дачу ложного заключения (ст.307 УК РФ), сведений о заинтересованности экспертов в исходе дела нет. Выводы заключения судебной-медицинской экспертизы убедительно мотивированы, в заключении указаны методы исследования со ссылками на нормативно-правовые акты, содержатся ссылки на источники, которыми члены комиссии руководствовались при составлении заключения. Каких-либо противоречий в заключении не имеется. Сомнений в правильности и обоснованности выводов экспертизы не возникает. Выводы, изложенные в заключении, сторонами не опровергнуты, ходатайств о назначении соответствующей судебной экспертизы в рамках рассмотрения настоящего гражданского дела от сторон не поступило.
В ходе указанного исследования были проанализированы в том числе медицинские документы: медицинская марта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, Номер на имя ФИО10; медицинская марта пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, Номер на имя ФИО10; копия карты вызова скорой медицинской помощи Номер на имя ФИО10
В материалы гражданского дела по запросу суда поступили карты вызова скорой медицинской помощи Номер от 23.11.2024 из ГБУЗ РХ «Таштыпская РБ» и Таштыпского МСО ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия различного содержания.
В частности, имеются расхождения в части лиц, проверивших карту вызова, времени, затраченного на вызов, описания жалоб, уровня сатурации при осмотре и после оказания скорой медицинской помощи.
Суд, анализируя указанные карты вызова скорой медицинской помощи, принимает в качестве допустимой карту, поступившую из Таштыпского МСО ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия, поскольку ее содержание в большей степени соответствует пояснениям истцов и третьих лиц.
Действующим законодательством определено, что к близким родственникам относятся: супруг, супруга, родители, дети, усыновители, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки.
Исходя из системного толкования вышеприведенных законоположений, каждое из перечисленных лиц в случае причинения ему вреда в результате смерти близкого родственника в связи с некачественным оказанием медицинской помощи, имеет право на защиту своих прав и законных интересов.
Факт родства умершего ФИО10 с родителями Тороковой Н.Н. и Тороковым И.А. подтверждается материалами дела и не оспаривался при рассмотрении настоящего дела.
Из пояснений истцов в судебном заседании следует, что требования о компенсации морального вреда были заявлены в связи с тем, что им были причинены нравственные страдания в связи со смертью сына. Кроме того, в результате некачественного оказания медицинской помощи ФИО10 они испытывают чувство вины из-за того, что они и сотрудники ГБУЗ РХ «Таштыпская РБ» не сделали все возможное, чтобы его спасти, поскольку из заключения экспертов следует, что выявленные недостатки оказания медицинской помощи могли повлиять на ухудшение состояния их сына. При этом они, не обладая познаниями в области медицины, полагали, что их сыну оказывают медицинскую помощь надлежащего качества, что он просто спит, тогда как он медленно умирал у них на глазах, а они не сделали всё от них зависящее для его спасения. Они ощутили чувство беспомощности, когда поняли, что их сын умирает, а медицинские сотрудники не знают, как его правильно реанимировать, и не могут ему помочь. Учитывая, что у них имеются еще другие дети, у истцов развился страх того, что они вновь не поймут, что ребенку экстренно требуется помощь, и ни они, ни сотрудники ГБУЗ РХ «Таштыпская РБ», не смогут помочь.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.
Из Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ее взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150,151 ГК РФ следует, что семейная жизнь, семейные связи – это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут бвыть заялены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть ленам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровью их близкому родственнику. В данном случае не наступает правопреемство в отношении права на компенсацию морального вреда, поскольку такое право у членов семьи лица, которому причинен вред жизни или здоровью, возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ, в том числе семейных связей.
С учетом изложенного суд приходит к выводу о праве истцов требовать в соответствии с ч.1 ст.151 ГК РФ компенсации морального вреда, причиненного в связи со смертью их сына в связи с некачественным оказанием медицинской помощи.
Обращаясь в суд с настоящим иском, истцы просили взыскать с ГБУЗ РХ «Таштыпская районная больница» компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб. в пользу каждого истца.
С учетом установленных по делу обстоятельств, выводов комиссии судебно-медицинской экспертизы, согласно которой выявлены недостатки в оказании медицинской помощи ФИО10 ответчиком, которые могли повлиять на ухудшение состояния, а именно: неверно оценена степень тяжести, не полно установлен диагноз, не проведена перкуссия органов грудной клетки, не оказана респираторная кислородная поддержка пациента в тяжелом состоянии на этапе транспортировки в стационар, так как транспортировка осуществлена родителями самостоятельно. На этапе оказания медицинской помощи в условиях стационара: неверно оценена степень тяжести несовершеннолетнего, при поступлении назначены, но не проведены диагностические мероприятия, при осмотре дежурным врачом нарушена тактика ведения пациента в тяжелом состоянии, не диагностирована пневмония и осложнения за период стационарного лечения, не проведена коррекция респираторной поддержки терапии с учетом низкой сатурации на оксигенотерапию, имеются основания для взыскания в пользу родителей умершего ФИО10 – Тороковой Н.Н., Торокова И.А., испытывающих нравственные страдания вследствие некачественного оказания медицинской помощи сыну, компенсации морального вреда, несмотря на отсутствие прямой причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и смертью ФИО10 Тем не менее, учитывая выявленные недостатки оказания медицинской помощи, ответчиком не были приняты исчерпывающе меры для надлежащего исполнения обязательств по оказанию медицинской помощи в соответствии с утверждёнными стандартами. Суд учитывает, что факт ненадлежащего оказания ФИО10 медицинской помощи, в том числе, по причине дефектов ее оказания, установлен и причинил страдания, то есть вред, как самому пациенту, так и его родителям.
Определяя размер компенсации истцам причиненных моральных и нравственных страданий, при отсутствии прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившей смертью ФИО10, при том, что такое оказание медицинской помощи ненадлежащего качества могло повлечь ухудшение состояния ФИО10, суд учитывает также и то обстоятельство, что истцы непосредственно присутствовали при оказании их сыну медицинской помощи ненадлежащего качества, наблюдали за стремительным ухудшением его состояния, по указанию персонала ГБУЗ РХ «Таштыпская РБ» производили различные манипуляции (помогали держать руку сына с капельницей, держали маску с кислородом, качали мешок для восстановления дыхательной функции), присутствовали при реанимационных мероприятиях и смерти сына.
Суд отмечает, что хотя и установлено то обстоятельство, что заболевание ФИО10 протекало быстро с тяжелыми осложнениями на крайне неблагоприятном фоне, с самолечением в начале заболевания, с несвоевременным обращением за медицинской помощью, что ухудшало состояние ФИО10, это не является основанием для снижения размера компенсации морального вреда, поскольку родители, не обладая специальными познаниями в области медицины, не могли правильно оценить тяжесть заболевания сына (при этом такая ошибка была допущена и медицинским персоналом на всех этапах оказания ФИО10 медицинской помощи 23.11.2024), а наличие у ребенка ранее диагностированных заболеваний не освобождает медицинскую организацию от оказания медицинской помощи в соответствии с установленными стандартами.
При этом, как следует из медицинской карты амбулаторного больного, на протяжении жизни ФИО10 его родители заботились о его здоровье, стараясь облегчить его состояние в связи с установленными диагнозами, что свидетельствует о тесной эмоциональной связи между сыном и родителями Тороковой Н.Н. и Тороковым И.А.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию в пользу Тороковой Н.Н. и Торокова И.А., суд учитывает характер причиненных истцам нравственных страданий, связанных со смертью на их глазах ребенка, пережитого психологического стресса в связи с тем, что их сыну не смогли оказать необходимую медицинскую помощь, степень вины причинителя вреда (при том, что медицинская помощь была оказана ФИО10 некачественно как на этапе скорой медицинской помощи, так и в период госпитализации, неправильно определена тяжесть состояния, не выполнены необходимые исследования и не оказана медицинская помощь, соответствующая степени тяжести состояния), с учетом принципов разумности и справедливости не считает заявленный размер компенсации морального вреда чрезмерным и полагает взыскать с ответчика в пользу каждого из истцов 400 000 рублей.
То обстоятельство, что ответчиком является медицинское государственное бюджетное учреждение, которое имеет кредиторскую задолженность, учитывается судом, однако не свидетельствует о чрезмерности исковых требований.
Ссылка стороны ответчика на то, что истцы не переживали в связи со смертью сына, поскольку участвовали в мероприятии по случаю празднования Нового Года, отклоняется судом, поскольку исходя из совокупности имеющихся в материалах дела доказательств следует, что связь родителей с сыном носила тесный характер, следовательно, оказание ему медицинской помощи ненадлежащего качества, что могло повлиять на тяжесть течения заболевания, не могла не причинить им тяжелых нравственных страданий.
На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6 000 руб., от уплаты которой истцы освобождены.
Учитывая изложенное и руководствуясь ст.ст. 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Иск удовлетворить.
Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Хакасия «Таштыпская районная больница» (ИНН 1909010174) в пользу Тороковой Натальи Николаевны (ИНН Номер), паспорт серии 9513 Номер, выданный ДД.ММ.ГГГГ ТП УФМС России по Республике Хакасия в Таштыпском районе) в счет компенсации морального вреда 400 000 руб.
Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Хакасия «Таштыпская районная больница» (ИНН 1909010174) в пользу Торокова Игоря Аркадьевича (ИНН Номер, паспорт серии 9509 Номер, выданный ДД.ММ.ГГГГ ТП УФМС России по Республике Хакасия в Таштыпском районе) в счет компенсации морального вреда 400 000 руб.
Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Хакасия «Таштыпская районная больница» (ИНН 1909010174) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Хакасия через Таштыпский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий М.О. Черчинская
Справка: мотивированное решение составлено 15.07.2026.