РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
23 июня 2026 года Томский районный суд Томской области в составе:
председательствующего судьи Крикуновой А.В.
при секретаре Клюшниковой Н.В., помощник судьи Ковалева Д.А., с участием представителя ответчика Терехина К.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по исковому заявлению Лелякиной Екатерины Анатольевны к индивидуальному предпринимателю Порохину Никите Алексеевичу об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности заключить трудовой договор, внесении записи в трудовую книжку, признании травмы производственной, возложении обязанности составить акт о производственной травме, взыскании компенсации морального вреда, взыскании заработной платы, установил:
Лелякина Е.А. обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю (ИП) Порохину Н.А. в котором просила:
установить факт трудовых отношений между Лелякиной Екатериной Анатольевной и Порохиным Никитой Алексеевичем;
обязать ответчика заключить трудовой договор с истцом и внести в трудовую книжку Лелякиной Е.А. запись о приеме на работу в должности конструктора и заместителя начальника производства и мебельного технолога;
признать травму, полученную 16.08.2024, производственной, полученной при исполнении трудовых обязанностей;
обязать ответчика составить акт о производственной травме на производстве;
взыскать с Порохина Никиты Алексеевича моральный вред в размере 200 000 руб., заработную плату за период с 16.08.2024 по 01.02.2025 в размере 416 000 руб.
Требования мотивированы тем, что Лелякина Е.А. в период с 07.10.2023 по 20.08.2024 работала в мебельной компании «Монгиора» без оформления трудовых отношений. На должность конструктора её принял ИП Порохин Н.А. – владелец компании «Монгиора». При встрече были оговорены условия трудового договора, размер заработной платы, трудовые обязанности и рабочее место. Истец приступил к работе в цехе с 09.10.2023.
16.08.2024 Лелякина Е.А. находилась на рабочем месте в производственном цехе мебельной компании «Монгиора». Когда спускалась по лестнице со второго этажа на первый, Лелякина Е.А. упала с лестницы и сломала ногу, в связи с чем полагает что получила производственную травму. Ответчик не предпринял никаких действий, чтобы правильно и квалифицировано была оказана медицинская помощь, отправил истца на такси, что могло привести к еще более неприятным и ухудшающим здоровье последствиям. Позже ответчик ни разу не звонил истцу, состоянием здоровья не интересовался. Когда Лелякина Е.А. обратилась к ответчику за компенсацией, последний стал отрицать сам факт трудовых отношений между ними.
Указанными действиями ответчика истцу причинен моральный вред, который истец оценивает в 200 000 руб. Также истец ссылался на то обстоятельство, что за период с 16.08.2024 по 01.01.2025 ей не была выплачена заработная плата в размере 416 000 руб.
Представитель истца по доверенности Фролова С.В., принимавшая участие ранее, поддержала заявленные исковые требования по основаниям, изложенным в иске.
Представитель ответчика по доверенности Терехин К.А. просил в удовлетворении иска отказать, настаивал на том, что трудовые отношения между сторонами не сложились, Лелякина Е.А. не прошла испытательный срок, приходила в цех по личной инициативе с целью обучения. Травму получила за пределами рабочего времени, кроме того приезд в рабочий цех в день происшествия не был связан с исполнением трудовой функции. С учетом изложенного полагал, что травма не является производственной.
Истец Лелякина Е.А., ответчик ИП Порохин Н.А., извещенные о месте и времени судебного заседания, не явились. Дело рассмотрено с участием их представителей.
Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о судебном заседании надлежащим образом.
Заслушав пояснения представителей истца и ответчика, показания свидетелей, исследовав и оценив письменные доказательства, суд пришел к следующим выводам.
Согласно части 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.
Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 8 и в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2, если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель (или его уполномоченный представитель) обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
Таким образом, по смыслу статей 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением части второй статьи 67 названного кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора.
Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).
Обращаясь в суд с настоящим иском, Лелякина Е.А. указала, что в период с 07.10.2023 по 20.08.2024 состояла в фактических трудовых отношениях с ИП Порохин Н.А., работала в мебельной компании «Монгиора», которая занималась изготовлением мебели, элементов декора и торгового оборудования в должности конструктора. Через некоторое время после устройства на работу на нее были возложены трудовые функции заместителя начальника производства и мебельного технолога.
На должность конструктора её принял ИП Порохин Н.А. – владелец компании «Монгиора». При встрече были оговорены условия трудового договора, размер заработной платы, трудовые обязанности и рабочее место (<адрес>). Истец приступил к работе в цехе с 09.10.2023.
Подтверждая факт трудовых отношений, Лелякина Е.А. представила переписку в сервисе обмена мгновенными сообщениями WhatsApp с абонентом «Никита», личные фотографии, произведенные с её слов на рабочем месте в производственном цехе по адресу: <адрес>; выписку по счету ПАО Сбербанк, свидетельствующую о регулярных денежных переводах Порохина Н.А. на карточный счет Лелякиной Е.А.
Представитель ответчика Терехин К.А., возражая против удовлетворения иска, указывал на то обстоятельство, что Лелякина Е.А. действительно была приглашена Порохиным Н.А. в качестве конструктора, однако не прошла испытательный срок, не была трудоустроена.
При рассмотрении дела судом установлено, что в соответствии с выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей от 23.06.2026 Порохин Н.А., ИНН 422312047629, зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 17.01.2024, присвоен ОГРНИП 324700000001490. Основной вид деятельности - производство прочей мебели. В качестве дополнительных видов деятельности указаны: производство мебели для офисов, производство кухонной мебели. На момент принятия судом решения статус индивидуального предпринимателя Порохина Н.А. не прекращен.
Спорящими сторонами не отрицалось, что трудовой договор между Лелякиной Е.А. и ИП Порохиным Н.А. заключен не был.
При этом мотивы отсутствия трудового договора сторонами приведены различные.
Так, истец сослался на виновное бездействие ответчика в связи с ненадлежащими оформлением трудовых правоотношений.
В свою очередь, представитель ответчика Терехин К.А. настаивал на том, что трудовые отношения между истцом и ответчиком не сложились. Лелякина Е.А. не прошла испытательный срок, производственный цех посещала с разрешения Порохина Н.А., но по собственной инициативе с целью обучения.
Следовательно, по данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований и регулирующих спорные отношения норм материального права (статьи 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации) являются следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между истцом и ответчиком о личном выполнении Лелякиной Е.А. работы по должности конструктора, был ли допущен истец к выполнению этой работы индивидуальным предпринимателем или его уполномоченным представителем и какие обязанности были возложены на него исходя из осуществляемых им трудовых функций; выполнял ли истец работу в качестве конструктора в интересах, под контролем и управлением индивидуального предпринимателя в заявленный истцом период с 07.10.2023 по 20.08.2024; подчинялась ли Лелякина Е.А. действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка или графику сменности работы; каков был режим рабочего времени Лелякиной Е.А. при выполнении работы по должности конструктора; выплачивалась ли ей заработная плата, с какой периодичностью и в каком размере, какой механизм расчета выплат был применен работодателем при оплате труда.
В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» приведено разъяснение, являющееся актуальным для всех субъектов трудовых отношений, о том, что при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.
Из представленной истцом переписки истца в сервисе обмена мгновенными сообщениями WhatsApp с абонентом «Никита», следует, что Лелякина Е.А. по заданию Порохина Н.А. выполняла проектирование предметов мебели. С ним согласовывала детали при изготовлении проектов и чертежей мебели (сообщения от 24.05.2024, 26.05.2024, 28.05.2024), также по поручению Порохина Н.А. отправляла чертежи деталей на лазерную резку (сообщения от 24.05.2024). Порохин Н.А. обозначал сроки, в которые нужно было выполнить его поручение (сообщение от 26.05.2024). При необходимости просил приехать пораньше (без указания точного времени в сообщении от 26.05.2024). Лелякина Е.А. доводила до сведения Порохина Н.А. информацию о невозможности приехать в производственное помещение в связи с болезнью (сообщение от 12.08.2024).
При этом номер телефона абонента «Никита», привязанный к аккаунту в приложении WhatsApp – № что подтверждается снимком с экрана.
В свободном доступе, в сети «Интернет» на сайте «Банк горящих вакансий – Томск» размещено объявление о том, что на мебельное производство в черте города требуется маляр по дереву, сдельная оплата (35 000 – 65 000 руб.), свободный график, возможность совмещать с другой работой, вечерние и выходные смены. Место работы: <адрес>. Контактный номер № (Никита).
Указанный адрес соответствует адресу мебельного цеха, указанному истцом. Контактный номер – номеру телефона ответчика, на который в том числе совершались звонки, сотрудниками суда.
С учетом изложенного у суда отсутствуют основания сомневаться в том, что абонент «Никита» - Порохин Н.А.
Факт того, что в материалы дела представлена переписка именно истца с ответчиком, участвующими в деле лицами не оспаривался.
Представитель ответчика Терехин К.А. возражал против оценки снимков с экрана мобильного устройства истца, содержащих переписку истца с ответчиком, полагая их недопустимыми доказательствами, поскольку данные снимки не заверены надлежащим образом.
Однако вопреки доводам стороны ответчика, указанная переписка была сличена судом в ходе рассмотрения дела.
Кроме того, судом с учетом представленной переписки установлено, что Лелякина Е.А. была допущена к выполнению работ индивидуальным предпринимателем Порохиным Н.А., именно он давал поручения истцу, истец согласовывал с ним детали чертежей.
Также перепиской подтверждается и неудовлетворённость ответчика результатом работ истца в сообщениях от 24.05.2024, 22.08.2026 ответчик указывает на ошибки допущенные истцом, в сообщении от 16.08.2024 просит обратить внимание, как чертежи и сборочные виды подготовил иной сотрудник.
Также представленными в материалы дела доказательствами подтверждается, что истец обеспечивался всем необходимым для работы, в том числе компьютером с установленным для проектирования мебели приложением. У Лелякиной Е.А. имелось рабочее место в офисном помещении на втором этаже производственного помещения по адресу: <адрес> что подтверждается протоколом осмотра места происшествия от 02.09.2024 с приложением фототаблицы, а также перепиской сторон, личными фотографиями Лелякиной Е.А., на которых отображено производственное помещение, схожее с производственным помещением, отображенным на фотоснимках, представленных в фототаблице к вышеуказанному протоколу осмотра места происшествия, свидетельскими показаниями.
Ответчиком производилась оплата осуществляемой Лелякиной Е.А. по заданию Порохина Н.А. работы по должности конструктора, что следует из пояснений истца и подтверждается выпиской по счету ПАО Сбербанк №, открытому на имя Лелякиной Е.А., за период с 09.10.2023 по 31.08.2024.
Так из указанной выписки следует, на счет Лелякиной Е.А. от Порохина Н.А. поступали денежные средства:
в декабре 2023 г. в сумме 54 000 руб. (01.12.2023 – 15 000 руб., 26.12.2023 – 24 000 руб., 30.12.2023 – 12 000 руб., 31.12.2023 – 3 000 руб.). Согласно названной выписке в указанные даты на счет истца поступали денежные средства в заявленном размере, однако идентифицировать лицо, осуществляющее денежные переводы, из указанной выписки не представляется возможным. Факт того, что денежные средства поступали от ответчика подтверждается снимками с экрана из мобильного приложения «Сбербанк онлайн»;
в марте 2024 г. – 25 300 руб. (26.03.2024 – 25 000 руб., 26.03.2024 – 300 руб.);
в апреле 2024 г.– 55 000 руб. (03.04.2024 – 15 000 руб., 03.04.2024 – 5 000 руб., 24.04.2024 – 35 000 руб.);
в мае 2024 г. – 60 000 руб. (17.05.2024 – 35 000 руб., 26.05.2024 – 25 000 руб.);
в июне 2024 г. – 19 000 руб. (20.06.2024 – 3 000 руб., 22.06.2024 – 4 000 руб., 25.06.2024 – 1 000 руб., 28.06.2024 – 11 000 руб.);
в июле 2024 г. – 42 800 руб. (03.07.2024 – 1 000 руб., 10.07.2024 – 1 000 руб., 15.07.2024 – 700 руб., 18.07.2024 - 100 руб., 20.07.2024 – 10 000 руб., 25.07.2024 – 5 000 руб., 30.07.2025 – 15 000 руб.);
в августе 2026 – 136 000 руб. (09.08.2024 – 1 000 руб., 13.08.2024 – 14 000 руб., 17.08.2024 – 5000 руб., 17.08.2024 – 5 000 руб., 23.08.2024 – 111 000 руб.).
При этом сам Порохин Н.А. признавал, что указанные денежные средства выплачивались Лелякиной Е.А, в качестве заработной платы. В переписке с истцом Порохини Н.А. признал факт наличия задолженности по заработной плате (исходя из размера оклада 64 000 руб.) в размере 111 000 руб. Указанная сумма перечислена истцу 23.08.2024.
С учетом изложенного и представленных суду доказательств со стороны истца, суд пришел к выводу о том, что Лелякина Е.А. осуществляла выполнение трудовой функции по поручению ответчика за плату, подчинялась действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы. Её деятельность контролировалась, согласовывалась с Порохиным Н.А.
Из сообщения ответчика о наличии его задолженности по заработной плате в размере 111 000 руб. также следует, что у ИП Порохина Н.А. применялась смешанная система оплата труда: в разные периоды оплата производилась по-разному: в некоторые месяцы начислялась окладная часть за отработанное время (64 000 руб. в месяц), в некоторые месяцы (в частности в мае 2024 г.) оплата производилась по сдельной системе оплаты труда в зависимости от фактически выполненного объёма работы.
С учетом изложенного суд счел подлежащим удовлетворению требование истца об установлении факта трудовых отношений между Лелякиной Е.А. и ИП Порохиным Н.А.
В силу части 1 статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.
После установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения, и в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении и предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями.
Заявляя требование о внесении записи в трудовую книжку истца о приеме на работу в должности конструктора и заместителя начальника производства и мебельного технолога, истец не указал начало и конец периода, в который Лелякина Е.А., по её мнению, осуществляла соответствующие трудовые функции.
Вместе с тем изложенный в иске довод истца о том, что Лелякина Е.А. выполняла работу в качестве конструктора в интересах, под контролем и управлением ИП Порохин Н.А. в заявленный истцом период с 07.10.2023 по 20.08.2024. не нашел своего подтверждения.
Так, переписка сторон в приложении WhatsApp представлена истцом выборочно, только за конец мая и август 2024 г. Сведений о том, что стороны обсуждают рабочие задачи, ответчик поручает, а истец исполняет рабочие поручения Порохина Н.А. за более ранний период, не имеется., равно как и не имеется за период с июня по июль 2024 г. включительно.
Признавая факт задолженности по заработной плате в размере 111 000 руб. Порохин Н.А. указывает период конец весны (май) - лето 2024 г.
Согласно выписке по счету ПАО Сбербанк № за период с 09.10.2023 по 31.08.2024 денежные средства от ответчика истцу в октябре, ноябре 2023 г., в январе и феврале 2024 г. не поступали.
Лелякина Е.А. в заявлении о проведении надлежащего расследования, адресованном руководителю Государственной инспекции труда в Томской области, указала, что денежные средства в октябре и ноябре 2023 г., в январе и феврале 2024 г. выплачивались ей Порохиным Н.А. наличными, однако какими-либо относимыми и допустимыми доказательствами данное обстоятельство не подтверждено.
В качестве индивидуального предпринимателя ответчик встал на налоговый учет 17.01.2024. Доказательств, свидетельствующих о ведении им деятельности по производству мебели до указанной даты, в материалы дела не представлено, равно как и не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что Лелякина Е.А. до 17.01.2024 выполняла работу в качестве конструктора в интересах, под контролем и управлением Порохин Н.А.
Факт поступления от Порохина Н.А. платежей в декабре 2023 года сам по себе, в отсутствие иных доказательств, не свидетельствует о выплате ответчиком заработной платы истцу.
Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО1 показал, что работает с Порохиным Н.А. по договору гражданско-правового характера. ФИО1 привлекается к работе по мере необходимости. В 2023 г. у Порохина Н.А. появилась необходимость в привлечении работника, на объявление откликнулась Лелякина Е.А., однако уже через две недели стало понятно, что она не подходит. Трудовой договор с ней не заключался, трудовые отношения у Порохина Н.А. с Лелякиной Е.А. не сложились. Последняя предложила приходить в цех для обучения. В рабочее время производила чертежи, следила за рабочим процессом. Переписка Порохина Н.А. с Лелякиной Е.В. в приложении WhatsApp связана с процессом её обучения. На собрании в конце весны Порохин Н.А. сообщил Лелякиной Е.А., что должность ей не подходит. После этого ФИО1 её на производстве больше не видел, хотя в цехе находился почти каждый день. Примерно через 2-2,5 месяца, 16.08.2024, ФИО1 позвонила Лелякина Е.А. и сообщила, что упала с лестницы. Около 21.00 ч. свидетель приехал к производственному помещению. На работе никого не было. Лелякина Е.А. с рабочим ноутбуком находилась снаружи. При этом рабочий день до 17.00 ч. Лелякина Е.А. сказала, что упала с лестницы и ушибла ногу. ФИО1 вызвал такси и отвез истца в больницу. Рабочий ноутбук, который был у истца, хранится в офисе на втором этаже. Ключ от цеха есть у ФИО1, у Порохина Н.А. еще один ключ для экстренных случаев хранится у ворот. Лелякина Е.А. могла знать об этом и воспользоваться данным ключом.
Свидетель ФИО2 в судебном заседании также показал, что знает Порохина Н.А., так как работает у него в мебельной компании «Монгиора» по договору гражданско-правового характера. Знает Лелякину Е.А., которая в производственный цех приходила для обучения, училась проектировать мебель. График работы свидетеля с 08.00 ч. до 17.00 ч., с 12.00 до 13.00 ч. - обеденный перерыв. Некоторые работники работают с 09.00 до 18:00 ч. О том, что Екатерина упала в цехе, узнал от Порохина и Васильева. Видел истца в цехе и офисе летом 2024 г., видел редко, она приходила не каждый день, иногда в 12.00 ч., иногда в 14.00 ч, реже в 10.00 ч. Офис находится в производственном цехе, но на втором этаже. Был ли у Екатерины ключ, чтобы попасть самостоятельно в офис, свидетелю неизвестно.
Свидетель ФИО3 пояснил, что Лелякина Е.А. не была трудоустроена у Порохина Н.А., хотела работать в связи с чем стажировалась, училась проектировать мебель в период с начала 2024 г. до лета 2024 г. Проекты, созданные истцом, в работу не пускались, Порохин Н.А. все переделывал. График работы ФИО4 с 09.00 ч. иногда, до 17.00 ч, иногда до 18.00 ч., иногда до 19 ч. суббота и воскресенье – выходные, но свидетель иногда выходит на работу по субботам. График работы у Лелякиной Е.А. был свой: с обеда и иногда до 22.00ч – 23.00 ч. Запретов приезжать в нерабочее время не было, но график работы был у всех с 09.00 ч. до 17.00 ч. Почему Лелякина Е.А. оставалась в офисе допоздна, свидетелю не известно, поручений от Порохина Н.А. ей не давалось, находится в офисе допоздна ответчик не требовал. Располагалась она в офисе на втором этаже за компьютером. ФИО3 воспринимал Лелякину Е.А. как будущего сотрудника. «Будущего», потому что она не прошла обучение, те проекты которые она создавала, не были пригодны для изготовления мебели. Необходимость в проектировщике имелась, как этим занимался сам Порохин Н.А., но у него не хватало времени одновременно выступать и в качестве проектировщика, и в качестве сварщика, и сборщика мебели. Заработную плату ФИО3 получает наличными денежными средствами.
Показания свидетелей суд принимает в качестве достоверных доказательств по делу, поскольку они последовательны, логичны, не противоречат показаниям сторон. Кроме того, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.
В материалы дела представлены договоры гражданско-правого характера, заключенные ИП Порохиным Н.А. с допрошенными в качестве свидетелей лицами (№ от ДД.ММ.ГГГГ – с ФИО3, № от ДД.ММ.ГГГГ – с ФИО2).
Суд также принимает во внимание то обстоятельство, что аналогичные пояснения давались свидетелями ФИО1 и ФИО3 в ходе проведения проверки по заявлению Лелякиной Е.А. по факту нарушения требований охраны труда на рабочем месте мебельной компании «Монгиора», что отражено в постановлении старшего следователя следственного отдела по Советскому району г. Томска СУ СК России по Томской области об отказе в возбуждении уголовного дела от 09.09.2024, в протоколах опроса отобранных пояснениях.
Разрешая заявленные требования, суд также принимает во внимание, что стороной истца не представлено ни одного доказательства, в соответствии с которым можно было бы прийти к выводу, о том, что помимо трудовой функции конструктора Лелякина Е.А. осуществляла трудовые функции заместителя начальника производства, мебельного технолога.
Напротив, из представленной в материалы дела переписки, свидетельских показаний следует, что Порохина Н.А. не устраивало качество работы Лелякиной Е.А., даже с выполнением трудовой функции конструктора Лелякина Е.А. не справлялась.
С учетом пояснений сторон, свидетельских показаний, в частности свидетеля ФИО3 о «стажировке» Лелякиной Е.А. с начала 2024 года, и имеющихся в материалах дела письменных доказательств, в том числе выписки по счету истца, выписки из ЕГРИП, суд счел установленным факт начала трудовых отношений Лелякиной Е.А. в качестве конструктора и ИП Порохина Н.А. с 17.01.2024.
В качестве даты завершения трудовых отношений суд принимает 29.08.2024. Так, в соответствии с представленной медицинской документаций ДД.ММ.ГГГГ Лелякина Е.А. получила травму: спускаясь в производственном цехе со второго этажа, упала и сломала палец на ноге.
Из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара №, заведенной в ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» Лелякина Е.А. поступила в стационар для получения экстренной медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>
В соответствии с историей болезни №, ДД.ММ.ГГГГ произведено <данные изъяты>.
Дата выписки - ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выписным эпикризом.
Рекомендовано <данные изъяты>.
При этом какие-либо медицинские документы, представленные в материалы дела, в том числе ГБУЗ Республики Крым «Евпаторийская городская больница» (ответ от 27.05.2026), не свидетельствуют о продолжении лечении или нахождении на реабилитации Лелякиной Е.А. в связи с полученной 16.08.2024 травмой после 28.08.2024, ввиду чего не выход истца на работу 29.08.2024 и в последующие дни свидетельствует о добровольном прекращении истцом трудовых отношений с Порохиным Н.А. 29.08.2024
Пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).
При таких обстоятельствах суд счел возможным возложить на ИП Порохина Н.А. обязанность внести в трудовую книжку Лелякиной Е.А., ДД.ММ.ГГГГ г.р., запись о приеме работника на работу в должности конструктора с 17.01.2024, запись о прекращении трудового договора с Лелякиной Е.А. с 29.08.2026 на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Решение суда является основанием для внесения данных о трудовой деятельности Лелякиной Е.А. в информационный ресурс Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, отчисления страховых взносов в соответствии с главой 34 Налогового кодекса Российской Федерации, Закона Российской Федерации от 16.07.1999 N 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», Федеральными законами от 29.11.2010 N 326-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», Федеральными законами от 29.11.2010 N 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональном заболевании», от 15.12.2001 N 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».
Поскольку судом установлен факт трудовых отношений с их прекращением, оснований для возложения на ответчика обязанности заключить с истцом трудовой договор не имеется.
Принимая решение об отказе в удовлетворении требования Лелякиной Е.А. о признании травмы, полученной 16.08.2024, производственной, полученной при исполнении трудовых обязанностей, суд исходил из следующего.
По смыслу статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:
в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;
при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем (его представителем), либо на личном транспортном средстве в случае использования личного транспортного средства в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) или по соглашению сторон трудового договора;
при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком;
при следовании на транспортном средстве в качестве сменщика во время междусменного отдыха (водитель-сменщик на транспортном средстве, проводник или механик рефрижераторной секции в поезде, член бригады почтового вагона и другие);
при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха, а также при нахождении на судне (воздушном, морском, речном, рыбопромысловом) в свободное от вахты и судовых работ время;
при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.
Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат также события, указанные в части третьей настоящей статьи, если они произошли с лицами, привлеченными в установленном порядке к участию в работах по предотвращению катастрофы, аварии или иных чрезвычайных обстоятельств либо в работах по ликвидации их последствий.
В абзаце 3 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» разъяснено, что для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 ТК РФ); указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 ТК РФ); соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 ТК РФ; произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ); имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 ТК РФ), и иные обстоятельства.
В соответствии с частью 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации Расследуются в установленном порядке и по решению комиссии (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственного инспектора труда, самостоятельно проводившего расследование несчастного случая) в зависимости от конкретных обстоятельств могут квалифицироваться как несчастные случаи, не связанные с производством:
смерть вследствие общего заболевания или самоубийства, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом;
смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества;
несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние.
Право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. При этом суду следует учитывать, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора.
Днем наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (хронического или острого) является день, с которого установлен факт временной или стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности.
Основным документом, подтверждающим факт повреждения здоровья и временную утрату профессиональной трудоспособности, является листок нетрудоспособности, выдаваемый медицинской организацией по форме и в порядке, предусмотренном Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации. Наступление стойкой утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждениями медико-социальной экспертизы при представлении акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1 или акта о профессиональном заболевании и оформляется в виде заключения (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2).
Таким образом, по общему правилу несчастным случаем на производстве признается и подлежит расследованию в установленном порядке событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах как на территории работодателя, так и за ее пределами, повлекшее необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
Как было указано выше, 16.08.2024 Лелякина Е.А. получила травму: спускаясь в производственном цехе со второго этажа, упала и сломала палец на ноге. Установлен диагноз: <данные изъяты>
В соответствии с историей болезни №, ДД.ММ.ГГГГ произведено <данные изъяты>
Таким образом, на больничном листе истец находился в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Доказательств, свидетельствующих об ином периоде временной нетрудоспособности истца, в материалы дела не представлено.
Истцом предпринимались попытки признать полученную травму производственной во внесудебном порядке и привлечь ответчика к уголовной ответственности по части 1 статьи 143 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с нарушением требований охраны труда, совершенным лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.
Согласно письму ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» от 20.09.2024 решение относится травма к производственной или нет, принимает комиссия, созданная работодателем, по итогам расследования конкретных обстоятельств несчастного случая на производстве. В некоторых случаях это делает государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая. Сотрудники ОГАЗ «ТОКБ» не принимаю решений и не дают заключений о статусе травмы, а только фиксируют факт травмы и оказывают медицинскую помощь, связанную с травмой.
Аналогичный ответ предоставлен истцу Департаментом здравоохранения Томской области от 01.10.2024.
В ходе проверки, проведенной Государственной инспекций труда в Томской области, дано медицинское заключение о том, что полученная Лелякиной Е.А. травма относится к категории травм легкой степени тяжести (медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 25.08.2025).
Постановлением старшего следователя отдела по Советскому району г. Томска СУ СК России по Томской области от 09.09.2024 в возбуждении уголовного дела по факту нарушения требований охраны труда на рабочем месте мебельной компании «Монгиора» в отношении ИП Порохина Н.А. отказано в связи с отсутствием в его действиях признаков состава преступления, предусмотренного статьей 143 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Постановлением заместителя прокурора Октябрьского района г. Томска отказано в удовлетворении жалобы Лелякиной Е.А. на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела при проведении процессуальной проверки по материалы № и по иным вопросам.
Государственной инспекцией труда в Томской области Лелякиной Е.А. сообщено, что Государственная инспекция труда осуществляет функцию по надзору и контролю за работодателями, выявляет правонарушения, но не решает трудовые споры, так как не является органом по рассмотрению индивидуальных споров и не может его заменить. Разъяснено право обратиться в районный суд за защитой трудовых прав (письмо Государственной инспекцией труда в Томской области от 12.09.2025).
Согласно заключению эксперта № «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области» телесное повреждение у гр. Лелякиной Е.А. относится к средней тяжести вреда здоровью.
В заключении государственного инспектора труда от 12.09.2025 содержится указание на то, что характер правоотношений, возникших между Лелякиной Е.А. и ИП Порохиным Н.А., не ясен и оформленный трудовой договор или договор гражданско-правого характера отсутствует, расследование данного события как несчастного случая на производстве возможно после установления факта трудовых отношений между Лелякиной Е.А. и ИП Порохиным Н.А. в момент несчастного случая. Также разъяснено, что установление данного факта производится в судебном порядке. Наряду с требованием об установлении факта трудовых отношений заявляется требование об установлении факта несчастного случая на производстве.
Факт получения Лелякиной Е.А. травмы 16.08.2024 <данные изъяты> в производственном цехе ответчика, стороной ответчика не оспаривался. При этом сторона ответчика указала, что данная травма, хоть и получена на территории производственного цеха по адресу: <адрес>, не является производственной травмой, поскольку была получена вне рабочего времени и не связана с исполнением трудовой функции или выполнением какой-либо работы по поручению Порохина Н.А.
В объяснениях, отобранных у Порохина Н.А. в ходе проведенных проверок Государственной инспекцией труда по Томской области, следственным отделением по Октябрьскому району г. Томска СУ СК России по Томской области, последний последовательно давал пояснения о том, что 16.08.2024 в нерабочее время Лелякина Е.А. находилась на производственной территории ИП Порохин Н.А., при этом каких-либо поручений от ИП Порохина Н.А. в это время не выполняла, как и не выполняла каких-либо трудовых функций в интересах ИП Порохина Н.А.
С учетом пояснений сторон, свидетельских показаний и переписки истца с ответчиком, травма получена истцом примерно в 20.30 ч. 16.08.2024, при том, что рабочий день оканчивался в 17.00 ч., а у некоторых работников в 18.00 ч.
Как следует из представленной в материалы дела переписки, в случаях, когда нужно было задержаться на работе, прийти на работу пораньше установленного времени или выйти на работу в выходные дни, Порохин Н.А. писал об этом Лелякиной Е.А. Лелякина Е.А., если планировала поработать сверх установленного времени, также сообщала об этом Порохину Н.А.
С учетом отсутствия оформления трудовых отношений указанное представляется разумным поведением сторон с целью учета отработанного времени для последующей оплаты выполненной работы.
При этом из представленной переписки не следует, что 16.08.2024 Порохин Н.А. поручил, а Лелякина Е.А. согласилась выполнять вне рабочего времени какие-либо работы в интересах ответчика. Последнее сообщение от Порохина Н.А. в день происшествия поступило на телефон истца в 17.07 ч.
Из показаний ФИО1 следует, что до 16.08.2024 он не видел Лелякину Е.А. в производственном цехе 2-2,5 месяца. Во время происшествия (примерно в 20.30 ч. 16.08.2024) в мебельном цехе по адресу: <адрес> никого не было, при этом возможность попасть в помещение мебельного цеха и офисное помещение у Лелякиной Е.А. имелась, поскольку имелся запасной ключ, о котором последняя могла знать.
Проанализировав представленные доказательства в совокупности с пояснениями сторон и свидетельскими показаниями, суд не нашел оснований для признания полученной Лелякиной Е.А. 16.08.2024 травмы производственной.
Разрешая требование истца о взыскании заработной платы за период с 16.08.2024 по 01.02.2025 в размере 416 000 руб., суд находит его подлежащим частичному удовлетворению.
Нормами статей 21 и 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.
Согласно статье 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).
В силу статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
В соответствии со статьей 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается работнику, как правило, в месте выполнения им работы либо переводится в кредитную организацию на условиях, определенных коллективным договором или трудовым договором; заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.
Принимая во внимание, что фактические трудовые отношения прекращены 29.08.2024, оснований для взыскания заработной платы за период с 29.08.2024 по 01.02.2025 у суда не имеется. Суд производит расчет невыплаченной заработной платы за период с 16.08.2024 по 29.08.2024 включительно (10 рабочих дней). При этом судом учтен размер ежемесячной заработной платы истца – 64 000 руб., на который ссылался истец в своем расчете, и который в качестве заработной платы истца признавал Порохин Н.А. в переписке с истцом.
С учетом пятидневной рабочей недели в августе 22 рабочих дня. Сумма заработной платы в день 64 000 / 22 = 2 909,09 руб. Соответственно размер невыплаченной заработной платы за период с 16.08.2024 по 29.08.2024 включительно (9 рабочих дней) составляет 29 090,9 руб. (2 909,09 * 10).
Материалами дела подтверждается, что трудовые права и гарантии истца ответчиком грубо нарушены.
В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.
Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
При определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и другое.
Лелякина Е.А. просила взыскать компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.
В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (пункт 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).
При определении суммы компенсации морального вреда суд принимает во внимание, что со стороны ответчика допускались нарушения трудовых прав истца, в виде незаключения трудового договора, невнесения соответствующей записи в трудовую книжку, невыплаты причитающихся сумм при увольнении.
Исходя из принципа разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 7 000 рублей. В остальной части названные требования удовлетворению не подлежат.
В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
В соответствии со статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации уплате в бюджет муниципального образования город Томск подлежит государственная пошлина в размере 3 279,6 руб., в том числе, по требованиям имущественного характера с учетом удовлетворения иска на 6,99% - 279,6 руб. и по требованию неимущественного характера (об установлении факта трудовых отношений) в размере 3000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
иск Лелякиной Екатерины Анатольевны удовлетворить частично.
Установить факт трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем Порохиным Никитой Алексеевичем (ИНН 422312047629) и Лелякиной Екатериной Анатольевной, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №), в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности конструктора.
Обязать индивидуального предпринимателя Порохина Никиту Алексеевича (ИНН 422312047629) внести в трудовую книжку Лелякиной Екатерины Анатольевны, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, запись о приеме работника на работу в должности конструктора с 17.01.2024, запись о прекращении трудового договора с Лелякиной Екатериной Анатольевной с 28.08.2024 на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Порохина Никиты Алексеевича (ИНН 422312047629) в пользу Лелякиной Екатерины Анатольевны заработную плату за период с 16.08.2026 по 28.08.2026 в размере 23 272,72 руб. компенсацию морального вреда в размере 7 000.
Иск Лелякиной Екатерины Анатольевны в остальной части оставить без удовлетворения.
Решение суда является основанием для внесения данных о трудовой деятельности Лелякиной Екатерины Анатольевны, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт №) в информационный ресурс Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, отчисления страховых взносов в соответствии с главой 34 Налогового кодекса Российской Федерации, Закона Российской Федерации от 16.07.1999 N 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», Федеральными законами от 29.11.2010 N 326-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», Федеральными законами от 29.11.2010 N 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональном заболевании», от 15.12.2001 N 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».
Взыскать с Порохина Никиты Алексеевича (ИНН 422312047629) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3 000 рублей.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Томский областной суд через Томский районный суд Томской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий /подпись/ А.В. Крикунова
Мотивированный текст решения суда составлен 07 июля 2026 г. /подпись/
УИД 70RS0003-01-2025-006478-46
Копия верна
Подлинный документ подшит в гражданском деле № 2-444/2026 Томского районного суда Томской области
Судья А.В. Крикунова
Секретарь Н.В. Клюшникова