ПРИГОВОР
именем Российской Федерации
31 марта 2026 года пгт. Каа-Хем
Кызылский районный суд Республики Тыва в составе председательствующего Кара-Сал В.Д., при секретаре Байыр Н.Б., переводчике Ангакпан Д.И., с участием государственного обвинителя – старшего помощника Кызылского межрайонного прокурора Кара-Сал А.-Х.А., подсудимого Д., защитника – адвоката Очур Т.О., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении
Д., <данные изъяты>, ранее судимого
7 мая 2010 года Кызылским районным судом Республики Тыва по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освободившегося 12 сентября 2017 года условно-досрочно на неотбытый срок 1 год 4 месяца 16 дней, находящегося под мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, содержавшегося под стражей с 18 декабря 2024 года по 20 декабря 2024 года, находившегося под мерой пресечения в виде запрета определенных действий с 21 декабря 2024 года по 12 февраля 2025 года, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, установил:
Д. умышленно, с применением предмета, используемого в качестве оружия, причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.
В ночь с 15 на 16 декабря 2024 года в <адрес> распивали спиртные напитки Д., А. и Г..
В ходе распития спиртных напитков, 16 декабря 2024 года около 05 часов 40 минут в <адрес>, А. в грубой форме начал предъявлять претензии Д. по поводу того, что у него в доме холодно, не убрано и потребовал приготовить еды, из-за чего между ними возникла ссора, в ходе которой А. нанес один удар рукой в область лица Д., чем причинил ему физическую боль.
Тогда, 16 декабря 2024 года около 05 часов 40 минут в этом же доме, у Д. на почве личных неприязненных отношений к А. из-за того, что последний нанес ему удар по лицу, чем причинил физическую боль и вступил с ним в ссору, возник преступный умысел, направленный на умышленное причинение А. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Незамедлительно реализуя свой преступный умысел, Д., вооружившись металлической кочергой и используя ее в качестве оружия, умышленно нанес один удар указанной кочергой в область головы А. При этом, Д. не предвидел возможности причинения ему смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, а именно, в силу характера и степени наносимого им удара, должен был и мог предвидеть это.
Своими вышеуказанными преступными действиями Д. причинил А. телесное повреждение в виде <данные изъяты>, явилось непосредственной причиной смерти А.
Смерть А. наступила 23 июня 2025 года в 16 часов 15 минут в ГБУЗ РТ «Республиканская больница №1» в результате вышеуказанных преступных действий Д.
В судебном заседании Д. вину в предъявленном обвинении не признал и, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, отказался от дачи показаний.
В связи с отказом от дачи показаний, государственным обвинителем в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ оглашены показания Д., данные им в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого из которых следует, что 15 декабря 2024 года около 18-19 часов, когда он находился в доме один, к нему пришли его односельчане А. вместе с Г.. Они пришли в состоянии сильного алкогольного опьянения и предложили ему употребить спиртное с ними, на что он согласился. У них было три бутылки разбавленного спирта, спирт достал А.. Далее, они втроем начали распивать спиртное у него дома. Затем во время распития А. задал Г. вопрос - есть ли у него куртка теплая, на что Г. ответил положительно. Потом А. сняв с себя безрукавку сшитую из овчиной шерсти отдал Г. сказав, что он болен и ему надо утепляться, после чего Г. надев себе безрукавку, выпив с ними 1 бутылку разбавленного спирта, лег спать, так как по состоянию здоровью много пить он не может. Тогда время было около 22 часов 15 декабря 2024 года. Далее, они с А. вдвоем продолжили распивать разбавленный спирт до 03 часов 16 декабря 2024 года, выпив вторую бутылку он опьянел и уснул, и А. также лег спать, по его мнению. Потом около 05 часов 16 декабря 2024 года, он проснувшись разбудил А., и они продолжили с ним распивать последнюю бутылку, он начал топить печку, но никак не смог её затопить, тогда А. сидел перед печкой на табуретке, а он сидел рядом на полу с правой стороны от А. согнув левую ногу сидя на правой коленке. Далее, они сидя разговаривая с А. продолжали распивать разбавленный спирт, затем около 05 часов 40 минут в ходе распития А. начал на него повышать голос и начал предъявлять ему претензии, почему у него в доме холодно, не убрано, грязно, почему нет еды и потребовал от него приготовления еды. Дальше он начал его оскорблять и перешел на личность и спросил у него кем он был, когда сидел в тюрьме. Далее А. высказался что он же мужик работяга, что его так называли в тюрьме, если он мужик работяга, тогда он обязан приготовить ему еду, натопить печь и убраться в доме. Далее А. вдруг своим правым кулаком нанес по его левому глазу один удар, после чего он просто сидел и молчал, так как не хотел с ним связываться. Далее через несколько секунд после удара кулаком в его глаз, он рассердившись на него из-за его слов и полученного удара, резко встал с пола на свои ноги и увидел в верхней части отопительной печки висящую стальную кочергу, после чего он быстро взял данную кочергу в свою правую руку и быстрым движением нанес по голове А. один удар этой кочергой. Удар он наносил сверху вниз наотмашь. После данного удара А. остался сидеть перед печкой на той же табуретке, а он испугавшись того, что натворил, убежал из своего дома, предварительно бросив на пол стальную кочергу. Перед нанесением удара кочергой по голове А., он просто сидел напротив него и пытался унизить. Он в тот момент не хватался за его одежду, не пытался ударить его, не хотел встать с табуретки, а просто сидел напротив него и унижал его, требуя убраться в своем же доме, приготовить ему еду, растопить печь. С момента нанесения им удара кулаком в его левый глаз до момента как он встал с пола и нанес ему удар стальной кочергой по его голове прошло 15-20 секунд. То есть после данного удара кулаком в его голову, он просто молча сидел и выслушивал оскорбления в свой адрес, после чего не выдержал и нанес один удар по голове А. стальной кочергой. В тот момент он не хотел убить А., однако он хотел нанести ему телесные повреждения, которые бы он запомнил и перестал в дальнейшем унижать его. После нанесения удара кочергой по голове А., он замолчал и остался сидеть на табуретке, думает ему было больно и он понял, за что именно получил данный удар. Далее он пошел к соседке Любе, попросив ее впустить его и чтобы не впускала в дом А. и Г., лег спать. Далее пояснял, что Г. конфликта между ним и А. не видел, поскольку он спал в это время в его доме на его кровати (Том 1, л.д. № 42-46; Том 1, л.д. 84-87).
Кроме того, при даче дополнительных показаний в ходе предварительного следствия Д. показал, что при первичном допросе он пояснил что телесные повреждения нанес кочергой он, а фактически такого не было, он себя оговорил. Он сам ничего не знает про обстоятельства получения телесных повреждений А., так как он сам лично своими глазами не видел произошедшее. В ходе распития спиртных напитков помимо него, Г. и А., никого не было. Ссадина в лобной области справа, ссадина правой щечной области, ссадина лобной области слева у него образовались, когда его привели в отдел полиции для допроса, оперуполномоченные взяв его руки скручивали их за спину после чего прижали к полу. Он думает, что от этого образовались телесные повреждения (Том 1, л.д. 97-99; Том 1, л.д. 207-209; Том 2, л.д. 237-241).
В ходе судебного заседания подсудимый Д. не подтвердил первичные свои показания, имеющиеся в материалах дела в томе №1 л.д. № 42-46; томе №1 л.д. 84-87, пояснив, что около 4-5 часов утра он ушел из дома. Действительно его одноклассник один раз ударил его, потом он вышел из дома, сказав, что необходимо топить печку, вышел за дровами и ушел к соседке и лег спать. В тот же день пришли А. и С., в это время Г. и А. были в целости и сохранности. Про это ему говорили А. и С.. В его доме в тот день ничего не было, ни крови, ничего такого не было, А. был в доме О.. Далее он с А. не встречался.
Несмотря на непризнание своей вины, вышеуказанные фактические обстоятельства совершения преступления и виновность Д. судом установлена следующей совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного следствия.
В судебном заседании потерпевшая Р. показала, что 17 декабря 2024 года утром в 5 часов ей позвонила сестра Е. и сообщила, что отца ударили в голову и его положили в больницу. Она приехала в ГБУЗ РТ «Ресбольница №1» к 7 часам, где ей сказали, что ее отца еще не привезли. Далее, она ждала там, его привезли в 8 часов утра и сразу повели оперировать. Далее, в 11 часов врачи ей сказали, что отец находится в коме и если в течение 3 дней он не выйдет с комы, то будет проблематично. 17 января его перевели в отделение нейрохирургии и 27 января его выписали из больницы. Отца она привезла домой и ухаживала за ним, поскольку он был лежачий. Как привезли его домой, у него началось постоянное повышение температуры, показывали его врачу, отказывались его принимать, поскольку у него было паллиативный статус. В мае его положили в больницу, а в июне его не стало, он так и не выходил из состояния комы. Про обстоятельства получения травмы своим отцом ей ничего неизвестно, но со слов сестры она узнала, что ее отца ударил в голову одноклассник Д..
Свидетель Свидетель №1 показала, что она является соседкой Д., дома их находятся через забор, и в тот день в декабре 2024 года рано утром к ней домой постучался Д. в подвыпившем состоянии, с синяком под глазом, и попросил впустить к себе домой, поскольку они распивая спиртные напитки у него дома с А. и Г., подрались. На данную просьбу Д. она согласилась, впустила к себе домой и уложила его спать. При этом, Д. ее попросил, если к ней придет А., чтобы она его не впускала. Спустя 10 минут, как она уложила Д. спать, к ней домой постучался А.. Она его не видела, разговаривали через дверь, А. спрашивал Д., на что она сказала, что Д. не видела, потом он ушел. Когда посветлело, примерно в 8 часов утра, Д. попросил ее сходить к нему домой и посмотреть, до сих пор ли у него дома сидят А. и Г., если их нет, попросил закрыть его дом на замок и принести ключи. На данную просьбу Д. она также согласилась и пошла к нему домой. Когда зашла, дверь была открыта, внутри никого не было, она закрыла дом Д. и принесла ключи ему. Все обстоятельства она знает со слов Д., на тот момент он говорил, что они с А. подрались, но не говорил, что по голове ударил А.. Также Д. говорил, что Г. во время конфликта спал.
Из изученных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №1, данных ею в ходе предварительного следствия следует, что Д. ей говорил, что когда они с А. дрались, Г. рядом сидел и смотрел (Т.1 л.д. 188-190).
Данные показания свидетель Свидетель №1 подтвердила.
Свидетель В. показал, что 15 или 16 декабря 2024 года в послеобеденное время, примерно в 15-16 часов, к нему домой по адресу: <адрес>, пришел А. в пьяном состоянии и попросил лечь спать у него, поскольку он говорил, что ему холодно и лег спать возле печки. При этом, у А. на голове была кровь, но не текла, поскольку там, где он лежал, крови не было, рану на голове саму он не видел. Г. ранее к нему пришел примерно в 11 часов и тоже лег спать. Когда Г. проснулся, увидел А. и сказал, что с ним что-то не то, так как он не шевелился, но дышал. Испугавшись, он сразу побежал к врачу, который придя, поставив укол, также вызвал врачей из г. Кызыла. Врачи приехав, увезли А. в Ресбольницу №1 г. Кызыла. При этом, пояснил, что когда А. пришел к нему домой, он ни на что не жаловался, на головную боль также не жаловался, просто попросился спать, говорил, что ему холодно.
Из изученных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №3, данных ею в ходе предварительного следствия следует, что 17 декабря 2024 года около 02 часов ей позвонил односельчанин по имени В., который проживает по адресу: <адрес>, и сообщил, что в его доме находится А. без сознания. После чего она с В. направились к нему в дом, придя в дом В., она увидела на пороге возле печки лежачего на полу А. без сознания и рядом был Г.. Далее, она начала осматривать А., попросил В. и Г. раздеть его. В ходе внешнего осмотра на голове в теменной области имелась гематома и около лобной области имелись рванная рана. Волосы слиплись с кровью, кровь была сухой. Далее она вызвала скорую медицинскую помощь. Во время осмотра, когда они перевернули А. из его рта потекла кровь. Спустя некоторое время приехали врачи скорой медицинской помощи и подключили А. к ИВЛ аппарату, после чего увезли в Республиканскую больницу г. Кызыла. В. и Г. находились в трезвом состоянии, внутри дома признаков драки не было (Т. 1 л.д. № 181-183).
Из изученных в порядке п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Г., данных им в ходе предварительного следствия следует, что 15 декабря 2024 года около 17 часов он находился у себя в доме, потом решил пойти к брату М. который проживает по <адрес>, чтобы у него в доме покушать. Затем по дороге он встретил А. и он спросил у него есть ли деньги на что он ответил да и дал ему 1000 рублей, потом он пошел за спиртным и принес 3 бутылки разбавленного спирта, после чего они пошли к дому Д.-ооловича, который расположен не далеко от его дома по <адрес>. Далее, 18-19 часов, он с А. вместе зашли в дом Д. и предложили ему употребить спиртное с ними на что он согласился. У них было три бутылки разбавленного спирта, спирт достал А.. Далее, они втроем начали распивать спиртное в доме Д.. Затем во время распития А. задал ему вопрос - есть ли у него куртка теплая, на что он ответил да есть. Потом А. дал ему безрукавку сшитую из овчиной шерсти предложил за 3000 рублей, после чего он надев себе безрукавку выпив с ними 1 бутылку разбавленного спирта лег спать, так как по состоянию здоровью много пить он не может. Тогда время было около 22 часов 15 декабря 2024 года. Далее, Д. с А. вдвоем продолжили распивать разбавленный спирт до скольких они пили он не знает. Потом он проснулся около 06-07 часов 16 декабря, и увидел А., который возле печки сидя курил, потом он задал вопрос А. где Д., на что он ему ответил, что Д. побежал к дому соседке Свидетель №1 и там Д. заперся. После А. опять пошел к соседке Свидетель №1 за Д., потом где-то через 10 минут А. обратно пришел и сказал, что Д. не открывает дверь ему, почему он не открывает ему дверь, он не спрашивал. Затем они с А. сидели в доме Д. и ждали его, но он не пришел. Далее А. спросил, есть ли еще деньги у него, чтобы купить спиртное, так как он был в алкогольном опьянении, далее он А. сказал, что у него в доме есть деньги и они с ним вдвоем пошли к нему домой и придя к нему в дом он А. дал деньги в сумме 1000 рублей одной купюрой. После этого А. побежал за спиртным, он пошел к В., который проживает в <адрес>, это было примерно время около 09- 10 часов утра 16 декабря, далее он весь день пролежал у него. Потом 17-18 часов того же дня в дом зашел А. и зайдя он сказал, что ему холодно и попросил погреться, на что В. дал согласие. После он около отопительной печи на полу лег погреться, он был в сильном алкогольном опьянении, одетый в куртку черного цвета, когда он ложился на пол, он заметил, что он был без шапки просто накинул на себе в голову капюшон. Далее, он уснул на полу, затем они выключив свет, тоже легли спать. Далее, ночью между около 01 часов 17 декабря, он проснувшись включив свет пошел на уличный туалет потом он обратно зашел и увидел на полу лежачего А. и подойдя к нему сказал, чтобы он лег на кровать и тогда он взял правую руку А. чтобы поднять, тогда его руки были очень холодные, потом он начал осматривать его и увидел, как будто А. не дышит, и странно выглядит и молчит, после чего он разбудил В. и сказал, чтобы он осмотрел А.. После В. подойдя к А. задал вопрос, что с ним случилось, он лежал прямо на спине. Затем посмотрев на него он В. сказал, чтобы, он вызвал врача, на что он сразу пошел за помощью к дежурному врачу села, время было около 02 часов 17 декабря. Когда В. ушел за помощью в это время он остался с А. одни, больше никого не было в доме. Далее, через 20 минут примерно к 03 часам к ним пришла фельдшер Свидетель №3 и начала осматривать А., в ходе осмотра на теле синяков и телесных повреждений не было, потом фельдшер Свидетель №3 начала осматривать голову и она во время осмотра скинула с него капюшон, и увидела, что у него в голове была рана, на волосах была кровь. После осмотра фельдшер Свидетель №3 вызвала скорую медицинскую помощь, после чего около 04 часов приехали и увезли А. в Республиканскую больницу г. Кызыла. Откуда он получил рану он не знает и не видел. При этом пояснил, что когда они распивали спиртные напитки дома у Д., при нем А. и Д. не ссорились (Т.1, л.д. № 106-109).
Из изученных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Х. следует, что возможность получения телесных повреждений в виде продольно ориентированной ушибленной раны в мягких тканях теменной области справа с линейным переломом правой теменной кости с переходом на височную кость, кровоизлияниями под мозговые оболочки, ушибом головного мозга указанных первичных показаниях подозреваемого Д. от 18.12.2024 года от однократного ударного воздействия твердого тупого предмета, а именно металлической кочергой с граненными выступающими поверхностями не исключается, то есть взаиморасположение подозреваемого и потерпевшего, локализации повреждений и механизм их образования имеют соответствия в первичных показаниях подозреваемого. Локализация телесных повреждений указанных в заключении эксперта № от 26.02.2025 года и механизм их образования при падении сидящего на табуретке и с высоты табуретки собственным весом на правую теменную область головы об пол в предоставленной фототаблице к протоколу осмотра места происшествия от 18.12.2024 года исключается (Т. 1, л.д. 193-196).
Свидетель стороны защиты А. в суде показал, что он с Д. является одноклассником и пояснил, что 16 декабря 2024 года он вместе с Э. пришел в дом Д., чтобы отдать ему ключи от гаража. Когда они пришли, в доме были Г. и А.. А. сидел около печки и спрашивал про сигареты. Когда он спросил о том, где Д., они сказали, что Д. ушел к соседям. После этого он с С. сразу ушли. На тот момент А. был в похмельном состоянии, а Г. в нормальном.
Свидетель стороны защиты Б. в суде показал, что он является другом Д. с детства и в тот день утром в 8 часов, когда он возвращался со смены, видел А. вместе с Г., которые шли по улице. При этом показал, что А. на тот момент был в нормальном состоянии и шел, танцуя танец орла.
Кроме того, виновность Д. в совершении преступления подтверждается следующими письменными доказательствами, в частности:
- протоколом осмотра места происшествия вместе с фототаблицей от 18 декабря 2024 года из которого следует, что осмотрен дом расположенный по адресу: <адрес>. В ходе осмотра была изъята кочерга (Т. 1, л.д. № 22-27);
- протоколом осмотра предметов от 25.01.2025 года с фототаблицей к нему, согласно которому осмотрены: 1) кочерга; 2) буккальные эпителии изъятые в ходе получения образцов для сравнительного исследования у Д.; 3) буккальные эпителии, предоставленные ГБУЗ РТ «Республиканская больница № 1» А. (Т. 1, л.д. № 112-115);
- заключением эксперта № от 20.02.2025 года согласно которому на металлической кочерге обнаружены следы ядросодержащих клеток, которые произошли от Д. и А. Установить генетические признаки следов единичных ядросодержащих клеток не представилось возможным, вероятно, из-за высокой степени деградации и/или в связи с недостаточным количеством ДНК (Т. 1, л.д. №121-126);
- заключением судебно-медицинской экспертизы № от 26.02.2025 года, согласно которому у А. имелись ушибленная рана в теменной области головы слева, ушибы мягких тканей правой теменной области, линейный перелом правой теменной кости с переходом на височную кость, кровоизлияния над твердой и под мягкой мозговыми оболочками, ушиб головного мозга тяжелой степени, которые в совокупности расцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Данные телесные повреждения могли быть причинены твердыми тупыми предметами возможно незадолго до обращения в больницу (Т. 1, л.д. №133-135);
- заключением эксперта № от 27.06.2025 года, согласно которому взаиморасположение потерпевшего А., и подозреваемого Д. локализации повреждений, механизма их образования, а также доступности для действия направления орудия травмы <данные изъяты> (телесных повреждений у потерпевшего А.), причинения указанных в заключении эксперта № от 26.02.2025 года при обстоятельствах, указанных в протоколе допроса подозреваемого Д. от 18.12.2024 года (Т. 2, л.д. № 137-140);
- заключением эксперта № 15.09.2025, согласно которому, смерть А. наступила от последствий <данные изъяты>, что подтверждаются морфологическими данными, указанными в судебно-медицинском диагнозе. Давность наступления смерти гр. А. – 23 июня 2025 года, в 16 час. 15 мин. по данным медицинской карты стационарного больного, что не противоречит выраженности трупных изменений при исследовании трупа в морге (Том 2, л.д. 209-225).
- заключением эксперта № от 27.10.2025 года, согласно которому смерть гр. А. наступила от последствия <данные изъяты>, что и явилось непосредственной его причиной смерти. Смерть гр. А., наступила 23.06.2025 года в 16:15 часов по данным медицинской карты стационарного больного, что подтверждается степенью выраженности трупных изменений при исследовании трупа в морге (Том 3, л.д. 1-14).
Указанные протоколы осмотра места происшествия, также экспертизы были проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, экспертизы проведены компетентными экспертами, поэтому суд считает их правильными.
Допустимость доказательств, представленных суду, сомнений не вызывает. Указанные доказательства в своей совокупности являются достаточными для разрешения уголовного дела.
Оценивая дополнительные показания подсудимого о том, что он А. не бил кочергой, суд относится к ним критически, поскольку они опровергаются его же первоначальными показаниями, данными им в ходе предварительного следствия. Оснований ставить под сомнение его первоначальные показания у суда не имеется, перед началом допроса ему были разъяснены все процессуальные права, а также ст. 51 Конституции Российской Федерации, после разъяснения которых он, в присутствии защитника дал подробные показания об обстоятельствах нанесения удара кочергой А..
Суд находит, что подсудимый Д. при дополнительном допросе дал показания о том, что не бил А. кочергой с целью избежания уголовной ответственности.
Довод подсудимого о том, что он дал такие показания в связи с оказанием давления на него и физического воздействия со стороны оперативных сотрудников, материалами дела не подтверждается. С заявлениями и жалобами на их действия он не обращался. Указанную позицию суд оценивает, как реализацию права подсудимого на защиту.
Изученные показания свидетелей стороны защиты А.. и Б.. о том, что после произошедшего конфликта между А. и Д. они видели потерпевшего в бодром состоянии не указывают на то, что подсудимый Д. не причинял ему тяжкие телесные повреждения, поскольку никто из свидетелей не указывал, что А. было плохо, напротив, из показаний свидетелей Г.. и В. установлено, что после произошедшего конфликта в утреннее время, А. весь день ходил, под вечер пришел в дом В., не жаловался на свое состояние здоровья, и заснул.
К показаниям свидетелей А.Н. и Б.. суд относится критически, поскольку они состоят в дружеских с подсудимым отношениях, в связи с чем, суд расценивает их показания как данные для облегчения положения Д.
Мотив совершения преступления судом установлен также из показаний самого подсудимого – из-за возникших личных неприязненных отношений, вызванных тем, что А. его оскорблял, чтобы он затопил печь и приготовил еду, а также ударил в глаз, тем самым причинив ему физическую боль, у Д. возник преступный умысел на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, а именно кочерги, которая находилась рядом с ним.
Установленные и приведенные в настоящем приговоре фактические обстоятельства совершения преступления судом установлены из первоначальных показаний самого Д., а также показаний свидетелей Г.., В., Свидетель №3, Свидетель №1, которые в совокупности взаимно дополняют друг друга и согласуются между собой.
Об умысле подсудимого на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью А., повлекшего по неосторожности смерть последнего, свидетельствуют орудие преступления – кочерга, а также характер и локализация телесных повреждений в области головы.
Судом на основании исследованных доказательств установлена причинно-следственная связь между действиями Д. и наступлением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, в последующем повлекшего по неосторожности его смерть.
Проанализировав доказательства по делу, как в отдельности, так и в их совокупности, суд пришел к убеждению, что виновность Д. в умышленном причинении А. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего полностью доказана, и поэтому действия Д. суд квалифицирует по ч. 4 ст. 111 УК РФ.
С учетом упорядоченного поведения Д. в ходе предварительного следствия и в суде, а также того, что он на учете у психиатра не состоит, психическая полноценность у суда сомнений не вызывает.
При назначении наказания Д. суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.
Д. разведен, имеет на иждивении двоих несовершеннолетних детей, не работает, является инвалидом третьей группы.
В соответствии со ст. 15 УК РФ преступление, совершенное Д. относится к категории особо тяжких преступлений.
По месту жительства участковым уполномоченным полиции Д. характеризуется с положительной стороны.
К обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимого, суд относит наличие 2 несовершеннолетних детей, положительную характеристику по месту жительства, инвалидность третьей группы.
При этом, при признании в качестве смягчающего обстоятельства наличие на иждивении двоих несовершеннолетних детей, суд учел, что материалы дела не содержат данных о том, что Д. не занимается воспитанием детей, и с учетом требований ст. 80 Семейного кодекса Российской Федерации, он обязан заниматься их содержанием.
Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, суд признает рецидив преступлений, поскольку Д. совершил умышленное преступление, относящееся к категории особо тяжких, будучи судимым по приговору Кызылского районного суда Республики Тыва от 7 мая 2010 года по ч. 1 ст. 105 УК РФ за умышленное особо тяжкое преступление, что является особо опасным рецидивом.
Исключительных обстоятельств, существенным образом уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд не находит.
С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, направленного против жизни и здоровья человека, суд не усматривает оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.
Обсуждая вопрос о назначении Д. наказания, принимая во внимание, что он, имея судимость за совершение особо тяжкого преступления против жизни и здоровья человека, вновь совершил умышленное особо тяжкое преступление, направленное против жизни и здоровья человека, и учитывая, что исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, суд считает справедливым назначить Д. наказание в виде реального лишения свободы с назначением дополнительного наказания в виде ограничения свободы и при этом руководствуется правилами ч. 2 ст. 68 УК РФ. Учитывая личность подсудимого являющегося общественно-опасной, суд не находит оснований для применения ч. 3 ст. 68 УК РФ.
Оснований для применения положений ст.ст. 64 и 73 УК РФ суд также не усматривает в связи с отсутствием исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления.
Согласно п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ, с учетом того, что в действиях установлен особо опасный рецидив преступлений, суд назначает Д. отбывание наказания в исправительной колонии особого режима.
Меру пресечения в отношении Д. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении следует изменить на заключение под стражу, взяв его в зале суда немедленно.
На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания Д. под стражей с 18 декабря 2024 года по 20 декабря 2024 года, а также с 31 марта 2026 года до дня вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок наказания из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.
На основании п. 1.1 ч. 10. ст. 109 УПК РФ время нахождения Д. под мерой пресечения в виде запрета определенных действий с 21 декабря 2024 года по 12 февраля 2025 года также подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета два дня запрета за один день содержания под стражей и на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ за один день лишения свободы.
По вступлению приговора в законную силу, вещественные доказательства по делу: кочергу, буккальный эпителий А., буккальный эпителий А. с самодельными конвертами из бумаги белого цвета следует уничтожить.
Процессуальные издержки по оплате услуг адвоката в ходе предварительного следствия и в суде, с учетом его имущественного положения, инвалидности третьей группы, а также наличие на иждивении несовершеннолетних детей, считает необходимым отнести за счет средств федерального бюджета.
На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 302, 303, 304, 307, 308 и 309, 310 УПК РФ, суд приговорил:
Д. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима с ограничением свободы на 1 (один) год.
На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ Д. установить следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22 до 6 часов, не изменять места жительства (пребывания), а также не выезжать за пределы муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбытия наказания в виде лишения свободы, без соответствующего разрешения специализированного государственного органа, осуществляющего надзор, с возложением обязанности являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор, 2 раза в месяц.
На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания Д. под стражей с 18 декабря 2024 года по 20 декабря 2024 года, а также с 31 марта 2026 года до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок наказания из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.
На основании п. 1.1 ч. 10. ст. 109 УПК РФ время нахождения Д. под мерой пресечения в виде запрета определенных действий с 21 декабря 2024 года по 12 февраля 2025 года зачесть в срок лишения свободы из расчета два дня запрета за один день содержания под стражей и на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ за один день лишения свободы.
Меру пресечения в отношении Д. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу, взяв его в зале суда немедленно.
По вступлению приговора в законную силу, вещественные доказательства по делу: кочергу, буккальный эпителий А., буккальный эпителий А. с самодельными конвертами из бумаги белого цвета – уничтожить.
Процессуальные издержки по оплате услуг адвоката в ходе предварительного следствия и в суде отнести за счет средств федерального бюджета.
Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва в течение 15 суток со дня провозглашения. Осужденный вправе обжаловать его в тот же срок со дня вручения ему копии приговора и его перевода на тувинский язык.
Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы и представление, принесенных другими участниками уголовного процесса.
Председательствующий В.Д. Кара-Сал