РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
7 мая 2026 года город Омск
Центральный районный суд г. Омска в составе председательствующего судьи Рерих Ю.С., при секретаре Пировой Я.О., с участием помощника прокурора Центрального АО г. Омска Киница Л.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Лохматкиной Ю.П. к бюджетному учреждению здравоохранения Омской области «Городская поликлиника №1» о компенсации морального вреда, материальных расходов, утраченного заработка в связи с некачественным оказанием медицинской помощи,
УСТАНОВИЛ:
Истец Лохматкина Ю.П. в лице представителя по доверенности Пестова Д.В. обратилась в суд с указанным иском, ссылаясь на следующее.
ДД.ММ.ГГГГ истец на загородной базе отдыха во время катания с горки получила травму правой руки.
ДД.ММ.ГГГГ в связи с полученной травмой, физической болью и отеком в области правой кисти истец обратилась в травмпункт БУЗОО «Городская поликлиника №1».
Дежурный врач осмотрел правую руку истца, направил на рентген, после чего на правую руку была наложена гипсовая лангета. Назначена дата следующей явки – ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ прием истца осуществляла врач травматолог БУЗОО «ГП №1» ФИО6, которая заверила, что у истца отсутствует перелом, в качестве диагноза указала «ушиб», отправила снимать гипс. При этом, в месте травмы истец продолжала испытывать физическую боль, отек не спадал, имело место нарушение функции правой кисти.
После настоятельной просьбы истца, ей проведен повторный рентген правой руки, на котором также отсутствовали признаки перелома. На жалобы истца в месте получения травмы, истцу установили прежнюю гипсовую лангету, зафиксировав ее бинтом.
ДД.ММ.ГГГГ истцу произведена фиксация правой кисти эластичным бинтом.
ДД.ММ.ГГГГ на приеме истец предъявляла жалобы в месте получения травмы правой руки, на отек и ограничение движений. Диагноз был установлен прежний, назначена дата следующего приема – ДД.ММ.ГГГГ. По настоянию истца ей было рекомендовано пройти МРТ. Поскольку указанное исследование платное, не имея на него денежных средств, истец ДД.ММ.ГГГГ прошла УЗИ правого сустава и кисти правой руки, результаты которого она представила в БУЗОО «ГП №1». По результатам УЗИ выявлены признаки <данные изъяты> запястья правой кисти.
В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец прошла 10-дневный курс физиолечение, после чего продолжала испытывать физическую боль в области правой кисти, а также ограниченное движение кисти.
ДД.ММ.ГГГГ истец была выписана к труду, в медицинской карте истца указано: движения восстановлены в полном объеме, что не соответствовало действительности.
ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась к врачу ортопеду-травматологу поликлиники иного медицинского учреждения, где истцу был выписан новый листок нетрудоспособности, выдано направление на МСКТ правого лучезапястного сустава.
ДД.ММ.ГГГГ истцу проведено МСКТ правого лучезапястного сустава, по заключению которого у истца имелся <данные изъяты> перелом <данные изъяты> правой лучевой кисти с <данные изъяты>; признаки <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ истец вновь обратилась к врачу-травматологу БУЗОО «ГП №1», предъявив результаты МСКТ исследования, диагноз в медицинской карте был указан прежний – ушиб.
ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась за оказанием ей медицинской помощи в БУЗОО «ФИО16», где ей было назначено лечение в связи с <данные изъяты> переломом <данные изъяты> правой лучевой кости.
ДД.ММ.ГГГГ истцу проведено повторное МСКТ исследование, по результатам которого обнаружены признаки положительной динамики: <данные изъяты>.
В связи с несвоевременной и не качественной медицинской помощью со стороны БУЗОО «ГП №1» истец обратилась с жалобой в страховую компанию АО «СОГАЗ-Мед», по заключению которой установлено, что БУЗОО «ГП №1» медицинскую помощь истцу оказало некачественно, а именно не верно установлен диагноз и, как следствие, не назначено соответствующее и необходимое лечение.
В результате допущенных нарушений со стороны БУЗОО «ГП №1» истец длительное время была нетрудоспособна (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), испытывала физическую боль в месте получения травмы, не получала своевременного и адекватного лечения, была ограничена в быту, не имела возможности вести обычный образ жизни, несла материальные расходы на лечение.
Просит суд взыскать с БУЗОО «ГП №1» в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 250 000 рублей; материальные расходы на лечение в размере 12 324 рубля; утраченный заработок в сумме 24063,18 рублей, судебные расходы по оформлению нотариальной доверенности на представителя в сумме 3200 рублей (л.д. №).
В последующем истец исковые требования увеличила в части размера суммы материальных затрат, просила суд взыскать с БУЗОО «ГП №1» в свою пользу сумму понесенных материальных затрат на лечение в размере 20 769 рублей (л.д. №).
В судебном заседании истец Лохматкина Ю.П. исковые требования с учетом их уточнения поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить. Просила суд определить сумму утраченного заработка за весь период ее нетрудоспособности (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), взыскав его с БУЗОО «ГП №1» в свою пользу. Пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ находилась с коллегами на базе отдыха за пределами г. Омска. Катаясь с горки, упала на правую руку, почувствовав сильную физическую боль в области кисти правой руки. Поскольку медицинских работников и учреждений на базе отдыха не имелось, за медицинской помощью обратилась по возвращению ДД.ММ.ГГГГ в БУЗОО «ГП №1», как единственное медицинское учреждение, в которое обращаются с травмами. На приеме дежурный врач указал, что у нее перелом, при этом на рентген снимке признаков перелома не было. ДД.ММ.ГГГГ на правую руку была наложена гипсовая лангета. При повторной явке врач, не осматривая истца, поставил диагноз «ушиб», направил на снятие гипсовой лангеты. Повторный рентген был проведен ДД.ММ.ГГГГ по настоянию истца, поскольку врач не допускал возможности, что у истца в месте травмы перелом, уверяя, что это просто ушиб и необходимо время. Назначал лечение от ушиба, обезболивающие препараты и мази.
После того, как истец обратилась в иное медицинское учреждение к иному специалисту за консультацией, она была направлена на дополнительное обследование, в результате которого было выяснено, что у нее в месте получения травмы имеется перелом. Полагает, что БУЗОО «ГП №1» некачественно оказывало ей медицинскую помощь, несвоевременно и не в полном объеме. В результате, истец длительное время испытывала физическую боль, не имела возможности вести обычный образ жизни, не работала, длительное время получала пособие по временной нетрудоспособности. В настоящее время истец продолжает испытывать физическую боль в месте перелома, функция правой кисти не восстановлена, требуется дополнительное лечение. С работы истец уволилась, поскольку ей рекомендован легкий труд, который у работодателя отсутствует. Полагает, что неверный диагноз, несвоевременное снятие гипсового лангета, несвоевременное лечение, требуемое с характером травмы, способствовало длительной нетрудоспособности истца, наступлению последствий, а именно нарушению функций правой кисти, неправильному сращиванию места перелома. Обращала внимание суда на дефекты, допущенные стороной ответчика при ведении медицинской карты истца.
Представитель истца – по доверенности Пестов Д.В. в судебном заседании исковые требования с учетом их уточнения поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу произведена замена ответчика с БУЗОО «ГП №1» на бюджетное учреждение здравоохранения Омской области «Клинический диагностический центр» (ИНН №) (далее по тексту – БУЗОО «КДЦ») в связи с реорганизацией ДД.ММ.ГГГГ БУЗОО «ГП №1» в форме присоединения к БУЗОО «КДЦ» (л.д. №).
Представитель БУЗОО «КДЦ» - по доверенности ФИО7 в судебном заседании исковые требования не признала, представила письменный отзыв, в котором просила отказать истцу в удовлетворении заявленных требований, полагая, что медицинская помощь истцу оказана своевременно и в полном объеме. В случае удовлетворения заявленных требований истца, просила снизить заявленный ко взысканию размер компенсации морального вреда, сославшись на его несоответствие критериям разумности и справедливости.
Третье лицо – врач травматолог БУЗОО «ГП №1» ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении. Утверждала, что диагноз истцу установлен правильно, лечение назначено соответствующее установленному диагнозу. Оснований полагать, что в месте получения истцом травмы имеется перелом при ее осмотрах ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ не имелось. Исследование МСКТ в БУЗОО «ГП №1» не проводятся в виду отсутствия такой возможности, направление на указанное исследование истцу не выдавалось, поскольку в рамках ОМС оно также не проводится. Истцу было рекомендовано провести МСКТ, о чем в медицинской карте от ДД.ММ.ГГГГ имеется соответствующая запись. Указанное исследование было проведено истцом через месяц – ДД.ММ.ГГГГ. МСКТ исследование более информативное нежели рентген исследование, при котором подобного рода перелом, который имел место у истца, выявить практически невозможно. Объективные признаки для установления истцу диагноза «перелом» в этой связи отсутствовали, клиническая картина (жалобы и визуальный осмотр (отек)) при ушибах и переломах совпадают. Поэтому при первичных обращениях диагнозы «перелом» не устанавливаются, они устанавливаются спустя некоторое время, после назначенного лечения, в случае, если не наступает улучшение состояния пациента и не наступает выздоровление. Не исключала, что перелом правой лучевой кости истца мог быть получен при повторной травме, после ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.
Представитель АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед», привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица, по доверенности ФИО8 в судебном заседании полагала заявленные истцом исковые требования о компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению в размере, соответствующему принципу разумности и справедливости, представила письменный отзыв на иск (л.д. №).
Помощник прокурора Центрального административного округа Киница Л.И. в своем заключении полгал, что исковые требования подлежат удовлетворению.
Проверив доводы истца, ответчика, выслушав лиц, участвующих в деле, изучив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующему.
Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (в редакции, действующей на дату возникновения между сторонами правоотношений) (далее по тексту – Федеральный закон №323-ФЗ).
Статьей 2 указанного Федерального закона №323-ФЗ определены понятия: здоровья, согласно которому это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма; медицинской помощи - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинской услуги - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение; медицинского вмешательства - выполняемые медицинским работником и иным работником, имеющим право на осуществление медицинской деятельности, по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также искусственное прерывание беременности; качества медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качестве медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Согласно пункту 5 статьи 10 Федерального закона №323-ФЗ доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи;
В соответствии с частями 1 и 2 статьи 19 Федерального закона №323-ФЗ каждый имеет право на медицинскую помощь.
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
Пунктом 9 части 5 указанной статьи Федерального закона №323-Фз предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона №323-ФЗ).
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (алее по тексту - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Согласно пунктами 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Согласно абзацу у пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Из представленных материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась к ответчику за оказанием ей медицинской помощи в результате полученной ДД.ММ.ГГГГ травмы правой руки. При обращении истец предъявляла жалобы на физическую боль в области правого лучезапястного сустава. Истцу выдано направление на рентген, при описании которого на рентгенограмме правого лучевого сустава в 2-х проекциях костно-травматических изменений не выявлено. Истцу выписан листок нетрудоспособности.
ДД.ММ.ГГГГ истец при повторной явке врачу травматологу предъявляла жалобы на физическую боль, ограниченность в движении правой кисти. Истцу установлен диагноз: ушиб <данные изъяты>. Листок нетрудоспособности продлен, назначено симптоматическое лечение (кеторол при болях, соблюдение ортопедического режима иммобилизации косыночной повязкой). Проведено повторное рентген-исследование, по описанию которого костно-травматических изменений не выявлено (при этом в описании результата исследования вместо правого лучевого сустава указан левый лучевой сустав).
ДД.ММ.ГГГГ истец осмотрена врачом травматологом БУЗОО «ГП №1», предъявляла жалобы на боль в области правой кисти. При визуальном осмотре истца зафиксирован отек правой кисти, ограничение функции, при пальпации отмечалась боль. Диагноз указан прежним, рекомендовано помимо симптоматического лечения, МРТ.
ДД.ММ.ГГГГ истец осмотрена врачом травматологом БУЗОО «ГП №1», предъявляла жалобы на боль в области правой кисти, представила результаты УЗИ правого лучезапястного сустава. Диагноз: ушиб мягких тканей правого лучезапястного сустава оставлен без изменений, назначены медицинские препараты, листок нетрудоспособности продлен.
ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ истец осмотрена врачом травматологом БУЗОО «ГП №1», предъявляла аналогичные жалобы на боль в области правой кисти, ограниченность в движении. Установлен диагноз: ДОА лучезапястного сустава, частичное повреждение связок лучезапястного сустава справа. Назначены медицинские препараты.
ДД.ММ.ГГГГ истцу на базе ФГБУЗ «<адрес>» проведена компьютерная томография лучезапястного сустава правой руки, определен неконсолидированный оскольчатый внутрисуставной перелом <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ истец осмотрена врачом-травматологом-ортопедом БУЗОО «КМХЦ МЗОО», где ей установлен диагноз: закрытый консолидирующийся оскольчатый внутрисуставной перелом дистального эпиметафиза правой лучевой кости с удовлетворительным стоянием отломков. Назначено симптоматическое лечение, ограничение физической нагрузки в течение 5 недель, ЛФК, листок нетрудоспособности продлен.
ДД.ММ.ГГГГ истец повторно осмотрена врачом-травматологом-ортопедом БУЗОО «КМХЦ МЗОО» установлен диагноз: перелом нижнего конца лучевой кости закрытый. Закрытый медленно консолидирующийся перелом дистального метаэпифиза <данные изъяты> лучевой кости с допустимым смещением отломков. <данные изъяты> Болевой синдром. Рекомендовано лечение, <данные изъяты>.
ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ истец осмотрена специалистом БУЗОО «ГП №1», где истец предъявляла жалобы на умеренную боль в области правого лучезапястного сустава. При визуальном осмотре истца в области правого лучезапястного сустава умеренный отек, умеренная боль при пальпации, активные и пассивные движения в полном объеме, безболезненны. Установлен диагноз: вялоконсолидирующий оскольчатый перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости, болевой синдром (динамика слабоположительная). Рекомендовано продолжить ортопедический режим, НПВС, согревающие процедуры, физиолечение. Листок нетрудоспособности продлен.
ДД.ММ.ГГГГ истцу повторно проведена компьютерная томография правого лучезапястного сустава, по результатом которой определялся оскольчатый внутрисуставной перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости <данные изъяты> Рекомендована консультация травматолога-ортопеда.
ДД.ММ.ГГГГ при посещении врача – травматолога-ортопеда БУЗОО «КМХЦ МЗОО» истцу с учетом данных МСКТ лучезапястного сустава от ДД.ММ.ГГГГ, наличием признаков консолидации и отсутствия критичного смещения отломков оперативное лечение в объеме остеосинтеза не показано. Рекомендована консультация реабилитолога и физиотерапевта для разработки и реализации программы реабилитации. Разрешена дозированная осевая нагрузка на травмированную конечность в пределах болевых ощущений.
ДД.ММ.ГГГГ при посещении врача-травматолога БУЗОО «ГП №1» истцу установлен диагноз: закрытый вялоконсолидирующийся оскольчатый внутрисуставной перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости. Рекомендовано: НПВС, препараты кальция, ограничение нагрузок, ортез.
При последующих посещениях БУЗОО «ГП №1» диагноз истцу указывался аналогичным, в качестве рекомендаций указывалось на необходимость продолжать ортопедический режим, физиолечение, НПВС при болях, щадящую ЛФК, массаж.
ДД.ММ.ГГГГ истцу вновь проведена компьютерная томография лучезапястного сустава, в описании которой указано на консолидированный оскольчатый внутрисуставной перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости. <данные изъяты>. В сравнении с данными предыдущего исследования от ДД.ММ.ГГГГ динамика положительная.
ДД.ММ.ГГГГ листок нетрудоспособности истцу закрыт, истец выписана к труду с ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» с жалобой на качество оказанной ей медицинской помощи в БУЗОО «ГП №1» и просьбой провести экспертные мероприятия.
ДД.ММ.ГГГГ внештатным врачом-экспертом качества медицинской помощи Омского филиала АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» по специальности «Травматология и ортопедия» проведена внеплановая целевая экспертиза качества медицинской помощи, оказанной Лохматкиной Ю.П. в БУЗОО «ГП №1».
Согласно экспертному заключению по результатам экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ № в проверяемый период с ДД.ММ.ГГГГ№ № в проверяемый период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и № в проверяемый период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ выявлено установление неверного диагноза, связанное с невыполнением, несвоевременным или ненадлежащим выполнением необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, с учетом рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий, не повлиявшие на состояние здоровья застрахованного лица. Указано на нарушение при установлении диагноза истцу на нарушение Клинических рекомендаций «Переломы дистального отдела костей предплечья, утвержденных АТОР 2024. При этом амбулаторная помощь обоснована по показаниям, обследование проведено в необходимом объеме, своевременно, в соответствии с приказами и порядком оказания медицинской помощи; дальнейшее лечение соответствует имеющемуся диагнозу: «закрытый перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости».
Обращаясь в суд с указанным иском, истец полагает, что ей со стороны БУЗОО «ГП №1» не некачественно была оказана медицинская помощь, поскольку при ее обращении, а также в последствие, не были проведены все необходимые исследования, позволяющие на ранней стадии выявить имеющейся у нее перелом правой лучевой кости. В связи с чем полагает, что ей неверно был установлен диагноз, не назначено своевременно и необходимое лечение, что в совокупности привело к длительной нетрудоспособности, ограничении истца в быту, что причиняло физическую боль и нравственные страдания, привело к дополнительным материальным расходам на лечение, неправильному сращению кости.
Возражая против заявленных требований, сторона ответчика ссылалась на то, что медицинская помощь истцу была оказана своевременно, в необходимом объеме, с учетом возможностей на проводимые исследования в БУЗОО «ГП №1». Симптоматика перелома лучевой кости (жалобы на боль, отек лучевого сустава) схожа с ушибом мягких тканей лучезапястного сустава. Перелом, который впоследствии был выявлен у истца, на проводимых рентген-исследованиях себя не проявлял и не мог быть проявлен в виду не информативности данного исследования. Компьютерная томография в БУЗОО «ГП №1» не проводится. Истцу было рекомендовано провести компьютерную томографию, однако истец указанную рекомендацию проигнорировала, провела УЗИ исследование, на котором перелом также не усматривался.
Опрошенный по ходатайству ответчика в качестве специалиста врач-рентгенолог БУЗОО «<данные изъяты>» ФИО9 в судебном заседании, обозрев представленные ему снимки рентген-исследования, а также снимки компьютерной томографии правого лучезапястного сустава Лохматкиной Ю.П., указал, что на рентген снимках от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ линий перелома лучевой кости, какой-либо деформации, нарушении целостности костной пластины не просматривается. На снимке компьютерной томографии правого лучезапястного сустава от ДД.ММ.ГГГГ просматривается дистальный перелом лучевой кости. Определить его давность не представляется возможным. Признаки консолидации на указанном снимке отсутствуют. Пояснил, что традиционно консолидация перелома (сращение) просматривается по истечении 3-х недель, при условии, что пациент не имеет каких-либо хронических заболеваний. До указанного времени визуально признаки консолидации не просматриваются. При отсутствии фиксации перелома (гипсовом иммобилизации), движение приводит к раздражению межкостной пластины, в результате чего может быть образован ложный сустав, полноценное сращивание не произойдет. Указал, что полное сращивание также происходит не всегда. Имеет значение образ жизни пациента, его иммунная система, наличие либо отсутствие хронических заболеваний, возраст, иные факторы.
Пояснил, что на снимке компьютерной томографии от ДД.ММ.ГГГГ также имеются визуальные признаки консолидации отдельных отломков.
На снимке компьютерной томографии от ДД.ММ.ГГГГ имеются признаки консолидации, усматриваются дефекты суставной поверхности – <данные изъяты>, который мог быть у истца и без получения травмы.
Отсутствие признаков перелома лучевой кости на рентген снимках специалист объяснил тем, что рентген и компьютерная томография два совершенно разных по информативности исследования. Более полным и информативным является исследование – компьютерная томография.
На вопрос представителя ответчика специалист исключил получение истцом повторной травмы, пояснив дополнительно, что достоверно определить, имело ли место повторное получением истцом травмы правой руки, невозможно. Указал, что поскольку между проведенной компьютерной томографией от ДД.ММ.ГГГГ и рентгенограммой от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют сведения о полученной истцом какой-либо травмы правой руки, обнаруженный у истца перелом правой лучевой кости имел место быть изначально при получении ею травмы ДД.ММ.ГГГГ, но в виду не информативности рентген исследования, а также особенности данного перелома, он не был обнаружен при первоначальном обращении истца за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ.
Оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу, что заявленные истцом исковые требования обоснованы и подлежат удовлетворению.
В ходе судебного разбирательства установлено, что при обращении истца за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ в БУЗОО «ГП №1», ей неверно был установлен диагноз, соответственно назначено лечение, не отвечающее клинической картине. В этой связи довод истца о некачественном оказании ей медицинской помощи со стороны БУЗОО «ГП №1», поскольку истцу не было назначено и проведено необходимое исследование по установлению правильного диагноза нашли свое подтверждение, стороной ответчика не опровергнуты.
Довод ответчика о том, что отсутствовали основания для направления истца на МРТ лучезапястного сустава при ее обращении, судом отклоняется, поскольку как установлено в ходе судебного разбирательства проведенный истцу ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ рентген лучезапястного сустава не отражал полную картину полученной травмы в виду своей не информативности. В целях исключения перелома лучевой кости, истец должна была быть направлена на МРТ исследование.
Довод о том, что МРТ исследование не входит в программу ОМС и не проводится в БУЗОО «ГП №1», судом отклоняется, как необоснованный, и не свидетельствует о том, что истцу оказана необходимая медицинская помощь в полном объеме.
Как пояснил в судебном заседании представитель страховой компании «СОГАЗ-Мед» МРТ входит в программу ОМС, и БУЗОО «ГП №1» при отсутствии технической возможности его проведения имело возможность направить истца в медицинское учреждение по месту жительства для проведения его истцу бесплатно.
Истец в судебном заседании пояснила, что рекомендация на МРТ была записана в медицинской карте врачом-травматологом БУЗОО «ГП №1» после того, как она, предъявляя жалобы не проходящую боль в руке, отсутствия улучшения от назначенного лечения, интересовалась о видах дополнительного исследования, настаивала на дополнительных исследованиях. Пройти МРТ лучезапястного сустава ДД.ММ.ГГГГ истец не имела финансовой возможности, провела его позднее. О том, что оно могло было быть проведено ей в рамках ОМС бесплатно истец не знала.
Доводы истца и представителя страховой компании стороной ответчика опровергнуты не были.
Факт того, что истцу в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ был установлен неверный диагноз, подтвержден, стороной ответчика не опровергнут.
Суд соглашается с доводами истца о том, что при своевременном установлении ей верного диагноза, своевременном лечении, длительной гипсовой иммобилизации, период временной нетрудоспособности, выздоровления истца был бы минимальным.
По мнению суда, несвоевременное установление диагноза в связи с оказанием истцу медицинской помощи в полном объеме, способствовало тому, что истец длительное время находилась нетрудоспособна, ограничена в быту, испытывала дискомфорт и физическую боль, несла дополнительные материальные расходы, испытывая физические и нравственные страдания.
С учетом обстоятельств, установленных судом, заявленные истцом требования о компенсации морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинской помощи обоснованы и подлежат удовлетворению.
Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).
В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами гл. 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.
Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Из разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью 3 продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной <данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14).
Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п. 15).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27).
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости. В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту (пункт 30).
В пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 указано, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Как установлено в ходе судебного разбирательства медицинская помощь истцу со стороны БУЗОО «ГП №1» оказана некачественно: не выполнен необходимый объем исследований, позволяющий с достоверностью определить степень тяжести полученной истцом травмы, установить правильный диагноз, назначить своевременное и необходимое лечение.
Доказательств обратного материалы дела не содержат.
Кроме того, суд учитывает, что со стороны ответчика допущены нарушения в части ведения медицинской документации оказанных истцу медицинских услуг (допущены опечатки в описании рентген снимков, в медицинской карте, представленной суду имеются документы, которых первоначально не имелось), что в свою очередь также является свидетельством того, что истцу медицинские услуги оказаны не качественно.
Ответчиком указанные обстоятельства не оспорены, доводы относительно нарушений ведения медицинской документации, не приведены, в связи с чем, также являются основанием для возмещения вреда, причиненного истцу при оказании медицинских услуг.
Определяя надлежащего ответчика по делу, суд приходит к выводу, что надлежащим ответчиком по делу является БУЗОО «КДЦ», как правопреемник БУЗОО «ГП №1».
Определяя размер компенсации морального вреда, который подлежит взысканию с ответчика в пользу истца, суд учитывает обстоятельства дела, характер полученных истцом нравственных страданий, совокупность допущенных БУЗОО «ГП №1» нарушений при оказании истцу медицинской помощи, в частности, длительность периода, в течение которого истцу был установлен неверный диагноз и не было назначено необходимое лечение, несвоевременность прекращения гипсовой иммобилизации, что также не способствовало выздоровлению истца, а могло привести к длительности не срастанию перелома. Суд учитывает возраст истца (54 года), ее семейное и материальное положение, период временной нетрудоспособности, в течение которого истец испытывала физическую боль, не имела возможности вести обычный образ жизни; период, в течение которого истцу не был установлен верный диагноз, причины, по которым он не был установлен; последствия полученной травмы.
Вопреки доводам стороны истца в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что несвоевременная установка диагноза и отсутствие соответствующего лечения привели к негативным последствиям для здоровья истца (неправильному сращиванию перелома правой лучевой кости). Вместе с тем, суд полагает возможным согласиться с доводами истца о том, что несвоевременное снятие гипсовой иммобилизации могло способствовать длительности лечения, а также нарушении сращивания перелома, что стороной ответчика не опровергнуто.
Также при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд учитывает обстоятельства полученной истцом травмы. В частности то, что травму истец получила ДД.ММ.ГГГГ, то есть за день до обращения в БУЗОО «ГП №1», до этого какой-либо медицинской помощи истец не получала, поврежденную руку не зафиксировала, полагая, что у нее ушиб. Суд в данном случае учитывает также неосторожность истца, допущенную при катании с горки.
Кроме того, суд полагает необходимым учесть, что ответчик является бюджетным учреждением, что медицинскую помощь истец получила, как при обращении в БУЗОО «ГП №1» ДД.ММ.ГГГГ, так и в последующий период, в том числе, после установления ей верного диагноза.
Суд учитывает, что, несмотря на длительность лечения, здоровье истца до настоящего времени не восстановлено, истец не имеет возможности вести обычный и привычный для нее образ жизни, была вынуждена уволиться с работы в связи с невозможностью исполнять в полном объеме свои прежние трудовые обязанности. Истец продолжает восстанавливать здоровье, несет материальные расходы, испытывает в связи с этим физические и нравственные страдания, опасаясь о том, что допущенные ее здоровью последствия не будут устранимы в будущем.
С учетом обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения дела, суд полагает, что заявленный истцом размер компенсации подлежит снижению до 120 000 рублей.
По мнению суда, указанный размер компенсации морального вреда соответствует критериям разумности и справедливости, является соразмерным последствиям допущенных со стороны БУЗОО «ГП №1» нарушениям и способен сгладить остроту перенесенных и переносимых в настоящее время истцом физических и нравственных страданий.
Суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению заявленные истцом требования о возмещении понесенных материальных расходов в сумме 20769 рублей, в частности по оплате дополнительных медицинских услуг, оплачиваемых истцом другим медицинским организациям, в которые она обращалась; по приобретению лекарственных средств и препаратов.
В соответствии с частью 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
В подтверждение факта несения материальных расходов на указанную сумму, истцом в материалы дела представлены соответствующие договоры на оказание платных медицинских услуг, платежные документы по приобретению медицинских средств, лекарственных препаратов.
Ответчик не оспаривал ни факт несения истцом заявленных материальных расходов, ни их размер.
Изучив представленные в материалы дела документы, суд приходит к выводу, что истцом понесены дополнительные материальные расходы в связи с необходимостью прохождения дальнейшего лечения и реабилитации, на общую сумму 20769 рублей, которые подлежат взысканию с ответчика.
Разрешая заявленные истцом требования в части взыскания с ответчика утраченного заработка, суд также находит их обоснованными и подлежащими удовлетворению.
Размер утраченного заработка истцом не определен, при этом представлены справки о доходах истца, сведения о том, что в период оказания ей медицинской помощи истец работала в ООО «<данные изъяты>».
В соответствии с положениями статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении утраченного заработка (дохода) пенсия по инвалидности, назначенная потерпевшему в связи с увечьем или иным повреждением здоровья, а равно другие пенсии, пособия и иные подобные выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда здоровью, не принимаются во внимание и не влекут уменьшения размера возмещения вреда (не засчитываются в счет возмещения вреда). В счет возмещения вреда не засчитывается также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.
Объем и размер возмещения вреда, причитающегося потерпевшему в соответствии с настоящей статьей, могут быть увеличены законом или договором.
В силу положений статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности.
В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам, как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции.
Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов.
Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев.
Не полностью проработанные потерпевшим месяцы по его желанию заменяются предшествующими полностью проработанными месяцами либо исключаются из подсчета при невозможности их замены.
В случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, учитывается по его желанию заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.
Если в заработке (доходе) потерпевшего произошли до причинения ему увечья или иного повреждения здоровья устойчивые изменения, улучшающие его имущественное положение (повышена заработная плата по занимаемой должности, он переведен на более высокооплачиваемую работу, поступил на работу после получения образования по очной форме обучения и в других случаях, когда доказана устойчивость изменения или возможности изменения оплаты труда потерпевшего), при определении его среднемесячного заработка (дохода) учитывается только заработок (доход), который он получил или должен был получить после соответствующего изменения.
В соответствии с разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, выраженными в пункте 28 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» размер утраченного заработка потерпевшего, согласно пункту 1 статьи 1086 ГК РФ, определяется в процентах к его среднему месячному заработку по выбору потерпевшего - до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им профессиональной трудоспособности, а в случае отсутствия профессиональной трудоспособности - до утраты общей трудоспособности.
Определение степени утраты профессиональной трудоспособности производится учреждениями государственной службы медико-социальной экспертизы (Постановление Правительства Российской Федерации от 16 декабря 2004 г. N 805 "О порядке организации и деятельности федеральных государственных учреждений медико-социальной экспертизы"), а степени утраты общей трудоспособности - судебно-медицинской экспертизой в медицинских учреждениях государственной системы здравоохранения (статья 52 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 22 июля 1993 г. N 5487-1).
Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается в порядке, установленном пунктом 3 статьи 1086 ГК РФ. При этом учитываются все виды оплаты труда потерпевшего, как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом, и не учитываются выплаты единовременного характера (пункт 2 статьи 1086 ГК РФ). Утраченный заработок (доход) потерпевшего подлежит возмещению за все время утраты им трудоспособности.
В силу пункта 5 статьи 1086 ГК РФ, если в заработке (доходе) потерпевшего до причинения ему увечья или иного повреждения здоровья произошли устойчивые изменения, улучшающие его имущественное положение (если его заработная плата по занимаемой должности повышена, он переведен на более высокооплачиваемую работу, поступил на работу после окончания образовательного учреждения по очной форме обучения и в других случаях, когда доказана устойчивость изменения или возможности изменения оплаты труда застрахованного), при подсчете его среднего месячного заработка может учитываться заработок (доход), который он получил или должен был получить после соответствующего изменения.
Исходя из вышеприведенных положений действующего гражданского законодательства, обстоятельств дела, суд полагает, того факта, что истец на протяжении периода времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не имела возможности трудится, при этом, до ДД.ММ.ГГГГ официально работала в ООО «<данные изъяты>», иного дохода, кроме пособия по временной нетрудоспособности, не получала.
Производя расчет утраченного заработка, суд учитывает вышеприведенные положения нормативных актов, учитывает сведения о заработке истца за 12 предшествующих травме месяцев <данные изъяты> сумм выплаченного истцу пособия по временной нетрудоспособности (<данные изъяты> рублей), приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию утраченный заработок в размере 135 553,79 рублей ((<данные изъяты>).
Разрешая заявленные истцом требования о взыскании с ответчика расходов по оформлению нотариальной доверенности в сумме 3200 рублей, суд не находит оснований для их удовлетворения.
В соответствии с ч.1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, расходы, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, а также другие признанные судом необходимыми расходы.
В соответствии с ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в п. 10 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.
Аналогичная позиция отражена в п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021), согласно которой при разрешении вопроса о возмещении судебных расходов суду необходимо установить, понесены ли в действительности эти расходы по настоящему делу, в том числе на участие представителя, оценив названные выше доказательства в совокупности с другими доказательствами.
Представленная в материалы дела нотариальная доверенность (серия <адрес>1), выдана Лохматкиной Ю.П. на Пестова Д.В., ФИО10 и ФИО11 не в связи с представлением ее интересов в рамках одного единственного гражданского дела №2-1015/2026 по исковому заявлению о возмещении вреда в связи с некачественной медицинской помощью. Указанная доверенность позволяет представлять интересы Лохматкиной Ю.П. по другим делам в других учреждениях и органах.
В этой связи, поскольку представленная нотариальная доверенность связана на представление интересов истца не только в связи с рассмотрением настоящего дела, в удовлетворении заявленных истцом требований о возмещении ей расходов по ее оформлению следует отказать.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 8689,68 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования удовлетворить частично.
Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Омской области «Клинический диагностический центр» (ОГРН №, ИНН 5504001891) в пользу Лохматкиной Ю.П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в сумме 120 000 (сто двадцать тысяч) рублей, сумму материальных расходов на лечение в размере 20 769 (двадцать тысяч семьсот шестьдесят девять) рублей, сумму утраченного заработка в размере 135 553 (сто тридцать пять тысяч пятьсот пятьдесят три) рубля 79 копеек, а всего 276 322 (двести семьдесят шесть тысяч триста двадцать два) рубля 79 копеек.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Омской области «Клинический диагностический центр» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 8689,68 рублей.
Решение может быть обжаловано сторонами в Омский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд г. Омска.
Мотивированное решение составлено 14 мая 2026 года.
Судья Ю.С. Рерих